Бесплатный фрагмент - Шоковая терапия

2024

***

Пойти заказать себе брюки из кожи.

Зачем — всякий раз я не знаю сама.

А вдруг это как-то спасёт и поможет,

Когда тяжело и на сердце зима.

А город всё серый, и чай этот бурый.

Но этот фетиш в виде кожаных брюк,

Где матовость плотной шершавой фактуры,

Ремень, и карманы удобны для рук.

И цвет — то бордовый, то синий, то чёрный,

Лиловый, молочный и серый графит.

Я с жизнью пытаюсь поладить упорно,

Надеясь, что это меня защитит.

Проснуться с утра обновлённой и бодрой

И цели поставить — чисты, высоки.

И так эстетично обтянуты бёдра.

Шнуровка, ботинки, чулки, каблуки.

Насыщенность цвета и матовый финиш

Помады. Возможно, мы станем близки.

Парфюм — снова хвоя и цитрус. Ты видишь:

Укрыться от боли, уйти от тоски.

Меня раздражает чужая телесность.

Все эти полгода мне нечем дышать.

Устали, но всё-таки что-то ведь есть в нас.

Зачем себя права на счастье лишать?

Я знаю, что ты это чувствуешь тоже.

Пытаешься скрыть. Кофе. Солнце вдали.

И брюки. Сто первые брюки из кожи.

Хотя ничему они не помогли…

(18.02.2024, 1:33, г. Волгоград)

***

Опять холодный вежливый расчёт.

Опять непроницаемость при встрече.

Спокойствие и расстановки в речи.

Река со льдом обратно не течёт.

Сказать себе: не чувствуй ничего.

Не думай, ни на что не реагируй.

Февральский дождь, намеченный пунктиром.

Не ломтик — долька счастья моего.

Мир всё берёт, но не благодарит.

Ты здесь тупой холодный исполнитель.

Но между нами путаница нитей,

Событий сгустки. Сложно делать вид.

Как не встречаться больше никогда,

Ни в чём случайно не пересекаться?

Соприкасались пальцы — было, да.

Лишь пару раз. Достаточно пространства.

Подтаявшим мороженым теки.

Пусть губы обласкает сладкий холод.

Я старше. Но и мой герой не молод.

Разлёт строки. Ударить не с руки.

Я знаю, что однажды разлюблю.

Вас было, может быть, уже десятки.

И утром кофе пью, и всё в порядке.

Стараюсь не затягивать петлю.

Опять на дне. И каждый раз на дне.

И не найти мучениям исхода.

Пусть не оригинально. Но полгода

Уже почти тебя влечёт ко мне.

Да только как тоску преодолеть,

Как сделать первый шаг тебе навстречу?

Проходит время. Мне ничуть не легче.

Вся та же боль, всё так же давит клеть.

И больше нет желанья петь, давно.

И строк совсем не хочется, довольно.

Не чувствовать легко. А жить так больно.

И по ночам так пусто и темно…

(18.02.2024, 1:48, г. Волгоград)

***

Я шла туда. Лил дождь, таилась даль.

С нажимом строки. Резкость сухожилий.

Ведь был ноябрь… Теперь уже февраль.

И как-то мы всё это пережили.

А психику январь мне повредил.

С тобой бы до сих пор ходили вдоль, но

Расправиться со всем достанет сил.

Мне здесь не столько стыдно, сколько больно.

Совсем не интересная игра.

Типично межсезонная погода.

Мёд съестся. Кофе выпьется с утра.

Лишь боль, не находящая исхода,

Останется всегда. Со мной. Во мне.

Вино разлито. «Памятные» даты

Забыты. Тяжело на самом дне.

Хотя, конечно, мы не виноваты

В том, что разверста бездна. Это всё

Уже когда-то было. Было. Было.

И новый день просвета не несёт.

Существовать тоскливо. В куртке стыло.

Зачем иду, ведомая судьбой

И движимая тайным страстным чувством?

Нет смысла чаще видеться с тобой.

От этого невероятно грустно.

Но в этот вечер, в дождь — почти бегу.

В февраль здесь не отыщешь склонов белых.

Я умываю руки. Не могу.

Уже не знаю, что пытаться сделать.

Рябит в глазах от внешней пестроты.

От пустоты внутри уже не жутко.

О поздняя любовь моя, и ты —

Жестоко беззастенчиввая шутка…

(18.02.2024, 17:16, г. Волгоград)

***

Молочный лак ужасно полосит.

Пугает предсказуемость финала.

А ты и дальше будешь делать вид.

Хоть времени у нас уже так мало.

Нет поводов увидеться — я их

Искусственно придумывать не стану.

Одно сырое небо на двоих,

Над городом нависшее спонтанно.

И ничего на сердце не кипит.

Останься в мыслях образом распутным.

А в остальном — вполне приятно пить

Горячий кофе ранним зимним утром,

Одной на кухне, вглядываясь вдаль

Сквозь тусклость стёкол. Разве мы знакомы?

Жутки глубины, взгляд блестит как сталь.

Не тянет вновь на улицу из дома.

Решила всё — и сделаю теперь.

Глубокий вырез, длинная рубаха.

Ты не убережёшься от потерь.

Внутри меня нет никакого страха.

Обнять меня уже не хватит рук.

Почти полгода мимо. Но невольно

Мы подключаем прежний опыт мук

И делаем опять друг другу больно.

А суть всё скрыта, как ни пустословь.

И в фильмах о любви не нам сниматься.

С эмоциями я расправлюсь вновь

Посредством то молитв, то сублимаций.

Уже не выбьешь почву из-под ног.

Хватает в кофе сливок, в булках мака.

Берёт досада, и горчит комок

Лишь от полосок сохнущего лака…

(18.02.2024, 17:30, г. Волгоград)

***

Не верю никому и ни во что.

Отсутствие любви всему виною.

Далёкий образ в бежевом пальто

Вдоль всех аллей спешит передо мною.

И каждый раз сквозит один вопрос:

Ну почему так больно, в самом деле?

И не сдержать потока горьких слёз.

Глубокой ночью. В непустой постели.

Так странно заглянуть в чужую жизнь.

А маски — сколько было у меня их.

Ведь я и не просила: «Покажись».

Но разве это что-нибудь меняет?

Среди холодной призрачной зимы,

Когда то ветер, дождь, то снег и стылость,

Мы (те, кто есть теперь) — всё те же мы.

Лишь прошлое немного подсветилось.

Что жутко в нём? Что может быть ново?

Я всё в тебе прекрасно понимаю.

И у меня всё это было. Вот

Поверхность сердца снова раневая.

Придёт ли кто на блеск влекущих глаз

И скажет с упоительной надеждой:

«А ты мне просто нравишься сейчас —

Такой, живой. Совсем не той, не прежней»?

Соцсети — зло, как фотодневники,

Где быть всё тонкой, юной и порочной.

А наяву — смотреть из-под руки

И понимать, что в мире всё непрочно.

Прости меня теперь за эту месть.

Растает шоколад и будет выпит.

Как в прошлый раз — пусть будет «всё как есть».

Мне нужен был хотя б какой-то выход.

И я нашла его. И страха нет.

И боли тоже нет на дне безверья.

Надев пальто, ты выключаешь свет.

И будто птицы сыплют с неба перья…

(18.02.2024, 17:48, г. Волгоград)

***

Жестоко обжигала много раз.

Да, я такая. Принимайте сразу.

Мне не нужны избыточные фразы.

Довольно будет блеска тёмных глаз.

Глубины подсознания жутки.

Звонок не обрывает больше провод.

Держи себе, ревнивица, свой повод.

Сжигай в ночи чужие дневники.

Не нравится, но чем-нибудь влечёт.

Проглотят всё на свете тлен и ржа ведь.

Зависимость томит и раздражает.

В уме холодный действует расчёт.

Я вдруг тебя узнала: это ты.

Вот то, чего, страшась, мне предрекали.

А я сама боюсь тебя едва ли.

Всё это путы. Опыты просты.

Была такой — распахнутой насквозь.

А стала скрытной, менее развязной.

И каждый день похож на жуткий праздник.

На белый снег — рябины горькой гроздь.

О, я сильна в стихах. Но скоро семь.

Надеть костюм, не проронить ни строчки.

Мы оболочки. Просто оболочки.

Я ничего не чувствую. Совсем.

Устройство не распознано. Кривит

Душою тот, кто жаждет пьедестала.

Я до того остыла и устала,

Что даже перестала делать вид.

Стремилась тщетно. Странный мир вещей.

Веществ и болей. Так к тебе хотела.

Но есть ли ты? — Есть я. Вот это тело.

Вне этих строк нет никого вообще.

Отчаянье стирает стыд и страх.

Ни в хаосе, ни в тесном постоянстве

Нет смысла. Думать о тату-сеансе,

О свитках книг, о красных сапогах.

Полпервого, а я уже пьяна.

Я всё решила и на всё решилась.

Оставь себе сомнения, бескрылость,

Кусочек неба где-то из окна.

Передо мной опять раскрыта высь.

Она такая, что не жутко падать.

Мне не нужна отравленная память,

В которой только образы, без лиц.

Опять не жить, а лишь существовать:

Диван-кровать, тетрадь под лампой, перья?

Но нет… Тому, кто был на дне безверья,

Не нужно вытеснять или скрывать.

Модель миров устроена давно.

Так ровно в ней и правильно, хоть ложь всё.

Ты об меня жестоко обожжёшься.

Пусть лучше будет пусто и темно…

(18.02.2024, 18:18, г. Волгоград)

***

Осенний лист и чашка кофе —

Красивый образ, зыбкий мир.

И подсознание не против,

Чтоб струйки строк и дождь-пунктир.

А мы с тобой почти на равных.

Хотя порой находит грусть,

На стороне добра и правды

Я остаюсь. И наизусть

Читаю сложенные книги.

Я слишком много отдаю.

Боюсь, что скоро вдруг постигну

Всю тайну странную твою.

Быть откровенной неуместно.

На свете много разных пар.

Распознавать людей по тексту,

Писать сквозь боль — таков мой дар.

И наяву — щелчок кареткой,

Бумаги хруст и клавиш стук.

Мне — быть предельной и корректной,

А соприкосновенья рук

Всё избегать. Изгибы тела.

Душа, продрогшая насквозь.

И всё ли то, чего хотела,

За тридцать восемь лет сбылось?

Увы. Я мастер сублимаций.

Поговорим… когда-нибудь.

Пока же — ждать, молчать, казаться,

Скрывая в беглых строчках суть…

(19.02.2024, 17:54, г. Волгоград)

***

Небрежно бросить в короткой встрече.

Сквозь зубы, тихо, устав бороться.

Сквозное время ничуть не лечит.

Жестоки бури моих эмоций.

От этикета и чувства такта

Я не страдаю. Черчу на белом.

А ты не в списке моих контактов.

Но что я с этим могу поделать?

Лишь умоляю: не надо фальши.

Она заметна, по уху режет.

Ты будешь мучить меня и дальше.

Стараюсь видеть тебя всё реже.

Порой так больно внутри и глухо.

Во снах и грёзах мы были рядом,