электронная
144
печатная A5
397
18+
Синдром отложенного счастья

Бесплатный фрагмент - Синдром отложенного счастья

Объем:
228 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-1762-9
электронная
от 144
печатная A5
от 397

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

1. Кравцов по рассказам подруги

— Ну, ты даёшь, Ольга! Как будто с Луны свалилась. Прямо Лунтик какой-то недоделанный!

— Генка, что ты на меня набросилась? Ну, не знаю я, кто такой Кравцов.


Странное дело, Ольга обратилась к подруге «Генка», но это была именно подруга — миловидная маленькая блондиночка; женский род обращения был бы совершенно очевиден и оправдан, но, тем не менее, девушку звали «Гена». Правда, откуда появилось мужское имя, легко объяснялось. На самом деле, звали студентку Гелена — Гелена Муравьёва, но своё имя она почему-то категорически не принимала. И сначала представилась однокурсникам на китайский манер «Ге», но китайская версия как-то не прижилась. И Гелена велела друзьям называть её Гена. Мужское имя никого не удивило, и Гелена легко переименовалась в Гену.

Сейчас две подружки — Гелена Муравьёва и Ольга Антонова после лекции задержались в аудитории, немножко поболтать и обсудить животрепещущие темы.

На самом деле обычно подружек было три — Ольга Антонова, Гелена Муравьёва и Мария Терлецкая. Как-то так получилось, что на неожиданно «перенаселённом» представителями мужского пола курсе Литературного института, оказалось всего восемь девочек. Три из них, вышеназванные: Оля, Гена и Маша как-то сразу сдружились. И теперь две представительницы дружеского трио, третья убежала куда-то по неотложным делам, обсуждали известного писателя.


— Как не знаешь? — поразилась Гена, услышав ответ подруги. И со значением подчеркнула, — ты же в Литературном институте учишься, как можно современного классика не знать?

— Да нет, писателя Кравцова я знаю, по-моему, все его романы читала. Особенно ранние произведения мне нравятся. Он очень здорово пишет: образно, живо.

— Образно, живо! — передразнила Муравьёва и соорудила на лице печальный смайл, — я тебя не про книжки спрашиваю, а про самого Олега Кравцова.

— Вот самого Олега Кравцова, — огрызнулась Ольга, — я не знаю. Фотографии на обложках книжек видела, но это не значит знаю.

— Ну, ты даёшь! — опять завела Муравьёва, — он с телика не вылезает, во всех ток-шоу первая звезда. То премии вручает, то ему вручают, то скандалы какие-нибудь разбирают, то он сам в них участвует, то оценивает всякие дрязги как эксперт, то в играх телевизионных свои познания демонстрирует, то интервью у него берут. Как этого можно не знать?! Ты же не в лесу живёшь!

— Не в лесу. Но я, правда, его не знаю. Я и телевизор почти не смотрю.

— А что же ты в свободное время делаешь? — ехидно поинтересовалась Муравьёва.

— Ты не поверишь, — засмеялась однокурсница, — я книжки читаю.

Поскольку девушки были студентками Литературного института, поверить в это было действительно трудно.

— Книжки то читать понятное дело нужно, — вздохнула Гелена, — но отставать от жизни интеллигентный, образованный человек не должен. И телевизор тут смотреть совершенно необязательно, — она потыкала в айфон, — ну вот же он, смотри.

Ольга посмотрела на экран, протянутого подругой гаджета.

— Ой, точно, я же его видела и не раз.

— Скажи, клёвый мужик?!

— Да, симпатичный, — кивнула Оля, — даётся же людям сразу и внешность, и талант.

— Внешность хорошая, — согласилась Гелена, — не красавец, конечно.

— Смотря что считать красотой мужчины. У него вполне мужественная внешность.

— И в придачу к этому: мозги, умение правильно организовать свою жизнь, и дело поставить.

— И даром литературным он, конечно, наделён в полной мере, — заметила Ольга, разглядывая писателя, потом добавила, — только взгляд у него какой-то мрачный.

— Не мрачный, а демонический, — поправила Муравьёва. И мечтательно продолжила, — вот бы заарканить такого и всю жизнь можно ничего не делать.

— По-моему, ничего не делать, радость небольшая, — усмехнулась Оля. Потом сказала, — а скорее всего этого Кравцова, наверное, как ты говоришь, «заарканили» уж давно.

— А вот и нет. На свободе гуляет, — сообщила всезнающая Генка.

— Откуда ты можешь знать?

— Знаю. Надо светской жизнью интересоваться, тогда тоже будешь знать.

— Да зачем нам всё это? — Ольга ещё раз посмотрела на экран Геленкиного телефона, — а он выглядит гораздо моложе, чем я думала.

— Да ему лет не так много.

— Как немного? Я ещё в школе его книжками зачитывалась.

— Правильно, его первый роман вышел, когда ему лет двадцать было. Значит, сейчас ему лет тридцать пять. Может, чуть побольше. Ну до сорока, точно.

— Молодой да ранний, — усмехнулась Ольга и поделилась, — я помню, его первый роман «Огненные стрелы», на меня такое впечатление произвёл, что я, по-моему, именно в тот момент под впечатлением сама книжки писать начала.

— Да, парнишка хороший, — Гелена опять уставилась на экран, — только, знаешь, сдаётся мне, что последнее время, он не сам пишет. Ну не может нормальный человек, раз в полгода или даже чаще, полноценное произведение выпускать.

— Ты тоже заметила? — поддержала Ольга, — мне кажется, что его последние романы послабее ранних. И язык проще и образы не такие яркие.

— Конечно, небось, целый отряд литературных негров на него пашет. А ведь не все же способные, есть и ремесленники.

— Может, всё-таки сам, — предположила добрая Оля, как-то не хотелось верить, что любимый писатель пользуется услугами книгеров, — впрягся пятнадцать лет назад, так и тянет лямку без передышки. Просто отдохнуть нужно. Придут новые впечатления, писаться сразу легче будет.

— Может быть, — откликнулась Генка, выключая гаджет, — да ладно, что там у него мы не знаем и, наверное, никогда не узнаем.

— Да нам и не особенно нужно, — засмеялась Ольга.

— Нам гораздо нужнее подумать о своих делах. Что там наши доблестные педагоги за дурацкое задание придумали с текстом в подражании какому-то известному автору?

— Я, честно сказать, даже не слышала, что кто-то такие работы раньше писал.

— Это только нам несчастным такое удовольствие досталось. Креативные очень, на наше несчастье, нам педагоги попались, — вздохнула Гелена, потом деловито спросила, — ты кому подражать собираешься?

— Не знаю. Они вроде сказали, что можно любому российскому автору.

— Ага. А то возьмёшь какого-нибудь зарубежного автора, будешь надрываться, — захихикала Гелена, — а в результате получится, что переводчику подражала. Так кому ты всё-таки подражать планируешь? — ещё раз переспросила она.

— Не думала ещё, — покачала головой Ольга.

— А уже пора бы, — наставительно сказала Муравьёва, — а то время пролетит и уже работы сдавать придётся. Хотя, ты-то у нас талантливая, всё успеешь, а мне надо заранее мозгами пораскинуть, или посоветоваться со знающими людьми.

— Это, с какими же интересно «знающими людьми» ты собираешься советоваться?

— Ну, например, с тобой или с Машкой, — расхохоталась Генка.


Девушки ещё немножко поговорили о своих студенческих насущных проблемах и разбежались по домам трудиться над курсовыми работами.

2. Светская жизнь

— Олька, завтра идём на премьеру! — просияла Муравьёва, подлетая к подруге.

— На какую премьеру? — переспросила Ольга.

— Как на какую? На которую собирались, — продолжала сиять Генка. — Ты что забыла?

— А-а, но ты же сказала, что там билеты не продаются, что только по приглашениям, — напомнила Ольга.

— Да, по приглашениям, — подтвердила Гелена и гордо повторила, — по приглашениям и только для своих. Там такой ажиотаж, все хотят эту киношку нашумевшую посмотреть.

— Ну и как же мы туда попадём, раз такой ажиотаж и только для своих?

— Так и попадём, потому что мы и есть свои, — приосанившись, заявила Генка. Она вообще была любительницей показать свою значимость и близость к любым, интересующим её в данный момент кругам. А тут такой замечательный случай, показаться близкой к миру искусства.

Но Ольга хорошо свою однокурсницу знала, восхищаться её возможностями не стала, только, посмеиваясь, сказала:

— Да? Не знала, что мы свои в киномире, — и поторопила, — давай колись, каким образом билетики заимела?

— Да очень простым, — начала рассказывать Муравьёва, — я тебе, по-моему, говорила, ко мне Венька Артович — переводчик с четвёртого курса, стал очень активно подваливать. Ну, там конфетки, цветочки и тому подобная беллетристика — ерундистика. На свидания приглашал. Короче, всё как у всех. Но я ни на что особенно не велась. А тут он вчера подходит и приглашает на эту премьеру. Я думаю: «Крутизна! Вот мы и сходим с Олечкой».

— Подожди, — прервала Ольга, — причём тут я, если тебя парень пригласил?

— А притом, что я ему сказала, что мне нужны два билета. Но правда успокоила, чтобы не ревновал, сказала, что я с тобой хочу пойти. Мне же с тобой интереснее. Жаль Машка болеет, втроём вообще круто бы оторвались. — Посетовала Гелена, с таким видом, как будто у неё были на руках три вожделенных приглашения. — Ну, ничего, вдвоём сходим. Мы там «хвостики распушим», «глазками постреляем». А с парнем, да ещё и влюблённым, какой интерес на гламурные мероприятия ходить?

— А он что тебе на твоё заявление ответил?

— Да ничего, — беспечно махнула рукой Муравьёва, — отдал мне приглашения и всё.

— Как неудобно получилось, — заволновалась Ольга, — ни с того ни с сего обидела человека.

— Ничего не обидела, — успокоила Гена, — я ему обещала, что послезавтра готова пойти к нему на свидание. Короче, сказала: «Веня, я Ваша навеки». Помнишь, как в мультике каком-то принцесса говорила?

— Там был не «Веня», а «Ваня», — поправила Ольга, — и героиня, которая это говорила, была крайне отрицательная.

— А я что, положительная что ли? — даже как-то обиделась Муравьёва, — я очень даже отрицательная: вредная, нахальная. Пусть сразу видит «товар лицом» и понимает за кем приударить собрался. Так что, всё честно.

— Всё равно, как-то неудобно, — не могла избавиться от сомнений Ольга, — он, наверное, сам хотел на эту премьеру попасть, а тут я нарисовалась.

— Да он не на премьеру хотел попасть, а со мной время провести. И он его проведёт, только днём позже, не переживай. А потом, я насколько знаю, у него мать какой-то известный человек в киномире. Может, она ему ещё билетик найдёт. Так что я не исключаю, что мне Венечку не один, а два дня лицезреть придётся. Ну, ничего, потерплю. Искусство требует жертв.

— А что, тебе этот Веня совсем не нравится? — с сочувствием спросила Ольга, — он вроде симпатичный парнишка.

— Да не то, чтобы не нравится, — призналась Гена, — он мне просто никак, всё равно. В общем, совершенно безразличен. Но это сейчас совсем неважно. Главное, что мы на премьеру с тобой идём.

— Знаешь, мне кажется, если он тебе совсем неинтересен, то и обнадёживать не стоит. И приглашения эти брать не нужно было. Обошлись бы.

— Ещё чего?! — возмутилась Муравьёва, — я на его счёт ещё ничего не решила.

— Но, ведь он тебе не нравится.

— Не нравится, — согласилась Гелена, — но это ничего не меняет. У него есть одно замечательное качество. Нет, даже не одно, а целых два. И даже не качества, а характеристики, если их положить на чашу весов, моментально перевесят все остальные, которые меня не устраивают.

— Интересно, что же это за характеристики такие замечательные? — поинтересовалась Ольга.

— Он москвич и, насколько знаю, из обеспеченной семьи.

— Но, это же не повод, чтобы заводить с человеком роман.

— Это как раз повод и самый, что ни на есть, весомый.

— Ну, я даже не знаю…

— А что вообще, Олечка, ты можешь знать? — раздражённо сказала Гелена. — Живёшь в родном городе с папой и мамой, на всём готовом, всё у тебя есть, и голова ни о чём не болит. А мне прежде, чем я из общаги выбралась, пришлось очень активно «лапками пошевелить».

— Насколько знаю, — усмехнулась Ольга, — из общаги ты выбралась, когда тебе отец стал дополнительные деньги посылать, чтобы можно было квартиру снимать. А если под «лапками пошевелить» ты подразумеваешь то, что мы никогда ни от какой работы не отказывались, то я, если помнишь, работала не меньше тебя и Машка, кстати, тоже. Все выставки и промоакции всегда наши были.

— Да ладно, Оль, что ты завелась? — «сбавила обороты» Муравьёва.

— Ничего я не завелась, — проворчала Оля, — но, честно говоря, я не знаю что лучше, одной жить, или как я с мамой и отчимом, которого с детства терпеть не могу.

— Ну ладно, Олечка, — засуетилась Гена, — давай не будем всякую ерунду в голову брать. Не забудь, что мы завтра на премьеру идём, мероприятие статусное, нужно подготовиться, одеться соответствующе, чтобы не ударить в грязь лицом.


И они подготовились и, разумеется, не ударили, на премьеру пошли во всеоружии.

— Зачем я напялила эти дурацкие каблуки? — ворчала Ольга, — хожу в слипах и прекрасно себя чувствую.

— Что бы ты с вечерним платьем слипоны надела?

— А что? Многие носят и вполне нормально себя чувствуют.

— Не с таким платьем и мы не многие, — гордо сказала Генка, с удовольствием рассматривая себя в зеркале в гардеробе киноконцертного зала. — И потом, к твоему платью однозначно нужны каблуки, никакие слипы там рядом не стояли. Посмотри, как в туфельках ножка шикарно смотрится.

Ольга взглянула на себя в зеркало, согласилась:

— Ну да, вроде неплохо, но в слипиках всё равно удобнее.

— Удобнее! — передразнила Генка, — красивее, вот что надо во главу угла ставить. А выглядишь ты сегодня правда сногсшибательно, — и заторопила, как будто Ольга её задерживала, — ну пошли тусоваться, заводить знакомства и всех очаровывать.

— Мы же вроде пришли кино смотреть? — напомнила Оля.

— А! — махнула рукой Генка, — одно другому не мешает. Вперёд, охмурять и завоёвывать сердца! Оторвись, наконец, от зеркала! На себя наглядеться всегда успеешь, — строго повторила Гена, сама продолжая наслаждаться своим отражением.

— Я думаю, что там таких завоевательниц и без нас пруд пруди, — усмехнулась Оля.

— Вот и посмотрим, — засмеялась Муравьёва, увлекая подругу в толпу гламурной околокиношной публики, постепенно наполнявшей фойе.


Публика в фойе собралась не только околокиношная. Среди гостей встречались и по-настоящему известные люди.

— Оль, смотри, съёмочная группа в полном составе собралась. Даже Лекунина — красотка снизошла до общения с народом. Стоит, улыбается, автографы раздаёт.

— Она же тут главную роль играет, совершенно не удивительно, что на премьеру пришла, — ответила Ольга, исподволь поглядывая на красивую актрису.

— Удивительно не то, что пришла, а то, что так мила и приветлива. Она же обычно, как снежная королева, недоступная. А тут сама любезность.

— Режиссёр и продюсер рядом. Может, хочет лишний раз хорошее впечатление оставить, чтобы ещё раз сниматься пригласили.

— Или мужику вон тому хочет понравиться, — предположила Муравьёва.

— Какому мужику? — переспросила Ольга.

— Рядом с ней стоит. Ну, вон высоченный такой, накаченный.

— Я думала, это её охранник.

— Какой охранник?! Смотри, он с режиссёром как дружески разговаривает. Да ещё по плечу его похлопывает. Почему-то не пойму кто это. Хотя лицо вроде знакомое.

— Добрый вечер, девушки, — около подружек материализовался Геленин поклонник Вениамин Артович, — с трудом вас нашёл. Народу так много набилось.

— А зачем нас вообще нужно было искать? — недовольно проворчала Гена.

Но молодой человек Генкино высказывание пропустил мимо ушей, улыбнулся и беззлобно спросил:

— Я вам помешал?

— Конечно, — нахально ответила Гена.

Ольга постаралась по возможности сгладить хамство подруги и приветливо защебетала:

— Что ты, Венечка, нисколько не помешал. Мы просто время коротаем в ожидании фильма.

— Время коротаем и гостей обсуждаем, — подсказала Гена, — ты, кстати, не знаешь кто этот мужичок, который около Лекуниной отирается? — и хихикнула, — Олька говорит, что это её охранник.

— Нет, — засмеялся Веня, — это не охранник. Это Демьянов. Он продюсер, режиссёр.

— Точно! — встрепенулась Генка, — Демьян Демьянов. Как я его сразу не узнала?

— А ты что его знаешь? — поинтересовалась Ольга.

— Конечно, — закивала Гена, — он известный режиссёр, продюсер, и вообще мужик роскошный, — последние слова о высоком «роскошном мужчине», Гелена адресовала невысокому скромному Вене.

Но Веня снова её слова пропустил мимо ушей и на свой счет не принял. По крайней мере, умело скрыл негативное впечатление, произведённое Гелениными словами.

— Просветите, а что он снимал и продюсировал? — обратилась к друзьям за информацией о «роскошном продюсере» Ольга.

— Что-то, наверняка, снимал, — изрекла Гена, — раз вокруг него такое бурление идёт. — И неожиданно призналась, — вот что именно я, честно говоря, не знаю. Наверняка, что-то крутое, раз все киношники с ним так дружно общаются. Вень, а ты не знаешь?

Веня об успехах господина Демьянова тоже не знал, но прозвенел звонок, зрители потянулись в кинозал, и обсуждение достижений известного продюсера Демьяна Демьянова в киноискусстве прервалось.


Фильм закончился, молодые люди вышли в фойе, остановились поделиться впечатлениями. Картина им понравилась, но небольшое разочарование осталось. Ожидания явно превышали впечатление от увиденного.

— Вот что значит, правильно представленный продукт, — сказала Гелена, — по-моему, все ожидали большего, хоть и восхищаются картиной и благодарят создателей.

— А что им остаётся делать, — засмеялась Ольга, — их же пригласили, фильм вполне приличный показали…

— Сейчас ещё и на банкет пойдут, — подсказала Гена.

— Не ругать же после этого фильм, — поддержал Вениамин и добавил, — а мы с вами, девушки, тоже идём на банкет.

— Здорово! — возликовала Муравьёва и на всякий случай переспросила Веню, — все втроём?

— Конечно, — гордо откликнулся поклонник, рейтинг его в глазах Гелены мгновенно поднялся, девушка взглянула на него более благосклонно.

Вениамин просиял, такого нежного взгляда от Гелены Муравьёвой он удостоился впервые. Это было приятно и вселяло самые радужные надежды.

Гости ещё немного пошумели и пообсуждали увиденный «шедевр», потом счастливые обладатели специальных приглашений, в том числе трио молодых литераторов, потянулись в банкетный зал, а обойдённые этой привилегией, направились к выходу.


Отзвучали поздравления и тосты, гости попробовали угощение и самые занятые и востребованные собрались уходить. А что задерживаться, если все общепринятые фуршетные процедуры проведены и нехватку времени ещё никто не отменял.

Собралась уходить и Ольга, завтра был, так называемый библиотечный день, и нужно было постараться провести его с пользой, всё-таки позаниматься, а не проваляться целый день в постели, пусть даже и с книжкой. Впереди маячили Государственные экзамены, и нужно было статусу выпускницы престижного ВУЗа соответствовать.

— Веня, спасибо тебе большое за доставленное удовольствие, — обратилась Ольга к поклоннику подруги, — мне пора идти, поздно уже. Ещё раз спасибо.

— А что это ты так рано собралась? — недовольно спросила Гелена, ей явно не хотелось оставаться с Вениамином наедине и раньше времени начинать запланированное на завтра свидание.

— Хочу пораньше спать лечь, чтобы завтра не продрыхнуть весь день, а, наконец, заняться дипломом.

— Ой, правда, — засуетилась Генка, — Вень, пойдём мы, наверное. За диплом действительно садиться нужно, а завтра как раз свободный день.

— Не свободный, а библиотечный, — поправила Ольга, — как раз для самостоятельной работы.

— Пойдём мы, Венечка, — ухватилась за подкинутую подругой соломинку не самая прилежная студентка Гелена Муравьёва.

Но Вениамин не сдался и постарался соломинку сломать.

— Гелена, а ты можешь задержаться ненадолго, я хотел тебя с мамой познакомить, — Вениамин кивнул на изящную женщину, мило беседующую с режиссером, только что продемонстрированной картины.

Гелена приосанилась и милостиво согласилась, сказала:

— Если нужно, конечно, задержусь, — и многозначительно посмотрела на Ольгу, дескать: «ради такого серьёзного мероприятия, как знакомство с мамой, можно и задержаться».

Ольга распрощалась с друзьями, ещё раз поблагодарила Вениамина за приглашение, тихо пожелала Генке удачи и вышла на улицу.

3. Демьян Демьянов

Было уже совсем темно, и начал накрапывать дождик. Ольга пригорюнилась, на ногах ненавистные каблуки, а ещё и зонтик не взяла. «Конечно, — ругала она себя, — выпендрилась, клатч прихватила новомодный, какой уж тут зонтик. Была бы на машине, можно понять. А на общественном транспорте. Вот и шлепай теперь по лужам на высоких каблуках и мокни без зонта!». Но как ни странно, мокнуть не пришлось, со стоянки у кинотеатра вырулила машина, водитель заметил остановившуюся на ступеньках Ольгу и притормозил. Иномарка развернулась, остановилась около замершей в раздумье девушки, водитель открыл окно.

— Погода не самая приятная для прогулок, — начал он светскую беседу, — ждёте кого-то или может Вас подвезти?


Ольга узнала продюсера — режиссёра, или кем он там был, которого они разглядывали перед началом фильма. Если бы молодой человек не был участником того же мероприятия, что и она сама, Ольга ни за что бы ни села в машину к неизвестному мужчине на ночь глядя. А тут человек был косвенно знакомым, и мокнуть, под усиливающимся дождём, совершенно не хотелось. Поэтому, она не отказалась и села в автомобиль.

— Спасибо, — улыбнулась Ольга новому знакомому, — мне повезло, что я Вас встретила, а то бы наверняка промокла до нитки. Смотрите, как поливает.

— Да, дождик сильный и, по-моему, холодный. Хоть и весна.

— Ну, весна то ещё довольно ранняя.

— Не такая уж и ранняя — начало апреля, — возразил собеседник.


Светское обсуждение погоды закончилось, нужно было переходить к каким-то новым темам. Молодой человек быстро сориентировался и не преминул перейти, деловито спросил:

— Куда едем?

— К ближайшему метро, которое Вам по дороге.

— Мне по дороге любая точка города, которая удобна Вам, — «расшаркался» новый знакомый. — Хотя, почему города? — спросил сам у себя, — готов отвезти Вас, куда скажете, могу и загород, — и повторил вопрос, — так куда едем?

— А я уже сказала, — улыбнулась Ольга, — могу повторить: к любому ближайшему метро, которое Вам по дороге.

— Ну, к метро так к метро, — согласился водитель, но потом всё-таки переспросил, — а может быть ко мне в гости?

— Не может быть, — усмехнулась Ольга, — я не имею обыкновения, ходить в гости к малознакомым мужчинам, тем более, ночью.

— То, что мы малознакомы, это действительно недоработка, но мы её моментально исправим. Я Демьянов — кинопродюсер.

— А имя у Вас есть, господин Демьянов? — поинтересовалась Ольга.

— А как же, даже два. Одним в детстве нарекли, второе псевдоним. Вам какое прикажете?

— Давайте оба, — посмеивалась Ольга, — чего уж мелочиться.

— Пожалуйста, — кивнул Демьянов, — зовут Дмитрий, а псевдоним — Демьян. Ну, чтобы было Демьян Демьянов. Правда, так лучше звучит?

— По-моему, и так и так нормально звучит. Хотя, конечно, Демьян Демьянов лучше запоминается.

— Вот и я решил, что так лучше. А Вы зовите, как Вам больше нравится.

— А Вам как больше нравится? — поинтересовалась Ольга.

— А мне всё равно. Мои друзья придумали вариант, который объединяет оба этих имени. Они называют меня — Дёма.

— Дёма, — повторила Ольга, — забавно.

— Если нравится, так и зовите. А Вас как зовут?

— Ольга. Ольга Антонова, — представилась пассажирка.

— Ну что, Ольга Антонова, мы уже знакомы и нам ничего не мешает отправиться ко мне в гости.

— Всё-таки мешает, — ответила Ольга, — спасибо за приглашение, но я до метро. Вот, кстати, и оно.

— Ну, если не хотите в гости, давайте куда-нибудь поужинать заедем, — не унимался Дёма.

— Спасибо, — ещё раз поблагодарила несговорчивая барышня, — есть не хочется. Тем более, мы только что с банкета.

— Да что это за банкет? Так, необходимая мелочь по случаю, — махнул рукой Демьянов.

— Но тем не менее. Спасибо, что подвезли. Всего Вам хорошего.

Ольга собралась уже выйти из машины, но Демьянов остановил.

— Оль, а может, я Вас отвезу домой? Зачем Вам в метро спускаться?

— Да нет, я прекрасно доберусь на метро. Тем более тут по прямой.

— А какое метро, если не секрет, куда вам по прямой?

— Никакого секрета, — Ольга назвала станцию.

— Да, знаю, — и поделился, — я там одно время квартиру снимал. Там из метро такое количество выходов, что я никогда не знал в какую сторону выходить. Как Вы там ориентируетесь?

— Да прекрасно, — засмеялась Ольга, — я там с детства живу и у меня это никогда сложностей не вызывало. А потом, скажу Вам по секрету, — она хитро прищурилась и понизила голос, как будто хотела открыть ему страшную тайну, — на той стороне, где мой дом, построили большой торговый центр, и на всех указателях написано: «выход к ТЦ МЕРКОН». Видите, как удобно. Так что я не потеряюсь. Ещё раз спасибо за доставку.


Ольга вышла из машины, помахала новому знакомому рукой и побежала к метро. Каким же было её удивление, когда у выхода из подземки у торгового центра, она увидела Демьяна Демьянова. Молодой человек преспокойно стоял, картинно опершись на парапет, и кого-то поджидал. Кого он ждёт, было совершенно очевидно.

— Добрый вечер! — заулыбался удивлённой Ольге Демьянов, — как добрались?

— Добралась нормально. А Вы, как здесь оказались?

— Да очень просто. Когда Вы вышли из машины, я развернулся, нажал на газ и рванул вперёд. Правда понимал, что у меня мало времени, пришлось немножко правила и скоростной режим нарушить. Если где-то измеряли скорость, то я попал. Но это не имеет значения, игра стоит свеч. Ведь правда, стоит?

— Не знаю, — честно ответила Ольга.

— Конечно, стоит. Оль, я ехал в такую даль, нёсся как сумасшедший, рисковал, только для того, чтобы Вас увидеть.

«Вольно ж тебе было, нестись в такую даль и рисковать», — мысленно ответила молодому человеку Ольга, но вслух правда сказала только:

— Может, не стоило так рисковать?

— Стоило, — засмеялся продюсер, — конечно стоило. Вы ушли, даже телефона не оставили. Как я мог не поехать? А теперь, после моих безумных поступков, Вы же не сможете бросить меня одного на дороге и не пойти со мной в ресторан.

Ольга хотела сказать, что запросто сможет, но не сказала. Почему? Сама себе не смогла ответить на этот вопрос.

— Я, конечно, не смогу Вас такого несчастного бросить одного, — улыбнулась она, — но беда в том, что у нас в районе нет ни одного ночного ресторана. Придётся нам наш поход в ресторан перенести на какое-то дневное время.

— Это само собой, только в другой раз. А то, что должно быть сегодня, будет сегодня, — заявил Демьянов и предложил, — поехали в центр, уж там-то точно найдётся приличное ночное заведение.

— Идея прекрасная, но сегодня я уже конечно никуда не поеду. Было бы странно куда-то уезжать из своего района, когда находишься в пяти минутах ходьбы от дома.

— В пяти минутах ходьбы? Значит, доедем мы за минуту. Решено, едем к Вам в гости.

— Ко мне?! — изумилась Ольга, — у меня родители и поздно уже.

— Ну, мы же ненадолго. Я с удовольствием познакомлюсь с Вашими родителями.

Ольга была удивлена такому напору, поотнекивалась ещё немножко, но, в конце концов, сдалась. Тем более, сегодня дома была одна мама, отчим дежурил на работе, а Анна Андреевна любила в отсутствии мужа полуночничать.


Мама была очарована новым знакомым дочери. Поздний гость, не смотря на визит в неурочное время, произвёл на Анну Андреевну самое благоприятное впечатление. Уже глубокой ночью, когда за молодым человеком закрылась дверь, мама мечтательно сказала:

— Какой потрясающий парень, как говорится всё при нём: и рассуждает здраво, и в профессии ориентирован правильно, и образован, и воспитан хорошо. А выглядит, выше всяких похвал! — и добавила, — я бы, на твоём месте, присмотрелась.

— Мам, к чему присматриваться? Я человека знаю всего несколько часов.

— Ну и что? Стоящий вариант! Уж Генка твоя, наверняка бы, не растерялась.

— Мам, причём тут Генка? И потом, он мне не нравиться. И не начинай меня раньше времени сватать, пожалуйста.

— Никто и не начинает, — проворчала Анна Андреевна, потом посмеиваясь, добавила, — тебе вечно всякие хлюпики нравятся, а тут шикарный экземпляр.

— Мам, какие хлюпики?! — разозлилась Ольга, — откуда слово то такое выкопала?!

— Хлюпики не нравятся? А экземпляр, ничего? — засмеялась мама, после визита Демьянова у неё было прекрасное настроение.

— Ладно, мам, всё, давай закончим этот разговор, — огрызнулась Ольга. — Я спать пошла. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — откликнулась мама. — Ложись, правда, поздно уже. И не злись. Тебе не идёт.

У Ольги зазвонил телефон.

— Ну, я чувствую, поспать тебе теперь долго не дадут, — усмехнулась мама, ещё раз пожелала дочери «спокойной ночи» и отбыла в свою комнату, а дочка ответила на звонок.

Легко догадаться, что звонил Демьянов.

— Надеюсь, ты ещё не успела заснуть, и, следовательно, я не успел тебя разбудить? — неожиданно перейдя на «ты», спросил Демьянов.

— Нет, тебе это не удалось, — в тон ему ответила Ольга.

— Отлично. Я хотел ещё раз тебя поблагодарить за прекрасный вечер и сказать, что у тебя очаровательная мама.

— Спасибо. У вас взаимная симпатия, ты ей тоже очень понравился.

— Замечательно! Передавай ей огромный привет.

— Непременно передам, — церемонно ответила Ольга, собираясь проститься и завершить разговор.

Но у Демьянова, видимо, были на этот счет совсем другие планы.

— По интонации чувствую, что ты собираешься со мной распрощаться, — предположил продюсер и сразу предупредил, — не получится.

— Мы собираемся разговаривать всю ночь? — поинтересовалась собеседница, представив безрадостные перспективы окончательно бессонной ночи.

Но господин Демьянов оказался гуманистом, заверил, что разговаривать с ним всю ночь ей не придётся. Хотя подчеркнул, что он бы от такого удовольствия не отказался, но памятуя о том, что ей нужно выспаться и завтра полноценно заниматься, он разговор заканчивает, только просит завтра вечером с ним обязательно встретиться. Ольга сказала, что постарается. Демьянов наговорил ей кучу комплиментов и всё-таки распрощался со своей новой подругой до завтра.

«Может и неплохой парень, — подумала Ольга, наконец, забравшись под одеяло, — только, как-то его слишком много».


Это было действительно так, Демьянов где бы ни появился, моментально становился центром всеобщего внимания и своим напором и уверенностью, моментально завладевал всем пространством вокруг людей, с которыми общался. Но об этом Ольга узнает позднее, а пока она, засыпая, думала о том, что сегодня у неё состоялось новое, довольно приятное знакомство.

4. Студенческие будни

— Ну, сдала? — подлетела к Ольге Генка.

— Сдала. Они, правда, очень удивились, почему я подражать Кравцову взялась. Даже пытались меня убедить, что я неправильно задачу поняла, что нужно было классическим авторам подражать, а современным не следовало. Но я им, их же распечатку с заданием под нос подсунула, что нельзя брать переводы, а так, любое изданное произведение, написанное на русском языке, можно.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 397