электронная
200
печатная A5
361
0+
Шмель в коробочке

Бесплатный фрагмент - Шмель в коробочке

Сборник рассказов для детей

Объем:
82 стр.
Возрастное ограничение:
0+
ISBN:
978-5-4498-5458-2
электронная
от 200
печатная A5
от 361

Предисловие

Дорогой друг! Ты держишь в руках книжку, которую написал православный священник. Наверное, тебе может прийти в голову мысль, что священники, как и все остальные взрослые — серьёзные и скучные люди и, поэтому пишут такие же скучные книжки. Ведь взрослые, вечно окружённые проблемами и заботами, просто не умеют думать, как дети и знать, что им надо! Дружок, ты совершенно прав: часто люди, когда вырастают, забывают, что были когда-то детьми. Открою тебе небольшой секрет: взрослые просто скрывают от себя и других, что в душе они всё же немножко остаются детьми.

Другое дело — детские писатели. Они никогда и ни от кого не скрывали, что продолжают чувствовать в себе детскую душу, продолжают жить детскими мечтами, интересами, увлечениями, переживаниями, радостями. Их волнуют детские вопросы и, зная чуть больше, могут научить своих юных читателей многому полезному, что-то важное подсказать, направить в правильную сторону, ободрить, рассмешить, заставить задуматься. Смело задавай свои вопросы детским писателям, и они с радостью тебе всегда ответят. Но чаще всего писатели делятся знаниями и отвечают на вопросы через свои книги. Читай больше хороших детских книг, и тогда обязательно станешь умным, образованным, культурным, эрудированным человеком, а жизнь твоя наполнится всевозможными яркими красками и незабываемыми эмоциями.

Автора этой небольшой книги постоянно окружают дети. Отец Леонид воспитал четверых своих детей, а также многих мальчишек и девчонок села Усолье Самарской губернии, учащихся воскресной школы при храме в честь Святителя Николая Чудотворца, в котором служит настоятелем уже двадцать лет.

На страницах этого сборника батюшка поделится с тобой историями, которые произошли с ним самим и с его друзьями, когда он был ещё ребёнком. Он так же, как и ты, любил целыми днями играть с друзьями на улице; с ним, как и с тобой, происходили всякие смешные, а порой и грустные истории. Некоторые сюжеты и героев отец Леонид почерпнул из многочисленных рассказов окружающих его ребят. Ведь у детей всегда столько интересных событий происходит каждый день и каждый час, только успевай записывать.

В этот сборник вошло восемь историй, рассказанных от лица главного героя — мальчика Вани. Ему шесть с половиной лет. Возможно, сколько и тебе сейчас. Каждая рассказанная история — это открытие в жизни мальчика. Ваня узнаёт о том, что такое дружба, честность, милосердие, любовь, настоящая радость. А с этим сталкивается в жизни каждый человек, независимо от того, мальчик ты или девочка.

Батюшка будет очень рад, если ты подружишься с его книгой и захочешь прочесть другие истории. Может быть, ты поделишься этими рассказами со своими друзьями — и вы убедитесь, как здорово всегда быть добрыми и справедливыми.

Автор будет с нетерпением ждать твоего ответа: понравилось ли тебе всё то, чем он от чистого сердца с тобой поделился.

Редактор

Тросовая каша

Посвящается моей бабушке Антонине

Сегодня на завтрак в детском саду нас кормили очень вкусной кашей. Мне так она понравилась, что я сразу, как только доел, пошёл к повару.

— Тётя, — обратился я к поварихе, — а какая каша сегодня была?

— Просовая, — ответила улыбчивая тётенька. — Тебе понравилось?

— Ещё как! — ответил я и довольный пошёл к ребятам. «Тросовая, — сказал я вслух, стараясь запомнить название полюбившейся каши. — Ух, ты! — я подошёл к окну. — А с названием каша мне ещё больше стала нравиться!» Мне в секунду представились корабли, матросы и тросы на палубе. «Вот почему они такие сильные! Специальную кашу едят!» — с восторгом от великого открытия подумал я.

Название этой вкусной каши я решил сохранить в секрете, и, когда мама пришла меня забирать, я молчал как партизан.

— Чем вас сегодня кормили? — поинтересовалась мама.

— Как обычно — кашей, — ответил я без особых эмоций.

Через неделю папа отвёз меня к бабушке в свой родной город, где прошло его детство.

Бабушка встретила меня как драгоценное сокровище. Целовала минут десять, отчего я даже немного устал. Дедушка по-мужски спокойно меня обнял и посадил себе на колено. От деды всегда пахло табаком, а морщинистые щёки были колючие. В мужской компании мне больше нравилось находиться! Как только мы с папой поужинали с дороги, они с дедом уселись играть в шахматы. Я сел рядом. Мой папа был чемпионом по шахматам на своём заводе, но дедушка пару раз поставил папе мат. Я спросил папу:

— Ты, наверное, спать уже хочешь и поэтому проиграл? — я помнил, что в поезде своё место отец отдал мне, а сам всю долгую дорогу не ложился, ехал и спал сидя.

— Спасибо, сынок, за заботу, — ответил ласково папа. — Просто твой дедушка в детстве учил меня играть! Он у нас мастер!

— Я знаю, что дедушка — мастер, — подхватил я. — Он постоянно всякие штуки мастерит, и я вместе с ним.

Папа с дедушкой рассмеялись.

— Хватит вам полуночничать, — сказала, по-доброму ворча, бабушка. — Я уже постелила вам давно. Спать ложитесь.

Когда я лег в свою постель, бабуля пришла ко мне поцеловать на ночь.

— Какую тебе на завтрак кашку сварить? — потихоньку спросила она.

— Тросовую, — ответил я.

— Тросовую? — переспросила бабушка.

— Ну, да! Нам в садике давали.

— Что-то не припомню я такой крупы. А как она выглядит?

— Желтоватая и очень вкусная!

Бабушка ушла в свою комнату в задумчивости. Я быстро уснул. Мне приснились старинные корабли — галеры, сильные и мужественные матросы. В своих могучих руках они сжимали прочные канаты и тросы. Выл ветер. Море бушевало. Корабль бросало, как щепку, но храбрый капитан с моряками не дрогнули и победили стихию.

Когда я проснулся, папа уже успел побриться и надеть чистую рубашку. Я вспомнил про любимую кашу, мигом вскочил, быстро умылся и вместе с папой сел за обеденный стол. Вместо каши бабушка принесла нам на сковороде яичницу с помидорами. Она, наверное, прочитала удивление на моём лице и сказала: «Кашу позже тебе сварю. Мне твоя помощь понадобится!»

Помогать бабушке я всегда был готов. Мы вместе часто ходили за грибами и за ягодами в лес. Потом сушили все лесные припасы, развешивая их через комнату на нитках. Варили варенье. Пекли блины. Выносили мусор к машине всегда в одно и тоже время. Возле подъезда бабушка встречала соседок с мусорными вёдрами и вступала с ними в беседу, а я тем временем бежал на детскую площадку.

— Ваня, вот посмотри, нет среди них тросовой? — бабушка расставила на кухонном столе банки с разными крупами.

— Это гречневая, а это рисовая, — я уже много знал круп, но тросовой в сыром виде я до этого не видел. — Бабушка, а ты свари кашу из каждой, я и узнаю.

— Да я и соседку расспросила. Она тоже про такую кашу впервые слышит. Чем вас там в саду кормят?! Ты ничего не путаешь?

— Да я специально у повара спрашивал, — ответил чуть не в слезах я. — Она сказала — тросовая!

— Вот, посмотри — пшено. Не оно? — бабушка уже не знала что и делать.

— Свари, бабуль, — попросил я.

Через двадцать минут каша была готова. Я подцепил кончиком ложки немного и попробовал.

Язык можно было проглотить. Это была она — тросовая каша! Только ещё вкуснее.

Видя моё довольное выражение, бабушка сказала:

— Я молочка и сливочного маслица добавила. Соли достаточно?

— Во! — показал я одобрительный большой палец. — А как ты догадалась? Ведь ты варила пшённую кашу? — поинтересовался я.

— Так пшено часто — просом называют! — с улыбкой сказала бабушка. — Вот тебе и «тросовая» каша! — любимая бабушка была довольна не меньше меня. Она положила мне добавки.

— И себе положи нашей любимой каши! — скомандовал по-капитански я.

Бабушка, как матрос, послушалась.

Самый быстрый самолёт

Летит земля из-под ног, приближаются и удаляются деревья, скамейки и папа. Ветер брызжет теплом по лицу, по голым рукам и ногам, щекочет ступни сквозь дырочки сандалий, раздувает рубашку, как парус. Солнце то спереди, то сзади. Отчего мне так радостно? Я лечу на самолёте! Папа стоит и смотрит на меня с земли. С высоты он кажется таким маленьким, а я, как лётчик, поворачиваю штурвал, и самолёт послушно уходит влево. Выравниваю машину. Снова поворот, и снова. Им нету счёта…

Сегодня выходной день мы проводим в детском парке. После тира, где папа лихо погасил пульками огоньки на свечках, мы пошли к аттракциону с самолётами.

— Полетишь? — спросил меня он.

— Ещё бы, — ответил я.

— Какую выберешь машину? — отец с прищуром посмотрел на меня.

— Пап, ты что? — я удивлённо пожал плечами. — Конечно, вот этот истребитель!

Папа знал, что я именно так отвечу, и мой ответ его радовал. Он специально спросил, чтоб порадоваться за меня. Я часто рисую в альбоме самолёты и воздушные бои. На рисунках наши всегда побеждают, потому что у нас самые быстрые самолёты, а наши лётчики очень любят страну и небо.

Сначала мой тёмно-зелёный истребитель с красными звёздами на крыльях медленно набирал скорость, плавно отрываясь от стартовой площадки. Потом закружился вместе с другими всё быстрее и быстрее. Мне представился воздушный бой. Вот я гонюсь за противником, а у меня в пулемётах полный боекомплект. Но я правда, так ни разу не выстрелил, потому что впереди меня в красном планере за штурвалом сидела девочка, а девочка не может быть врагом. Папа меня учит, что девочек защищать нужно. Я смотрел на её жёлтые волосы, красиво развевающиеся по ветру, и мне подумалось, что эта девочка, должно быть, очень смелая, раз села за штурвал. Вела себя она очень спокойно, и в какой-то момент повернула голову в сторону ожидавших нас родителей, кому-то помахала рукой, и на её лице я увидел улыбку. «Лётчицей будет, как и я», — сделал я вывод. Пролетая на следующем вираже, я тоже помахал своему папе, но не увидел, помахал ли он мне в ответ. Со скоростью ветра неслась наша вереница из истребителей, планёров, штурмовиков, «кукурузников», а над нами кружилось мирное небо, и папы наши были рядом.

Дедушка мне часто рассказывал о войне. О том, что много горя и бед принесла она людям. Все папы и старшие братья ушли тогда на фронт защищать Родину и ценой своих жизней подарили нам мир! Сейчас этот мир защищают наши солдаты. «Вот скорее бы вырасти и стать военным лётчиком!»

Полёт окончен. Самолёты благополучно приземлились. Выйдя из кабины, я взглядом нашёл свою соседку. Она, щупленькая и хрупкая, ловко сбежала по деревянной лесенке, спускающейся от стартовой площадки, и с разбегу уткнулась в живот своему папе. Я понял, что её папа — офицер. На нём была зелёная рубашка с погонами и такая же зелёная фуражка. На погонах блестели золотые звёзды. «Эх, познакомиться бы!»

— Давай по пирожному? — предложил тут папа.

— Я пока не голоден, — ответил уклончиво я, стараясь не потерять девочку из виду.

— Может, тебя укачало? — предположил он.

Я зачем-то кивнул.

— Ничего, это дело поправимое. Тренироваться надо. Вестибулярный аппарат развивать. Я в армии «солнышко» на турнике научился крутить. Сперва тоже мутило. Привык. А ты начни с кувырков на земле. А, сынок?

— Хорошо, я попробую, — согласился я. — Папа, а ты хотел в детстве стать военным лётчиком?

— Помню, мечтал стать космонавтом, а все космонавты — это военные лётчики. Значит, хотел.

— А почему не стал лётчиком, а стал инженером?

— Зрение подвело. У лётчика должно быть отличное здоровье. Сейчас знаешь какие скорости развивают современные самолёты?

— Нет. А какие?

— Сверхзвуковые!

— А это как?

— Скоро покажу, узнаешь сам, на практике, — подмигнул мне он.

— А где такая «практика»? — не понял я значение незнакомого слова.

— «На практике» — это означает, на своём опыте, сам испытаешь.

«Вот это интересно! — подумал я. — Сам испытаю, что такое сверхзвуковая скорость!» — вырвалось у меня. — А ты не шутишь?

— Какие тут шутки? Подожди немного — и узнаешь, — загадочно ответил он. — Давай пока присядь, а я сбегаю за мороженым.

Я сел на скамейку, а папа умчался в сторону лотка с мороженым. Скорость его мне не показалась сверхзвуковой. Обычная папина скорость. «Интересно, а у звука какая скорость? — стал размышлять я. — Если я сейчас окликну папу, через сколько времени он меня услышит? А чего тут думать? — сказал я сам себе и негромко крикнул, но чтоб папа услышал: — Папа! Один, два, три, четыре…» — начал я отсчёт времени.

Папа не оборачивался. «Наверно, скорость звука зависит ещё и от громкости!» — догадался я и крикнул на этот раз намного громче:

— Папа! Раз, два, три!

«Услышал», — обрадовался я, когда папа резко обернулся и чуть не выронил мороженое из рук.

Вернулся он намного быстрее.

— Чего кричишь на весь парк? Напугал! Я и не знаю, что подумал! И кого ты здесь так громко считал? — папины брови от возмущения стали похожи на две остроконечных крыши.

— Это я скорость звука измерял. За сколько времени звук долетит до тебя. Пап, ну, ты же сам сказал, что я на практике узнаю, что такое сверхзвуковая скорость! — постарался я успокоить отца.

Отец широко улыбнулся и брови его стали ровными и гладкими.

— Сынок, возможно, очень скоро, я тебе покажу, что такое сверхзвуковая скорость у самолёта. Они тут часто летают, учебные полёты совершают.

— Ладно, — согласился я и посмотрел в небо. — А вон какой-то маленький самолётик летит.

Папа закинул голову, приложил ладонь ко лбу, сделав её козырьком.

— Так это Миг-21, сверхзвуковой истребитель! — почти крикнул он. — Мы как раз для таких самолётов двигатель конструировали на нашем заводе. Сейчас ты всё поймёшь! Вот так удача!

Папа радовался самолёту, как дошколёнок новому ранцу. Я пока ничего не понимал.

— Ваня, скажи, вот когда летит «кукурузник», ты слышишь его звук? — обратился ко мне отец.

— Конечно, слышу. Тарахтит, как бульдозер.

— А когда пролетит?

— Звук с ним и улетает, — ответил я, ничего не подозревая.

— А сейчас ты слышишь звук?

— Нет, не слышу, — насторожился я, прислушиваясь.

— Вот! — сказал довольный папа. — Самолёт уж давно над нами пролетел, а звука не слышно. Ничего, сейчас услышишь.

И тут раздался рокот над нашими головами, как рёв десяти львов.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

придерживая трубку, другой конец протянул мне.

— Дуй, — скомандовал он.

— Это и есть сверхзвуковая скорость! Теперь понял?

— На практике узнал!

придерживая трубку, другой конец протянул мне.

— Дуй, — скомандовал он.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

придерживая трубку, другой конец протянул мне.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

придерживая трубку, другой конец протянул мне.

— Дуй, — скомандовал он.

— Это и есть сверхзвуковая скорость! Теперь понял?

— На практике узнал!

придерживая трубку, другой конец протянул мне.

— Дуй, — скомандовал он.

— Вот это да! Вот так скорость! Самолёт улетел, а звук двигателей его догоняет.

придерживая трубку, другой конец протянул мне.

— Дуй, — скомандовал он.

— Это и есть сверхзвуковая скорость! Теперь понял?

— На практике узнал!

придерживая трубку, другой конец протянул мне.

— Дуй, — скомандовал он.

— Это и есть сверхзвуковая скорость! Теперь понял?

— На практике узнал!

Парк пустел. Мы сидели с папой на лавочке, разговаривали, смотрели в голубое небо, на растворяющийся белый след от двигателей давно улетевшего самолёта и ели слегка подтаявшее мороженое.

Шмель в коробочке

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 361