электронная
108
печатная A5
299
12+
Саяно-Алтай — хранитель Грааля

Бесплатный фрагмент - Саяно-Алтай — хранитель Грааля

Образ Грааля в свете тэнгри-камских представлений об Эрлик-хане

Объем:
76 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4490-5219-3
электронная
от 108
печатная A5
от 299

Предисловие

Из всех многочисленных и зачастую весьма запутанных, противоречивых и нередко взаимоисключающих концепций происхождения Кубка Святого Грааля, как уникального феномена Евразийской цивилизации, презентируемая книга Р. В. Лебедева выгодно отличается, в первую очередь, правильной постановкой философско-методологического подхода исследования — комплексный историко-культурологический и цивилиологический анализ с использованием этнологических, этногеографических, историко-лингвистических, религиоведческих, семиотических, герменевтических и др. методов, которыми автор владеет просто виртуозно.

Именно то, что автор, на мой взгляд, с самого начала правильно и четко определил цивилизационно-культурный и этногеографический ареал первоначального формирования религиозно-мифологических и философских идей и представлений о Кубке Св. Грааля и обусловило правильность выводов о Саяно-Алтае и Внутренней Азии как о месте зарождения самой Евразийской цивилизации и тэнгрианской мировой религии, оказавшей решающее влияние на её формирование.

Как мне кажется, возникновению идеи о «светоносном» Кубке или Чаше именно в Саяно-Алтае способствовало и «вулканической происхождение» коренных и автохтонных саянидов, возникших как особый подрасовый тип («смешанная южносибирская раса») в результате смешения древних уйгуров с местными палеоазиатами и скифо-ариями древне-хакасскими азами // хасха // хаас и генетических мутаций под воздействием активной вулканической деятельности, что обусловило также особую «огненную природу» всех потомков саянидов — от тюрков и монголов, до американских индейцев и корейцев, а в саяно-алтайском тэнгрианстве возникает концепт Третьего Внутреннего Солнца, который Р. В. Лебедев весьма кстати здесь упоминает.

Эта теория «вулканического происхождения саянидов» была совместно разработана, культурологически обоснована и впервые представлена научной общественности Тувы А. А. Соскалом и Н. В. Абаевым на 4-й Международной научно-практической конференции «Биоразнообразие и сохранение генофонда флоры, фауны и народонаселения Центрально-Азиатского региона», состоявшейся 1—4 октября 2015 г., но затем А. А. Соскала именно за этот доклад отчислили из аспирантуры Тув. ГУ (он был моим аспирантом по специальности «история и теория культуры» и как раз писал диссертацию про тувинское тэнгрианство), вследствие чего он был вынужден продолжать эти исследования в сугубо биологическом аспекте у другого научного руководителя, а дальнейшее опубликование результатов культурологической и этнологической части наших совместных работ я был вынужден взять на себя [Абаев Н. В., 2015б].

Представляется, что только на основе этой цивилизационно-культурной платформы, только в этом этногеографическом ареале, где издревле господствовали культы Огня и Солнца, могли возникнуть представления о Чаше Грааля как о «светоносном», «несущем Свет» Священном Кубке, и поэтому Р. В. Лебедев сразу же очень точно определяет древнейшие религиозно-философские традиции, построенные на идее борьбы Света против Тьмы в глобальном и космическом масштабе, с которыми была связана Чаша — это, прежде всего, этнокультурные и этноконфессиональные традиции, сформировавшиеся под влиянием центрально-евразийского, скифо-арийского и тюрко-монгольского тэнгрианства и его специфической Саяно-Алтайской ветви — Белой Веры.

Поэтому очень естественно и закономерно автор в качестве одной из ключевых отправных точек исследования избрал один из самых древних героических эпосов Центральной Азии — Гэсэриаду, опирающуюся на еще более архаичные религиозно-мифологические представления, указав, в частности, на то, что первыми владельцами Грааля были Эрлик-хан (упоминался также в докладах А. А. Соскала) и Абай-Гэсэр, а затем хранителем Чаши естественным образом становится Чингис-Хаан (здесь очень простая и прямая логическая связь — поскольку Чингис-Хаан, Сын Неба и Бога Небесного Тэнгри, который сам является таким же Небесным Богом, как и его Небесный Отец, и который в созданной им мировой империи автоматически становится её Верховным Жрецом, стал владыкой и хозяином всей Евразии, то он становится и владельцем такого её уникального наследия, как Грааль).

В этой связи можно упомянуть и услышанную мною еще в детстве бурятскую легенду о том, что некогда баргуты, жившие на берегу Байкала увидели огромный падающий с неба железный метеорит, охваченный ярким пламенем, и закричали «Гэрэл! Гэрэл!!». Впоследствии эти баргуты, составившие первоначальное ядро монгольской армии, наковали из этого метеоритного железа мечи, наконечники копий и стрел, став непобедимыми воинами и завоевали для своего Господина всю Евразию. Кроме того, они обучили других монголов Чингис-Хаана древнейшему искусству боевого единоборства Шонын-баша (Стиль Небесного Волка), которое культивировалось в правящем роде племени эхиритов — «Борсэ шоно», называвшемся позднее именем легендарного предка Чингис-Хаана «Бортэ Чино», а также, по моему предположению, из этого же метеоритного железа выковали и подставку для Чаши Грааля.

Получается, что Царский, «золотой» род Чингис-Хаана Борджигин, к которому принадлежал Бортэ Чино, произошел от эхиритско-баргутского рода Борсэ шоно, т.е. фактически северные монголы произошли от байкальских бурят-монголов. Здесь прослеживается и этнокультурная связь с древне-хакасскими скифо-азами Минусинской котловины, у которых, по нашему с А. И. Котожековым мнению, уже 3,6 тыс. лет назад (как минимум, ок. 2697) существовало первое тэнгрианское государство «Ас-тория» — «Аз-Тоорей» [Абаев Н. В., 2014, с. 51—52; Котожеков А. И., 2015], основателем которого считается Ас-Тархан — предводитель племени Драконов и прародитель хакасского народа «гусей-лебедей».

Как правильно отметил в своей книге Р. В. Лебедев, имя легендарного эпического героя Гэсэра непосредственно связано с названием обожествленного тотемного предка — Гуся, от имени которого и происходят этнонимы восточных хакасов — ас // аз // хасха // хасут // каска и др., а также хакасский город Качинск, а также название созданного в верховьях Хуанхэ «людьми Гэсэра» прототангутского государства Хашин, и, возможно, название бурятского поселка Качуг.

При этом можно добавить и наши соображения об этимологической связи между самим понятием «тэнгэри» (шумерск. «дингир») и «Гэрэл» — «Свет», в которых присутствует корневая основа «гр» // «хр» // «хор» // «гур» // «гор» и т.д., и т.п., имеющаяся также в прото-тюрко-шумерском «дин-гир», которое можно этимологизировать как «дневной свет» или «светоносная природа» Небесного Бога Тэнгри.

Та же корневая основа лежит и в выявленном нами этногеографическом понятии «Урянхай» — «Светоносный», «Светозарный», которое Р. В. Лебедев справедливо увязывает с видом Тувы сверху как огромной котловины (Чаши), или же нескольких котловин, включая Тоджинскую, представляюшую собой праобраз исторической Прародины всех тюрков и монголов Эргунэ-Хун // Эргенекон.

Другой неопровержимый аргумент в пользу саяно-алтайского происхождения Чаши Грааля — одинаковые легенды алтайцев и бурят о том, что на дне Телецкого озера на Алтае и Байкала, который скорее представляет собой то самое Молочное Море (или Океан), находящееся у подножия Мировой Горы древних ариев — Трехглавая Сумэру (в случае с Байкалом легитимным «заместителем», двойником или близнецом Алтайской Сумбэр-Уула, у подножия которого находится Мировое Священное Озеро, являются горы Восточного Саяна, спускающиеся прямо в Байкал возле станций Култук и Слюдянка), лежит золотая Чаша.

Абаев Н. В., доктор исторических наук, Почетный доктор буддийской философии, Заслуженный деятель науки Республики Тува, профессор БГУ и ТувГУ, зав. Лабораторией цивилизационной геополитики и синергетических исследований Евразии Института Внутренней Азии БГУ

Саяно-Алтай — хранитель Грааля

«Мишель де Брамвак, встань и иди, обойди весь Тулузский край. Найди спрятанный там Грааль, и люди будут спасены!» — таково воззвание богов после которого герой романа Мориса Магра «Сокровища Альбигойцев» начинает свой поиск Грааля. А до этого были Книги. Погружение в Книги: Библия Гуттенберга, атлас Абрахама Ортелиуса, латинские, греческие, арабские книги и рукописи… С этого же начинается и Путь ведущий в Город Цезарей, который находится во Внутренней Земле, там же, где и Агхарта и Шамбала. Этот Путь описан в работе «Цветок Несуществующий» чилийского мистика, друга Далай Ламы XIV — Мигеля Серрано. В древних книгах сокрыты знания о пути в Город Цезарей. Изабелла Португальская в одиночестве «в обществе книг, затерянная в грезах». И тут же на странице книги встречаем упоминание о трубадурах. Певцы Любви, A-mor. Трубадуры и катары, хранители тайн Грааля… В начале нашего Пути к Граалю мы также предлагаем читателю вслед за автором окунуться в океан преданий, сказаний и мифов саянидов, тюрко-монголов Древнейшей Саяно-Алтайской страны.

Морис Магр — французский писатель, философ, друг немецкого искателя Грааля, Отто Рана, член Ордена (Братства) Полярных (Полярис), один из авторов предисловия к работе написанной руководителем «Полярис» Цезарем Аккомани (Зам-Бхотива) — «Asia Mysteriosa» (1929). Братство Полярных приказали восстановить три тайных мастера из Азии. В самой «Asia Mysteriosa» Цезарь Аккомани пишет, что «стоит вспомнить о Сведенборге, который утверждает, что теперь только среди мудрецов Тибета и Татарии нужно искать „Потерянное Слово“, т.е. секреты посвящения, а также в своих видениях Анна Катерина Эммерих ссылается на таинственное место, которое называет „Горой профилей“ (Montagna dei Profetti), расположеное в тех же регионах».

В комментариях к своему роману «Сокровища Альбигойцев» Морис Магр пишет, что существующая в средневековье легенда о Варлааме и Иоасафе, в которой рассказывается о чудодейственном Камне, могущем духовно и физически изменять людей — это христианская модификация жизнеописания Будды (Иоасафа) в индийских традициях, пришедшая в Европу, через Грецию и Иран. М. Магр сравнивает сюжеты из легенд о Варлааме и Иоасафе с романом Вольфрама фон Эшенбаха «Парцифаль» и, ссылаясь на исследование Камперска (Kampers F.), говорит о схожести сказаний о Граале и легенд о Чинтамани [Магр М., 2009, с. 566—569].

В свою очередь в работе «Пилигрим в былинах и сказках» этнограф Г. Н. Потанин также сравнивает образы Варлаама и Иоасафа с образами из легенд о нравственном преобразовании Асоки (Ашоки, Aśoka), которое он получил благодаря проповеди архата Яшаса. Иоасаф — это Асока, а Варлаам, принесший Камень — это Яшас [Потанин Г. Н., 2014, с. 197—198]. В статье «Легенды об Асоке и предания о Чингис-хане» Г. Н. Потанин показывает общность сюжетов сказаний об Асоке-Чанда с иссык-кульскими легендами о Джанибек-хане и с ордосским преданием о Чингис-хане, как Докшин-Бурхане, а имя Джанибека, через тибетское имя Шянба связывает с монгольским Майдари (Будда Майтрея).

Легенды об озере Иссык-куль (Ысык-Көл) хранят память о нечестивом Джанибек-хане с ослиными ушами, который казнил всех брадобреев; по др. версии он был с бычьими рогами, как и в тибетской легенде — рогатый Ландарма или монгольский ослоухий Ельджиген-хан [Потанин Г. Н., 1894, с. 58—90]. Тангуты людоедов, которые имеют рога, называют «шянба» — «мясник, убийца, палач». Бог Майдари (Будда Майтрея) в монгольских легендах до обращения его в божество — разбойник и мясник, в Тибете именуется Шянба. Анализ тюрко-монгольских сказаний тачжин-урянхайцев, дюрбютов, сойотов и алтайцев показывает, что Май-Тере — это грядущий бог Нового Времени, который как и Яма // Эрлик-хан // Ерлик-хан: первый из смертных, помощник Ульгеня, соперник мироуправителя Бурхын-Бакши [Потанин Г. Н., 1883]. Г. Н. Потанин обращает внимание на сходство имен Шянба и Джанибек. Приведя еще несколько вариантов мифов со схожими персонажами — нечестивыми ханами, приносящими человеческие жертвы Эрлик-хану, Г. Н. Потанин говоря об имени Эльджиген-чиктей-хана (Ельджиген-чикту — «Ослиноухий хан») указывает на то, что второй член этого имени «чикту» («с ослиными ушами») может быть близким к эпитету императора Мауриев — Ашоки (Асоки) — «чанда», т.е. «свирепый, жестокий», который в начале своего правления согласно легенде был свирепым правителем, придающимся человеческим жертвоприношениям. В легендах об Ашоке много общего с легендами о рогатом Ландарме и ослоухом // рогатом Джанибек-хане, и там и там есть брадобрейцы (брадобрейка), и там и там есть сюжет с разлившейся и превратившейся в озеро водой. Сближая эти легенды Г. Н. Потанин приходит к выводу, что возможно на Иссык-Куле сюжет о рогатом царе рассказывался с именем Ашоки — Асоки (санскр. Aśoka) и само название озера «Иссык-Куль» происходит от имени царя Асоки. Не Джанибек-хан, а Чанда-Асока погибает согласно легенде от вод образовавшегося озера. Но в легендах об Асоки нет гибели, а есть нравственное преобразование, которое он получил благодаря проповеди архата Яшаса став Дхарма-Асока, великим защитником и покровителем буддизма. Не отсюда ли также название озера Ысык-Көл, которое могло именоваться Асок-Куль. Профессор, топонимист Э. М. Мурзаев переводит гидроним Ысык-Көл как «Священное озеро», возводя к «ызых, эзых» (пратюркск. — ɨduk) — «священное» [Мурзаев Э. М., 1996]. Имя царя Aśoka переводится с санскр. как «беспечальный». «…Беспечальный, подымаясь на вершины мудрости, смотрит на больное печалью человечество, как стоящий на горе на стоящего на равнине, как мудрый на глупого» (Дхаммапада 2:28). Не является ли это имя Aśoka, как и часть гидронима // топонима Иссык (Ысык) производной от спирантных форм этнонимов: асык, (х) асык, асак, хасак, қазақ и т. д. [Эсен уулу Кылыч]?

Обнаруженное же сходство буддийских и тюрко-монгольских легенд Г. Н. Потанин видит в том, что возможно именно тэнгри-камские (шаманские), архаические, первобытные легенды Внутренней Азии попали вместе с кочевниками в Индию, где и были переработаны буддийским творчеством.

Таким образом, самым древним пластом мифов о Варлааме и Иоасафе (Яшасе и Асоке) могут быть тюрко-монгольские тэнгри-камские предания и легенды, а гибель рогатого Джанибек-хана в водах образовавшегося Иссык-Куля можно сравнить с внутриазиатскими легендами о сброшенном с Неба в море чудовищем-драконом Дломаном (Галь-Дöлмö, Калмы, Земпыр, Мембыр, Цолмон), имя которого связано напрямую с именем Венеры. Комментируя цикл алтайских сказаний о «летучей мыши» Г. Н. Потанин говорит, что в мусульманских легендах «летучая мышь» заменена удодом, что в этих же сказаниях означает звезду Венеру. Также «летучая мышь» сравнивается им с медведем, бобырганом (белкой летягой), абырганом (мифический змей), камом (шаманом), что указывает однозначно на владыку Подземного Царства первого кама (шамана) медведя Яму-Эрлика. В бурятских версиях о свержении Долмана имеются аналогичные сюжеты, но на место «Долмана» поставлен «Камень» или «шаманский камень» сброшенный с Неба в море. В тибетских вариантах этой легенды «Камень» заменяется на «Окаменевшего Человека». В др. бурятской версии — это Чаша на дне моря, отражение Цолмон (Венеры), а морем является Байкал. В монгольских легендах появление Байкала связано с именем Сына Неба Чингис-ханом. В свете этих мифов приобретает совершенно иной смысл легенда о северо-алтайском озере Телецкое («Телесское» от названия проживающего народа — телесы). Исконное название — Алтын-Куль, Алтынкуль, Алтынколь, Алтын Кöл — Золотое озеро. В легенде сказано, что в голодные годы алтаец не сумевший обменять на еду, кусок золота с конскую голову, проклял небесных богов и бросил с горы золото в озеро, а следом прыгнул и сам. Не есть ли в этой легенде зашифрованная информация о том, что на дне озера не кусок золота с конскую голову, а Чаша — Камень из чела Люцифера, сброшенный с Небес [Лебедев Р. В., 2015, с. 109—111]?

В Северном Алтае в Лебединском аймаке (Турочакском районе Горного Алтая) также имеется гидроним (озеро и река) — Байгол (Бай-коол), что значит «священная река»; «священное // почитаемое русло». По дороге к реке Бай-коол через село Бий'ка можно встретить осыпь горной породы фиолетового цвета. Фиолетовый цвет и свет в Природе — это сияние Внутреннего, Внутриземного Третьего Солнца саянидов, от Грааля, Камня из короны Светнесущего (Несущий Свет — Гэрэл-Грааль). В урянхайских, монгольских, торгоутских, башкирских легендах мифологема «трёх солнц» теснейшим образом связана с фигурой Тарбагана-стрелка-сурка Эрхэ-мэргэном (Ерке-мерген), дьяволом (шулма) который уходит под землю. В своих исследованиях Г. Н. Потанин говорит, что Эрхэ-мэргэн, сурок-стрелок — это сын Неба, восставший против Неба, владыка подземного мира бог Эрлик-хан [Потанин Г. Н., 1916]. Эти легенды о стрелке, пускающем стрелы в Небо, описывая процесс творения солнечной системы, когда она была кратной (тройная звездная система), содержат в себе космогонические элементы творения. Профессор Н. В. Абаев говорит, что Третье, Внутриземное Солнце в представлении саянидов проявляется через огненную энергию вулканов, горные расщелины, пещеры [Абаев Н. В., 2016, с. 10]. По саяно-алтайским воззрениям создателем гор и скал является Эрлик-хан, например, в преданиях хакасов говориться: Ax-Худай создал ровную плоскость и хорошие дороги. Но в этот момент его брат Ирлик-хан, говоря: «Пусть возникнут горы и скалы!» — выплюнул из рта утаенные песчинки. В результате на местах проторенных дорог возникли непроходимые горы и отвесные пропасти. «Зачем же ты это сделал?» — с горечью воскликнул Ax-Худай. Ирлик-хан ответил: «Пусть на ровном месте будут все называть твое имя. Но, встретив горы и ущелья, созданные мною, все твои твари пусть поневоле с проклятием вспоминают и мое имя!» [Бутанаев В. Я., 2003].

«Поэты и священники, — пишет Отто Ран в произведении «Крестовый поход против Грааля» — любили горы. Их вершины устремляются к небесам, а пропасти теряются в первозданном мраке. Нигде человек не бывает так близок к Богу. Там, наверху, и стихи, и молитвы исходят из глубин сердца. Во всех мифах именно в горах открывается божественная сущность героя… На Востоке зародилось человечество. С Востока пришли к нам великие легенды, последняя из которых — «благая весть». На Востоке встает солнце… катары возвращались в свои пещеры: в «Кафедральный собор», в «Глеизу» (Церковь), «Пещеру отшельника» и «Пещеру источника» … «Вела к источнику Сальваш / Тропа и к келье между скал / (Ее себе мудрец избрал). / И здесь впервые Парцифаль / Узрел таинственный Грааль. / Хозяин звал его войти…» (Вольфрам фон Эшенбах) [Ран О., 2004, с. 65—68].

У алтайского художника Г. И. Чорос-Гуркина в этнографических рисунках и записях фиолетовый цвет гор соотносится с Эрликом и его Царством. На его графике «Эрлик», 1919 г. написано: «На вершинах гор заходило Солнце и вечером заливало небо и горные вершины багровым золотом — длинные фиолетовые тени ползли по серым гранитам, по ущельям, по снегу, от темно-зеленых освещенных кедров и от фигуры Эрлика». На графике «Боос Эрлик», 1935 г. записано: «Тёмно-фиолетовое тело [Эрлика] освещено заревом заката». Еще в Горном Алтае фиолетовая скала имеется в ущелье Ярлу. В казакстанском Алтае в Зайсанской котловине тоже имеются фиолетовые горы. В Туве в Тоджинском районе между хребтами Тумат-тайга (хребет Академика Обручева) и Оттуг-тайга по дороге от с. Бояровка до Тоора-хема — фиолетовая гора. Это указание на вход в Иные Миры, указание, которое дано на полотнах Н. К. Рериха, к пейзажам которого обращался и Г. Ф. Лавкрафт в «Хребтах безумия»: фиолетовая ломаная линия гор на горизонте к которым запрещено было приближаться и за которыми находился Неведомый Кадат населенный Великими Древними, ровесниками Вселенной.

Рогатость Джанибек-хана, сравнение его имени с Шянба, с Буддой Майтрея, который у алтайцев, как Май-Тере — это указание на грядущего бога Нового Времени — Яму // Эрлик-хана // Ерлик-хана. Именно с именем Эрлик-хана (Ямой), который в авестийской традиции известен как Джамшӣд, связана сияющая Чаша — «Грааль Джама» (Джāм-и Джам), которая также называется Джāм-гӣтӣ-нимā («чаша, показывающая вселенную», или «Зеркало Вселенной») [Корбен А., 2006]. Видный французский медиевист Пьер Галле в работе «Perceval et l’initiation…» (1972) уподобляет Грааль из европейских мифов чаше Джамшӣда [Литлтон К. Скотт, Малкор Линда А., 2007, с. 280].

Сторонники кельтской версии происхождения мифов о Граале опираются на валлийскую поэму «Опустошение Аннувна» [Литлтон К. Скотт, Малкор Линда А., 2007, с. 282]. В средневековой валлийской рукописи первой половины XIV в. «Книга Талиесина» имеется поэма «Опустошение Аннувна» («Трофеи Аннуна», «Сокровища Аннуна», «Богатства Аннуина», «Preiddeu Annwfn», «Preiddeu Annwn»), текст которой оформился в нынешнюю форму в 900 г., приписываемая барду VI в. — Талиесену, в которой описывается путешествие Артура в подземную страну мертвых Аннувн (Аннуин, Annwvn, Annwvyn, Annwfyn) чтобы украсть там волшебный Котёл, принадлежавший правителю Аннувна.

Аннувн — вначале был местом обитания богов, кельтский рай, «восхитительный подземный край, или райский остров. Когда христианское священство отождествило короля Аннуна с дьяволом, Аннун, конечно, превратился в пекло» [Loomis R. S., 1956]. Подземному царству Аннувн в поэме даются различные имена: «ygkaer sidi» — «крепость (замок) курганов»; «ygkaer pedryfan» — «четырехпиковая крепость» или «четырехугольная крепость; «gaer vedwit» — «крепость медового пива» или «крепость опьянения»; «ogaer rigor» — «крепость твердости, жесткости, суровости»; «chaer wydyr» — «стеклянная крепость»; «ogaer golud» — «крепость препятствие (?)», «скрытая крепость» или «крепость в середине Земли»; «gaer vandwy» — «крепость на божественной горной вершине» («кроме семи никто не поднялся из крепости на божественной горной вершине» PA: V, 42); «gaer ochren» — «крепость замкнутости» [Higley S., 2007].

Учитывая, во-первых, теснейшие кельтско-аланские связи, о которых говорит профессор А. В. Исаенко, и его мнение о том, что король Артур в V в. мог быть в составе сармато-аланской дружины [Исаенко А. В., 2016]; во-вторых, мнение профессора, доктора исторических наук Н. В. Абаева о том, что этногенетическое ядро западных (кавказских) алан составляли восточные, саяно-алтайские саки и племя азов, живших в Западной Туве, а также его указание на одноименные аланам прото-тюркские и гуннские роды: лан // елань // алан [Абаев Н. В., 2015а, с. 121, 188]; в-третьих, данные кандидата исторических наук Н. Н. Лысенко о том, что ранний этногенез алан связан с культурой горно-алтайских пазырыкцев, горной системой Саяно-Алтая и Севером Монголии (Г. В. Вернадский, Б. А. Раев, A. C. Скрипкин, C. A. Яценко) [Лысенко Н. Н., 2001] рассмотрим некоторые из названий крепостей//замков Аннувна из валлийской поэмы «Preiddeu Annwfn» в свете саяно-алтайских тюрко-монгольских представлений, данных истории и археологии.

Первое, Аннувн — это «ygkaer sidi» (крепость (замок) курганов). Саяно-Алтай — страна известная не только своими курганами, но и древнейшими городами Сибири. Это царские пазырыкские курганы Горного Алтая; это Большой Салбыкский курган-пирамида в Хакасии; это недавно открытый швейцарским археологом Гино Каспари из Бернского университета самый большой и самый древний скифский курган Туннуг-1 (Аржан-0) в долине Уюк в Туве [Caspari G., Sadykov T., Blochin J., Hajdas I., 2017]. Это монастырско-храмовый комплекс Уйбатский город с пирамидальным замком в Хакасии; это уйгурские города в Туве, например, квадратный замок с четырьмя угловыми башнями в урочище Чер-Бажин; это гуннский Ташебенский дворец и город в Хакасии; это горно-алтайские крепости: Бичикту-Кая, прискальная крепость Большие Шибеты [Кызласов Л. Р., 2006; Кызласов Л. Р., 2008а; Кызласов Л. Р., 2008б; Соёнов В. И., Трифанова С. В., Вдовина Т. А., 2003]. Пазырыкские курганы Горного Алтая у р. Уландрык имеют погребальную конструкцию в виде усеченной пирамиды. В Минусинской котловине у с. Бетени надмогильное погребение Мельничный Лог в виде усеченной пирамиды облицованной плитняком относится историками к периоду энеолита. В Хакасско-Минусинской котловине были найдены и другие пирамидальные курганы, относящиеся к таштыкской и тагарской культурам: курганы Бейского чаа-таса, Изыхского чаа-таса, Туимский курган, Тепсейские пирамиды [Лебедев Р. В., 2016а].

Второе, страна Аннувн именуется как: «ygkaer pedryfan» (четырехугольная крепость) и «ogaer golud» («крепость в середине Земли» — в переводе американского профессора, специалиста по кельтской мифологии, медиевистики и артурианской литературе Р. Ш. Лумиса). Эти слова также можно напрямую отнести к Алтаю и к тюрко-монгольской модели устройства Мира. Французский историк, специалист по тюрко-монголам, профессор Ж.-П. Ру в статье «Tängri. Очерк о Небесах-Боге алтайских народов» пишет, что алтайцы особенно привязаны к Небесам, они, исходя из мировоззрения тэнгри-камства (архаического шаманизма), находятся ближе всех других народов к Космической Оси, а значит и к Центру Мира. Это также нашло отражение в названиях народов, которым дано имя «Kök» (Небесный, Божественный): «Kök Türük», «Kök Monggol» и засвидетельствовано надписями: «Türük Tängrisi» = «Тэнгри Тюрок» (Небо // Бог Тюрок). Тюркская концепция строения Мира говорит о том, что существует Центр Мира в виде квадрата, который накрывает Небесный колпак, за исключением четырёх углов [Roux J.-P., 1956, p. 211—212]. В древнетюркских источниках стороны света именуются так: вперед — солнечный восход, справа — полдень, назад — солнечный закат, слева — полночь [Журакузиев Н. И., 2012]. В эпитафии Кюль-Тегина имеется отрывок, рисующий перед нами картину горизонтального пространства Мира в центре которого — небоподобный, неборожденный тюркский Каган: «… (вы) начальники и народ „девяти Огузов“, эту речь мою хорошенько слушайте и крепко (ей) внимайте! Впереди, к солнечному восходу, справа (в стране) полуденной, назади, к солнечному закату, слева, (в стране) полночной, — (повсюду) там (т. е. в этих пределах) живущие (букв. находящиеся внутри) народы — все мне подвластны…» (КТм:1—2) [Малов С. Е., 1951, с. 33—34]. Символом этой концепции был «киммерийский ромб» с вогнутыми сторонами в круге с малым кругом и точкой в центре. Он встречается у киммерийцев, скифов, пазырыкцев, алтайцев, хазар, тувинцев, японцев, карачай-балкар. Ромбовидные тамги высеченные на одной плоскости с изображениями верблюда расположены в композиции из Улазы (Средний Енисей // Улуг-Хем, Минусинская котловина) и имеют сходство с тамгами в святилище Жайсан, местности Кегеты в долине реки Шу // Чу (Қазақстан), на денежном чекане VII–VIII вв. в Шашском оазисе (Средняя Азия). В қазақской этнографии имеется традиция ношения ромбовидного оберега — тумара. Ромбовидная тамга встречается и среди Драконьих тамг уйгур-урянхов. В этом древнейшем символе сконцентрирована вся цивилизационная и мировоззренческая Идея Саяно-Алтайской страны и её древнейшего народа [Лебедев Р. В., 2016в, с. 4—5].

Третье, в подземной стране Аннувн имеется «chaer wydyr» — «стеклянная крепость». В сказке Братьев Гримм «Семь Воронов» есть сюжет с девочкой, которая утеряв подарок Утренней Звезды — Hinkelbeinchen (косточка цыплячьей ноги; или Hühnerknochen — «куриная ножка»), данный ей после прохождения края Земли в Звездном Мире, своим отрубленным пальцем открывает дверь в Стеклянный Замок или Стеклянную Гору. Ранее в комментариях к фрагменту из работы В. фон Бюлова «Тайный язык немецких сказок» [Лебедев Р. В. «Комментарий к фрагменту…»] нами уже проводились аналогии с тайным языком алтайских сказаний: вóроны в Стеклянном Замке коррелируют с вóронами царя Подземного Мира Эрлик-хана (алтайский сказ «Про летучую мышь»; урянхайском сказ «Ульберге»; притча 14 книги «Ïrq bitig»); Утренняя Звезда — звезда Цолмон (Венера, а также Хромой пастух) и «летучая мышь» — Эрлик-хан тюрко-монгольских сказаний; отрубленный палец для открытия дверей Стеклянного Замка — отрезанный палец Сурка-Стрелка-Тарбагана-Эрлик-хана ушедшего в Алыс-дере (Алыс-дьер — досл. с алт. «заслон земля» — «тёмная область») в алтайских преданиях; сам же Стеклянный Замок принадлежит Эрлик-бию. В «Очерках…» Г. Н. Потаниным дано описание жилища Эрлик-хана: его стеклянный престол, как и стеклянная верхушка его юрты (трехэтажный стеклянный дворец) [Потанин Г. Н., 1883]. То есть и «стеклянную крепость» («chaer wydyr») подземного Аннувна можно отнести также к подземному стеклянному дворцу Эрлик-хана. То, что это указание именно на дворец Эрлик-хана свидетельствует и то, что Аннувн именуется как «gaer vedwit» (крепость опьянения), а именно Эрлик-хан в алтайских преданиях покровитель винопития; в телеутских призываниях он величается «румянолицым» от вина. Телеутские женщины, во время ритуальной выкурки араки (причем обыкновенно для выполнения этой операции избираются красивые женщины) поют: «Под месяцем быстро текущая вода. / Водопой зверей, живущих в лесной чаще; / Чистыми (красивыми) женщинами деланный белый айран (кислое молоко), / Напиток Адам-Эрлика. / Под солнцем текущая вода — Водопой король — зверя; / Красавицами сделанный синий айран, / Напиток старого (вариант — почтенного) Эрлика» [Письма Г. Н. Потанина, 1989]. В сойотской космогонической легенде у Эрлик-хана в Чаше было налито вино, в которое упал цветок с Неба, как символ будущей власти Эрлик-хана (он же, в аналогичных легендах у тачжин-урянхайцев и дюрбютов, есть Май-Тере) в Новом Времени.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 108
печатная A5
от 299