электронная
356
12+
Школа IQ007: Как мы всех научили читать

Бесплатный фрагмент - Школа IQ007: Как мы всех научили читать

История самой большой сети школ скорочтения в Европе

Объем:
198 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4496-6860-8

С Данилом Костроминым и Вадимом Хабировым мы познакомились в их родном городе Златоусте, где находится штаб-квартира компании IQ007, во время съемок для моего видеоблога.

Чем дольше мы общались, чем глубже я погружался в их бизнес, чем больше я видел, как эти двое молодых, но самоотверженных и одержимых людей страстно рассказывают про свою компанию, тем больше мне хотелось, чтобы к их истории смог прикоснуться каждый предприниматель страны. Именно в тот день мы договорились, что они напишут книгу, которую Вы держите в руках.

Это книга о двух друзьях, которые изменили жизни десятков тысяч людей. И для этого им не пришлось сбегать из своего родного города и накручивать подписчиков в инстаграм.

Они много и честно работали и создали самую большую сеть школ на территории всей Европы, стали самой окупаемой франшизой по версии Forbes и научили читать тысячи молодых и взрослых людей.

Это книга — история реального бизнес-успеха, которая достойна того, чтобы с ней познакомиться.

Книга освещает события начиная с самого детства наших героев и по сей день, и, прочитав ее, я понимаю, что это только начало большого пути, чего и желаю и самой школе IQ007, и ее основателям.

Максим «Комбат» Батырев


Эту книгу я бы назвал книгой без прикрас. Потрясающая история Вадима Хабирова и Данила Костромина, основателей школы и методики IQ007, в которой не умалчивается ни о сумасшедших взлетах, ни о фатальных падениях. Это не сказка, как два друга заработали миллион за полгода, это реальность, которая иногда бывает суровой. Хочу остановиться на трех основных моментах, которые мне пришлись по душе.

Первое: весь путь Вадима и Данила описывается с детства и до нынешних дней. Здесь есть история знакомства друзей, воспоминания о студенческом времени, рассказ о переживаниях бизнесменов в начале пути и преодолениях трудностей сейчас. У Вадима и Данила колоссальный жизненный опыт — от торговли пылесосами до сетевого маркетинга. Не раз друзей настигал кризис, бывало, что их кидали сотрудники и партнеры, и выбраться из всего этого стоило больших усилий. Только твердый характер и находчивость помогали справиться с препятствиями. Это достойно наивысшей похвалы.

Второе, что я хотел отметить — Хабиров и Костромин указывают литературу, которая помогла им в жизненном пути. Книги, которые рекомендуют основатели школы скорочтения и развития интеллекта IQ007, любой может взять на вооружение. Они помогут научиться правильно мыслить.

И третье, что хочется сказать — здесь поднимается важный вопрос о гармонии в жизни: насколько важна работа и семья, можно ли находить время и на первое, и на второе. В наших реалиях это очень актуально.

Рекомендую к прочтению бизнесменам, руководителям, родителям, наставникам и тем, кто хочет вдохновиться правдивой историей успеха.

Владимир Якуба

От автора

Признайтесь, вы решили «пробежаться» по книге и, не тратя лишнего времени, понять, нужна она вам или нет? Быстро прочитать по диагонали введение, составив мнение о том, что держите в руках? Что ж, это один из способов скорочтения, и мне как автору истории школы скорочтения и развития интеллекта это приятно. Вы уже в теме.

А теперь попробуйте прочитать хотя бы один абзац, не бегая глазами по странице. Видите, это не так уж сложно — не спешить.

Скажу больше. Избитые слова о повсеместном увеличении скорости жизни незаметно потеряли всякий смысл: нам уже почти не с чем сравнивать. Эпоха без интернета, терабайт ежедневной информации и возможности за несколько часов оказаться на другом конце света уходит в прошлое — причем в полном соответствии с духом времени, то есть очень быстро. Ключевым преимуществом, главным качеством и важным требованием становится именно фактор скорости — вместо олимпийского девиза «Выше, быстрее, сильнее!» все больше подходит ультиматум «сейчас или никогда».

Это разлито в воздухе: все или торопятся, или уже опоздали. Разумеется, быстро — не всегда хорошо, но вполне приемлемо. Тогда как долго и медленно — почти всегда плохо. Обратите внимание, как устроено все вокруг: если таблетка, то быстродействующая: если транзакция, то с минимальной отсрочкой; если такси, то через минуту у входа. И абсолютно всем «некогда».

Доступность гаджетов усиливает этот эффект ускорения в круглосуточном режиме. Смартфоны и планшеты, подключенные к интернету, позволяют одновременно решать десятки вопросов, приучая нас к многозадачности и оперативному мышлению. Правила этой судорожной гонки не до конца ясны, но в целом понятны: главное — успеть. Ощущение, будто кто-то завел обратный отсчет и внимательно следит, как ты справишься: не опоздаешь на киносеанс, сдашь вовремя отчет и не пропустишь нужный поворот.

Удивительно, как при этом остаются нетронутыми явления и процессы, сохранившие прежние скорости. Несмотря на расхожее «дети стали раньше взрослеть», циклы и средние темпы развития никто не отменял. Дети могут сами включать нужные приложения уже в два года, смотреть мультфильмы, пропуская рекламу, и осваивать окружающий мир заметно интенсивнее своих родителей. Но они все так же, как люди позапрошлых поколений, учатся читать — с букварем и с кем-то из старших. Почти всегда с трудом, преодолевая себя, и пусть с интересом, но уж точно не в одночасье. Впрочем, быстрое овладение навыкам чтения тоже мало что дает в будущем; это мнимый перевес. Вероятнее всего, скорость самого чтения будет в пределах средних показателей.

В какой-то мере это даже несправедливо: обстоятельства жизни подталкивают к более активному получению новых знаний и самообразованию во всех возможных областях — а скорость применения этих знаний предательски отстает. Половина из нас научились читать еще дошкольниками, но как мы читаем сейчас? Ученик средней школы и менеджер среднего звена читают примерно с одинаковой скоростью, оба запоминают до смешного мало и почти ничего не могут пересказать после перемены или бизнес-ланча. Иногда это один и тот же человек, просто несколько лет спустя.


Двое основателей IQ007 — как раз тот случай. Оба не придавали большого значения чтению и, тем более, его скорости, не хватали звезд с неба и совершенно точно не собирались работать в школе.

Один с детства осваивал приемы частной торговли, влившись в семейный бизнес, другой пошел по стопам отца и старшего брата — видел себя среди защитников правопорядка. В доме Данила хранились меховые шапки на продажу, Вадим видел отца-охранника с пистолетом. Повзрослев, оба тем не менее ушли в продажи и после работы по найму занялись своим бизнесом.

С какой скоростью люди становятся бизнесменами? Как быстро они улавливают суть предпринимательства и начинают мыслить интересами клиента? И как годы спустя динамика этой трансформации определяет скорость принятия управленческих решений? Кажется, здесь все, как с чтением. Можно быстро обучиться, но не уметь быстро использовать. «Можно жить так, но лучше ускориться», — пел молодой Сергей Шнуров, и как всегда был прав.

Данил Костромин и Вадим Хабиров решили ускориться: сначала сами, потом — помочь таким же, как они. Прежде всего донести до всех молодых и активных одну простую истину: двигаться за сокровищами нужно по карте. Сокровища — это личные сбережения и уровень жизни, а карта — это опыт предшественников, давно описанный в книгах. Чем больше и быстрее читаешь, тем больше понимаешь в деле, которое приносит тебе доход.

Курсы скорочтения, открытые Хабировым и Костроминым для деловой публики, почти сразу стали нужны и совсем другой аудитории — школьникам всех возрастов, а вслед за ними всем остальным. Оказалось, что успехи в чтении влияют на развитие множества навыков и невероятно полезны в построении карьеры; это вообще ключ от всех дверей.

Формально школа скорочтения IQ007 была первым бизнесом Хабирова — Костромина, однако его сложно представить без их предыдущих (и весьма занимательных) попыток заработать. В этом смысле у IQ007 нет предыстории, но есть условия возникновения. Отмотайте назад все, что происходило с этой школой и их основателями, и убедитесь сами: IQ007 не могло не быть, в том числе на первом месте списка самых выгодных франшиз по версии журнала Forbes. В то же время в каждой точке этой обратно пущенной хроники есть момент сомнений и выбора, рисков и вызова самим себе. В конце концов, Вадим и Данил могли просто не встретиться.

Сейчас у них за плечами запуск более 450 школ.

Эта история важна подробностями. Как в хорошей драме, в ней соблюдается единство времени, места и действия. Все вышло так, как вышло, только потому, что основатели IQ007 выросли в Златоусте, их родители пережили девяностые годы, а в Россию пришел сетевой маркетинг. Как в гениальной драме, ее герои условны, а выводы универсальны. Получилось у них — получится у кого-нибудь еще.

Она пригодится и тем, кто только собирается попробовать себя в своем деле, и тем, кто имеет опыт предпринимательства и управления. Во всяком случае, психологии здесь не меньше, чем готовых инструкций и практических советов. Это готовый учебник по стратегии принятия решений, поиску лучших менеджеров и эффективной рекламе. Он же может служить руководством, как найти и сохранить друзей, стать неуязвимым для конкурентов-завистников и не быть испорченным деньгами. В общем, как стать капитаном корабля и сделать его непотопляемым.

Между тем, история IQ007 — это не биографии Вадима Хабирова и Данила Костромина. В ней гораздо больше действующих лиц и не раз прозвучавших голосов. В книгу вошли комментарии и оценки десятков людей, так или иначе вовлеченных в орбиту школы. Это буквально сериал с вереницей сюжетов и второстепенных персонажей, или реалити-шоу с до боли знакомыми проблемами и чувством сопереживания героям. Если угодно, это откровенный бизнес-тренинг для тех, кто подозревает, что успешные люди в дорогих костюмах недоговаривают. О чем? Ищите в этой книге.

И еще одна просьба о признании. Вы отдаете себе отчет, что не представляете, с какой скоростью прочитали этот текст и сколько раз возвращались к тому или иному фрагменту? Впрочем, читайте эту книгу как вам удобнее. Скорочтению учат в школе IQ007, а вы не на занятии. Вы в одной странице от начала потрясающей бизнес-истории.

Переворачивайте.

Александр Морсин





Глава 1

Дали по шапке

Златоуст, начало 2000-х, зима, выходные.

Восьмиклассник Данил продает меховые шапки на Колхозном рынке. Это семейный бизнес: он помогает родителям и старшему брату. Работа каждого оплачивается отдельно, и все вольны тратить вырученные деньги как им вздумается. Например, вложить в закупку меха для новых шапок. Чаще всего так и происходит, а потому расходы на себя все время откладываю­­­­тся. Из-за этого Данил до сих пор не купил золотую цепочку, а теперь копит на модные узкие джинсы. С будущей профессией он пока не определился: выбирает между банковским и ресторанным делом. Наверное, всё же банк. Даром что за забором, в двухстах метрах от рынка, высится пятиэтажный офис Сбербанка — центр деловой жизни Златоуста и символ финансового могущества. Лучше всего просматривается последний, пятый этаж, над окнами которого закреплены восемь огромных букв.


Пятнадцать лет спустя Колхозный рынок опустеет, а шумный участок из палаток и ларьков, вплотную прижатых друг к другу, займут редкие продавцы подержанных автомобилей. У Сбербанка сменятся буквы на крыше, а пятый этаж будет принадлежать другой компании. Данил не станет ни ресторатором, ни банкиром.


Вместо этого он и его друг детства Вадим откроют школу скорочтения IQ007 и создадут на ее основе самую большую сеть частных школ в Европе. Журнал Forbes назовет франшизу IQ007 самой быстроокупаемой в России.


— Да, там Данил с шапками и стоял, — говорит Вадим и смотрит в окно на полузаброшенный рынок.


Это они выкупили пятый этаж здания и установили новые буквы.


В это же окно видно «Радугу» — торговый комплекс, занявший один из корпусов златоустовского хлебокомбината. На фасаде вопреки названию лишь три цвета: белый, оранжевый и желтый. На третьем этаже «Радуги» проходили первые уроки IQ007.


— А здесь видно бензоколонку, на которой работала моя мама, — продолжает Вадим, стоя уже у другого окна. Словно ребенок, угадывающий, на что похожи зимние узоры на замерзшем стекле, он перечисляет самые неожиданные вещи. Из ниоткуда всплывают истории про пылесосы, шубы и дачи.


В считанные минуты кабинет основателей IQ007 превращается в личную смотровую площадку с видами на далекое прошлое: глядя сквозь стеклопакеты, Вадим и Данил могут пересказать едва ли не всю жизнь. Внешне кабинет напоминает обычное рабочее пространство топ-менеджера высшего звена: благородная мебель, строгий декор и небольшая библиотека. Разве что не так просторно и без обязательного портрета главы государства в позолоченной рамке. Вместо него портрет Данила в кислотных тонах, подаренный коллегами на день рождения, да и тот наполовину зашторен. В центре — большой стол и два директорских кресла.


На столе лежит мозг. Красно-сине-желто-зеленый и, судя по форме, человеческий. По местным меркам еще одна «радуга».


— Это сувенир из Китая, — поясняет Вадим и без лишних слов переходит к методике IQ007. — Мы за гармоничное развитие интеллекта, то есть всех участков мозга. Правое и левое полушария, лобные и височные доли отвечают за разные виды мышления и, соответственно, за разные типы деятельности. Например, для развития речи ребенка очень важна моторика. Мозг устроен так, что одни и те же его участки отвечают и за моторику, и за речь. Активизируя одно, развиваешь другое, так это работает, — говорит Вадим и берет сувенир в руки. — Это модель в натуральную величину, разборная. Хочешь примерю?

Мать Ильича

Вадим Хабиров и Данил Костромин знакомы с четырех лет. К тому времени их родители давно дружили домами и регулярно ходили друг к другу в гости. Их отцы занимались в одной секции бокса, а старшие братья учились в одном классе. Возможно, поэтому никто не может назвать точную дату и место их первой встречи: жизнь шла своим чередом и на такие подробности никто не обращал внимания. По словам мамы Вадима Винеры Фаатовны, это случилось осенью 1991 года.


— Мы с мамой Данила гуляли с колясками, она предложила пойти в лес. Был какой-то праздник, видимо 7 ноября. Тогда они и познакомились.


Семья Хабировых, по общим воспоминаниями, жила в «Счастье» с большой буквы — так назывался магазин, расположенный на первом этаже дома. Костромины жили в соседнем дворе — не менее счастливо.


— Тогда в Златоусте не было богатых и бедных, все жили одинаково, — вспоминает мама Данила Татьяна Антоновна, работавшая в то время учителем математики.


— Спокойный трудовой город, все пахали, — добавляет ее муж Сергей Геннадьевич, в те годы металлург-прокатчик в горячем цехе.


Костромины уже больше десяти лет ютились в родительской квартире и собирались перебраться в свое жилье. Больше других переезда ждал Сергей Геннадьевич, выросший в коммуналке.


Отец Вадима Шамиль Ялисеевич провел детство в доме с печным отоплением и питьевой водой из колонки. Златоуст 1960-х он называет «каменно-деревянным». В те годы мама маленького Шамиля работала шлифовщицей на заводе имени Ленина и приносила домой напильники — чтобы сын всё умел и непременно пошел учиться на слесаря. Как писал поэт, бывают странные сближения: за сто с лишним лет до этого в Златоусте жила будущая мать великого Ильича, тогда еще просто Мария Ульянова.

Из вариантов досуга, доступного подростку, Шамиль Ялисеевич выбирал поход в кино и творческие встречи с артистами. Особенно ему запомнился приезд Юрия Каморного, исполнившего роль танкиста в «Освобождении» — грандиозной киноэпопее из пяти фильмов о Второй мировой войне. Через десять лет Каморного застрелил сотрудник милиции при невыясненных обстоятельствах; через двадцать — Шамиль Ялисеевич устроился в милицию и приходил домой с пистолетом. Правда, перед этим он все же успел поработать слесарем на машиностроительном заводе.


Его будущая жена Винера Фаатовна приехала в Златоуст в пятнадцать лет — на свадьбу однокурсницы из училища. В первое время у нее жутко болела голова: заводы и комбинаты работали на полную мощность, в городе было нечем дышать.


— Это же был один из промышленных центров Урала. Вы не представляете, сколько здесь всего добывали, обрабатывали и плавили, — то ли с гордостью, то ли с тоской по былому величию напоминает Сергей Геннадьевич. — И не только в наше время.

Хребет России

У Златоуста действительно богатая промышленная история, неразрывно связанная с металлом и продлившаяся без малого два с половиной века: от освоения первых рудников до «центра металлургии», от «родины русского булата» до «отца русской пушки». И это только при царской власти.


Основанный в 1754 году как поселок строителей железоделательного завода, Златоуст был обязан своим появлением промышленникам Мосоловым. Вскоре от завода мало что осталось: пугачевский бунт и разрушительная крестьянская война не могли пройти мимо богатого предприятия. Тогда же была сожжена и первая церковь во имя Иоанна Златоуста, давшего городу название. Упоминания о произошедшем попали в вестники, а позже в пушкинскую «Историю Пугачевского бунта». Восстановленный завод перешел на производство артиллерии и стал крупнейшим в империи поставщиком пушек: каждое третье орудие на полях сражений с Наполеоном было из Златоуста.


В 1815 году при заводе открылась оружейная фабрика, предназначенная для производства холодного оружия. В следующие полвека она прославила далекий уральский город на всю Европу.


Фабрика не только обеспечивала потребности российской армии и флота в клинках и шашках, но и предлагала новый стандарт качества декорированного оружия. Златоустовская гравюра буквально переоткрыла мировое искусство нанесения рисунка на металл. Имена Ивана Бушуева и Ивана Бояршинова встали в один ряд с главными ремесленниками эпохи — немецкими мастерами уровня гениального Вильгельма Шаффа. Вскоре к числу живых легенд присоединился металлург-экспериментатор Павел Аносов, восстановивший утраченный в Средневековье секрет булатной стали. Он же пригласил на должность главного лекаря в госпитале при оружейной фабрике Александра Бланка, отца Марии Ульяновой.


Позже именно ученики Аносова отлили первую русскую стальную пушку. Сейчас имя Аносова носит Златоустовский индустриальный колледж, напротив которого расположен магазин «Счастье».


— Златоустовский завод — один из лучших в империи, — торжественно произносил Леонид Парфенов в телепроекте «Хребет России», посвященном истории Урала. — Он завод-лаборатория, где работают лучшие инженеры-металлурги и стоит лучшее оборудование.


Разницу между чугунными и стальными пушками Парфенову объяснял соавтор проекта, «самый значительный русский писатель XXI века» Алексей Иванов: прежние чугунные — как «чудище-единорог», а новые стальные — «орудие современного типа». Они и заряжаются, и выглядят по-другому. «И пусть размер новых пушек заметно уменьшился, их огневая мощь значительно возросла».


С булатом всё сложнее. Смысл его производства — не в защите от врага.


— Он нужен не для снарядов, а для престижа империи, — подсказывали в «Хребте России».


В уже советские 1930-е годы в Златоусте выпустили первую в стране шарикоподшипниковую сталь. Во время войны — миллионы снарядов, сотни тысяч пулеметов и авиапушек. В июне 1945-го все участники первого Парада Победы, включая принимавшего его маршала Жукова, маршировали с клинками Златоустовской оружейной фабрики. Для города, разрушение которого было частью гитлеровского плана «Барбаросса», это значило особенно много. В 1950-х в Златоусте произвели первую морскую баллистическую ракету. В 1960-х собрали тормозную установку для первого космического корабля «Восход», поднявшего Гагарина на околоземную орбиту.


В 1987, в год рождения Данила и Вадима, на трибунах и площадях города в последний раз подняли лозунг «Мы придем к победе коммунистического труда». В 1990-м бывший президент США Рональд Рейган передал в дар президенту СССР Михаилу Горбачеву фотографию «Три поколения Златоустовского завода». Через год Советского Союза не стало. Златоуст с его огромным парком станков и уникальным оборудованием оказался на грани выживания.

Монтировка и газовый пистолет

— В начале девяностых заработать на квартиру, продолжая работать на заводе, было невозможно. Тут или квартира — или завод. Платили всё хуже, а мы хотели жить лучше, — вспоминает Сергей Геннадьевич.


Большинству промышленных гигантов предстояло перейти на выпуск «товаров народного потребления». Выбор стоял не менее драматический, чем у старшего Костромина — либо конверсия, либо гибель. Закрываться никто не хотел, но госзаказы почти иссякли, обороты предприятий упали в восемь раз. Однако перестроиться на мирные рельсы, отказавшись от производства оружия, чисто технически могли не все. Исключения выглядели красноречиво. Так, например, машиностроительный завод занялся выпуском бытовых электроплит «Мечта», медицинской техники и наборов корпусной мебели.


Одной из мер по спасению города стало привлечение иностранных инвесторов. Для этого формально закрытый с советских времен Златоуст пожертвовал особым статусом и «открылся». Власти даже издали специальное постановление «О порядке въезда и проживания иностранцев в городе Златоусте».


Многих тем временем волновал не столько грядущий приезд иностранцев, сколько собственный выезд за рубеж. Среди них был знакомый старшего Костромина, занявшийся предпринимательством — перепродажей шапок с Кавказа. Однажды он попросил ему помочь: съездить за шапками вместе, «побыть сопровождающим».


— Время было опасное, тем более в тех регионах, — вспоминает Сергей Геннадьевич. — Ему была нужна охрана и гарантии, что с товаром ничего не случится.


Вернувшись, Сергей получил за охрану обещанный гонорар и тут же отдал его жене. Это была норковая шапка. Через неделю Татьяна Антоновна решила ее продать. На деньги от роскошного головного убора можно было купить почти что угодно, — например, две таких же шапки на Кавказе. Осталось только вновь там оказаться.


За месяц Сергей Костромин получал за помощь в поездках тысячу рублей. Одна проданная шапка принесла ему в четыре раза больше. С тех пор выбор между охранником и продавцом вставал всё острее. Когда он снова оказался в Пятигорске, четырех тысяч рублей и правда хватило, чтобы купить две шапки. Дальше — больше. Глава семейства начал ездить на Кавказ один, а потом с женой.


— Было очень страшно. На дорогах процветал рэкет, нас постоянно «давили». Где-то обкладывали толпой, где-то стращали. Помню, что много шапок украли. Помню погони, — перечисляет Татьяна Антоновна.


После первых угроз она стала брать в машину газовый пистолет. У мужа под рукой была припасена монтировка. Помогло и многолетнее увлечение боксом, позволявшее «разруливать разные ситуации».


Но обстановка накалялась и в самом Златоусте. Население с трудом привыкало к новым заоблачным ценам и словам «безработица», «ваучер» и «взаимозачет». Горсовет умудрялся работать без электричества. В магазинах не хватало продуктов, в домах — горячей воды, на улицах — общественного транспорта. Всё это подталкивало администрацию к крайним и не всегда продуманным мерам. Иногда решительным настолько, насколько это можно представить. Чего стоит одна только телеграмма президенту России Борису Ельцину о дефиците наличных денег. В ответ в бюджет города поступили 60 млн рублей.

Винтик

«Несмотря на то, что администрация города добавила зарплату учителям, врачам и работникам культуры, весной 1992 года начались первые забастовки бюджетников, работников железной дороги, швейной фабрики и других предприятий», — признавал в своей книге «Златоуст на изломе 90-х…» бывший мэр города Василий Мальцев. На забастовках среди прочих был плакат «Нищий педагог не воспитает свободного человека».


Наверняка под этими словами была готова подписаться и Татьяна Антоновна, но эмоции каждый раз угасали.


— Я думала: как я могу уволиться? Не могу. Я учитель, у меня копится педагогический стаж. И куда я уйду, в торговлю? Это было не принято, — говорит Татьяна Костромина.


Оставить профессию ей мешали личные принципы и нежелание идти на конфликт с окружением. Приходилось совмещать и работать каждый день: в будни вести уроки в школе, в выходные — продавать шапки на Колхозном рынке. Всё это время она, стесняясь своего положения, старалась избегать встречи со знакомыми учениками. Как только они приближались к палатке, мама Данила быстро скрывалась из виду или убегала в машину.


— Мне было так стыдно. Психологически очень сложно перестроиться.


Через четыре года Татьяна Антоновна ушла из школы.


«Златоустовский рабочий» публиковал статьи о плюсах предпринимательства и пламенные призывы поскорее заняться малым бизнесом. В интервью газете мэр открыто заявлял: «Я самый рьяный сторонник рынка. Без него мы с каждым годом будем идти к нищете. „Винтик“ никогда не будет личностью, а сейчас надежда на деловых инициативных людей».


Редакция, будто не замечая очевидного диссонанса с названием газеты, всеми силами пыталась «устранить неприязнь и подозрительность к богатым людям». Самая рабочая из местных газет ссылалась на Запад и доходчиво объясняла: «богатство человека ассоциируется с его талантом, волей, мобильностью, сопротивляемостью любой беде и умением достигать цели».


Но цифры говорили о другом. В Златоусте при населении в 170 тысяч человек было около 200 кооперативов, 150 малых предприятий и 8 обществ с ограниченной ответственностью. Через десять лет, когда Данил пришел продавать шапки на Колхозный рынок, их количество выросло уже на порядок.

Глава 2

Зачем платить другим, когда есть мы?

Получив квартиру от машиностроительного завода, слесарь-фрезеровщик Шамиль Хабиров уволился. Как и старший Костромин, он в известной степени стал охранником. А именно — устроился во вневедомственную охрану. Не последнюю роль в этом «освобождении» случайно сыграла мама Вадима, работавшая на бензоколонке. Как-то раз приехавшие заправиться милиционеры пожаловались на нехватку кадров и предложили позвать на службу ее мужа. Позвала — приняли. Сначала автослесарем, потом выдали оружие и перевели в патруль. Через полгода Винера Фаатовна тоже сменила место работы: прошла курсы бухгалтера и устроилась в детский сад.


Новая квартира Хабировых была на другом конце города. Вечерние прогулки и домашние посиделки с семьей Костроминых остались в прошлом. Данил и Вадим встречались только по праздникам.


— Они тогда переключились на братьев, Вадим на Женю, Данил — на Антона, — считает Шамиль Ялисеевич. — А когда встречались, то всё как у всех: игры, машинки, вкладыши из-под жвачки. «Чип и Дейл» смотрели, вокруг дома бегали.


Данил плохо помнит, что отличало Вадима от ровесников, но кое-что, улыбаясь, описывает сходу.


— Он был настырный и во всем правильный. Такой мальчик-отличник, хотя в школу еще не ходил. Педантичный, аккуратный, добрый. И, главное, до сих пор такой.


Вадим называет более материальные вещи.


— Я четко помню его кудряшки, как у Пушкина. И коричневую болоньевую куртку, очень красивую. Хотелось такую же. А еще у него дома были гантели.


По словам мамы Данила, сын рос спокойным и рассудительным. Всегда имел свое мнение и старался его отстаивать. Когда над ним смеялись, отвечал, что ничего смешного не видит.


Приехать друг к другу в гости пятилетние основатели IQ007 не могли — одиночное путешествие на трамвае взрослые запрещали. Поговорить по телефону тоже было нельзя — из-за отсутствия телефона. Через 25 лет Данил и Вадим доберутся до родины жвачки, мультфильма про бурундуков и будут ходить вокруг небоскребов. А Данил купит себе десятую модель айфона.


— Отец много занимался нами, — говорит Вадим. — Помню, учили поговорки на отжимание. Кто неправильно проговорил, тот десять раз отжимается. Устал отжиматься — приседаешь.


Позже отец учил Вадима читать нараспев и помогал писать школьные сочинения. Разрешал зубрить заданные стихи и басни и одновременно смотреть КВН — правда, стоя к экрану спиной. Вадим был в восторге, потому что «делал сразу две мыслительные операции!».


Работая в охране, Шамиль Ялисеевич приезжал домой на «девятке» с мигалкой и всегда брал с собой пистолет-пулемет «Кедр» («он реально ходил со „стволом“, ему было положено»). По иронии судьбы, серийным производством «Кедра» в середине 1990-х занялся тот самый машиностроительный завод, с которого за пару лет до этого ушел Хабиров-старший. Как ни странно, до стрельбы дело так и не дошло: злоумышленников куда чаще пугала сработавшая сигнализация.


Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.