электронная
144
печатная A5
297
16+
«Серёжа-Пастушок»

Бесплатный фрагмент - «Серёжа-Пастушок»

4 года мониторинга радиоэфира С.Доренко

Объем:
50 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4490-3323-9
электронная
от 144
печатная A5
от 297

1. С. Доренко на РСН

В сентябре 2008 г. главным редактором и ведущим самого рейтингового утреннего эфира на преобразованной радиостанции «Русская служба новостей» был назначен известный теле- и радиожурналист, филолог С. Доренко. Очевидно, главред был одним из идеологов вновь созданной радиостанции. Слушатели к названию привыкли не сразу — путали, переиначивали, не понимали, переспрашивали. Раскатистая сонорная «р» в слове «р-р-русская» из уст Доренко помогала запоминанию.


Слово русский — ключевое понятие в названии радиостанции. Обратимся за традиционной в таких случаях помощью к словарю В. И. Даля:


Русить — делаться, становиться русским.


Русак, кто особенно русист, хочет быть русаком.


Слово русский у Доренко не трактуется как антипод понятию нерусский, интернациональный. Русский сам себе Интернационал. Русский коннотируется как «наш», «свой», «коренной», такой же, как ты, представитель титульной нации, тот, кто своим не соврет, кому можно в идеале доверять, тот, кто, не боясь, скажет правду, кому претит ангажированность.


С. Доренко принципиально отказывается от размытых понятий российский, россиянин, поправляет себя и радиослушателей, когда они сбиваются.


Вот примеры употребления словосочетания с концептом русский: русское гражданство, русское государство, русский Президент, русский регион, русский рубль, русская нефть, русские компании, русский самолет, русские дети, русские бумаги, русский рабочий, русская армия, русская зона, русская история, русская семья, русская политика, русская тюрьма, русское гражданство, «Экономика по-русски», «Русский дух» (названия передач на РСН).


Слово русский в отличие от российский призывает к большей ответственности за страну, территорию, народ. Русский — значит твой и мой тоже; близкий, родной. Российский — разнородный, далекий, абстрактный, формальный, относящийся к государству.


Прочный и суровый патриотизм, закрепленный победоносным словом русский все же иногда забывается. Из короткой поездки в Гонконг, позвонив на станцию, Доренко заметил, что «в Гонконге XXI век, а у нас помойка с «майбахами».


Перед коллективом радиостанции и особенно главным редактором стояла сложная задача не только заявить о себе в тесном пространстве FM-диапазона, но закрепить за собой слушателей, а затем и оформить свою аудиторию. Сейчас, через несколько лет, можно говорить и о влиянии слушателей на ведущего и соведущих. Высказывания слушателей звучат в саморекламе РСН.


На радиостанции «Эхо Москвы» С. Доренко вел рейтинговую передачу «Разворот» и был постоянным участником программы «Особое мнение». Речь его всегда отличалась многосложностью, логичностью, чувством юмора, использованием и хорошим знанием биржевых терминов, тонкостей финансовой игры, включениями в речь латинизмов, китайских крылатых слов и выражений, философских конфуцианских постулатов и моря испанских пословиц, живых и острых, как сам язык; русских прибауток. Доренко хорошо знал придирчивость и искушенность радиоаудитории «Эха».


На РСН, настроенной на «нового» слушателя, в речи Доренко еще звучат, к примеру, слова и словосочетания «дериват», «актуализация», «информационный медийный поток», «пассионарное меньшинство», «моральный императив», «северный буддизм» и подобные. Скорее всего, ведущий делает это для самоудовлетворения, а также сигналит радиослушателям, поменявшим частоты и ушедшим в правую часть FM-диапазона: «не забывайте, что я могу и не по-простому».


Открытие новой радиостанции совпало с массовым разочарованием людей среднего возраста (молодежь сделала это уже давно) в телеэфире. Только сильно непродвинутый человек покупает газету ради «программки». Радиоведущий тоже часто напоминает, что ТВ — дурной тон. Однако на каналах проходят событийные вещи, и слушатели хотят их обсуждать. Полное игнорирование ТВ не прошло. Ведущему важнее всего было закрепить большой объем маргинальной радиоаудитории, уставшей от «шансонов», «кексов» и «дач», угасших «алл», а также невысокого уровня «говорящих» радиостанций, безликих, опаздывающих с информацией, не заводных. Стояла задача и самому вырваться из пут традиционного эфира. Странно, что у более молодых по возрасту и стажу соведущих это получается хуже, как будто не он, а они встречали утро «Пионерской зорькой».


На начальном этапе создания рейтинга важнее всего было выбрать язык общения — раздражающий, удивляющий, главное, цепляющий, вызывающий желание настроиться на эту волну еще раз. Направление было одно: упростить лексику, огрубить подачу материала, не допускать эвфемизмов, рубить с плеча, не в бровь, а в глаз, не бояться вульгаризмов.


Вёрстка эфира скроена несколько военизировано: есть рубрики «Подъем!» «Отбой!», «107 секунд на ответ», где завершающие спор оппоненты как солдаты, ползущие по-пластунски, должны уложиться в 107 секунд.


Если у вас 7-часовое начало передачи рождает логичное «рано», вам строго ответят в заставке: «Нет, самое время». Вещание пафосно заканчивается пением гимна РФ. Кто будет спорить, что это хорошо, но уже было на первой кнопке советского радио. Гимн слушали все, встающие в 6 утра или те, у кого отказал будильник. Ночью пафос сменяется пением «родных», забытых и незабытых советских песен, можно наткнуться и на агрессивные детские марши («Пусть знает друг и знает враг»).


Эфир самого Доренко церемониален: здоровается он народной песней «Серёжа-Пастушок…», прощается по-философски: «А я пойду и проживу этот день 30 июня».


Это чисто авторское им придуманное завершение. Но есть и великолепный аналог, изречение из «Оды» Горация: «Сarpe diem!» — срывай, лови день.


Ведущий, конечно же, немного генерал — дремать, болтать, спорить не дает (не по уставу). Сам предстает перед слушателями лихим байкером и супердрайвером, тестирующим автомобили, прозорливым биржевым игроком, тертым путешественником, разведчиком в коварной Африке, пилотом-любителем с лицензией, дайвером, бардом с гитарой, собачником, лошадником, ранней пташкой (встает в 5 утра, не как вы, слюнтяи, на дрянных подушках с холлофайбером). Здесь все по-настоящему, жизнь бьет ключом. Присоединяйся!

2. Не ножа бойся, а языка

Одной из причин, по которой автор начала ежедневную, изнурительную, конечно, никем не заказанную и не оплаченную работу по мониторингу утреннего шоу С. Доренко (передачи «Подъем!») стало безбрежное и бездонное море льющихся из эфира вульгаризмов.


Смысл говорения уходил на второй план; оставались только потоки жуткой и демонстративно подаваемой лексики. Такого на радио не было. А вдруг это уже приходит и становится нормой?


Нужно было найти силы всё это отслушать, систематизировать; доступно и наглядно подать слушателю и читателю.


Перечень вульгарной и сниженной лексики, используемой в передачах С. Доренко (дается без контекста или с минимальным контекстом): ублюдок, подонки, мужики, сиськи, говно, паскудство, паскуда-олигарх, хочет нам брюки соплями залить (о бывшем губернаторе Пермского края), министр образования Д. Ливанов — пластмассовый чувак (о стиле речи), собаки (о людях), голытьба, куркуль кубанский, уроды, плевки, гад, вельможная задница, отребье, негодяи, сброд придурков, врачи-идиоты, изблюёт, пентюх, харкая кровью, выхаркать всю свою кровь, пукать в лужу, гомосеки, сволочь, гадюка, испаскудила гадюка, мерзкие ворюги, разожрался, рожу разъел (о ребёнке), бить в сопатку, плоские и остроконечные задницы корейцев в огороде, прощелыга, ментов прогоняет сквозь дурку, сквернохарактерные падальщики, на хрен, полуграмотные полукретины, жидкопоносные чиновники, позволяя мрази поцеловать себе сапог, говноедская пропаганда, скулящая тварь, Ваня Говнов (простой бесхитростный парень), я обязуюсь быть честным — иначе я засранец, запатентованная дешевка, жопой вихляет на кладбище, коммунистическое паскудство (о чиновнике), если тебе жопу лижут — карусель плоха, а если не лижут — хороша (посещение чиновниками детского парка аттракционов), щенки, соплюны, онанисты в милицейской форме, обосрал свое руководство богатый чувак, они просрут свои деньги по-любому, гнать его ссаными тряпками, Говно — ваша фамилия, на таком говне летать, сглотнуть харчок, срач бандерлогов, омерзительный квазилиберал, группа интеллектуалов-кастратов заставляет нас так думать, русское посольство в Минске — подлые жополизы, нашкодившие псы, если мы слабину дадим, то к власти в церкви придут педики; ходят, попёрдывая, с волосами, торчащими из ушей (о научных сотрудниках в Новосибирском академгородке), пентюхи пели «Возьмемся за руки, друзья», а в это время крали заводы, отрасли, республики, они пердят о том, что давеча не то, что нынче, демонстрируют мясо на ляжках, щеки на ветру полощаться, жирные хари, мозготрахальщик, мне звонит на «РСН» какая-то дрянь, ребёнку засирают мозг с детства, в двенадцать лет я дрочил, потрахаться — венчает праздник (даты зачатия и рождения), изрыгнул банальность (о звонящем из другого города слушателе), мое поколение — полное говнище, МВД описалось; несиловая часть власти будет трахнута, отодрана торжественно, они нахрапистые: и ртом и жопой (о населении в одном из регионов), битая в жопу (БМВ), задрыга, чтобы их не поперли, поскудные и бесчеловеческие холуи, педерасты, все, что рифмуется со словом жрать, оказался полным говном за столом, раскормленная рожа, хрень, анус; пойдешь, ханурик, захлебываясь соплями; хахиль, вся эта ужасная сволочь, говно собачье, шимпанзе (об автолюбителе), говнотрасса, отодрал грузинку — и в казарму (о солдате-перебежчике на границе), дура, отстойный ВИП, жучило, Пропердыкин, засовывать кобру себе в задницу, огрызок — пес вонючий, поссал и плетет что хочет, педиковатая весёлость с гоготком, многократно обосрамшись, надо уходить (об отставке губернатора), английские туристы отодрали латышек и традиционно нассали на памятник независимости Латвии; ты обосран, возвращаясь из Хургады, паскудство, а не оппозиция, стоит с говнометом и обсирает всех в Думе; Г. Гудков (депутат на момент мониторинга) напаскудился и ссучился, они скурвятся, ссучатся, будут кастрированы властью, жопу не может оторвать от думского кресла, как гэбушная свинья от корыта; в Зажопинск под Мухосранском; газета «Мухосранский листок», Пиписькин с улицы Говнище, парад — это когда одновременно сотрясаются щеки и мошонка; мы тебя, говно, добьем; мы вас отымеем — дым пойдет, выборы в РАН –это борьба Пупочкина с Пиписькиным, у политика лицо срущего кота; почему всем суют, а они сосут, трахать во все дырки, как куль с говном, не только фонтанировать идеями, жрать и срать; у вас есть тестикулы между ног?


Даже удивительно бывает, с какой виртуозностью, лихо и горячо, вся эта сквернословная лексика слетает с языка ведущего. «Не надо впадать в ханжество», — скажет кто-то. «Пусть так — лишь бы не совковая тухлота и высокомерная назидательность», — заметит циничный радиослушатель со стажем. «Прикольно, блин!» — добавит молодой водитель-дальнобойщик, слушая радио за баранкой…


Но страшно читать статью В. И. Даля о сквернословии:


Скверна — мерзость, гадость, пакость, все гнусное, противное, отвратительное, непотребное, что мерзит плотски и духовно, непотребство, нравственное растление, все богопротивное…


Не сквернит в уста, а сквернит из уст. Не сквернись, суесловием не оскверняйся.


Сквернословить — вести непристойные, зазорные, постыдные речи, срамно, похабно ругаться.


Сквернослов — срамослов или бесослов, поругатель, кощун.


Скверну природную очищают вода и огонь. Скверну духовную — покаяние.


Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 297