электронная
72
печатная A5
451
16+
Программа «Альтер-Эго»

Бесплатный фрагмент - Программа «Альтер-Эго»

Научно-фантастический роман

Объем:
348 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-2514-4
электронная
от 72
печатная A5
от 451

Прелюдия
Зенит Интеллекта и Сумеречный Полдень

…Никто не мог себе представить мир,

Который в точку сжат в единый миг.

Но эта точка — безграничный мир,

Еще совсем не познанный людьми.

Тот, кто способен миром в мире стать,

Двумя мирами вынужден играть.

И он не мир уже, а макрокосм,

Он цель для тех, кто в каждом мире взросл.

Он существует в малом мире–точке

И в макрокосме пребывает точно…

Алишер Навои

«Фархад и Ширин»

Перевод Владимира Васильева

«В узбекоязычном журнале „Жахон адабиёти“ („Мировая литература“, орган Союза писателей РУз) декабрь 2015, Ташкент, опубликована вторая часть ранее не переводившихся фрагментов поэмы Алишера Навои „Фархад и Ширин“ в моём переводе на русский язык, стр. 3–19, тираж 2000 экз». (В. Васильев). В тексте романа использован указанный источник, любезно предоставленный автором перевода.

Гариб. Коттедж элитария

Влажная травка пружинит мягко, ласково. Как приятно пройтись по ней босиком! А ещё красивее поваляться голышом в утренних сумерках. Роса за ночь пропитывается излучением космоса и поначалу обжигает морозом. Но через минуту–другую впитанная энергия разогревает тело, словно жар сауны. И затем побродить по ближнему лесочку. В его тёмной, лиственно-хвойной глубине, за серо-молочными стволами берёз на опушке, невиданные никем птички поют песню мечты о Солнце и Луне. Послушать и вернуться домой, не спеша раскурить любимую вишнёвую трубку, затянуться душистой «Герцеговиной». Такой зарядки хватает до следующего утра.

Нервы совсем разгулялись. В желанном одиночестве коттедж становится домом, в самом необходимом, исходном смысле слова. Древние правы — дом лечит все болячки. Интель-коттедж постарался угодить хозяину: к прибытию Гариба уничтожил все молекулы из запахов Лоры. Сколько у неё духов-спреев, она и сама не помнит. И обожаемого ею бардака нет, каждая вещь на своём месте. А всё, что относится к женскому образу-ритуалу жизни, собрано и где-то спрятано. Благодать!

Брэйн-Группу создали вокруг Гариба — это ясно. Сверхзадача… Кому она нужна: Преториуму или самой Дзуле? Гариб вдохнул смесь табачного дыма и сырой свежести. Пора встретиться с Дзулей-мамой… Один на один, поговорить по-хорошему. Да ведь известно, — она и с верхушкой Преториума держит дистанцию. Никто не имел аудиенции с реальной правительницей.

Правильно он сделал, что «отключился» от забот. Свободный Советник Преториума имеет реальное право на личную свободу. Пусть погодка не очень радует, вот-вот дождь зарядит, но всё равно красота! Ничего… Съездит в Брэйн-Центр, выскажет ещё разок то, что о них думает, да в долгосрочный отпуск. Кто помешает? Да никто: законы и моральные установки — ненужные архетипы прошлого. Только бы Лора не вернулась!

Чего они хотят, и так срочно? Мало его негативной оценки? Ничего у них не выйдет из сомнительного прожекта. И без того на Фонзе предкоматозная ситуация. Если что-то новое придумали, как обойти свежую инициативу дипломатичнее? Придётся нести экспромт. Дело обычное, не привыкать. Но вдруг решили принудить-таки его к мозговому штурму?

Вот ведь судьба! Негде себя найти! Чтобы никто не дёргал, не принуждал. Вернуться бы на тот Хутор, в юность… Или на Ферму, всё равно. В те годы жила в сердце Какая-то радость. И куда он оттуда торопился? Да, Преториум пригласил. Эх, отклонить бы то, первое приглашение. Да нет в те дни обратного пути…

Он выпустил яростный клуб дыма, заслонивший голубизной серую пелену неба. Может, отвергнуть приглашение? Что они могут? Лишат места Свободного Советника? И пусть. Он им нисколько не дорожит. Станет ещё свободнее. Нет, ехать надо. Перед глазами, заслонив преддождевой сумрак, поднялась фигура врача Брэйн-Центра. Откуда она, кто? Гинва… Какое редчайшее, мягкое и певучее имя! Неужели его притягивает эта женщина? В юности так же манило желание — хоть одним глазком глянуть на вечернюю звезду по имени Инана. Или она утренняя?

И почему в сердце тревога, ощущение близкой опасности? Причём грозящей лично ему. Робомобиль? Он посмотрел на дорогу. Серебряная «Капелька» отсвечивает призрачными бликами. Модель проверенная, супернадежная. Он задал вопрос и браслет ответил: ни одной аварии за все годы эксплуатации. Местность — под контролем Гвардии Преториума. В воздухе ни одного аппарата, коттедж в стороне от магистральных маршрутов.

Транспорт работает на батареях разной мощности. В основе — ртуть и холодная плазма. На выходе — электромагнетизм. Гарантированная безопасность. Жаль, конечно, что антигравитация застряла в теории. Прогресса не предвидится. Энерготупик по сути… Но робомобили — вершина комфорта, в них нечего бояться. ИскИн с его фотонно-ртутно-кристаллическими мозгами видит и контролирует все маршруты, как наземные, так воздушные и водно-подводные. Правда, недалеко энергоцентр. Но термоядерные станции надёжны.

Чего бояться? Как в городке, где разместили Брэйн-Центр, так и здесь, на природе? Или погода давит? Ни намёка на малейшее просветление в тучах. Кругом дожди: то ленивые, то проливные. А деревья в лесу сохнут. Неужели ИскИну во главе с прославленной Дзулей-мамой не по силам хоть как-то урегулировать атмосферные циклы?

Гариб натянул одежду на мокрое тело, попрощался с коттеджем. Тот женским грудным контральто пожелал скорого возвращения хозяина и плотно затворил двери-окна. Одноместный аппарат распахнул дверцу. Мягкое кресло, перед ним развёрнут видео-объём. Справа под рукой мини-кухня, слева — холодильник с напитками. Предусмотрен завтрак по его вкусу: апельсиновый сок, хрустящие бутерброды со строганиной. По аромату — кижуч.

Бросил куртку назад, кресло мягко обхватило торс. Торопиться ни к чему. Добраться можно и за пару десятков минут. Но лучше за час. Или два. Подумать, расслабиться, снизить эмоциональный порог. И войти в транс хоть на несколько минут. Очень не нравится срочное приглашение. Даже вызов… Сюрприз приготовлен, и узнать бы о нём до… Чтобы не стать рабом чужого замысла. Предощущение опасности не на пустом месте. И как-то оно связано с его позицией относительно суперзадачи, поставленной перед Брэйн-Группой.

Справа от дороги, за знаком-предупреждением о повороте, в воздухе засветился призыв: «Люди Фонзы! Не оставляйте ненужные вам вещи на обочине дороги!» Кого призывать к чистоте здесь, в пустынном месте, на тупиковом участке дороги? ИскИн всё-таки недостаточно рационален!

Робомобиль скользит бесшумно, сгоняя влагу с лобового пластика. Гариб вспомнил давнее желание, убрал объём предложенных новостей и посмотрел вправо. В километре от мокрой дорожной ленты проплывает назад Хутор «Сельский Кабачок». Производство натуральных продуктов для людей Эристона-Элиты. Прежде всего — Преториума и Квестур. Не так уж и много элитариев на планете. На таких производствах среда минимально умная. Автоматизация и роботы имеются, но многое делается руками. Иначе теряется смысл Хуторов-Ферм: мистически исчезает из продуктов ценная энергетика. Вот этой бы проблемой заняться Брэйн-Группе!

— На Хутор! — приказал Гариб.

Аппарат поднялся над трассой, плавно повернул и заскользил над созревшим для скашивания лугом. Все овощи, фрукты и ягоды выращивают в меняющих прозрачность теплицах. Лампы солнечного света, кондиционеры… Люди, животные и растения Фонзы забыли, как выглядят Солнце, Луна и звёзды.

В теплицах иной мир. Свет и цвет, запах, вкус, настроение… Робомобиль замер, но Гариб решил не выходить. И отсюда хорошо видно.

Люди полуодеты: легкий загар, мышцы, стройность. Лица излучают энергию и мысль. Тут трудятся и возрастают дети из Анклавов — Гариб сам из них. Гоминиды, как называют простой народ Фонзы, другого покроя: или худые до звона костей, или свиноподобно жирные.

В основном на Хуторах стажируются те, кто занимается в специальных школах по подготовке Элиты. Гариб так же начинал. Но как-то вдруг вырвался наверх, не завершив официального образования. В ранней юности зафонтанировал свежими идеями и подходами к их решению. И после трёхкратного напоминания интеллектуального контроля попал в поле зрения скрытой службы отбора. А в той службе решения принимают люди, а не ИскИн. Но решают не лучшим образом. Никто в Эристоне за столетие не обеспокоился наполнением дней и ночей Народа Фонзы. Игры-стрелялки, бродилки по фантастическим мирам, кроваво-эротические эпопеи… Ведь никакой реальной жизни!

Игры и зрелища Гариб ненавидит с детства. Нижний слой Элиты, узкие профессионалы, сформирован почти весь из таких, бывших «гоминидов», отвергших общие интересы. Дети из Лишних такие же — не привлекает их искусственная развлекаловка. Анклавы медленно просачиваются в Большой Мир. Как такое происходит при наличии границ? Но Преториум не озабочен, Гвардия занята неизвестно чем. Гариб давно мечтает заняться этой загадкой.

Он всмотрелся в процесс обработки тянущихся на пятиметровую высоту помидорных кустов. Знакомый труд. Гирлянды краснеющих плодов! Какой там терпкий, чарующий запах! Войти, надышаться воздухом детства? Гариб отжал рукой дверцу мобиля, но раздумал. Он внешне слишком неординарен и для них. Да и его принадлежность к верхнему слою Эристона… Только разброд внесёт в неокрепшее сознание. Красивые, развитые люди растут, настоящая элита планеты. Кто-то из них через несколько лет войдёт в какой-нибудь Совет при Квестуре. Получит особняк, независимость… Но не обретёт ни счастья, ни удовлетворённости собой. А вернуться назад, в Хутор, уже не получится. Эйфория в этом мире для большинства, не занятого никаким трудом.

Парапластовое покрытие дороги сменило расцветку на сочно-сиреневую. Проявились дорожные линии: ярко-жёлтая разделительная и белые боковые. По местным часам разгар рассвета, но над землей по-прежнему нависает сумрачный полдень. Еще одна загадка, никого не интересующая…

Брэйн-Группа. Настройка

Гариб отвернулся от теплицы, прикрыл глаза. Расслабление не приходит, действует неизвестный, не определяемый самоосознанием фактор.

Как это началось? Первый сбор Группы. Полная готовность к штурму, несмотря на неодобрение лидера. Сегодняшняя тревога связана с тем днём? Но каким боком? Надо бы проанализировать повнимательней.

…Круглая комната с голубыми стенами под куполообразным синим потолком. В центре круглый красный стол с жёлтыми деревянными стульями. Дикое сочетание цветов! В воздухе — контрастные волны плохо сочетаемых запахов. Кто их подбирал? Если и люди, то не те, которые из Анклавов!

Ливей, Полпред Преториума, не любит прелюдий и предисловий. А говорит удивительно для невеликого роста громогласно, сверля кругленькими глазками Гариба:

— Мы скомплектовали Группу из лучших умов. В соответствии с задачей. А она — чрезвычайная, небывалая. Вы должны отыскать способы превращения человечества всей планеты в единое саморегулируемое сообщество. Преодолеть застой, создать цивилизацию высокого ранга, способную на… На великое способную!

Глазки у него чёрные, но как блестят! Наркотиком себя стимулирует? Или так проглядывает тайная, захватившая его руководящую душу идея?

— Кто сформулировал столь утопическую мечту? — рассмеялся Гариб, — Искусственный Интеллект Фонзы? Ему это зачем? Человечество Фонзы само загнало себя в нескончаемый сумрачный Полдень. Насильно его оттуда не вытащить, о добровольности и речи нет. Или ваше пустое намерение рождено в Анклавах?

Полпред сверкнул неприязнью и ответил раздражённо:

— На вас, Свободный Советник, делается особый расчет. Делался… Без вас невозможен прорыв, так мне сказали. Вижу, произошла ошибка. Вы лишь внешне отличаетесь от массы, — он с презрением посмотрел на бицепсы Гариба, — Терминаторы нам не нужны…

Гарибу от такой откровенно негативной оценки неудобно стало, захотелось сделаться маленьким, слабеньким, беззащитненьким. И вместо обтягивающей торс лёгкой безрукавки облачиться в непроницаемый камуфляж. Пришлось сделать усилие и улыбнуться. Отвечать Ливею нет смысла. Удачный момент осмотреться для определения отношения к себе со стороны каждого в Брэйн-Группе. Да, и на самом деле непорядок: народец собрался худой и костлявый. И, по-всему, флегматики, чуть ли не йоги из древности. Самый худенький и костлявенький — Ливей. Но и самый полномочный! Вне тени Преториума его и заметить нелегко. А здесь он краеуголен.

Дементий, нейролингвист и специалист по физиологии высшей нервной деятельности. Черноглаз и черноволос — остальные детали внешности прячутся за поглощающей чернотой. Застёгнут на все пуговицы и молнии, несмотря на нормальную температуру. Гариб знает, почему: стесняется повышенной шерстистости тела. После бритья цвет лица у него не меняется, так и остаётся почти фиолетовым.

Рядом с ним — Филимон, специалист по подвалам психики, рефлексам и всему такому неясному. Нужный человек в деле соприкосновения человека и ИскИна. Но какой-то он замкнутый и чересчур белокожий, взгляду не на чем остановиться. И рост такой при худобе слишком — метра два, не меньше. Убеждённый холостяк-одиночка, позавидовать можно.

Рутений — технарь, талант по «железу». Единственный в Группе, кроме Ливея, имеет личного робота. Причём трансформера. Соорудил его сам, придав женскую внешность. Да и сам Рутений, белокурый, светлоглазый, на ощупь наверняка нежен и податливо мягок.

Джакджи-айтишник внешне — образец антикрасоты. Весь словно из острых и прямых углов, от лица до пяток. Но Гариб успел убедиться — мыслью и словом как бархат. Стоит ему заговорить — и распространяется такая аура мужского обаяния, что хочется встать поближе и слушать в оба уха. Имя подобрали удачное — на одном из древних языков означает «красивый».

Ияс, его напарник, — совсем другая натура. Пока сидит молча — нормально. Но как рот откроет, показав по-настоящему волчьи зубы, да заговорит — хочется бежать подальше. Какая-то звериная хватка в нём… Чёрный прищур, волос как проволока стальная. Ощущение такое, будто зубы видны всегда, и он готов вцепиться в глотку ближнего в любой момент. Звериной, первозданной красоты человек. И редкий — имеет большую семью, в которой вожак, даже патриарх…

Митул… Человек без четко определённой профессии. Гариб настоял на его включении в Группу. Встретился с ним много лет назад, и с той поры они почти не расстаются, сохраняя редкие для Фонзы дружеские отношения. Ему Гариб готов доверить многое… Мыслит Митул оригинально, и сможет сделать полезное, если направить. Типичный ведомый, без лидера никто. С ним проблем не будет.

Акрам — самый непонятный из всех восьми. Квестор, почти равен по положению Ливею. Официальный руководитель Брэйн-Группы. Гариб слышал о нём — авторитет в теме «человек-робот». Отличается развитым ассоциативным мышлением, что крайне ценно. На неофициального лидера Группы посматривает с подозрением. Ещё бы — ведь Акрам элитарий в нескольких поколениях. Не из Лишних, и не «из пробирки», нормально рождённый.

И, наконец, Гинва, врач Центра. Доктор-Универсал. Пожалуй, самая интересная личность в Группе. Хоть и непонятно, зачем её включили в Задачу. По взгляду, брошенному на роботов Ливея и Рутения ясно — не любит она их. Алокожая, с идеальной фигурой. Копия актрисы-танцовщицы из древнего фильма. Гариб как-то выудил его из хранилищ ИскИна и смотрел не отрываясь. Гинва явно из Лишних, как и Гариб. Природная прелесть, без макияжа и украшений. И голос — лечебный, чарующий. Акрам, склонный к поэтическим метафорам, сказал бы: песня души.

Определённо, она и Митул поддержат его отказ от работы. Остальные посчитают за отступника или даже предателя. И причём Терминатор? Да и разве это оскорбление? Но откуда у Ливея такая осведомлённость в фантастической киноистории? И убеждениях лидера Группы? Личный робот на ухо шепчет? И Гариб не удержался:

— Роботов у нас два. Большинство в Эристоне не нуждается в личных телохранителях-спутниках. Ливей, зачем он тебе? Тебе чего-то не хватает или ты боишься за свою жизнь?

— Такова установка Преториума, и она вам известна. Вы отвергаете. Я стараюсь соответствовать, — почти прошипел Ливей.

— У нас давным-давно нет ни политики, ни идеологии, — негромко и неторопливо, растягивая паузы между словами, сказал Акрам, — В результате мир безопасен и комфортен. Отсюда свобода выбора…

Гариб не согласился:

— Нет? Рядом с нами три Анклава, живущие по иным правилам. Различие указывает на наличие отвергаемого. А ещё три запретных для нас города? Почему Элита официально не признает Лишних? Народ о них ничего не знает. Ты, Ливей, ближе к вершине Олимпа. Что скажешь? Не знаешь, — спроси искусственного адъютанта.

Ливей молча смотрел сквозь Гариба. Вместо него заговорил Митул, почему-то обратившись не к Гарибу, а к Ливею:

— Когда-то люди мечтали об умных домах, машинах… Разумной ближней среде. Теперь у нас вся планета — за некоторым исключением — разумная. Личный робот… Иметь или не иметь, на мой взгляд, — не принципиально. Важно другое: весь труд у нас роботизирован и интеллектуализирован…

«Надо же! „Интеллектуализирован!“ Когда он так научился выражаться? А до внедрения в мир планеты глобального искусственного разума и образования Фонзы этого самого интеллекта не наблюдалось? Что с Митулом?»

— У нас 4Д-принтеры, позволяющие создавать любые конструкции из любого материала, комбинируя нужные свойства. Нет ни одного похожего жилища! Спектр невиданных архитектурных стилей, любой интерьер на выбор. Где сходство — там совпадение вкусов или слабая фантазия. Мы достигли максимального уровня комфорта, о котором мечтали предки. Здесь собрали элиту из Элиты. Мы лучшие из лучших! И цена каждого из нас сверхвысока. Пожалуй, я сделал ошибку. И закажу себе личного робота-хранителя.

Ливей довольно улыбнулся словам Митула, показав мелкие редкие зубки. И благосклонно кивнул свежему союзнику. Гариб отметил перемену в старом друге и решил при первом случае побеседовать с ним. Что-то тут не так… Почему сбор ведёт не Акрам, руководитель Брэйн-Группы? Ливей всего лишь представитель Преториума, но не начальник-директор. Обстановка же складывается такая, что только глухой или слепой не увидит-не услышит — он стремится к руководству в решении Задачи. На каком основании, интересно? Откуда в нём необходимые качества? И Гариб решил уточнить обстановку:

— Уважаемый Ливей! Ты зачем здесь? Озвучил задачу мозгового штурма — этого недостаточно? Или собираешься в нём участвовать? Группа создана вокруг меня. И ты это знаешь. Чем ты способен мне помочь?

Ливей забавно поморщился худым лицом и обратил взгляд на стену. На голубом фоне плывут объемные буквы фраз, составленные, по-видимому, для творческой мобилизации Группы.

«Не бойся эксперимента!»

«Умей говорить, разговаривать и слушать!»

«Будь внимателен к чужому мнению, даже если оно не верно!»

«Цени время — и оно будет ценить тебя!»

«Лозунги-призывы! Кто ж их сочинил? Скорее — откуда взял и для чего поместил сюда. Сочинителей на планете не осталось». А Ливей, по-всему, не знает, как себя вести с Гарибом. Пора Полпреда отодвинуть в сторону от контроля над Группой. Пусть посидит в роли молчаливого наблюдателя.

— Не буду открывать для сравнения некоторые эксклюзивные возможности… Простейшее для меня — внутренним зрением представить любой известный объект. Или предмет, если угодно. И делать с ним всё, что захочу. Бывает, эти мысленные действия реализуются в действительности. Ты так умеешь, Полпред?

По выражению лица Ливея все поняли — на такое Полпред не способен. Акрам, заинтересованный поворотом беседы, спросил:

— А с незнакомыми объектами как, Гариб?

— Тоже несложно. Я их приближаю на нужное расстояние, рассматриваю, изучаю… И затем перевожу в ранг известных. И тогда…

Гариб на несколько секунд закрыл глаза и обратил взгляд, следом за Ливеем, на бегущие у стен объёмные буквы. И они тут же перемешались, складываясь в бессмысленные слова и фразы.

Акрам не скрыл восхищённого удивления:

— Несложно? Фантазию или абстракцию перевести в реал? И оперировать с ними как с вещами, данными в практике? Ну… Ну да ладно. Но ведь задача, поставленная перед нами, иного рода? К тому же ты сомневаешься в её нужности. Да, когда мы сможем подступиться к ней? Точно! Ведь готовность зависит от тебя, Гариб.

Ияс, проведя рукой по волосам, добился искрения, и спросил, хищно улыбнувшись:

— А мы сами не справимся? Без назначенного лидера? Так ли знаменитый Гариб незаменим?

Провокационный вопрос ведущего айтишника всколыхнул скрываемую активность Группы. Гариб решил не вмешиваться в процесс. Требовалось понять, с кем предстоит работать неизвестное время. Покидать Центр, пожалуй, рановато. Не эта сверхзадача, так другая появится… Мир накануне перемен, Искусственный Интеллект в тупике. Как и всё человечество. Надо бы отыскать путь для встречи с Дзулей-мамой. Не миф же она! Внимание Гариба фиксировало наиболее значительное из общего потока озвучиваемых размышлений.

— Ситуационная проверка…

— Неужели уровень сложности задачи превышает возможности ИскИна? Ведь он нам обеспечивает комфортное бытие уже пару сотен лет! Что здесь не так?

— ИскИн многослоен. Как и человеческий разум в масштабах нашего сообщества.

— Программы составлялись когда? Каковы действующие критерии отсева излишних данных? А мелочи могут играть определяющую роль в поиске решения.

— Да, степень достоверности в цифровом описании мира… Я был убежден, что она превосходит точность человеческой картины мира многократно. Неужели не так?

— Действующая система закладывалась как самоорганизующаяся, саморегулирующаяся, экспертная. С человеческим интерфейсом и приоритетами. Почему же она не способна решить задачу?

— Неужели ИскИн не справился? Я не вижу решения, потому что не могу разом сопоставить все необходимые факты и условия. Я недостаточен. А искусственный интеллект — почему? Психика у него отсутствует, поэтому? Чувств нет? Как у этих двух самоходящих болванок-адъютантов…

— Слабый интеллект, сильный… А не проще ли всё? Разум или есть, или его нет. Самопрограммирование… Всё равно ведь программирование! Жёсткость! Формализация уперлась сама в себя. Но и люди успели освободиться от привычки мыслить!

— Предки хотели освободиться от нагрузки на тело и разум. Получилось! В итоге и тело, и разум скукожились.

— Давайте уж начистоту… Среди нас Гариб и Гинва — люди редкие как внешне так и внутренне. Что могут им противопоставить я или Ливей? Со всем Преториумом и Квестурой? Мы лишь жалкие копии-подобия, худосочные тени человеков. Мы — из Большого Мира, Фонзы. Они — из Анклавов, которые мы старательно не замечаем. Даже говорить о них считается плохим тоном. А они превосходят нас всем, это точно! Без Гариба мы и на мозговой штурм не способны! Всего лишь команда обеспечения. Искусственный Интеллект — копия наша, такая же худосочная и бессильная. А не подобие Гинвы или Гариба. Разве ты, Ливей, внутри себя это не признаешь? Или ты, Ияс?

Это мнение Акрама, оно важно, и Гариб выделил его особо.

Выступление официального лидера Группы остановило прения. Гариб улыбнулся — его коснулся взгляд Гинвы. Да, и она так считает: Группа сама по себе бесполезна. Не превзойдёт она ИскИн ни в решении поставленной суперзадачи, ни в иной меньшей. Но у Ливея есть какой-то аргумент, который он не торопится озвучить. Гариб не сомневается — Преториум продумал позицию относительно Брэйн-Группы на несколько ходов вперед. Позиция скрыта, и ходы будут неожиданны.

Молчание нарушила Гинва:

— Да, меня мало волнует ИскИн Фонзы. Меня интересует связь вашего физического здоровья с психикой. Ещё одна моя задача — удержать ваше сознание в пределах творческой нормы. Но я не знаю, как этого добиться — Группа не имеет ни интеллектуального, ни психологического единства. И мне известно, что сознание многослойно. Но в Группе оно спутано…

Атмосфера сбора словно наполнилась чарующей мелодией. Гариб услышал, как рядом с ним зазвучали хрустальные колокольчики. Гинва легко улыбнулась, показав жемчужно-яркие идеальные зубы. И продолжила, понизив тон. Слушали её как заворожённые.

— Да, у психологов утвердилось многослойное понимание сознания. Правда, инструментов проверки многослойности не изобретено. Почему-то всё то, что мы обретаем в себе, называется Эго. То есть Я — это мои знания и умения? Другой слой — Супер-Эго — занят осознанием недостатков человека, то есть моего Я. Есть ещё слой подсознания, неконтролируемый и необъяснимый. Где-то там размещены подсознательные желания. Издавна считалось — тут рождаются стремления, цели… По-моему, деление искусственное. Во мне всё перемешано в единое: знания, переживания, воля. Думаю, структура Искусственного Интеллекта разработана так же слабо, как и человеческого. Мне кто-нибудь возразит? Мозговой штурм? Или штурм сознанием? Разве это одно? Слова древние, смыл их неясен…

Ливей разгладил пальчиками морщинки у глаз и пробурчал:

— Есть ещё Альтер-Эго…

Пробурчал и как-то съёжился, словно сказал запретное, не санкционированное свыше.

Гариб воодушевился. Подход Гинвы понравился. Она явно сказала далеко не всё, о чём думает в связи с сознанием и его отношении к цифровому разуму. Почему Гариб уверен, что она мыслит так же, как он? Сам он не сегодня открыл, что клеточки-нейроны мозга вовсе не для размышлений предназначены. И соображает человек неизвестно чем. Никакая Дзуля не ответит на вопрос: где кроется сознание, в каком органе и как происходит мышление? И сознание не перенести на другой носитель. Но разве нельзя его продлить? Распространить на иную сущность параллельно-последовательно? При сохранении постоянной связи с первичным носителем что-то может выйти. Нет, наверняка искусственный интеллект просчитал и эту возможность! А если так, имеется скрытая база данных! Но как соотносится это с поставленной перед Брэйн-Группой задачей? ИскИн ведь будет наблюдать. В готовности подбросить нужную инфу? Надо бы открыто поддержать Гинву, ей предстоит наблюдать за ними со стороны.

— Я ничего пока не готов сказать конкретное по Задаче, — сказал он, не скрывая скепсиса, — Как увеличить творческий потенциал, не разрушая самих себя усилителями, ускорителями, нейроактивацией и прочими неестественными придумками? Посмотреть на себя со стороны — вот проблема! Не в зеркале увидеть, а своим же сознанием, но извне!

— Абсурдная мысль, — возбуждённо хлопнул ладонями Акрам, — Но ведь логично!

Гариб воодушевился. Чем? Не задачей, которую по-прежнему отрицает. Пожалуй, назревает выход на целый веер новых идей!

— Всё дело именно в капкане логики, устоявшихся стереотипов мышления. На заре человечества люди не были так зашорены. Ограничительные рамки создавались и внедрялись постепенно. Кто сможет ответить: я внутри мысли или мысль внутри меня? Кто из вас аргументирует ответ? А как без ответа справиться с Задачей, которую не решил Искусственный Интеллект? ИскИн её определенно не в состоянии охватить. В лучшем случае сработает как футуролог. Отжившая умозрительная профессия… Полное подключение мозга к Искусственному Интеллекту, причем живого мозга в живом носителе — только такой подход может что-то дать. Так я мыслю. Опыты такого подключения были — и все неудачные. Надо думать. И только после решения этой проблемы подступаться к сверхзадачам.

Полпред Преториума и Митул обменялись взглядами. Мимолетно, мгновенным касанием. Что это? Митул кто сейчас?

— Этот вопрос прежде всего к айтишникам, — сказал Филимон, — Тут и никакого штурма не надо.

Джакджи выразил сомнение мягким, ласкающим голосом:

— Перенести человеческую мысль в искусственный носитель? Такого не бывало. Речь может идти только о цифровых, не аналоговых программах. Мы готовы написать такую, которая позволит многое. Но Программа не в состоянии заменить, генерировать свободную мысль. Даже наблюдение невозможно при безмыслии, при бездумии. Сразу образуется пустота, мир исчезает. Мы ведь не к нирване стремимся? Я так понимаю, для помощи в решении сверхзадач требуется программа с максимальной свободой. Алгоритмы такой программы мне неизвестны.

Наступила тишина, обострённая нервным напряжением, исходящим от Ливея. Тот сосредоточено наблюдает за предложенной Группе объемной картиной, заполнившей весь периметр помещения. Через несколько минут Гариб вошёл в сюжет и понял: ИскИн предложил видеореализацию фантастического романа сравнительного недавнего века, написанного человеком. В зрелищном искусстве утверждается новая мода — ретро-фантастика. А человек с радостью поглощает творения своего цифрового опекуна.

В объёме, охватившем весь периметр стены — агрессивное освоение планеты-океана. Мыслящего океана. Люди пытаются подчинить и колонизировать то, чего абсолютно не понимают. Как обычно… Группе не предлагается войти внутрь, стать персонажем и вносить свои коррективы в развитие первичного сюжета. Но народ, потребляющий подобное, смотрит по-другому, чем они сейчас. Книжно-экранные авантюры продляются в личную жизнь зрителя, создаётся новая биография, и вполне достоверная. Толстенькие и худенькие мальчики-девочки, как и взрослые, видят себя могучими героями. Но ведь так бывало всегда? Да, пожалуй. Но коленки первых мечтателей не выдержали давления грёз-химер. Не перешла мечта в действительность. Откорректированный повтор отснятых когда-то фильмов-спектаклей, выпуск древних книг в четырёхмерном формате… Эти явления Гариб тоже рассматривает как знамения предстоящих крупных перемен.

Странно! Знамения есть, а самими переменами и не пахнет! Сверхзадача, сформулированная Преториумом, — очередная игра воображения, не имеющая реальной базы для осуществления. Человечество беспомощно, давно надо признать этот факт. Наслаждение без личных усилий в любых формах — вот что стало тормозом. Скачок в любом реальном направлении, самом привлекательном, взятом из самого модного фильма, никому не нужен. Достаточно виртуального пространства ИскИна. Отсутствие сияния с Востока никого не волнует.

В воздухе и по улицам городов летают, бродят, ползают роботы. Самые разные, от невидимых до человекообразных. Люди прячутся в домах и квартирах. А на безлюдных улицах цветут цветы, в пустых парках и на проспектах шумят зеленые деревья, принося плоды, которые собирают те же роботы… Мало кто знает, как и где выращиваются помидорчики-огурчики. Или откуда берутся натуральное молоко-мясо… Даже Эристон не понимает инфраструктуру цивилизации. Она надёжна и стабильна — это главное. Что и зачем менять? О чём же знамения? — в который раз спрашивает себя Гариб.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 451