электронная
68
аудиокнига
68
0+
Сказки об Одуванчиках

Бесплатный фрагмент - Сказки об Одуванчиках

Объем:
146 стр.
Возрастное ограничение:
0+
ISBN:
978-5-4483-2829-9
электронная
от 68
аудиокнига
от 68

Одуванчик и жители прекрасного сада, или
С чего всё началось

Жил-был на свете Одуванчик. Он родился в прекрасном саду, где росли раскидистые плодовые деревья: яблони, груши, сливы. Они пышно цвели весной. И жители города, гуляя по дорожкам сада, восхищённо говорили: «Какая же красота!» В ответ деревья с гордостью шелестели: «Конечно, красота!» Потом наступало лето, и деревья были украшены плодами, которые постепенно наливались соком и сладостью. Люди с радостью смотрели на тяжёлые ветки и говорили: «Как хорошо! Осенью будем с яблоками, грушами да сливами». И деревья с удовольствием поддакивали: «Ещё бы! Конечно, хорошо!» К концу лета или в начале осени жители города собирали с деревьев плоды и нахваливали: «Ах, какие душистые груши! Яблоки в этом году как удались! А сливы-то, сливы — просто сахарные!» А деревья опять самодовольно покачивали сильными ветвями: «Да-да, мы именно такие!»

Очень высокого мнения были о себе плодовые деревья. Поэтому они совсем не замечали такой скромный цветок, как одуванчик. А он с восхищением смотрел на них снизу вверх.

Ещё в саду были разбиты роскошные клумбы, которые благоухали тонко и изысканно и радовали глаз пышными цветками с весны до поздней осени. На клумбах росли пионы с раздутыми от важности щеками; щёголи-левкои, каждое утро выливающие на себя целые флаконы нежнейших духов; дельфиниум, высоко задирающий нос от чувства собственной исключительности; маки-забияки, похожие на молодых петушков с красными гребнями на головах, всегда готовые к колкостям и остротам, и много других ярких, порой редких цветов, — одним словом, на клумбах собралось самое изысканное аристократическое общество.

Все жители клумб очень гордились своей красотой. Когда люди проходили по дорожкам сада и наклонялись к цветам, чтобы их понюхать или получше рассмотреть, те начинали благоухать ещё сильнее. Лепестки их становились ещё ярче от гордости и удовольствия: ведь даже такие существа, как люди, кланяются им! В своём гордом ослеплении садовые цветы тоже не замечали нашего героя.

Да он и не старался выпятить себя. Одуванчик поселился около самого забора, в тенёчке, в стороне от самодовольных плодовых деревьев и напыщенных садовых цветов. Солнце редко заглядывало в его заброшенный угол. Ни один человек никогда не сказал об Одуванчике ни одного доброго слова. Его просто не замечали. Одуванчику было грустно и одиноко.

Как-то Одуванчик набрался храбрости и заговорил с соседкой Незабудкой, которая росла недалеко от него. Незабудка показалась Одуванчику такой робкой и нежной, что он преодолел свою нерешительность и застенчиво произнес:

— Здравствуйте! Какой сегодня прекрасный день, не правда ли?

— Да, день и правда неплохой, — снисходительно проговорила Незабудка.

— Ваши цветы так прекрасны! — в восхищении сказал Одуванчик.

— Да, пусть и невелики мои соцветия, зато они цвета неба, — ответила Незабудка, и в её тоне прозвучало всё то же самодовольство, которое исходило от плодовых деревьев и садовых цветов.

— А что такое небо? — спросил Одуванчик.

Дело в том, что из его тёмного угла неба не было видно, даже самого маленького клочочка.

— Небо… небо… небо это… — тянула в растерянности Незабудка.

Она просто не знала, что и ответить. Она видела небо каждый день, но никогда не задумывалась о том, что же это такое. Небо было нужно Незабудке лишь для того, чтобы смотреться в его синеву, как в зеркало. Её совсем не смущало, что небо огромно, а она лишь пылинка по сравнению с ним. Также её не интересовало, что цвет неба постоянно меняется, что по нему проплывают облака или вдруг там, в этой загадочной вышине, собираются грозовые тучи; что по ночам небо чернеет, и на нём высыпают яркие красавицы-звёзды. Ничего этого Незабудка не видела. Она искренне считала, что небо — это лишь отражение её, Незабудки.

— Небо — это моё зеркало, оно отражает мою красоту, — наконец ответила Незабудка.

— А вы тоже садовый цветок? — дружелюбно спросил Одуванчик, чтобы как-то поддержать разговор.

Незабудка смутилась. Она очень хотела быть садовым цветком и расти на клумбе. Ей казалось, что тогда она достигнет небывалых высот и получит немало почестей. «Быть садовым цветком — это верх мечтаний! Только они имеют высшие привилегии в жизни. Когда-то все цветы были лесными да луговыми, как и я, а потом самые красивые из них (на взгляд людей, конечно!) стали и самыми главными — садовыми. Ну, а я себя считаю ничем не хуже садовых цветов! Кто, как не я, достоин расти на клумбе?!.» — такие мысли очень часто посещали Незабудку. Но пока её мечта не воплощалась в жизнь. А садовые цветы презрительно поглядывали на неё со своих пьедесталов-клумб.

— Н-нет… я… не садовый цветок. Я полевой, — стесняясь своего положения, ответила Незабудка. — Ну, а ты… Ты вообще просто сорняк! –тон Незабудки неожиданно стал холодным и жестоким.

Она пыталась таким способом возвыситься над Одуванчиком: унизить его, чтобы казаться себе самой лучше и значительнее.

— Как это — сорняк? — не понял Одуванчик.

— А так! Вырвать тебя надо с корнем, и всё! Тебе не место в нашем саду! — злобно проговорила Незабудка.

Ей было очень досадно, ведь пришлось признаться в том, что она не садовый цветок, да ещё какому-то сорняку! Злость и досада так исказили её черты, что она растеряла всю свою привлекательность. Даже голубые цветки потемнели, словно уже начали отцветать.

Одуванчик не ожидал от скромной на вид Незабудки такой жестокости. Он печально замолчал.

С того дня он стал грустить ещё больше. Но к его грусти прибавилась светлая мечта: увидеть небо.

Однажды на его ярко-жёлтый цветок прилетела бабочка. Она с нежностью и удовольствием стала перебирать тычинки Одуванчика и пить его нектар.

— Ах, как вкусно! Ах, как сладко! — приговаривала Бабочка.

От таких похвал Одуванчик приободрился. Он радостно распушил свои золотые лепестки, расправил резные листья. Когда Бабочка наелась и стала охорашивать яркие изящные крылышки, Одуванчик набрался храбрости и спросил:

— Уважаемая Бабочка! Не могли бы вы оказать мне огромную услугу и ответить на один вопрос?

— Конечно, милый Одуванчик! Ты так вкусно накормил меня! Это ты оказал мне огромную услугу, и я с радостью отвечу на любые твои вопросы.

— Не знаете ли вы, что такое небо? — робко спросил Одуванчик.

— Конечно, знаю! В небе можно летать. Небо даёт счастье. Оно огромно и необъятно.

— А как это — летать?

— А вот так, — сказала Бабочка, взмахнула крыльями и полетела.

— До встречи в небе! — донеслось до Одуванчика.

«Она, наверное, издевается надо мной», — грустно подумал он.

Но маленькая надежда поселилась в его сердце после слов Бабочки.

«Возможно, она не просто так произнесла эти слова, возможно, я действительно могу летать», — размышлял Одуванчик.

И надежда всё больше крепла в его сердце.

И вот в одно прекрасное солнечное утро Одуванчик проснулся и не узнал себя. Что-то в нём сильно изменилось. Пропала грусть в сердце, душа пела и ликовала. Он чувствовал себя лёгким, невесомым, обновлённым.

«Что же со мной такое?» — с радостью и легкой тревогой недоумевал Одуванчик.

Вдруг он понял, что вместо жёлтого цветка его голову венчает лёгкий белый шар.

И тут случилось чудо. Одно из тех маленьких чудес, которые происходят каждый день. Стоит только приглядеться, и они откроются нашим глазам.

В прекрасный сад прилетел шалун-ветерок. Он растрепал лёгкий белый шар Одуванчика на десятки изящных парашютиков, подхватил их и весело понёс по небу.

— Я лечу! Лечу! — счастливо воскликнул Одуванчик.

Он чувствовал себя как-то странно, непривычно. С одной стороны, ощущение полёта было таким… таким… Душа замирала от восторга, ликовала от свободы, от необъятности неба и огромности земли! Но к этому чувству добавлялось другое, необъяснимое: Одуванчик ощущал, что он разделяется на десятки маленьких частей — на десятки парашютиков. У всех этих лёгких пушинок было общее прошлое и память о нём, но у каждой имелось и своё собственное будущее. Ещё несколько мгновений парашютики будут едины, а потом воздушные потоки разнесут их в разные стороны, и у каждого начнётся другая жизнь, с другой судьбой.

А пока этот миг ещё не настал, Одуванчик видел с высоты прекрасный сад, где родился и вырос. Сад показался ему не таким уж и большим. А всё самодовольство садовых деревьев и цветов с высоты ему увиделось таким, каким оно и было на самом деле — мелким и смешным. Он даже простил жестокую и глупую Незабудку.

Вот так и нам иногда стоит посмотреть на свои обиды, неудачи со стороны. И тогда скорее всего они покажутся не такими уж огромными и непреодолимыми, а вера в собственные силы вырастет во много раз.

И ещё Одуванчику стало жаль обитателей сада: они каждый день могут смотреть на небо, но не видят его из-за мелочных забот и самолюбования.

…Чем дальше разлетались парашютики друг от друга, тем самостоятельнее становились они. И к каждому из них было прикреплено семечко — зародыш нового одуванчика.

Небо оказалось бескрайним и прекрасным. Парашютики долго-долго летали по небу, пока им опять не захотелось на землю. Они упали кто где: кто-то на пустыре, кто-то в городском парке; кто-то оказался в цветочной кадке на балконе многоэтажного дома, а кто-то улетел далеко за черту города, в лес. Со временем из этих парашютиков вырастут новые Одуванчики, которые будут так же о чём-то мечтать, чего-то желать всем сердцем.

А если чего-то сильно желать всем сердцем, всем своим существом, то твоё желание рано или поздно исполнится.

Главное — не забывать свою мечту, верить в неё и стремиться к ней. Жить так, чтобы каждый твой поступок был маленьким шагом навстречу к ней. И тогда мечта обязательно сделает шаг навстречу тебе — и сбудется!

Судьба первого парашютика, или
Одуванчик на балконе

Лёгкие белые парашютики Одуванчика радостно летели по небу. Они любовались сияющей небесной лазурью, ярким ласковым солнцем, пышными белыми облаками. Но в конце концов им захотелось обратно на матушку-землю. Маленькие пушистики приземлились: кто-то на пустыре, кто-то в городском парке, кто-то в лесу. А один парашютик попал в кадку для растений, стоящую на городском балконе. О нём и расскажет эта история.

Балкон принадлежал одной женщине. Звали её Любава. Уже само её имя содержит в себе светлое, тёплое слово — любовь. Когда-то она такой и была — радостной, светящейся, излучающей любовь ко всему живому. В те времена Любава выращивала в своем доме много-много самых разных растений. Она заботилась о них: поливала, подкармливала, рыхлила землю. Цветы росли в горшках и кадках всевозможных размеров. Горшки поменьше стояли на подоконниках, а побольше — на полу. Были даже две кадки с прекрасными апельсиновыми деревьями. Когда деревья цвели, то наполняли её дом дивным благоуханием. Потом на деревьях образовывались завязи, в которых очень скоро можно было угадать будущие сочные апельсины. Завязи наливались, становились всё больше, постепенно превращаясь в полноценные плоды. Очень интересно было наблюдать за их ростом! Потом плоды начинали оранжеветь. И казалось, что в доме зарождаются маленькие солнца.

Летом Любава переносила свои растения на балкон.

Он походил на маленький уютный сад. Помимо горшков и кадок для домашних растений, на балконе стояли длинные зелёные ящики, в которые ранней весной женщина высевала семена однолетних цветов. Всё лето и начало осени балкон был увит оранжевыми настурциями и душистым горошком. С изящно изогнутых балконных перил свешивались яркие горшки с изливающими тонкий аромат петуниями. И всё это великолепие венчали собой две большие кадки с апельсиновыми деревьями, увешанными прекрасными плодами. Балкон женщины казался чудом, кусочком рая в душном летнем городе. Но так было когда-то, а теперь…

Ничего больше не росло на этом балконе. Две большие кадки сиротливо стояли у стены. Из них торчали голые сухие стволы погибших апельсиновых деревьев. И сама женщина очень изменилась: она была больна. У её болезни не было специального названия. Просто ей было очень грустно. Эта грусть забирала у неё все жизненные силы. Любава и её муж очень хотели иметь маленького ребёночка. Они много лет мечтали о нём… или о ней. Им было всё равно, появится у них мальчик или девочка, лишь бы был ребёнок. Они представляли себе, как будут любить его, нянчить, кормить, купать. Но врачи недавно вынесли окончательный вердикт: у них никогда не будет детей. Дать им ребёнка может только чудо.

И тогда с горя женщина заболела. Она лежала целыми днями в кровати и безучастно смотрела в окно. Ей больше ничего не хотелось делать. Любаве казалось, что смысл жизни утерян, а поэтому и жить не для чего. Она перестала поливать свои апельсиновые деревья и цветы на балконе, и всё засохло. Она просто лежала и лежала…

Вот к этой-то женщине на балкон и прилетел наш парашютик. Он упал в одну из кадок с апельсиновыми деревьями и стал укореняться в земле. Как мы знаем, парашютики одуванчика несут на себе маленькое семечко, которое в земле прорастает и даёт жизнь новому одуванчику. Семечко другого растения не смогло бы расти в такой сухой неприветливой почве, но Одуванчику было не привыкать. У него было огромное желание жить, и поэтому через несколько дней из земли стал пробиваться маленький зелёный росток.

А Любава всё лежала и лежала в постели. Она безучастно смотрела на высохшие апельсиновые деревья, на пролетающих мимо птиц, на приветливое летнее солнце… Но однажды она заметила зелёный росток в апельсиновой кадке и стала наблюдать за ним каждый день. Женщина видела, как постепенно листья растения набирают силу, видела, как завязываются бутоны.

Один день выдался особенно жарким. И к вечеру листья Одуванчика совсем поникли без воды. Казалось, что он не выживет и погибнет. За эти дни Любава привыкла к Одуванчику. И вдруг поняла, что ей теперь не всё равно, выживет этот скромный цветок или нет. Поэтому она встала и полила Одуванчик из небольшой жестяной лейки, покрашенной зелёной краской и расписанной белыми незатейливыми ромашками. А он, напившись воды, радостно расправил свои резные листья и словно улыбнулся своей спасительнице.

С этого дня Любава каждый день стала поливать Одуванчик. Теперь она не лежала в постели с утра до вечера и с вечера до утра. Она стала снова что-то делать по дому, она даже закопала в землю косточки от апельсина, чтобы со временем из них выросли новые деревья.

И вот в один прекрасный солнечный день Одуванчик распустился. Он сам был похож на маленькое солнышко и словно осветил тёплым золотистым светом унылый балкон. И сердце женщины наполнилось радостью. Скромный Одуванчик как будто передал ей часть своего огромного стремления к жизни и любви к этой жизни. И Любава окончательно выздоровела. Больше она не грустила. И ещё она поняла, что чудеса происходят с нами каждый день. Что сама жизнь — это и есть чудо, её надо ценить и беречь и в себе, и в других.

Она поговорила с мужем, и они решили взять маленького ребёночка из детского дома. В детском доме живут дети, которые, к несчастью, лишились своих родителей. Но каждый ребёнок мечтает иметь настоящую семью с любящими мамой и папой. А Любава и её муж мечтали иметь ребёнка. Они поняли, что где-то есть малыш, который ждёт именно их, хочет, чтобы именно они стали его родителями.

Они отправились в детский дом, чтобы найти своего ребёнка. И, конечно же, нашли его. Это была девочка, чем-то похожая на них обоих. И ещё… ещё эта кроха была похожа на одуванчик — у неё были такие же пушистые золотистые волосы.

Когда все трое оказались дома и Одуванчик увидел их счастливые лица, он понял, что выполнил своё предназначение, выполнил то, ради чего его забросила сюда судьба. От радости за них он из жёлтого цветка превратился в пушистый белый шар. Порыв ветра сдул этот шар, и по небу снова рассыпались белые парашютики. Они полетели кто куда, чтобы из них опять выросли новые Одуванчики.

Судьба второго парашютика, или
Одуванчик и Роза

Небо было бескрайним и прекрасным. Парашютики Одуванчика долго-долго летали по небу. Но к вечеру им захотелось вернуться на землю. Они рассыпались по городу: кто-то приземлился на пустыре, кто-то в городском парке, кто-то оказался в цветочной кадке на балконе. А один Одуванчик попал в заброшенный сад. Это был не тот ухоженный прекрасный сад, в котором он родился. Напротив, новое место жительства с трудом можно было назвать садом. Плодовые деревья совсем одичали, садовые дорожки покрылись трещинами и поросли травой, почти все цветы на клумбах вымерзли или выродились. Этот сад был больше похож на светлую рощу, где природа снова могла устанавливать свои иногда суровые, но всегда справедливые законы.

Наш Одуванчик упал на бывшую клумбу. То, что от неё осталось, походило скорее на большую круглую кочку, которая кое-где была обложена потрескавшимся от времени кирпичом с остатками белой краски на боках. На этой клумбе чудом выжил небольшой розовый куст. Вот так и получилось, что соседкой Одуванчика стала Роза.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 68
аудиокнига
от 68