электронная
288
печатная A5
494
16+
Психосоматическая антология

Бесплатный фрагмент - Психосоматическая антология

Текст 3

Объем:
136 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-3679-7
электронная
от 288
печатная A5
от 494

ПСИХОСОМАТИЧЕСКАЯ АНТОЛОГИЯ
ТЕКСТ 3

Психосоматическая антология — сборник моих текстов

о психосоматических коучинговых и психокоррекционных технологиях


В очередном выпуске психосоматической антологии освещены вопросы психосоматического коучинга, нейропсихотерапии, нейропсихологической и рефлекторной психокоррекции, а также технологии креативности

Вопросы читателей приветствуются: m.sandomirsky@gmail.com

сандомирский.рф

Содержание

I ИНТЕГРАТИВНЫЙ ПСИХОСОМАТИЧЕСКИЙ КОУЧИНГ


II НЕЙРОПСИХОТЕРАПИЯ РЕТРИ


III НЕЙРОПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ И РЕФЛЕКТОРНАЯ ПСИХОКОРРЕКЦИЯ


IV СЛОЖНОМИР БОГОРОДСКОГО


V КРЕАТИВНОСТЬ КАК ОБРАЗ ЖИЗНИ

Интегративный психосоматический коучинг

Под психосоматическим коучингом в методе Ретри понимается психосоматически-ориентированная технология саморегуляции и принятия решений. Опорой для нее выступает не формальная, одномерная линейная логика, а гибкая, более адаптивная невербальная, телесно-опосредованная логика разрешения противоречий. Лежащая в ее основе психологическая экология и создает дополнительные, комплексные адаптивные ресурсы, которые утилизируются в описанном подходе. В широком контексте психоэкологический подход к решению различных коучинговых задач находит приложение в форме психосоматического коучинга, создавая триггерный эффект: при минимуме воздействия — ощутимые изменения.

Психосоматический коучинг опирается на следующие принципы:

— холистический,

— экологический,

— онтогенетический,

— филогенетический,

— рефлекторный.

Задача психосоматического коучинга — не давая готовых ответов на вопросы клиента, помогать ему создавать состояния, в которых он приходит к конкретным решениям самостоятельно (авто-коучинг). При этом коучинг выступает как инструмент снятия внутренней неопределенности благодаря синхронистичности и проживанию одновременно нескольких альтернатив. Это кооперативные состояния, которые проживают одновременно клиент и коуч, при этом мозг коуча выступает как «мост» или посредник, объединяющий разные части мозга клиента (точнее, нейрональные конфигурации его активности), за счет чего и происходит их интеграция.

Еще один элемент психосоматического коучинга — систематическая релаксация, интегрируемая в повседневную жизнь и рассматриваемая как «возврат в детство», или кратковременное регрессионное переключение в онтогенетически раннее состояние. При этом «детское» состояние также связывается с повышенной способностью мозга к образованию новых связей (нейропластичностью, или в прежней парадигме, сензитивностью). Соответственно, при выходе из регрессии последующий «возврат к себе» ассоциируется с действительным личностным ростом, взрослением.

Подобное временное «детское» состояние также является и более эмпатичным. При этом эмпатия и регрессия оказываются не только индивидуальными, но и совместными для клиента и коуча, как общее состояние в детско-материнском синхронизме. Подобная синхронизация — один из инструментов повышения нейропластичности, причем инструмент, использующий эволюционно запрограммированный механизм совместности. С системной точки зрения, в используемой тетраде эволюционного коучинга можно выделить психологические компоненты (регрессия, эмпатия) и физиологические компоненты (синхронизация и нейропластичность).

В процессе коучинговой работы преодолевается вытеснение, благодаря использованию бесцензурного ассоциативного мышления — создавая возможность для раскрытия внутреннего конфликта, осознавания его противоречий. Как правило, в этом процессе формулировки проблем вербальны, в то время как их решения — нет. Достижение решений связано со снятием противоречий, соответственно исходная задача переформулируется. И препятствовавшее ее адекватному осознаванию (как следствие вытеснения) препятствие устраняется благодаря холистическому подходу (Касавин И. Т., 2009). При этом опираясь не на слова, а на ощущения и образы, которые доходят прямым путем к осознаванию, минуя цензуру сознания. Оптимизации результата способствует использование рефлекторных техник контроля функциональных состояний (психорефлекторный подход В. М. Бехтерева).

В результате систематической практики формируются устойчивые навыки саморегуляции. Благодаря этому и состояния ума из спонтанных становятся в определенной мере подконтрольными, при чем не только для себя, но также еще и для демонстрации примера тем, кто рядом. Подчеркнем, что имеются в виду не просто декларации, а практическая саморегуляция, или конкретные «состоянии себя», повторение которых дает реальный эффект. Основную роль играет саморегуляция, при минимизации коучингового участия.

В целом сила описываемой системы — в ее экологичности, простоте, адаптивности и коллективности. Используется эволюционно-экологический подход к коучингу, опирающийся на естественные адаптационные механизмы мозга. На практике выстраивается система коллективной адаптации, где человек совместно с другими думает о них (чтобы они в ответ думали о нем), для решения задач, решить которые возможно коллективным действием.

Практические задачи психосоматического коучинга на первый взгляд просты: мотивация, совладание со стрессами, повышение уверенности и успешности в процессе деятельности. Но еще более интересна креативность, а также их интеграция — креативная уверенность и комплексная психологическая оптимизация деятельности. В общем случае можно описать подобный подход как интеграцию сознательных и подсознательных возможностей, лежащую в основе сложной простоты системности — ПсихоСоматический Интегративный Коучинг (ПСИК). Самые серьезные задачи находят таким образом внешне простые решения, поскольку путь к ним пролегает через простоту сложности. Это снятие внутренних противоречий, способом достижения которого выступает регрессия, кратковременный возврат в состояние ребенка.


Коучинг, эмоциональный и психосоматический интеллект


Важно подчеркнуть, что данный подход — то, что человек способен научиться делать практически самостоятельно. Задача же консультанта состоит в утилизации собственных внутренних процессов клиента, активизации его подсознательных ресурсов. Первоочередную важность при этом приобретают технологии, которые опираются на эмоциональный интеллект, особенно психосоматический.

В этом процессе, очевидно, принимают участие различные составные части интеллекта. Пользуясь терминологией Г. Гарднера (2007), различают в составе множественного интеллекта такие составляющие, как лингвистический и логический, телесно-кинестетический, внутри- и межличностный интеллект (меньшую роль играют пространственный и музыкальный). Таким образом можно говорить про интеграцию качественно разнородных интеллектуальных метрик. Для человека, как носителя интеллекта естественного, биологического в отличие от ИИ, свойственна неразрывная связь ума (интеллекта), эмоций и телесного состояния. Эта комплексность, демонстрирующая целесообразность объединения рациональных и иррациональных метрик сознания (по Уилберу — Комбсу) постулируется также в интегральном подходе К. Уилбера (2013).

В коучинге, особенно психосоматическом, важен как поиск решений, так и их принятие с опорой на эмоциональный интеллект (ЗИ). Это нынче не просто известное, но и популярное понятие, хотя и далеко не строго академическое, а скорее практическое: ставшее широко известным представление Д. Гоулмана об ЭИ («Эмоциональный интеллект», 1995), которое было подготовлено работами Mayer J. D., Salovey P. и Caruso D. R. (Mayer J. D., Salovey P., Caruso D. R., Sitarenios G., 2001). Представляем ЭИ соответственно традиционному определению как «способность отслеживать собственные и чужие чувства и эмоции, дифференцировать их и использовать эту информацию для направления мышления и действий» (Salovey, Mayer, 1990).

В то же время представление об ЭИ является в определенной степени односторонним. Правильнее понимать интеллект как комплексное явление, в котором интеллектуальная сторона нашего сознания неразрывно связана и с аффективной (Выготский Л. С., 1968). В современном представлении ЭИ раскрывается с точки зрения единой концепции сознания и эмоций как разных, одновременно актуализируемых уровней системной организации поведения (Александров Ю. И., 2011). Интеллект, как формальный, так и эмоциональный в целом выступает инструментом взаимодействия людей, их объединения.

Следуя логике интеграции отдельных свойств личности, уместно также представить эмоционально-деятельностный интеллект, или для их объединения — интегративный интеллект. В коучинговом формате для описания структуры интегративного интеллекта удобной представляется ролевая типология И. Адизеса (2010), включающая 4 роли — «производитель», «администратор», «предприниматель», «интегратор» (producer, administrator, entrepreneur, integrator). Соответствующие представления могут быть утилизированы в русле ролевой саморегуляции.

К смежной области относится конечно и психосоматический эмоциональный интеллект, или сокращенно — психосоматический интеллект (ПСИ), который соединяет эмоциональную компетентность с телесной адаптацией и качеством жизни. Важное отличие ПСИ от обычных представлений об интеллекте: тренировать его вовсе не означает решение задач формальной логики. Развивать интеллект психосоматический возможно с помощью обучения техникам управления собственным телом (снятие мышечных зажимов, использование рефлекторной коррекции). Обучения сознательному управлению природными ресурсами, заложенными в организме.


Рефлекторные инструменты психосоматического коучинга


Основание психосоматического коучинга, обращение к рефлекторным техникам психокоррекции представляет глубинную тенденцию — стремление к объективной психокоррекции. Она связана с онтогенетическими механизмами психосоматических нарушений, патогенез которых представляется регрессионно ассоциированным. Ведь проблемы, с которыми работает коучинг, представляют собой лишь видимую верхушку айсберга, основание которой было заложено в событиях детства, в полном соответствии с онтогенетически-ориентированной концепцией Фрейда.

Исходя из этого принципа, работу с любыми коучинговыми задачами целесообразно начинать с «возврата в детство», поскольку именно там находится ключ к их решению. Соответственно воронка поиска решений выглядит унифицированно: решение любых задач целесообразно начинать с анализа телесных ощущений. Тем самым процесс уподобляется онтогенетическому, решение приходит, как бы в детском состоянии, как для ребенка, который думает без слов. Как для ребенка, который еще не умел говорить — и пока не было слов, не было и порождаемых ими противоречий.

Соответственно невербальная коррекция состояний с использованием психорефлекторных инструментов включает:


Диагностический этап

1.1. Дифференцированное самонаблюдение — Процедура Ревизии Ощущений (ПРО).

1.2. Аурикулярная ПсихоСоматическая Диагностика (АПСД) — общая оценка состояния и выявление конкретных телесных симптомов с помощью аурикулярной рефлексодиагностики.


Коррекционный этап

2.1. Трансовый Аурикулярный Массаж (ТАМ) — рабочий психокоррекционный инструмент как коучинга, так и саморегуляции. Представляет собой экспресс-коррекцию психоэмоционального состояния с помощью рефлекторного воздействия на аурикулярные точки.

2.2. Аурикулярная Линия Эмоций (АЛЭ), соединяющая 7 зон аурикулярного воздействия с их сегментацией по В. Райху.

2.3. Подсознательно-ориентированная Меридианальная Ауторегуляция (ПМА) — техника саморегуляции / самопомощи с использованием техники психорефлекторной самопомощи по Callahan (Callahan R.J., 1996) в нашей эмпатийно-ориентированной модификации.

3. Рефлекторная работа с мышечными зажимами — техника Ауто-Мобилизации и ПостИзометрической Релаксации (АМПИР), сочетающая миофасциальный рилизинг с регрессионной психокоррекцией (Сандомирский М. Е., 2009).

4. Динамическая рефлекторная эмоциональная разрядка в формате Меридианальной Эмоциональной Разрядки (МЭР), объединяющая двигательную катартическую разрядку с рефлекторной саморегуляцией (Сандомирский М. Е., 2013).

5. Добавим техники рефлекторные техники внутреннего диалога, такие как невербальная коммуникация (редуцированная к динамике ощущений) и псевдовербальный диалог (регрессионная речь, имитирующая гуление, либо многократное повторение в ожидании иррациональных ассоциаций).

С помощью перечисленных инструментов, создается состояние внутренней трансформации, в котором именно и возможны изменения.


Коучинг противоречий


И опыт, сын ошибок трудных,

И гений, парадоксов друг

А. С. Пушкин


В представлении психосоматического коучинга, его общая цель — снятие внутренних противоречий, или известных парадоксов. Последние в классической фрейдовской схеме выступают основным механизмом внутрипсихического конфликта (Бреннер Ч., 2005). Противоречия внешние в этой карте являются отражением противоречий внутренних, неспособности с ними примириться или найти иной конструктивный выход. При этом холистический подход связан не с избеганием противоречий, а с их снятием.

Стремление жить в мире без противоречий ведет к их вытеснению и тем создает новые. Главное решение для выхода из «капкана» противоречия — найти холистический способ взаимо-оппонентным акторам (или частям собственной личности, в чем и состоит регрессионный диалог) уживаться друг с другом, именно таким образом динамическое противоречие находит конструктивный выход. В этом проявляется базовый закон мышления (от Аристотеля до Г. В. Гегеля): в процессе мышления противоречия разрешаются путем их интеграции, от тезиса и антитезиса — к синтезу (Сандомирский М. Е., 2019). Противоречие с точки зрения рациональных бинарных оппозиций, которое может быть снято путем интеграции, и рассматривается как развитие.

Для последнего важно субъекту научиться смотреть на себя со стороны, изначально с помощью других (как возможно в коучинговом формате). Это означает переход из детского противостояния инфантильных частей — к взрослому внутреннему равновесию. Для этого — принять осознанное решение «повзрослеть» и подкрепить его действием. Иными словами, относиться к жизни по-взрослому.

Техниками поддержания адаптивных состояний становятся при этом диссоциативно-экзистенциальное самонаблюдение и самоанализ. Сумма практических выводов сводится к известной античной максиме: «Помни о смерти» (Memento mori). Это и взрослое отношение к жизни, и способность ценить жизнь, ставить реальные практические цели и стремиться к их осуществлению. Соответственно происходит переоценка декларируемых человеком проблем, часто снижение их значимости и девальвация.

Практическим инструментом оказывается поддержание психосоматического баланса, или баланса психологии и физиологии в процессе решения реальных коучинговых проблем. Поддержание баланса — инструмент, позволяющий не на словах, а на деле улучшить психосоматическое состояние, в процессе активной деятельности. с поддержанием «жажды жизни», наполняющим существование осознанным смыслом (Tanno K., Sakata K., Ohsawa M., 2009). Здесь также важен ресурс коллективной саморегуляции состояний в утилитарном психосоматическом аспекте (Бюттнер Д., 2014).

Подчеркнем, что коучинг возникающих внутренних противоречий представляет собой не аналитический обзор проблем и путей их решения, а синтетический пост-рациональный подход, интегрирующий рациональный дискурс с пост-рациональным (пост-оппозиционным, в духе сотканного из противоречий метамодерна). Соответственно виртуально-образным представлением проблемной ситуации и комплексным инсайт-ориентированным снятием противоречия: через противоречия — решение (per pugna ad solutio).

Таким образом в основе технологии практического решения коучинговых задач лежит комплексный подход, синтез рациональных и иррациональных механизмов поиска и принятия решений. Рациональные, вербальные компоненты в решении проблемы носят подготовительный (изначальная постановка задачи) и завершающий характер (итоговое осознавание и утилизация). Невербальные интуитивные компоненты имеют довербальную и пост-вербальную природу (Libet B., 1993), находятся вне обычных рамок осознавания. Тем не менее искомое решение парадоксальным образом приходит благодаря диалогу, в котором коуч помогает клиенту самому ответить на собственные вопросы последнего. Для решения этой задачи коуч солидаризируется с клиентом, вначале общаясь с разными частями его «Я» поочередно, а затем содействуя их интеграции друг с другом, как бы отходя в сторону.

С позиции клиента это коллективное принятие решений в диалоге внутренних частей собственной личности. Соответственно главная креативная задача коуча — выступить посредником во внутренних переговорах клиента с самим собой. Этот процесс в консалтинговом и коучинговом формате происходит трансактивным путем, через проживание совместных внутренних состояний по законам межличностной нейробиологии (Сигел Д., 2015). Поиск персональных решений в пространстве противоречий обеспечивается адаптивной трансовой интеграцией, креативной мобилизацией ресурсов благодаря снятию внутренней цензуры, разрешению новых мыслей (вытесняемых ранее комбинаций прежних).


Определенность неопределенности

И тогда чего нельзя ожидать,

ожидает…

Н. С. Лесков. Очарованный странник.

C позиции рацио, возникновение противоречий как объекта коучинговой работы тесно связано также с неопределенностью, общий социокультурный тренд возрастания которой, начиная с конца ХХ в., складывается из нескольких составляющих. Рост неопределенности с социальной и культурной стороны можно объяснять образом жизни, «текучестью» современности (Бауман З., 2008). С техногенной, политической, экономической стороны рассматривать комплексную неопределенность стало принято в 4 аспектах: волатильность, собственно неопределенность, сложность и двойственность (VUCA). С последней связаны точки бифуркации «или — или» (описанные в теории катастроф), в которых происходит радикальная смена сценариев (Сандомирский М. Е., 2017). Рост неопределенности при этом закономерно приводит к росту перманентной напряженности.

Важно представить соотношение определенности и неопределенности системно, в их диалектическом противоречивом соотношении «порядок из хаоса» (Пригожин И., Стенгерс И., 1986). Рост неопределенности в одних аспектах реальности может сопровождаться ее сокращением в других. Параллельно с расширением цифровой реальности, ее интеграцией в различные сферы жизни закономерно можно было бы ожидать и возрастания цифрового детерминизма. Предположим, что это могло бы нарушить глобальный закон сохранения неопределенности. Говоря последнем, подчеркнем, что хаос, в качестве проявления неопределенности, на объективном уровне представляется как необходимость (Harford T., 2016) и выступает в роли движущей силы развития.

С этой точки зрения может рассматриваться глобальная неопределенность (Вайно А. Э., Кобяков А. А., Сараев В. Н., 2011). На физическом уровне она проявляется как принцип неопределенности В. Гейзенберга (1927), заложенный в квантовом образе мира. На логическом уровне отсюда происходит неизбежность противоречий, сформулированная в теореме К. Геделя (1931) о неполноте логического описания. На уровне экономического и социально-психологического описания применимым оказывается принцип человеческой неопределенности Д. Сороса (2013), совмещающий теорию рефлексивности в соединении с «финансовой сенсорикой».

Рост неопределенности, описанный как хаотизация, включает углубление внутренних противоречий. Противоречие заключается также в том, что этот процесс рассматривается как сложно-организованный порядок. Отсюда же происходит и взгляд на «случай как непознанную закономерность» (K. Маркс). Еще один аспект случайности — предсказуемая непредсказуемость, не прогнозируемая рационально, так называемый «черный лебедь» Н. Талеба (2011). Наконец, сюда же примыкает «управляемый хаос», запланированный и утилизируемый рост дезорганизации.

Соответственно один из ведущих мотивов человеческого поведения — стремление к редукции неопределенности (СРН), поведенческий аналог негэнтропии в термодинамике и информатике. Отсюда и актуальное стремление к редукции базовой неопределенности разными способами — эмпирическим; концептуальным; имагинативным; добавим к ним и мифологический (Загвозкина Ю. М., 2005). В формате коучинга она может рассматриваться как формирование толерантности к неопределенности, не только как адаптация к текущим ситуация, но и преадаптация на будущее, стратегическая. Преадаптация к неопределенности рассматривается как общая стратегия навигации развивающихся систем (Асмолов А. Г., Шехтер Е. Д., Черноризов А. М., 2017). В практическом аспекте это не только решение текущих проблем, но и профилактика возникновения новых.


Коучинг, осознанность и зрелость личности


Главную роль в психосоматическом коучинге играет не рационально-ориентированная работа с убеждениями или мотивацией, а более глубокий коучинг осознанности, дающий возможность принимать решения в ситуациях противоречивости и неопределенности. Его базовым положением выступает известная пресуппозиция самосовершенствования: «Познай самого себя», согласно которой ответы на все экзистенциально значимые вопросы человек может найти внутри собственного «Я».

Отсюда жизнь человека предстает как процесс непрерывного практического самообразования, в котором учебником выступает сама жизнь: «Век живи, век учись». Основное, что для этого самообучения необходимо — осознанность, умение непрерывно наблюдать за собой, особо отмечая моменты, выделяющиеся отчетливыми непроизвольными изменениями психофизического состояния. Именно в этих состояния и становятся реальными действительные внутренние изменения, в том числе и в формате коучинга. Подобные моменты соответствуют перерывам постепенности, резким изменениям характера развития (Философская Энциклопедия, 1960—1970), в основе которых лежит снятие внутренних противоречий.

Соответственно оказывается возможной и целесообразной интеграция современной психологии и медитативных практик на базе техник осознанности. Стандартным вестернизованным подходом представляется Mindfulness-Based Stress Reduction (MBSR), развиваемый Дж. Кабат-Зинн (Grossman P. и др., 2004). В качестве примера практического использования можно сослаться на рекомендации Национального института охраны здоровья и совершенствования медицинской помощи (NICE, Великобритания) по использованию осознанности в качестве первоочередной терапии при депрессии (Chiesa A., Serretti A., 2010). В коучинговом подходе используется как средство повышения стрессоустойчивости, эмоционального интеллекта и общей результативности в различных организациях (Часкалсон М., 2014). В психосоматическом варианте медитация осознанности (наблюдение-понимание-чувствование) представляется как наблюдение взрослого «Я» за его детскими, регрессионными состояниями.


Осознанность как регрессионная психологическая защита


Наиболее общая коучинговая задача, она же главная психологическая проблема современного человека — недостаток осознанности, под которой понимается «готовность или умение присутствовать в собственной жизни и проживать ее… здесь и сейчас» (Пенман Д., Уильямс М., 2014). Ее психосоматический смысл — диссоциация, распараллеленное «детское» состояние сознания, протекающее параллельно со «взрослым». И это регрессионное «детское» состояние можно интегрировать со «взрослым», благодаря его отражению в «зеркале» функциональной асимметрии полушарий мозга.

Инструментом интеграции становится параллельное наблюдение телесных ощущений и иных сознательных процессов (вербальных, невербальных). С точки зрения регрессии, это диссоциированное наблюдение текущего состояния (себя-взрослого) и регрессионного (себя-ребенка). Подобное совмещенное самонаблюдение, вне вытеснения, рационализации и критики благодаря невербальности, по умолчанию сопровождается регрессией: «Тогда я был еще маленьким и доверял собственным ощущениям» (Гейман Н. После закрытия). Или в каноническом варианте: «Будьте, как дети…»

Технологией же интеграции становится релаксационное погружение и остраненное (по В. Шкловскому) медитативное наблюдение себя-за-собой, сопровождающее диссоциацию себя-взрослого и себя-ребенка (соответственно 4 элементам тетрады раннего онтогенеза). Таков действенный рецепт регрессионной диссоциативной саморегуляции (РДС). Применением становится не только сохранение психосоматического баланса и душевного равновесия, но и повышение эффективности деятельности, включая анализ и принятие решений в трансово-опосредованном диссоциативном состоянии. Интегративный взгляд на решение упомянутых задач приводит от частных проблем к общим решениям, и напротив, от общих — к частным. Тем самым предлагается утилизация естественной психологической защиты.


Психосоматический реперентинг


В психосоматическом коучинге различаются роли взрослого и детского «Я». В качестве двух противостоящих друг другу аспектов последнего, связанных с регрессионной подвижностью «Я», рассматриваются внутренние «Ребенок» (Оно) и «Родитель» (Супер-Эго). В описываемой картографии сознания неадаптивные состояния (неконструктивной агрессии, неэффективности, слабости, неуверенности и неверия в себя), связаны именно с эпизодами возрастной регрессии. При этом, согласно описанию К. Г. Юнга (1995), различаются:

— регрессия онтогенетическая (биографическая),

— регрессия филогенетическая (рекапитуляционная).

Соответственно способом противостояния неадаптивности выступает психосоматический реперентинг-1 («сам себе родитель»), или психокоррекционное повторение онтогенеза. Это регрессионная осознанность, диссоциированное наблюдение себя-взрослого за собой-ребенком. Так происходит совмещение взрослого и детского состояния себя, иными словами, синтез состояния, в котором они объединяются или воображаемым образом меняются ролями. И таким образом во внутреннем диалоге себя-взрослого с собой-ребенком формируется действительное умение быть собой, быть внутренне «взрослым», преодолевая моменты спонтанной или индуцированной неадаптивной регрессии, возникающие на протяжении всей жизни. В этом смысле у взрослых людей не бывает психологических проблем — они возникают, когда человек временно перестает быть взрослым в силу регрессии.

Для того, чтобы стать по-настоящему взрослым, человеку необходимо повторно побыть ребенком — осознанно, в уже зрелом возрасте. Можно сказать, что действительный, вневозрастной рецепт взросления — умение проживать детские проблемы по-взрослому. Вместе с подобным изменением отношения к себе и к окружающим людям, меняется в более взрослую сторону также отношение к жизни в целом. И напротив, проживать взрослые проблемы по-детски, освобождаясь от перфекционизма и гиперответственности — проще, что делает адаптацию более гибкой.

Еще один формат работы по саморазвитию может быть представлен как психосоматический реперентинг-2 («родитель собственным родителям»). То же символическое представление во взаимодействии с собственными родителями, поменяться с ними местами. В некоторой степени это применимо по отношению к реальным родителям, для проработки внешних противоречий в отношениях с ними. Но главным образом — по отношению к «внутренним родителям», виртуальное противостояние с которыми происходит вновь и вновь, в попытках доказать свою самостоятельность. Именно этот конфликт, как следствие переноса, для многих продолжается всю сознательную жизнь.


Проблемы истинные и ложные. Основное противоречие регрессии


Проблема как правило заключается в том, что человек хочет, но не может изменить — при этом доступные для изменения проблемные аспекты реальности не представляются для него достаточно значимыми. В основе проблемы таким образом находится базовое противоречие регрессии (БПР): в случае наличия действительной психологической проблемы, субъект осознает ее не в том виде, как она доподлинно существует. Это происходит в результате действия известных психологических защит, являющихся следствием вытеснения и регрессии (в форме разнообразных искажений субъективной реальности). Именно потому, что человек представляет реальность искаженно, возможные пути действительного решения проблемы им не осознаются, поскольку отвергаются, даже на уровне внутренней цензуры (кризис «снизу», иррационально-интуитивный), а осознаваемые оказываются нереалистичны (кризис «сверху», рационально-когнитивный).

Преодоление базового противоречия регрессии достигается благодаря ресурсу осознанности: способности человека думать о том, что он делает, наблюдая за собственным телесным состоянием в процессе действия. Подобная «распараллеленность» сознания изначально рассматривается как бикамеральность сознания (Jaynes J., 1976). Этот параллелизм внутренней диссоциации, представляемый как многослойность представления реальности, разделение ее внешнего, поверхностного и внутреннего, глубинного слоя связан с функциональной асимметрией полушарий мозга, очевидной разнополушарной принадлежностью лево- и правополушарного представления информации мозгом.

При этом вследствие билатеральности устройства сознания в нем изначально заложена двойственность. Реальность левополушарная, додуманная и правополушарная «по гамбургскому счету» накладываются друг на друга. В результате их суперпозиции человек живет одновременно в двух жизнях, реальной и придуманной. Временами путается, и тогда сам себе придумывает проблемы, создавая противоречия — то, чего нет, воспринимая, как будто бы это есть, и наоборот. Таким образом, происходит подмена реальных проблем иллюзорными — нередко основные силы человек направляет на достижение ложных целей.

В позитивном же аспекте отсюда проистекает и диссоциативное, объемное «биоголографическое» восприятие себя. И способность посмотреть на себя со стороны, диссоциативность и многослойность самосовершенствования. В отношении подобного представления важно использовать диссоциативность сознания, его параллелизм на разных уровнях. Как будто бы все это лишь игра — на одном слое реальности, глубоком. Хотя и всерьез — на другом, относительно поверхностном. Думая о рассматриваемой в формате коучинга проблеме, уместно представить последнюю в формате «театрализации», тем самым маскируя лежащий в ее основе драматический конфликт.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 288
печатная A5
от 494