электронная
18
печатная A5
268
18+
Противоположности

Бесплатный фрагмент - Противоположности


4
Объем:
78 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4483-9027-2
электронная
от 18
печатная A5
от 268

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Она закрыла дверь и устало прислонилась спиной к стене. Очередная смена подошла к концу, с радостью подумала Даша. Теперь можно спокойно принять душ и завалиться спать. В последнее время девушка не высыпалась: сначала ворочалась с боку на бок, затем видела дурацкие сны, от которых глаза открывались сами собой. Издержки профессии, говорила она, улыбаясь. Однако скрывать синяки под глазами с каждым днём становилось труднее.

Даша испытала облегчение, когда туфли на высокой шпильке слетели с её ног и очутились на полу. В домашних тапочках-собачках намного приятнее ходить. Жаль, работа не позволяет носить их. Ведь насколько было бы удобнее! Ноги устают меньше, значит, можно принять ещё одного клиента. Всё больше выручки. Только начальству этого не объяснишь. Дресс-код, понимаете ли!

Смеясь над собственными мыслями, девушка прошла на кухню и включила чайник. Со вздохом опустилась на табурет и вытянула ноги. Вот так просидеть бы долго-долго, не шевелясь, в удобной позе. Кто чай заварил бы! Чайник вот-вот закипит, а подниматься совсем не хочется. Но придётся. Нужно достать чашку, отыскать заварку… Приучала же её мама держать всё в чистоте и порядке. С радостью, только бы время на это найти!

Чайник, ополчившись против неё, закипел, издавая протяжный вой, будто режут поросёнка. Давно нужно его сменить. Даша всегда пугалась этого стона, пронзительно-громкого. Ей всегда казалось, что сейчас прибегут соседи и начнут ломиться в двери, потому что подумали, за стенкой кого-то убивают. Вой же набирал силу. Девушка зло посмотрела на чайник и резко встала. Что, думаешь, я всегда буду тебя бояться, сейчас посмотрим кто кого! Даша выключила газ, и чайник прекратил исполнять свою жуткую песню.

Раз подняться пришлось, то можно найти кружку, ложку, заварку и все мелочи, необходимые для древней церемонии чаепития. Древней, как и её профессия. Сидя за чаем на кухне, Даша всегда пыталась найти связь между этими двумя вещами: чаепитие и её работа. Ключевое слово — древний. Просто так, от скуки, а не от того, что у неё поехала крыша. Но каждый раз рассуждения уводили её далеко, и она возвращала себя на место.

Пока вода остывает можно встать под тёплые струи воды и немного прийти в тонус. Только бы не взбодриться. Ночь как никак на дворе, спать нужно. Хотя бы попытаться. Может сегодня уснёт сразу? Может сегодня не будет пугающих кошмаров?

Не торопясь смывала она с себя всю накопившуюся за день грязь. Без слёз, без истерик, спокойно. Поначалу, первые недели две работы, она с остервенением тёрла себя мочалкой, оставляя красные, болезненные следы. Но всегда ощущала, что грязь никак не отходит, что с каждым днём она всё больше и больше въедается в кожу, её уже ничем не смоешь. Потом привыкла. Да и какой смысл калечить себя, оставлять синяки? На работе это не приветствуется. Каждый день ты должна выглядеть идеально, чтобы покорять мужские сердца с одного взгляда. Кто же позарится на красивую мордашку и ободранные плечи? Ещё и от сутенёра получишь вдобавок.

Обмотав полотенце на голову, Даша запахнулась в тёплый пушистый халат. Её любимый предмет одежды. Теперь всё хорошо, теперь можно ни о чём не думать и спокойно пить ночной чай. Следующий рабочий день ещё не скоро. Не надо его приближать, он придёт сам, не спрашивая твоего мнения.

Даша принесла из комнаты фотографию в рамке и поставила на стол перед собой. На снимке улыбался во все зубы четырёхлетний мальчуган. Глаза его горели от восторга. Фотоаппарат запечатлел его в зоопарке.

Вместе с мальчиком улыбнулась и Даша. Как вы там, мои любимые мама и сыночек? Знали бы вы, как я скучаю. Очень хочется позвонить, но не в четыре же утра! Завтра, точнее сегодня, она проснётся и сразу же наберёт их. Она знает, стоит только услышать звонкий голосок Тёмки, то сердце наполнится радостью, а душа наберётся сил. Внутри станет легко-легко, и можно будет прожить ещё один долгий день.

Чашка с ложкой переместились в раковину. Слабенький светильник погас. Даша, мягко ступая по полу, покрытому линолеумом, перебралась в спальню. Впрочем, громко сказано. Спальня служила также гостиной, хотя в гостях у неё никто не бывал, комнатой отдыха, кладовкой, хранилищем вещей и тому подобное. Чего, собственно говоря, ожидать от однокомнатной квартиры, где тесно будет даже мышам? Но Даша любила своё пристанище, своё маленькое убежище. Вот уже два с половиной года она снимала эту жилплощадь. За такое время они, можно сказать, породнились. Если сейчас пришлось бы съезжать отсюда, то девушка по-настоящему расстроилась бы.

Диван с мягким скрипом разложился. Её любимый диван, купленный совсем недавно. Хозяйская кровать сломалась, и её решено было выкинуть. Впрочем, хозяйка так и не приняла в процессе участия. Спасибо соседу Митьке. За сто рублей помог отнести на свалку рядом с домом. Но Даша не злилась на хозяйку квартиры. Она уже давно разучилась злиться на людей. По крайней мере, делала это крайне редко.

Как только она разместилась на ложе, сразу же почувствовала разливающуюся по всему телу усталость. Вот сейчас-то самое время засыпать. Но в голову моментально полезли мысли о сыне, о матери, о работе. Так нельзя, ведь можно и сорваться. Что с тобой? Ведь ты уже давно не думаешь о правильности и эстетичности этой работы. Пережила, свыклась. Или снова наступает депрессия? Это пустяки, депрессию прогоним, не в первый раз. Да и Артём под присмотром матери. Там тоже ничего страшного случится не может. Значит, депрессия. Поставлен диагноз…

Девушка перевернулась на бок, надеясь, что мысли, таким образом, затеряются в голове. Немного помогло. Надолго ли? Не важно. Главное, что за эти считанные минуты, пока думы снова воссоединяются, можно уснуть.

И действительно, Даша забылась тревожным сном.

Писк будильника как обычно раздался в двенадцать дня. Даша открыла глаза и сладко зевнула. Странно, но сегодня она выспалась. Кошмары не мучили её, на удивление легко удалось заснуть. Что ж, день начался прекрасно. В душ — смыть остатки сна и грязи, — и к телефону. Её звонка наверняка уже ждут.

— Мама, привет! — звонкий голос сына Артёма прорезался после первого же гудка.

— Привет, золото моё! — голос Даши дрогнул, но она постаралась взять себя в руки. — Как у тебя дела? Как в детском саду?

— У меня всё отлично! — гордо заявил Тёмка. — Жду тебя. Ты когда к нам приедешь?

Слеза предательски скатилась по щеке. Только бы не сорваться. Этого вопроса она ждала, но так и не смогла придумать достойный ответ.

— Скоро, — неловко брякнула она.

— Ты всегда так говоришь. Когда именно?

Положение спасла мать Даши, Елена Петровна.

— Дай трубочку, пожалуйста. Бабушка тоже хочет поговорить с мамой, — услышала девушка в отдалении и с облегчением вздохнула.

— Здравствуй, доченька! Как ты там?

— Привет, мам! Всё нормально. Работаю потихоньку. Лучше расскажи, как Артём? Не балуется?

— Нет. Растёт примерным ребёнком. Настоящий глава семьи! Помощник-то какой! Смотрю на него и умиляюсь.

— Так хочется его увидеть. Я так соскучилась по нему, по тебе. Если бы ты только знала. Хоть секундочку на вас посмотреть.

— Бросай всё и приезжай! — в голосе матери послышалась надежда на приезд любимой дочери. — Всех денег не заработаешь! Бог с ней с Москвой. И без тебя проживёт!

— Москва-то проживёт. Мы, боюсь, не сможем.

— Сможем! Уж как-нибудь обязательно.

— Мама, прошу тебя, давай не будем возвращаться к старой теме. Мы уже всё обсудили. Ради Артёма я готова на всё, и ты это прекрасно знаешь.

— Но не гробить же себя на твоей фирме целыми днями без выходных! Больше некому на подиуме походить?

— Если твоя зарплата врача будет хотя бы втрое меньше моей, то тогда я вернусь. Устроюсь у нас продавщицей на пять тысяч рублей, и проблем не будет!

— Уже по телефону успеваем поссориться, — грустно вздохнула Елена Петровна.

— Извини, я не хотела повышать голос. Давай не возвращаться к этой теме. Для меня она слишком больная.

— Я понимаю.

— Когда мамочка приедет? — вскричал Артём возле трубки.

— Скоро, милый, скоро.

— Артём, мы же договаривались, что так делать нельзя, — возмутилась Елена Петровна.

— Непоседа он наш, — улыбнулась трубке Даша.

— Это точно. Глаз да глаз нужен. Ладно, доченька, давай прощаться. Счёт-то ведь километровый придёт тебе. Ты бы сказала телефон свой. Мы бы звонили тебе тоже. Всё выгода.

— Не могу, мам. Это рабочий телефон, не положено.

— Ну ладно. Ждём звонка. Глядишь, и сама приедешь. Артём, скажи маме «пока».

— Пока, мамочка. Люблю тебя и жду.

— Я тоже люблю тебя, солнышко. Присматривай за бабушкой и не балуйся много. Договорились?

— Да, — выдохнул Артём.

Даша сама нажала отбой и долго слушала короткие гудки.

На кухне она открыла припасённую когда-то бутылку коньяка и хлебнула из горла. Ничего не почувствовав, Даша отпила ещё и закусила с ночи лежавшим на столе сыром. В ушах всё ещё пищали гудки телефона и голос ребёнка. Как же хочется его обнять, поцеловать! Взглянуть хотя бы одним глазком!!!

Девушка села на табурет и зарыдала.

Ты сильная, ты справишься, убеждала она себя. Ты добьёшься всего, о чём мечтала! Ведь было твоим желание приехать в Москву. Ну, приехала, и что? Стала проституткой! Вот мечта, чёрт возьми. Но нет, ты — сильная, ты справишься с трудностями. В конце концов ложиться под мужиков за деньги тебя никто не заставлял. Захотела лёгкого заработка, получай! Да что с тобой?! Возьми себя в руки! Ведь давно прошли всякие комплексы по поводу работы. Сколько раз ты говорила себе, увы, но это единственное, чем я могу заниматься. Да, говорила, чтобы успокоить себя. Ведь нормальную работу без образования не получить. У проституток же вполне приличные заработки. Если повезёт, ещё и натолкнёшься на нормального сутенёра. Тебе подфартило, так радуйся! Ты же ревёшь на кухне белугой.

Даша вытерла побежавшую по щеке слезу и в сотый раз увидела перед глазами свою жизнь.

Она родилась в не таком уж и далёком от Москвы городе N Тульской области. Единственный ребёнок в семье был огромной радостью для родителей. Все силы они отдавали только любимому чаду. Даша росла в любви и заботе, какая присутствует отнюдь не в каждой семье. Но безоблачную жизнь омрачило одно событие.

Через несколько месяцев после восьмого дня рождения девочки из семьи ушёл отец. Вечером вернулся с работы, присел на диван и заявил, что любит другую женщину. Елена Петровна даже не успела накрыть ужин. Замерла на месте с открытым ртом и ложкой в руках.

— Вещи заберу завтра. Ключи оставлю у соседки. Потом возьмёте.

Маленькая Даша решила, что папа придумал новую игру. Только смысл её не поняла. Лишь несколько лет спустя до неё дошло осознание сказанного. Просто папа перестал любить маму, объясняла тогда Елена Петровна, но тебя, доченьку, он никогда не забудет и любить не перестанет.

Поначалу от отца поступали подарки. Пусть лишь на праздники: на Новый год и день рождения — но знаки внимания были оказаны. И с постоянной регулярностью, раз в две недели, в воскресенье, он приходил к дочери. Вёл её в кафе-мороженое, затем отец с дочерью гуляли по парку. Все проведённые вместе часы папа оправдывался перед ребёнком, говорил тёплые и нежные слова, но ни разу не интересовался, как дела у мамы, как её здоровье…

Дела же у Елены Петровны были плохи. Наступила чёрная полоса после ухода мужа. Из частной клиники, где она прилично зарабатывала, её уволили. Клиентке не понравился поставленный диагноз. Поскольку дама оказалась не из простого народа, то хозяин этого медицинского учреждения решил избавиться от глупой врачихи, а кошелёк, до отказа набитый деньгами, оставить при себе. Только вот диагноз подтвердился через некоторое время. Тому кошельку сделали операцию в той же клинике за немалую сумму. О Елене Петровне, как нетрудно догадаться никто не вспомнил.

Пришлось переходить в государственную больницу, где на грошы, которые она стала получать, Елена Петровна не могла купить Даше лишний пряник. Каждая копейка в семье была на счету. В школу Даша ходила в поношенных вещах, из-за этого нередко становилась объектом насмешек и придирок. Нет, она была такая в классе не одна, сирая и убогая, да ещё и без отца, но ситуацию это не спасало. В таких случаях ребёнок замыкается в себе и неохотно идёт на общение с другими ровесниками. Настоящей подругой она считала только одного человека — Машу, с которой сидела за партой все эти годы. У Маши папа жил вместе с дочерью, но был запойным алкоголиком, если следовать медицинской терминологии.

Статус «изгои класса» сблизил девочек. Они всегда вместе ходили гулять, любили посидеть в городском парке, помогали друг другу в учёбе, всегда их видели вдвоём. Даже подрабатывали на почте, опять-таки вместе. Настоящие подруги, говорили взрослые; нищие оборванки, говорили одноклассники.

Сквозь слёзы, обиды, тычки и издёвки Даша окончила ненавистную ей школу. Вопреки всему они с Машей пришли на выпускной в платьях, которые заботливо сшили их мамы и которые так отличались от пышных нарядов одноклассниц. Под перешёптывания и косые взгляды они с гордо поднятой головой получили аттестаты. Потом вдвоём отпраздновали на своём секретном месте в парке.

Документы Даша подавала только в местный техникум на заочное отделение, чтобы успевать работать. Как мать не уговаривала её перевестись хотя бы на очное, а как максимум поступать в институт, Даша оставалась непреклонной. Первую половину дня она работала в магазине продавщицей, по вечерам разносила письма. На жизнь вполне хватало, учиться девушка тоже успевала, чему была несказанно рада.

Так девушка прожила больше года. Размеренная жизнь исчезла в одночасье, когда Даша встретила ЕГО.

Как-то зимним вечером девушка возвращалась домой, идя по тёмной улице в полном одиночестве. Кавалеры на её личном фронте никогда не виднелись, поэтому девушка удивилась возгласу из остановившейся рядом машины:

— Вас можно подвезти до дома?

Удивление сменил испуг. Хоть город и небольшой, но дураков хватало!

— Спасибо, я почти пришла, — не оглядываясь, бросила Даша.

— Нехорошо, когда девушка идёт одна по тёмной улице. Поверьте, я не маньяк. Просто хочу отвезти домой симпатичную девушку, чтобы на неё никто не напал.

Даша всё-таки обёрнулась.

— Может, я не боюсь?

— И всё равно нехорошо! — незнакомец стоял на своём.

Возможно, девушка и не села бы в машину, но уставшие ноги сами понесли её к двери, а руки, на которых уже не висела тяжеленная сумка, хлопнули дверцей.

— Вот, теперь вы в полной безопасности! — обезоруживающая улыбка подкупала девушку.

В машине Даша рассмотрела его. На вид незнакомцу лет двадцать шесть, копна тёмных волос, бездонные глаза, прямой нос, такие волнующие губы, приятный мягкий голос.

— Заодно и в тепле, — незнакомец ещё раз обнажил белые зубы. — Пётр, — представился он и одновременно нажал на газ.

Даша не сводила с него глаз. Потом, решив, что это не очень прилично, уставилась на дорогу.

— Покажите дорогу? Или скажите адрес. Я местный.

— Второй поворот налево, третий пятиэтажный дом.

Пётр еле заметно скривил губы, но движение не ускользнуло от пассажирки.

— Расстроены? Я же говорила, что почти пришла.

— Есть немного, — признался водитель. — Так мало времени провести в обществе такой красивой девушки!

— Вы меня видите три минуты, а уже столько комплиментов…

— Я часто наблюдал за вами, когда вы выходили с почтового отделения. Заканчиваю работать в это же время. Вот решил сегодня заговорить. Вы так и не открыли будоражащей тайны! Как вас зовут?

— Даша, — девушка немного залилась краской, но занятый дорогой Пётр не заметил произошедшего изменения на её лице. — Остановите у второго подъезда, пожалуйста.

— Желание прекрасной дамы для меня закон, — улыбнулся новый знакомый.

Даша хотела было выйти, но Пётр мягко взял её руку в свою. Девушка вздрогнула.

— Не бойтесь. Я всего лишь хотел попросить ваш телефон. И если возможно, то — свидания, — новоявленный кавалер бил прямо в лоб. — Не подумайте, пожалуйста, ничего дурного.

Но Даша уже летала на крыльях обольщения.

— Я буду ждать вас завтра у отделения почты, — Пётр прикоснулся губами к пальцам девушки.

— Хорошо, — только и смогла вымолвить девушка и в ту же секунду смущённая выскочила из машины, не увидев довольную улыбку мужчины.

Ничего плохого наивная восемнадцатилетняя девушка подумать и не могла.

Следующим вечером Пётр на самом деле ждал Дашу. Девушка не поверила своим глазам, увидев кавалера, курившего возле машины. Неужели я так его заинтересовала, подумала она. Но чем? Внешность незаурядная, ничем не выделяется от остальных представительниц слабого пола, даже наоборот — теряется в толпе с лёгкостью. Серая мышка, другими словами. Но глаз Петра упал именно на нее. Где же подвох?

Мысли покинули её голову, когда Пётр пошел ей на встречу, пытаясь спрятать за спиной огромный букет. Да, и у нее, изгоя и серой мышки, есть что-то, что цепляет таких вот галантных мужчин!

— Добрый вечер, Дарья! — склонил голову джентльмен. — Вы сегодня прекрасно выглядите! Ослепительно! Ни одни темные очки не спасут мои глаза.

— Спасибо, — промолвила польщённая девушка, абсолютно забыв, что выглядит она также как и вчера — минимум косметики, потёртые джинсы, курточка с распродажи на вещевом рынке и собственноручно связанная шапка.

— Это вам, — продолжалась атака. — Цветы теряют свою красоту, когда рядом вы.

— Спасибо, — второй раз это слово далось намного труднее.

— Ваш словарный запас на сегодня исчерпан?

Улыбка начала сползать с губ Даши.

— Шутка, — поспешил оправдаться мужчина. — У нас, кстати говоря, интересная программа на вечер. Но для начала давайте сгладим формальности и перейдём на ты. Не против?

— Нет, — тридцать два зуба снова показались.

— Отлично! Разреши проводить тебя. Мой верный конь, — Пётр кивнул на машину, — уже заждался нас.

Даша взяла руку кавалера. Её пальцы, как и коленки, дрожали, но вовсе не от холода, а от нахлынувшего волнения. Первое в её жизни свидание!

Пётр распахнул дверцу авто и подал руку даме, услужливо поклонился. Неужели сплю, думала Даша. Неужели любовные романы не обманывают, раздумывала девушка. Мысли прервал очутившийся в соседнем кресле спутник:

— Что-то не так? Ты какая-то задумчивая. Обиделась?

— Нет! — поспешила выйти из своих мыслей Даша. — Конечно, нет! Устала немного.

— Это ничего страшного. Я тебя не повезу вагоны разгружать. Мы едем отдыхать в культурное место!

— Какое же культурное место можно найти в нашем городе? Библиотека?

— Веселее! Кино, — улыбнулся Пётр.

— Понятно.

— Не подходит для культурного отдыха?

— Почему? Просто я не сообразила, что кинотеатр — единственное приличное место здесь.

— Но на этом наша программа не закончится…

— Многообещающе, — заинтересовалась Даша. — Посетим краеведческий музей? Боюсь, он закрыт уже.

— Всё бы тебе издеваться. На нашей малой Родине отлично готовят! В ресторан тебя повезу.

Заведений общепита в городе было два: кафешка-забегаловка для обычного люда и дорогой ресторан для местных олигархов.

— Там сейчас так многолюдно, — поморщилась Даша. — Может, ограничимся кино?

— Ты не поняла. Мы не поедем в дыру, где кормят чебуреками из местных собак. Мы едем в приличное заведение!

До Даши наконец-то дошло, о чём идёт речь. Она испуганно ойкнула:

— Ужасно же дорого!

Пётр скривился и вздохнул.

— Извини меня, — пролепетала девушка. — Не обучена высоким манерам.

— Тебя не должны волновать цены в меню. Платить за всё обязан мужчина. Ясно?

— Неудобно всё-таки. Ты знаешь меня второй день…

— Хватит, я прошу тебя. Заруби себе на носу мои последние слова по поводу мужчин. Мы платим за вашу красоту и наше наслаждение находится рядом с вами. Поняла?

— Да, — пискнула Даша.

— Славненько. Значит, можем выдвигаться.

Пётр повернул ключ, машина послушно ухнула и завелась.

Это всё со мной? Наяву? Мысли, сомнения не покидали Дашу. Она уже свыклась с мыслью, что проживёт всю жизнь сначала с мамой, потом одна. Будет рыдать над латиноамериканскими сериалами и переживать за судьбы книжных героев. Выходить раз в неделю за продуктами и оглядываться в поисках своего принца. Неприметная, застенчивая, забитая девушка уже расписала своё существование буквально по минутам, как Пётр в одночасье разрушил идиллию. Красивый, мужественный, уверенный в себе мужчина, притягивающий женщин с одного взгляда. Он и свистнуть не успеет, а толпа красоток уже окружит его. Почему он обратил внимание именно на меня, снова задумалась Даша. Везение, удача или что там еще есть не оставили её? Господь увидел страдания её матери и решил осчастливить дочь?

— Ты не проронила и слова, пока мы ехали, — голос Петра прозвучал где-то вдалеке.

Оказалось, что они уже на стоянке возле кинотеатра.

— Не уснёшь на сеансе?

— Зависит от фильма, — пожала плечами Дарья. Нужно было пошутить в ответ, но нужные слова не шли в голову. Да и не умела она шутить.

— Посвятишь меня в свои думы?

— Может быть, — уклонилась Даша от ответа, но не уклонилась от руки Петра, которая уже была на талии.

И в ту секунду красивая, неглупая девочка, видевшая только полы подъездов и почтовые ящики, слушавшая издевательства одноклассников и пережившая предательство отца, сдалась. Если бы Пётр попросил сброситься вместе с ним, да что с ним — просто по его просьбе, с самой высокой крыши города, она беспрекословно подчинилась бы.

После первого свидания последовали бесконечные ухаживания — красивые и щедрые. Огромный плюшевый медведь, ожидающий её возле квартиры, умопомрачительные шикарные букеты, доставляемые курьером и на работу, и домой, и в часы свиданий, выложенная в подъезде дорожка из лепестков роз — всё это подкупало девушку. Даша чувствовала, что влюблялась в мужчину.

Ровно через месяц она ему отдалась. Её очередь делать подарок наступила. Да и Пётр пригласил на свидание к себе домой. Намёк Даша поняла, но готова была на любой подвиг ради него. Глаза застилала пелена, сердце безумно стучала, уши отказывались поверить словам мамы, что что-то здесь нечисто. Елена Петровна не доверяла таким порывам со стороны воздыхателя. Предчувствия матери вскоре оправдались…

Перед тем как встретить девушку дома Пётр навёл порядок, ресторанная служба сервировала стол, из акустической системы лилась приятная расслабляющая музыка, полумрак создавал обстановку интимности.

Лёгкий ужин, томная беседа, бесшумно мужчина подошёл к девушке, опустил руку на плечо. Даша вздрогнула и задрожала всем телом.

— Не бойся, — прошептал Пётр, — я буду нежен.

Как и в том романе, пронеслось в Дашиной голове, мечты сбываются. Её губы встретили губы Петра, а когда молодой человек перенёс её на постель в комнату, Даша напрочь отбросила все сомнения.

Пётр действительно был нежен и обходителен. В самый ответственный момент он не спешил, понимая, что он у девушки первый мужчина. От одних прикосновений рук, губ, кожи Даша испытывала жар, внизу живота разлилась приятная истома. На миг её накрыла секундная боль, которая заглушилась поцелуем, а через несколько минут волна наслаждения сотрясла тело. Вторая волна заставила её кричать от нахлынувших чувств, когда она почувствовала, как внутри неё разлился Пётр. Улыбаясь, мужчина лёг рядом с Дашей.

— Тебе понравилось? — робко поинтересовалась девушка. — Я ничего не испортила?

— Ты великолепна, детка, — ухмыльнулся мужчина.

Даша не поняла ухмылки, поскольку не знала как вести себя после близости между мужчиной и женщиной. Пётр не убежал, значит, всё в норме.

— Сходи подмойся, — повернулся к ней любовник. — Я скоро захочу продолжения.

Даша отметила в его глазах внезапно появившиеся похоть и хищный огонёк, но не придала этому значения. Видимо, так и надо, так всегда.

Выйдя из душа, она застала Петра в полной готовности. Откинувшись на подушке, он почёсывал свои причиндалы.

— Уже? — пискнула Даша.

— Чего тянуть, детка? Ты знаешь, сколько я ждал?!

Не дав осознать ей значение последней фразы, Пётр вскочил с постели и толкнул девушку на диван. Куда-то испарились ласки и нежности. В глазах мужчины горело дикое, необузданное, животное возбуждение. Да, он выглядел сейчас именно животным.

Даша упала спиной на мягкий матрас и оценила силу, с которой кавалер толкнул её. Если бы она приземлилась на пол, то выключилась бы. Только сейчас она начала осознавать подоплёку происходящего, но отказывалась верить собственным глазам.

Пётр подошёл к постели и руками грубо раздвинул ноги девушке. Даша ойкнула. Останутся синяки, подумала она. В попытке защититься она выставила руки, но Пётр перехватил их и прижал к постели. Мужчина грубо вошёл в девушку и, не отпуская её рук, начал ритмичные движения. Даша замычала от боли, а затем и вскрикнула.

— Потерпи, детка. Я целый месяц ходил за тобой, родная. Ты мне много задолжала.

О чём он говорит? Но Даша сейчас не могла долго задумываться над словами Петра. Отнюдь не ласково он пододвинул девушку на центр постели и грубо залез на неё. Язык Петра жадно облизывал мочки её ушей, отчего ей стало противно, но столкнуть здорового бугая не было сил. Почти нечем дышать, воздуха катастрофически не хватало. Когда же это закончится? От боли потекла слеза. Пётр пристроил одну руку у неё на груди, второй по-прежнему удерживал руки девушки. Пара секунд, и победный возглас вырвался из груди мужчины. Он слез с девушки.

Даша наконец могла дышать полной грудью и жадно хватала воздух. Внутренности горели, но ещё хуже было осознавать происходящее. Её просто использовали. Почему? Она пока не могла понять. Рядом зашептал «любимый»:

— Спасибо, детка. Ты просто восхитительна.

Даша передёрнулась от этих слов.

— Что ты делаешь?

— Ты не можешь понять? Я тебя трахаю! Что ещё делают с бабами?

Девушка начала рыдать. Сначала всхлипывая, потом громче.

— Чего ревёшь? Думала, принца на белом коне встретила? Нет, мы с друзьями просто на тебя поспорили. Тебя давно заприметили на улице. Ты со своей сумкой таскалась. Почтальонша недоделанная. Личико милое, фигурка отличная. Вот я и поспорил со своей шпаной на триста долларов, что через месяц засуну тебе. А если ты и девочкой окажешься, то триста пятьдесят. Сегодня ровно тридцать дней. Ты не печалься, деньги мне не важны. Их у меня хватает. Чтобы ты не чувствовала себя обделённой, триста пятьдесят зеленью я тебе и так отдам. Пацаны по простыни поймут, что ты нецелованная.

По мере монолога глаза Даши округлялись. Она отказывалась верить, что это именно она лежит сейчас на этой чёртовой постели, что милый и заботливый Петя вовсе не тот, с кем она общалась, что вот так можно унизить девушку. Слёзы обиды ручьём вытекали из глаз.

— Ты не плачь, хорошая моя. Тебя бы в любом случае кто-нибудь трахнул бы. Не старой девой же ходить! — Пётр имел наглость погладить её по голове.

Даша содрогнулась от его прикосновения и попыталась встать.

— Куда же ты?! — повалил её снова мужчина. — Мне двух разочков мало. Я тебя месяц пас. Еле сдерживался, чтобы в машине не сунуть! Иначе проиграл бы!

С этими словами он перевернул плачущую девушку на живот.

— Не реви, Дашенька. Я задок не испорчу. Не люблю этого дела. Мне одной хватает дырочки, — засмеялся насильник.

Девушка ревела не от боли, она заходилась рыданиями от унижения и стыда. В голове не укладывалось, что обходительность и нежность могут исчезнуть за считанные секунды, что человек может вот так поступить с другим человеком. Нет, боли физической она не чувствовала. На неё навалилось отчаяние, дикое и громкое, режущее уши.

Пётр закончил издевательства, когда удовлетворил похоть. Плотоядно облизнувшись, откинулся на постель. По виду понятно, сейчас заснёт. Дело сделано.

Даша же оставалась лежать в центре постели. Тело отказывалось подчиняться, ноги и руки затекли, не слушались. Девушку трясло мелкой дрожью.

— Подруга, не залёживайся, — ногой пнул её Петя и Даша перевернулась на бок. — Я привык спать один. Сейчас машину вызову. Видишь, какой я благородный и заботливый.

Даша медленно поднялась. Конечности по-прежнему покалывало. Пинок она и не заметила. Беспомощно оглянулась в поисках одежды. Приходи в себя и беги, беги отсюда, загрохотала голова. Она поднялась, ноги подкосились. Девушка с трудом удержала равновесие.

— Хорошо тебе, накувыркалась со мной. От меня все такими уходят.

Девушка подняла взгляд на обидчика и зло посмотрела в глаза.

— Тварь, — прохрипела она. В горле пересохло. Язык отказывался поворачиваться.

— Ты бы словами не раскидывалась, красотка, — обозлился мужчина. — Быстро поставлю на место! Ничего страшного с тобой не произошло.

Он дотянулся до телефона и вызвал машину.

— Выметайся. Через три минуты карету подадут. Кому заявишь — не поверят, а ты ничего не докажешь. Сама пришла и ноги передо мной раздвинула. Синяков нет, никто тебя не бил. Получается, ты получила полное сексуальное удовлетворение, — засмеялся Пётр.

У Даши не было сил говорить с подонком. Это ничего и не изменило бы.

Пётр поднялся и из какого-то ящика выудил несколько зелёных купюр.

— Вот, здесь даже больше. Бонус. Ты мне понравилась.

Девушка снова подняла на него взгляд и передёрнулась.

— Какие мы нежные! Впрочем, хватит. Выметайся! Машина ждёт. Прощаюсь. С вами было хорошо, но без вас будет лучше.

И всё-таки она залепила ему смачную оплеуху.

— Офонарела, курва?! Пошла вон! Сам сейчас ментов вызову!

С чувством выполненного долга Даша вышла за дверь и стремительно побежала по лестнице. Выскочив из подъезда, она заметила припаркованную возле белую машину с шашечками. Водитель приоткрыл дверь и безучастно спросил:

— Вы машину вызывали? Стою больше положенного. Предупреждаю, за ожидание оплатите отдельно.

У Даши не было желания ехать после всего случившегося с незнакомым мужиком в его машине. Нервы предательски сдали и она закричала:

— Убирайся! Не лезь ко мне!

— Больная, — сплюнул водитель и быстро уехал.

Девушка перевела дух. На морозе мысли заработали быстрее. Что есть мочи она побежала. Холодный воздух обжигал лицо и замораживал слезы. Нос хлюпал и не хотел прекращать свою песню. Непонятно, откуда силы. Видимо, шок, испуг. Вот ноги и сработали на пользу хозяйки. Унижена, растоптана, крутилось в голове. Не отмыться от позора и стыда. Скорее в ванну! И забыть, забыть, забыть!

Домой она влетела, громко хлопнув дверью. И сообразила, что напугала маму. Увидела своё отражение в зеркале. Видок тот ещё. Мама испугается еще больше.

— Что случилось? Почему хлопаешь, будто убегаешь от кого, — услышала она мамин голос. — И дышишь так, словно гнались за тобой три версты! Все в порядке?

Даша не хотела плакать, но когда Елена Петровна вошла в прихожую, слёзы покатились сами, рыдания начались снова.

— Даша, миленькая, что? Что такое?

— Мамаааа! — только и смогла прокричать девушка, перед тем как броситься в объятия родного человека.

— Не плачь, не плачь. Ты дома. Всё хорошо. Не плачь. Пойдём на диван, сейчас воды принесу…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 18
печатная A5
от 268