электронная
40
печатная A5
326
16+
Сны бумажных самолётов

Бесплатный фрагмент - Сны бумажных самолётов

Стихи, стихотворения и рисунки без даты

Объем:
100 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-1428-4
электронная
от 40
печатная A5
от 326

Предисловие

Такое ощущение, что настоящее рифмуется с прошлым. Первая моя книжка стихов «Трепет линии крыла» вышла небольшим тиражом в 2006-м году в челябинском издательстве «Цицеро» под редакцией Н. И. Годины, члена Союза Писателей России.

В 2012-м я закончила ЕГТИ. Факультет «Литературное творчество» (мастерская Ю. В Казарина). Юрий Викторович предлагал собрать и напечатать мои стихи, но на тот момент я не была готова…
А когда на фестивале «Sandarina» в Екатеринбурге, мастер-класс издательства «Ridero» и выступление моего друга Рината Ташимова случились на одной площадке, я поняла: это — не намёк, а уже приказ свыше.

Теперь, собрав своё графоманское легкомыслие и красный диплом театрального института в кулак, я решилась на «всплеск эгоизма»: Обложка, иллюстрации и вёрстка своими руками — для меня и счастье, и вызов.

Здесь рассеяны стихи, написанные в разные годы.

Я принципиально не ставлю даты под строчками.

…они все мне дороги, как отпечатки чувств.

Елена Подчинёнова

ДРУЗЬЯМ И РОДНЫМ ВМЕСТО АВТОГРАФА

***

Маме

Бисер дождя на стеклопакете окна.

Сидим за столом.

Моя мама читает Кушнера.

Кутаюсь в голос и суть.

В лето течёт весна!

Словоплетение —

           любимая  наша отдушина…

***

Маме

Октябрь сегодня особенно щедр на дождь…

               Чему удивляться?

Сегодня же твой день рождения!

             А знает природа:

        мы любим с тобой серебро…

Поэтому дарит глазам и душе

             наслаждение!

***

Моей сестре

Струна гитары зазвучала —

Душа вдруг зазвучала с ней.

Как море, ласково качала,

И зов её был всё сильней.

Я уносилась в детства рай:

Сестра мне пела под гитару,

                И говорила: «Подпевай!»

«Невеста брата строчит диплом»

Из-за спинки высокого кресла

Мне не видно тонкой фигурки,

Только слышно компьютер гудящий,

Да по кнопкам летящие руки.

На окне сидит кот, очень чёрный,

И глаза, как у пса Баскервилей

у него получались на фото…

Под окном жильцы пятой квартиры

Загружают в авто чемоданы…

На диване спит брат под пледом —

Был он очень хорошим соседом.

Он вставал на работу рано,

А домой приходил поздно очень.

Философствовал с младшей сестрою,

Как семейную жизнь устроит…

Веселил, хотя я говорила,

Что вставать мне, увы, тоже рано!

Что будильник его не услышу!

Не спою ему утром, как… Витас!

А не высплюсь я — буду Злая!

..вот такое счастливое детство…

***

Александру Петрушкину

Я в твою светоносную молодость

опоздала родиться и повзрослеть.

А иначе легко научилась бы

видеть мир на твоем языке.

Нам досталась мутнейшая из эпох:

свирепеет лениво подросток- век,

а бежать уже некуда. Счастье — вдох

                                                        между бедами.

Про политику, как про  любовь — молчим.

Не межуем на чуждых -тире -своих

круг родных настоящих друзей…

на которых и без того,

                          скупится проруха — судьба.

***

Сергею Пантюхину

Орфография танца еще не знакома,

И невнятица жеста

бьет гордость под дых.

Как же выразить сердце,

без единого слова?

Чем дышать в этом вальсе,

что внезапно возник?

***

Владимиру Азимову

Когда замолчит гитара,

Останется только голос,

Но звонкое эхо продлится

От тонкой гитарной струны…

Начнутся опять разговоры,

Туманные, тихие споры,

Но отзвук струны не исчезнет…

А выльется вдруг на бумагу

Неточным, сухим переводом.

И сам попадется в сети,

Его записавший поэт.

Когда замолчит гитара,

Останется только голос…

Вы спросите: что же дальше?

За голосом — будет Свет!

***

Алле Зориной

«Я сама превращаюсь

в холодный Париж…»

Широко открытым слухом

вижу облака над Сеной,

 чистый холод  крыш Парижа,

что  рисует сейчас  твой голос…

Стих изменился в цвете…

(ты двойственность фразы  простишь.)

Мир  в каждой капле двоится…

Люблю Акварельный Париж!

***

Никите Капралову

Научусь, и однажды,

…свяжу тебе свитер

к тридцатому дню рождения,

чтоб было чуть-чуть теплее

тебе вспоминать меня.

Стихи ты мои не любишь,

и строчки тебя не греют…

поэтому в Санкт — Петербурге

гуляешь без книжки моей.

Летела б с тобою «зайцем»

(вернее сказать, буклетом),

да прямо на Невский проспект…

Но… в анти -табачном июне

свидания не стряслось.

…А если не свяжется свитер…

вручу эти снежные вирши,

чтоб знал ты, какой подарок

был в замысле тихом моем.

***

Андрею Григорьеву

Тёплый шарф твоих ладоней

давно не ложится

на узкие острые плечи…

Нет- нет, я совсем не скучаю,

пришла двадцать третья осень…

Прости, но я точно не помню,

поздравил ли ты меня?

Тёплый шарф твоих ладоней

давно не ложится

на узкие острые плечи.

И ухо давно не ловит

в мобильнике голос твой.

Вот, снова сбиваюсь с ритма…

«Студентка Четвертого курса–

из детства не выпадает»

Казарин меня не простит!

***

Ринату Ташимову

Придумай мне прозвище

Цветастое, как тату,

Словечко, что будет держать на лету.

Прижиматься к душе

 В бесконечные дни,

Когда пустота захлестнёт…

Имени долгий иероглиф

Время беззвучно сотрет…

А  я — поселюсь в твоем крошечном слове.

Так придумай мне прозвище…

Цветистое, как тату!

СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ

***

Недописанное письмо

грузом на сердце лежит…

Неотправленное письмо —

недостроенный мост через жизнь!

Несказанное слово губы жжёт

Неотданная  нежность бьётся в сердце

Жил рядом человек с тобой — и вот,

от имени остался только ветер…

***

Оле Полеевой

Грусти лёгкой розово-белый туман

Ускоряет в душе рубцевание ран.

Светлой печали туман бело-розовый,

Схожий немного он с юными грёзами,

Детскими снами, мечтами, надеждами,

Знаю, не буду такою, как прежде, я…

Розово- бело- туманная грусть,

Смехом сквозь слёзы теперь я смеюсь.

***

Косте Банных

— Ангел ушёл?

— Нет, он вернулся домой!

В мир, где сияет

Любви Бесконечной огонь…

— Ангел ушёл.

      Мы остались одни на Земле.

— Ангел о нас не забыл:

                он оставил свой Свет!

***

Павлу Казанцеву

Поздно плакать. Боль не станет тише.

Не ответит, даже если слышит,

Трудно в небе с «обратной связью»…

Чем грустней, тем слова несуразней.

Опоздала скорбеть и прощаться…

Бесполезно теперь защищаться

От вернейшего чувства вины,

Что меня никогда не оставит.

…Самолёты бумажные славят

Тебя, гений уральской страны!

***

Ивану Зозуле

Не хватает так доброго шелеста

Твоего светло-грустного голоса…

Знаешь, друг мой, а наша жизнь

Так похожа на взлетную полосу:

Ты с неё начинаешь полет в небеса

И по ней же назад возвращаешься…

Так хочу я тебе обо всём рассказать!

И я слышу, как ты улыбаешься.

***

Ивану Зозуле

 Нас разделяли месяц

И ровно четырнадцать лет…

Жили-были: я — стихотворец,

И ты — настоящий поэт.

С похожим лекалом судьбы.

Скажи, на которое небо

Мне думать теперь стихи?

Слова, что тогда не успели созреть?

…Когда я могла позвонить…

ПИСЬМА БЕЗ АДРЕСАТА

***

Бумажные самолёты

не разбиваются…

значит, печальная пьеса

будет с весёлым концом…

Бумажные самолёты

входят в крутое пике,

но я — ничего не боюсь,

покуда ты веришь в меня…

Бумажные самолёты лежат

на весеннем асфальте…

Но  грезят — о высоте!

***

Мой друг так уютно ругается матом.

Он нежность свою драпирует бравадой.

Мой друг — музыкант, одинокий бродяга…

Но хочет душа, чтобы был кто-то  рядом…

И, странно…  так вышло —

                                мы   стали  родными.

И в строчках моих он найдет свое имя,

Стучит мое сердце в его тамбурине…

***

Когда лондонский Тауэр рухнет к чертям,

Я последнее слово хочу дописать,

И поведать потомкам наш смех и печаль…

(Археологи смогут потом раскопать).

Когда лондонский Тауэр рухнет к чертям,

Мы, наверно, успеем признаться в любви?

Я скажу, что девчонок как  ты, не встречал.

Может, все это просто привиделось мне?

Ибо лондонский Тауэр твердо стоит,

Воплощая собой весь английский покой.

И двенадцать часов отбивает Биг Бен….

Все равно… Не встречал я девчонки такой!

***

Твоя босоногая юность

Идет по осеннему парку,

Рваные джинсы ее

Не помнят заплат.

Твоя босоногая юность

Идет по осеннему парку,

Сжимая тесные туфли

В загорелых тонких руках.

Она беззастенчиво знает:

Судьба распахнет все двери!

Ванильное море иллюзий

Не истерзает шторм!

А если девчонке расскажешь,

Что с нею дальше случится —

По-детски в ответ рассмеется…

Наверное, будет права.

***

Мне хотелось бы жить с Вами

в маленьком городе…

Марина Цветаева

В состоянии лёгкой простуды

тянет писать откровенные письма

и стихи без всяких запятых.

Сей поток сумасшедших мыслей

не найдёт своего адресата…

ну, а если найдет — все равно.

Бедный стих получился белым,

словно этот летящий снег

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 40
печатная A5
от 326