электронная
35
печатная A5
321
18+
Серия рассказов «Космическая бесконечность»

Бесплатный фрагмент - Серия рассказов «Космическая бесконечность»

Третья часть книги «С чего все начиналось»

Объем:
92 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-6772-3
электронная
от 35
печатная A5
от 321

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Андрей Павлович Колясников

ПОБЕГ

Страх несбыточного проник прохладой, и чистотой ночного воздуха, сквозь экран окна. Окно показывало перелеты странников от планеты к планете, в поисках новых цивилизаций — в которых любовь победит и миры, где нет войн.

Разрезая своим острием носа, челноки разрывали воздух и врезались в вакуум порывами радости и надежд — умирая у далеких звезд.

Сквозь астероиды и космические ветра, сквозь черные дыры и годы безмолвия, люди стремились к ней — к вечной спутнице жизни. Она за миллионы лет оставалась всегда молодой чародейкой — в черном бессменном наряде, но все же была разная. Смерть ждала людей с распростертыми объятьями, словно мать многие годы ожидающая любимое дитя. Еще там — вдалеке, она, завидев своего ребенка, раскинув руки, бежит ему на встречу через бездорожье полей космоса, с одним желанием: ощутить тепло его духа.

Она знает нас всех — кто и когда придет к ней на встречу, чтобы навсегда остаться в обители любящей матушки. Но она ждет каждого, с терпением неподвластное даже камню на самой высокой горе ждет нас, чтобы ощутить единственный оргазм встречи.

Когда-то давно, когда огненные атомы утопили города, а люди с автоматами топтали остатки жизни, смерть захлебнулась в истоме удовлетворения.

Сотни лет, выжившие в бессмысленной жестокости, восстанавливали Землю, создавая все новые и новые технологии для побега. Они не заботились о заразе, и зараза проникла в них. Люди свыклись с ней, но душа требовала чего-то чистого — того, что могло бы наполнить легкие их без горечи и сажи.

Глаза Владимира источали скорбь. Не отрывая взгляда, он наблюдал за этими безумцами на экране окна — они отдавали ему все, что было накоплено в поколениях, для покупки своего «космического гроба».

Легкий мах руки и ветерок, задержавшийся между пальцев, убрал видео-трансляцию с экрана окна. Мрак исчез. Стекло, заменявшее целую стену, наполнило комнату светом.

Рассвет играл красками, переливаясь радугой нового дня, он таил в себе открытия чудес и радости. Перед сиянием рождения солнца, не может устоять и приговоренный к казни — улыбку и счастье, рассвет мог подарить любому человеку, но не «продавцу смерти». Лицо Владимира было холодно, но душа разлагалась смятением — он жаждал встречи с «любящей матушкой», к которой отправлял, каждый день, людей.

Ждать Владимир не хотел, а гордость и тщеславие, не допускали суицидального исхода его жизни.

Золотые тени солнца заблестели на потолке и стенах. Махровый ковер, на полу, заиграл серебром.

Там, в глубине комнаты, щелкнули навесы — дверь распахнулась. На пороге стоял человек, полностью облаченный в черное одеяние, а лыжная шапочка скрывала его лицо. В руке человека был автоматический пистолет с глушителем.

Владимир не отрывался от окна — казалось, что он не слышал вошедшего гостя. Владимир выдохнул облегченно, будто освободившись от тяжелых оков.

— Я ждал вас раньше. — «Продавец смерти» вытянул руку и перстом указал на маленький столик в центре комнаты, что был словно павший на колени раб в ожидание своего хозяина. — Деньги и документы на челнок, в конверте. Баки заполнены водородом — все, как было вам обещано.

Черный человек, ступив в сокровищницу тайн космоса, зачаровано закружился на месте. На некоторое время он забыл для чего пришел сюда — его легкие переполнял кислород. Воздух был чистым, будто эту комнату зараза ядерных войн не коснулась. Человек с пистолетом упал в кресло опьяненный телесной свободой. Откинув голову на мягкую спинку кресла, он закрыл глаза и на миг превратился в маленького мальчика, летним днем у карусели — он, держа отца за руку, смотрел на скачущих детей, на деревянных лошадях.

Мальчик, затая дыхание, ждал своей очереди, когда он поскачет в круге праздника. Вот карусель остановилась. Вот он вступил на подножку круглого волшебства детства, но все закончилось — мальчик вновь стал человеком в черном одеянии — голос пятидесятилетнего мужчины у окна, вытянул его из светлого воспоминания детства в эту дорогую квартиру.

— Вы забылись… — обезвоженный голос прервался. Владимир, прокашлявшись в кулак, и опустил на секунду голову, после сухо продолжил. — Вначале исполните то, для чего пришли сюда, а затем дышите сколько вам угодно.

Безликий гость поднялся с кресла. Легкой рукой взял конверт с «каменного раба», и убрал его в карман куртки.

— Хватит — надышался, — брезгливо кинул человек в черной одежде. — Хорошего понемножку. Я не могу понять — зачем вам это?

— Вы думаете — деньги дарят счастье? Это не так. — Владимир говорил с грустью — от каждого звука исходил запах усталости. — Вот уже сотни лет люди бегут с нашей планеты, в поисках иного мира — не понимая, что исход один. У меня есть, практически, все, кроме любви и счастья. Это мой побег к «безносой старухе», а теперь сделайте наконец-то свое дело и уходите.

Владимир закрыл глаза, вслушиваясь в таинство тишины, которую разбудил хлопок. Свинцовый посланник вечности пронзил его седую голову, и прежде чем тело Владимира коснулось пола, новый владелец космической гробницы исчез.

Алая магия жизни, исходила из затылка «продавца смерти», окутывая его плечи и шею. Лицо покойного расплылось в улыбки.

— Владимир Александрович, они нашли планету. Они нашли ее. — Круглолицый небритый мужчина от радости буквально прыгал в экране окна. — Где вы? — Опустив голову, неизвестный побледнел. — Что с вами? Не шутите так — они же нашли эту чертову планету. — Радость сменилась слезами. — Владимир Александрович…

«Продавец смерти» продал жизнь, чтобы купить смерть — это его выбор, и это его побег!

КОСМИЧЕСКАЯ БЕСКОНЕЧНОСТЬ

Мир — это комната из зеркал,

заключенная в человеческой мысли.

Седьмой месяц корабль подкидывало на волнах космоса. Цепкие руки космоса хватали корабль, сотрясая его в безвоздушном пространстве, но героическую команду космолета «Земля» это не тревожило. С помощью новых установок и амортизированной машиной внутри корабля, перегрузка составляла не более 4g, и то лишь при резком торможении, или при крутом пике космолета, когда компьютер, рассчитывая траекторию прохождения сквозь потоки астероидов, не находил иного пути. В такое время скорость падала ниже субсветовой на половину, но на ухабах космических еще девственных дорог «Земля» разгонялась до полутора субсветовых скоростей. При нагрузках на человеческий организм, вес тела увеличивался, а мышцы деревенели, что мешало свободно передвигаться.

Парсек пути был уже позади.

Заслонки обширных иллюминаторов были закрыты, с того момента, как корабль оторвался от земли, иначе человеческий мозг не выдержал бы вида и осознания скорости движения. Их откроют лишь в экстренном случае, или при входе в иную солнечную систему, если таковая будет найдена. До назначенной точки оставалось месяц пути. После, если экипаж космолета при открытых заслонках, или сам компьютер, не увидит иных планет вне нашей галактики, «Земля» должна будет развернуться и на автопилоте вернуться домой, но команда надеялась на иной исход.

Что в галактической тьме, что при закрытых иллюминаторах — время было бы неизвестно, если бы не установили часы по московскому времени. Поэтому время обеда, ужина или завтрака совпадала с Москвой (по крайней мере, экипажу так хотелось думать, осознавая, что это совсем не так).

Команда из шести человек, представляла шесть стран: Россия (основатели путешествия и создатели новейшей космической технологии, не без помощи других стран), Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Узбекистан и Таджикистан. На посту, по графику, всегда было двое, выполняя контроль над множеством датчиков космолета в течение восьми часов.

В комнате отдыха, с множеством искусственных растений для иллюзии живой флоры и для психологического спокойствия, находилось три космонавта из группы исследователей. Нуркен Рустамович, представляющий Казахстан, он же капитан команды — отдыхал в своей каюте, после очередного обхода и дежурства. На посту, в это время, находились: Сухроб Ахмедович из Киргизии и Лев Александрович — представитель Белоруссии.

— Мне кажется, что ни каких иных цивилизаций нет. — Начал разговор Саид Таймуратович. Он, не отрываясь, музицировал на синтезаторе. Мелодия была то нежной в своих рифах, то взрывала душу стаккато и трелями, больше походившая на рок балладу. Казалось, вот-вот вступит электрогитара с резкой «вертушкой» и окончательным слайдом, но этого не происходило. — А если таковые и существуют, то на бесконечно далекое расстояние.

Спартак Кайратович оторвал свое круглое лицо от толстой тетради и, посмотрев на Саида, отложил ручку в сторону. Он развернулся на мягком кресле всем корпусом, к человеку за синтезатором.

— Может быть и так. — Решил поддержать разговор представитель Узбекистана. — Но тогда, что вы тут делаете, коллега, и зачем Аллах создал вселенную кроме нашей солнечной системы?

Диалог заинтересовал лежащего на диване Алексея Павловича, он отложил книгу на прозрачный журнальный столик, но решил пока не вмешиваться в разговор.

— Я не хочу вас оскорбить, мой друг, но вы недальновидны. — Пальцы музыканта ударили последний аккорд, и он, пройдя в кресло, стоявшее рядом с Алексеем, продолжил:

— Вселенная бесконечна. Я не верю в теорию большого взрыва — придуманная человеком не умеющим думать обширно. — Саид Таймуратович налил себе сок из графина в стакан, и сделал небольшой глоток. По поводу Бога, или Богов — не хочу оскорбить чьих-либо чувств, но я искренний атеист и твердо верю в то, что люди придумали Богов, в начале, от низкого интеллекта, а в основном из-за страха, что мы не более чем машины — биологические машины. Наша энергия прекращается, после: мы ломаемся и все — более нет ни чего. Там пустота — наши тела гниют, как ржавчина поедает механизмы.

— Мне тоже претит теория о взрыве, — узкие глаза узбека вовсе исчезли на лице, оставив лишь две тонких линии — но по поводу Божественной силы я бы с вами поспорил. Как же вы объясняете экстрасенсорику? И в чем я, простите, недальновиден?

Саид усмехнулся:

— Начнем с экстрасенсов. Вы прекрасно знаете, что человеческий мозг — это самая не изученная область человеческого организма. Скорее всего, их способность связана с сильно развитой интуицией и логическим мышлением. Когда они говорят, особенно о будущем, то не всегда попадают в цель, но все же проводят логическую цепочку, словно великие фантасты, такие как Верн, Ахметов, Азимов или Беляев. Одним из таких считается Брэдбери… о, я очень люблю Рэя Дугласа, но и он во многом ошибался, хотя, быть может, во временных отрезках, но все же… по его мнению США должна была стать тоталитарной державой, как минимум фашисткой — вспомните как солдаты, в его произведениях, уничтожали книги, картины и прочие шедевры искусства. Он думал, что именно Америка выйдет первой в космос и покорит Марс, но в то время как они до сих пор запускают в небо консервные банки с советскими двигателями — представители стран бывшего СССР летят здесь, на исследование иных цивилизаций. На сей раз логика подвела великого писателя, как подводит и многих экстрасенсов.

Теперь по поводу недальновидности:

Мне жаль, что это фраза вызвала негативные чувства у вас ко мне, но я имел в виду совсем иное — не связанное с некой низкой интеллектуальностью. Здесь, снова логика — как заметили уже многие, не только профессора, что солнце рождает планеты. Это может объяснить раскопки, после которых некоторым показалось, что на Земле, до нас, уже была ядерная война, или подобная ей катастрофа…

— Нуркен Рустамович, пройдите в «операторскую». — Раздался голос Сухроба в громкоговорители — Нуркен Рустамович просьба пройти на капитанский мостик в операторскую кабину.

Высокий, худощавый представитель северных казахов, выскочил из боковой двери и нырнул в соседнею. Его длинные, отросшие за время полета, волосы были взъерошены, красные линии оставленные подушкой нарисовали узоры на лице. Его шаг был скор и строг — по-военному, но ни кто не обратил на это ни какого внимание, продолжив дискуссию:

— Так на чем я остановился? — Саид сделал еще глоток сока и с прищуром посмотрел на собеседника, что сидел уже в кресле напротив. — Э… так вот:

…Раскопки показали, что на Земле, до нас, уже была ядерная война, или подобная ей катастрофа, но ни кто, ни обратил внимание, что наше светило — это словно матка из которой рождаются новые планеты, тем самым отодвигая другие — старые, на соседний круг вселенской спирали солнечной системы. Планета же, соседствующая с Солнцем, в буквальном смысле кипит. Температура ее почвы выше, чем в вулканической лаве Земли. Так, по моему мнению, создался тот схожий эффект, что находят археологи, сравнивая его с некой катастрофой.

— То есть, наша планета, займет место Марса? — С нервозностью спросил Спартак. — И что же будет с людьми — не считаете ли вы всерьез, что мы произошли от обезьяны?

— От обезьяны — не — е — ет. — Протянул Саид. — Скорее от свиньи. Как бы это не оскорбляло ваши религиозные чувства, но человеческий организм наиболее схож со свиным. Но и от нее люди не происходили.

Человек как вид индивидуален. Скорее всего, на Марсе существовала жизнь, и человечество прибыло оттуда. С той пресловутой горы Олимп. Быть может это случайность, или закономерность, что мы ее так назвали, у славян ее называли Алатырь, но когда Марс переходил с одного места на другое, человечество вымерло. Некоторые не выдержали перегрузки, другие замерзли, а иные от недостатка кислорода. Выжившие, скорей всего космонавты Марса, были в космосе и, в силу обстоятельств, им пришлось высадиться на Землю, и зародить новую жизнь. Вспомните эти истории об Адаме и Еве…

— Но тогда их дети… — Спартак споткнулся, ему отчего-то было противно. Он скривился, как от тошноты. — Это был инцест, а после этого появились мы? Но в таком случае их иммунитет был бы подорван, внуки Евы рождались бы с отклонениями — как показывает история.

— Поэтому их и называли Богами.

— Почему? — Вскрикнул Спартак.

— Я же говорил, надо провести логическую цепочку:

Марсиане имели более сильные здоровье и иммунитет, а значит, и жили на много дольше. Их рост, может быть, был выше нашего, а стан на много правильней и стройнее нашего. Это может все объяснить. И теорию о Богах, и сказки — чтобы не потрясать психику больных детей, о загробном мире. Может быть, даже сейчас, пока мы находимся далеко от дома, наша Земля заняла место Марса, и нам придется высаживаться на Венеру. Вспомните легенды о том, что когда жили Боги, на Земле было две Луны. Вам это ни чего не напоминает?

— Нет. — Уже совсем запутавшись и без злобы, а с неким удивлением ответил Спартак.

— Вы имеете в виду: Деймос и Фобос?! — Вмешался в разговор Алексей, выполнявший, все это время, роль слушателя — он уже давно сидел на диване. Саид положительно кивнул. — По-вашему нам придется создавать новую жизнь? Но вы не учли главного — по стечению обстоятельств, среди нас нет женщин, что обречет на вымирание нас как вид.

Я сейчас читал Ефремова, рассказ «Сердце Змеи». Он пишет о встрече двух цивилизаций: землян и «другой», но с тем отличием, что те — «другие» дышали фтором — убийственным для нашего организма. Два идентичных вида с маленькой, но перевешивающейся все, проблемой. Там, — Алексей показал на книгу — он описывает, как они общались, через перегородку, чуть ли не наскальной живописью. Но, в конце концов, они нашли выход из положения, и при следующей встрече, смогли бы общаться без преград. Иван Антонович с вами бы согласился, дорогой Саид Таймуратович. И давайте коллеги, уже сменим тему. Сейчас, у вас, назревает религиозный конфликт, а что потом — этническое превосходство? Хватит!

В громкоговорителе раздался встревоженный голос капитана:

— Всей группе собраться в «операторской»! Повторяю: всей группе собраться в «операторской».

Трио соскочило с мест. Они буквально влетели в дверь, куда когда-то входил Нуркен Рустамович.

Пройдя по белому полукруглому коридору, группа поднялась по крутой лестнице. За дверью находилась обширная комната — это была «комната управления полетами», но все, в шутку, ее называли «операторской». В центре был основной монитор — это тонкая пленка в рамке размерами 2x2 метра.

— Лев Александрович, — обратился капитан к круглолицему блондину — объясните команде произошедшие.

Лев встал перед командой и, проведя пальцем по центральному экрану, включил его. На мониторе появился луч света, словно упирающийся в стеклянную стену, а за тем и в следующую — на которой луч света рассеивался.

— Мы, — начал докладчик — на протяжении четырех часов стремительно теряли скорость. Сейчас мы просто весим в безвоздушном пространстве, двигатели остановились, а защита не позволяет нам двигаться дальше, но экраны внешнего изображения показывают нам это. — Он показал на картинку монитора.

— Может за бортом температура равная абсолютному нулю. — Предположил Спартак Кайратович. — Соответственно, мы не можем продвинуться дальше, если…

— Если не включить нагреватели воздуха, и временный электродвигатель?! — Перебил его Сухроб Ахмедович. Спартак положительно кивнул. — Пробовали. — Отмахнулся Сухроб. — Не помогает. — Он нажал на кнопку и жалюзи иллюминаторов открылись. Все подошли к «окну в космос». За ним была та же пустота, с лучом прожекторов корабля, как на мониторе.

— Видите. — Лев показал на конец светового луча рукой. — Это двойная стена, луч заходит за вторую. Две преграды, словно из толстого стекла. Мы не сможем идти дальше.

Начались долгие споры, но все же все пришли к соглашению о возврате домой.

На Земле, в командном центре, было решено скрыть тайну о «крае вселенной», чтобы не началась паника среди людей.

Для прохождения в черную дыру, была снаряжена другая экспедиция. В ней участвовали те же члены команды, но уже со своими женами, но даже они, и многие поколения спустя, не узнают правду:

О том, что наша галактика лишь атом, где Солнце в нем — нуклеон. Черные дыры — это скрепление атомов. Они образуют целую цепь, в конце приходящую в единую, существенную материю — золотой самородок, что поднял сейчас темнокожий раб на рудниках Та-Кем. Он посмотрел на него, подняв рукой к небу. Ноги, кончики ушей, хвостик, округлое тело и хобот со сломанными бивнями — да, это силуэт степного слона. Как же он любил их, пока не попал в «черную землю».

Он настолько залюбовался золотым слоном, что забыл обо всем, но плеть надсмотрщика, напомнила ему о том: кто он и где он. Раб знал, что ему не протянуть здесь и полгода, как и тем, кто сейчас рядом с ним. «На то воля Богов» — думал он, усердно принимаясь за тяжкий труд под палящим солнцем

Надсмотрщик забрал самородок и отвез его в Мемфис, фараону — с целью перевестись на другую работу. Но «великий дом», приняв прекрасный самородок, оставит надсмотрщика на своем месте — зачем менять его, если он выжимает из своего участка больше остальных. Самородок же фараон переплавит вместе с другим золотом на чаши в свою гробницу.

Но и этот мир не предел.

Он, как и предыдущий, всего лишь атом, в букве газеты, что читает сейчас пожилой англичанин, сидя на лавочке в парке, а его мир атом в окрошке, что ест сейчас русский мальчишка, ерзая на стуле, в прохладной веранде. И его мир не предел — потому как предела нет, и так будет до бесконечности, в мире «рожденном космосом».

Наш мир не изучен, и вселенную нам не изучить ни когда — пока не познаем себя.

ПЛАНЕТА ВУ-32

Асун летел уже восемь с четвертью лет сквозь черные дыры и дебри астероидов. Его яркие сапфировые глаза потемнели — лишь солнечный свет ударил в синею сетчатку. Тьма скрыла склеру, наполнив глаза черной кровью. Эта галактика, Ф-771, была полной неожиданностью — после потемнения глаз, у группы началась пигментация кожи — из розовато-коричневого цвета она изменилась в серо-зеленую кожу.

Десять лет назад ученые из академии разведки космоса, открыли новый проход к живой галактике, после, названной в честь самой черной дыры — Ф-771. Импульсы шли только с одной планеты, которая проходила под номером живых планет — Ву-32. Пройдя обычный бюрократический процесс, академия приступила к сбору новой экспедиции. В течение полутора лет, по большему счету потраченных на изыскание средств, шла подготовка к открытию иных видов жизни.

Как показывала практика прошлых лет — некоторые галактики имели особей, населяющих их, настроенных враждебно по отношению к иным — неизвестным формам жизни. Поэтому: кроме двух разведчиков, в корабле летело три солдата.

Задача капитана Ё-Йокайла и его помощника Асуна, состояла в установление контакта с властями галактики: обменом знаний технического прогресса и интеллектуальных просвещений обеих сторон. В случае неудачи, команда, или оставшиеся в живых, должны были вернуться назад.

Но лишь войдя в пространство галактики Ф-771, корабль столкнулся с нарушением законов космоса — полное отсутствие кислорода, водорода и азота в атмосфере, замедлило скорость корабля. Пришлось использовать резерв. По расчетам Ё-Йокайла до планеты Ву-32 резервов должно было хватить, но солнце, с его радиоактивностью, поглощало топливо все сильнее и сильнее, чем ближе группа подходила к огненной звезде. В галактике было мало планет, больше летающих по инерции глыб и вокруг планет естественных спутников. Ни одна планета, не была построена искусственно, это означало одно: цивилизация здесь близка нулю — ей не более двадцати пяти тысяч лет.

Солдаты умерли, не приходя в сознание от анабиоза. Капитан сначала сильно исхудал, затем, покрывшись язвами, вовсе слег. Его высокий рост, почти в целый метр, стал уменьшаться, пока не превратил капитана в пыль.

Асун остался один — теперь настала очередь помощника. Его тело уже поглощало свои соки, дыхание становилось прерывистым. Яркое солнце обжигало тело, но кабина наполнилась родным чистым воздухом.

Единственный оставшийся из команды уже лежал на стальном одре, а когда его легкие наполнила свежесть, он отрицал реальность. Асун думал, что умер — оставалось поверить в загробный мир, над которым он вечно смеялся, когда фанатики присылали ему заявки о вступление в тот, или иной, Божественный орден.

Но это был не сон, и тем более — не смерть.

Корабль тряхнуло так, что тело Асуна вжалось в металлический стол. «Я на месте, — подумал он — корабль стоит на твердой почве». С шипением, резервные отсеки вдыхали жизнь и топлива для обратного пути.

Дверь открылась вниз трапом, предлагая проследовать к новым формам жизни.

Песчаная почва под ногами нагрелась и обожгла ступни, а холодный ветер трепал белую набедренную повязку.

Вокруг была темнота.

В свете отражения солнца от единственного спутника планеты, были ели различимые очертания каньона. Что-то шуршало и двигалось вокруг Асуна, некие тени — они шептались.

Помощник капитана посмотрел вверх — белый, с голубоватым оттенком, спутник был похож на лик разумной жизни. Его окружали миллионы маленьких точек, казалось, что они сияют, но свет не падал от них. Одна из точек сорвалась с темно-синей выси и стремительно полетела вниз, оставляя за собой след на лишь мгновение, но добравшись до горизонта, точка исчезла.

Асун улыбнулся, он поднял правую руку вверх, показывая свое приветствие:

— Мир вам, жители планеты Ву-32.

Вокруг зажглись прожектора. «Ламповые» — заметил Асун. Они осветили диск корабля и он, словно зеркало, заблистал цветом ртути.

Одна тень, вдвое больше Асуна, что-то крикнула и незримая защита корабля, защелкала электрическими разрядами, отражая маленькие снаряды механического оружия.

«Это люди, — думал Асун, он уже видел такие существа, но не столь агрессивных и готовых к переговорам. — Они, похоже, в начале своего развития».

— Стойте! — Снова крикнул им Асун, когда стрельба прекратилась. — Я не причиню вам вреда!

Тень вновь закричала и откуда-то, в защитную оболочку, врезался большой снаряд, взрывом оглушив «переговорщика».

— Нет, — отмахнулся Асун — с вами не договорится.

Он зашел в корабль и, нажав кнопку на боковой панели задач, закрыл за собой дверь.

Диск быстро поднялся вверх, оставляя злых людей внизу — они не оставляли попыток уничтожить мирного гостя, стреляя в серебреный диск, даже когда их снаряды не могли набрать данной высоты.

Асун смотрел в иллюминатор — узкий материк (тянувшийся сверху шара, до чуть ниже середины его, и разделенный на две части), был не единственным здесь. На половину планеты, вдоль протянулся материк больший прежнего в несколько раз, но рисковать нельзя — он еще вернется на эту враждебную планету, но с другой экспедицией и на иной материк.

РЕПОРТАЖ

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 35
печатная A5
от 321