электронная
400
печатная A5
432
0+
Сказки русского народа

Бесплатный фрагмент - Сказки русского народа

В пересказе Деда Андрея

Объем:
152 стр.
Возрастное ограничение:
0+
ISBN:
978-5-4498-0069-5
электронная
от 400
печатная A5
от 432

Лисичка-сестричка и Серый волк

Жили-были дед да баба.

Где? О том известно слабо,

Что полегче поспроси —

Где-то на Святой Руси!

Просит дед участья бабы:

«Пирогов испечь могла бы!

А я рыбкой помогу —

Пойду сани запрягу».

Вьётся зимняя дорога,

Наловил дед рыбы много,

Весело спешит домой…

Поперек дороги той,

Аккурат в разлад движенья,

Вроде некое виденье:

Калачом большим — краса!

Лежит рыжая лиса!

Дед с саней слезает быстро —

Не подумал, что нечисто:

Вот-вот, кажется, сбежит!

Нет! Как мёртвая лежит!

Взял он этот мех приятный,

Для жены подарок знатный:

«Вот уж прибыль, да всерьёз!»

И кладёт лису на воз.

Сам же, больше для сугрева,

На ногах пустился слева…

Тут я не найду слова

Ведь лиса была жива…

На возу чуть полежала,

Рыбу всю перекидала

На дорогу из саней,

И как тень ушла за ней…

«Ну, старуха, — дед гундосит, —

Что твоя соседка носит,

От такого я бы сник!

Глянь, какой там воротник!»

Баба к возу… ну ругаться:

«Ан, привык как измываться!»…

Тут дед сразу и смекнул,

Как тот мех его надул.

А лисичка-то, сестричка —

Где карасик, где плотвичка.

В одну кучку собрала,

Села, кушать начала.

На ту пору волк явился —

Как-то к месту ухитрился:

Здравствуй, милая сестра,

Нынче больно ты востра!

— Здравствуй, братец.

Жизнь — везенье:

То с тузом, то разоренье!

— Ты, я вижу, в барыше,

Позаботься о душе:

Когда совесть мучит — пытка!

Дай мне рыбки от избытка!

— А ты сам себя потешь —

Налови-ка, да поешь!

— Как-то я и не умею!

— Посоветовать посмею:

Ты ступай к реке, где мост,

Опусти там в прорубь хвост

И сиди да приговаривай:

Ловись рыбка да наваливай!

Будешь дольше на посту —

Вся прицепится к хвосту!

Волк пошел, хвост в прорубь сунул…

Час сидит — уж кто-то клюнул.

Два сидит: стал хвост тяжел…

Потому и не ушел,

Что, прикинувши угрюмо,

Он о рыбке больше думал,

Как он сделает запас…

Тут пришла лиса как раз…

Стала около юлить,

Стала волчий хвост студить:

«Ясни, ясни небо звёзды.

Мёрзни, мёрзни волчий хвост!»

Волк, естественно, вопрос:

«Что ты, лисонька, хлопочешь,

Что-то про меня бормочешь?»

«Братец, тут загадки нет, —

Пряча милую улыбку,

Говорит лиса в ответ. —

«Помогаю ловить рыбку:

Ясни, ясни небо звёзды

Мёрзни, мёрзни, волчий хвост!»

А у волка ощущенье

Небывалого везенья.

Приподняться захотел,

Чувствует, что есть предел:

Сколько рыбы привалило!

Взять её — не тут-то было…

Смотрит, шумною толпою

Идут бабы за водою,

Кричат: «Серый! Волка бейте!

Разбойника не жалейте!»

Чем попало стали бить

И нещадно колотить.

Волк вертелся, извивался,

Скалился, оборонялся —

Оторвался от хвоста

И очнулся у моста:

«Ах, лисица, ты, сестрица!..

Научу тебя сторицей!

Так при встрече пошучу —

Все советы оплачу!»

А тем временем лисичка

Захотела съесть яичко,

По деревне погулять,

Да курятинки занять.

Забежала в один дом:

Печь блины собрались в нем.

Головой попала в тесто,

Как — нам это неизвестно,

И какой нам в этом толк…

Тут её и встретил волк:

«А, знакомые всё лица!

Ах, лисица ты, сестрица,

Вот ответишь за совет —

На мне шкуры больше нет!»

Братец, как ты это можешь!

Ты вглядись, кого тревожишь!

Днём не видишь ты ни зги!

У меня текут мозги!

Больше твоего досталось…

И то правда! Э-ка жалость!

Ты, сестричка, не сердись!

Помогу, такое дело!

На меня верхом садись!

На него лиса и села.

Едет, песенку поет:

— Бит небитого везёт!

— Что-то ты опять хлопочешь,

Что-то про меня бормочешь,

Придержать не можешь рот?!

— Битый битого везёт —

Я, страдая, повторяю,

Волк, тебе всё помогаю!

Ах, какой же ты чудак!

Так, родная моя, так!

Репка

Кто со сказкой не знаком?

Каждый с детства помнит крепко:

Была высеяна репка

Неизвестным стариком…

В репке дед души не чая,

Воду к ней носил ковшом.

Репка выросла большая

— пребольшая, словно дом.

Захотел дед вырвать репку,

Но она сидела крепко…

Старый бабку пригласил,

Но вопроса не решил…

Бабка покричала внучку,

Не лентяйку-белоручку…

Внучка сразу же пришла

И спросила: «Как дела?!»

Они выстроились цугом,

Стали репку ту тянуть,

Ухватившись друг за друга…

И не сдвинули ничуть!

Внучка пригласила Жучку,

Преуслужливую штучку…

Жучка внучку за подол.

Вчетвером они тянули

Репку и… не шелохнули.

Снова номер не прошёл.

Жучка ублажила кошку…

За отдельную кормёжку.

Тянут репку в напряженьи —

Никакого нет движенья.

Кошка устыдила мышку

Показать свою силишку…

Та боялась, но потом

Встали дружно вшестером…

Тут и… выскочила репка…

Хоть в земле сидела крепко…

Кто со сказкой не знаком?!

Всем бы было не до смеху.

Кадры! Это ключ к успеху…

С гениальным стариком!

Колобок

Колобок — очень русская сказка.

В ней глубокий смысл… и подсказка.

А было старушке совсем невдомёк,

Зачем испекла она тот колобок?

И был колобок и умён, и горяч,

И мчался по жизни свободно и вскачь.

Он полон был блеску, гордыни, презренья,

Его распирало во всю самомнение,

И что по сусеку надёжно скребён,

И что-де по коробу знатно метён,

В сметане мешон да и в масле пряжён.

Он, дескать, докажет, что он — не смешон…

И он доказал и медведю, и волку,

И зайцу, конечно, но что в этом толку!

Ведь как ты не кинь… всё учтут небеса…

И всем колобкам… попадется лиса.

Курочка Ряба

Объяснил, какой умник, хотя бы,

Смысл известной всем Курочки Рябы.

Жили где-то и дед тот, и баба,

И была у них Курочка Ряба.

И снесла им домашняя птичка

Золотое (по тексту) яичко…

Для эпохи любой это круто,

Ведь такое яичко — валюта.

А хозяйство было совместно,

Говорить нам о том неуместно.

И возникла у них заковычка —

Поделить надо было яичко.

Золотишко внесло мысль худую:

Захотелось им вдруг в жизнь иную.

Баба что-то своё замечтала,

Деду, вроде, печи стало мало…

Нам сейчас это кажется слишком —

Разделить собрались золотишко…

Дед лупил, бил яйцо что есть силы,

Баба тоже его колотила.

Ничего у них не получалось,

Не крушилось яйцо, не ломалось.

И они это всё отложили…

Отдохнуть с непривычки решили.

На столе появилася мышка:

Баловница такая, плутишка.

И хвостом по яйцу раскрутилась…

И упало яйцо, и разбилось.

И завыла тут баба негромко…

Плачет дед. И навзрыд плачет баба…

И кудахчет Курочка Ряба:

Что вы плачете?! Дело пустое…

Я снесу вам яичко… простое.

Теремок

Терем, Терем-теремок,

Средь полей, вдали дорог,

Окружённый лопухами,

Обвеваемый ветрами,

И не низок, не высок —

Стоит Терем-теремок.

Пролетала мимо Мушка:

«Что за милая избушка!

Экий Терем-теремок» —

И ступила за порог.

Обошла все помещенья,

Осмотрела этажи.

Поняла, не без смущенья,

В доме — нету ни души.

«Значит, так тому и быть.

Здесь одна я буду жить!»

Стала жить да поживать,

Утром солнышко встречать!

Прошуршала мимо Мышка:

«Это кажется мне слишком,

Не был дом здесь в прошлый год.

Кто!? Кто в тереме живёт?»

Мушка глянула в окошко,

Ставни сдвинула немножко,

Повертела головой:

«Плохо, — говорит: — одной!

Я живу здесь, муха–Мушка,

Раскрасавица и душка!

А ты кто? Тебя как звать,

Как прикажешь величать!?»

«Я мышка, мышка–Норушка.

Веселушка и хохотушка.»

«Заходи! Мой дом — твой дом,

Будем жить с тобой вдвоём!»

Стали жить они прекрасно.

Солнце светит, небо ясно.

В кладовой всегда запас

Муки, сыру и колбас…

Дождь прошёл — в домишке сухо.

«Славно здесь!» — сказала муха.

Мышка посмеялась звонко:

«Ты права всегда, сестрёнка,

Каждому свой уголок

Приготовил теремок.

Много комнат, светлый дом.

Хорошо мы здесь живём!»

Кто-то, как-то неуклюже,

Во дворе пошел по лужам:

«Шлёп, шлёп, ква-ква-ква,

Просто кругом голова.

Ква-ква-ква, чудесный дом

И красиво так кругом:

«Терем, Терем-теремочек!

Кто там в тереме хлопочет!?»

Дрогнуло вверху окошко,

Показалась муха крошка.

Задрожал внизу карниз —

Мышка выглянула вниз:

Вот живём мы и не тужим.

Двое нас — давно мы дружим.

Погляди сюда, я — Мушка,

раскрасавица и душка.

Мышка-норушка, гуляя по миру,

Здесь для себя отыскала квартиру.

Можешь и ты приглядеть уголок,

И заселиться к нам в Теремок.

Как тебя звать, как тебя величать?

Будем тебя и любить, и встречать.

Я лягушка, ква-ква-ква.

Помню отлично почти все слова,

Но заменяю их одним словом —

Чтоб не болела моя голова,

и чтоб не спорить ни с кем бестолковым.

Вот и отлично, будем дружить!

Разве втроём не приятнее жить?!

И лягушка в дом вошла,

Одну комнату открыла

И остаться там решила.

Слегка веник намочила

И немного подмела.

Постелила вновь постель,

На окно внесла цветочек,

Вышла в кухню: «Вот теперь…

Дом мой — этот Теремочек.»

Замесила быстро тесто,

Протопила на ночь печь.

Говорит: «Давно известно,

Лучше хлеб домашний печь.»

Хорошо, когда втроём:

Выкопали водоем.

Пруд хозяйственного рода,

Как бы для водопровода.

Стали жить да поживать,

Утром солнышко встречать.

Тут и появился Ёжик.

Средь ухоженных дорожек.

Походил и побродил,

Сел, глаза загородил.

И прищурился от солнца:

— Чистые блестят оконца,

На одном цветок цветёт.

Кто!? Кто в тереме живёт?

Отворилось три окошка:

В одном муха — Мушка-крошка.

Во втором — мышка-норушка.

В третьем — важная Лягушка.

Ёжик и оторопел,

Слова вымолвить не смел.

Стал серьёзнее и строже..

А потом сказал: «Я — Ёжик!»

Тут поднялся бум такой!

Стали все наперебой

Представляться, называться,

Приглашать Ежа домой.

Ёж достал свою гармошку,

Поиграл на ней немножко,

И придумать тут же смог

Песенку про Теремок…

Населенье зашумело,

Как могло, так и запело.

«Веселее вчетвером,

Заходи скорее в дом!»

Стали жить они, как жили,

Дружно время проводили,

Вечером и за столом,

Пели песни и шутили,

А хозяйствовали днём.

Они часто пели песню,

Где слова и звуки в лад.

Песни не было чудесней —

Был той песне каждый рад.

Как-то этим тёплым летом

Спали все перед рассветом.

Отклонил свой лист лопух —

Рядом проходил Петух…

Глянул только на избушку —

Загремел, как грянул в пушку:

«Теремок! Кукареку!

Без него я не могу!»

Резко крыльями захлопал,

Шею вытянул, затопал,

И заквохтал, и запел:

Кто живет здесь? Где народ?

Петушок ждет у ворот!

Отворились все окошки,

Заиграл Ёж на гармошке.

Тут поднялся шум и гам,

Какой не приснится нам.

Закричали все кругом.

Каждый начал представляться,

Отмечаться, называться,

Зазывая гостя в дом.

Выделили ему место:

Комнату, под чердаком —

Вид на утро, всем известно

Восход связан с Петухом.

Сели завтракать. У мышки,

Самовар давно кипел.

У лягушки были пышки —

Их вчера никто не ел,

Потому что у лягушки

Были вечером ватрушки.

Кто же будет пышки есть,

Если вот — ватрушки есть?

С гостем сблизились за чаем —

Чай сдружил весь коллектив.

Ёж сказал: «Мы замечаем —

Чай рождает в нас порыв!»

Раз уж был водопровод,

Теперь, будет огород.

Все хотели, чтобы были

Фрукты, овощи весь год.

Раньше всех Петух вставал,

Огород тот поливал

И будил друзей с восходом,

Солнце красное встречал.

Как-то днём явился Зайчик,

Торчеух и побегайчик.

Говорит: «Нигде не мог

Я найти такое чудо,

Как вот этот Теремок.

Терем, Терем-теремочек,

Зайка тоже жить здесь хочет.

Покажись, честной народ!

Кто?! Кто в тереме живёт!?»

Сверху дрогнуло окошко:

— Я живу здесь — Мушка-крошка.

Кукарекнул голосок:

— Я живу здесь — Петушок!

Слева задрожал карниз —

Мышка выглянула вниз,

Несколько упало крошек:

Я живу здесь, — свистнул Ёжик.

Из окна свалилась кружка:

— Я, — проквакала Лягушка.

И, конечно, вопросили

— Ты-то кто? — его спросили.

— Заяц я, и налегке жить хотел бы в Теремке.

Тут все сразу закричали,

Зашумели, запищали…

— Просим милости, дружок!

Заходи к нам в Теремок!

Сразу заяц утвердился.

Ниже всех расположился

— Буду двери открывать,

Всех встречать и привечать.

Хорошо жить вшестером

Ах, какой чудесный дом!

Но однажды солнце село,

Небо сразу потемнело.

Сладко спал уставший дом.

За окном ударил гром.

Дождь пошёл,

Стучась в дом глухо —

Было в нём тепло и сухо.

Страшный грохот вдруг раздался —

Кто-то в терем прорывался,

Стала сильно дверь дрожать —

Захотелось убежать.

Заяц говорит: «Кто это?

Не спросясь, и без совета,

Ломит дверь, чтоб отпереть?!»

Говорят ему: «Медведь!

Я — Медведь.

Дождь льёт ужасный!

Пропадаю я напрасно!

Заболеть могу, продрог!

Дай погреться, Теремок!»

«Теремок бы рад пустить,

Но нельзя тебя вместить!

Даже в дверь ты не пролезешь,

Если с места дверь сместить!

И местечка нет у печки!

Нету вглубь и нету вширь!

Как бы не было осечки,

Всё сломаешь, Богатырь!»

Заяц говорит: «Тебе,

Прислониться бы к трубе,

Труба тёплая, быть может,

Посчастливится тебе!»

И полез Медведь на крышу.

Домик дрогнул и осел.

Прочный был, но не сумел

Выдержать такого Мишу…

Все, кто был там — все спаслись.

Вокруг Миши собрались,

Говорят: — Ну что ты сделал?

Нам без дома, что за жизнь?

Медведь тоже был расстроен,

Мышка плакала… Настроен

Только Ёжик был один —

На гармонике дин-дин:

«Что вы плачете, ребята?

Жили скучно мы когда-то,

А собрал нас теремок,

И Медведюшка помог, —

Показал нам, что мы — сила!

Наше время наступило!

Медведь, хочешь с нами быть?

Станем мы с тобой дружить!

Теремок мы восстановим.

Снова вместе будем жить!»

Дождь окончился, светало.

Солнце медленно вставало.

Был разрушен теремок.

Только печь с трубой стояла

Разве это было мало?!

Печь топи — пеки пирог.

Дружно все впряглись в работу.

Проработали субботу,

В воскресенье праздник был.

Миша мёдом угостил:

Из дупла мёд ароматный.

Медведь пасечник был знатный,

Пасеку в лесу имел

И без дела не сидел.

Всё случилось этим летом.

Вокруг печки, встав с рассветом,

Растащили старый дом.

Мусор вымели потом.

Место выделили Мише:

Жить ему, ведь, не на крыше.

Чтоб он мог спокойно спать,

Домом вновь не рисковать…

Вырыли подвал глубокий,

Выстелили камнем пол,

Положили доски в сроки,

Выровняв тот пол, как стол.

Обложили стены дубом,

Обработанным, не грубым,

Сделал Миша сам кровать,

Чтобы было где поспать.

Лестницу туда спустили,

Утеплили потолок.

Стали строить Теремок —

Место зайцу отделили.

И лягушку поселили

По второму этажу.

Как по лестнице — направо

Дали комнату Ежу.

Мышке слева, чуть повыше,

Ближе к Мушке, ближе к крыше.

В комнатку вселили Мушку —

Раскрасавицу и душку…

На восток с окном широким

Пете дали кабинет,

Чтоб встречал он много лет

Солнечных лучей потоки.

Шею, выкрутив в дугу,

Всем кричал: «Кукареку!»

Так, как раньше они жили

И чем раньше дорожили,

Сами сделали всё впрок.

Выстроили Теремок.

Терем, Терем-теремок.

Средь полей, вдали дорог,

Окружённый огородом,

С собственным водопроводом,

С электрическим движком,

С экономным ветряком.

До сих пор живут зверушки

В своём маленьком домушке.

И не низок, не высок,

Стоит Терем-теремок!

И звучит там часто песня,

Где слова и звуки в лад,

Песни этой нет чудесней —

Этой песне каждый рад:

«Теремок наш стоит далёко от дорог,

Так удобно нам жить в Теремке!

От всего, от всего нас спасёт теремок,

Только дверь быть должна на замке,

Чтоб никто, никогда, не застал нас врасплох.

Сердце наше открыто друзьям!

Нас роднит каждый шаг,

Каждый взгляд, каждый вздох.

В теремке очень благостно нам!

Пусть проходят под солнышком дни и года,

Мы работаем здесь и живём.

Очень хочется, чтобы так было всегда!

Вот поэтому мы и поём.

В теремке мы не знаем ни бед, ни тревог,

Мы пришли и уйдём налегке.

Всё что будет — один только ведает Бог!

Всё в Его всемогущей руке!

Война грибов

В стародавние, давние времена,

Половина забылось с годами,

Царь Горох решил, что будет война.

И будет война — с грибами!

Гриб Боровик, суровый старик —

Над грибами всеми полковник,

Под дубочком сидел, на всех строго глядел,

Чтобы выяснить, кто же виновник.

Кто бузит, кто не хочет идти воевать,

Кто отлынивает, боится.

Отовсюду послал он белянок собрать

И велел им в строй становиться.

Но белянки подняли возню и крик:

«Не покинем мы наши полянки!

Не пойдём на войну! Сам воюй Боровик!

Всё же мы — столбовые дворянки!»

Боровик приосанился, но стерпел,

Крикнул рыжиков, что есть мочи:

«Отстраняю я вас от гражданских дел,

На войну приходите к ночи!»

«То, что рыжие мы, ты нам ставишь в вину!

Как в глаза мы посмотрим людям?!

А мы рыжики — богачи-мужики,

Но войной промышлять не будем!»

Боровик засопел, Боровик задрожал:

«На войну собирайтесь, волнушки!»

«Ты, полковник, подумал, что ты сказал?

Мы, волнушки — всего лишь старушки!»

«Приходите, опёнки, ко мне на войну!» —

Прогремел Боровик, багровея.

«Не пойдём мы, опёнки, к тебе на войну!

Ноги тонки свои пожалеем!»

«Говорушки, пойдёте ли вы воевать?

Или вы, как опёнки, решите?»

«Не смеши, Боровик, и не смей нам пенять,

Что к войне у нас нет вовсе прыти.

Мы нежны и бледны и, хоть любим страну,

Слабосильны мы все, как волнушки.

Не пойдут Говорушки к тебе на войну,

На войну не дадут ни полушки!»

Боровик застонал, Боровик заворчал

И всмотрелся в лесные опушки:

«Я никак вот такого не ожидал,

Я так верил в Вас, Говорушки!»

«Сыроежки! Вставайте скорее в строй

И полки формируйте без спешки!

Я-то знаю, что каждый из вас — герой!

Вот такие все, сыроежки!»

Сыроежки задумались, а потом

Кто-то крикнул: «Война, разруха,

Воевать ни за что, и покинуть свой дом,

Нам, ребята, не хватит духа!»

Боровик в раздражении побледнел,

Под дубочком своим потоптался,

Туда поглядел, сюда поглядел,

И вперёд, как бы, весь подался.

«Ну а вы, не готовы и вы для войны?» —

Прошептал Боровик не без грусти…

«Мы пойдём на войну!

Мы дружны и вольны!» —

Отвечали крепкие грузди…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 400
печатная A5
от 432