электронная
126
печатная A4
634
0+
Сказочки-подсказочки кошки Катейки

Бесплатный фрагмент - Сказочки-подсказочки кошки Катейки

Объем:
116 стр.
Возрастное ограничение:
0+
ISBN:
978-5-4496-4624-8
электронная
от 126
печатная A4
от 634

Моим коллегам посвящается

Обида

(или о том, почему мир вокруг может быть так несправедлив)

Кошка-мать, уютно устроившись в садовом кресле, ласково мурлыкая, вылизывала своих котяток.

Вдруг, к миске возле веранды, спикировала огромная Ворона. Кошка вскочила, готовая в любую минуту встать на защиту своих малышей. Хлопнула дверь и на веранду вышла хозяйка.

— А ну, кыш! — скомандовала она, вскидывая руки.

Ворона тяжело взмахнула крыльями и улетела прочь.

— Интересно, почему, когда люди зовут «кыс-кыс», ты сразу бежишь к ним? — спросила маленькая беленькая кисонька, прижимаясь к маме. — Даже нас бросаешь!

— Потому, что уважаю и люблю своих хозяев, — ответила кошка-мать, которую звали Катейка. — Они заботятся и защищают нас, а если зовут, значит хотят нас чем-то удивить и порадовать!

— Молочка наливают? — уточнила маленькая кисонька. — Божественный напиток! А мы — боги!

Кошка-мать улыбнулась в усы и лизнула ей носик, потом ушко…

— И почему же ты так решила? — спокойным голосом спросила кошка-мать и в очередной раз лизнула ей мордочку.

— Ну… — зажмуриваясь от удовольствия, сказала маленькая кисонька. — Они нас кормят, гладят, за нами ухаживают… Мы — боги!

— Зажмурилась? А теперь представь на минуточку. Хозяева уехали, а нас оставили, — сказала кошка, продолжая вылизывать своего котёнка.

— Куда уехали? — удивилась маленькая кисонька.

— Не важно, — продолжая всё так же мерно вылизывать, ответила кошка-мать. — Уехали и всё!

— И молочка не оставили? — возмутилась кисонька.

— Оставили, — ответила кошка, — но вчера, а сегодня его уже нет!

— Мы пропадём! — вскакивая от возмущения, воскликнула маленькая кисонька.

Кошка лапой притянула её к себе и невозмутимо продолжила.

— Ну и кто теперь, по-твоему, боги? — спросила она.

— Да… — задумалась кисонька, — боги…

Она молча лежала придавленная маминой лапой, но её хвост в серую полосочку метался из стороны в сторону, выдавая возмущение.

— Сейчас оторвётся твой серо-белый пропеллер! — высказался вслух второй котёнок, потягиваясь и прижимая своей лапой полосатый хвостик. — Его, видно, уже однажды пришивали, да только твой беленький кто-то другой подобрал, так тебе полосатый, как у камышового кота, пришили.

— Отдай! — выдёргивая хвостик, сказала беленькая кисонька. — Сам весь в заплатку!

— Тебя даже люди зовут Пришитый Хвостик! — смеясь, сказал чёрно-белый котёнок Мусёк. — О! К холодильнику пошли… Может, молочка нальют? Напиток богов!

— Напиток для кого? — просыпаясь от звука открывающегося холодильника, сказал полосатый котёнок Тигрик. — Правильно, для богов.

— Вот и я говорю, — заметила кисонька Пришитый Хвостик, — молочко для кого? Для нас! Мы — боги.

— А чьё молочко? — спросила кошка-мать. — Хозяйское. Значит, они — боги!

Хозяйка достала бокальчик и налила в него молочка. Котята заворожённо наблюдали за процессом, но она, не обращая на них никакого внимания, села в соседнее кресло читать лощёный журнал. Не спеша перелистывая страницы, она глоток за глотком допила молочко.

— Обидно! — сказал Тигрик. — Всё наше молочко выпила.

— Знавала я одного щенка по кличке Тим, — припомнила кошка-мать. — Так он тоже себя богом считал. Обиделся на хозяев, да так в небытие и сгинул.

— Куда? Куда? — усаживаясь поудобнее, спросила кисонька Пришитый Хвостик. — Расскажи нам!

Котятки удобно устроились, ожидая мамин рассказ.

— Ну, слушайте…

***

Жила-была на свете добрая женщина. В маленьком дворике было всегда чисто и уютно. Женщина часто выходила на крылечко, садилась на ступеньки и наслаждалась тёплым солнышком, голубым чистым небом, лёгким ветерком, запахом молодой зелёной травки. Она любила всё вокруг. Умела радоваться и дождику, и грозе. И всегда рядом с ней была её старая лохматая собака, улавливающая тепло и свет, идущие от хозяйки.

Женщина очень любила её — старую, глухую, облезшую. Просто любила. Ни за что, просто так. Вместе они с удовольствием наблюдали за щенком, случайно появившимся в их жизни.

Весёлый, беззаботный Тим (так звали щенка), гоняясь за яркими бабочками, прыгал вокруг заботливых курочек и, казалось, не замечал старого петуха, который «для форсу» делал важный вид, но тоже был старым добряком. Наигравшись, Тим ложился рядом с новой хозяйкой и засыпал от её ласковых поглаживаний. Казалось, ничто не могло нарушить идиллию.

Но однажды, разыгравшись, Тим в пух и перья разодрал сушившиеся на солнышке подушки, опрокинул ведро с водой, «перевернул» только что засеянные грядки. Ему было очень весело! Он и не подумал о том, что хозяйка, не разгибая спины, трудилась над ними несколько дней.

— Ах! Вот наказание! — воскликнула в ужасе женщина, увидев эту картину. — Как жаль! Столько трудов пропало! Тим, неужели тебе не стыдно!

Она села на ступеньку и со слезами смотрела на испорченные грядки.

Тим как ни в чём не бывало подошёл к ней, но она отпихнула его ногой.

«Ах, так! — подумал Тим, — злые вы все! Уйду я от вас!» — шмыгнул за калитку и быстро побежал за поманившей его девочкой на велосипеде. Потом его поманил мальчишка со свежим батоном в руках, потом пожилой мужчина кинул ему конфету, завалявшуюся в кармане пиджака…

Наступил вечер. Пошёл дождь. Отовсюду его гнали. Его прогнали метлой с уютного крылечка, где он улёгся на тёплом чистом коврике.

— Посмотрите на этого заморыша! Истоптал грязными лапами всё крыльцо, — возмущалась старушка, — да ещё и огрызается!

— Иди, иди своей дорогой, — оттолкнул Тима парень. — Грязный-то какой! Все брюки испачкаешь!

На порог магазина его даже не пустили. Ночевать пришлось под лавочкой возле чужого дома.

«Где моя сахарная косточка на ночь? — думал, засыпая, Тим. — Так и быть: всё прощу и вернусь обратно!»

Но наступило завтра. А затем послезавтра. И после-послезавтра… Прошло лето.

В лучшем случае ему перепадал кусочек хлеба или остатки от обеда дачников, в худшем — вообще только вода из лужи.

По ночам становилось всё холоднее. Шерсть на нём свалялась. Репьи спутали штанишки и сильно мешали. «Какой я несчастный пёс!» — всё чаще думал Тим.

В одно солнечное утро, не предвещающее ничего дурного, он проходил мимо забора, на котором, томно развалившись после удачной охоты, сидел рыжий боевой кот. Он только что разогнал стайку молодых ворон, претендовавших на зрелые зёрна хозяйского подсолнуха, прогнал соседскую курицу, которая пыталась разворошить грядку, потом позавтракал пойманной мышкой и теперь внимательно наблюдал за Тимом, который заглядывал во двор под старой калиткой. Предупредительно свесив лапу, кот, как бы между прочим обращаясь к Тиму, промурчал:

— Эй, заморыш, побираешься?

— Сам заморыш! — огрызнулся пёс. — Я просто из дома ушёл! Обиделся — и ушёл!

— На что? — удивился кот. — Тебя не кормили? А может быть, тебя били?

— Нет, — резко ответил Тим.

— Тебя не любили? — допытывался кот. — Не гладили?

— Да нет! — с нарастающим раздражением ответил Тим.

— Так на что же ты обиделся? — искренне удивился кот.

И Тим рассказал ему свою обиду так:

— Было тёплое весеннее утро. Мне было скучно. Старая собака Аська со мной не стала играть — грелась, видите ли, на солнышке. Хозяйка с утра целый день копала свои грядки, а когда я к ней подбегал, она, вместо того чтобы гладить меня, разглаживала землю и умильно тыкала зёрна. Потом еле разогнулась! И даже чуть не упала, споткнувшись об меня. «Не путайся под ногами, — говорит, — устала я. Пойду, приготовлю всем покушать». И ушла в дом.

— Прилетела стрекоза, и я стал гоняться за ней. — продолжал Тим. — Земля была мягкая, и мне было очень весело бегать по ней туда-сюда, так что скоро от этих грядок не осталось и следа!

— Неужели ты испортил всё, что сделала за день хозяйка? — вздёргивая брови, спросил кот.

— Ничего я не портил! — снова огрызнулся Тим. — Я просто истоптал землю. Это было так весело! А ещё веселей было выдёргивать пух и перья из подушек.

— Из каких подушек? — ещё больше заинтересовался кот рассказом.

— Да… ну… те, что хозяйка выставила на солнышко посушиться и проветриться. Когда я прыгнул на одну из них, полетело только одно пёрышко, а потом… весь двор, крыльцо, огород были покрыты ими, как снегом! — гордо сказал Тим.

Кот задумавшись молчал.

— Пока я ждал, когда хозяйка вынесет мне поесть, — продолжал он, — я захотел пить, да и в носу щекотало. Я залез в ведро, и оно опрокинулось. Жаль! Такой день испортили!

— Кто испортил? — переспросил кот, вся его морда выражала удивление.

— Кто-кто?!! Хозяйка, конечно, да эта старая собака Аська. — пояснил Тим. — Лежит себе на солнышке да лает на каждый шорох — охраняет, видите ли!

— Глупец! — с сочувствием в голосе произнёс кот. — Ты так ничего и не понял! Ты брал всё, что мог: и еду, и уют, и любовь, а сам ничего не давал взамен! Что сказать — эгоист!

С этими словами рыжий боевой кот ловко спрыгнул с забора, разгоняя в разные стороны стайку воробьёв, налетевших на кормушку для курочек, и поспешил на зов своей любимой хозяйки!

***

Кошка-мать закончила свой рассказ и вопросительно посмотрела на малышей.

— Мне эту историю тот самый Рыжий Кот рассказал, — закончила она. — Так что делайте выводы, кому на кого обижаться!

Царь зверей

(или о том, как важно научиться понимать суть происходящих событий)

Был самый конец августа. Солнышко ярко светило, но уже не жгло своими лучиками. Котята играли на веранде. Они по очереди залазили на полочку с садовой хозяйской обувью, прятались в тапочки и сваливались вниз прямо в них.

У входа на веранду лежал огромный пёс с красивой гривой, как у льва, необычной породы — тибетский мастиф.

— Я царь веранды! — заявил котёнок Тигрик, залезая в своё любимое садовое кресло и принимая позу льва.

Котята опасливо посмотрели в сторону пса. У него даже имя было грозным и важным — Хан. Пёс спал, развалившись на полу.

— Что от него толку? — оценивая обстановку, сказал Тигрик. — Ест и спит.

— Сороки у него из кормушки сухарики таскают! — сказал Мусёк. — Он даже с ними справиться не может.

— Я, смотрите, могу добежать до поворота веранды, — сказала Пришитый Хвостик. — Здесь мы главные!

Из-за угла дома вышла кошка-мать.

— А ну, кыш! — шикнула она на разрезвившуюся малышню. — Знай своё место! Не нужно зверя дразнить!

Кошка спокойно прошла мимо собаки и легла на свой коврик. Малыши живо прильнули к ней.

Хозяйка вышла на веранду, ласково погладила кошку и, положив в её тарелочку лакомство, снова ушла в дом.

С забора за ними наблюдала нахальная залётная Ворона. Она бесцеремонно слетела с забора, огляделась и нагло пошла к миске.

— Посмотрим, что нам здесь приготовили? — сама с собой разговаривала Ворона.

Наблюдая за огромной чёрной птицей с мощным острым клювом, котята залезли под лавочку и сбились в комок. Кошка-мать изогнула спину и ощетинилась, закрывая собой свой выводок. Хан приподнял голову и пристально посмотрел на Ворону. Ворона остановилась.

— Хав! — только и произнёс пёс.

Ворона присела от испуга.

— Хав! — внятно, громко и чётко вновь произнёс Хан. — Лети своей дорогой!

Ворона засуетилась на полпути к миске и улетела прочь. Кошка легла к малышам, своим тёплым и ласковым языком снимая их испуг.

— А теперь сами решайте, — сказала кошка, — кто главный! Слушайте историю, которая произошла в далёкой стране, но услышать её и вам будет полезно.

И кошка-мать начала свой рассказ.

***

В одном из зоопарков жил аравийский лев, которого звали Юзлес. Это звонкое имя, в переводе на русский язык означает «бесполезный». Он гордо расхаживал по своему вольеру, грациозно вскидывал голову и злобно рычал без всякого повода. Просто так. Но каждый раз звери в других вольерах настораживались, а про себя думали: «Надо быть поосторожнее и потише: Царь зверей чем-то недоволен!»

Неподалёку в скромном вольере жила мудрая лошадь, которую так и звали Виздом, что в переводе означало Мудрость.

В зоопарк она попала случайно. Её везли на торги, когда директор зоопарка заметил печальные глаза, как он выразился, «такой красавицы» и перекупил лошадь.

А случилось всё так.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 126
печатная A4
от 634