электронная
180
печатная A5
305
12+
Путь домой

Бесплатный фрагмент - Путь домой

Посмертные воспоминания

Объем:
40 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0050-1197-8
электронная
от 180
печатная A5
от 305

Посвящается моему отцу

Неисповедимы пути Господни (св. Ап. Павел, Рим.11:33)

Предисловие

Какая идея книги? Кому она нужна?

Истина не открывается просто так. В голове у нас сидит цербер-охранник и твердит:

— есть люди умнее меня,

— меня не поймут,

— кому это надо,

— это только моя проблема.

Чтобы её найти, нужно пройти через этого охранника. Как?

Решить для себя раз и навсегда, что твой путь никто не проходил, ты — первопроходец. Твои идеи — уникальны. Да, возможно они схожи с чьими-то, но дорога твоя и осилить её только тебе и только двигаясь. В конце получишь именно тот результат, который ждёшь. Так значит, у меня впереди: отличная книга, пользующаяся спросом и интересом у обывателей и специалистов, так как идеи и мысли, написанные в моей книге — уникальны и они дадут большой толчок на движение и поиск себя многим таким же, как и я, ищущим свой путь. Путь домой.

Зачем я написала эту книгу? Сперва я не знала, как ответить. Но вопрос не давал покоя, постоянно жужжал в голове. Лишь когда история получила имя, я поняла зачем она мне.

Где наш дом? Куда мы стремимся? Чего хотим от этой жизни?

Да, дом — это физическая единица. Он находится в определённом месте с определёнными людьми, но даже живя всегда в одном городе, селе, человек постоянно находится в поиске. Постоянно задаётся этими вопросами.

Путь домой — это поиск себя, своего предназначения, своей стези. Возможно, и чаще всего, нам не хватает целой жизни. Может быть именно поэтому моя героиня живёт очень долго, даже бесконечно. Ведь у неё очень важная миссия — обрести дом. Каждый из нас знает свой идеальный дом, где будет абсолютно счастлив. Но каждый раз тело не выдерживает, стареет и умирает. И душа должна начинать путь сызнова.

А давайте представим, что мы не умрём до тех пор, пока не найдём свой дом, своё истинное обиталище, где нам по-настоящему хорошо и счастливо.

**1**

Моя история покажется вам сказкой, фантазией. Но это моя жизнь. И она бесконечна. Почему? Этот вопрос постоянно в моей голове. Почему это случилось со мной? Для чего нужно? Возможно, прочитав мою историю, вы поможете найти ответ.

Я родилась в далёкой уральской деревне. Мои родители были достаточно зажиточны, насколько это возможно в 20—30х гг. ХХ столетия в Советском Союзе. Просто отец держал пчёл, и это помогало не голодать в тяжёлые времена. Нас было пятеро детей у матери. Младшая, последыш, родилась уже в 40-м году, за полгода до начала войны. Маленькая красотка с золотыми кудряшками. Такой я её запомнила навсегда.

В 1941 году мне исполнилось 17 лет. Моя мечта стать учителем растворилась в пучине войны. Отец ушёл на фронт осенью сорок второго, уже во вторую мобилизацию. Тогда же забрали моего любимого…

О, какие планы мы строили! Сперва собирались поступить учиться в столицу. Он хотел стать лётчиком, а я — поступать в педагогический институт. После окончания учёбы планировали поехать на Крайний Север, открывать новые горизонты. Придумывали имена нашим будущим детям…

Мы поженились за день до его отправки на фронт. И у меня были всего один день и одна ночь замужней жены…

Через полгода я получила похоронку, а следом маме пришло уведомление о том, что её муж пропал без вести где-то в районе Курска.

А ещё через три месяца у меня родился сын. Мой лучик света, моё золотце. Его волосики светились на солнце, как и у его маленькой тёти. Мама рассказывала, что и я в их возрасте была словно одуванчик.

Но как он будет жить, зная, что его отец и дед лежат где-то на чужбине. Как я могла заменить их? Что я должна сделать? Тяжесть мыслей не давали мне покоя ни днём, ни ночью. Я держала его на руках и плакала, а он хлопал глазками, не понимая откуда на него капает вода. В один из таких дней, когда свет казался тьмой, я пошла в сельсовет и записалась на фронт.

Пришла зима, за окном мела метель. Моя мать сидела у окна, пытаясь заштопать латанную-перелатанную одежду подрастающих сыновей. Я укачивала сына и пыталась найти подходящие слова. Как сказать матери, что завтра ухожу на фронт? Что будет с сыном?

Услышав мои слова о завтрашней отправке, мамина рука остановилась и она пристально взглянула на меня.

— Значит пришло время узнать всю правду. Ты уже сама мать, а, уйдя завтра, можешь не вернуться. Поэтому слушай. Мой муж тебе не родной отец.

Моё сердце вздрогнуло и закатилось куда-то под скамью.

— Мама, что ты такое говоришь? Не смей! Мой отец — самый лучший и единственный папа на свете.

— Да, я всю жизнь буду молиться о нём, чтобы там, в раю, он жил спокойно и видел нашу любовь и благодарность.

— Твой дед, мой отец, в старые времена был большим человеком. Вся наша волость была под его началом. А я считалась барыней и в женихи мне пророчили очень влиятельного человека. Но когда пришли Советы, всё поменялось, и наша «голубая кровь» оказалась не в чести. И моё знание арабского и французского языков стало «красной тряпкой» (вот уж не думала, что буду «красной») для былых завистников. В то время много народу бежало из столицы на восток, в Китай, Монголию, а оттуда ещё куда-нибудь. Один такой беглец задержался у нас на длительное время. Он был сыном друга отца, и поэтому отец принял его как родного.

Мама положила своё рукоделие и встала. Выйдя в другую комнату, зашумела посудой. Я не могла шелохнуться и что-то сказать из-за оглушившего меня услышанного. Вернувшись на своё место, она продолжила рассказ.

— Какие мы с ним вели беседы! Знаешь, наконец-то я смогла наговориться на любимом мной французском. Позже, когда у нас началась любовь, французский стал нашим тайным языком. А ещё я учила его писать арабской вязью…

Она улыбнулась, «поймав» какую-то мысль. Но тут же спрятала улыбку и тяжело вздохнула.

— А потом за ним пришли… В этот день я была у реки, ко мне прибежал наш работник. Он потащил меня в другую сторону от дома, я сопротивлялась, но вскоре увидела огромный столб дыма, как раз там, где был мой дом. На следующий день мы вдвоём уехали в дальнюю деревню, в его родной дом. Его мать приняла меня как дочь. Мы поженились, но к тому времени под сердцем уже была ты. Сейчас!

Она вновь встала, и я удивилась лёгкости в её походке, словно вернулась молодость. Мама открыла сундук, что-то там перебирала и наконец нашла.

— Вот. Это то, что он подарил мне. Я всегда его носила на шее, перетянув верёвочкой. И это единственное, что у меня осталось от той жизни. И я хочу, чтобы он был у тебя.

В ладони был большой, с мужской руки, золотой перстень с красным камнем.

— Мама, а как его звали?

Она вернулась на своё место.

— Да какая теперь разница, — она тяжело вздохнула и… снова постарела. — У тебя есть отчество твоего отца и фамилия мужа. Носи их с гордостью и уважением к их памяти. А это, — она кивнула в сторону перстня, — никому не показывай.

Больше в этот вечер она не сказала ни слова. И даже вздоха я не услышала…

…Через много лет я увижу этот перстень в одной книге и узнаю его имя.

**2**

О войне столько написано. И не написано ничего. Потому что у каждого своя война.

Моя война началась в сорок четвёртом. Советские войска воевали на территории Чехословакии и Венгрии. Всем было ясно, что война идёт к концу. Открытие Западного фронта летом того же года ускорило неизбежный результат. Но противник сопротивлялся, пытался забрать как можно больше жизней. И я должна была быть в этом списке. Но судьба (или злой рок, как я думала тогда) распорядилась иначе.

К зиме наша часть находилась между озером Балатон и рекой Дунай. Летом здесь великолепно, — думала в перерывах между боями, — а ещё и в мирное время. Сейчас же вокруг всё грохотало и взрывалось. И не было, казалось, этому ни конца, ни края…

Следующие события я вспоминаю с трудом, сопоставляю факты, собирая их по кусочкам. Последней сознательной мыслью было: доползти до раненного, лежащего в пяти метрах от меня. А потом взрыв. Очнулась от громких криков и собачьего лая. Плен! Только не это!

Нас загнали в вагоны, везли бесконечно долго. Для многих эта дорога стала конечной. Иногда на станциях вычищали вагоны, заставляя узников выносить трупы и складывать вдоль, а фрицы делали контрольные выстрелы уже мертвецам. Как же они боялись, что кто-то останется в живых. Мы тоже были трупами и знали, что через несколько километров также получим свою пулю. Кто-то раньше, кто-то позже.

В освобождённых вагонах становилось холоднее: декабрь и в Европе — зима. Мы жались друг к другу, чтобы согреться. Бывало, что нас могли покормить: кидали обглоданные мослы, которые даже собаки не ели.

У очередной станции началась новая чистка. Это я только предполагаю, так как меня вынесли мои «попутчики». Наши конвоиры вновь сделали свою работу, освободив несколько обойм.

И я умерла…

**3**

Что такое смерть? Почему люди умирают? Почему чья-то жизнь коротка, а кто-то живёт очень долго? Это предначертано кем-то свыше или выбрано нами самими? А кто-то умирает, чтобы родиться вновь.

Я очнулась с громким вдохом, словно вынырнула из воды. Вокруг был полумрак. «Видимо, ночь», — сделала я вывод и, уловив аромат трав и цветов, вновь отключилась. В следующее моё пробуждение ярко светило солнце. Я пыталась что-то вспомнить и понять, где я. Помещение, в котором я находилась, было словно из сказки о Спящей Красавице. Я лежала на высокой кровати с балдахином, рядом стоял огромный массивный стул.

А это «Три медведя» — улыбнулась я про себя. В изголовье на столике — букет полевых цветов. Именно они издавали такой дивный аромат вокруг.

Изучение комнаты остановил скрип открывающейся двери. Из неё возникла горничная в длинном тёмном платье и белом переднике. Сказка продолжалась…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 305