электронная
252
печатная A5
600
18+
Раннвейг Ингольд

Бесплатный фрагмент - Раннвейг Ингольд

Северная Сага


5
Объем:
490 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4485-6419-2
электронная
от 252
печатная A5
от 600

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Глава 1. О порядочных шлюхах

…Я видела, кровь, фонтаном, хлещущую из рваной раны запястья, заливающей мне грязные ноги и белоснежно-серую шерсть вожака, обезумевшего от запаха алой жидкости и наносящего мне укусы то в лодыжку, то выше колена. Не чувствуя его острых, как кинжалов, зубов, пребывая в сильном болевом шоке, я наносила удары то влево, то вправо, еле балансируя на окровавленных ногах, но сталь лишь пару раз поцарапала волку морду и прошлась по крепкой холке, что нисколько не убавило ему сил. Только разожгло аппетит и волчью ярость. Трое ведомых волков вцепились в заднюю ногу Черныша мертвыми хватками, потрясая ушами в разные стороны, пытаясь оторвать себе хоть малый кусок плоти. Мой черный сильнейший конь, мой Оберегающий Щит слабел на глазах, переходя от злобного ржания на жалобный и пронзительный визг умирающего животного, разбрызгивая капли крови на морды врагов и мое лицо, подернутое судорогой.

«Это конец…» — пальцы моих рук с вздувшимися синими венами начинали скользить по рукояти вниз. С лезвия сабли стекала волчья кровь, вперемешку с дождем, но ее было недостаточно, чтобы выиграть схватку. Я продолжала неистовую пляску, спотыкаясь и поскальзываясь в луже грязи, крови и воды; в ушах у меня гудел плач коня, барахтающегося в выворачивающей нутро, агонии. «Конец… Я отправлюсь вслед за Чернышом… мой щит… мой спаситель… единственная душа, знающая, куда мне идти….Больше нет сил, нет сил, о боже!»

Неистовые волки, очумевшие от свалившейся удачи и наших ослабленных фигур, кинулись на упавшего на колени коня, и ужас, непередаваемый ужас застыл в его умных глазах, подернутых тенью смирения с судьбой.

— Черныш! — вырвалось у меня, но тут же, в эту секунду, вожак рассчитал момент и мощным ударом своей грудной клетки, свалил меня на землю, обагряя все вокруг теплой кровью, то ли моей, то ли Черныша.

«Это конец…»

*************************************************************

Кто имеет право утверждать, что мир, в котором мы живем — реален?

Может, все мы лишь мысли одного человека, атомы, свободно перемещающиеся в пространстве; чьи-то марионетки, в конце концов?

Мы находимся в некоей матрице, компьютерной игре, где можно сохраниться, начать все заново, или же ежедневно подвергаемся некоему року, судьбе, ведущей нас серебряной нитью через всю жизнь? А как же сны? Представьте себе, что сны — это действительная и неоспоримая реальность, в которой мы обладаем всеми возможными талантами, умениями, способностями и готовы переместиться в любой уголок вселенной? А пробуждение — это так… место, пребывая в котором, ты начинаешь ценить ночное время суток, их волшебную магию и таинственное очарование…

И самое интересное, что сколько бы ни существовало теорий, догадок, слухов и даже религиозных догм — никто и никогда не доберется до правды при жизни… Что будет после смерти? Никто не знает! Есть ли жизнь за черной завесой? А вот фиг его знает! Мудрые и начитанные мужи могут сколь угодно спорить и доказывать свою правоту, но все равно… доказательств нет. По крайней мере, я их не вижу.

От этого жить становится еще интереснее и даже страшнее. Ну кому как, конечно.

Ты встаешь с кровати, нашариваешь впотьмах тапки, пьешь свой традиционный черный кофе и думаешь, что это твой выбор. А вдруг невидимая рука задала тебе эти движения? И этой неосязаемой руки тоже, возможно нет. Она живет в чьем-то воображении и подчиняется сиюминутным порывам. Мне не дано узнать всей правды. Кто же создал наш мир? Бог? Но почему тогда находят археологические свидетельства происхождения человека от обезьян? И гиганты — динозавры бродили по нашей зеленой планете. Бог тоже создал их? Если да, то какой смысл он вкладывает в существование на земле людей? Извечный вопрос любого, интересующегося философией человека. Вселенная бесконечна, и мы не можем доказать, что нет еще такой же планеты с морями и жизнью. Может Создатель сравнивает две планеты, решая для себя, какую он оставит в живых, а на какую уронит астероид? Смешно… А главное, совершенно бессмысленно тратить столь драгоценное время на рассуждения о такой ерунде.

Ведь никто не знает правды. А если и знает — вряд ли расскажет всему миру, дабы избежать паники и излишнего внимания к своей персоне.

Размышления мои могут затянуться, так уж хорошо я себя знаю. Я вообще просто обожаю думать разные думы и слишком сильно углябляться в себя. Иногда это может даже окончиться темной меланхолией или легкой депрессией, но кто в моем юном возрасте не страдал ей? Наверное, в нашем поколении это норма постоянно быть грустным, одиноким, не понятым и философствовать ночи напролет, чем работать, приносить пользу и жить полной грудью. Такие дела.

Меня конечно очень волнуют вопросы жизни и смерти, потому что я, как и все — боюсь умирать, боюсь неизвестности, но также, есть вопросы, на которые я даже не могу предположить ни единого разумного ответа.

Все сильно изменилось в последнее время. Знаете, когда в жизни идет сплошная черная полоса неудач, ты частенько задумываешься о вещах с реальностью несвязанных, чтобы… ну не знаю… отключиться? Расслабиться? Вогнать себя в еще большую тоску? Если при этом включить мрачную музыку и одеться в черное… Боже, какие мы глупые…! Но что есть, то есть.

Эти вопросы не дают мне покоя ночами; я больше не могу засыпать без снотворного, или хотя бы теплого молока.

Каждый день я иду по привычному маршруту на работу и боюсь смотреть в глаза людям. Не от стыда, разумеется. Порой осознание правды пугает больше, чем смерть, болезни, потери близких. Ты начинаешь ощущать, что приблизился к чему-то оченб глобальному, истинному, но очень пугающему… Такое редко бывает.

И нет никакой интриги. Просто ко мне внезапно пришло невесомое осознание того, что мир наш не подчиняется всемогущему человеку уже очень давно.

Можно не верить в Бога, в судьбу, в тысячу богов и их обличий, но это не помешает чему-то более сильному и могучему одержать верх над твоей жалкой душонкой. А у большинства из нас — жалкие души. Такие и потерять не грех…

Я нахожусь в здравом уме, у меня нет родственников, которые болели расстройствами и помутнением рассудка. Да и учебой я сильно не напрягаюсь, учу только то, что считаю для себя интересным. Я не гот, не мизантроп, у меня нормальные человеческие ценности, несмотря на двадцатилетний возраст. Отсутствие друзей еще не говорит о нелюдимости и угрюмости.

Я могу есть все подряд, но в выборе друзей я разборчива.

Настолько, что у меня их нет…

Я — не идеал хорошего и добродушного человека, и как мне бы больно ни было это говорить — я ходячий пример героя нашего времени. Подростка, молодого человека из 21 века. Обидно, что это так, но, может быть, все еще измениться, и каждый из нас должен пройти через это? Мне правда стыдно, за свое поколение и еще более стыдно, что я принадлежу ему.

А давайте, немного приоткроем завесу прошлого…

Знаете, я не открою тайны, если предположу, что детство ставит характер человека и его восприятие мира.

Мое было чудесным. Оно было наполнено сказками, фантазиями, говорящими животными, смелыми людьми и ароматом пирогов. Не нужны были игрушки. Любая изогнутая ветка превращалась в злобную змею, санки делали меня крылатым пегасом, когда я съезжала с горы.

Этот чудный мир детства, он прекрасен и нет ничего прекраснее, когда твоя мама лепит снеговика и читает сказки о невиданных путешествиях. Окружающие мигом становятся добрыми и понимающими; злодеи выглядят уродливо — по бородавке на носу уже можно определить коварную старуху колдунью; о боже как я упиваюсь этими воспоминаниями! Хочется закупорить их в бутылку вина, как у Рэя Бредбери и в минуты горестей и печалей отпивать по глоточку, растворяясь в блаженстве… Счастье… Вот, чем было мое ослепительное, солнечное и ласковое детство. И оно закончилось, открывая перед нами врата в новый, неизведанный и опасный мир. Он и взаправду опасен, если не отрастить крылья и шипы на собственной шкуре. Сказочное детство не имеет ничего общего со взрослой реальностью, и это бьет меня в самое сердце… Поэтому мы становимся угрюмыми и закрываемся? Или же это только в России? В нашей стране?

Глядя на современных детей, не читающих книг, не уважающих родителей, мне страшно! То, что было для меня главным — исчезло. Дети перечат родителям, затыкают им рты, уходят к друзьям. Жалобы на «предков», сидя на лавочке в новых кроссовках и с айфонами в руках, вызывают во мне неудержимую ярость. Нашлась тут, защитница идеалов и слабых! Сама ведь я далеко не лучше, я не сахар и не подарок, чтобы всем нравится. И жизнь складывается так, что большинству людей, что я попадаюсь на жизненном пути — я не нравлюсь с первого взгляда. Потом их мнение может измениться, но авторит мне всегда приходилось зарабатывать потом, кровью и упорным трудом.

Вспыльчивость и необъяснимая тяга к чему-то ужасному всегда сопровождала мои будни, порой рисуя поистине кровавые картины.

Быть может, в том виноваты бесконечные просмотры фильмов ужасов в детстве. Но не вспыльчивость руководит мной. Я родилась с другим чувством, оно было во мне еще до рождения; с каждым годом оно росло и возвышалось. Спасибо за это моим родителям и сказкам, что они мне читали. Иначе я бы точно выросла какой-то маньячкой, ха-ха… Это я так пытаюсь шутить… У меня не очень с юмором, я согласна. Поэтому поехали дальше.

Это чувство справедливости. Здравый смысл останавливает меня унизить богачей и раздать все нуждающимся, но если бы вы могли себе представить! — нет, вы не можете, ведь я сгораю в пепел каждое утро, проходя мимо голодных собак и тощих попрошаек у метро. Я делаю глубокий вдох, пытаюсь унять внутреннюю дрожь и на ватных ногах ухожу дальше.

Обострение справедливости усиливается с каждым днем. И пусть меня называют лживой, лицемерной, я не хочу отказываться от этого качества в себе! Оно есть, и я даже немножко горжусь им. Есть же во мне что-то хорошее и светлое, не все еще потеряно, не все еще во мне угасло…

Но это мое проклятие, и моя болезнь! Хотя я не желаю от нее избавления. Отчасти это и наслаждение. Какую радость и ликование испытывает мое сердце, наблюдая за честными, справедливыми исходами конфликтов, за победами добра, за возвышением чести и долга! Такие дни для меня, как доза для наркомана, сладостный передоз……

Да простят читатели мой напыщенный пафос; в том вина лишь молодости и огня в груди. Наверное, многие писатели говорили об этом в своих произведениях…

Пока огонь пылает ярко — я накормлю бездомного щенка и переведу старушку через дорогу.

Как я мечтаю, чтобы мое пламя горело вечно!

Большинство книг пишется на основе жизни.

Почему же наша жизнь так не похожа на книжную? Какой-то замкнутый круг. Я всегда много читала и думала, что вот он, весь мир, у меня на ладони; я читаю его, чувствую, и он не может быть обманчив. Но я выглядываю в окно, а с дерева на меня умоляюще смотрит кошка, жалобно мяукая, оглядывая прохожих, в надежде на помощь. И где же тот самый странный неудачник, бросающий сумки из магазина, проникнувшийся горем несчастного животного, который мигом взлетает на дерево, а спускается на землю при помощи зонтика, держа напуганную кису в руках?

Как и всем детям моего поколения, мне не пришло письмо из волшебной школы; я не умею стрелять из лука и носить зеленое трико. Да что там. Я даже не видела живых драконов и не знаю, под каким деревом зарыты сокровища. Пройти весь мир, чтобы вернуться домой и обнаружить клад под березой! В детстве это кажется обыденностью! Ты не сомневаешься в своих силах. Да что уж там. Свистни мне и сейчас; я моментально соберу рюкзак и побегу, куда мне скажет седобородый старец с посохом. Но старец не приходит. Школу магии я уже не закончу. Драконы улетели из моей страны в более теплую, а мой клад, вероятно, в руках у проходимцев и мошенников.

У соседей, например.

Однако, мои жалобы, конечно, напыщенны и преувеличены. Кому-то в этом мире в разы хуже, чем мне. Кто-то недоедает, у кого-то нет теплой одежды и крыши над головой, а я тут жалуюсь на то, чтос казки не могут воплотиться в реальность! Тьфу, какая я дурка!

Но все хорошо. Все ведь хорошо?

Я счастливый человек. Я не видела войн и катастроф, моя страна пережила все самое страшное, и вряд ли когда-нибудь увидит что-то более ужасное.

Кроме морального падения человека, разумеется.

Но здесь страна уже не имеет значения. Все мое поколение «хипстеров» и нытиков по жизни недовольно текущей действительностью и в первую очередь собой.

«Мне 14 лет, и мой парень меня бросил. Как мне жить дальше? А я среднестатический школьник, и мои родители не дают мне денег на карманные расходы, а так мечтаю об айфоне. Скоро выпускной, а я все еще девственница. Надо мной смеются одноклассники».

Сколько еще ничтожных и пустых проблем навязывают нам СМИ и мы сами? Куда-то пропадают истинные нематериальные ценности без которых невозможно стать счастливым.

Любовь неизменно связана с внешним видом объекта; а как нас воспримут окружающие, что обо мне подумают люди; выйти на улицу без макияжа — о боже, я могу встретить всех знакомых!

Обидно, что я тоже, тоже такая… Я не мессия, не девушка с обложки, у меня есть прыщи и секущиеся кончики, и я правда, переживаю об этом. Комплексую даже. Но… но… но…

Хоть убейте меня, я не понимаю, к чему мы идем.

Размышления мои типичны для подростка, ищущего истину и смысл жизни; они не взрослые и не зрелые. Итог будет однозначно печальным. Нас ждет либо Содом и Гоморра, либо ядерная война, либо вымирание человека. Вымирание в смысле духовного разложения, растления, гниения.

Все превратится в один большой грязный бордель, где будут расхаживать красивые, ухоженные шлюхи, говорящие умными цитатами, размышляющие о добре и мире. Просто так, для симпатичного образа, дабы не прослыть совсем уж дурами. А посетители — накаченные, успешные мужчины, глухие к чувствам, холодные до гуманности и состраданию. Только зеркальце в кармане, только самолюбование и бальзам для губ. Только стремление к успеху, саморазвитию, финансовым богасттвам и красивому бронзовому загару.

С каких пор красота мужчин — это синоним мужественности? Женщины живут мечтами и возвышенными фразами, но отдадутся любому более менее успешному обеспеченному самцу, ведь доступность — это показатель ее востребованности, красоты, успеха в обществе. Посмотрите, меня желают лучшие, а это значит, что я чего-то достигла в этой жизни!

А чего достигла я? Меня желает максимум моя рыжая кошка. Потому что хочет есть. И этот факт радует меня. Я кому-то нужна, кто-то хочет меня видеть. Иначе я не задержалась бы на этой планете, ибо общество с самим собой регулярно ввергает меня в хаос и уныние.

Чтобы я делала со свалившимся на голову пидорком в узких джинсах и парфюмированными волосами?

Наверное, заплакала…

************************************************************

Я пишу эти строки, сидя в книжном магазине. Уже вечереет, но я не спешу уходить. Покупатели тихо исчезают, так ничего и не купив. Небольшая толкучка роилась у стенда с бестселлерами Кинга и Глуховского, но и та уже рассосалась. Надо закрывать магазин, но я все еще сижу и думаю. Книжный магазин, как нельзя идеально подходит для всяких дум, и это мне нравится в моей работе.

За окном припорошила метель, и это странно. Уже середина весны, а зима никак не уходит. Словно говорит, что холод никогда не покинет нас. Но все это уже мои фантазийные догадки.

Закрыв магазинчик на ключ, я укуталась в хлипкий полупрзрачный шарф и взглянула на пустующий запорошенный снегом тротуар.

Сейчас читатель подумает, что это мой магазин, а я его владелец. Какая она крутая, вероятно, многого добилась за свои жалкие двадцать лет!

Разумеется, нет. Кроме как продавцом-консультантом меня никуда не взяли. Но работать с книгами интересно. Не с людьми, нет, не с читателями, как бы цинично это не прозвучало. Не потому, что я люблю читать, отнюдь. Интересно смотреть, что читают люди, зачем они платят деньги за то, что горой валяется в интернете?

Конечно, я саркастирую.

Окинув небрежным взглядом свое отражения в витрине, я не спеша зашагала по заметенной улице. Моя мама всегда говорила, что я не очень аккуратная и не слежу за своим внешним видом. Так и есть. Давно пора состричь мешающие, спутанные лохмы моих темно-русых волос. Это можно посчитать неуважением к остальным людям, но я не преследую такой цели. Я совершенно спокойна внутри. Это чувство полной гармонии. Несмотря на мои прыщи и сухие концы волос — мне плевать, что обо мне думают. Если бы я еще пеклась о внешности, как звезды кино, то точно бы свихнулась еще лет в шестнадцать.

Снег забивается мне в нос и уши, я смешно отфыркиваюсь, чем привлекаю внимание прохожих. Проходящий мимо старшеклассник хихикнул, явно намекая на мою мешковатую коричневую шапку, похожую на куль теста. А когда-то она казалась мне очень модной. Тоже мне, петух нашелся. Зато она теплая, как оленья шкура, не то, что твоя рэперская кепка, из-под которой виднеются красные отмороженные уши.

Спускаюсь в метро, сажусь в вагон и открываю глуповатую фэнтези книжку неизвестного писателя. Не то чтобы я не люблю такое.…Но читая такое, я почему то вспоминаю, что где –то такое уже видела. Это и неплохо вроде бы, но лично мне изрядно поднадоело. Но чтобы расслабиться после рабочего дня — почему нет? Вероятно, все такие писатели оканчивали факультет пиара или журналистики, раз так прекрасно знакомы с этими понятиями. Им не добиться того возвышенного, но естественного пафоса профессора Толкина, например. Если и вообще бывает естественный пафос. Когда семилетняя девчушка уходит к гномам, чтобы научиться вспарывать кишки смертным и бессмертным, это вряд ли нормально. Это даже не пафос.

Скорее, кто кого переплюнет в искусстве создания более сумасшедшего, безумного героя, за которого все будут искренне переживать.

Вздыхаю.

Почему я все критикую? Как старая бабуся!

Так не хочется оказаться в числе молодых людей, «вечно недовольных» жизнью. Мода сейчас такая пошла на томные депрессии, сочетающиеся с кофе и сигаретой. Люди спят, шарят в телефонах, смотрят в планшетах фильмы. Все как обычно. Я читаю книгу и тоже вроде бы отсутствую

В метро особенный приятный запах. Интересно, кто-нибудь из нас помнит об этом? Тут меня осенило. Колеса застучали громче, и у меня чуть заложило уши. Случись сейчас что-то: ну там, поезд с рельс сойдет, электричество отключится, или поверхность поразит атомная бомба, все они ничего не заметят, и будут продолжать глядеть в свои «игрушки». Рядом будет валяться искалеченный человек, корчась в муках, но ему никто не поможет. Просто не услышит, ведь все мы сидим в наушниках с громкостью девяносто плюс. Где же знаменитые, воспетые братства и союзы? Скажи подростку: «А ну ты, дрищ, готов ли ты отдать жизнь за своего лучшего друга?» Сомневаюсь, что он побежит за кодексом самураев, изучать правила проведения сеппуку. Нелогично это как-то. Рисковать жизнью.

Но вот моя остановка, и я постепенно возвращаюсь из нудной книги в мир подобных себе — людей.

**************************************************************

Глава 2. Почему я стала курить?

Есть люди, которые прекрасно чувствуют себя в одиночестве длительное время. Такие, как я. Они упиваются одиночеством, хотя часто впадают в необъяснимую апатию и тоску.

Есть люди еще более странные.

Они могут долго жить с человеком, который их не любит. Не ценит, не уважает и прочее, прочее, допишите сами. А они продолжают верить в некую призрачную любовь. Перед глазами пелена, а между душами стена. Игра в одни ворота, театр одного актера — все это о моем старшем брате. Он не приемлет одиночества никогда, даже в периоды грусти или апатии. Я не сказала бы, что он компанейский и любит внимание. Скорее, правда в том, что он не любит оставаться наедине с собой, один на один. Это его убивает.

Жаль, что его «половинка» не замечает этого. Мама и я отлично все понимаем, но давить на него не можем. Необычность брата мучает его самого, ведь в одиночестве он сходит с ума. Пусть лучше кормится ложными надеждами, чем неделями сидит в пустой комнате, обдумывая пути возвращения к своему «тирану». Если мое детство прошло под девизом «Да оставьте вы все меня в покое, наконец!», то мой брат не мог играть в одиночестве и пяти минут, чем ужасно злил меня!

И нет, все мы не сбежали из психушки. Такими нас слепило общество. Оно и медленно уничтожает, разъедает наши тела и портит мысли. Пока мы поддаемся этому влиянию — а мы, черт возьми, поддаемся!

У каждой семьи есть свои скелеты и тайны. Мамы, папы, сыновья и дочери — вроде бы вместе, но у каждого из них есть своя жизнь, свой маленький мирок, доступ в который закрыт для остальных, даже самых близких. И это не мешает нам любить друг друга. Порой, я думаю, что единственный выход из этого замкнутого ада — это уйти в мир фантазий, книг и фильмов, туда, где добро все же победит зло, а бездомные собаки обретут любящих хозяев.

Бессмысленно мечтать о любви, мир ищет только выгоду и удобство.

Мой брат такая же бездомная собака.

Я вошла в нашу обтрепанную пыльную кухоньку и поставила тяжелый чугунный чайничек на плиту. Слегка пахло сигаретным дымом из форточки. Странно… Может быть соседи курят?

Брат дома. На запыленном столе стояла миска с остывшим супом и кусок хлеба. Мама позаботилась обо мне, прежде, чем уходить на ночную смену. Рядом лежала записка и блюдце, прикрытое крышкой, по которому полз таракан. «Последнее пирожное с кремом. Ешь сразу, иначе траглодит его обнаружит первым. Целую». Долго думать мне не пришлось, и я мигом принялась работать челюстями. Андрей всегда был сладкоежкой; бабушке, помню, приходилось прятать конфеты в видеомагнитофоне, так как, его острый нюх мог найти сладкое даже на самых верхних полках буфета. Блаженно развалившись на хлипкой табуретке, я потягивала поспевший чай… После чая любые проблемы кажутся выдуманным сном…

— Как работа? — в проеме нарисовалась тощая фигура брата в растянутой футболке с пивом в руке. — Налей мне тоже чаю. У меня день не задался с утра. Все так чертовски бесит! Пирожных поел — вроде легче стало, — я улыбнулась, но внутри была немного напряжена. Пиво — редкий гость в нашей семье. А уж запах сигарет меня особенно смутил.

Обжигающий черный «Липтон» был разлит в чашки, но пить его мы не торопились.

— Чем хуже погода, тем больше выручка в книжном магазине. Я уже спокойно делаю прогнозы на спрос книг.

— В плохую погоду я бы тоже заскочил в магазин…

— Вот видишь — довольно заметила я.

— …чтобы спрятаться от дождя. — ухмыльнулся брат.

Я вздохнула.

Что-то явно случилось. Непривычно видеть его в таком гнетущем настроении. Наша семья могла бы считаться дружной, если бы не постоянная, вездесущая печаль, которая пронизывает каждый уголок нашего дома и каждого члена семьи. Не сразу ко мне пришло это понимание. Быть может после ухода отца… Или смерти бабушки… Все хорошо на первый взгляд. Мы здоровы и дружны между собой. Не хочу глубоко вникать в причины оледенения этого дома. Легче закрыть на это глаза и продолжать жить дальше.

— Ты всегда был вредной задницей. Рассказывай, что стряслось. Если это опять из-за нее, то я и слушать не хочу… Давно бы вправила ей мозг! И врезала бы по щам! Не хватало нам еще твоего алкоголизма. Скажи только одно: она ушла? Ты свободен? Или меня сейчас точно понесет! — я и правда немного взбудоражилась, вспоминая лицо его пассии.

Но Андрей только отмахнулся и поставил пустую бутылку на пол. Тут же прибежал наш рыжий кот и с любопытством стал обнюхивать горлышко бутылки. Кстати коту уже больше пятнадцати лет, а он до сих пор интересуется выпивкой.

Воспаленные глаза брата говорили, что он явно переживает. Он старше меня на пару лет всего-то. Но уже выглядит как уставший тридцатилетний трудоголик, у которого нет семьи, и дома его ждет лишь голодный пес и пара тараканов. И то… в голове. Будучи когда-то ярко-синими, глаза его померкли, а выражение лица приняло вечную презрительную ухмылку, что производило впечатление начинающего наркомана. Боже, что я несу…! Он же мой брат, в конце концов. А я слишком много думаю, слишком много фантазирую. Это все книги и фильмы виноваты…

— А чего ты взвелась-то? Не парься. Я взрослый, и я со всем справлюсь. — он сделал глоток горячего чая, поморщился, и отведя взгляд, продолжил. — Да хреново все, Лен. Че мне тебя обманывать? Она села в машину к другому. Ты прикинь? К другому мужику? И вроде она хорошо его знает, так приветливо обнималась с ним… А у меня как-то ничего даже не екнуло. Надо было кричать, разбить машину, избить этого толстяка… Но ничего этого я не сделал. И не хотел. Пять лет издевательств, обманов и измен. Знаю, вы с мамой меня не уважаете… Не по-мужски терпеть такое отношение, тебя используют и бла-бла-бла. Спасибо. Вы мне помогли. Нельзя терпеть такое отношение, нельзя быть комнатной собачкой, нельзя быть подкаблучником, надо иметь собственное достоинство и гордость. Вы все это твердили мне много лет, хоть и после спустили рукава. Я благодарен вам за это снисхождение.

Не скрою, отчасти такие отношения были приятны мне. Казалось, что я герой, а мой любовь — беззаветна. Как в твоих книгах, понимаешь? Во всем виноваты твои дурацкие книги.

Если любить просто так, полностью доверяясь чувствам, забывая обо всем, то обретешь истинную любовь. Как красиво, чуешь? Да, не смотри так исподлобья, твои книжки в один голос твердят о чудесных и добродетельных людях, которые любили долгие годы, доказывали свою преданность и в один прекрасный момент им оказывали благосклонность. Мне же, как видишь, оказали очередное предательство. Сколько их было? Я не помню. Десятки? Я тоже, как и вы, спустил рукава. Так проще жить. Тупицам проще, дебилам проще, пофигистам проще! Если бы я меньше знал, или еще лучше, был психом, дауном — я не страдал бы и вовсе. Жалею, что имею разум и чувства, — он на некоторое время умолк, пристально глядя на меня, словно ожидая осуждения или критики, как провинившийся пес. Я попыталась взять его руку, но он отдернул ее. — Не надо меня жалеть, пожалуйста. Я знаю, о чем ты думаешь. Что бла-бла-бла, ты больше не сможешь жить один, ты умрешь в одиночестве, тебе нужна компания, неважно с кем и как. Я справлюсь. Пора бы взрослеть и начать жить своей жизнью, не зависящей от кого-то… Ничего не говори, Лен, просто молчи, иначе я, честно, что-нибудь разобью…

Глядя в его изможденное лицо с россыпью мелких морщинок, синяками под глазами, я знала, что он не справится один.

Из цветущего молодостью, красивого парня, он превратился в подобие маргинала, балансирующего на краю нищеты. Мы не люмпены, вполне неплохо живем, но что эта женщина сделала с ним? Неужели была на то причина? Столько лет измываться над ним, испытывать его терпение и любовь, чтобы в один день уйти к другому? Высосать все соки, энергию, любовь, деньги и что дальше? Черт, а? Кажется, мне тоже нужно пиво… А вдруг… А вдруг она такая же как мой брат?! Вдруг она тоже не может выносить одиночества? Ну… так вот, по своему… Одинаковая полярность сочетаться не может, как ни крути.

Я вновь с сожалением обратила внимание на бледное лицо Андрея. Он понурил лохматую голову, как побитый щенок, ковыряя ногтем трещину в столе.

— Быть может книги и врут… было бы ошибкой доверять каждому слову, что там пишут, — медленно начала я, старательно подбирая слова. Сейчас мои вспыльчивые замечания и придирки уж точно не принесли бы ничего хорошего. — Но они помогают нам забыться на время от трудностей жизни. Это звучит по-детски, знаю. Интересная книжка поможет тебе намного больше, чем эта бутылка. Или хотя пересмотри любимый сериал. Забудь о ней хоть на мгновение! Прости, что я так неловко говорю и вообще не умею поддерживать и находить правильные слова… Это трудно мне дается. Я хотела бы обнять тебя, сказать ласковые слова и всячески выразить свою поддержку. Ты лучше меня понимаешь, что это сейчас не поможет. Да и не люблю я эти нежности. Ты должен сам разобраться в себе. У тебя получиться, потому что ты сильный. Ты и всегда был сильным, просто забыл об этом… Может стоит вспомнить об этом?

Внутри меня кипели совсем противоположные эмоции.

Мне так сложно выразить то, что я действительно чувствую, словами. Я остро чую любую несправедливость, как я уже сказала. Кажется, сейчас во мне проснулось желание убивать, несмотря на краткость.

Мы с братом были дружны с самого детства, как близнецы, хотя внешне мы разные. Он блондин, я шатенка; он общительный и веселый ребенок; я — закрытая и нелюдимая. Дружба не покидала нас в самые трудные моменты, вплоть до подросткового возраста и юности.

Все изменилось, когда появилась она. Эта женщина точно была ведьмой, хотя я и не верила никогда в таковых. Из души компании и общительного парня, мой брат превратился в покорного слугу, мальчика на побегушках, настоящего раба на поводке.

Никогда, слышите, никогда он не был таким! Моя мать никогда не думала, что такая скромная тихая девочка, вечно витающая в фантазиях и раздумьях, как я, станет куда здравомыслящее и приземленнее, моего брата. Любимец девушек, лучший в классе по успеваемости и сильный спортсмен-каратист, во что он превратился за эти годы?

В лучшем случае он походил на торговца марихуаной.

В худшем — на ее потребителя.

Он помолчал немного, задумчиво глядя в пол, поднялся и ободряюще похлопал меня по плечу и ушел в комнату. Справится ли он? А справлюсь ли я?

На подоконнике я обнаружила начатую братом пачку крепких сигарет.

Просидев на кухне до самой полуночи, я все же заставила себя отправиться спать, оставив ночник догорать, а блюдце– наполненным окурками.

В нашей семье никогда не курили.

Глава 3. Смерть

Черный-черный, крепкий, горячий, без сахара и сливок. Две ложки желательно. Конечно же, с горкой. Вдобавок пару кексиковс изюмом и шоколадной обсыпкой, и рабочий день снова в разгаре!

Очередь в кафе заставила меня беспокойно поглядывать на часы. Хотя я и так прихожу в магазин на полчаса раньше, ибо посетителей в восемь утра как-то не дождешься.

Я опоздала ненамного, и впопыхах, минуя охрану, и, путаясь в своем длинном суконном плаще, достигла рабочей стойки. Мимо пропорхнула моя начальница в мышиных очках и с прогрессирующей анорексией. Она недовольно погрозила мне пальцем с золотой печаткой в виде когтя ворона, и полетела дальше по своим птичьим делам.

Старая карга. Она никогда мне не нравилась, и это было взаимно.

Пригладив длинную непослушную челку, я отпила кофе и принялась пробивать книги посетителей. Ага, в восемь утра…

Сегодня на удивление их было много, все больше школьники или студенты с учебными пособиями или решебниками.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 252
печатная A5
от 600