печатная A5
366
18+
Религиозное

Бесплатный фрагмент - Религиозное

Из сборника «Духовное»

Объем:
140 стр.
Текстовый блок:
бумага офсетная 80 г/м2, печать черно-белая
Возрастное ограничение:
18+
Формат:
145×205 мм
Обложка:
мягкая
Крепление:
клей
ISBN:
978-5-4485-7916-5

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Моя духовность

По найденному мною, что духовность есть сила, добавлю на основании этой силы, что раз эта сила имеет оборачиваемость в материально ограниченное, то содержание каждой духовности есть замысел. Оборачиваемость в материально сливающееся есть поле воспринимаемости жизни, а выбросы своего вокруг, создание своего пространства, есть третья часть особенности человека. У меня она получила выход через писательство, как единственное масштабно-значимое, при моей скудности выделенной силы на мою известность, но не известность моего среди людей. Главное всей особенности выделенной мне глубины восприимчивости является даже не сама глубина, но выработанное умение охватывать как можно общее и большее, таким, как я назвал «аристократическим» методом соприкосновения только, и без рутины труда дотошного изучения всех мелочей составляющего целого, но галопом по Европам, на основании общих законов понимания всего. Отсюда же навык: знать то что ты не знаешь, и судить верно о том по ходу разговора, на что суждения еще нет, оно только-только складывается и тебе даже самому интересно как? Очень хорошее понимание правды, а значит ее ветвей и справедливости, находчивости. Немного более серо-белесое, с проблесками восприятия зла. Проблески в том что заметил: человек творящий зло и сам мучается, и нужно чтобы и зло, и наказание за него когда-нибудь пресеклись — в том совершенность. Главный же замысел жизни состоит в сбывающихся в моей жизни пророчествах, которые строго привязали мою жизнь к исполнению их самым странным иногда образом, почти нарочным, как то было потерять возможность приезжать в США, по причине собственного бездействия и даже врежения самому себе. Однако, при этом явном процессе разрушения судьбы, достижения в удивительности воспоминаний о должном, когда оно только говорилось и вот произошло. Например, сосед в деревне вдруг получил работу и оставил коз пасти тебе. Сыроварение, о котором задолго говорилось при мне же. Явные вынужденности добираться товарняками и электричками. Проблемы с документами. И вообще много чего. В православии скажут прелести. Я скажу: без которых нельзя жить. Они нарочно и даны мне в уверенность что зло пройдет. Мне действительно искренне нужна полная победа над злом и неважно кто я есть на самом деле. В юности это невосприятие зла было по-видимому наиболее фатальным и мне в поддержку дано было 5-е зрение, как удивительная отдушина иметь от зла отстойник в личных мечтаниях, в которых я находил панацею злу: если атомы будут собираться в молекулы любой конфигурации, то с прекращением разрушения и зло, если не изничтожится, то ослабнет и примет сносные степени. Летающие на внутреннем фоне видения-частицы вдохновляли меня к таким мечтаниям, в жизни же на просмотре фильма, как одна египетская девушка вскрывала себе вены на руке мне стало действительно плохо до обморочного с пятнами состояния. Нарастить надежду в реальной панацее было спасение. Я даже в том СССР не ведал о жизни после смерти и искал в своем природном феномене панацею и жизни далее, например, в том если мозг станет из такой неломкой материи, то может быть и сможет жить в благоприятных подпитывающих условиях и далее в нишах перед телевидением. Быть в курсе всех мировых событий, даже что-то писать. Другое что меня в то время школы и работы в магазине подсобным рабочим со своим кабинетом занимало — это писательство и все с ним связанное. На этом произведении я рассчитывал прорваться и заняться своим природным феноменом, все-ж-таки очень была большая надежда, что этот феномен сам придет к своему логическому продолжению и тот цветок в очертаниях, или даже соцветие, что одним из многих явлений я постоянно видел на удобном фоне — прорастет к тому, чтобы хоть сначала мне отвердеть по отношению к возможному разрушению меня извне и защиты нового вида живого достижения, а затем облекшись силой, я как волшебник в недалеких еще тогда сказках мог преобразовывать и претворять необыкновенное. То несомненно сильно прельщало меня к самочувствию каким-то особенным, но в противовес этому внешне, люди наоборот ко мне относились злобно. А возможно и обычно, но я после мечтаний слишком уж невосприимчиво относился к любой грубости, сильно ей травмируясь. Распечатка первой книги с ошибками и недочетами также тиранила меня своим несовершенством. Субстанции совершенства и несовершенства разрабатывались вначале как разъединенные враждующие стороны, потом найденные как изнанка одного от другого, а затем и вовсе не враждующие сущности — но как грани всей полноты, между которыми возникает новая субстанция и тоже важная, успокоиться и быть кем есть, не стремясь ни в партии из народа, ни в знать. У меня период стремления в знатные сменился ныне в основном быть кем есть с неотрицанием, если представиться возможность податься в знать, хоть и для того чтобы что-то смочь сделать. Зря православные бояться прелести, она может и утопить человека, но может и вознести, впрочем и не зря, но только для православия, какого оно было, тянувшего к смирению. Получается к нечто среднему, к чувственному, и возвращая оное в обратное, в силу, так оно и приходит к духовному, путем их учений о подавлении страстей и желаний, отказа от мирского и прелестного. Для чувственников, православных, восточных людей правильно. Но не то для нечувственников. Мой зверь по-видимому все-таки Лев. Львиный подход, а не Человеческий. Мне бы только копнуть чувственную жизнь. Особым образом я только читаю о житиях святых старцев в монашестве, как читают фантастику или историческое. В силу понимания того монашественного, пребывающего в моей жизни в одиночественности и тех же самых попыток достичь высшего. Молитвенность, присущая чувственности, у других заменяемая медитацией, у меня представлена размышлениями в виде разговора с кем-то, скорее всего обращенного к Богу, что начиналось с того что я разговаривал определенно с кем-то, и вообще давал большое интервью всем. Как и у всякого «человека-нечувственника», чувствительность у меня представлена так же во всей палитре, кончая экстрасенсорным, другое дело, что моя сущность своевременно ей пользоваться. Сущность духовности во времени и своевременности пользования тем или иным из трех, а может и четырех. Конечно же особое, основное пользование занимает умственная часть. Не то сказать чтобы я очень много умственно трудился — наоборот, проявляю чувствуемую леность, но в том-то и дело, что помимо линий ментала, понять что-либо мне позволяет нечто еще такое, на линиях размышлений весьма легкое, на чувствах-плоскостях восприимчивое, да и в сферах восприятия сильное как бы одновременно. Мышлению помогают и крылья полей, и шары психики, и все более оттачиваются достижения понимания, так уже православные становятся в ином рассмотрении не чувственниками, но пользующиеся умственным, как наилучшим, чтобы погасить в той жидкости русские силовые проявления на жизненное. Так ошибочность есть, то как на это смотреть и в какое время. Подойти мне же случалось к человеку «подвизавшемуся» стоять прислонившимся к зданию неопределенно долго и пожелать ему просто бросить это, можно воспринять с другой стороны, и как отговору от борьбы, и как наставленью к правильному обычному.

Итак, время надежд на природный феномен прошло вместе с тем, как я стал узнавать о экстрасенсорном и догадываться о том, что кружок с точкой — это материальное проявление третьего глаза и о том что бывают разные виды зрений на разное, чему совсем необязательно присутствовать в сфере зрения и быть чем-то. Я выехал за границу в Италию и столкнулся с проповедями протестантского пастора, который запросто говорил что: Мессия, по ходившим пророчествам должен поехать через Ладисполи. Вернее, природный феномен уходил на склад, заменяясь на новую версию, кою я совершенно обычно соотнес к себе. Да, конечно, психологи профессионалы соотнесут со своего вида прелестями, но все-таки чувства особенности природной, наложились на чувство особенности по происхождению. Все-таки и имя Андрей, которое по апокрифам Иисус говорил апостолу Андрею, что он придет под его именем, что значит Муж по-гречески, и с большой буквы упоминалось в Библии. И мать Наталья и даже в родове ссыльных моих предков было поверье, что кто-то родит Мессию. Бабушка говорила матери и мать — сестре. Можете это даже считать наследственным, передававшимся по генам, но когда я слышал антисоветские разговоры в семье о том, что в Сибири на каком-то берегу реки родится Мессия, на каком и я оказалось родился, я просто спорил в 10 лет, радуясь сходству рождения Мессии и переживая, что он уедет в Америку и там будет страшно оболган, я просто ни о чем не подозревал, а факт разговора о рождении брался на чувство и не склеивался в цепочку. Только приехав в США я подумал как велики оказались мои шансы оказаться Им. В газетах иногда писалось что он что-то пишет и небезгрешен, но я подходил к этому редко, у меня уклон был чего-то добиться. Не по годам зрело 20—21 г. я написал основную часть романа «Франсуа и Мальвази», играл в Мегабакс-лотерею на чувстве своей избранности и предназначенности. И был обрыв-оболганье, тяготы безденежья, знаковые в американской жизни, психозы общественные. Переезды из-под Бостона, где тот обрыв и начался, в Нью-Йорк, и там вместе с тем как я мало-помалу разделался с материалистическим путем созидания и отмщения за свое поношение с полицией и прочими, я начал интересоваться духовным-экстрасенсорным миром. С накоплением тех знаний и укреплении себя в мысли что есть духовный путь выхода от зла. В тот период внутреннего подъема, когда у меня и был 3-й глаз 90%-состояние благости, я и дописал четвертую книгу. Тогда же и Библия мне начала открываться своими указаниями на меня. Посудите сами, как тут не подумать: у Исаии как раз и говорится, что будет оболган и не останется в стыде. Крестная казнь — позорная лишь по подгону фактов. В Пророках явно указывается на двоих людей. Имя одного даже дается напрямую — Иисус (с 400-ми годами после). Имя данного Муж и Отрасль. В Английской Библии это слово передавалось как Индустрия. Моя фамилия Коломиец в журнале за 77 год «Наука и Жизнь» переводилась со старославянского как Солеварение. Прочитал Евангелие, где сам же Иисус черным по белому говорил: уйду и заместо себя пошлю другого Утешителя. Я долго не понимал что за Утешитель, называемый дух-Параклет. Потом вспомнил, что Коломийки это песни-частушки, может соленки и Коломиец так же частушечник-утешник. Ко всему прочему помнится мать поначалу говорила, что хотела назвать меня Эммануил — ей нравилось это имя, но в отделе регистрации чисто по-советски ей запретили. Получается уже все три имени подтвердились Библией. Даже если это все равно не я, я допускаю, можно все равно набирать воинство и предъявлять свои права на престол и корону Израиля! — пророчества-то должны сбыться. Я тот самый принц-претендент и нечего в этом сомневаться. Пусть ты будешь хоть исчадием ада, если что-то тебя несет и направляет, то значит это так нужно, иначе бы все столбы были бы твоими. Пусть в мое правление евреи как чего-то заветного будут ждать пришествия хоть Иисуса Христа, в том и будет моя благая роль, пусть хоть от деспотии и тиранизма абсолютной монархии, пусть хоть моя благотворительность оставит израильтян без штанов, или затею строительство, обязательно рукотворного храма всем дружным еврейским коллективом — в три дня. Матч должен состояться при любой погоде. Вот я и думаю не сидеть зиму в глухой деревне у печки и не писать потихоньку, но громко приехать в зимний Красноярский край на губернаторские выборы и начать собирать сторонников. Все прежние попытки через прессу не проходили ни в какую. Причины всей прежней невезухи заключаются в тех самых 12000 днях или же первой половины жизни, которая должна пройти незаметно под ракурсом «как тать ночью» — как говорил Иисус. Но зато и должен же наступить «день Его». Где-то в писаниях пророков говорилось о 1200 днях, может декадах или неправильный перевод, я надеюсь. А то что кто-то блажен что доживет до 1300…. какого-то дня. Это и есть полседьмины или седьмина — семидесятая Даниила, которая по половине кончит жертву и приношение. Получается, что со слов Даниила с тех пор как выйдет постановление о восстановлении Иерусалима, оно вышло объявлением города столицей в 1950 году или 1953 году все и сойдется по срокам. И даже то, что в год Лошади и поздней Пасхи. Две зимы в Николаевке, приходит что-то на память, из говоримого кем-то прежде. Такими надеждами, где в услугу тебе символы годов и расчет сроков от исторических событий, и слов пророчеств, и возвышающе наполнена жизнь заброшенного, тайного периода. Надежда что когда-то это должно кончиться. Конечно, помимо с надеждами, при всем при этом есть и уверенность, что эта твоя прошлая жизнь была жизнью Иисуса из Назарета. Что есть сама жизнь — только материальная обертка всякой Божественной эманации — выразимся так модным эзотерическим словом, хотя, скорее всего, неправильно. Я, в общем-то, почти не интересовался современной эзотерикой и всякой философией. Также как на антисоветские позиции вышел сам, так и свою эзотерическую философию, а лучше — свою версию знаний выдвинул чисто из своего. То немногое, что доходило, просто подходило уже кстати. Так, узнав, что человек живет в разных мирах одновременно, что приходилось подозревать под «О» — престола над зверями, я конечно же выдвигаю теорию духовности как замысла выполнения и достижения хоть в чем-то, будь то моления в монастыре (достижения святости), хоть в автомобилестроении. Отречься от мирского — то чистота, но не вся. То чувственное достижение духовности. Нужно всегда идти далее. Сила — вот главный стимул чистой энергетической духовности. Так же есть слово и для психиков — радость или синонимичное ему. Для мыслящих — познание или синоним ему. Это разумение когда уходит — все глубже и глубже выходит в такие особенности понимания чисто духовного энергетического, в чем происходит сливание с чувственным духовным, психическим духовным, перехода в чисто духовное. Из духовного есть шаг в нематериальное — на грань и вне этого мира далее. В чем необходимость такого роста или стремления? — В том, чтобы вообще был правильный стимул, ведь, заметьте, никто не обязывает расти, главное не греши. А не грешить можно при правильном настрое не в гущу, вглубь мира, но вовне, откуда все приходит, и ты пришел и уйдешь, не сожалея и не боясь. Я также заметил, что каждый, кто на чем в чем-то преуспевает, считает это особенным и хуже думает об остальном. То слабость человеческая. Православные также ошибаются, что их монастырская духовная жизнь есть панацея всему мирскому. То не так, но один из трех путей до четвертого, хотя и по четвертому идти и идти, по всем остальным трем. Приходилось мне много заниматься и чувственностью, и психо-эмоциональным афоризмом (раскручивание того же романа), но более всего мышлением.

Несмотря на то, что я уже сказал украдкой, что считаю, что моя прошлая жизнь была жизнью Иисуса из Назарета, но даже опасаюсь и вновь начинать. Православные нынче весьма воинственные и боевиты на аргументацию. Это и действительно похоже на крамолу, но скорее всего так и есть, с особенностью того что точно я это так и не знаю — не дано. Было правда то что один знающий экстрасенс по полевым структурам сказал, что прошлая моя жизнь была 434 года: поясним: жизни Нового Завета и 400 лет из книг Ездры после. Сюда же нужно отнести то когда я был в Назарете в 95-м году как-то вспомнилась та улица, сходящая с горы и крутое ее взмытие на самую вершину. Наверное тот двор и стоял там, где ныне храм стоит. Интересно будет все то евангелическое вспомнить. Скорее всего ничего общего с лубочными темами повествования и не будет. Жизнь всегда была трезва и отъявленна. Если даже ничего не случиться и по прошествии скрытного времени с наступлением времени известного, то можно просто методом реверсинга войти в воспоминания прошлой жизни, и даже воспользоваться достижениями или знаниями той жизни.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.