электронная
360
печатная A5
340
18+
Сны в кулаке

Бесплатный фрагмент - Сны в кулаке

Избранное

Объем:
176 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-4986-7
электронная
от 360
печатная A5
от 340

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Художник

Художник случайно залез не в зелёную краску,

И тут же окрасилась алым трава на картине.

Он кистью размашисто пишет, и как по указке

Все стало живым и послушным руке властелина.


Мазок за мазком, и уже в этом море багряном

Танцуют фигуры с клинками, искру высекая.

Но стоит коснуться холста, и покрыто бурьяном

То место, где воины гибли, в крови утопая.


Чуть-чуть бирюзы, и спокойным становится небо.

Подвластно Творцу за мгновенье унять непогоду,

И где ты теперь, и кем бы ты, в сущности, не был,

Один Он решает, по прихоти или в угоду.


Он пишет картины, и в этом, воистину, Мастер.

Любою судьбою, и каждым твореньем гордится.

И разницы нет, что рисует Он, горе иль счастье.

Ему все едино, умрет кто-то или родится.

Слышишь?

Слышишь, как в старом парке скрипят качели?

Ветер их потревожил, ему не спится.

Видишь, как час за часом текут недели?

Вроде бы новый день, но все те же лица.

Знаешь, туман бывает противно липким?

Смок с каждым вздохом мне разъедает глотку.

Чувствуешь, как на сердце рыдает скрипка?

Хочется закурить, опрокинуть сотку.

Веришь, я безнадежно влюбленный в небо.

Мне бы его обнять, только сил не хватит.

Помнишь, каким я в юности был нелепым.

Все, что хотел сказать, лишь писал в тетради.

Ждешь? Нет, уже не ждешь, видно отболело.

Время ушло, сменяют друг друга люди.

Видишь, опять не в срок зацвела омела?

Слышишь, меня здесь нет, и уже не будет.

По привычке

Кто-то спро­сит «лю­бишь?», не люб­лю.

Это все, ско­рее по при­выч­ке.

Нап­ри­мер, я год как не ку­рю,

Но всег­да но­шу с со­бою спич­ки.


Ни­ког­да не пил зе­леный чай,

Но опять в кор­зи­ну, по при­выч­ке.

Ты его пи­ла весь прош­лый май

И ме­ня пы­талась им на­пич­кать.


Каж­дый ве­чер под­хо­жу к ок­ну,

Раз­дви­гая што­ры по при­выч­ке.

Что­бы ты с ут­ра приль­нуть к не­му

С зер­каль­цем мог­ла и кос­ме­тич­кой.


Час­то, про­ходя ми­мо зер­кал,

Зас­мотрюсь, все так же по при­выч­ке.

Пом­ня, что сквозь них я наб­лю­дал

Как ты раз­де­валась фан­тастич­но.

Я ло­жусь всег­да на пра­вый край,

Мес­то ос­тавляя по при­выч­ке.

Тош­но мне, хоть вол­ком за­вывай.

Не люб­лю. Мне прос­то неп­ри­выч­но.

Знаешь, мама…

Я что-то де­лаю не так, ма­ма.

Я так ста­ра­юсь, но по­ка тщет­но.

Вновь спо­тыка­юсь, хо­ть и шел пря­мо.

И ос­туплюсь еще не раз где-то.


А зна­ешь, все поч­ти прош­ло, ма­ма.

Я чувств рас­тра­чен­ных под­бил сме­ту.

И не кро­вит в ду­ше мо­ей ра­на.

Я при­выкаю по чуть-чуть к све­ту.


И я поч­ти не­оди­нок, ма­ма.

Со мной всё бу­дет хо­рошо, прав­да.

Сер­дце­би­ение, по­ка, рва­но,

Но боль не бь­ет ме­ня уже гра­дом.


А ты без слов все зна­ешь, да, ма­ма?

Я ви­новат пе­ред то­бой силь­но.

С то­бой не но­ют все мои шра­мы.

Твое теп­ло мою тес­нит зи­му.

Я бла­года­рен, что ты есть, ма­ма.

Всех слов не хва­тит, чтоб ска­зать это.

Ка­кая б в жиз­ни не бы­ла дра­ма,

Твоя улыб­ка да­рит мне ле­то.

Разговор с дождем

По­гово­рю с дож­дем о прош­лом,

В се­бя вби­рая ка­пель зву­ки.

Он при­лас­ка­ет ос­то­рож­но

Мои на­гие пле­чи, ру­ки.


Прик­ры­тых век слег­ка ка­са­ясь,

Рас­ска­жет о бы­лом и веч­ном.

Мик­ро са­люта­ми взры­ва­ясь

В приз­на­ни­ях чис­то­сер­дечных.


Уто­нут кап­ли в вод­ной гла­ди,

На сме­ну им при­дут дру­гие.

Он в от­кро­вени­ях не жа­ден,

По­кор­но при­мет и чу­жие.


Со мной всег­да го­тов поп­ла­кать

И пос­ме­ять­ся звон­ким бо­ем.

А не­доволь­ство свое зна­ком

Ука­жет гром над го­ловою.

По­гово­рю с дож­дем, и где-то

В ду­ше ста­новит­ся мне лег­че.

С за­ходом сол­нца. До рас­све­та.

Наш раз­го­вор о прош­лом, веч­ном.

Ночные пляски

Стай­ка­ми собь­ют­ся в не­бе звез­ды, на­чиная пляс­ку.

Их тан­цпол в час сум­рачный и поз­дний за­лит чер­ной крас­кой.

Му­зыка ноч­ная по­родит рит­мичные уда­ры.

И лу­на для них при­выч­но ста­нет

дис­ко­теч­ным ша­ром.

Кру­жат­ся они в соз­вездь­ях под все­лен­ские мо­тивы.

За­жига­ют не­бо вмес­те, рас­сы­па­ют­ся кра­сиво.

По­сыла­ют вспыш­ки све­та, что сто­летия не гас­нут.

Вре­мена­ми тух­нут где-то, вы­горая в тан­це страс­тном.

В сот­нях, ты­сячах га­лак­тик, на прос­то­рах бес­ко­неч­ных,

Сколь­ко те­лес­ко­пов хва­тит ви­ден ри­ту­ал из­вечный.

Сбились координаты…

Сби­лись ко­ор­ди­наты. Стер­ты ша­ги-пун­кти­ры.

Па­мять зо­вет ку­да-то — сно­ва до­ма, квар­ти­ры.

Улиц сы­рых прос­ту­да каш­ля­ет ед­ким ды­мом.

Шум, су­ета пов­сю­ду. Сме­на кар­тин в вит­ри­нах.


Вре­мя те­ряю — жа­лость. На­до ме­нять мар­шру­ты.

Да­вит свин­цом ус­та­лось. Те­ло стя­нули пу­ты.

Ра­зум в без­думной спеш­ке шлет мыш­цам лже-син­га­лы.

Вро­де спо­ко­ен внеш­не. Сколь­ко еще ос­та­лось?


Че­рез мос­ты, ту­нели — этот пей­заж за­бытый.

Шко­лы, са­ды, оте­ли пылью до­рог пок­ры­ты.

Кто-то шаль­ной ру­кой мне спу­тал сле­ды, гра­ницы.

Толь­ко по­пасть до­мой и толь­ко б не заб­лу­дить­ся.

Город горит

В спеш­ке зак­ры­ты неп­лотно ок­на.

В щель во­рова­то впол­за­ет све­жесть.

Ты без зон­та, и нас­квозь про­мок­ла,

Но да­же дождь те­бя не удер­жит.


Смот­ришь, как ночь пог­ло­ща­ет те­ни,

Чер­ной пар­чой ук­ры­ва­ет го­род.

Се­рая лен­та-до­рога сте­лет,

И ты по ней вся пол­на за­дора.


Го­род ис­крит, уто­па­ет в крас­ках.

Лю­бишь смот­реть, как с за­ходом сол­нца

Мир воз­рожда­ет­ся, слов­но в сказ­ке,

Шум­ный, шаль­ной озор­но сме­ет­ся.


Го­род го­рит и пес­трит рек­ла­мой,

Рос­сыпью звезд, вспыш­ка­ми не­она.

Не­опи­су­емой па­нора­мой

Яр­кой, жи­вой и та­кой зна­комой.

Мост над ре­кой в оре­оле све­та,

Го­роду ночью сов­сем не спит­ся.

И ты по на­береж­ной до цен­тра,

Чтоб с его жизнью и рит­мом слить­ся.

Он смотрел из окна…

Он смот­рел из ок­на, ви­дел свет теп­ло­тою ма­нящий,

Что ис­крил­ся и та­ял, уку­тан­ный в бар­хат но­чи.

Наб­лю­дал за гро­зою, не­ис­то­во зем­лю ра­зящей.

А в стек­ле от­ра­жал­ся, ми­гая, ога­рок све­чи.


Стро­ил мыс­ленно за­мок на­дежд, шпи­лем в высь ухо­дящий.

И вды­хал аро­мат си­гарет, что при­ят­но гор­чил.

Пил на­питок меч­ты ос­ве­жа­ющий, жи­вот­во­рящий.

Ухо­дя от ре­аль­нос­ти, в гре­зах и вы­дум­ках жил.


Он лю­бил этот мир, им при­думан­ный, не­нас­то­ящий.

И стру­ились с бе­зудер­жной си­лой фан­та­зий ручьи.

Он хо­тел стать сво­бод­ною пти­цей, над Су­ей па­рящей.

Зак­ры­вал­ся от всех на зам­ки, пе­реп­ла­вив клю­чи.


Он ша­гал из ок­на прям в объ­ятия улиц нес­пя­щих.

Его ра­зум во­пил, а он ше­потом мол­вил: «Мол­чи».

Его жизнь пог­ло­тил гро­хот мол­нии, зем­лю ра­зящей.

На ок­не по­тухал оди­ноко ога­рок све­чи.

Не танцуют демоны

Этот та­нец дав­но за­быт, нет ему наз­ва­ния.

От то­го и дви­женья ста­ли те­перь не­ведо­мы.

Не при­ходит во снах ту­ман­ное уз­на­вание,

и все ре­же внут­ри сте­на­ют же­ланья-де­моны.

И все даль­ше вос­ток, и ти­ше зву­чит ме­лодия.

А от яр­ких ог­ней не сле­пит уже, все блек­лое.

В от­ра­жении си­лу­эт нез­на­комый — вро­де я.

Все раз­мы­тое от дож­дя и на ощупь мок­рое.

Нер­вно дрог­нет ру­ка, ве­домая древ­ним им­пуль­сом.

По инер­ции те­ло жаж­дет дви­жений, глу­пое.

И зам­рет, как вул­кан, на миг пе­ред мощ­ным выб­ро­сом.

Но уже ни­ког­да, увы, не по­кинет сту­пора.

И мо­тива­ми не за­пол­нят прос­то­ры па­мяти

обес­си­лев­шие, не­мые же­ланья-де­моны.

Не счи­тая ша­гов, не зная те­перь ку­да ид­ти,

бу­дут стер­ты те па, что кем-то ког­да-то сде­ланы.

Ускользай…

Я бы очень хо­тел, быть мо­жет,

Зап­лести в твои ко­сы счастье.

И, ри­суя узор на ко­же,

Звез­дным не­бом ее ук­ра­сить.


Раз­ноцвет­ны­ми ми­ража­ми

Обер­нул бы те­бя, как в са­ри.

Стан твой строй­ный лас­кал ру­ками,

Как ше­девр свой Стра­дива­ри.


И в ус­та б твои влил по кап­ле

Сла­дость тре­пет­но­го том­ленья.

И по­ка б оно не­ис­сякло

На дво­их раз­де­лил вле­ченье.


Как мер­цань­ем на вод­ной гла­ди

От­ра­жа­ясь тан­цу­ет сол­нце,

Так бы ра­дость жи­ла во взгля­де,

От ко­торо­го сер­дце бь­ет­ся.

Но ты мед­ленно ус­коль­за­ешь,

Меж­ду на­ми чер­тя гра­ницу.

Все, что хо­чешь, ведь ты же зна­ешь…

Ус­коль­зай, моя чу­до-пти­ца.

Я приеду

По сталь­ным па­рал­ле­лям по­езд ме­ня уно­сит,

Ми­ловид­ная про­вод­ни­ца пред­ло­жит чай.

Где-то там, за пле­чами мок­нуть ос­та­лась осень.

Я стре­митель­но мчусь сквозь вь­югу

в ду­шис­тый май.


Ру­бежи-ки­ломет­ры мне за­меня­ют вре­мя,

Ча­совой ме­ханизм счас­тли­вому ни к че­му.

Яс­ный день за ок­ном сме­ня­ет сплош­ная те­мень.

Я, блуж­дая во снах, по­душ­ку к се­бе приж­му.


Бу­дет дол­гим мой путь, по­пут­чи­ков ве­рени­ца.

Каж­дый до­рог мне ста­нет ров­но на крат­кий миг.

Я имен их не вспом­ню, не опоз­наю ли­ца.

Толь­ко сно­ва один, и сно­ва к ок­ну при­ник.


Мер­ным хо­дом сос­тав ме­ня, буд­то в ко­лыбе­ли,

Ука­ча­ет, раз­ве­ет мыс­ли, про­гонит грусть.

Март рас­то­пит сне­га, си­рень зац­ве­тет в ап­ре­ле…

Я при­еду, а мо­жет прос­то на­зад вер­нусь.

Портрет

Рас­пе­чатай ме­ня на ма­товой, чтоб без блес­ка.

И офор­ми в зем­листо-се­рое пас­парту.

Рам­ку вы­бери поп­лотней и сож­ми до трес­ка,

Не ос­та­вив вок­руг ни ще­ли, ни пус­то­ту.


Под стек­ло, что­бы пе­рек­рыть дос­туп кис­ло­рода,

Ты по­весь ме­ня на за­битый не­ров­но гвоздь.

В пыль­ной зат­хлос­ти чер­да­ка, да­леко от вхо­да,

Чтоб ме­ня не уви­дел твой нес­лу­чай­ный гость.


И на­веч­но за­будь о том, что я су­щес­твую.

Не тре­вожь по­нап­расну, не за­жигай здесь свет.

Сот­ни ра­мок вок­руг взы­ва­ют к те­бе, тос­ку­ют.

Я на них не по­хож. Я прос­то жи­вой пор­трет.

Сумасшествие чувств

Скры­вало тон­кий си­лу­эт по­ношен­ное платье.

Она ка­чалась на вет­ру, в ру­ке за­жав рас­пятье.

Бе­зум­ным во­роном ме­тались, рас­пле­та­ясь, ко­сы.

И по прос­то­рам раз­ле­тал­ся крик звон­ко­голо­сый.

То­нуло в без­дне бес­ко­неч­ности её соз­нанье.

Ду­ша бе­зумс­тву от­да­на бы­ла на по­руганье.

В пы­лу за­ламы­вала ру­ки, за­ходи­лась сме­хом.

Боль про­шива­ла иг­ла­ми, оку­тыва­ла ме­хом.

Сле­зами вы­лива­лось су­мас­шес­твие на­ружу,

И с каж­дым вздо­хом ста­нови­лось не­помер­но ху­же.

Зме­ёй от­ча­янье ду­шило, об­ви­вая шею.

В гру­ди раз­вер­злась пус­то­та, всё ши­рясь и чер­нея.

В об­хва­те за­жима­ло рёб­ра до глу­хого хрус­та.

Так по­гибал не че­ловек. Так уми­рали чувс­тва.

Окропи меня

Ок­ро­пи ме­ня во­дой, но не свя­той.

Той, что жизнью на­пол­ня­ет устья рек.

Оза­ри ме­ня не сол­нцем, но лу­ной.

Дай в спо­кой­ствии про­жить гря­дущий век.


Об­ни­ми ме­ня, но не кры­лом — ру­кой,

От теп­ла ко­торой вмиг рас­та­ет снег.

И на­сыть ме­ня не пи­щей, но со­бой.

Пусть спа­сень­ем ста­нет дом твой, не ков­чег.


Ос­ле­пи си­янь­ем глаз, а не за­рёй.

И пусть в веч­ность обер­нется мой ноч­лег.

По­дари мне счастье жить в люб­ви зем­ной,

Той, ко­торую так жаж­дет че­ловек.

Целая вечность

Сер­дце бь­ёт в ба­раба­ны — удар за уда­ром.

И по те­лу опять рас­те­ка­ет­ся боль.

Мир в сво­ём об­ла­чении выц­ветшем, ста­ром,

Мы не ви­делись це­лую веч­ность с то­бой.


За рас­ка­тами гро­ма гус­тое мол­чанье,

Зво­на вы­битых стё­кол не слыш­но сов­сем.

Мы от лас­ки све­тила дот­ла вы­гора­ем,

Здесь нам веч­ность с то­бой не под­нять­ся с ко­лен.


Где ис­черпа­ны страс­ти, там пус­то и се­ро.

Бес­прос­ветный, гне­тущий, все­лен­ский по­кой.

Сла­бый им­пульс гу­ля­ет по сор­ванным нер­вам.

Мы не ви­делись це­лую веч­ность с то­бой.


Не вос­пе­тые в пес­нях, друг дру­гом за­быты,

На нас­каль­ных ри­сун­ках древ­ней­ших пле­мён

Мы не ясны, бес­цвет­ны, поч­ти что раз­мы­ты

И на це­лую веч­ность объ­яты ог­нём.

Звуки пустоты

В коридорах былого фонит отсутствием,

В необжитые комнаты двери заперты.

И намёка здесь на тебя… так пусто мне.

Заколочены досками окна намертво.


Тишина исполняет романсы пустоши,

Так же скудно и бедно, не видно финиша.

И мелодия эта по стенам пусть бежит,

Уплотняя пространство так, что не двинешься.


Кислород забирая в себя по капелькам,

Тишина замедляет поток вибрации.

Белым шумом в ушах оседает замертво,

Иллюзорным в бесчисленных вариациях.


Это редкие всплески моей фантазии,

С тишиной приходящие в эти комнаты.

Привидения-звуки, играя фразами,

Отпевая прошедшее, вновь не поняты.

Моя лав стори

Ле­то пла­вит­ся и сте­ка­ет на дно бо­кала.

И в бо­гем­ском пле­ну сол­нце в вин­ном дрей­фу­ет мо­ре.

Ты в гру­ди мо­ей про­рос­ла со­левым крис­таллом,

На­питав­шись сле­зами и кровью мо­ей лав сто­ри.


Ше­лест волн по­ёт и ус­та­ло лас­ка­ет бе­рег,

Раз­мы­вая сле­ды гол­ли­вуд­ской лю­бов­ной дра­мы.

В пляж­ном до­ме по­гиб­ших чувств с пе­тель сня­ты две­ри.

Пыль заб­венья пок­ры­ла узор на­шей мо­ног­раммы.


По ок­рес­тнос­ти вь­ёт­ся шлейф слад­ко­вато-пря­ный

От­го­рев­ших страс­тей, на­шей ти­хой, ще­мящей не­ги.

Пи­шет по­чер­ком не­раз­борчи­вым, нер­вным, рва­ным

Па­мять глу­пая, прик­ры­вая в меч­та­ни­ях ве­ки.


От­ды­ха­ет ночь на от­весных мо­гучих ска­лах.

А нут­ро моё за­выва­ет так хрип­ло, над­садно.

Ле­то пла­вит­ся и сте­ка­ет на дно бо­кала,

Не пь­янит уже, нет. Аро­мат ис­то­ча­ет смрад­ный.

Твои небеса

Ты не пах­нешь ла­даном, вос­ком цер­ковных свеч.

Не с те­бя пи­сали икон­ные об­раза.

Не ка­салось бла­гос­ловленье по­катых плеч,

Толь­ко све­том ве­ры си­яют твои гла­за.


Сущий греш­ник, ве­рить в спа­сенье не мой удел.

И не черпаю я в мо­лит­вах ду­шев­ных сил.

Я, имея то, что ког­да-ли­бо за­хотел,

До­бывал всё сам, ни о чём Его не про­сил.


Гнул прок­ля­тый мир, тех, кто стал на мо­ём пу­ти.

К це­ли нап­ро­лом, не жа­лея чу­жих го­лов.

По­ка­яние ни­ког­да не бы­ло в чес­ти.

Оди­нокий волк сре­ди стаи пуг­ли­вых псов.


С про­дан­ной ду­шой и бес­сроч­ной пу­тев­кой в ад.

Не указ ник­то мне: ни Дь­явол, ни, да­же, Бог.

Толь­ко за один ми­молёт­ный не­вин­ный взгляд

Пасть по­вер­женный пред то­бой на ко­лени б мог.

Я бы от­дал всё, что имею, что бе­регу

За воз­можность, пусть и чуть-чуть, но свет­лее стать.

Я бы без раз­ду­мий и битв сдал­ся в плен вра­гу,

Ес­ли б ты од­на да­рова­ла мне бла­годать.


Я не тро­ну сквер­ной сво­ей чис­то­ты свя­той,

Не нак­рою мра­ком чу­дес­ный крис­таль­ный блеск.

То, что де­лал преж­де, сров­ня­ло ме­ня с зем­лёй.

Не­дос­той­но­му не ка­сать­ся тво­их не­бес.

Пакет

Я ша­гаю по прос­пекту,

Отов­сю­ду ль­ёт­ся свет,

По до­роге но­сит вет­ром

Неп­ри­ка­ян­ный па­кет.


Он, на­вер­ное, ко­му-то

Рань­ше ну­жен был, но вот

Бес­систем­но, рез­ко, кру­то

Те­лепа­ют взад-впе­рёд,


То швы­ря­ют мне под но­ги,

То заб­ро­сят вы­соко

Вверх воз­душные по­токи

Без уси­лий и лег­ко.


Я же ду­маю: «Ког­да-то

С тем па­кетом кто-то шёл,

И слу­жил па­кет, как на­до:

Дол­го, проч­но, хо­рошо.

Сколь­ких по­менял вла­дель­цев

Этот по­ли­эти­лен?

Кто-то с ним хо­дил на дель­це,

Иль не поль­зо­вал сов­сем.


И ког­да-то он был счас­тлив —

Что-то важ­ное хра­нил.

А те­перь, увы, не в мас­ти

И сов­сем ли­шён­ный сил.


И па­кет по­лезен, вро­де,

Но не ну­жен ни­кому —

Так и в жиз­ни про­ис­хо­дит.»

Ду­мал я… Но по­чему?

Я ждал тебя…

Ты зна­ешь, а я ждал те­бя мил­ли­он зим.

Де­кабрь — дед се­дой мне щед­ро да­рил сне­га.

И за­мороз­ком ян­варь сле­довал за ним.

Я ис­крен­не ве­рил — пла­та не­высо­ка.


Я вы­мучен­но со­зер­цал бе­лиз­ны взлёт,

На бе­лых кры­лах ме­тели меч­тая — вверх.

Я мерз из­нутри, и ме­ня пок­ры­вал лёд,

Я ждал лишь те­бя, от­тол­кнув от се­бя всех.


С фев­раль­ски­ми вет­ра­ми имя твоё пел,

Заб­равшись на ска­лы, я эхом сле­тал вниз.

Я прок­лял Аму­ра и мет­кость его стрел,

Пе­нял на судь­бу за бес­смыс­ленный кап­риз.


Я в шку­рах зве­риных ди­чал и те­рял ум,

Оп­ла­кивал вре­мя без слёз, в пол­ной ти­ши.

Звук чь­их-то ша­гов вы­рывал ме­ня из дум.

Ки­да­ясь на шум, я най­ти те­бя спе­шил.

Ты зна­ешь, а в жиз­ни все­му от­ве­дён срок.

И я, как де­кабрь тот, се­дой, и в ру­ке трость.

Жа­леть смыс­ла нет, ведь я сде­лал всё, что мог.

Я ждал те­бя мил­ли­он зим — вы­мерз нас­квозь.

У каждого своё…

У каж­до­го своё: все­лен­ная и бо­ги,

От­ча­янье и боль, бла­женс­тво и лю­бовь,

Ро­димые сер­дца, прой­дён­ные до­роги,

Про­житые ле­та и ка­валь­ка­да снов.


У каж­до­го своё: бе­зумие и стра­хи,

Ске­леты страш­ных тайн и ому­ты страс­тей,

Ос­колки ста­рых чувств и дра­ные ру­бахи,

Рож­денья пер­вый крик и имя на крес­те.


У каж­до­го своё: сти­хи, ико­ны, крас­ки,

Уби­тые на­деж­ды, яр­кие меч­ты,

Рас­пахну­тые ду­ши, гли­няные мас­ки,

Гро­мады пи­рамид и вет­хие мос­ты.


У каж­до­го своё: сми­рение и но­ров,

Не­ча­ян­ный вос­торг и се­рая тос­ка,

Глу­хая ти­шина, мно­гого­лосье хо­ров.

И каж­до­му своя ве­дущая ру­ка.

Мой апрель

Мой ап­рель бу­дет слож­ным, тре­вож­ным,

Пред­ве­ща­ющим лишь не­из­вес­тность.

Пе­репуть­ем по­лотен до­рож­ных,

Жи­вопис­ностью но­вого мес­та.


Ти­ража­ми буль­вар­ной га­зеты,

От статьи до статьи всё мне но­во.

И сек­ре­ты, сплош­ные сек­ре­ты,

Не по­нят­но, к че­му быть го­товым.


На из­ло­ме вес­ны снег ап­рель­ский

Ра­зуха­бис­то сты­лая вь­южит.

Я с та­кой пе­реме­ною рез­кой

Не зна­ком, со­вер­шенно нед­ру­жен.


Сол­нца яр­ко­го, жар­ко­го ма­ло,

И дож­ди от­би­ва­ют че­чёт­ку.

Ту­чи стро­ем, и се­рым зас­тла­ло

День ве­сен­ний раз­мы­тый, не­чёт­кий.

Где-то плю­сов по Цель­сию мно­го,

Све­жей зе­ленью приб­ра­ны скве­ры.

Мой ап­рель об­на­жён не по сро­ку,

На осад­ки бес­смыс­ленно щед­рый.

Непрочтённая

Ты где-то на пол­ках пыль­но-пре­лая,

И цвет по­теря­ла, ста­ла блёк­лая.

Твой ста­тус «не­чита­но» — так сде­лал я,

Не гля­нув оп­ти­чес­ки­ми стёк­ла­ми.


В сво­ём пе­реп­лё­те не­сураз­ная,

Ру­ками не гре­та ти­хим ве­чером.

Из прош­ло­го гостья бе­зоб­разная,

За­бытая мной, от де­лать не­чего.


Ми­рами под­корко­выми девс­твен­на.

Пой­ди до­гадай­ся, что там сги­нуло.

Ты по­из­но­силась не­ес­тес­твен­но —

За столь­кие ле­та цен­ность ми­нула.


Рас­сохлась и со сле­дами пле­сени,

За что-то не приз­на­на дос­той­ною.

С про­пис­кой в по­мо­еч­ное ме­сиво

Судь­бу до­жида­ешь­ся, спо­кой­ная.

Смах­ну, как ту пыль. По­том не вспом­нится.

Лишь хла­мом на ве­ки зак­лей­мен­ная.

И не воз­ра­зит, та­кая скром­ни­ца,

От­жившая, так и не проч­тённая.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 340