электронная
200
печатная A5
457
18+
Робот, Робот-2

Бесплатный фрагмент - Робот, Робот-2

Объем:
120 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0051-6634-0
электронная
от 200
печатная A5
от 457

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Робот

Мой роман написан о будущем. Но на самом деле он образный. Я часто наблюдаю за тем, что происходит здесь и сейчас и усугубляя картину, пишу о том, что возможно будет, если каждый из нас не изменится изнутри. Робот — это не просто какая-то машина, не реальная материя. Часто мы встречаем роботов среди людей и сейчас. Это люди с каменными сердцами. Не редко такие люди есть и среди верующих, которые живут по предписаниям Библии, но не понимают суть заповеди о любви и подвижном сердце. Так же этот роман о тех людях, которые загнаны в рабство собственным малодушием. Среди нас есть множество рабов, которые смирились с тем, что государство лишило нас возможности жить человеческой жизнью. В мире множество несправедливостей, с которыми мы должны бороться и не быть рабами-роботами. Будущее уже наступило и оно в руках каждого из нас.

Е. Саженцева

Часть 1

Глава 1

Шел 3000 год от Рождества Христова. На земле существовало два вида людей: биороботы — искусственно выведенный вид человека и обычные люди. Они обладали не равными правами. Одни служили в качестве рабов, другие были их хозяевами и элитой. Считалось, что у биоробота нет чувств и души, поэтому с ними можно было обращаться, как вздумается хозяину. Впрочем, и отпустить биоробота на свободу теоретически было возможно, но практически этого никто не делал и никто не знал, чем обернется эта свобода для самого робота, что он будет с ней делать, запрограммированный только на какие-то задачи, и для остальных людей.

Внешне робот ничем не отличался от человека, у него даже был репродуктивный орган, но он им не пользовался и в программе не было пункта о самопроизвольном размножении, это контролировалось на заводах. У каждого была программа, в разрез которой никто не шел.

Можно так сказать, что робот был идеальным человеком без недостатков.

Анджела купила своего робота «Б.У», на оптовом рынке, она не знала кому он принадлежал раньше, но продавец уверил, что никаких сбоев в нем нет. К роботу прилагалась инструкция. Каждый робот имел свою квалификацию. Одни служили человеку по домашнему хозяйству, другие делали вместо людей сложную работу на предприятиях, были и такие, которые созданы скрашивать одиночество пожилым людям, инвалидам или просто одиноким. У них была заложена программа на поддержание диалога.

Анджела была очень одинокой девушкой. Недавно ее бросил парень и она разочаровалась в любви. Но сидеть вечерами одной в квартире ей не хотелось, поэтому она купила робота-собеседника.

Каждый робот был заморожен до определенной температуры тела, хранился в особой капсуле до того момента, когда человек его включит. Включение робота и было его рождением. А создание робота было засекречено. Ходили слухи, что все биороботы — это мертвецы, которые при жизни написали завещание о том, чтобы их тела замораживали. Если бы эти слухи подтвердились, то человечество могло бы признать себя преступниками против воли других людей. Ведь никому бы не хотелось проснуться спустя столетие, когда тебя удалось воскресить и стать рабом для других, только потому что им удалось изобрести новую технологию управления мозгом. Но это были лишь слухи. И по сути всех устраивало наличие роботов в мире, они были удобны.

Анджела поместила своего робота в капсуле в багажник и поехала на машине домой. Дома, раскрыв упаковку-капсулу, ахнула. Конечно, в инструкции было фото робота, но до сих пор она не знала, что он именно такой: идеальный, мужчина ее мечты. Голубоглазый, мускулистый, с белыми и кудрявыми волосами.

Анджела не любила читать инструкции, поэтому мельком пробежала взглядом, ей не терпелось разморозить робота, а для этого нужно было нажать на кнопку и привести температуру тела в подобающий для жизни вид. Это было его начало жизни.

Сердце робота заколотилось и он, ранее замороженный, стал оттаивать и шевелиться.

Глава 2

Первые слова, которые произнес робот были: «Здравствуйте, мисс. Меня зовут Z-151, Вы можете дать мне другое имя при желании. Я готов служить Вам, выполнять любые приказы, предписанные в инструкции, а так же загрузить в меня новую модель поведения через книги, когда Вам будет скучно, я буду развлекать Вас в силу своих возможностей, но увы, я должен предупредить Вас, что не смогу стать Вам полноценным другом или женихом, т.к. у меня нет таких возможностей и программ».

Анджела рассердилась на робота, ей не хотелось так сходу слышать, что этот робот не годится на полноценного друга, ведь именно этого ей и было нужно, впрочем, она и сама понимала, что в робота нельзя влюбляться.

— Не говори мне, что не можешь стать другом. Мне и без того было грустно и я бы не купила тебя, если б у меня были друзья, — Анджела бросила гневный взгляд на робота, затем она смягчилась и добавила, — ну что ж, приятно познакомиться, Z-151, а меня зовут Анджела, тебе же я дам имя попроще, ты для меня не просто цифры, которые тебе дали на заводе, я буду звать тебя Джордж и давай сразу перейдем на ты.

— Простите мисс, я больше не буду Вам говорить, что не смогу быть для Вас другом, даже если бы этого хотел, но я должен был хотя бы раз предупредить об этом вначале. Я не умею любить. Я лишь умею подчиняться и еще я боюсь людей, ведь мой предыдущий хозяин выключил меня и снова заморозил в капсуле, словно в холодильнике. Я должен признаться, что повинуюсь из-за страха. А любовь и страх не могут быть вместе. И еще простите, Анджела, но я не смогу перейти на ты, потому что в моей программе это заложено как уважение к собеседнику. Так повелевает мне программа.

— Какой глупый робот! — рассердилась опять Анджела — Болтаешь одни неприятные вещи. Лучше бы сказал мне какой-нибудь комплимент.

— Вы имеете право предоставить мне в качестве культурного шаблона какую-нибудь книгу, чтобы я отвечал Вам в том стиле, который Вам нравится. Это может быть любая книга из всемирной библиотеки, я скопирую поведение героев и, надеюсь больше не буду Вас расстраивать, простите.


Анджела не долго думая, взяла с книжной полки Библию, решив, что в этой книге робот найдет понятия о любви и дружбе, а так же вере. И это было ее большой ошибкой, т. к. Библия не приносит пользы, если ее читать одним умом без сердца, тогда это становится лишь сводом законов, не всегда уместных в жизни. И если верить слухам о том, что роботов изготавливали из замороженных трупов когда-то живых людей, значит его душа и правда была давно с Богом, а то, что осталось не имело свободы воли и сердечности. Если даже ученым удалось оживить тело, то над душой они не имели власти, — чтоб вернуть ее обратно, впрочем, тем, кто продавал роботов душа и не имела значения, т.к. им было важнее задать программу действия, по которой бы робот выполнял конкретные задания и поручения.

Анджела протянула Джорджу Библию и тот принялся мгновенно ее читать. Джордж читал молниеносно и через 15 минут это уже был готовый праведник, только без души, как это было принять считать среди людей и это было оправдание для их совести, т.к. они поступали с роботами порой хуже, чем с животными.

«Я перезагружен и готов служить Вам по новой программе», — сказал Джордж. Анджела испытующе посмотрела на него, затем сказала: «Я тебя люблю, Джордж! А ты любишь меня? Ведь в Библии сказано, чтобы все любили друг друга». Анджела надеялась, что Джордж тут же ответит ей взаимностью.

— Любовь познается через дела. Я готов делать для Вас добрые дела. Жду Ваших приказаний, — сказал Джордж и вновь вызвал гнев своей хозяйки.

— Библия совсем ничему тебя не научила! Мог бы сказать это мне для поднятия настроения! — Анджела была в бешенстве от ответа, а вот робот стоял спокойно как монумент из бронзы и не понимал от чего хозяйка приходит в негодование. Его одолел страх, что сейчас Анджела его выключит.

— Простите пожалуйста, — сказал Джордж, — не выключайте только.

Но Анджела не стала выключать робота, она вдруг вспомнила своего бывшего парня и все то зло, которое он ей причинил, она взглянула роботу в глаза. Его голубые глаза не отражали ненависти к ней, впрочем, там не было и любви. Они были пустые и подавленные.

— Быть может ты прав. Любовь можно познать только через дела. И какие бы слова тебе не говорили, если при этом человек поступает с тобой плохо, то он тебя не любит. Мой бывший очень плохо со мной обращался, хотя говорил мне, что любит меня.

— Сочувствую, — произнес Джордж.

Глава 3

Робот и Анджела стояли и смотрели друг другу в глаза. Анджеле хотелось выговориться и ее новое приобретение как раз годилось на то, чтобы согревать сердце в одиночестве, но все-таки робот не обладал свободой воли и все его слова казались искусственными, шаблонными и со страхом к хозяину.

— Мой парень был очень плохим человеком, но я этого почему-то никогда не замечала, я любила его и прощала все недостатки, но невозможно постоянно терпеть, когда о тебя вытирают ноги, — поделилась Анджела своей горькой историей.

— Сочувствую. Понимаю.

И когда мы уже расстались и я попыталась забыть о нем, он умудрился и в этот момент причинить мне максимум боли. Он женился спустя месяц после нашего расставания. Устроил шикарную свадьбу. А я всегда мечтала выйти замуж.

— Сочувствую, — повторял робот Джордж.

— Что ты все заладил: «Сочувствую, сочувствую»! Есть ли у тебя чувства, чтобы сочувствовать?! — снова рассердилась Анджела.

— Я и сам не знаю, есть у меня чувства или нет. Я мало о себе знаю. Простите. Но иногда мне страшно и больно.

Наконец, Анджела улыбнулась и ее сердце смягчилось. Она поняла, что быть может этот робот не так уж и плох. Ее парень постоянно причинял ей боль, а робот по-крайней мере вежлив и не способен на грубости.

Вечером Анджела показала роботу его комнату и место, где он может отдыхать и спать. Там было множество книг для того, чтобы он мог изучать культуру поведения людей в обществе.

Ночью Джордж спал, как и все люди, его биологическое строение было очень похоже на человеческое, но у роботов не было никаких прав и поэтому с ними обращались как с рабами или с животными. Для Анджелы он тоже стал почти рабом, хотя она очень желала, чтобы он стал ее другом. Но робот ничего не умел, кроме как подчиняться воле хозяйки.

В 3000 году людям не требовалось ходить на работу, потому что роботы заменили весь тяжелый труд. Люди выполняли лишь умственный труд и Анджела в том числе. Большую часть времени она проводила дома. И робот скрашивал одиночество и скуку Анджелы в пустом доме, где так трудно было спрятаться от себя.

Прошла неделя с тех пор, как робот жил в доме Анджелы. Она привыкла к его заботе, он говорил с ней всегда вежливо и она тоже была с ним ласкова. Утром он заваривал ей кофе, приносил завтрак в постель. Днем Анджела работала. Она сочиняла книги: романы, повести, статьи и миниатюры. Анджела любила читать и поэтому в ее доме была целая библиотека. Вечерами они садились вместе на диване и робот читал вслух Анджеле то, что она просила. Иногда это были стихи Сергея Есенина, порою — наставления святых отцов, или классическую литературу, такую как Достоевского, Ремарка. Она говорила, чтобы робот читал неспешно, хотя он мог поглощать книги за пару минут. За одну неделю они прочитали всю «Войну и Мир» Толстого. Анджела сама того не ведая, начинала влюбляться в Джорджа, но его чувства к ней были каменными и кажется, что он и вовсе не умел любить, как и было написано в его инструкции по применению. Комплименты робот тоже так и не научился делать, но зато никогда не грубил, тем не менее Анджела почему-то постоянно на него обижалась и сердилась, на что робот повторял: «Простите, простите».

Анджела была очень хороша собой: стройная фигура, грудь третьего размера, большие карие глаза, длинные русые волосы и утонченные черты лица. Не смотря на свою красоту, она редко слышала в свой адрес приятные слова, в жизни ей чаще попадались критиканы. И быть может поэтому она так нуждалась в нежности, в комплиментах, в доброте и ласке.

Во всем мире существовало порядка пяти миллиардов роботов человеческого вида и почти в каждом доме было по одному или два робота. Чаще всего роботов эксплуатировали, нередко били, а иногда и просто выбрасывали на помойку, предварительно заморозив обратно в капсулу. Ни о каком восстании роботов речи быть не могло, потому что заложенные в робота программы были рассчитаны на подавление какой-либо агрессии. Роботы не умели злиться или отстаивать свои права. У них был большой страх к человеку, как к существу высшему по уровню жизни, социальному статусу.

Люди в основном жили размеренно и даже скучно, потому что у них отсутствовал физический труд, поэтому существовало множество фирм, которые предоставляли экстремальные виды развлечений. Люди были готовы платить целые состояния по сути говоря за то, чтобы их подвергли искусственному риску для их здоровья, ставив на край жизни, перед глазами самой смерти. Кто-то продавал свой дом, чтобы отправиться на край Вселенной без возможности вернуться обратно. Кто-то долетал до ближайшей планеты с недостаточным количеством кислорода в скафандре. Все это делалось с одной лишь целью — почувствовать остроту жизни, потому что людям все приелось от достатка. На тот момент космос был доступен любому человеку и многие летали на выходные на экскурсии или экстремальные путевки.

Глава 4

— Я хочу сегодня кое-что показать тебе, — сказала Анджела роботу вечером.

— А мы разве не будем читать сегодня книги? — удивился робот Джордж.

— Нет, я хочу, чтобы ты поднялся со мной на крышу. Ты когда-нибудь смотрел на звезды?

— Предыдущий хозяин давал много работы, у меня не было времени смотреть на звезды.

— Вот поэтому я хочу тебе их показать. Знаешь, я часто думаю, что вдруг эти слухи про прошлую жизнь робота правда и ты когда-то был человеком, возможно какие-то ассоциации напомнят тебе это. К примеру, звезды или еще что-то. Поцелуй девушки, дождь, море, — мечтательно произнесла Анджела.

— Я не знаю, если это так, то мне начисто стерли память. Все, что я помню — это моя жизнь со старым хозяином. И он меня частенько бил и плохо со мной обращался.

— Бедняжка, Джордж. Я бы хотела показать тебе все краски жизни, чтобы ты почувствовал ее на вкус, а не просто был каким-то прислугой.

Джордж подошел к окну и взглянул, как садится солнце.

— Это невозможно. Мне никогда не стать нормальным человеком. И этого нет в моих программах. Я не умею радоваться. И плакать тоже, — Джордж виновато посмотрел на Анджелу. Он боялся сказать ей лишнего и знал, что все время говорит что-то невпопад и часто вызывает этим гнев.

— Пошли, Джордж, солнце уже село, — сказала ласково Анджела и взяла робота за руку.

Они вышли из дома и начали подниматься по ступенькам лестничной клетки на последний этаж. Анджела держала за руку Джорджа и чувствовала тепло его рук, ей казалось, что она имеет силу, которая способна подарить Джорджу настоящую жизнь, она хотела разморозить его ледяное сердце. И она думала, что он не просто робот, а человек, которого запрограммировали на определенные действия, но любовь способна на чудеса.

— Вот мы и пришли, — прошептала Анджела, — как тебе вид?

— Это очень хорошо.

— Это прекрасно и превосходно! Где твои эмоции, мой мальчик? — Анджела покружилась и сделала взмах руками, будто у нее есть крылья и она может взлететь.

— Вы можете упасть. Осторожно, — Джордж притянул девушку к себе, чтобы та не упала кружась на краю крыши.

— Что ты чувствуешь? — сказала Анджела в объятиях Джорджа.

— Ничего. Просто я не хочу, чтобы Вы упали.

— Глупец! Разве ты не чувствуешь мое тело? Оно тебе нравится?

— Я не могу этого сказать. Нет такой программы.

Анджела высвободилась и отошла от Джорджа. Теперь она снова была недовольна.

— Посмотри лучше на созвездие Ориона! Как красиво! — Анджела сменила гнев на милость.

— Да, созвездия — это очень хороший вид с планеты Земля. Я бы хотел побывать в космосе.

— Мы можем это устроить когда-нибудь! Я куплю билеты.

Анджела взяла Джорджа за руку и они спустились вниз.

— Я еще не хочу домой, — произнесла девушка и потянула Джорджа на улицу.

— Мы пойдем гулять в столь поздний час? А если на нас нападут?

— Тогда ты защитишь меня.

— Не знаю. Но лучше нам вернуться домой.

Анджела не послушала робота и они пошли вдоль улицы. В городе было множество огней, ночью все освещалось рекламой и фонарями, но это было опасное время. Вдруг пошел дождь и Анджела подняла голову к небу, закрыв глаза, купаясь как под душем. Она смеялась и радовалась.

— Вы можете простудиться, нам надо вернуться домой, — твердил Джордж.

— Как же ты зануда. Лучше повторяй за мной. Закрой глаза и запрокинь голову.

— Хорошо. Но дождь мокрый и это неприятно.

— Это весело, Джордж! Ну же!

Джордж повторил за Анджелой. На его лице появилось нечто вроде улыбки, но не похожее на радость. Неожиданно за поворотом улицы выбежал человек в черной маске. Он подбежал к Анджеле и попытался выхватить у нее сумочку. Анджела стала кричать и не отпускала свою сумку. Джордж открыл глаза и молча наблюдал за тем, как Анджела отбивается. Преступник ударил Анджелу в живот, она от удара скрючилась и осталась в положении сидя на асфальте. Преступник сбежал.

Джордж подошел к Анджеле и помог ей встать.

— Я говорил, что это плохая идея. Теперь мы можем идти в дом? — сказал назидательно робот.

— Дурак! Почему ты стоял как вкопанный и не вмазал этому негодяю? — Анджела привстала и они медленно пошли домой.

— Я не должен причинять вред людям. И тем более, что Библия это запрещает.

— В такие минуты не надо ни о чем думать, надо действовать и помогать ближнему? Разве не этому учит Библия?

— Нет, Библия учит, что ударившему тебя по одной щеке, надо подставить другую.

— О, Боже! Бог не мог расписать каждый случай из жизни! Иногда надо поступать не так, как где-то написано или как велит программа, понятно?

— Нет, извините, не понятно. Я поступаю хорошо.

— Очень и очень плохо, Джордж. Библия ничему тебя не научила. А ведь это хорошая книга, по-крайней мере я так думала. И она меня научила тому, что иногда надо идти не по предписаниям закона, а по велению сердца. Так поступал Христос, когда воплотился. Но проблема в том, что у тебя нет сердца.

— Да, увы, простите.

Анжела добралась до дома и легла на кровать. Джордж укрыл ее одеялом.

— Вам что-то еще нужно? Быть может горячего чая? Вы могли простудиться.

— Нет, Джордж. Оставь меня одну. Ты сегодня меня расстроил уже который раз.

— Слушаюсь, Анджела. Доброй ночи.

— Доброй ночи, Джордж.

Анджела уснула и Джордж пошел к себе в комнату. Он долго еще стоял у окна и смотрел на звезды, но так ничего и не вспомнил. Джордж думал: «Наверно у меня не было никакой прошлой жизни и я просто робот, который должен служить людям. Но зато я могу делать добрые дела для своих хозяев и быть может попаду в какой-нибудь рай для роботов». Затем он лег в кровать и тоже уснул.

Глава 5

Когда Анджела проснулась, перед ней стоял Джордж и в руках его как всегда был столик для завтрака в постели, а на нем: свежевыжатый сок, булочки, яичница.

— Доброе утро, Анджела! Как Вам спалось?

— Отойди, Джордж, — Анджела вспомнила, как вчера робот проявил малодушие, если так можно выразиться по отношению к роботу и ей стало противно от всех его знаков внимания сейчас. Она встала и пошла к компьютеру. Джордж уже собирался уйти, как она попросила, но затем Анджела его остановила, — Хотя нет, постой, — она взяла в руки фотоаппарат и сфотографировала Джорджа, — теперь готово, — сказала она.

Джордж стоял в недоумении и не знал, что делать с завтраком, он так и остался в его руках.

Анджела загрузила фото в интернет и через поисковик стала искать подобные изображения. Вдруг глаза Анджелы заблестели.

— Я нашла! Смотри, Джордж!

— Что Вы нашли, мисс?

— Тебя, глупенький! Поставь уже наконец этот завтрак куда-нибудь и сядь рядом со мной. Взгляни на это фото! Это же твоя страница на фейсбуке до того, как ты стал роботом. Ты человек!

— Этого не может быть, — сказал Джордж, но тем не менее стал внимательно рассматривать страницу.

— Смотри, вот ты на какой-то научной конференции, а вот на пляже. Здесь ты с милой собачкой. Только вот почему-то нет ни одного фото с семьей. Наверно, ты был одинок. Но здесь есть несколько друзей. Я могу связаться с кем-то из них. Правда, все они сейчас «оффлайн».

— Не сможете, мисс. Взгляните на дату рождения этого человека и его друзей. Все они родились примерно в двухтысячные годы и с тех пор прошло тысячу лет. Они умерли.

— Но у него наверняка есть родственники! И теперь мы знаем его, то есть твое имя! Тебя зовут Роберт!

— Мисс Анджела, прошу прощения, но взгляните на последнюю запись на стене этой страницы: «Сегодня 3 июля 2030 года. Я все хорошо обдумал и решил посвятить свое тело науке для развития новых технологий. Я давно мечтал о том, чтобы сделать свой вклад в будущее и теперь хочу добровольно умереть, чтобы воскреснуть когда-нибудь. Я осознаю все риски. Но мне нечего терять. Пускай мое тело послужит науке на пользу. Я завещаю его организации «Бальзамирование и заморозка тел».

— Ты был ученым или научным журналистом. Тут так много про науку!

— Мисс, кажется Вы не до конца осознали, что здесь написано. Если я завещал свое тело, значит оно и правда мне больше не принадлежит и с ним имели право поступить как хотели, я не имею прав на земле теперь. Если конечно это и правда я, а не мой двойник.

— Но если бы ты мог вспомнить свой пароль от этой страницы! Мы бы могли узнать что-то побольше! А вдруг эту запись кто-то подделал? Я в это не верю.

— Теперь это уже не имеет значения. Я все равно не смогу стать полноценным человеком, мисс Анджела. Быть может Вы все-таки позавтракаете? Вам нужно восстановить силы после вчерашнего инцидента. Вы с вечера ничего не ели.

— О, Боже! — Вскипела Анджела — Я только что нашла его настоящее имя, а он думает о завтраках! Ты и правда какой-то бессердечный робот!

— Я и не отрицаю того, что я — робот, мисс Анджела. Простите, я снова Вас обидел чем-то. Почему Вы злитесь?

— Нет, ты должен отрицать! И должен искать правду в этом несправедливом мире! — Анджела бросила гневный взгляд на робота, и казалось, что сейчас его испепелит глазами, затем ушла на кухню.

Глава 6

Анджела на кухне стала тихонько плакать. Робот снова притащил ей завтрак.

— Человек женского рода очень ранимый. И никогда не знаешь, от чего он может расстроиться, но может если Вы покушаете, то Вам станет легче, — сказал робот.

— Сам кушай свой завтрак! Робот среднего рода! — вспылила Анджела и перестала реветь. — Я сама сделаю себе покушать.

— Слушаюсь, мисс Анджела.

Анджела налила себе кофе и сделала бутерброд. Робот посчитал ее слова приказом и принялся есть. Анджела села рядом и тоже кушала.

— Приятного аппетита, Анджела, — вежливо произнес робот. Он был невозмутим и никогда не отвечал агрессией на вспыльчивую хозяйку.

— Знаешь, с этих пор я буду звать тебя Роберт, потому что это твое настоящее имя. И никакой ты не средний род. Это я от обиды сказала. Ты очень красивый мужчина, — Анджела доела бутерброд и пристально вглядывалась в робота, а он продолжал кушать, — я бы даже сказала, что ты лучший из всех мужчин, которых я знала. И еще, — Анджела сделала паузу и взяла робота за руку, а тот перестал жевать, — я докопаюсь до истины, даже если тебе до этого нет дела.

— Спасибо, Анджела, но я думаю, уже ничего невозможно изменить. Надо смириться. К тому же я ничего не помню. Может это и не я был на фото, а кто-то похожий.

— Смириться? — Анджела отодвинула руку и снова вскипела. — Это опять Библия тебя этому научила? Смирение не всегда уместно! Мы бы даже могли судиться с этой фирмой и заводом, с теми, кто вшил в тебя чип с программами, лишив свободы воли. Это все бесчеловечно и противозаконно! Торговать живыми людьми!

— Поправка. Уже не живыми людьми, а мертвым телом, замороженным для науки. И если я оставил завещание, значит все законно. Они имели право на это. Все нормально.

— Да? Тебе все нормально? Знаешь, я не буду ничего делать, если это только мне все одной надо.

— Люди женского рода очень противоречивы. Только что Вы говорили, что будете искать правду, даже если мне до этого не будет дела. Впрочем, я приму Ваше любое решение. И я готов дальше служить Вам, — робот в этот момент взял грязную посуду и пошел мыть ее.

— Зато ты очень логичный, — крикнула Анджела роботу вдогонку, — и это меня раздражает, — робот был невозмутим.

После того, как Роберт домыл посуду, он вернулся к Анджеле. Она снова плакала.

— Я не делаю ничего никому плохого. В чем я опять виноват и чем Вас расстроил?

— Вчера ты бы мог защитить меня!

— Нет, не мог.

— Мог бы, Роберт! Если бы захотел только. Посмотри на себя в зеркало! Какой ты сильный, мускулистый! Ты бы этого преступника мог одним пальцем отбросить от меня, но стоял как вкопанный.

— Я хотел, но не мог. У меня есть четкие рамки, за которые я не могу переступить. И программы, по которым я имею право действовать. И та книга, которую Вы мне дали в первый день, она тоже учит не ударять никого, не мстить.

— Иногда надо ломать эти рамки, чтобы стать человеком.

— Это невозможно.

— Ты бы хотел иметь семью, Роберт, — Анджела вытерла слезы и была максимально близко к Роберту, — ты бы хотел жениться?

— Да, но не могу. У меня никогда не будет детей и жены.

— Я тебе нравлюсь хоть немного? Я бы могла стать твоей женой.

— Робот не может жениться на человеке.

— А если мы восстановим справедливость? Если отыщем твои документы из прошлого? А до этого ты бы мог быть моим парнем. Мы бы даже могли попробовать заняться сексом. Я то ведь знаю, что ты человек. Какое нам дело до мнения других? — Анджела нежно провела рукой по щеке Роберта, он отшатнулся от нее, словно она была адом или Сатаной.

— В Библии сказано, что это грех, без свадьбы. И программа моя не включает этого.

— Зря я дала тебе Библию! Сделала тебя занудой сама же. Я думала эта книга научит тебя любить.

— Она этому и учит.

— Не знаю. Там много хорошего, конечно, но если воспринимать все не буквально, а иносказательно, там много образов и таких смыслов, до которых надо доходить сердцем. Но лучше бы я дала тебе Ремарка как шаблон для действий.

— Увы, но именно первая книга закладывает все основы для дальнейшего поведения робота.

— Так значит, я не нравлюсь тебе как женщина? Ты можешь хотя бы называть меня как-то ласково? Мне будет очень приятно и мне этого очень не хватает. Этого же не запрещает Библия?

— Я могу называть Вас сестра.

— Нет, только не сестра! — Анджела вскинула руки вверх. Ей хотелось броситься на робота с кулаками и ее раздражало, что он такой спокойный.

— Простите, я опять сказал что-то не так.

— Ну, скажи хотя бы как тебе моя фигура? Скажи хоть один комплимент мне, как девушке? Это так сложно?

— Ваша фигура соответствует росту и пропорциональна весу. И еще я должен заметить, что изначально предупреждал Вас в своей скупости на проявления любви. Я никогда не обманывал Вас. И наверно не виноват ни в чем.

— Виноват. Это разве комплимент?

— Простите, опять сказал не то.

— Ты всегда говоришь не то.

— То есть я плохой?

— Нет, ты слишком хороший! Если б в тебе был хотя бы один недостаток, то было бы лучше. Но ты идеальный. Но все-таки у тебя есть грех.

— Какой?

— Грех гордости. Невозможно быть таким идеальным и не гордым.

— Я не гордый.

— Первый признак гордости — это не желание признавать себя гордым.


После этого робот подошел к стене и стал биться об нее головой. Его программа дала какой-то сбой и он не понимал, что нужно говорить и как действовать, а сердце молчало.


— Остановись! Что ты делаешь? — кричала Анджела, а робот продолжал биться о стену.

— Я делаю все, чтобы Вы были довольны мною! Я делал все, как предписывала программа! Но Вы все время меня ругаете! Я не знаю, что я должен делать, чтобы быть хорошим, — Роберт остановился и умоляюще посмотрел на Анджелу. Он боялся, что теперь уж точно она его выключит и отправит продавцу.

— Быть хорошим — это не главное. Надо быть собой.

— Но я не знаю, кто я.

— Ты Роберт! Ты человек! Нужно чувствовать сердцем, как надо поступать и что говорить. У тебя же есть сердце! Вот оно, — Анджела приложила ладонь к его груди, — я слышу как оно бьется, поцелуй меня, — попросила она.

— Этого нет в программе.

— Вот опять! Программа! Какой же ты зануда.

Анджела взяла руками лицо Роберта и притянула к себе, затем сама поцеловала его в губы.

— Тебе понравилось, Роберт, — спросила она, когда закончила целовать.

— Теперь я буду в аду? — сказал растерянный Роберт.

— О, Боже! Ты лучше не нашел слов, кроме этих? У тебя и правда нет ни сердца, ни души, вместо них какой-то моторчик. И как человек без души попадет в ад или рай? Он просто умирает.

— Никто не знает, есть у робота душа или нет.

— Ну, у тебя уж точно ее нет. Я добиваюсь от тебя хотя бы пару добрых слов, а ты всегда говоришь с холодом и об аде.

— А разве это не хорошие слова: доброе утро, доброй ночи, пожалуйста, простите, сочувствую?

— Нет! И еще раз нет! Ты не понимаешь.

— Да я и правда не понимаю, что Вам нужно.

— Мне нужно, чтобы ты стал человеком, обычным мужчиной.

— Таким, как был Ваш бывший парень?

— Нет, уж точно не таким подонком.


Анджела задумалась: «А что если он станет обычным мужчиной и будет такой же сволочью, как и все? Зачем я пытаюсь сделать его хуже, чем он есть? Это же ангел, почти ребенок. Может вовсе оставить эту идею? Пусть он и дальше будет роботом, если ему так это нравится. Он не хочет ничего чувствовать или не может. Он не хочет свободы. Или не может быть свободным?».


— Простите, я никогда не смогу стать Вашим мужем. Мужчиной. Вы говорили, чтобы я больше не произносил этого. Но я еще раз сказал. Только пожалуйста, не замораживайте меня в эту капсулу из которой достали. Я готов делать для Вас все, что хотите, но не могу быть парнем, увы.

— Я разморозила тебя из этой капсулы, ты был куском льда и я разморожу твое сердце! И постараюсь сделать из тебя мужчину, — Анджела была неотступна, — тебе просто нужно побольше экстремальных ситуаций, чтобы ты учился проявлять свою мужественность. Тебе надо походить на курсы карате.

— Простите, но только не это. Библия не позволяет бить.

— Хорошо! Но ты хотел ведь повидать поближе космос! Мы сейчас же купим путевку на какую-нибудь далекую планету и где нет условий для жизни человека. Путевка на выживание. Сейчас таких полно. Люди только и ищут острых ощущений! А нам надо, чтобы ты спас меня, проявлял мужественность и любовь! — глаза Анджелы загорелись, она не слушала ответ Роберта и побежала через интернет покупать билеты в космос.

— Мне кажется, это плохая идея, но я повинуюсь Вам, Анджела, — сказал тихо Роберт.

Глава 7

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 457