электронная
241
печатная A5
701
18+
Рок. Ветер надежд и поисков

Бесплатный фрагмент - Рок. Ветер надежд и поисков

Книга 3. Том 1. Измена Селены

Объем:
566 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-9380-8
электронная
от 241
печатная A5
от 701

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Юрий Викторович Швец
РОК

Книга 3

«Ветер надежд и поисков»

Том 1

«Измена Селены»

©2016 ШВЕЦ ЮРИЙ ВИКТОРОВИЧ

Об авторе. Швец Юрий Викторович. 1965 г. Родился в России, в бескрайних Оренбургских степях Урала… Писатель. Культуровед. Путешественник. Историограф. Просто, ищущий истину, человек…

От автора:

Дорогие читатели, этой частью представляю новую книгу, которая продолжит путь некоторых наших героев, но уже в совершенно другой истории и ином ключе повествования… Пока, не буду раскрывать секретов книги, могу лишь сказать — будет нескучно! «Ветер надежд и поисков» манит путешественников по страницам наследия культуры предков и отзвуков новых-старых легенд…

Предисловие

Свобода. Это слово имеет для человека особый, определённый им самим смысл. Но у каждого он свой и имеет свои индивидуальные границы. Границы, определяемые не обществом, кое вкупе провозглашает свою модель свободы, а свободу, понимаемую каждым мыслящим индивидуумом в своей форме разумных границ, которые встраиваются или совсем не встраиваются в предлагаемый обществом, государством, образ. Попробуем разобраться в этом очень трудном и ёмком понятии — свобода. Наш мир столь разнолик, что в разных его уголках, разных слоях человеческих формаций и объединений, есть свой образ этого «понятия». И всё же, говоря и произнося это слово, воспевая его в стихах, провозглашая на словах, что имеем мы в своём идеале этого затуманенного тысячелетиями определения?

Итак, постараемся разобраться с определениями этого слова. Свобода, по мнению большинства людской массы, бывает: духовной, материальной (в рамках существующих сейчас реалий существования людской цивилизации на плоскости — купил, продал, заработал, своровал), аморальной (то бишь свободной от морали и всяких ограничений, связанных с ней), сексуальной (кою почему-то добиваются многие, едва вступив в таинство брака) и не ограниченной в перемещениях (здесь надо обобщить и объединить земные и космические масштабы, чтобы не возвращаться к этим тонкостям определений). Это основные направления свобод, кои включают в себя ещё несколько десятков «свобод», которые каждый для себя вкладывает в своё понимание «этого». Ведь метафора: свобода — несвобода, вполне подходит к этому понятию. Что для одних достижение и признак свободы, для других признак закабаления и притеснения. Если смотреть в глубину тысячелетий, с одной целью — попытаться понять и поискать ответ: был ли человек когда-нибудь свободен? то выяснится, что такое изначально не предусмотрено моделью мироздания, весь образ Вселенной ограничен какими-то, непонятными ещё полностью нам, законами. А если, задуматься, то не законами, а Конами… Цепь их ограничений просматривается и без лупы и «подзорной трубы». И везде подобие… Так и природа планеты ограничена теми или другими факторами: лето ограничено зимой, весна, неся всепобеждающее дыхание тепла, идёт на смену царству холода. Сама планета разграничена на пояса холода и зноя, внося определённые ограничения и флоре, и фауне. Всё подчинено конам, кои вписаны в планетарный образ и не соблюдать их живой органике, значит поставить своё существование под вопрос. Значит, философское понятие «свобода» сформировалось у людей, как протестное чувство на те или иные ограничение природой, а потом, оно естественным образом, перешло в обиход мечтательной модели самой жизни людской цивилизации и каждого её индивидуума, обрастая «наростами потребностей». То есть, произнося раз за разом это слово, мы сами не понимаем его полного значения! А оно родилось в форме бессознательного восстания духовности наших далёких предков, противостоящих силам природы. Выходит, мы, появившись на этой планете и в этом мире, изначально объявили своё несогласие с действующими законами природы, планеты, мироздания и вынашиваем построение своего Эдема, не понимая, что к определённому, общему консенсусу нам не прийти никогда! Получается, общество людей больно «свободой», окончательную форму которой не определило само, так как находится в борьбе с самим собой уже не одно тысячелетие, превознося то одну, то другую модель и схему движения к ней… А ведь раньше было не так. До появления сообщества людей, «освободившихся» от мудрости родовых истоков, кои истекли с небес мудростью Кона, люди, в своём движении к уровню человека, знали, что Совесть рождается с Волей, в процессе ущемлении своих животных потребностей и пристрастий. И наши пращуры, называя себя «Вольными», имели ввиду вольный от любой кабалы (животной, душевной) Дух человека.

Вот так. Пусть каждый индивидуум найдёт ту свою грань постулатов разума и соразмерности запросов собственного Эго и придёт к гармонии и счастью, как можно меньше думая об ограничениях своей свободы. Свобода не Воля. Ведь до конца быть свободным от мироздания, от общества, от его законов и даже от себя — утопия… Приветствую Всех! Итак, начинаем…

Пролог

…Огонь распространялся с той же скорость, что и ветер. Деревья вспыхивали и жар, распространявшийся поверху крон, заставлял вспыхивать даже приземистую траву, иссушая её от лесной влаги до воспламенения… Вой языков пламени, что поглощал лес, не заглушил голос самого леса, который погибал, съедаемый этой неистовой стихией. Но, этот голос могли слышать немногие… В нём, за шорохом, треском и воем огненной ярости, прослушивалась мольба о помощи всех живых существ, обитающих в его гущах, включая и безголосых и невидимых глазу… Гармония, царствовавшая здесь века, была нарушена и поглощалась огнём…

…Из вспыхнувшей своей верхней кромкой опушки вырвалось небольшое стадо косуль. Они, перепрыгивая уже и здесь возникающие очаги возгорания травы и мелкого кустарника, пронеслись мимо фигуры человека, стоящей у самой кромки пожарища, среди нескольких огромных, вековых дубов. Он смотрел на бушующий огонь, который демонстрировал свою ярость и испепеляющую ненависть ко всему живому в этом лесу и его сердце разрывалось от боли, слушая мольбу, коя доходила до его сознания свозь дым и гарь, исходя от тех, кто сейчас погибал, в этом пекле…

— Мерлин! Пора уходить! Мы уже ничем не сможем помочь! Ничего не в силах сделать! Это уже не в наших силах! — Потянула его за длинный рукав белой хламиды, другая фигура, вышедшая из позади расположенных густых зарослей, — Надо уводить тех, кто смог вырваться из пламени! Наш лес уже не спасти!

В голосе говорившего звучали ноты отчаянья и безнадёжности. Но, человек, которого назвали Мерлином, не шелохнулся. Он продолжал смотреть на границу пламени и громко произнёс, через голову:

— Я жду его! Он один сможет спасти живые дубы! Я обратился к нему пять дней назад. Мне пока удаётся заставлять огонь обходить «живую» рощу. Я попытаюсь сдерживать его и дальше, Самхейн! А, Ты, уводи племя! Уводи в сторону голубого Аркона. Когда придёте, приготовьте всё для проведения ритуала!

Самхейн поднял взгляд на Мерлина. В его глазах, Мерлин разглядел пожар, бушующий перед ним. Разглядел, хоть и стоял к нему затылком. Он понял, эту способность дала ему Светлая Роща.

— Ты, веришь, что он успеет прибыть сюда?! — Голос Самхейна выдал удивление и растерянность, — Ты веришь, что ему удалось достичь уровня Светлооких?!

Мерлин, не оборачиваясь, затылком, внимательно вгляделся в Самхейна.

— А что тебя заставляет усомниться в этом? — спросил он, — На тебя тоже повлияли речи Мабона и Белфора?

Самхейн, обошёл Мерлина и выдал своим видом досаду услышанным вопросом. Мерлин прочитал в ней его метания.

— Веди племя, Самхейн! Я догоню вас! — твёрдо произнёс он.

— Но Белфор уже здесь! И с ним всё воинство, прибывшее невесть откуда! Это «тёмное» воинство с селеновой кожей, прибыло с одной целью — поработить всех! Тебе нельзя оставаться здесь одному!

Мерлин внимательно посмотрел на Самхейна и улыбнулся:

— Я не боюсь гибели, Самхейн! После неё я стану только могущественнее и приближусь, таким образом, к нашим Братьям в небесах! К тому же, я верю, что он всё же успеет. Ты слышишь, как завывает пламя? Оно ведь тоже спешит! И оно чует его приближение.

Самхейн прислушался… В этот момент, появилась ещё одно фигура человека. Она была одета в такую же длинную хламиду, как и оба собеседника.

— Помоги Имблоку, Самхейн! Детей слишком много! Кто-нибудь может отстать и его отрежет от вас огнём! — Мерлин показал на уводящую детей фигуру.

Самхейн, ещё раз взглянув на Мерлина, бросился вслед за Имблоком, окружённого детьми… Мерлин, проводил их «взглядом», пока они не скрылись за деревьями у него за спиной… Он вновь сконцентрировался на огне… Это было странное зрелище — человек, вперившийся своим тяжёлым, свинцовым взглядом в яростное пламя — шипящее и облизывавшееся огромными языками, кои хотели бы с великой яростью слизать и деревья, и фигуру, стоящую перед ними… Но, огонь, словно упёршись в невидимую, прозрачную стену, не мог преодолеть несколько высоких раскидистых дубов, под которыми стоял человек. Яростный вой пламени достиг своего пика. В нём звучало бессилие и ненависть, способная съесть заживо само пламя… Треск сгорающих деревьев, дым, пылающий жаром воздух, остановились у невидимой границы… И, вдруг, Мерлин, среди этого неистовства огня, увидел несколько теней… Они, нечёткими, расплывчатыми формами от искажения пылающего, задыхающегося дымом, воздуха, промелькнули под деревьями, только что, вспыхнувшими всполохами огня на своих верхушках крон…

«- Они здесь! И, похоже, тоже не боятся огня! Этого я не учёл! Я подумал, что они появятся здесь, только после выгорания всего живого! — Мерлин испытал дрожь, при мысли, что он в одиночестве, должен встретиться с ними, — Ну что же, пусть выходят! Не буду показывать им свою растерянность…»

Он повернул голову в сторону промелькнувших теней и, наконец, рассмотрел их, пытающихся прятаться за широкими стволами дубов.

— Не прячься, Мабон! Я заметил тебя! Выходи! — громко произнёс он, заглушив своим голосом рёв пламени.

Какое-то время «тени» стояли, замерев за деревьями… Потом, двинулись в распахнувшийся плащ сизого дыма, будто по приказу выползшего из огня… Дым, на какое-то время, спрятал их фигуры… Но вот из него появилась одна фигура… потом и другие… Фигура за фигурой, появлялись из серого дыма и Мерлин ужаснулся ростом и цветом «тёмного воинства» … «Занавесь» дыма открыла только с десяток тварей, видимо, охраняющих Мабона, остальные предпочли не выходить из неё.

— Мерлин! Ты всё же решил встать на нашем пути?! Но, что же, ты можешь, один, сделать в этом предприятии? Вы и твоя Светлая Роща, уже прошлое! Выбор у тебя невелик! Или ты, присоединяешься к нам, или… — Фигура произносившие эти слова, развела руками, — Вот он ваш Светлый лес! Горит и никто ему помочь не может! И не сможет спасти! Даже, Мерлин! А ты, служил ему своими обрядами! Вы все, считали его Высшим существом! А это существо не в силах даже защитить себя! Так зачем же ему поклоняться?! Не проще ли, заставить его служить нашим, общим целям?!

— Он такой же живой, как и ты, Мабон! Он не может себя защитить! Во время сотворения мира, не думали о появлении, таких как ты, Мабон и, поэтому, не дали ему такой возможности! Но он может помогать в другом — вдохновлять, оздоравливать, веселить… тебе этого не понять, Мабон! Не понять всех его возможностей! Не силься…

— Вот и я, о том же! Всё, что он может делать мне ненадобно! Мне надо другое! Пусть вдохновляет и оздоравливает, но считаться со мной на равных ступенях развития этого мира он не будет! Я не намерен считать его «братом» более! — Перебил Мерлина Мабон, — Мерлин, я думаю погибшему лесу надо принести жертву! Ты вполне подходишь на её роль! Убейте его!

Мабон повернулся к своему воинству, стоящему у него за спиной. Но те, взглянув на висящую над лесом, нечёткую за дымом, луну, стояли в нерешительности…

— Что иерархия не позволяет?! Ну, хорошо, я это сделаю сам! — Мабон поднял руку, которая странным образом светилась каким-то свечением вокруг его ладони.

— Лук мне! — крикнул он, протянув руку назад.

Ему подали тяжёлый лук. Мабон, той рукой, что светилась ореолом голубого свечения, вложил на тетиву стрелу и натянул лук…

Мерлин достал из-за полога длинной хламиды, широкий меч и выставил перед собой.

— Тогда скрестим мечи, Мабон! Положи лук! — спокойно произнёс он.

— Нет. — Коротко произнёс Мабон и выпустил стрелу.

Стрела, сорвавшись с места, запущенная жёсткой тетивой и упругим луком, полетела в грудь Мерлина, куда и метил Мабон. Она, в мгновение, преодолела расстояние отделяющую её и грудь Мерлина, но была сбита резким взмахом меча Мерлина. Её наконечник упал у ног того, в кого ею метили. Мабон посерел лицом:

— Я, что-то пропустил за время своего отсутствия?! Ты достиг другого шага посвящения?!

Он вложил в лук ещё одну стрелу и повернулся к тем, кто стоял у него за спиной.

— Где лучники Белфора? — крикнул он.

Из дыма появились фигуры людей с луками, точно такими же что и передали Мабону.

— Стреляйте вместе со мной! — Крикнул Мабон.

Через миг шесть луков нацелились в грудь стоящего Мерлина. Мгновение и все шесть стрел, толкаемые послушной тетивой, взяли разбег, имея одну цель — грудь, стоящего под раскидистыми дубами, человека. Самым последним выстрелил Мабон. Он просмотрел за полётом стрелы и видел, как Мерлин невероятным образом успел сбить три из них… Но следующая пронзила запястье Мерлина, и он от боли замер… И в этот момент, две последующих и та, что была выпущена Мабоном, вошли ему в грудь… Мерлин согнулся в поясе и упал на колени…

— Ну вот! И тайное посвящение светом не помогло! Хотя за этим дымом не видно ни света, бедному Мерлину, ни проказницы Селены, нашим прибывшим «друзьям»! Да и самих небес не видно! Видишь, как вы, все уязвимы?! Спрячь от вас небеса и свет, и вы уже на коленях, совершенно беспомощны! — Мабон, довольно улыбаясь, вытащил из-за пояса меч и направился к Мерлину.

…Он, медленно, обошёл его согнувшуюся, стоящую на коленях фигуру и, встав у него за спиной, торжествующе посмотрел на своё окружение, кое замерло на тех местах, на которых оно ожидало результата выстрелов из луков. Мабон улыбнулся и поднял над собой зловещий меч.

— Я, посвящаю эту жертву истинным Богам, кои открыли мне своё учение и позволили приумножить свои познания в нём! Примите, одного из самых твёрдых последователей Ваших врагов… — Мабон не договорил…

Резкий хлопок раздался прямо над ним и раздвинул в плотном дыму яркую трещину. В неё ворвалась огненная, извилистая дуга, коя спаялась с лезвием меча Мабона. В это же мгновение, дуга разделилась и, пустив такие же извилистые дуги — стрелы, поразила замершее «воинство» всесильного Мабона. Огромные слуги Мабона, согнулись и упали на дымящуюся траву… Остальные, что стояли чуть в стороне, со всех ног бросились в дым, ища спасение… Самого Мабона отбросило в сторону, а верхушку его меча оплавило… Вслед за этим, сразу же, раздался страшной силы раскат и на лес хлынул крупный, холодный дождь… Дождь пошёл такой силы, что, в считанные минуты, весь лес наполнился паром — туманом, а огонь, так бесновавшийся всё это время, сразу сник и ушёл вниз, как будто бы провалившись под землю…

Остались стоять только те, кто стрелял из луков вместе с Мабоном. Они не могли сдвинуться с места и чувствуя ужас, замерли, как будто ожидая появление кого-то… Того, кто смог навести на них безумный страх… Сизый дым, обволакивающий лес, сменился белёсым туманом… Шипение остужаемых дождём стволов деревьев, сменило треск, раздававшийся от их горения… В небе, яркими всполохами, мелькали узоры огненных стрел, высвечивая свои жертвы… Совсем неожиданно, снова раздался новый хлопок, а следом треск… Треск страшной силы! Но это был треск не похожий на первый. Будто бы, рядом, в плотном тумане, кто-то сломал ствол огромного дуба! А следом этого, раздался треск ломаемых сучьев под ногами каких-то существ… Сторонники Мабона, в ужасе втянули свои шеи в плечи и повернулись к раздающимся звукам, ожидая появления «невидимых» пока врагов, кои должны были появиться из-за всё ещё, уплотняющегося тумана… Звук ломаемых сучьев приближался… И вот, из леса вырвались несколько десятков оленей, а следом диких туров… Они, один за другим, пробегали мимо стоящих на опушке и лежащих на земле Мабона и Мерлина… Дождь, усилился настолько, что трава, не успевшая сгореть, стала выглядывать из под воды, только своей верхушкой… Новый хлопок над головой, совпал с раскатом грома и яркая вспышка, озарившая небо над Светлой Рощей, ослепила сторонников Мабона, кои несколько мгновений ничего не видели и не слышали… Но, моргнув несколько раз своими глазами и наведя ими на тело лежащего Мабона, они в ужасе увидели то, чего так опасались!

Над телом Мабона стоял человек… На нём был одет длинный балахон, обрамлённый по краям рукавов и самого подола замысловатым узором и отделкой, идущей по рукавам и плечам одеяния… На голове человека, вокруг лба, была подвязана яркая лента. Человек имел длинные волосы, светлого оттенка. Они свисали до плеч и касались такой же светлой бороды. Но определить его возраст было почему-то весьма трудно — густая борода скрывала черты. Человек посмотрел на Мерлина и Мабона, держа в руке посох странной формы. На его поясе висел меч…

В этот момент, Мабон пришёл в себя… Он, приподняв голову, посмотрел на человека и сразу стал отползать в сторону… На его лице горели смятение и животный страх…

— Богодар?! Ты… здесь?! — произнёс он в ужасе и растерянности, слога произносимые им, выдавали в нём дрожь, переданную языком и трясущейся челюстью, — Но как? Ты… ведь покинул… эти земли и обещал больше… не появляться здесь?!

Стоящий над Мерлином человек, немного повернулся к Мабону и увидел, что у того опалена спина и голова лишилась почти всех волос…

— Богодар?! — с удивлением в голосе, произнёс тот, к кому отнёс свой вопрос Мабон, — Да, когда-то люди называли меня так! Называли одну из моих сущностей! Нет! Теперь я, Триян! А ты, Мабон, вновь вернулся на сторону своих отцов Касты Кащеев?

Мабон ничего не ответил… Он, оказавшись в стороне настолько, чтобы считать себя в более-менее безопасности, медленно поднялся и стал пятиться к своим… Те, в это время, подняли перед собой луки, вновь метя ими, но уже в появившегося человека, назвавшегося Трияном… Но, яркая вспышка, разрубившая небо над ними, смешала все их планы. Двое из них упали замертво… Остальные выронили горящие луки… и бросились к Мабону, подхватывая его под руки и на бегу, поворачивая в туман, дабы скрыться в нём… Вскоре, они растворились в его плотных белёсых слоях…

Триян склонился над Мерлином и провёл ладонью над его лицом… Мерлин открыл глаза, но ничего не говорил.

— Наконечники стрел, обложены магическими заклятьями! Они готовились к этому! — произнёс Триян, покачав головой, — Ну да, ничего!

Он, что-то стал шептать и водить над грудью Мерлина своей рукой… Стрелы, странным образом, выпали из ран Мерлина. Триян, тут же, воткнул их все наконечниками в землю. После этого, он взял руку Мерлина и повторил тоже действие с запястьем, в котором торчала стрела. Эту стрелу он взял в руки и что-то громко сказав, сломал её над лицом Мерлина. После этого, он воткнул обломок с наконечником в землю…

— Ну вот, земля вытянет все заклятья! Она отправит их туда, откуда они вышли и высветит лик той, что изменила ей! Другой лик, останется для нас сокрыт на тысячелетия, ибо он сокрыл в себе зло! И будет он, стыдится взгляда Земли Мидгарда много времени, пряча на обратной стороне своё бесстыдство! Пока, предательство не сгорит в первозданном огне очищения! — Триян провёл рукой над телом Мерлина и тот обессилено вздохнул.

— Стрела пробила мне сердце! Почему я жив? — Прошептал он.

Триян улыбнулся и спокойным, ободряющим голосом произнёс:

— Нет. Она не задела сердце. Она прошла совсем рядом. И ушла в землю! Твоё время ещё не пришло, Мерлин. Ещё не истекло и его, теперь, ещё труднее укоротить, чем это возможно было сделать прежде! А время твоего рода и подавно! Ты и твои последователи по родству крови, ещё много сделаете для этой стороны Света, в наступающих тёмных временах!

Мерлин обвёл взглядом Светлую Рощу и посмотрев на Трияна, с благодарностью, заметил:

— Я верил в твой приход! И рад, что ты откликнулся!

В это время, над ними вновь раздался раскат грома, совпавший с яркой вспышкой и ливень, как из ведра, вновь хлынул на землю… Лес, уже давно потушенный, только выделял пары тумана, который стелился по низинам и балкам, скрывая полностью низкий кустарник… Но, иногда, он сносимый временно в сторону, выказывал в нём мелькающие «тени» тех, кто схоронился в нём… Только теперь, было заметно, что «теней» становится больше… они явно копили силу… Вот из него стали появляться новые силуэты… Но это уже были не те страшные и неизвестно откуда взявшиеся твари… Это были люди, облачённые в пластинчатые доспехи и тёмные плащи… Впереди появился высокий человек, в таких же тёмных доспехах в каком-то замысловатом шлеме, закрывающим полностью его лицо… он быстро приближался к дубам, где только что произошло описанное выше действие…

— …Ну, и где они?! Их уже нет?! Быстро!.. Очень быстро! — Произнёс он, оглядывая всё кругом и наблюдая, как из потушенного леса, все ещё продолжают выбегать спасённые звери и животные.

В разные стороны разбегались появившиеся откуда-то зайцы, а вслед за ними и косули…

— …А, чтобы ты, сделал с ним?! — спросил, с укором, появившийся следом из полос тумана, обгорелый Мабон. — У него посох Перуна! Называемый нашими жрецами посохом Тота. А он настроен против таких как мы!

Высокий человек молчал, раздумывая.

— Не пойму? Зачем он его сюда привёз? Для чего? Ведь тебя он не убил? Хотя мог… Не убил… за исключением вот этих… — Человек посмотрел на убитых, лежащих бесформенными комьями тварей, кои в агонии выпустили из лап страшной длины резцы, видимо заменяющие им пальцы, — Да… О! и вот этим не поздоровилось?! Это были мои стрелки! Молнии Перуна! Он был способен поразить всех вас! Да и нас?!

Высокая фигура перешагнула тех людей, кои попытались противостоять Трияну, метясь в него из своих луков.

— Вот именно, Белфор! — вставил Мабон, — Нам с ним не совладать! Кстати, он стал ещё могущественнее, и зовут его теперь — Трияном!

— Трияном?! — переспросил Белфор, — Тем, кто постиг смысл трёх жизней Ян! Да…

Оба замолчали, размышляя…

— По схеме этого мира, его могут убить только люди! Те, кто это сделает, потом, конечно, погибнет… Как, впрочем, и их рода… Таков закон… так поступали и Боги, воюя меж собой… — Вслух размышлял Белфор, — они рождали полубога-получеловека и тот совершал нужное им убийство… Потом, и он, и его род стирался с лица земли… Эта чёрная работа героев! Потом герой умрёт, но цель достигнута! Нам надо поступить также… Эта задача может быть займёт у нас века… Но, она решаема! А мы, всё время будем находиться в тени… В той, в коей находятся жрецы Пирамиды! В тех тёмных подвалах… Это наша задача… Управлять этим миром, до определённого момента!

— Какого? — спросил молчавший до этих пор, Мабон.

Белфор посмотрел на него с усмешкой.

— Этого не знает никто! Схема власти указана. Рычаги взаимодействия разбросаны. На все последующие вопросы, время даст ответы. Но для полной победы, нам надо искоренить всё то, что было до нашей цели! До нашего воцарения! Поэтому, надо всё же попытаться завладеть посохом с кристаллом! Но, мы не знаем, куда они отправились? Пока, не знаем! А, вот они, могут знать о нас всё! — Белфор с раздражением, посмотрел на выбегающих животных, — Разгоните всю эту живность! В том времени, когда я знавал Богодара, он уже имел способность понимать язык животных этого мира. Это его соглядатаи!

Многочисленные фигуры, разбежались по зарослям, выгоняя из кустов зайцев и косуль, волков и лис, притаившихся там или спрятавшихся в Роще, до которой не мог добраться пожар.

— Ты послал людей делать бесполезное дело, Белфор! — Едко произнёс Мабон, — Ты забыл про птиц!

Он повёл глазами по ветвям дуба, под которым они стояли.

Белфор поднял свой тяжёлый взгляд на дремучие ветви дубов, что висели над ними.

— Ты, прав! Невозможно учесть хитрость этого мира! Невозможно предугадать все тонкости нашей борьбы в этом поясе Мидгарда! А борьба только разрастается!

— На чьей стороне Боги? — тихо спросил Мабон.

Белфор удивлённо поднял на него свой взгляд.

— Какие? — спросил он, — О каких Богах, ты, спрашиваешь? Боги имеют свою цель! Да и их расы не могут поладить меж собой! Мы же, получив знания Богов, можем обойтись и без них! Мы сами вправе править этим миром! Для этого и распространила свою «руку» над поясом тепла Каста Пирамид! Теперь, пришло время и других поясов! Но, Светлоокие, увидев тогда это, оккупировали наш храм и поставили там своих стражей. Но они жители Сварги и Небес! Они забыли о подземельях, кои строила другая раса Богов! И она выступила тогда на нашей стороне, объединившись с Кастой Жрецов, и подарив нам часть своих знаний! Один из кристаллов в наших руках! Соберём то, что оставлено в этом мире и мы станем могущественнее всех! Мы уже сейчас способны видеть всё! Но, борьба только начинается… Богодар, прожил свою первую жизнь в народе, в поясе, куда не могли в своё время попасть Золотые Боги! Этот народ наследник другого, того кто стёр все прежние старания Золотых Богов. Народ этот окреп духом. Выветривание этого духа и есть наша задача! Борьба будет долгой… Начнём мы её именно с этой земли. Правда, я не ожидал здесь встретить того, кто вроде бы навсегда покинул этот мир?! Это самый могущественный из мудрецов этого народа. Обладающий знаниями этого мира, переданными от предка к предку. И он установил связь с Мерлином. Значит, наша первейшая задача развести эти учения и ценности, на которых построен их дух!

Белфор замолчал, но ненадолго.

— Нам надо попытаться завладеть посохом Тота! Это нам знак, раз он оказался на нашем пути! В своё время, в далёкой стране Пирамид, нам не удалось завладеть им. Он исчез в неизвестном направлении, исчез из нашего поля зрения! И вот удача!!! Мерлин, не понимая этого, выступил на нашей стороне, вызвав его себе на помощь! А тот откликнулся! — Белфор повернулся к одному из своих людей, — Отправьте соглядатаев! Надо узнать, где схоронилось племя Мерлина! Нам надо, чем-то накормить воинство, спущенное на Мидгард! И ещё, пусть узнают, планировал ли Мерлин, провести какой-нибудь обряд? Если так, то там будет и Триян!

Мабон молчал, размышляя. Потом, приблизился к Белфору.

— А может нами играют Золотые Боги? Ведь подумай, можем ли мы вести свою игру, находясь на несколько стадий ниже их в своём развитии? Может, нами играют те Боги, кои в своё время построили Пирамиды?

Белфор повернулся к Мабону.

— Я смотрел в грядущее, Мабон! Я дал тебе кристалл Селены, чтобы ты управлял её сынами! И Триян мог забрать его! Но он не сделал этого?! Не сделал. Это полностью совпало с виденным мной! Они не хотят добиваться победы не их инструментами! Это означает, что больше войны меж Богами в этом мире не будет! Будет борьба за души и приверженность людских масс к тем или иным ценностям, кои будут служить или нам, или их ценностям! Мы должны заявить о себе, как отдельная сторона. Кто из нас преуспеет в этом, тот и победит! Это закон мироздания. Что не запрещено, то разрешено! Им запрещено применять здесь своё оружие. Ты разве не заметил этого? Для чего Боги Тьмы, спустили нам свою помощь?! — Белфор ещё раз окинул распластавшиеся тела, — Они предпочитают действовать не своими руками. Тоже самое будем делать, и мы! Действовать их же методами. Кто кого переиграет — покажет время. Но, по промыслу Мироздания — мы свободны в своём выборе! Воспользуемся же этим! — Закончил Белфор.

— Но, нам не удалось пройти все иерархии посвящения, хоть мы так долго к этому стремились, делая вид принятия их ценностей? Как мы сможем бороться с этим народом?

— Ты и в этом прав! — согласился Белфор, — Не прошли! Это оказалось очень долгим путём! И хитросплетённой дорогой испытаний! Дорогой тысячелетий! А у нас времени не так много! Золотые Боги говорили о семи, восьми тысячелетиях! Потом, снова полоса Света вернётся на Мидгард! И эта роща вновь станет Светлой! — Белфор с яростью огляделся, — Да и Золотые Боги не сидят на месте! Они действуют! Поэтому, нам упускать время никак нельзя! И не забывай о цивилизации, коя живёт в недрах этого мира! Она развивается!

— Но неужели мы, способны победить и Богов, и духовных Мудрецов? — в голосе Мабона, звучало сомнение.

Белфор прочитал в его словах нерешительность.

— Ты, только что, пытался убить одного из Магов! И почти преуспел в этом! — произнёс Белфор, — И не боялся, что тень Мага будет мстить тебе!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 241
печатная A5
от 701