электронная
36
печатная A5
310
12+
Солнцестояние

Бесплатный фрагмент - Солнцестояние

Объем:
118 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0050-0105-4
электронная
от 36
печатная A5
от 310

Никогда не знаешь, на что будешь способен, когда испытаешь истинную любовь.

1

Когда мир был ещё молодым, странные существа населяли землю. Вот, например, одни из них были высокими и худыми, с длинными светлыми волосами. Вы можете их узнать по заострённым ушкам. Это были самые настоящие альвы.

Их миром был большой нескончаемый лес. И так светло в нём было всегда, солнце золотом заливало деревья. Кроны были сочного изумрудного цвета. И так пахло в том лесу сладко-сладко: свежей травой и пряным мхом.

Альвы были волшебными существами. Они черпали свою силу из леса, деревья были их друзьями. Поэтому они так заботливо относились к природе. Альвы-лесники сажали новые деревья, заботились о них, взращивали их. Деревья и растения были для них всем: пищей, домом, строительным материалом, оружием.

Питались они ягодами и кореньями, плодами и грибами. Пили древесный сок и воду из ручья, заваривали травяные настои с добавлением мяты и ягодных листьев.

Дома их были вырезаны прямо в стволах деревьев. В мире, в котором они жили, ствол дерева было невозможно обхватить, даже если десять альвов возьмутся по кругу за руки. Их жилища были грациозными: повсюду была ажурная резьба, тонкие винтовые лесенки там и тут, окошки всевозможных форм. Кра-со-та!

Этот народец отличало то, что их представители были мастерами на все руки. Не только резьба по дереву и лесничество были их специальностями. Были среди них и маги, целители, священнослужители и лучники. Да много чего умели альвы.

Называли они друг друга братьями и сёстрами, и жили в мире и согласии до тех пор, пока в их лес не ступила нога человека.

2

Случилось это, когда королевой стала молодая альвийка с белоснежными волосами. Говорят, её предками были альвы зимы, а было это сотни лет назад, ведь лес этот уже много веков не видел никакого другого времени года, кроме лета.

Эта альвийка одна-единственная выделялась из толпы своими снежно-белыми волосами, другие же альвы были удостоены пшеничного цвета волос. По преданиям молодой альв или альвийка, имеющие белоснежный цвет волос, в день своего столетия должны занять престол. Ведь в их крови течёт редкая волшебная сила богов.

Так молодая Илуна стала королевой альвийского народа. Мало что она понимала в делах королевства. Да и волшебной силы богов в себе она не ощущала. А цвет её волос всегда делал из неё белую ворону. Единственный её дар, в котором она не сомневалась, был целительством. Она лучше других умела черпать целительную силу из леса и преобразовывать её в лечение. Может, это и была та самая сила богов? Ведь Илуна спасала жизни своих соплеменников, а также деревьев и животных. Странной она была правительницей: в её дом был вхож каждый, кому требовалась сила исцеления. Часто дни и ночи пролетали за волшебным поддержанием здоровья альвов. Но Илуне было не жаль этого времени: она была ближе к народу, как никто из предыдущих правителей.

Со временем Илуна смирилась со своей ролью правительницы. Нелегко было совмещать дела королевства с лечением нуждающихся. Но время было мирное, и бесчисленные помощники стали надёжными друзьями. Так шли годы, и альвы нарадоваться не могли тому, что их королева была всегда среди простых подданных, и общалась с ними на равных. Где бы вы такое ещё встретили?

Однажды после ночного ритуала излечения Илуна сидела на залитой солнцем поляне, закрыв глаза и устремив руки к сочной траве. Медитацией она восстанавливала собственные силы. Она благодарила лес за то, что он помогает ей исцелять. Она обнимала деревья, объединяя их ауры и благодарствуя за то, что они наполняют её живительной силой.

А деревья думали — да, да, они были живые, — какая же она странная, ведь силы она черпает не от них, а от своих предков, чья кровь сейчас пульсирует в её венах.

Но Илуна была ещё молодая и неопытная во многих вопросах. И если ей нужен был совет или помощь, она шла в рощу дриад.

3

Это был прекрасный священный сад, где красоту и порядок наводили специально обученные альвы. Они были священнослужителями, и были облачены в длинные белые мантии: лёгкие и переливающиеся на солнце всеми цветами радуги. Они посвятили свою жизнь служению Дриаде. Дриада — была сердцем леса. Её никто никогда не видел, но говорят, она вселяется в деревья.

Илуна безоговорочно верила в существование Дриады. Она шла по роще дриад, наслаждаясь красотой диковинных цветов. Любуясь на фонтаны, брызги от которых попадали на её лицо, она морщила носик и смеялась. Здесь было удивительно спокойно. Солнце наполняло воздух тёплой истомой. Казалось, всё здесь было наполнено волшебством и магией. Воздух искрился и вибрировал. А в центре чудесного благоухающего сада стояла огромная статуя Дриады, выполненная из лучших пород древесины. Эта статуя представляла собой красивейшую из женщин, чьи волосы были густой листвой.

Илуна припадала к ногам Дриады, вдыхала сладкий аромат дерева и произносила священную молитву:

— Дриада, Сердце Леса! Спасибо тебе за то, что взрастила этот прекрасный лес для нас, твоих почитателей. Спасибо за то, что наделяешь деревья и растения огромной волшебной силой, которую мы можем черпать для свершения благородных поступков! Спасибо за то, что ты всегда среди нас, ведь ты есть каждое дерево, вырастающее на нашем пути. Я обещаю тебе, что буду преумножать твою силу любовью к этому лесу!

У Илуны было подношение для Дриады. Она всегда приносила кристально чистую воду из источника и наливала её в чашу дриады, стоящую у ног статуи. Альвийка встала на колени и поклонилась статуе, завершая поклон глотком из чаши. Затем она закрывала глаза и впадала в самый настоящий транс.

4

Илуна снова оказалась в совершенно ином месте. Всё здесь было для неё уже знакомо, но каждый раз она искренне удивлялась той красоте, что открывалась перед её глазами.

Но мы-то с вами впервые совершаем это путешествие, поэтому давайте посмотрим по сторонам. Это был волшебный тропический лес, где под ногами рос мягкий мох, в котором утопали ступни. Повсюду были папоротники и многие экзотические растения, которых не бывало в их родном лесу. В этом месте всегда был полумрак, и единственным светом здесь были ярко-голубые ручьи, которые, словно сеть, раскинулись между деревьев, то переплетаясь, то удаляясь друг от друга. То были волшебные ручьи, и они прямо искрились от той магии, что наделяла их силой. В воздухе летали светлячки, они своим зеленоватым свечением освещали тени между деревьев. Воздух был густой и терпкий. Илуна прыгала с кочки на кочку, маневрируя между ручьями, которые были практически повсюду. Ей так нравилось здесь! Она взволнованно часто дышала, пытаясь запомнить этот воздух, пропитанный всеми этими благоухающими цветами. Она зачерпнула воду из ручья и увидела, как ярко-голубая жидкость плещется в её ладошке. Чудеса!

— Илуна, добро пожаловать в рощу Дриады.

Альвийка оглянулась на голос, что был таким могущественным и звонким. Он эхом пролетел вдоль деревьев. Перед её взором возникла та самая Дриада, у статуи которой она сейчас в действительности сидела в низком поклоне. Высокая женщина, чьими волосами были сочные изумрудные листья, ниспадающие на плечи густым плющом. Эти ароматные волосы, несущие запах летнего луга под одеялом росы, скрывали наготу этого лесного божества. Дриада направилась в сторону Илуны, и каждый шаг её рождал новые растения и цветы.

— О, Великая Дриада, Сердце Леса! — бросилась на поклон Илуна.

— Встань, дитя! Ты пришла ко мне за советом. Я вижу, что тебя волнует. Люди пришли в наш священный лес. Ты боишься, что они принесут с собой опасность, — голос был таким величественным, он раздавался сразу отовсюду и был таким густым и плотным, словно сам воздух.

— Дриада, ты всегда тонко чувствуешь то, что у меня на сердце! — Илуна с трепетом смотрела на высокую красивую женщину.

— Ты правильно боишься. Ничем хорошим этот союз не обернётся. Но не в твоих силах избежать этого. Пройдёт много времени, прежде чем привычный альвийский уклад жизни будет нарушен. Ты должна быть сильной и справедливой. Ты королева альвийского народа, в тебе течёт кровь богов. Не растрачивай себя и свои силы на споры со своими соплеменниками. Это лишь настроит их против тебя.

— Благодарствую, Дриада, за то, что помогаешь мне своими мудрыми советами.

— Илуна, ты не понимаешь, какое большое значение имеешь для судьбы этого леса! Для судьбы своего народа. А сейчас вдоволь напейся из ручья силы. Тебе пора возвращаться.

Альвийка повиновалась. Она упала на колени и принялась жадно пить ярко-голубую воду. На вкус она была восхитительно сладкой. Илуна почувствовала, как заряд силы рябью пробежал по всему её телу, вплоть до кончиков её пальцев. Её кожа светилась изнутри голубоватым оттенком. Илуна почувствовала себя невероятно сильной и живой! Когда последняя капля сорвалась с её губ, она открыла глаза и ощутила себя, стоящей на коленях перед ногами статуи Дриады. Она улыбнулась, всё ещё чувствуя, как пульсирует её кожа.

5

Зейн был отличным следопытом и метким стрелком. В своих мягких тканевых сапогах он бесшумно пробирался по лесу, пикируя между ветками и корнями. Ни один листок не срывался с дерева, таким аккуратным он был. Он увидел следы чужака, и сейчас мчался навстречу опасности. В его руке был лук, а за спиной — колчан со стрелами. Он останавливался лишь на секунду, чтобы потрогать след на земле или уловить взглядом сломанную ветвь, смятую травинку. Он снова бежал до тех пор, пока не достиг рощи вейгелы. Эта роща отделяла лес от небольшой реки, она выделялась на фоне зелёной листвы своими ярко-пурпурными цветками-колокольчиками. Именно в ней — такой ароматной благодаря своей пыльце — спрятался Зейн, наблюдая за существом, купающимся в реке. В этом русле река была спокойной, и на её поверхности раскинулись сотни кувшинок, а также редкие цветы нелумба, чьи стебли устремляются глубоко под воду, к грунту. Среди этих прозрачных на свету лепестков нелумба то и дело выглядывала голова ныряльщицы. Это был первый человек, которого встретил Зейн.

Он немного понаблюдал за купальщицей, отметил её короткие округлые ушные раковины, а также рыжие волосы. И что это такое? Рыжие пятна на лице: на носу и на щеках. А ещё эти пятна были на плечах. Маленькие такие точки.

Зейн был настолько увлечён предметом слежки, что напрочь забыл о конспирации. Девушка его прекрасно видела сквозь прикрытые ресницы, которые, кстати, тоже были рыжие. Она спокойно рассмотрела незнакомца и с удовольствием красовалась перед ним. Наигранно плескалась, ныряла и плавала среди кувшинок.

Зейн с отвращением отвернулся и направился в обратный путь. Он хотел первым делом сообщить о чужачке королеве Илуне.

Он направился во дворец, который не отличался от других альвийских зданий ни своей вычурностью, ни богатством убранства. Отличала его лишь двойная лестница, поднимавшаяся полукругом слева и справа к входным дверям. Ничего удивительного в том, что Илуны не оказалось в тронном зале. Её практически никогда там и не было. Зейн сразу направился на поляну за дворцом, где альвийка часами медитировала, но и там её не было. Поэтому следопыт отправился в рощу дриад, где Илуна регулярно делала подношение великой Дриаде. Он издалека заметил королеву, которая склонилась над чашей. Он не имел права отвлечь Илуну от священного занятия. Он видел, как девушка без движения сидела долго-долго. Он понаблюдал за священнослужителями, которые ухаживали за садом и его растениями. Было в их движениях что-то величественное, противоположное мирскому.

Вскоре Илуна закончила свой ритуал подношения и двинулась навстречу Зейну.

Альв сразу почувствовал волнение и, как кровь прилила к щекам. Ничего удивительного в этом не было, ведь Илуна была такая красивая! Невероятная со своими белоснежными длинными волосами. Они поравнялись, и королева с интересом взирала на него. Рядом с ней чувствовался такой морозный холод, что не возникало сомнений в том, что она была самой настоящей альвийкой зимы. Зейн поёжился, но эта прохлада рядом с девушкой показалась ему живительной. Воздух вокруг девушки искрился и словно магические разряды снова тут и там. Он посмотрел в её глаза небесно-голубые, и даже её глазные яблоки были голубого оттенка. Она была как инопланетянка среди других альвов. Но Зейн не боялся того, что она другая. Он ещё больше её любил за это.

— Зейн? Есть какие-то новости? — она улыбнулась, чувствуя, как тишина затянулась.

— Королева, я видел собственными глазами чужачку.

— Человека? — шёпотом спросила она.

Альвийка была обеспокоена, улыбка тут же сошла с её лица.

— Да. Нет никаких сомнений в том, что она человек.

Они так шумно шептались, что служители рощи начали неодобрительно на них поглядывать.

— Только не здесь, — сказала альвийка, схватив Зейна за руку и увлекая прочь из рощи.

Они миновали священную рощу и вышли на широкую поляну. Солнечный, жаркий вечер сменила ранняя тёплая ночь. Быстро стемнело, ночные мотыльки освещали пространство своими флуоресцентными крыльями. Цикады стрекотали свои песни. Светлячки горели ярко-зелёными пятнами. Они оказались среди ярко-голубых цветов, которые так хорошо освещал лунный свет. Они бродили среди этого моря цветов, вдыхая свежий аромат, уставших от жары за день бутонов. Они долго молчали, и им этого было достаточно, они понимали друг друга, как никто. Королева альвийского народа и простой следопыт. Ночная птица затянула едва уловимую песню.

— Я знаю, что я не такая, как другие. Многие меня сторонятся, — королева горько вздохнула.

— Илуна, — сказал Зейн, едва касаясь пальцами руки девушки, — прекраснее тебя я не встречал никого.

— Зейн, не будет преувеличением сказанное мной. Ты единственный альв, который действительно меня понимает.

Они остановились посреди цветочной поляны. Свет луны полупрозрачный, словно вуаль, падал на их взволнованные лица. Илуна смотрела на спутника и видела прекрасного мужчину-альва, в растрёпанных волосах которого всё время застревали травинки. Он был лучшим королевским следопытом, и он был лучшим мужчиной. Его малахитовые глаза были огромными, Илуна в них растворялась. Они стояли так близко, нерешительно переплетя пальцы рук, глядя друг другу в глаза, что практически соприкасались. Они были такие разные, но удивительно похожи своим внутренним миром.

Альвы не проводили обрядов бракосочетания, как люди. У этого народа был ритуал соединения душ. И долгими ночами Илуна представляла, как они проводят его вместе с Зейном. Этого хотел и Зейн, но боялся признаться в своих чувствах столь величественной особе. Он считал себя недостойным этой любви, ведь кем он был по сути? Простой следопыт, обычный лучник. Такой же, как другие. А Илуна была особенной. Во всех планах. И внешность её была отличной от других, и происхождение. Было в ней что-то от божественного. Как он мог мечтать о чём-то подобном? Это было слишком смело!

А Илуна всю жизнь чувствовала себя изгоем, и даже представить себе не могла, что может стать объектом воздыхания.

Так и стояли они, освещённые ласковым светом луны, переплетя пальцы, глядя друг другу в глаза, но думая каждый о своём. Им многое нужно было обсудить. Илуна могла бы поделиться своим разговором с Дриадой и опасениями по поводу человека.

Но этой ночью между этими двумя возникла неощутимая тонкая, но при этом очень прочная связь. И все заботы остались вдалеке.

6

Одним ранним утром, когда кристально чистая роса усыпала растения подобно драгоценным камням, Илуна покинула королевский дворец. Она снова сбегала от любопытных глаз. Её тянуло глубоко в лес. Она чувствовала больное растение, которое нуждалось в её помощи. Оно кричало от боли, и только такие сильные целители, как Илуна, могли слышать их надрывный плач.

Альва отправилась к широкой реке, над которой ещё клубился белой пеленой туман. Она спустила плетёную лёгкую лодку, украшенную резным орнаментом, в спокойную воду. Босые ноги ощутили утреннюю прохладу сонной воды. Оттолкнув лодку от берега, девушка устремилась следом к ней. Вскоре Илуна уже сидела в ней, пробираясь сквозь заросли камыша с помощью магии. Было достаточно прикоснуться руками к бортам лодки и мысленно попросить её отвезти туда, куда ведёт чутьё. Королева плыла сквозь густой туман, прислушиваясь к чудесным звукам пробуждающегося леса. Несмело пели птицы, а вместе с ними пело свою песню и насекомое-стрекотун — цикада. Деревья расступились, и широкую гладь реки ослепило тёплое раннее солнышко. Туман обиженно отступил. Альва наслаждалась красотами природы, любуясь полётом разноцветных птиц. Лодка неспешно плыла, разрезая своим острым носом речную поверхность надвое.

Вскоре они оказались на месте. Девушка спрыгнула в воду, когда стало помельче, и притянула лодку к заросшему берегу. Рогоз с сочными толстыми стеблями высился над водой. Трава встретила её на берегу щекоткой по её босым ногам. Вступив в лесные владения, девушка стремительно углубилась в самую чащу.

Всё сильнее она ощущала своей кожей этот протяжный стон. Его издавало очень древнее дерево, так чувствовала Илуна. Ей не нужна была карта, не нужен был компас: все альвы чувствуют лес своим нутром. Ведомая некоей силой девушка вышла в дубовую рощу. Деревья стояли просторно, не мешая друг другу своими могучими ветвями. Солнце щедро заливало пространство меж деревьев, и эти полянки с благодарностью поглощали этот живительный свет, и в ответ выбрасывали ярко-жёлтые бутоны. Было светло и весело. И на этом фоне плач дерева был чрезвычайно ощутим.

Илуна ещё издали увидела дерево, которое отличалось от остальных. Основание было мощным, а дальше ствол разделялся на бесчисленное множество ответвлений: дерево будто хотело очутиться везде сразу. Корни дерева по большей части были в земле, но и на поверхности. Они сплели своего рода пещерку: туда можно было спокойно пройти миниатюрному альву. Девушка вступила внутрь и её прожгла боль самого дерева. Всё стало ясно. Одинокий путник — но точно не альв — расположился в этой своеобразной пещере на ночлег. Видимо, он решил развести костёр для обогрева, а, может, для приготовления пищи. Но он не подумал о последствиях. Вся пещера выгорела изнутри. Девушка почувствовала стойкий запах минувшего пожара. Слава Дриаде, которая защитила дерево и остановила пожар!

Кожа Илуны покрылась мурашками, боль и страдания этого дерева передались ей. Девушка с ужасом хотела отступить, но только в её силах было помочь. Превозмогая жжение и кожный зуд, девушка встала в пепелище на колени. Она вознесла молитву Дриаде:

— О Великая Дриада, Сердце Леса! Благодарю тебя всем своим существом за то, что ты спасла этот прекрасный дуб от неминуемой гибели! Только твоими усилиями он остался в живых! Но страшные муки он сейчас испытывает от нанесённой ему раны. Помоги мне его исцелить, прошу! Дай мне сил, чтобы излечить поражённое дерево!

Девушка села на пятки, закрыла глаза и опустила руки на землю. Из-под её пальцев потекло чуть-голубое сияние. Это было холодное дыхание зимы. Оно устремилось, словно живой ручей, к толстым корням дерева. Они переплелись так плотно, что создали ту самую пещеру, в которой сидела альва. Вскоре вся пещера была наполнена голубоватым свечением. А магия, исходящая из пальцев Илуны, охватила вскоре и всё дерево.

Магия Илуны была голубого цвета, потому что она происходила из племени альвов зимы. Эта магия была особенной, чего не понимала сама девушка. Она не нуждалась в восстановлении, ведь не окружающий лес напитывал её энергией. Собственная кровь была источником её силы, в которой и была заключена магия предков. Поэтому магия Илуны была голубого оттенка. Голубой, словно толстый слой льда на воде. И отличалась от других альвов, которые в своём большинстве имели зеленоватый оттенок — цвет самого леса.

Девушка чувствовала, что её энергия перетекает в дерево. Они сливались в единое существо, охваченное голубым сиянием, и тысячи маленьких огоньков, едва уловимых взглядом, перетекали от самых корней до верхушки дерева. Жжение и боль, вызванные ожогом костра, успокаивались. Илуна не только восстанавливала повреждённые участки, но и вызывала бурное цветение на всех ветвях. В основании пещеры из земли вылезла нефритового оттенка трава и застлала пол нежным покрывалом. Вокруг дерева распустились пёстрые цветы. Дерево было преисполнено энергией и живительной силы. Магическое сияние становилось частью дерева и постепенно меркло.

Девушка открыла глаза и улыбнулась.

Ритуал завершён, и девушка, поднявшись на колени, благодарит Дриаду за помощь в исцелении и лес, из которого, как она думает, девушка черпала силы. Уходя Илуна напоследок оглядывается. Дерево выделяется на фоне леса своим новым, богатым убранством. На его ветвях распускаются голубые хрустальные цветы — отметка, оставленная магией Илуны.

Лес окончательно проснулся под ласковые лучи солнца и сладкое пение птиц.

7

Морин проснулась поздно. Пропустив все привычные утренние ритуалы альвов, медитации и молитвы Дриаде, девушка без зазрений совести направилась в противоположную сторону леса. Туда, где альвы не водили хороводов и не занимались единением с природой. Девушка-альвийка очень быстро пробиралась сквозь плотные кустарники и живо перепрыгивала корни деревьев, норовивших подставить ей подножку.

Морин оказалась далеко от поселения альвов. Здесь тонкие линии ручья проваливались небольшим водопадом в круглое отверстие в земле. Это была маленькая пещера, куда попадал лишь один небольшой луч света. Девушка решительно прыгнула туда: расстояние до дна было совсем небольшое — чуть больше, чем рост альвов. Прыжок был мягким: дно пещеры было покрыто пушистым мхом. Здесь девушка и расположилась для своей особенной медитации.

Странное место для медитации альвы, подумаете вы. Но Морин была необычной альвийкой. Она не чувствовала связи с лесом и не верила в существование Дриады. Долго она пребывала в растерянности, ведь думала, что была какой-то неправильной альвой. Но оказалось, что не все альвы одинаковые. Вот, например, её сестра Илуна. В ней, очевидно, текла кровь альвов зимы. Её отличал не только цвет её магии — нетипичный, голубой. Но и её внешность была отличной от других: белоснежные волосы и голубые глазные яблоки.

Морин, как и Илуна, чувствовала себя белой вороной. Не только потому, что из её пальцев текла магия непонятного цвета, словно она была ещё несформировавшейся. И если Илуна была прирождённым целителем, то Морин не видела в себе никаких предрасположенностей к чему-либо. Не было в ней видимых талантов. От этого девушка чувствовала отрешённость.

И вот недавно начало происходить что-то странное.

Несколькими месяцами до этого девушка бродила в бессознательном состоянии по лесу, не ставя перед собой никаких конкретных целей. Отделяться от альвов стало привычным её делом. Она много думала о себе и своём предназначении. Коротать вечность впустую не виделось ей в радужном свете. Она хотела знать своё место в этом мире. Долгое время она проводила в библиотеке альвов, читая буквально всё об их народе. Но помимо обычных лесных альвов и альвов зимы, которые вроде как вымерли, не было никого другого. Было очевидно, что Морин не является — подобно своей сестре — альвийкой зимы. Её внешность была практически типичной для стандартного альва леса. До недавних пор.

Так вот. Девушка бродила по лесу, пока не забрела в этот укромный уголок, где расположилась эта идеально круглая дыра в земле. Морин впервые почувствовала настоящий интерес. Она устремилась, подобно этим самым ручейкам, вниз пещерки. И здесь она почувствовала такой прилив энергии, что едва не сошла с ума. Девушка никогда не испытывала ничего подобного! Это было так волшебно и ново! Со всех сторон пещеры на неё устремилась энергия, и Морин в воодушевлении села на влажный мох, закрыла глаза и принялась медитировать. Сырость и запах влажной земли аппетитно наполняли её ноздри. И, кажется, даже её волосы затрепетали от пещерного едва уловимого ветерка. Эта была совершенно иная сила, отличная от той, что черпали лесные альвы. И когда девушка пользовалась магией, после того, как черпнула этой неведомой силы, из её пальцев струился ярко-алый цвет. Сначала этот оттенок магии её испугал, но те чувства и эмоции, что она при этом испытывала, были правильными! Впервые Морин чувствовала себя живой!

Но с использованием новой магии внешность девушки также стала меняться. Её ещё недавно светло-ржаные волосы стали приобретать более тёмный оттенок. Всё чаще девушка стала обнаруживать у себя тёмные пряди волос. Однажды ей сказали, что её глаза стали иссиня-чёрными. Белки глаз были по-прежнему белыми, но на их фоне чернота радужной оболочки была такой яркой!

Морин стала первой альвийкой, которая открыла для себя силу земли. Вот и сейчас девушка с удовольствием вбирала в себя уже такую знакомую энергию, восстанавливала свои силы и наслаждалась прохладой пещеры.

Люди, которые всё чаще стали посещать лес альвов, старались сторониться этого места. Уже на подходе сюда они ощущали тревожное состояние. Родилась легенда, что в этой пещере живёт злой дух, питающийся кровью незваных гостей.

Морин впервые встретила этого духа, когда поранилась по пути к пещере. Она предпочитала ходить босой и наткнулась ступнёй на острый камень. Когда она ступила на дно пещеры, её кровь орошала мох. Медитируя, она впервые провалилась в транс. Кровь стала подношением.

Перед ней показалась мужская фигура. Голову его венчали лосиные рога. Но в этом мужчине чувствовалась неописуемая сила и могущество.

— Кто ты такая? Ты черпаешь мою силу. Никому раньше не удавалось это, — его голос был сильным и рокочущим.

Его мышцы были напряжены и выглядели крепче камня. Было в нём что-то необъяснимо пугающее. Но только Морин не испугалась.

— Я одна из альвов, населяющих этот лес. Меня зовут Морин. Я раньше не встречала тебя. Кто ты?

— Я Гул, бог земли. И это моя пещера. Люди боятся сюда подходить. Да и всякое существо обходит её стороной.

— Но я не человек. И я могу впитать в себя энергетику этого места. Но я не могу понять, почему. Альвы — лесные создания.

— Благодаря мне. Я давно за тобой наблюдаю. И я был много столетий один. Мне захотелось заиметь друга.

— Но, Гул, почему я раньше тебя не видела? — девушка спокойно общалась с божеством, и не испытывала ни тревоги, ни страха.

— Для моего призвания нужно жертвоприношение. Свежая кровь.

Девушка сразу поняла, о чём речь.

— Значит, я черпаю твою силу, то есть силу земли? — уточнила она.

— Верно. Ты одна из немногих, кому это удалось. Обычно сосуды, которые наполнялись моей силой, просто-напросто не выдерживали давления.

— Эти существа умирали?

— Да. Но ты живее живых. В тебе есть что-то особенное.

Гул подошёл к девушке и прикоснулся к её руке.

— Я чувствую божественное начало в тебе.

— В моём роду когда-то были альвы зимы.

— Нет, это что-то совершенно другое, — он выглядел задумчивым. — Как бы сильно я тебя не наделял силой, ты всё поглощаешь и преобразуешь в свою энергию.

— В магию, да. Ты хочешь что-то получить взамен?

— Мне нужна лишь твоя кровь. Каждый раз, когда захочешь получить от меня силу, тебе нужно будет пролить свою кровь в этой пещере.

Морин была согласна на всё, лишь бы ощущать в себе эту могучую силу и энергию. Наконец-то она чувствовала себя особенной, но не в плохом смысле, как раньше. Теперь она была уверенной в себе и почти всемогущей. Почти — потому что пока не знала своих пределов силы.

Так прошла первая встреча Морин, что не чувствовала в себе принадлежности к лесным альвам, с божеством, которое наделило её жизнь глубочайшим смыслом.

8

Зейн всё чаще стал отмечать присутствие людей в их лесу. Его сердце каждый раз сжималось, когда он обнаруживал сломанную ветвь или сорванный цветок. Он точно не знал, что это за существа, но понимал одно — они беспощадно губили лес. Они истребляли животных, ловили рыбу, рубили деревья и сжигали их. Был лишь вопрос времени, когда они обнаружат поселение альвов. Если уже не обнаружили. А что будет дальше?

Он настороженно относился к этим существам, нельзя же их недооценивать! Если они так варварски относятся к природе, что ещё они могут себе позволить?

Всегда выдерживал дистанцию, наблюдал за ними из своего укрытия. Да, он делал это для королевы, но и признаться, сам сходил с ума от любопытства. По своему существу эти люди были совершенно беспомощны, честное слово! Они не обладали никакой магией, и это наверняка. Зейн столько времени проводил, наблюдая за ними. Но тем не менее у них была извращённая сообразительность. Они ставили ловушки и капканы для животных, ловили рыбу в сети. Разве это честно? Животные ни за что не могут выиграть в этом неравном бою. Альвам было незнакомо такое отношение к живым существам. Если им нужно было дерево для строительного материала, они воспевали молитву, спрашивали разрешения у дерева на то, чтобы придать ему другую форму. И, если дерево соглашалось, благодарили. Целители с помощью магии заглушали причинённую им боль. Ну а потом, по завершению строительства, альвы снова благодарили дерево, ну и верующие возносили хвалы самой Дриаде за чудесные её дары леса. И, конечно, речи не было о том, чтобы сгубить дерево. Оно просто приобретало другую форму, но продолжало своё существование: подпитанное магией, энергией и силой любви.

Сложно было понять характер взаимоотношений людей между собой. Не было ощущения, что они были одним поселением. Зачастую они передвигались обособленно, редко по два человека. Бывало, что они собирались вместе у костра — Зейн с ужасом наблюдал за этим и проливал слёзы над убитыми деревьями. Он не мог себе представить, что испытывало дерево, когда его рубили, когда его сжигали. Кажется, эти существа пытались даже быть более сострадательными: они использовали для всего этого старые, сухие деревья. Но те всё равно были живыми! И регулярные ритуалы альвов, силы целителей наделяли эти растения новой живительной силой, и тогда они распускались сильнее, чем молодые деревца. Но эти создания, кажется, даже не думали об этом.

Другим кощунством было — поглощение животной пищи. Здесь Зейн предпочитал вообще закрывать глаза, отворачиваться или совсем уходить. По воплям животных было понятно, какую чудовищную боль они испытывают в момент смерти. Иногда они умирали медленно, и люди не желали прекратить мучения бедного существа. Альвы ни за что бы ни причинили боль животным. Они питались исключительно растительной пищей. Лес был полон еды! Орехи, коренья, плоды деревьев, питательные листья, ягоды с грибами и мох! Но им было этого мало.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 310