электронная
80
печатная A5
596
16+
Серебряные крылья любви

Бесплатный фрагмент - Серебряные крылья любви

Объем:
542 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4490-4790-8
электронная
от 80
печатная A5
от 596

Глава 1

Андрей Одонецкий сидел в такси, и с обречённостью во взгляде, смотрел в лобовое стекло, на образовавшуюся впереди, нескончаемую дорожную пробку. Он периодически бросал свой взгляд на наручные часы. Через два часа, ему нужно быть в аэропорту вместе с Алиной. Самолёт дяди должен был приземлиться в Пулково, точно по расписанию.

Он посмотрел в боковое стекло автомобиля. Лето неспешно вступало в свои права, хотя в Петербурге, оно как всегда, немного опаздывало. Первый день июня, на редкость выдался тёплым, несмотря на то, что накануне прошёл сильный дождь. Асфальт, покрывшийся лужами, унылые лица прохожих, спешащих по делам и многочисленные машины, заполонившие улицу, навевали уныние обычного рабочего дня. Но молодая, зелёная листва на деревьях, обилие солнечного света и яркие цветочные клумбы, согревали сердце и давали надежду, на скорое приближение настоящего тепла, долгожданного лета, ежегодный отпуск и поездку к родителям на юг, в гостях у которых он был в последний раз три месяца назад.

В последнее время он приезжал к ним редко, после того как переехал в Санкт-Петербург и устроился на работу вторым пилотом в одну из крупнейших авиакомпаний страны. За последний год, количество его полётов можно было считать рекордным. Территория охвата рейсов по России была впечатляющей и протянулась от Калининграда и до Хабаровска. Он побывал во многих городах бывшего объединённого союза. Астана, Самарканд, Ереван, Баку. Города, сменялись перед его глазами так быстро, что он уже перестал их запоминать, и делать заметки в свой личный ежедневник, который вёл постоянно, с момента начала работы в авиакомпании.

В последние полгода он работал в основном на международных рейсах. Красивейшие города Европы: Прага, Париж, Рим, Милан, Мюнхен, Стокгольм. Отличное знание иностранных языков необыкновенно облегчало его работу и давало свободу в общении с коллегами из иностранных авиакомпаний. Обмен опытом, новые впечатления, эмоции, новые знания и умения. Он впитывал из своей работы всё, что только мог, потому что любил её всем сердцем.

Давняя детская мечта стала реальностью. Он был пилотом гражданской авиации во втором поколении. Его дядя Ярослав Одонецкий, своим личным примером и невольным влиянием, рано сформировал в голове Андрея, любовь и уважение к людям, которые занимаются этой сложной, но такой интересной и нужной работой. Которая теперь и для него самого, стала главным делом всей его жизни.

Машина, наконец, медленно тронулась с места, и Андрей снова попытался набрать номер телефона Алины. Но автоматический женский голос, снова ответил, что абонент недоступен. Он знал её неизменную привычку, всегда отключать телефон на ночь, но продолжал набирать её снова и снова.

Алина Одонецкая… Они были неразлучны с детства. Случайное знакомство пятнадцать лет назад, когда ей было всего пять, а ему десять лет. Но именно в этот день, он впервые по-мальчишески обратил на неё своё внимание. Детская дружба, которая образовалась из брачного союза её матери и его дяди, переросла в семейное родство. Словно брат и сестра, как их все называли, имеющие даже одинаковую фамилию, они росли всё время рядом. Совместные семейные поездки, дни рождения, учёба в школе, игры во дворе, ссоры, скандалы. Андрей практически вырос в доме Ярослава и Полины Одонецких, к явному недовольству своих родителей, которые видели своего сына реже, чем его дядя.

Его всегда со страшной силой тянуло к этой девчонке, которая уже с детства, была с далеко нелёгким характером. Упрямая и своенравная, в их детской компании, состоявшей в основном из мальчишек, всегда заправляла она, девчонка. Которая выстраивала всех мальчишек в шеренгу, потому что была красива, необыкновенно красива с самого юного возраста, и это прощало ей всё.

Он и был для неё долгое время просто другом, старшим братом. На улице защищал от обидчиков, колких словечек, утешал и подбадривал в трудные жизненные моменты, радовался вместе с ней её успехам, и делил с ней её детские секреты, тайны и радужные мечты. Ровно до того момента, пока не вернулся домой два года назад, после окончания Санкт-Петербургского университета гражданской авиации, куда уехал поступать вместе с лучшим другом, и который окончил с отличием.

Помнил, как ехал домой окрылённый, полный уверенности в завтрашнем дне, потому что начальный жизненный рубеж был преодолён. Он получил образование и профессию, о которой так долго мечтал. Исполнил свои мальчишеские надежды, стал пилотом и был готов начать свою трудовую деятельность. Он готовил себя к этой профессии заранее, всё своё отрочество и юность. Хорошая физическая подготовка, безупречное здоровье, активное занятие спортом и изучение трёх иностранных языков. Он в совершенстве владел английским, немецким и французскими языками. Твёрдость духа и абсолютная уверенность в своих силах, подкреплённая полученными знаниями и умениями в университете.

И вот с огромным багажом знаний и красным дипломом он и появился на пороге дома своего дяди, два года назад, чтобы порадовать его своими успехами и достижениями. Именно за это, он в первую очередь был благодарен Ярославу Одонецкому, который своим собственным примером и опытом, состоявшегося в профессиональном плане человека, дал ему напутствие и путёвку в его будущую жизнь.

Но, когда входная дверь дома Одонецких открылась, и перед ним на пороге появилось прелестное создание в лёгком белом шифоновом платье, с немного удивлёнными сияющими глазами цвета неба и распущенными по плечам длинными волосами, он в один миг понял, что пропал… и влюбился в эту девчонку, с первого взгляда.

Помнил, как стоял несколько минут, и просто молча, зачарованно смотрел на неё. Ему на мгновение показалось, что он просто ошибся домом, и попал куда-то по ошибке. Она всегда была красивым ребёнком, но подросла и изменилась до неузнаваемости. Красивое, божественно красивое лицо с гладкой молочной кожей, маленький аккуратный носик, слегка пухлые губки и глаза необыкновенной синевы и глубинного сияния, это то главное, что лишило его дара речи. Она ослепительно улыбалась. Её тёмно-русые волосы слегка развевал ветер, и ему на мгновение показалось, что вокруг неё образовалась какая-то лёгкая дымка волшебного сияния.

Во время семейного ужина, ему так много хотелось рассказать собравшимся за столом, о своих успехах и планах, но он молчал, лишь иногда отвечая невпопад на вопросы, которые были ему адресованы. Андрей не отрывал своих глаз от Алины. Она без остановки щебетала весь вечер, звонко смеялась, рассказывала смешные истории и нежно обнимала руками отца за шею. Его дядя не был её родным отцом, но любила она его, больше чем родного.

На следующий день, он снова был у них в гостях. Семейный совет о поступлении Алины в институт, затянулся до позднего вечера. Её мать, Полина Владимировна, мечтала, чтобы дочь получила хорошую профессию, и настоятельно рекомендовала ей поступить на экономический или юридический факультет. Но Алина была поглощена живописью с раннего детства, и видела себя только художником. У неё получалось писать очень хорошие картины. Когда-то детское увлечение и учёба в школе изобразительного искусства, переросли в серьёзное занятие по жизни.

Он вспомнил, как всегда, подолгу стоял и смотрел на её пейзажи, словно заворожённый, отмечая абсолютную схожесть с оригиналом, и присущий только ей почерк и умение оживлять природу, изображённую на холсте. Всегда невольно ловил себя на мысли, что когда долго смотрел на её картины, ощущал дуновение ветра, шелест листвы и слышал шум прибоя в море. Поэтому её поступление в Санкт-Петербургский государственный институт живописи при Российской академии художеств, было одобрено всеми членами семьи, кроме её матери.

Алина вернулась в свой родной город, в котором когда-то появилась на свет. Она с лёгкостью прошла экзаменационный тур, поступила в ВУЗ и успешно проучилась в нём два года. Поселилась в квартире дедушки и бабушки, которые после выхода на пенсию, перебрались жить поближе к дочери на юг, и поселились в доме, доставшимся им в наследство от её прабабушки.

Андрей вспомнил, как, не раздумывая поехал за ней следом в Петербург. Снял квартиру, устроился на работу, и в перерывах между рейсами, был всё время рядом с Алиной. Встречал её после занятий, провожал до дома, вывозил её в выходные на прогулки и пикники, готовил для неё еду и помогал финансово. Несмотря на то, что между ними не было тайн друг от друга, её спонтанное решение полгода назад, уйти из института и пойти на курсы бортпроводников, стало для него полной неожиданностью. Он встретил эту новость крайне неодобрительно, и всячески пытался её отговорить. Но твёрдый и упрямый характер Алины, было не переломить, и она настояла на своём.

Девушка успешно окончила школу подготовки бортпроводников, получила свидетельство и даже успела пройти практику, в течение тридцати часов пробных полётов в авиакомпании, как бортпроводник-стажёр. Андрей всегда хотел, чтобы она занималась только живописью и стала настоящим художником, но она решила всё по-другому, и кардинально изменила не только свою будущую профессию, но и всю свою дальнейшую жизнь.

Машина, наконец, остановилась у подъезда дома Алины. Андрей расплатился с водителем и, поспешно вышел на улицу. Открыв домофон ключом, он взбежал по ступенькам на третий этаж.

Многочисленные звонки в дверь, не дали никаких результатов. Он достал свои ключи и открыл замок. Алина дала ему их на всякий случай, сразу же, как только они приехали в Петербург.

Андрей тихо прикрыл входную дверь и, разувшись, прошёл в её спальню. Осторожно присел на постели и аккуратно приподнял рукой край одеяла. Алина сладко спала на правом боку, крепко обнимая пальчиками подушку. Слегка спутанные длинные волосы, разметались отдельными прядями по постели. Он коснулся их рукой. Мягкие, словно шёлк, они переливались в лучах заглядывающего в окно солнца.

Сколько раз, касаясь как бы невзначай её волос или руки, думал только о том, чтобы удержаться. Ни сорваться, ни преступить черту, которую она возвела между ними, воспринимая его присутствие в своей жизни не больше, чем друга или брата. А он так хотел быть в её жизни более значимым, потому что давно безответно любил её, любил как женщину, а не как сестру или подругу. Потому что, только она, заставляла его сердце биться так часто и гулко, каждый раз, когда звонко смеялась, болтала без умолку, обнимала его за шею и целовала в щёку. Её слегка уловимый, нежный запах духов, её красивые волосы, глаза цвета морской воды, который менялся в зависимости от настроения, от василькового в моменты счастья и радости, до иссиня-чёрного, когда злилась или плакала. Всё это, сводило его с ума, заставляя растворяться в её окружении, и быть с ней всё время рядом. Словно верный страж, словно ангел-хранитель, забирая из её жизни невзгоды, проблемы и наполняя её теплом, светом и безграничной радостью.

Андрей невольно скользнул взглядом по её обнажённым плечам. Нежная гладкая кожа её тела, соскользнувшие тонкие бретели шёлкового белья цвета топлёного молока, манили к себе, вызывая одно единственное желание, касаться её и дарить ей ласку.

Он протянул руку, но резко остановил её в воздухе, словно раздумывая, и опустил её на кровать. Знал, что разбудит её и снова вызовет гнев, как уже было не единожды, когда он пытался неоднократно заговорить с ней о своих чувствах.

Одонецкий склонил голову, и опустился с ней рядом на постели. Уткнулся лицом в её подушку, вдыхая нежный фруктовый аромат её волос, оставленный на наволочке. Он тяжело вздохнул.

Алина слегка пошевелилась, и Андрей моментально поднялся и присел с ней рядом.

Девушка открыла глаза и сладко потянувшись, улыбнулась и перевела свой взгляд на молодого человека.

— Андрюшка, доброе утро! Я не слышала, как ты звонил. Вчера допоздна готовилась к собеседованию.

— Доброе утро, соня! — он склонился и поцеловал её в щёку. — У нас на всё про всё, всего час.

— Как час? — Алина подскочила на постели. — Разве задержки рейса нет? Ты узнавал?

— Нет. Самолёт летит точно по расписанию.

Андрей улыбнулся, наблюдая, как она стремительно соскакивает с кровати, на ходу поправляя съехавшие кружевные шортики и короткий топ, который так заманчиво приоткрывал его взору, её обнажённый животик.

— Прекрати, на меня так смотреть! Сколько раз тебе говорила… — Алина погрозила ему пальцем, накидывая на плечи халат, и туго завязывая пояс на узел. Она поспешно покинула спальню.

— Андрюш, свари кофе, пожалуйста…

Раздался её нежный голосок из ванной комнаты.

Андрей улыбнулся и пошёл на кухню.

Поставив турку на плиту, он открыл её холодильник. Как всегда, никакой серьёзной еды, кроме лёгких йогуртов, обезжиренного творога, фруктов и овощей. Андрей сделал ей порцию творога с мёдом, нарезал сыр, цельнозерновой хлеб, разлил кофе по кружкам, добавляя в её чашку сразу же один кусочек тростникового рафинада и каплю сливок. Знал, как она любила.

Алина появилась на кухне, в белоснежном махровом халате, спустя несколько минут. Вытирая полотенцем свои мокрые волосы, она присела напротив него за столом и, не спеша, осмотрев сервировку стола, ослепительно улыбнулась.

— Спасибо тебе огромное! Сделал, всё, как я люблю. Обожаю тебя!

Она взяла свою кружку в руку и, сделала небольшой глоток, блаженно прикрывая глаза.

— Ммм… Какой кофе! Только ты, умеешь его так вкусно варить. Повезёт же твоей жене. Будешь её баловать по утрам, как меня сейчас.

Андрей поперхнулся и слегка закашлялся.

— Не говори ерунды. Какая ещё жена? — он поморщился и вытер губы салфеткой.

— Ну, а что я такого сказала? Ты ведь всё равно женишься, рано или поздно. Кстати, не понимаю, почему ты тянешь? Тебе уже двадцать пять. Ты нравился многим девчонкам из моего института. Моя подруга Вероника Соболева, между прочим, сохнет по тебе уже полгода. Она даже хотела, ради тебя, оставить экипаж отца, и перейти в твою авиакомпанию.

Андрей внимательно посмотрел на неё, и коснулся рукой её пальцев, лежащих на столе.

— Я бы предпочёл, чтобы я нравился только тебе…

Алина подняла голову, посмотрела ему в глаза, и стремительно убрала свою руку из его ладони.

— Андрей, мы с тобой уже не раз говорили об этом. Мы просто друзья, ну или если хочешь…

— Не продолжай. Мы с тобой не брат и сестра. Никогда ими не были и не будем, и ты прекрасно об этом знаешь. Мой дядя и твоя мама просто связали свои судьбы в одну общую жизнь, и от этого, мы родственниками не стали. Мы с детства вместе, но детство осталось далеко в прошлом, а сейчас, я хотел сказать тебе, что я…

— Андрей, не надо. Иначе, мы с тобой, опять поругаемся. А я этого не хочу.

Одонецкий опустил голову и, поднявшись со стула, отошёл к окну.

Спустя мгновение, Алина подошла ближе и, обняв его за плечи, прижалась к нему.

— Андрюш, прости меня, пожалуйста. Ты хороший, очень хороший. Ты заботливый, умный, красивый, целеустремлённый, но я не могу ответить на твои чувства. Но поверь мне, ты встретишь хорошую девушку, которая полюбит тебя, и сможет оценить твою любовь. Ну, а я сейчас, могу думать только о работе. Сегодня у меня собеседование в авиакомпании отца, и если я его пройду, то смогу летать с ним вместе. Я ведь мечтала об этом так долго.

Он ответил, продолжая смотреть в окно:

— Твоя мечта несерьёзна. Ты отличный художник. Тебе нужно было доучиться, а уже потом думать о полётах, раз уж ты так этого хочешь. Хотя подозреваю, что твоё поспешное решение изменить в корне свои жизненные планы, произошло по причине, увещеваний твоей разлюбезной подружки Вероники. Сама бросила институт в своё время, и тебя сбила с толку.

Алина повернула его к себе, и внимательно посмотрела в его глаза.

— Причём тут Вероника? Нельзя, понимаешь ты, нельзя быть плохим художником. Это тебе нравятся мои картины, и вообще нравится всё, что я делаю. А я, реально оцениваю и понимаю свой уровень. Два месяца назад, когда мы ездили всей семьёй в Италию, я в очередной раз навестила Джианни Нери. Вот воистину великий мастер и великий художник. Он сейчас уже стар и сильно болен. Но когда он работает, и я смотрю на него. Мне кажется, что в этот момент, само божественное вдохновение нисходит на него, и он просто светится изнутри. Я могу часами, просто сидеть рядом и неотрывно смотреть на его талантливые руки. Руки, по-настоящему воплощающие чудо на холсте.

— Но ведь именно Джианни, впервые открыл в тебе одарённого человека в области живописи четырнадцать лет назад, когда ты была в Италии и познакомилась с ним. Он, увидел в тебе это зерно и задатки будущего мастера. Он хвалил твои работы.

— Вот поэтому, будет лучше, если он никогда не узнает, что я бросила учёбу. Надеюсь, ты понимаешь меня? И когда в очередной раз, отправишься туда в бизнес рейс, и будешь у него проездом, надеюсь, ты не проговоришься и не сообщишь ему новость, которая его просто убьёт.

Андрей промолчал.

— Ладно, я пошла одеваться. Отец через сорок минут будет в аэропорту, а нам туда ещё добраться нужно, — она поправила рукой серебряный кулон, в виде маленького самолётика на своей шее.

Андрей коснулся его пальцами.

— Всё ещё, носишь его?

Она слегка ударила его по руке.

— Не трогай! Конечно, ношу. После того, как отец подарил мне его четырнадцать лет назад — это мой талисман. Спасибо ещё раз, за завтрак! — она поцеловала его в щёку и вышла из кухни.

****

Ярослав Одонецкий мерил шагами асфальт, перед входом в здание аэровокзала, и беспрестанно набирал телефон дочери. Наконец, подняв глаза, он увидел её и Андрея, которые пробираясь сквозь толпу, и извиняясь перед многочисленными людьми, наводнившими территорию аэропорта, поспешно направлялись к нему. Он заулыбался.

Алина смотрела на него как всегда восторженными глазами. Он был для неё, и навсегда останется самым родным человеком. Её родной отец пятнадцать лет назад оставил их с мамой, хотя после переезда в Петербург она довольно часто виделась с ним. Егор Беркутов закончил танцевальную карьеру и теперь уже сам, в качестве тренера готовил будущих чемпионов спортивного бального танца. Но он никогда не слышал от неё этого заветного слова: — Папа! Его был удостоен только Ярослав Одонецкий. Абсолютно чужой человек по крови, но который наполнил её жизнь ощущением полной и безграничной отеческой любовью. И пятнадцать лет назад, появившись случайно, в жизни её и мамы, он полностью изменил всю их дальнейшую судьбу.

Он был по-прежнему необыкновенно красивым и стройным, с его неизменной ослепительной и согревающей сердце улыбкой и щедрой душой, открытой всегда и для каждого. Именно ему, она всегда доверяла все свои секреты, только с ним была откровенна и не могла обманывать. Иногда ловила себя на мысли, что была с ним душевно ближе, чем с мамой. И эту её безумную идею, о прекращении учёбы в институте и получении профессии стюардессы, опять же без особой радости, но принял именно он, её отец. Потому, что всегда позволял, самой принимать все решения в своей жизни, ничего не запрещал и давал право выбора, потому что был уверен, каждый человек должен сам строить свою судьбу и проживать, свою непохожую на других жизнь.

Она подошла к нему ближе, и когда он склонился, крепко, как в детстве обняла его за шею и повисла на нём, отрывая ноги от земли.

— Папочка, здравствуй, дорогой! Как дела? Как здоровье? — спросила Алина, пристально вглядываясь в его глаза.

— Здравствуй, моё солнышко! — Ярослав поцеловал её в щёку. — У меня всё в порядке. Вы чего так долго? Проспали что ли? — он внимательно посмотрел на дочь и племянника.

— Проспала, я. Андрей, тут ни при чём, — тихо ответила она.

Ярослав посмотрел на молодого человека, и протянул ему руку для приветствия.

— Привет! Я думал ты не приедешь. Разве, у тебя сегодня не ночной рейс? Когда будешь спать?

Андрей протянул свою руку в ответ и обнял дядю за плечи.

— Сейчас вас провожу, и поеду отсыпаться.

— Когда планируешь приехать домой к родителям?

— Послезавтра, если всё будет нормально.

— Давай, мать там с ума сходит. Сетует, что ты уже скоро три месяца, как дома не был. Всё Алинку опекаешь? — Ярослав заулыбался.

Андрей подошёл к дяде ближе и, посмотрев на Алину, спросил:

— Полина Владимировна, знает, что Алина бросила институт?

Ярослав серьёзно посмотрел в лицо племянника.

— Нет. Не знает. Сегодня будем сдаваться. И уже точно знаю, что мне предстоит от неё выслушать.

— Ну и правильно. Я тоже не хочу, чтобы она летала. Она прекрасный художник. Это всё, Вероника Соболева виновата, сбила её с толку, — он покосился в сторону, где как раз обозначился объект, поминаемый в разговоре.

Красивая, высокая, стройная брюнетка в ярко-синем форменном юбочном костюме, стояла у дверей аэропорта. Она нервно теребила пальчиками, свою тёмно-синюю в крупный белый горох косыночку на шее, и с интересом посматривала в сторону Андрея.

— А ты, между прочим, ей нравишься. Знаешь, как она обрадовалась, узнав новость, о твоём возможном переходе в мой экипаж.

Андрей смерил Веронику пренебрежительным взглядом.

— Не понимаю, отчего бы ей радоваться. Кстати, о переходе в твой экипаж. Когда уходит Иван?

— Он уже получил приглашение из Аэрофлота, и если всё пройдёт гладко, то через две недели, Андрей Дмитриевич, вы сможете влиться в наш слаженный маленький коллектив.

Глаза Андрея засияли.

— Это, правда?

— Конечно, правда. Так что можешь потихоньку готовить руководство авиакомпании, к своему уходу.

— Непременно. Если Алина сегодня успешно пройдёт собеседование, когда в первый раз полетит с тобой?

— На следующей неделе. Не хочешь расставаться с ней?

Андрей опустил голову.

— Ярослав Сергеевич, простите, но нам пора.

Одонецкий повернул голову в сторону стюардессы.

— Сейчас иду, Вероника. Идите с Алиной, я вас догоню.

Девушки, взявшись за руки, пошли в здание аэровокзала.

Одонецкий коснулся рукой плеча Андрея, и молодой человек поднял на него глаза.

— Ты любишь её? — Ярослав внимательно смотрел на племянника.

— Люблю. Давно люблю.

— А она?

— Она воспринимает меня как своего друга, как брата, не более.

Ярослав тяжело вздохнул.

— Андрюш, мне некогда сейчас. Приедешь в выходные домой, и мы обязательно с тобой поговорим об этом. И с ней я поговорю тоже обязательно, обещаю. Ладно, я побежал. Давай тоже, домой и спать. Пилот всегда должен хорошо отдыхать, тем более перед ночным рейсом. Приедешь, послезавтра домой, увидимся. Сходим на рыбалку и обо всём поговорим, обещаю. Ну, давай, пока! — он обнял племянника за плечи и, развернувшись, поспешно направился в здание аэропорта.

Андрей долго стоял на месте.

Спустя некоторое время он подошёл к ограждению и облокотился руками о поручень. Одонецкий задумчиво смотрел на набирающий высоту самолёт Ярослава, и думал о состоявшемся с ним поспешном разговоре. В душе образовалась пустота после отъезда Алины.

Поймав такси, он назвал водителю свой адрес, и поехал домой отсыпаться. Вечером он будет на работе. Единственное место, где он забывал о хандре, плохом настроении и своей безответной любви. Потому что работа, которую выполнял, очень любил, и выкладывался с полной отдачей. С чёткостью осознавая, ту огромную ответственность, которая лежала на нём, каждый раз, когда в очередной рейс он садился в кабину своего самолёта.

****

Вероника присела возле подруги в соседнее пассажирское кресло. Бизнес-класс был сегодня почти пустым.

— Что, задумалась? — спросила она у Алины, которая погрузившись в свои мысли, сосредоточенно смотрела в иллюминатор.

Девушка повернулась к подруге.

— Волнуюсь, как всё пройдёт…

— Ой, было бы, о чём волноваться. Я тебе всё рассказала, ко всему подготовила. Какие вопросы приблизительно будут задавать, сказала. И потом, опять же, чего ты переживаешь, если отец лично будет за тебя просить.

— А почему ушла ваша Ира, на место которой я приду, если меня примут?

— Не поверишь, вышла замуж за состоятельного бизнесмена. Теперь сидит дома. Я была у неё не так давно в гостях. Представляешь, познакомилась с ним на борту нашего самолёта, когда он летел из Рима в Москву. А Ирку как раз только перевели сюда в бизнес из эконом класса. Представляешь, как судьба ей улыбнулась. Мужчина, конечно, позавидуешь. Красавец, высокий, стройный, глаз не отведёшь, прямо как твой Андрей.

Алина усмехнулась.

— А что ты смеёшься? Дурочка, ты! Андрей, картинка с обложки модного журнала. Они с дядей две абсолютные копии. Бывает же такое. Племянник и вдруг так похож. Я с ума схожу, когда его вижу. Везёт же тебе, такой парень у твоих ног.

— Я тебе уже говорила, мы просто друзья. У нас нет близких отношений.

— Ну и дурочка. Я очень хотела бы быть на твоём месте. Я бы для него всё сделала. Так хотела устроиться в их авиакомпанию. Узнавала, но вакансий нет. Авиакомпания очень престижная, вот и нет текучки. Туда, так просто не попадёшь. Я очень хочу летать с ним в одном экипаже. Кстати, ты его видела в лётной форме?

— Конечно, видела.

— И как?

Алина пожала плечами.

— Красив.

— И всё? Ну, ты точно чокнутая. Я представляю, насколько он красив. Боже, у меня сейчас истерика начнётся. Как только его представляю…

Она склонилась к подруге и зашептала на ухо:

— Хочу его! До потери сознания… хочу…

Алина засмеялась.

— Похоже это не я, а ты чокнутая. Кстати, я сегодня с ним говорила о тебе.

Лицо Вероники стало серьёзным.

— И что? — спросила она, затаив дыхание.

— Ну, пока ничего. Но вот если он перейдёт в ваш экипаж. Думаю, у тебя будет шанс его завоевать.

— Уж поверь, я такой шанс не упущу. Когда только это будет? Иван уходит только через две недели.

— Эй, болтушка! Может, пойдёшь для разнообразия, поработаешь…

Над головой Вероники раздался тихий голос Ярослава, но она, всё равно подскочила на месте, от неожиданности.

— Простите, Ярослав Сергеевич, уже иду…

Соболева поспешно поднялась и удалилась по проходу салона, а Ярослав присел на её место рядом с Алиной. Она обняла его руками и положила голову ему на плечо.

— Папочка, я так соскучилась, по тебе. Мы ведь не виделись с тобой почти два месяца.

Он погладил её по руке.

— Верно. Ты же так сильно занята в последнее время, что на поездку домой, у тебя просто нет времени. Мама так сокрушалась, что ты не приехала на прошлой неделе, когда был день рождения бабушки.

— Прости папочка, забирала документы из института, всякие мелкие дела, проблемы. Всё нужно было урегулировать. Спасибо тебе, за то, что поддержал меня!

Он погладил её по щеке.

— А что мне оставалось делать, если я видел твои сияющие глаза, когда ты говорила о том, что приняла решение летать. Сам знаю, что это такое. Что это за одержимость — небом. Так что понимаю тебя. Единственное, хочу тебя предупредить, чтобы ты знала, что эта работа очень серьёзная, ответственная и очень тяжёлая. И если в твоей жизни, когда-нибудь появится молодой человек или семья, боюсь, что тогда тебе придётся выбирать что-то одно. Современный мужчина, если он, конечно, не связан сам с авиацией, вряд ли потерпит такие частые отъезды жены.

— Папочка, мне всего двадцать лет, и о личной жизни, я пока абсолютно не думаю. Я хочу добиться сначала успехов в работе. К тому же, я хочу встретить настоящего мужчину, такого как ты. Чтобы мы любили друг друга так, как это было у вас с мамой, да что там было, есть по настоящий день. Я же это вижу! Только где он, такой второй, как ты? — она коснулась его щеки губами.

Ярослав усмехнулся.

— А разве, моя персональная копия не находится с тобой рядом, двадцать четыре без малого часа в сутки. Ведь Андрей, похож на меня не только внешне. У него мой целеустремлённый характер и воля, доброта души и сердца. Он абсолютная моя копия. Так зачем, ты хочешь искать кого-то и где-то, если такой человек уже есть рядом с тобой?

Алина тяжело вздохнула.

— Папочка, хоть ты меня не изводи этими разговорами. Андрей это уже попытался сделать сегодня утром. Я люблю его, очень люблю, но не как мужчину. Как друга, как брата, как Серёжку с Володей. Он много делает для меня, и я ему просто благодарна. Но для любви этого мало. Я хочу полюбить сама, понимаешь? Как мама когда-то полюбила тебя, а ты её. А у нас с Андреем, любовь только с его стороны.

Ярослав внимательно смотрел на дочь.

— Ну, дело ваше молодое. Сами разберётесь.

— Как мама?

— Когда улетал, была в порядке. Вчера ездила с Сергеем на соревнования по плаванию. Завоевал бронзу. Счастлив неимоверно. Я думаю, спорт — это его путь в жизни. Он очень серьёзно к этому относится. И планирует по окончании школы поступать в университет физической культуры и спорта.

— А Володя?

— Вовка пишет компьютерные программы, пропадает в своём интернет-кафе, ведёт онлайн блог для своих сверстников. Мы его почти не видим. Кстати, у него появилась девушка.

— Ух ты!

— Да. Они учатся вместе. Мы познакомились с ней в прошлые выходные, когда ездили на пикник к морю.

— Как я соскучилась по морю, ты не представляешь…

— Ну что ж, пока не начала работать, я думаю, у тебя будет время отдохнуть и насладиться морем. Ладно, заговорился я с тобой. Пойду. Иван там один, а скоро посадка. Отдыхай.

Алина улыбнулась.

Ярослав поднялся и направился по проходу салона, к кабине пилотов.

Алина снова повернула голову и посмотрела в иллюминатор, пытаясь унять волнение и страх перед предстоящим собеседованием.

Глава 2

Спустя три часа все волнения и страхи Алины прекратились. Она стояла на пороге кабинета службы персонала авиакомпании и прижимала к груди папку с документами.

Ярослав поднялся со стула и подошёл к ней ближе.

— Ну что? Как всё прошло?

Она посмотрела на него и улыбнулась.

— Всё в порядке. Меня приняли на работу. Написала заявление, и получила направление на медицинскую комиссию.

— Поздравляю тебя, доченька! — он обнял её за плечи и, прижав к себе, поцеловал в щёку.

— Спасибо, папочка! Это всё только благодаря тебе и твоим стараниям, — она крепко обняла его за шею.

— Думаю, делами займёшься завтра, а сейчас поедем домой. Ну что, будем сдаваться маме без боя?

Алина улыбнулась и согласно кивнула головой.

Ворота к дому автоматически открылись, и машина въехала на территорию двора. Алина вышла на улицу из автомобиля, и глубоко вдохнув полной грудью, прикрыла глаза.

— Какой всё-таки здесь чудесный воздух! И как хорошо дома!

Ярослав рассмеялся.

— Ну вот, видишь, ты и начала ощущать разницу. А разве Питер за два года, не стал для тебя домом?

— Нет. В первые дни, когда уехала отсюда, мне постоянно снился наш дом. И я так по нему скучала.

Полина появилась на ступенях лестницы, и Алина резко обернулась.

— Мамочка… — она поспешно направилась к женщине и, поравнявшись, прижалась к ней, крепко обнимая руками за плечи. — Как же я соскучилась!

Полина обняла дочь руками.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 80
печатная A5
от 596