электронная
36
печатная A5
327
18+
Сама садик я садила

Бесплатный фрагмент - Сама садик я садила

Объем:
122 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-7620-5
электронная
от 36
печатная A5
от 327

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава первая. Воспоминания на перепутье

Мария Владленовна Коренева сидела на скамейке, в здании автовокзала, и смотрела в окно. Взгляд этой симпатичной, стройной женщины был рассеянный, с отпечатком лёгкой грусти на лице. Воспоминания самопроизвольно, вдруг, нахлынули на неё. Причиной этому, видимо, послужили знакомые места, недалёкие от родной деревеньки. Она видела себя маленькой девочкой, с двумя жиденькими косичками, и веснушками на носу, которая, читала книжку, лёжа на русской печке.

Был уже вечер, всполохи пламени, из печи, отражались на стене и потолке, и было тепло, и уютно. Дед Егор Фёдорович читал газету, сидя за столом, опустив очки на кончик носа. Он глянул на неё, поверх очков, и спросил, наигранно, сердито. — Манька, а ты чего на печку забралась? Уроки то сделала? Бабушка, сухопарая женщина, скорая во всём. Которую, все в деревне, звали уважительно, «Даниловна», сказала. — Отстань, старый, всё мы сделали! Дед ухмыльнулся в усы, и продолжил чтение. Даниловна, перестав, суетиться у плиты, встала на приступку. И, гладя Машу, ладонью по голове, спросила. — Ты чего такая грустная, внученька? Уж не заболела ли? — Бабуля, в книжке пишут, люди умирают! Я скоро умру да? И меня, совсем, не будет!? — Ой, господь с тобой, о чём ты, милая!? Успокойся, золотко моё, ты будешь жить долго-долго и счастливо! Говорила она, и вытирала слезинки, на её щеках.

Как давно это было, а кажется, будь то вчера, сколько воды утекло, с той далёкой, счастливой, беззаботной поры. Уже давно нет в живых ни дедушки, ни бабушки, только, их старый домик, вернее то, что от него осталось, по прежнему, стоит пустой, немым напоминанием былого, навевая щемящую тоску. Мария Владленовна посмотрела на часы, до отправки автобуса, оставалось ещё полтора часа, и она опять погрузилась в воспоминания. Вот, она пятнадцатилетняя Маша Смирнова, услаждаясь последними, неповторимыми днями, уходящего лета, торопится успеть, переделать все дела. Чтобы её «старичкам» было легче, ведь зимой её здесь не будет, потому, как со своей подружкой-одноклассницей они подали документы, в областное, торговое училище. А сейчас, нужно собраться, и не опоздать в сельский клуб, на «вечёрки».

Подружка Светка Веремеева, вот, она тут, как тут. — Машка, чего ты возишься? Ты забыла? Нас ждут сегодня, в девять! Волнительный момент, манящий, не изведанным, и пугающей неизвестностью, первое, тайное свидание. Предмет, её воздыханий, был Виктор. Красивый, высокий шофёр, прикомандированный в село, на уборку урожая, которая, шла полным ходом, и днём и ночью.

Знакомство их было случайным, позапрошлой ночью, когда она, оказалась одна на дороге. Подружки её, «нахалки бессовестные», уже были подхвачены, проезжающими, «зерновозами». Она, уныло, шла домой. Свет фар за спиной, скрип тормозов, и из открытой дверцы кабины, весёлый голос, пригласил. — Садитесь, пожалуйста, девица-красавица, подвезу по пути! Маша онемела, от неожиданности и, стояла, не зная, что делать.

Шофёр, красавец-удалец, был её старше, наверное, раза в два. Он сказал, спокойно, и серьёзно. — Не бойся, не обижу! Зачем тебе, за зря, в потёмках, туфли бить!? Садись скорее, время деньги! И, не зная, почему, Маша, так же молча, села в кабину, не смея, поднять на него глаза. Он включил передачу, и погнал, по пустынной улице, шутил на ходу, стараясь вытянуть из неё, хоть слово. А она молчала, сердце её, взволнованно, колотилось. И лишь на вопрос, — где тебе выходить? Она тихо ответила, — вон там, — показывая рукой. Он помог ей, спуститься из кабины на землю, и сказал, нежно. — Ты не такая, как все! Я хочу ещё тебя увидеть, как тебя зовут? Я Виктор! Она, робко, ответила. — Маша! Их совместная поездка, длилась не более пяти минут, а ей казалось, прошла вечность, и она, успела влюбиться в него, по «уши».

Маша, осторожно, вошла в дом, чтобы не разбудить, спящих, дедушку и бабушку, в темноте разделась, и очень тихонько, легла в постель. Сердце её, продолжало, бешено, стучать, а в ушах, звенел его голос. — Машенька, послезавтра вечером, в девять, буду ждать тебя в клубе!

Мария Владленовна, глубоко, вздохнула, всё это было, были «детские» свидания. Виктор не позволял себе ничего лишнего, всё ограничивалось, только, нежными разговорами, он щадил её «детскую душу». Только, когда уезжал, навсегда, прощаясь, он поцеловал её, один единственный раз, и подарил ей свои ручные часы. А у неё, слёзы текли из глаз, и голова кружилась, как у пьяной. Потом, она писала ему письма, он ответил на два. А третье, написала его жена, грубо обозвав её проституткой, и строго настрого, запретила писать ему.

Маша плакала, считая себя, незаслуженно, обиженной, любила, и ждала год. Надеясь, а вдруг, его пошлют сюда, на следующую уборку, снова, но этого не случилось. Может быть, страдания её, продолжались дольше, но произошла, вдруг, перемена. В Новый год, обязательно, бывают перемены, так случилось и в этот раз. Маша не хотела ехать в деревню, на праздники, а Светка её уговорила, молодец Светка.

Заиграла музыка, и Маша увидела его, этого симпатичного мальчика. Всё вокруг, для неё, перестало существовать, он шёл, улыбаясь, к ней, среди мишуры, на фоне ёлки и сверкающих игрушек, он нравился ей. Мальчик подошёл к ней и, неуверенно, произнёс. — Девушка, разрешите пригласить Вас, на танец! Они, с удовольствием, танцевали до конца, этого счастливого вечера. Слава Букарев, был из соседней деревни, группа молодёжи приехала к ним на праздник, когда они уезжали, он, прощаясь, предложил. — Маша, давай дружить!? И они дружили. Маша приезжала на каждый выходной, не могла дождаться, когда закончится учебная неделя. Так, незаметно, пролетело время, и весной, Славу призвали в армию. Маша провожала его, верно, ждала год, писала письма, каждый день, а потом, в её жизни, опять случилась перемена.

«Какая, всё так и, я была дурра!» Подумала Мария Владленовна, и в этот момент, репродуктор напомнил, что время её пришло. — Уважаемые пассажиры! Автобус, номер сто тридцать …, следует по маршруту…, просьба не забывать свои вещи…, приглашаем на…! Она подняла свою сумку, и поспешила на посадку.

Глава вторая. Дорога, дорога, осталось немного…

Здесь, в районном городке, у Марии Кореневой была вторая пересадка, на пути, из большого города Энска, где она трудилась, вахтовым методом, обслуживая покупателей в огромном супермаркете.

Дома, в Далманском, она бывала сейчас, только проездом, чтобы оплатить коммунальные счета. Двухкомнатная квартира пустовала, дочка Алёнка, заканчивала последний курс Омского медицинского института. А путь-дорога её лежала на родную сторонушку, в село Соборное, к Ивану Ильичу Калетину, с которым, она жила, с недавних пор, как принято, сейчас выражаться, гостевым браком, по причине, своей вахтовой работы. Иван Ильич, её Ванечка, встретит её на остановке, в селе Карачунском, откуда, рукой подать до дома, двадцать минут езды, на его стареньком внедорожнике.

Калетин был на семь лет старше её, но она этой разницы не чувствовала, и ей всё нравилось в нём. Когда то давно, ещё в детстве, Маше Смирновой нравился Ваня Калетин, каждое лето, когда её старшие братья и сёстры приезжали в деревню, на каникулы, он часто бывал у них. Он дружил с её братом Жорой Смирновым. Маленькую Машеньку, как будьто назло ей, просто не замечал, и ему с братом, нравились другие девочки, гораздо старше её.

Потом, когда она стала старше, они вообще потерялись, друг для друга, и встретились, случайно, через несколько лет, оказавшись, в гостях у её брата, в одно время. Иван, был с женой и маленьким сыном, Маша, тоже была не одна, а с другом, курсантом военного училища. Было время, когда она хотела, знать всё о нём, где он находится, чем занимается, а он, даже не думал о ней. Прошёл слух, о его женитьбе, и она, обречённо, решила, всё, ничего не вернуть, ничего не исправить! А жизнь всё шла и шла, порой, просто летела, и с ней самой, столько всего приключилось, что в пору, «мемуары» писать!

Следы Ивана Калетина, совсем, затерялись. Маша, которую, теперь все уже звали Мария Владленовна, очень редко, бывала в родной деревне, из родственников там, никого не осталось, только, «закадычная» подруга Светка, Светлана Михайловна. Так вот, она поведала Маше, что Иван, давно уже, развёлся с женой, уехал из города, и работает где то на севере. Время от времени, перезваниваясь со Светланой, она знала, что он построил в деревне добротный домик, со всеми удобствами, и, выйдя на пенсию, живёт там один. В последнее время, Мария Владленовна устала от одиночества, дочку видела только летом, на каникулах, а когда она уезжала, обратно на учёбу, было так тоскливо на душе, хоть волком вой!

Спасибо научно-техническому прогрессу, который, помог ей в трудную минуту, предоставив компьютер, купленный для Алёны, и сиротливо стоявший, в опустевшей комнате дочери. Мария Владленовна, на удивление, быстро его освоила, и почти, всё свободное время, проводила за ним, отвлекаясь от угнетающих мыслей.

И вот, однажды, ради интереса, зашла на тот, не безызвестный сайт, и увидела знакомое лицо и фамилию. Иван был в сети, Мария Владленовна не верила своим глазам, торопливо, написала ему сообщение. — Привет! Он сразу ответил. — Здравствуй Маша! Она поняла, что он рад, этой встрече, и продолжила переписку, которая, всё решила. — Как живёшь, Ваня? Чем занимаешься?

Он, полушутя, полусерьёзно ответил. — Да вот, невесту ищу! — А чем я, тебе не невеста? Потом они обменялись телефонными номерами, чтобы можно было связаться в любое время. Иван пригласил её, к себе в гости, и она приехала. Всё произошло легко и просто, так, как она мечтала. Они оба устали от одиночества, и их тянуло друг к другу, как магнитом. Она чувствовала себя, как в юности, такой романтичной девчонкой, Мария была счастлива от близости с Иваном. Он был, так нежен с ней, говорил столько, нужных, просто, необходимых ей, слов. Наверное, тоже, чувствовал себя мальчишкой. А потом, она уехала в Далманское, и полгода они перезванивались, так как ей нужно было доработать до пенсии.

Автобус, наконец-то, вышел из города на Шоссе, и увеличил скорость. — Простите, пожалуйста!? Мужчина, сидевший рядом, спрашивал её. — Вы, тоже, едете до Южного Урала? — Нет, я выйду, гораздо, раньше! Ответила Мария Владленовна, и отвернулась к окну, давая понять, что не имеет желания, поддерживать с ним беседу. Ей интереснее было окунуться в прошлое, воспоминания никак не хотели покинуть её.

Глава третья. Масло, булки, колбаса, повстречала молодца!

Светка смеялась и радовалась как первоклашка. — Машка, как хорошо! Мы выпустились, мы продавцы и мы свободны! Как славно, что нас в один магазин распределили, подружка моя, мы будем вместе! Хоть это, как то, немного успокаивало Машу, в отличии, от бесшабашной Светки, она, с большой неуверенностью, относилась ко всему новому. Ну как же, новое место, новые люди, как они нас примут, и где нам придётся жить!? Их направили в пригородный посёлок, автобус миновал дамбу и шёл по открытому пространству, далеко впереди был виден лес.

— Светка, загнали нас, наверное, в какую ни будь «дыру», где одна «пьянь да рвань», и там, никто работать не хочет! Светка, своим оптимистическим настроем, быстро её успокоила. — Маша, не горюй раньше времени, какая тебе разница, где счётами бренчать, да товар отпускать, тем более, ты же с отличием закончила! А не понравится, делов-то, уволимся, и в другой магазин устроимся, где наша не пропадала! Смотри вон, с нами военные едут, я слышала там воинская часть стоит, училище, какое то, кавалеров будет, не отбиться, выбирай на вкус! Светка села на любимого конька, у неё и раньше, не было недостатка в поклонниках. За два года учёбы, в торговом, Маша, со счёта сбилась. Её эти перспективы, совсем, не радовали и не вдохновляли, у неё был свой солдат, Слава.

Посёлок, встретил девушек, бравурными маршами, доносившимися из мощных динамиков, с территории, огороженной длинным, бетонным забором. Ещё, за забором, сразу бросалось в глаза, огромное, грязноватое здание, из красного кирпича, с высокой, дымящей трубой. Чуть подальше, несколько белых многоэтажек, это и есть, та самая часть, догадалась Маша. Сам посёлок, расположенный, по другую сторону от дороги, был одноэтажный, с обыкновенными, деревянными, деревенскими домами. Только, у самой остановки, стояли две пятиэтажки, и рядом с ними, новый магазин, с большой вывеской, рекламирующей своё название. Туда, стало быть, и следовало им идти. Завмаг Лидия Семёновна Заварницына, приняла их у себя в кабинете. — Вот, молодцы девчата, приехали к нам, на пополнение, задыхаемся мы, понимаете ли! C усмешкой, сетовала она. — Не держится у нас долго молодой персонал, разъезжаются, вместе с молодыми лейтенантами, вот из-за этого забора! Так, сейчас, я вас быстро оформлю, пойдёте вот сюда, недалеко, в первую пятиэтажку, там у нас общежитие! В первом подъезде на первом этаже! Занимаем одну квартиру, номер три, комендант вас поселит, выдаст постельное, ну, а во вторую смену, с трёх часов дня, выходите на работу! Пару дней, пройдёте стажировку, а дальше, как получится, в какую смену попадёте!

Маша стояла за стойкой, бакалейного отдела, душа её успокоилась, она радовалась, что устройство их на работу, было таким удачным. Коллектив магазина был не большим, но слаженным и дружным. В общежитии, их со Светкой, поселили в одну комнату. Где, кроме них, жила ещё, уборщица Лена, но кровать её пустовала, так как она была в отпуске, и уехала на родину. Красота, живи, не хочу, не сравнить, с той городской, учебной общагой, c переполненными комнатами, и строгим распорядком дня. Работа ей тоже понравилась, сначала, после обеда, покупателей было очень много, но она, резво, включилась в процесс, и быстро всех отоварила. Сейчас, её посещали, только, редкие покупатели, наступил уже вечер. А у Светки был аврал, в ликёроводочном отделе очередь шла сплошной стеной. И не было ей ни края, ни конца, что новую продавщицу, ничуть не угнетало, и её весёлый голос долетал до Машиных ушей.

Неожиданно, перед Машей предстал молодой военный, в пилотке, с голубыми погонами на плечах, обрамлёнными жёлтым галуном. Он, очаровательно, улыбнулся, слегка растерявшейся продавщице, и спросил. — Не продадите ли вы, умирающему, от голода, килограмм халвы? И положил, на прилавок, купюру. Маша, почему, смутившись, покраснела. И сказав, — да конечно, — быстро отвесила, и, упаковав, покупку в бумагу, протянула ему. В это время, в конце улицы, показались трое военных, с повязками на рукаве. Он, мгновенно, заметил их, через витраж и, схватив свёрток, торопливо сказал. — Простите, непредвиденное обстоятельство, — и бросился к двери. Маша, спохватившись, крикнула вдогонку. — Солдатик, а сдачу, забыли сдачу! Он оглянулся, и крикнул, на ходу. — Я, не солдатик, и мы об этом, ещё поговорим, а сейчас, простите, некогда! Он выбежал на улицу, перебежал дорогу, и, перемахнув, двухметровый забор, скрылся из виду.

Маша посмотрела на монетки, приготовленные для сдачи, и не зная, что с ними делать, положила в карман. Света и Маша, отработав, благополучно, первый рабочий день. Довольные, всем, сидели на кухне, в общежитии, и пили чай, с печеньем.

— Света, а я сегодня сдачу не сдала, одному военному, такой интересный, купил халвы и сдачу не взял. Сказал, чрезвычайные обстоятельства, и убежал, наверное, патруля испугался! — Нашла, о чём переживать! Cказала Светка. — Считай, это плата, за чрезвычайное обстоятельство! Ну что ты, Света, я так не могу, я буду ждать, когда он снова придёт, и отдам ему! — Машка, да, ты втюрилась в него? А мне, тогда, что делать? Сегодня, столько алкашей без очереди лезло, сунут деньгу, кричат, давай скорее, поллитру в карман, и ходу, потому, как очередь была ужасно злая! У меня же, пятерик, без малого, «наварился», мне, что всех их дожидаться, и сдачу отдавать? Нет уж, дудки! Мы лучше, чего ни будь, вкусненького купим, и покутим!

На кухню вошли соседки, из другой комнаты, все втроём. — Приятного аппетита, девочки! С первым рабочим днём вас! — Спасибо! — Спасибо в рюмку не нальёшь! Сказала одна из них, вид у неё был, уж больно разбитной. Но как позже выяснилось, первое впечатление, оказалось обманчивым, Надежда Подшивалова была, исключительно, порядочной девушкой. Двое других, с улыбками, поддержали её. — Да вы, что, девчонки, не готовы, что ли, проставляться? Ведь, обмыть же надо, первый рабочий день, он как праздник, ну и за знакомство! Маша и Света сидели, растерянно, чувствуя себя, неловко.

Светка первая опомнилась и сказала. — Ой, простите, девочки, мы, как то, не подумали, давайте отложим на завтра! Девчата засмеялись. — Смотрите, «купились», мы же шутим, пойдёмте к нам в комнату, будем знакомиться!

На другой день, Маша и Света работали вместе, в одном отделе, второй день прошёл ещё быстрее, замечаний к ним, по работе, не было ни каких. Заведующая, уезжая домой, сказала им. — Ну, девчата, молодцы! Вижу, дело знаете! Считайте, стажировка ваша закончилась! Завтра выходите в первую смену, отработаете, полный день, а в воскресенье, у вас выходной!

Как обычно, в конце, покупателей не было, и Маша со Светкой, за разговором, коротали время, поглядывая на часы. И, появился он, вчерашний «солдатик», Светка сделала «стойку», намереваясь, пустить в дело, все свои «чары». Но он, вежливо, поздоровался, и смотрел, только, на Машу. Светка смекнула, что это тот самый, вчерашний, и с интересом, наблюдала за ними. Они, молча, смотрели друг на друга, и им не нужно было слов. Света, бесцеремонно, прервала, их молчаливый диалог. — Молодой человек, не стесняйтесь, вы имеете полное право, востребовать сдачу, за вчерашнюю покупку, но, только, при наличии чека!

— Ой, ну, что, вы, девчата! Смутился курсант. — Я про то, давно забыл, да, у меня и чека нет! Маша покраснела, вспомнив, что выбросила его чек, в мусорную урну. А Светка продолжала. — Ах, вы позабыли, а продавец переживает, не знает, куда её деть, ведь, на ней ответственность! Курсант понял, что Света шутит, и сказал. — Простите, пожалуйста! Тогда, за вашу справедливость и честность, купите себе шоколадку! Он перевёл взгляд на Машу и продолжил. — В честь нашего знакомства, меня зовут Костя, а вас!? Светка, тут же, отрапортовала. — Я Светлана, а это Маша! Маша смотрела в огромное окно магазина, широко открыв глаза. — Кажется, у вас, снова, обстоятельства! Тихо сказала она, переменившемуся в лице, Косте.

Патруль, прапорщик и два курсанта, уже были в двух шагах, от входной двери. Они, конечно же, видели Костю, и он, тоскливо, осознавал, что пути отступления, ему, напрочь, отрезаны. Светка сказала ему, быстро сюда, и он, перепрыгнув прилавок, скрылся в складском помещении, прикрыв за собой дверь. Курсант Тищенко сидел на ящике, за штабелем мешков, с крупой или сахаром, и слушал разговор своих спасительниц, с назойливым патрулём. — Здравствуйте, начальник патруля прапорщик Гондарь! Девочки, здесь, только, что был курсант-самовольщик, куда он делся!? — Вам показалось, не было здесь никого! В голос, ответили Маша и Света. — Как не стыдно, врать, сейчас, я войду, в вашу кладовку, и арестую, этого мерзавца! — Вы, не имеете права! Грудью, встали на защиту Кости девчонки. — Здесь нет никого, и сюда, посторонним входить, строго запрещено!

Косте было стыдно, за эту неловкую ситуацию, ещё примут за труса. «Губы», он не боялся, но лишиться очередного увольнения, очень не хотелось. Потом, на склад вошла Маша, за товаром, и сказала негромко. — Считай, что мы тебя арестовали, придётся посидеть, патруль стоит у дверей магазина! Мы, в девять закрываемся, и выпустим тебя, через чёрный ход! — Спасибо, Маша!

Она лежала в своей кровати, и никак, не могла уснуть. Бледный свет луны, через окно, отражал тени, качаемых ветром ветвей, и лежал, на посапывающей мирно, Светке. Счастливая, ни хлопот, ни забот, наверное, уже не первый сон видит, думала Маша, а мне как быть, что я скажу Славику, и что мне сказать Косте!?

Когда закончилась смена, выключили в магазине свет, весь персонал вышел на улицу, замыкая магазин на ключ. Стоявший на страже патруль, недоумённо, переглянулся, и потопал восвояси, по улице. Маша выпустила Костю, с чёрного хода, он взял её за руку, и молча, смотрел на неё, и было в его глазах, столько нежности, что Маша, просто, таяла, под его взором. Потом, очнувшись, тихо сказала. — Иди, тебя там потеряют, и патруль может вернуться, самовольщик! Он улыбнулся и спросил. — Маша, что ты делаешь в воскресенье? Я буду в увольнении, целый день, хочу пригласить тебя, на свидание!? Она, ранее, уже решилась на отказ, а теперь, вдруг, почему то сказала. — Посмотрим, на твоё поведение! Мне пора, пока! Повернулась и пошла. — Пока, Маша, я приду за тобой!

В субботу, у Светы и Маши была длинная смена, и она, изрядно, вымотала их, было, очень, много покупателей, народ всё шёл и шёл, до самого вечера, но и выручка была огромной. Пока ещё, персонал у них, был не полностью укомплектован, и поэтому, волей-неволей, приходилось мириться, с таким графиком.

Маша проснулась в десятом часу утра, потянулась под одеялом, как хорошо, что сегодня выходной, не надо ни куда торопиться, и можно, ещё понежиться в постели. Светка вон, спит, без задних ног! Маша лежала и думала, придёт или не придёт, какой он всё так и, интересный, Костя! И в этот момент, раздался стук в дверь, звонок у них не работал, видимо, уже выработал свой ресурс. Она слышала, как кто-то из девушек открыл дверь. — Что вы хотели? — Извините, за беспокойство, мне, очень, нужно увидеть Машу! — Какую Машу? У нас их две! Маша поняла по голосу, что это Костя. Он, нашёлся, что ответить, и сказал. — Ту, которая, работает, совсем, недавно!

Маша подпрыгнула и, набросив халатик, вышла в коридор. Костя стоял у порога, в парадной форме, руки за спину. Девушка Тася оглянулась и сказала. — Это, кажется, к тебе! Повернулась, и пошла в свою комнату. Костя шагнул в коридор, запирая за собой дверь, и сказав, тихо, — здравствуй, — протянул ей букет. Маша растерялась, не ожидая этого. Она была очень рада, большому букету, из свежесорванных, полевых цветов. Ей, ещё ни разу, никто не дарил цветов, она стояла и вдыхала их запах, уткнув в букет лицо. Костя стоял и улыбался. — Ой, как мне быть, я не могу, пригласить тебя в комнату, девчонки ещё спят! — Маша, я приглашаю тебя в город! — Костя, я же не собрана! Cокрушилась Маша. — Ничего страшного, собирайся, а я, подожду тебя на улице, у подъезда!

Она, торопливо, переоделась в платье, купленное, на последнюю стипендию. Которое, одевала единственный раз, для примерки. Туфли, были уже не новые, но, что поделаешь, других не было. Зеркало, как бы, кричало ей, не спеши, не спеши, она послушала его, и накрасила губы, уже кончающейся помадой. Что то, ещё не хватало, для общей картины. Она оглянулась, на спящую Светку, и по быстрому, подвела глазки чёрным карандашом, и «набросала» на ресницы, Светкину тушь. Сказав, про себя, прости подружка, надо делиться! И вот, она предстала, перед, восторженно, смотрящим на неё кавалером. Костя стоял, разинув рот, но вспомнив, что нужно торопиться, подхватил её под ручку, и они поспешили на остановку.

На остановке, творилось полное столпотворение, выходной, понятное дело. Среди местного населения, количество желающих, нанести визит в областной центр, увеличилось втрое. Но основную массу, будущих пассажиров, плюс к ним, составляли ребята, в защитной форме. Что же говорить, курсанты тоже люди, и тоже хотят, проводить свои увольнения в цивилизованных условиях.

Подъезжающий автобус, не порадовал ожидающих, он подрулил на остановку, почти полностью загруженный, приводя в уныние пожилых и женщин. Шансы, которых, попасть в этот автобус, практически, были равны нолю, так как, вся толпа кинулась на штурм, этого старенького ЛиАЗа. Перекрывая, все подступы к нему, забыв, о морали и этике, совершенно! Маше было весело, даже в этой толкучке, в салоне переполненного автобуса. Немыслимо как, но Косте удалось, внести её на руках, и поставить в уголок, ограждая, своим телом, от растущего давления, прибывающей толпы.

Он шутил, и рассказывал ей всякие небылицы, до самого города. А старенький, трудяга ЛиАЗ, скрипя на ухабах и поворотах, от большого перегруза, довёз их, до первой городской остановки. И встал, шипя сжатым воздухом, отворяя двери, как бы, переводя дух, в изнеможении. Шофёр объявил по селектору, что, по техническим причинам, автобус сходит с маршрута, просьба, пассажирам покинуть салон.

— Маша, ты не против, пройтись пешком? — Конечно, Костя! Смотри как хорошо на улице. Всё кругом цветёт! Было видно, что ему, очень, хочется разговаривать с ней. — Маша, мне интересно, кто ты, откуда, и какая у тебя фамилия? Мне, очень, хочется, знать о тебе всё! Моя фамилия Тищенко, — говорил Костя, — «хохол», родом из Москвы, отец мой военный, я пошёл по его стопам, учусь здесь, на «комиссара»! А мама моя, трудится в сфере культуры! — Костя, а у меня, всё прозаичней, родители мои, как говорится, от сохи, и сама я, институтов не кончала! Фамилия моя, Смирнова, и ещё, у меня есть два брата, и две сестры, все старше меня! И, есть у меня ещё, дедушка и бабушка, в деревне!

— Ты богатая, Маша! Я тебе завидую! Они шли и разговаривали, по улице, не замечая ничего вокруг, только, поравнявшись, с огромной афишей, обратили на неё внимание, и остановились. — Ты не устала, Маша? — Нет! — Не желаешь ли, посмотреть это новое кино? — Костя, я не против, только, наверное, нет билетов! — А мы, сейчас, зайдём в кинотеатр, и всё узнаем! Костя купил тогда билеты, на «мой ласковый и нежный зверь», но до сеанса, ещё было три часа, и он повёл Машу в горсад.

Маша, ни разу, здесь не была, Костя водил её, от аттракциона к аттракциону, они веселились, кушали мороженое и разговаривали, разговаривали. Чёртово колесо, эта медленно вращающаяся громадина, поразила Машу, до глубины души. — Костя, мы поднимаемся! — Нас несёт вверх! — Тебе страшно, Маша? — А, вдруг, мы упадём!? Она не могла скрыть, своих ощущений и эмоций. — Ой, какая высота! Жуть! — Не бойся, Маша, вон, смотри, над нами маленькие дети, и они смеются! Маша посмотрела вверх, девочка и мальчик, дошколята, были с родителями в одной кабине, они смотрели по сторонам, и весело смеялись. А колесо, вознесло Машу и Костю, уже на предельную высоту, весь город, отсюда, был, как на ладони. Маша, только, на минутку успокоилась, очарованная, этим зрелищем, но глянув вниз, побледнела и качнулась. Костя обнял её. — Успокойся, хорошая моя, вот, мы уже начали снижение! Она прижалась к нему. — Мне не хорошо, голова кружится! Костя говорил. — Сейчас, это пройдёт, мы опустимся до мостиков, и выйдем! Маша почувствовала его губы, сначала, на своей щеке, а потом, на губах. Он целовал её, и она не противилась, ей было приятно, и голова её, всё кружилась и кружилась, только уже не от высоты.

— Молодые люди, приехали, вы не одни! Уступите место, очередникам, здесь большая очередь! Пожилая женщина, контролёр на посадке, прервала их волнительный полёт.

Потом, был фильм, последние метры до кинотеатра, они бежали бегом, и успели последними. Места им достались, на «галёрке», в самом последнем ряду. Картина была очень хорошая, со знаменитыми актёрами, только, смотрели они её, из половины, так как, на поцелуи уходила уйма времени.

Глава четвёртая. Давний жизненный поворот, с крутым разворотом!

Мария Владленовна посмотрела в окно, чувствуя, как её, по инерции, наваливает на притихшего соседа. Который, вероятно, дремал, и от неожиданности, упёрся в неё, обеими руками. — Мадам, мы не на танцах, ведите себя прилично! — Простите, пожалуйста, это получилось случайно, я не имела намерений, вас беспокоить!

Здесь был, тот самый поворот, на девяносто градусов, где автобус выходил, как говорится, на длинную прямую. Сосед, уже успокоился, и снова задремал, привалившись к окну. А Мария Владленовна, вдруг, вспомнила Антона. Антон Колтаков, был хозяином квартиры, в которой, Маша и Светка снимали комнату, за символическую плату. Первые два месяца, учёбы в торговом училище, им пришлось на это пойти, так как, в общежитии не было свободных мест. Сначала, они неделю жили, у односельчанки Вали Одинцовой, но жизнь там была, грубо говоря, не мёд. Так, как муж её, хоть и, не был «дебошир», но любил, часто, «закладывать за воротник», и его, пьяные выходки, весьма, смущали девушек. Валя вспомнила соседа, по лестничной клетке, Антона, которого, бросила жена, и договорилась с ним, запросто. — Антон, ты вроде как, один сейчас? — Не возьмёшь, моих девчонок, в квартиранты? — Да, ради бога, Валюха, пусть живут, денег мне больших не надо, за свет заплатят и всё!

Девчата жили как дома, сами себе хозяйки, так, как их хозяин квартиры, дома появлялся редко, и, как правило, пьяный. Но, ни разу, в комнату к девушкам, не заходил, старался, вести себя тихо, как ему казалось. А девчата, видели все его художества, в приоткрытую дверь. То уронит, что ни будь из мебели, или из посуды, стараясь, пройти бесшумно, в потёмках, по квартире. То уснёт, среди комнаты, прямо на полу, один раз, умудрился заблудиться, и сходил по малой нужде, за кухонную дверь.

Девчонки понимали, что он с горя заливает спиртным «сложившиеся обстоятельства». Антом был высоким, красивым мужчиной, и был с ними, всегда обходительным. Будучи трезвым, всегда извинялся. — Девчата, простите меня, если я набедакурил чего, больше не повторится! И девчонки на него не обижались. Маша, стирая свои вещи, в ванной, за одно, стирала и его бельё. Он, конечно же, заметил это. И, как то раз, придя домой, совершенно, трезвый, подошёл к ней, и сделал предложение. — Маша, выходи за меня замуж! Я не буду больше пить! Мне нужна, такая как ты! Она остолбенела, от удивления, и от неожиданности, минуту стояла, не зная, что ответить, и убежала в комнату. Что могла ответить, двадцатисемилетнему мужчине, шестнадцатилетняя девушка? А потом, в общежитии освободились места, и девчата съехали с квартиры.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 327