электронная
252
печатная A5
464
18+
Сандаловая палочка

Бесплатный фрагмент - Сандаловая палочка

Обгони саму смерть


5
Объем:
352 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-6243-7
электронная
от 252
печатная A5
от 464

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

История полностью вымышлена.

Любое сходство с реальными событиями случайно.

Начало

Москва. Апрель 2013

Отделение Международной уголовной полиции


В пустом плохо освещенном коридоре раздается глухое эхо чьих-то торопливых шагов. Мужчина среднего роста в ботинках, начищенных до блеска, спешит, крепко сжимая тонкую папку. Он направляется к двери в конце коридора. Только под ней виднеется узкая полоса желтоватого света. Все остальные кабинеты давно закрыты, а их обитатели ужинают дома с семьями. Мужчина спешит по длинному коридору, поглядывая на часы. Кроме его шагов слышно только, как этажом ниже, тихо переговариваясь и звеня эмалированными ведрами, моют полы уборщицы.

Он проходит в кабинет, освещенный лишь настольной лампой, и кладет папку на стол перед мужчиной в кожаном кресле.

— Максим Анатольевич, новая информация по одному из объектов.

Мужчина медленно берет папку с маленькой черной надписью «Папилон» в верхнем правом углу, спускает очки в тонкой золотой оправе на кончик крупного носа и начинает медленно листать страницы. Его немолодое лицо освещает настольная лампа. Голубые глаза с припухшими веками внимательно вчитываются в строчки. Он поднимает лицо от папки, поправляет тонкую оправу, одновременно постукивая пальцами правой руки по столу.

— Докладывай, Захаров.

— Только что поступила информация, что один из объектов из дела номер 32—90/110 обращался сегодня в МРЭО за получением водительского удостоверения категории «А».

— Да? Какое совпадение.

— Верно, Максим Анатольевич.

— Что ж. Нам это подходит. Остальных в архив. Данные по этому делу передай Марку. Пусть работает.

— Все сделаю.

— Права выдали?

— Да.

— Хорошо, иди.

— До свиданья, Максим Анатольевич.

Мужчина в кресле лишь кивает в ответ седой головой, продолжая перелистывать страницы картонной папки.

Вскоре он нажимает кнопку быстрого вызова, и буквально через секунду в трубке раздается приятный мужской голос.

— Жак Амори, слушаю.

— Добрый вечер, Жак. Это Жданов. У меня новости по Сербу.

В ночной тишине пустого здания его глубокий чуть с хрипотцой от постоянного курения голос звучит неестественно громко. Жданову нелегко дается разговор на французском языке. Он говорит медленно, обдумывая каждую фразу и обрубая ее тяжелым вздохом. Его собеседник слушает очень внимательно, опасаясь прервать или сбить с мысли.

Жаку Амори ясно, что та информация, которая так неожиданно появилась этим поздним пятничным вечером, может в корне повлиять на жизни сотен, даже тысяч людей по всему миру. Их «Папилон» расправит крылья, пусть и рискуя собственной жизнью.

Через десять минут мужчины прощаются.

На деревянном столе лежат пять папок с прикрепленными маленькими фотографиями. На всех изображены светловолосые молодые женщины. Мужчина отодвигает в сторону четыре из них и берет в руки папку с номером 32—90/110. На него с маленькой фотографии смотрит красивая девушка с большими глазами и приятной улыбкой. Он невольно улыбается ей в ответ.

— На тебя вся надежда, мой Мотылек. Не подведи старика, детка.

Драган

Гонконг. Октябрь 2017

Отель «Пенинсула»


Темная комната в предрассветных сумерках. Лучи неоновой рекламы и сине-белый свет от экрана телефона. Силуэт мужчины на фоне ночного мегаполиса. Небоскребы района Коулун, залив Виктория.

Он поворачивает голову и внимательно смотрит на имя звонящего, но отвечать не торопится. У мужчины красивый профиль. Видно, что он уже не молод, но и не дряхлый старик. Короткостриженые темные волосы с проседью, лучики морщинок в уголках глаз.

На нем хлопковый костюм для занятий ушу и мягкие тапочки на резиновой подошве.

Длинные пальцы с короткими ногтями переворачивают телефон экраном вниз. Он закрывает изумрудно-зеленые глаза руками, проводит ими по ежику волос, расправляет плечи, делает полный вдох и поворачивается к входной двери как раз в тот момент, когда раздается осторожный стук.

Миниатюрная китаянка в униформе горничной кланяется, медленно проходит в комнату, плавно ставит чабань и жестом приглашает мужчину к столу. Ее движения завораживают — они аккуратны и точны, полны такой грации и истомы, что кажется, на нее можно смотреть вечно.

Ямча. Этот чайный ритуал перед началом рабочего дня он никогда не пропускает, в какой бы точке мира он ни проснулся. Собственно, ямча лишь второй шаг его утренней рутины. Где бы он ни был, с первыми еще робкими лучами солнца он надевает на себя ифу и приступает к занятиям тайцзицюань. Грация плавных движений, мягкие перекатывающиеся шаги и столь же плавные движения руками. Кантонцы называют их «чи-сао» или «липкие руки». Многие даже из его ближнего окружения не догадываются, но именно эта техника определяет его стиль жизни.

Как и в тайцзицюань, в бизнесе он совмещает мягкие и жесткие методы воздействия — от длительных переговоров и закрытых ужинов до шантажа и убийств. Хотя последнее ему нравится меньше, но, в любом случае, своего он добьется. Он не кровожаден. Нет. Он просто холоден и расчетлив. Виртуозный стратег и виртуозный посредник, к рукам которого прилипают баснословные суммы за услуги содействия сделке между сторонами. Неэтичных соглашений для него попросту нет. Все продается и все покупается, а он это устроит. Кто бы ни был его клиентом — триады Гонконга или организованные преступные группировки России, коррумпированные чиновники или мексиканские картели — он найдет как связать сделку, как пристроить нужный товар. До тех пор пока будет спрос на наркотики, органы, драгоценные камни, политические перевороты, секретные данные государств и корпораций, он будет при деле.

Женщина терпеливо ждет. Мужчина кланяется в ответ, и в комнате звучит низкий, хорошо-поставленный голос.

— Мгой. Вы свободны. Спасибо.

Неожиданно в комнату входит начальник его службы безопасности.

— Драган, груз на границе с ЮАР. Вы просили предупредить.

— Да. Спасибо, Даниэль. Как проходит?

— Пока все гладко. Шерстят первую машину.

— А груз в какой?

— В третьей.

— Тогда поспешим.

Драган встает с колен, отодвигает в сторону чабань и стремительно выходит из своего номера. Даниэль тенью следует за ним.

— Клер на месте?

Да. Она следит за ситуацией через спутник.

— Ясно.

Войдя в соседний номер, Драган сразу направляется к голубоватому экрану монитора. Картинка в режиме реального времени показывает серую заасфальтированную дорогу и желтоватый песок на обочине, пять бледно-зеленых грузовиков с резиновыми тентами и темнокожих вооруженных автоматами пограничников. Драган обращается к хрупкой миловидной женщине, которая с невозмутимым видом следит за движением мужчин на экране.


— Клер, дорогая, ты нервничаешь?

— Нет. Драган. Я абсолютно уверена в успехе.

— Давно они проверяют документы?

— Минут пять.

— Что-то долго.

— Да. На всякий случай я подняла вооруженный дрон. Будет на месте секунд через тридцать.

— Умница. В машине груз на миллионы долларов. Мы не отдадим его каким-то грязным солдатам.

На экране мужчина в форме открывает дверь третьей машины и с кивком передает водителю документы. Клер довольно улыбается.

— Чудесно. Отзываю беспилотник.

Драган поворачивается к начальнику службы охраны.

— Даниэль, водители все местные?

— Да, как обычно.

— Хорошо. Проследи, чтобы их заменили через пару десятков километров. Трупы закопать.

— Да, Драган. Наши люди поджидают их недалеко от Луис-Тричард. Груз разделят на три части и повезут разными дорогами до Йоханнесбурга.

— Хорошо. Все молодцы.

                                        ***

С пробуждением нового дня залив Виктория окутывает серый туман, такой плотный и тягучий, что, кажется, его можно коснуться рукой. Он медленно скользит по водам залива, отражается в стеклах десятков небоскребов, ложится пеленой на только проснувшиеся улицы, разносится светло-серыми хлопьями по паркам, оседая на изумрудной зелени деревьев, заглушая запахи и замирая в маленьком переулке под протяжные, мелодичные звуки эрху.

Звуки невероятной глубины и силы наполняют переулок, в котором совсем маленькая темноволосая девочка в белой блузке с короткими рукавами, темно-синей юбочке, белых гольфах и черных лакированных туфельках, раскачиваясь в такт, плавно скользит смычком по струнам старинного инструмента. Медленная, протяжная мелодия то тянется вверх, стремясь долететь до крыш самых высоких небоскребов, то камнем падает вниз, замирая у дверей бесчисленных лапшичных, звенит на автобусных остановках и затихает в кружке утреннего чая. Десятимиллионный мегаполис, эта «благоухающая гавань» просыпается, наполняется шумом машин и тягучим говором людей. Город готовится встретить свой новый день.

Постепенно туман рассеивается и взору предстает великолепное единение мегаполиса и изумительно красивой природы — насыщенная зелень гор, серый бетон и стекло, блики утреннего солнца на воде и одинокая джонка, покачивающаяся у причала. Гонконг как разбуженный муравейник кипит и бурлит. Толпы людей перетекают с одной улице на другую, заполняя все пространство вокруг.

Через час Драган выходит на террасу своего президентского люкса. Синий костюм «Бриони», темно-коричневые туфли «Прада» и белая сорочка в крупную клетку. Пронзительно-зеленые, умные глаза смотрят на залив Виктория, район Коулун и Чимсачей.

Его дела в Гонконге закончены, внизу уже ждет Роллс-ройс, который отвезет их с Клер в аэропорт Чхеклапкок, где стоит его личный боинг. К вечеру они будут уже в Женеве. В сопровождении охраны Драган спускается в холл, на ходу просматривая почту. Вдруг он останавливается и прослушивает сообщение от звонившего утром человека. Довольная, хищная улыбка на секунду обнажает белоснежные зубы. В этот момент к нему подходит Клер.

— Груз прибыл в московский аэропорт Шереметьево.

Мужчина кивает, продолжая довольно улыбаться. Что ж, еще одна сделка подходит к концу. Осталось доставить пакетик южноафриканских алмазов, и можно ставить точку.

— Клер, дорогая, организуй доставку.

— Конечно, сэр.

— Ах, да Клер, я думаю, нам пора менять курьера. Позаботься и об этом, дорогая.

— Конечно, сэр.

Ему нравится Клер. Ее исполнительность и педантичность только на пользу его делу. Драган поворачивает голову и смотрит на изящный профиль своей помощницы. У Клер белоснежная кожа, темно-русые волосы и серые глаза, внешние уголки которых слегка опущены, и поэтому кажется, что ей всегда грустно. Он в шутку называет их глазами грустного ангела. Она так поразительно похожа на святую с русских икон — такие же большие и такие же печальные глаза, спокойный взгляд и какая-то внутренняя сдержанность. Только вот сострадания в ней нет ни на грамм. Это качество вообще не свойственно Клер.

Несколько лет назад Клер незаметно вошла в его жизнь и так же незаметно стала в этой жизни почти незаменимой. Он привык к тому, что она рядом, что четко выполняет все его распоряжения, организует его быт, ведет график его встреч, знает почти все о нем от размера обуви до номера социального страхования.

В жизни Клер нет ни мужчины, ни женщины, никаких интимных связей. Она как робот работает и зарабатывает. С ним у нее чисто деловые отношения. Хотя не все в это верят. Что ж, их можно понять. Они живут практически одной жизнью на двоих, почти 365 дней в году вместе на протяжении вот уже четырех лет. Естественно, кое-кто из его деловых партнеров фантазирует на эту темы. Людям в принципе свойственно фантазировать.

Клер начала работать у него почти сразу после университета. Они познакомились на благотворительном вечере по сбору средств для детей с онкогематологическими заболеваниями, который проходил в здании Лондонского королевского театра «Ковент-Гарден». Она подошла к нему вовремя фуршета в длинном платье цвета стали, с обнаженными красивыми плечами и изумрудным колье на бледной, почти белой шее. Красивая молодая женщина. Драган просто не мог не поддержать беседу. Они поболтали. Клер рассказала, что она выпускница Кембриджа, специализируется на экономике и праве и очень хочет работать у него. Драгана позабавила вся эта бравада, и он чисто из вежливости дал ей свою визитку, а она улыбнулась поверх тонкого бокала с шампанским, блеснув серыми льдинками глаз.

Через полгода они вновь встретились на очередном благотворительном ужине на этот раз в Лондонской национальной галерее. Как раз накануне ему пришлось избавиться от своего прежнего секретаря по имени Джошуа, и место было вакантным. Кто-то с доступом к его личным файлам на протяжении трех месяцев копировал информацию. Подозрение сразу пало на Джошуа. Парень божился, что этого не делал, но факты говорили сами за себя. Драган лично пристрелил предателя в заброшенном здании в Бромли, а Даниэл бросил труп в Темзу, предварительно срезав тонким скальпелем всю кожу с пальцев и изуродовав черты лица до неузнаваемости, а в довершении выдернул зубы, чтобы даже карта дантиста не помогла идентифицировать труп.

Когда в тот вечер Клер опять подошла к Драгану со своим желанием работать в его фирме «Пи Эм Ай Консалтинг», он отнесся к ее кандидатуре серьезно. Как выяснилось, девчонка прекрасно зарекомендовала себя в университете, владеет тремя иностранными языками, в том числе русским, что пришлось очень кстати, ведь в этой стране сосредоточена львиная доля его бизнеса. Клер рассказала, что три года назад ее родители погибли в автомобильной аварии недалеко от Эдинбурга. Поэтому ее ничего не держит в Лондоне, и она совершенно свободно может оставить Великобританию и жить и работать где угодно, в любой точке земного шара.

Сложно сказать, что конкретно повлияло на решение пустить эту красивую молодую женщину в свою жизнь — то ли удивительное сочетание молодости и мудрости, то ли лестные отзывы преподавательского состава, то ли та аура одиночества, которая, подобно серой дымке, окружала ее. Мало кто знает, что Драган тоже очень одинок, но в отличие от миллионов одиноких людей по всему миру, его одиночество — это его собственный выбор, его стиль жизни.

Сначала он дал Клер должность в офисе своей консалтинговой фирмы в Лондоне. Она прекрасно проявила себя — спокойная, всегда подчеркнуто вежливая, расчетливая, педантичная, очень ответственная, но, что самое важное, Драган начал ей доверять и допустил до своей настоящей работы. И уже через год предложил Клер место личного секретаря и пригласил на борт своего бизнес-джета. Так он пустил ее в свою реальную жизнь.

Шли годы, постепенно он все больше и больше вводил Клер в курс своих дел — знакомил с партнерами, обучал сути всех сделок. Она схватывала все буквально на лету, поражая и удивляя его каждый день. Особенно Драган ценил в ней умение видеть основу любого вопроса, любой проблемы, любой сделки. Ее мозг просто отфильтровывал лишнее и оставлял только то, с чем реально можно и нужно было работать.

Все его партнеры, от российских преступных группировок до триад Гонконга, быстро прониклись к ней уважением, несмотря на ее возраст и пол.

Клер пристраивала партии синтетических наркотиков и донорских органов на черном рынке, тоннами отправляла оружие в Южную Африку и под видом промышленного оборудования вывозила алмазы из Зимбабве. Все это и еще очень многое другое делала легко и абсолютно не заботясь о морали. Красивые, бледные пальчики с аккуратным маникюром ежедневно порхали по клавиатуре, готовя очередные липовые документы, чтобы ввезти или вывезти тот или иной груз, сместить того ли иного политика, распространить по дилерской сети тот или иной наркотик. И всему этому научил ее именно он. Закончив одну сделку, они тут же брались за другую, и так триста шестьдесят пять дней в году.

На самом деле все люди, участвующие в организации и проведении «сделок», проверенные и надежные. Вся его сеть успешно работает именно благодаря их тщательному подбору — от заказчиков до пилотов, от киллеров до курьеров.

Последних, к слову, приходится часто менять во избежание проблем. Вот и пришло время для замены московского курьера. Хотя русские им довольны — ни единой промашки за два года. Идеально гладко. Например, в Париже он поменял за это время уже троих, в Мюнхене два раза чуть было не потерял груз, а этот русский ни разу не подвел.

С одной стороны, может показаться, что курьер слишком маленькая фигура, чтобы самому волноваться на его счет. Правда же заключается в том, что именно от работы курьера зависит финальная и самая важная часть любой сделки. Драган ищет их в каждом городе каждой страны, где у него есть свой интерес.

Как показывает практика, деньги и банковские счета не так уж надежны, как многие наивно полагают. Курьер же, если он подобран верно, при должной мотивации, гораздо надежнее любой транзакции. Такую оплату почти невозможно отследить, а система доставки настолько сложна и запутана, что ни одна спецслужба пока не догадалась о его виртуозной схеме, которая прекрасно работает уже почти двадцать лет. Отчасти благодаря постоянной замене людей. Одних приходится убирать за неточность, других — за серьезные нарушения во время доставки, третьих же только за то, что работают на него больше двух лет. Увы, но даже очень хорошими людьми приходится жертвовать во имя собственной безопасности.

Хотя бывают и исключения из общих правил. Так, один очень ловкий итальянец по имени Марко работает на него уже три года.

И вот теперь этот русский парень, который идеально возит грузы почти два года и которого на самом деле будет сложно заменить. Он тоже может стать таким исключением, если Драган решит сохранить ему жизнь. Этого курьера рекомендовал ему его русский партнер, и будет — по меньшей мере — вежливо взглянуть на паренька прежде, чем убить.

— Клер, дорогая, я передумал. Мы летим в Москву. Сообщи пилотам, пожалуйста, я хочу сам взглянуть на курьера.

Мужчина садится в черный Роллс-ройс. Машина мягко трогается, за окнами мелькают толпы туристов и местных. Каждый раз, покидая этот город больших денег и больших возможностей, он стремится вернуться сюда вновь. Сложно объяснить, что именно его так привлекает в этом космополитном мегаполисе.

Это и уникальная смесь китайских традиций, отшлифованных до блеска английской утонченностью и в то же время не потерявших своей самобытности. Это и амбициозность архитектурных решений, делающих Гонконг таким узнаваемым и особенным. Здесь все будто стремится вверх, стремится достичь невероятных высот.

Он всегда чувствовал будоражащую внутреннюю свободу, находясь в этом прекрасном и шумном городе. Внутреннюю свободу выбирать то, к чему он призван — воплощать в жизнь самые дерзкие сделки, находить точки соприкосновения, казалось, с совершенно несоприкасаемыми людьми.

Кто бы мог представить, что все преступные организации мира смогут успешно взаимодействовать друг с другом, что найдется один единственный человек, который сможет их объединить.

Этот человек создаст не просто шайку или группировку, а мировую криминальную сеть, в которой и мексиканские картели, и триады Гонконга, и группировки России, и многие другие эффективно работают вместе. И все благодаря одному человеку, благодаря Драгану Косу. В знак уважения триады прозвали его «Сандаловой палочкой». Ему, безусловно, это приятно. Конечно, Драган не является членом их тайных обществ, он всего лишь уважаемый посредник, но этот титул он заслужил. На протяжении вот уже двух десятилетий он помогает им решать свои вопросы далеко за границами Гонконга и всего Китая. По-своему Драган Кос незаменимый человек для них, человек, который помогает им зарабатывать огромные суммы денег, получая за каждую сделку свой скромный процент.

                                      ***

Через 13 часов его бизнес-джет приземляется в Московском аэропорту Внуково-3. Он пожимает руки пилотам, благодарит обслугу, вместе с Клер и тремя телохранителями спускается по трапу и садится в черный бронированный Майбах. Машина мчит по ночному городу. Он чувствует усталость. Москва всегда так действует на него. Было время, когда он несколько лет жил здесь, работая в посольстве Югославии. Он чувствовал себя счастливым в этом большом городе. У него была прекрасная работа и новые, полные фантастических эмоций отношения с девушкой. Это было удивительное время в его жизни — молодой и амбициозный, уверенный в своих силах и в важности собственной профессии, влюбленный молодой человек в самом начале, как он верил, ослепительной карьеры.

Годы обучения, свободное владение семью иностранными языками, работа в министерстве иностранных дел Югославии, и вот по какой-то счастливой случайности он наконец-то получил перевод в Москву. Новая страна, новый город, новая работа. Временами он ловил себя на мысли, что просто очень долго спал и вот, наконец, проснулся, чтобы вздохнуть полной грудью. Теперь в жизни Драгана было все, о чем только можно мечтать — любящие родители, которые безумно гордились единственным сыном, любимая работа на благо Родине, любимая девушка. Это было будоражащее, полное красок и гармонии время.

Впервые он увидел Ольгу в коридоре здания посольства на первом этаже. Она работала младшим референтом. Худенькая девушка со светлой косой, переброшенной через изящное плечо. Она несла стопку серых картонных папок и медленно приближалась к нему. Нежный овал лица, полные губы и внимательный взгляд большущих серо-голубых глаз. Драган не мог оторвать глаз. Он был словно загипнотизирован этой легкой, этой чистой красотой.

Поравнявшись с ним, девушка слегка замедлила шаг, и он увидел, как порозовели ее щеки, как учащенно забилась жилка на изящной шее. Она посмотрела на него и опустила темные густые ресницы. В этот момент Драган понял, что судьба преподнесла ему удивительнейший из подарков. Ему показалось, что этой встречи он ждал все тридцать лет своей жизни.

Знакомство быстро переросло в ослепительный роман, который пьянил им головы не хуже чем виноградный «вшяк» его отца. Они гуляли долгими теплыми летними ночами по московским паркам и скверам, держась за руки, смеясь и обнимаясь. Четыре месяца абсолютного счастья — ночи, проведенные вместе, поцелуи украдкой в темных коридорах, ее звонкий смех, запах ее волос, мягкость губ, тепло хрупкой ладошки в его сильной руке. За короткий промежуток времени, она стала для него всем — она стала его жизнью. Но…

В 1991 году в его родной стране вспыхнули первые очаги конфликтов, и он вынужден был уехать. Он должен был спасти мать и отца.

Его сердце рвалось на части, но он не мог взять Ольгу с собой, не мог подвергнуть ее жизнь опасности. Тогда он еще не до конца понимал всю серьезность того ужасного, дикого военного конфликта, который подобно чуме накрыл его родину. Он надеялся, он верил, что сможет найти родителей, сможет увезти их в СССР. Он обещал Ольге, что вернется…

Он крепко обнял ее на прощание, вдохнул такой приятный, такой родной запах, поцеловал кончик ее холодного носа и ушел, не оглядываясь. До сих пор он помнит, как с силой сжал кулак в кожаной перчатке, уткнулся в него носом и зажмурился. В тот момент ему хотелось упасть и начать рыдать. Рыдать как в детстве, но он продолжал идти, не оборачиваясь. Драган чувствовал, знал, что сейчас Ольга молча плачет за его спиной. Хрустальные капли сбегают по холодным щекам, а любимая девушка утирает их серой вязаной варежкой.

Аэропорт, автобус, трап и улыбчивая стюардесса. Несмотря на ту спешку, в которой он покидал Москву, его преследовала одна и та же мысль — он опаздывает, возможно, уже опоздал.

Прилетев 13 декабря в Загреб, он узнал, что двумя днями ранее в его родном селе Паулин-Двор вблизи города Осиек хорватские солдаты открыли беспорядочную стрельбу по гражданским и бросили несколько ручных гранат. Страшные мысли, те самые, что пугали его последние сутки, стали явью — он опоздал. В стране началась неразбериха.

С огромным трудом, рискуя собственной жизнью, он сумел добраться до того, что осталось от родного села. Его глазам предстала жуткая картина из сожженых, изувеченных домов и сложенных в ряды безжизненных, окровавленных тел на обочине пыльной просёлочной дороги. Тот момент, когда среди убитых он нашел родителей изменил его навсегда.

Как в тумане, раздираемый горем и поглощенный злобой на собственную страну, прячась от военных конвоев, вместе с беженцами он добрался сначала до Италии, а затем и до Франции, где начал новую, одинокую жизнь в которой осталось место лишь для ненависти. Казалось, что день за днём она буквально выжигала в нём человечность. Драган возненавидел правительства и государства, лживых и трусливых чиновников, которые нисколько не заботились о простых людях, а только эксплуатировали и наживались на них. Он возненавидел и простых людей, не понимая, почему они соглашались на стадную жизнь, слепо следовали за тиранами, убивали друг друга, сжигали дотла деревни и города, вырезали целые семьи, действуя лишь по чьему-то приказу.

Так, постепенно на место ненависти пришло презрение. Презрение к людям и этому лживому политическому миру в целом. И вот тогда и появился на свет тот Драган, который решил, что криминальный мир порой честнее и надежнее. В нем сильному и умному человеку жить намного комфортнее, чем в мире, где кто-то пытается что-то изменить, подписывая тонны указов и приказов, думая при этом только о личном обогащении. В его мире, в мире Драгана, он сам отвечает за свою жизнь, и она целиком и полностью зависит только от его решений и действий.

К Ольге он не вернулся. Места для любви в его жизни больше не было.

Майбах бесшумно свернул на Тверскую, минута — и метрдотель распахнет перед ними двери отеля «Ритц-Карлтон». Он всегда останавливается в люксе с собственной трассой.

— Клер, дорогая, ты организовала доставку?

— Да, сэр. Завтра в 15:47.

— Чудесно. Спасибо, Клер.

Я

Москва. Октябрь 2017


Я Соня. Редко называю полное имя. У меня его попросту нет. Конечно, мне приходится указывать фамилию и отчество в анкетах для получения банковских карт, в социальной службе, на работе, но всё, кроме имени Соня, — не мое. Я сирота. Выросла в детском доме в Подмосковье, потом каким-то чудом поступила в университет на факультет иностранных языков, закончила и теперь работаю.

На первый взгляд скучная жизнь обыкновенного человека. Я была бы рада, будь она действительно такой. Порой случается, что всего лишь один неверный шаг — и твоя скучная и очень однообразная жизнь превращается в сумасшедший водоворот безумных событий, которые грозятся не просто затянуть тебя на самое дно, они могут раздавить тебя. В такие моменты ты не просто мечтаешь о спокойной и скучной жизни — ты буквально грезишь ею.

У каждого из нас есть свои предпочтения, любимые вещи, книги, напитки или еда. Они уникальны для каждого. Но среди всего того, что мы любим, есть что-то одно, от чего мы не в силах отказаться. Это могут быть путешествия, французские эклеры, дайвинг или тренировка в тренажерном зале. Это могут быть книги, посиделки с друзьями в каком-нибудь баре пятничными вечерами или просто сигарета и кружка крепкого ароматного кофе по утрам. Лично для меня — это скорость. Такая, что мир сжимается по сторонам, а впереди лишь точка. Точка, в которой я должна оказаться через считанные минуты, несмотря на километровые пробки МКАДа, на полицию и камеры, ремонты дорог или неработающие светофоры. Я должна быть там, и времени у меня считанные минуты.

За моими плечами груз, который ценится намного больше, чем моя жизнь. Да что там, чем жизнь любого из нас. Я не знаю, что точно находится в рюкзаке. Да это не так и важно. Важно лишь быть в месте назначения в указанное время.

Все началось на последнем курсе. Я устроилась переводчиком в одну фирму и стала получать стабильный доход, не космический, конечно, но все же почувствовала себя финансово свободней. Я смогла позволить себе снять квартиру в ближайшем Подмосковье и обставить ее мебелью из «Икеа». Мне было что носить и было что есть. Я радовалась тому, что имела. Во всяком случае, я жила в этой квартире одна и, в отличие от детского дома или универской общаги, у меня была своя собственная ванная комната. Даже такая малость казалась мне целым королевством.

Я много гуляла пешком по красивым московским улочкам, любуясь витринами ГУМа, уплетая жареную картошку из «Макдоналдс», на ходу запивая ее ледяной колой и наслаждаясь своим одиночеством. И пусть у меня было немного свободных денег, но я чувствовала себя вполне счастливой.

Во время одной из таких прогулок я познакомилась с парнем по имени Макс. Мы встречались какое-то время, потом расстались. Эти отношения едва ли можно назвать длительными, но они сильно повлияли на мою дальнейшую судьбу. И даже несмотря на то, что мы больше не вместе, я всегда вспоминаю о Максе с особенной теплотой, потому что именно он впервые предложил мне сесть на мотоцикл.

Я стала «вторым номером». Макс был очень хорош, он переключал скорости так, что я этого даже не замечала, трогался и останавливался настолько плавно, что страха у «второго» не было вообще. Он шутил и называл меня своим «хрустальным грузом», может, из-за моего худощавого телосложения или видимой хрупкости. Хотя, на самом деле, я легко могу дать отпор даже очень сильному мужчине. Моя кукольная внешность обманчива. Несмотря на большие зеленые глаза, аккуратный нос, чуть полноватые губы и каскад длинных волнистых волос, я не чувствую себя принцессой или каким другим нежным и избалованным созданием. Я остаюсь и, думаю, останусь навсегда девчонкой с улицы, девчонкой из детского дома, той, которой приходится драться, защищаться, отстаивать свое место в этом равнодушном и, пожалуй, даже жестоком мире.

В детском доме можно было выбирать кружки́ для внеклассных занятий. Многие девочки посещали уроки фортепиано или эстрадного танца, я же ходила вместе с мальчишками сначала на каратэ, затем на смешанные единоборства.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 252
печатная A5
от 464