электронная
36
печатная A5
346
16+
Пришелец с планеты Земля

Бесплатный фрагмент - Пришелец с планеты Земля

Объем:
170 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4490-0858-9
электронная
от 36
печатная A5
от 346

Часть первая. Раб

Кашляющий треск шокера разорвал пропитанную пустынным жаром тишину.

— Шевелись, раб!

По изрытой ветрами песчаной равнине тянулась вереница смуглых фигур. Обожжённые до самых внутренностей солнцем люди тяжело переставляли ноги. Несколько дюжих молодцов в камуфляже подгоняли несчастных тычками электродубинок.

Пленники периодически падали, поднимались, стиснув зубы, двигались дальше.

Среди темнокожей толпы белёсым пятном выделялся мальчик лет одиннадцати. Белокожий, русоволосый, голубоглазый. Диковинное инопланетное существо на общем смуглом фоне. Изредка пленники бросали удивлённые взгляды на странного попутчика. Но дальше вялого любопытства дело не шло — каждый занимался собственным выживанием.

Мальчику приходилось туго. Рваная одежда не спасала от солнца. Песок раскалённым наждаком грыз ступни. Полуденный зной расплавленным свинцом втекал в тело. Из раны на лбу сочились тёмно-вишнёвые капли. С потом и кровью уходила жизнь.

В какой-то момент организм не выдержал. Сознание мальчика провалилось в прохладные волны беспамятства. Словно радуясь нежданному отдыху, обмякшее тело рухнуло на песок. Последнее не понравилось командиру отряда.

— А ну вставай, отродье рабское!

Мальчик не шевелился. Гневные крики работали вхолостую. В ход пошла дубинка. Следом за дубинкой — тяжёлые ботинки.

— Я покажу тебе, как обманывать меня, ублюдок! Полежать ему захотелось…

Наёмник занёс ногу, целясь кованым каблуком в рёбра.

— Постой! Не бей мальца.

Громадный негр заслонил мальчика. Рука командира потянулась к кобуре.

— Что это ты задумал, черномазый? Хочешь получить пулю?

— Не станешь ты меня убивать — за меня дадут хорошую цену. Я всего лишь хочу понести парня. За него заплатят меньше. Но ты ведь не хочешь терять лишнюю сотню?

— Заткнись, черномазый. Бери это маленькое дерьмо и становись в колонну.

Чернокожий гигант с лёгкостью подхватил мальчика. Процессия двинулась дальше. По дороге встречались другие отряды. В колонну вливались новые пленники: мужчины, женщины, дети. Поток людей ширился, напоминая реку, вбирающую попутные ручейки.

Конечным пунктом путешествия оказался километровый межзвёздный транспортник. На корпусе светился контур эмблемы корпорации «Пояс Ориона»: ожерелье из трёх ярких звёзд на фоне переплетённых золотыми нитями планет.

В утробу корабля загнали несколько сотен человек. Помещения для пленников напоминали бараки: металлические стены и никакого комфорта. Система терморегуляции работала на минимуме энергопотребления. Горячий воздух быстро наполнился удушливым зловонием потных тел.

Мальчик очнулся. И пожалел о возвращении к жизни. Происходящее казалось кошмарным сном. Но сон не отпускал.

— Ты как себя чувствуешь, малый?

Над мальчиком склонился чернокожий спаситель.

— Болит всё. Где я?

— Где ты? — негр задумался. — Можно сказать — по дороге в ад. На невольничьем корабле. Сам-то ты откуда взялся? Говоришь со странным акцентом.

— Наш корабль разбился. Я потерял сознание. А потом пришли эти люди…

— Наёмники из отряда обеспечения. Нападают на захолустные планеты вроде нашей. Добывают новых рабов. Тебя как зовут?

— Максим.

— Максим? Интересное имя. А меня — Фрэнк.

— Рад с вами познакомиться, Фрэнк, — несколько церемонно ответил Максим.

Фрэнк заулыбался, хотя обстановка не располагала к улыбкам.

— И я с тобой рад познакомиться, Макс. Откуда прилетел ваш корабль?

— С Земли.

— Земля… — Фрэнк снова задумался. — Но это же сказка! Не существует такой планеты. Только красивая легенда.

— И вовсе не легенда, — упрямо ответил Максим. — Наш корабль отправился в картографическую экспедицию, составлял карту точек перехода. Родители взяли меня с собой…

Слёзы жгучим потоком обрезали рассказ.

— Они… погибли…

Фрэнк обнял Максима.

— Поплачь, если хочешь. Но думаю, твоим родителям хотелось бы видеть тебя сильным. И живым. Береги силы. Шансов умереть будет достаточно, а ты должен выжить.

Максим вытер лицо рваным рукавом.

— Я больше не буду плакать.

Файл: монография Вячеслава Белова «Крушение Корпораций». 2580 год, система Альтаис

«…как же случилось так, что рухнула столь гибкая и могучая система? Считалось, что сетевая структура Союза Корпораций нерушима. Нет единого центра — нет возможности уничтожить. Каждое звено системы самодостаточно. Идеальный политический и экономический организм.

Но любой организм можно отравить, особенно если яд медленнодействующий. Отравой стало рабство. Архаичный способ производства возродился благодаря главному идолу корпоратов — экономической эффективности. В экономической системе Корпораций рабство оказалось оправданным. Внутренняя структура звеньев Корпораций стала напоминать кастовое общество: главы корпораций; управляющие планет и предприятий; интеллектуальное сословие: учёные, инженеры, высококвалифицированные сотрудники; рабы.

Война с Евроазиатской Империей подожгла фитиль давно назревавших восстаний рабов. Щедрая военная помощь Империи позволила рабам взорвать структуру Корпораций изнутри.

Финальная битва в системе Корнефорос стала концом флота корпоратов. Остатки Корпораций покинули свои планеты и скрылись в глубинах космоса. Строится множество догадок о том, куда они направились…»

***

Пыль, мрак, духота, грохот отбойных молотков. Мир Максима состоял из каменных сводов рудника. День? Ночь? Никто не знал. Жизнь узников делилась на период убийственного труда и период мучительного сна. Сигнал подъёма, тошнотворный завтрак, изматывающая тяжесть отбойного молотка. Краткие перерывы на обед и ужин, провал в небытие.

Максим попал на планету с говорящим названием Dusty. Пыльный рудничный мир. К счастью, с кислородной атмосферой.

— Больно он тощий, не протянет долго, — сказал директор бериллиевого рудника, впервые увидев Максима.

— Зато отдаю почти даром, — парировал капитан невольничьего транспортника.

— Ладно, возьму этого заморыша. Но сдохнет он в первый день.

Максим не оправдал мрачных прогнозов. В тощем теле обитал упрямый дух.

Регистрация новоприбывших не заняла много времени. Клеймо-штрих-код на плечо — вот и вся процедура.

Жили рабы в основном под поверхностью. Жилые помещения вырублены в скале. Немногим счастливчикам дозволялась жить в бараках на поверхности.

Максима прикрепили к старику Сэму — старшему мастеру забоя.

— Научишь его всему, — приказал надсмотрщик.

— А покрепче никого найти не могли? Помощники мрут…

— Заткнись, и делай, что тебе говорят! Давно шокером не получал?

Сэм заткнулся. Вид старика внушал ужас: иссечённое шрамами лицо, отсутствовал правый глаз. Но под ужасающей внешностью скрывался добрый нрав. Десятилетия рабства не ожесточили Сэма.

— Ну и что мне с тобой делать, парень? — обречённо спросил Сэм. — Отбойный молоток удержишь?

— Попробую.

Внешне тщедушный Максим оказался неожиданно сильным. И сообразительным. Сэму не приходилось дважды объяснять — Максим всё схватывал моментально. Техника идеально слушалась чутких рук мальчика. Сердце старика радовалось, и вскоре прикипело к Максиму.

— Ты с какой планеты? — как-то спросил Сэм. — Выглядишь не так, как жители планет корпораций. А я очень многих людей повидал.

— Я с Земли. Но мне никто не верит. Все говорят, что Земля — сказка.

— Земля… Мой дед рассказывал о Земле. Говорил, что это родина людей. Я никогда особенно не верил в эти легенды… Но не бывает дыма без огня. И какая она, Земля?

— Какая?.. Почти вся покрыта океанами. Из космоса выглядит голубой. Шесть континентов.

— А живёте вы как? Какие у вас города?

— У нас нет больших городов. Многие живут за пределами городов, в автономных домах. Я сам жил в таком. Вокруг поля, леса…

— Ах, я бы всё отдал, чтобы снова увидеть зелень, хотя бы самый завалящий кустик, — простонал Сэм.

— А как вы сюда попали? — спросил Максим.

Сэм горько усмехнулся.

— Долгая история. Когда-то я был свободным. Жил на пограничной планете. Но фермерство показалось мне скучным занятием. Захотелось приключений… И вот я здесь.

Больше Максим ничего не услышал.

***

Столовая рудника хранит сотни уникальных запахов. В большинстве своём неприятных. Рабы привыкли к удушливому букету. Привыкли и к обеду из безвкусных концентратов. Картину дополняли дешёвые пластиковые столы и тусклое освещение.

Максим осторожно пробирался к столу, стараясь не уронить поднос. Столовая набилась битком, отовсюду сыпались толчки. У стены обнаружилось свободное местечко. Максим с тоской посмотрел на свой обед: чашка супа непонятного происхождения, плитка концентратов. Как не похоже на домашнюю еду. В школе первого уровня и то лучше кормили…

— Не возражаешь, если одолжу? Аппетит разыгрался.

Долговязый парень справа бесцеремонно подцепил плитку концентратов с подноса Максима.

— Вообще-то это мой обед, — робко возразил Максим.

— Был твой — стал мой, — грубо ответил сосед.

Рука с концентратом не добралась до рта. Боль бритвой вспорола руку. Удивлённый крик привлёк всеобщее внимание. Максим легонько стиснул пальцами запястье противника.

Узники рудника мигом позабыли о еде. Дефицит развлечений мучил сильнее голода. Вокруг противников образовался плотный круг.

— Ты… что… со мной… сделал… — с трудом выдавил долговязый.

— Нажал на маленькую точку возле запястья. Не возражаешь, если я заберу свой концентрат?

— Нет… Забирай…

Веселье закончилось. Удивлённые зрители неохотно расходились. И как такому тщедушному пацану удалось победить противника вдвое больше себя?

— Где так научился драться? — спросил подоспевший Сэм.

— На несуществующей Земле, — с горьким сарказмом ответил Максим. — В школе первого уровня изучают основы рукопашного боя.

— Ничего себе «основы»! Грэхему пятнадцать лет, а ты одолел его нажатием пальца.

— На самом деле это очень просто. Научу, если хотите.

— Мне уже поздно учиться. И много таких приёмов знаешь?

— Не очень много. Скажите, Сэм, почему этот… почему Грэхем так поступил? Он ведь такой же раб, как и я.

Сэм горестно посмотрел на Максима.

— Макс, хороший ты парень. Но понимаешь ещё очень мало. Здесь каждый сам за себя, каждый думает о своей шкуре. Никто тебе не поможет, никто не поделится пищей. Вообще ничем не поделится. Найти друга почти невозможно.

— Но почему? У всех тут общая беда. Люди должны объединяться, когда у них общая беда.

— А ты действительно не из наших миров, — констатировал Сэм. — Умный парень, но наивный. Нет тут такой вещи как «общая беда». Даже не знаю, как тебе лучше объяснить… В общем, сам вскоре поймёшь.

Рёв сирены возвестил окончание обеда. Рабы медленно расходились, стараясь на несколько жалких секунд продлить драгоценный отдых. Застучали отбойные молотки. Металлическая дробь слилась во всеобщий похоронный марш.

***

Триста лет прошло с поспешного бегства остатков Союза Корпораций. Летели вслепую, сквозь неисследованные точки перехода. Слепая поспешность забросила тысячи звездолётов в противоположный рукав галактики. Поспешность сыграла и другую, злую шутку: корабли не загрузили продовольствием. Голодная смерть точила косу в предвкушении обильной жатвы. Аварийных пайков хватало ровно на месяц.

Фортуна сжалилась над несчастными. Капризная богиня удачи послала беглецов в область, богатую пригодными для жизни планетами. Новоиспечённые колонисты с энтузиазмом взялись за освоение новых миров. На том удача исчерпалась: началось копирование прежней цивилизации корпораций.

За три сотни лет выросли новые корпорации: «Пояс Ориона», «Северная корона», «ТМС» (Транспортный Межзвёздный Союз). Первые две копировали названия подразделений прежних корпораций. Новый Союз Корпораций не возник. Бывшие союзники благополучно передрались.

Воевали в основном из-за рабов. Прожорливые экономики требовали рабочих рук. Сходились в кровавых схватках флотилии, опустошались пограничные планеты. Миллионы несчастных заковали в рабские цепи. Самые отчаянные бежали за пределы пространства корпораций.

Вскоре войны прекратились (слишком затратными оказались). На смену грандиозным сражениям пришли моментальные рейды отрядов обеспечения.

Валентайн Реджинальд не знал рабского труда, ни труда свободного, ни тягот жизни беглого. Ему посчастливилось родиться в семье главы корпорации «Пояс Ориона». Будущий правитель проявил изрядные способности на поприще коварства и предательства. Первый удар пришёлся на собственного отца: несколько капель яда освободили кресло главы корпорации. Дальнейшая карьера развивалась не менее успешно.

Валентайн пребывал в скверном расположении духа. Голографическая проекция под потолком кабинета изображала обширные владения корпорации. Серебристые точки — звёзды, оранжевые линии — пространственные туннели. Некоторые линии светились красным. Красный цвет означал нападение пиратов.

Пираты и раньше подстерегали одиночные транспортники. В драку с патрулями не ввязывались, караваны не трогали. Теперь тактика пиратов кардинально изменилась. Одиночные рейды сменились массированными атаками на охраняемые караваны. Корабли охраны подрывали на заранее установленных космических минах, уцелевших добивали истребители. Транспортники безжалостно потрошили.

Флот на помощь никогда не успевал, заставая на месте преступления развороченные взрывами остовы. Пираты присваивали ценное оборудование, руду, и, что больше всего раздражало, освобождали рабов.

— Какие меры вы намерены принять? — обратился Валентайн к сидящему напротив начальнику службы безопасности.

Оскар Хеймворд нервно сглотнул. Чёрный мундир намок от холодного пота. Валентайн славился лёгкостью, с которой пускал подчинённых в расход. Особенно в плохом настроении.

— Пока что усиливаем эскорты, сэр. Разослали корабли-разведчики на поиски гнёзд пиратов. Дайте нам пару месяцев, и мы уничтожим их всех.

— У нас нет пары месяцев! Мы несём миллиардные убытки. Кто их компенсирует? Вы?

— Сэр, обещаю вам, мы вернём всё украденное…

— Этого недостаточно, — оборвал Валентайн Оскара. — Как вы думаете, каким образом пираты узнают расписание маршрутов наших транспортов? С точностью до секунды?

— Как ни печально говорить это, сэр, но наши аналитики предполагают наличие агентов пиратов в транспортной системе корпорации.

— Вот именно! Агенты пиратов! Сейчас они присылают агентов, а завтра пришлют убийц. Пришлют за мной!

— Сэр, я приказал усилить вашу охрану.

— И вы предусмотрели любые возможности? Даже смертника с ядерным фугасом?

— Да, сэр! — с вызовом ответил Оскар. — Мы предусмотрели и такую возможность. В этом здании установлен глушитель ядерных реакций.

— Прекрасно. Хоть на что-то вы способны. Но пираты должны быть уничтожены! Любыми средствами. Кстати, говорят, что у них появился новый главарь.

Чёрные глаза непрестанно сверлили Оскара. «Взгляд смерти», — подумал Оскар. Бледное, тонкое лицо тоже напоминало смерть.

— Да, сэр. Действительно появился новый предводитель пиратов. По прозвищу Рыжий Патрик. Возможно, он организатор дерзких нападений на наши корабли.

Валентайн оскалился в жестокой улыбке.

— Приятно иметь дело с достойным противником. Постарайтесь поймать его и доставить ко мне. Живым. Нам есть о чём потолковать.

«Господи, если ты есть, пошли этому Патрику смерть в бою», — подумал Оскар.

— Разрешите идти, сэр?

— Идите. Надеюсь, вы проявите большее, чем обычно, усердие.

Начальник службы безопасности испарился. Валентайн бросил взгляд на красные линии. Какой-то безродный бродяга посмел бросить вызов могущественной корпорации. Соседние корпорации, по слухам, страдают от набегов пиратов не меньше.

— Ты молодец, Патрик, — прошептал Валентайн. — Не то что мои подчинённые. Даже жаль, что придётся убить тебя.

***

Максим стоял посреди рубки управления. Голографический проектор создавал сферическую картину окружающего пространства. Казалось, что висишь в пустоте, а вокруг искрящийся звёздный водоворот. Сзади кто-то тихонько подошёл, на плечо легла увесистая рука.

— Мечтаешь стать пилотом, Максим? — послышался голос отца.

— Пока не знаю. Закончу школу — решу.

— Ты рассуждаешь как взрослый, — грустно произнёс отец.

— Не расстраивайся, папа. Просто в школе делают упор на тренировку разума. Развивают мышление.

— Не нравится мне эта серьёзность. Нас не так учили…

Взрыв сбил с ног. Максима швырнуло в стену. Обдало жаром, заунывно выл уносящийся в пустоту воздух.

— Всем занять спасательные капсулы! — кричал командир. — Покинуть корабль! Мы падаем на планету! — Затрещал тахионный передатчик. — Всем спасательным службам! Говорит командир дальнего исследовательского корабля «Орфей», бортовой номер ИС182245. Нас обстреляли неопознанные корабли. Падаем на планету предположительно в системе… В противоположном рукаве нашей галактики. Передаю карту точек перехода, через которые мы прошли…

— Максим! Максим, отзовись!

— Я здесь, папа!

Кровь из рассечённого лба заливала глаза. Максим слышал отца, но ничего не видел сквозь алые струйки.

— Папа, я здесь! Помоги мне! Папа!

Максима затрясло, заболтало. Что-то хлестало по щекам.

— Эй, Макс! Проснись. Тебе кошмар снится.

Максим подскочил, больно стукнулся о верхний ярус койки. Рядом стоял Сэм и тряс Максима за плечи.

— Ну что, проснулся?

— Вроде бы.

Картина гибели космического корабля потускнела. Сознание возвращалось к действительности. Максима окружали каменные стены спального помещения, внутри теснились громоздкие двухъярусные койки. Слышалось прерывистое храпение.

— Простите, я, наверное, всех перебудил, — извинился Максим.

— К счастью, ты разбудил только меня. Что тебе приснилось?

— Мой отец. И ещё во сне я вспомнил, что наш корабль обстреляли.

— С корпоратов станется, — злобно прошептал Сэм. — Они любой неопознанный корабль сбивают. Помню, летел я на колониальном транспортнике, вместе с другими колонистами. Нас подшибли после предпоследнего перехода. Сказали, что мы «нарушили границу»…

Сэм оборвал рассказ. Послышался сдавленный вздох.

— Так вы попали в рабство? — спросил Максим.

— Да, именно так.

— А почему вы не пробовали сбежать?

— Наивный… Куда отсюда убежишь? Разве что украсть космический корабль. Но я не умею управлять кораблём.

— Значит нет надежды вырваться отсюда? — скорбно спросил Максим.

— Ну почему же? Надежда всегда есть. У меня в своё время не хватило смелости использовать шанс… Надеюсь, ты будешь смелее меня.

***

Пиратский корабль не отличался новизной. Старое, побитое транспортное корыто. Корпус изрыт микрометеоритами. Звёздам подмигивают перекошенные лампы позиционных огней. Конструкция трёхсотлетней давности держалась на честном слове. Любой пилот поклянётся, что подобная рухлядь никак не может оказаться скоростным боевым кораблём.

Внешность как всегда обманчива. Под изъеденным корпусом скрылась боевая нанокерамическая броня. Устаревший импульсный термоядерный двигатель сменился прямоточным. В ангарах дремали юркие истребители, не уступающие антикварностью носителю, но с не меньшим числом сюрпризов.

Рубка управления удивляла опрятностью, решительно опровергая слухи о свинстве пиратов. В кресле, перед центральным монитором, вальяжно развалился грузный, упитанный человек. В глаза бросалась необъятная ширина. Задорно блестели огненно-рыжие шевелюра, усы и борода. Рука стискивала наполовину съеденный батон колбасы. Периодически гигант откусывал изрядный кусок и задумчиво жевал.

— Патрик.

Рыжеволосый лениво обернулся. В дверях рубки недвижно застыл низкорослый, похожий на тень человек. Чёрная с проседью борода, тёмные очки, трость.

— А, это ты, Хэнк, — приветливо заговорил Патрик. — Не стой, присаживайся. Хочешь что-то сообщить?

— Спасибо, постою. Корпораты собираются устроить большую облаву. Возможно, на следующей неделе. За нами будет гоняться половина флота корпорации «Пояс Ориона» и все их патрульные силы.

Патрик презрительно хмыкнул.

— Отлично. Давно пора перейти от щелчков по носу к добрым ударам в морду.

— Не слишком ли ты самоуверен? У нас мало сил.

— Мало сил для прямого сражения. Но кто сказал, что мы полезем на рожон?

Чёрные линзы уставились на Патрика. Патрик вздрогнул. Хотя знал о необычных способностях товарища. И о слепоте.

— Чувствую, ты готовишь очередную ловушку. Что на этот раз?

— Да есть один туз в рукаве. Ребята с «Корсара» кое-что нашли в дальнем космосе, очень далеко за пределами пространства корпоратов.

— И что же отыскали твои головорезы? — спросил Хэнк. — Древнее оружие инопланетян?

— Почти угадал, — Патрик сделал торжественную паузу. — Это тяжёлый крейсер Империи!

— Неужели знаменитый «Илья Муромец»?

— Он самый. Повреждён, но в целом состояние приличное. Отремонтировать можно. Вероятно, болтался в пространстве со времён последней войны корпораций и Империи. Аннигиляционный двигатель придётся заменить прямоточным. Но самое главное — полностью сохранились излучатели антиматерии! И генераторы антипротонов целёхоньки.

От волнения Патрик откусил очередной кусок колбасы. Хэнк эмоций не выразил.

— Патрик, это уже серьёзнее, чем налёты на караваны. Корпорации не любят друг друга, но могут объединиться перед лицом серьёзной угрозы. Знаю, смерти ты не боишься. Но что делать остальным «Свободным гражданам галактики»?

— Хэнк, у тебя дурное видение будущего? — слегка тревожным тоном спросил Патрик.

— Нет. Но чувствую, что начнётся большая заварушка.

— Вот и начнём эту самую «заварушку». Ты забываешь, что корпорации исходят из экономической выгоды. Если гоняться за мной окажется дороже, чем нести убытки от наших налётов — они будут терпеть наши налёты. А гоняться за мной очень дорого. Вот, посмотри сюда… Ой, прости, я забыл…

— Ничего. Ты знаешь — я могу видеть и без глаз.

Патрик развернул кресло. Пальцы забегали по сенсорным клавишам пульта. Включился тактический экран. Россыпь разноцветных точек означала звёзды. Между точками красовались линии пространственных туннелей.

— Мы находимся здесь, — Патрик ткнул пальцем в экран. — Тут же сконцентрируем наши силы. Потом двинемся к пограничной системе Нубес. Корпораты развернут свои силы именно в этой системе — самое удобное место для наступления. А мы атакуем их. Не в полную силу, разумеется. Постреляем немного, пошумим, и сымитируем отступление.

Патрик выделил несколько точек на экране.

— Уйдём через разные точки перехода. Корпораты, естественно, очертя голову за нами погонятся, радуясь лёгкой победе и мечтая о новой партии рабов. Погоняем их для затравки по разным системам. Но конечным пунктом станет, — Патрик провёл пальцем на экране светящуюся черту, — система NTG 900024. Богом забытое место, набитое пылью и камнями.

Хэнк впервые проявил признаки эмоций. Губы скривились в лёгкой усмешке.

— Теперь я знаю, зачем тебе излучатели антиматерии. Но это безумие.

— Да, Хэнк! — весело закричал Патрик. — Я собираюсь заманить корпоратов в пылевое облако. А потом аннигилирую облако. Будет грандиозный фейерверк!

— После чего корпораты сдерут с тебя кожу живьём, — пробормотал Хэнк.

— Не сдерут. Корпоратам придётся долго зализывать раны. А тем временем мы нарастим силы.

— Я хотел сообщить ещё кое-что, — спохватился Хэнк. — У меня было видение будущего. Через несколько лет появится человек. Странный, не такой как все. Возможно, из-за пределов пространства корпораций. Он станет новым предводителем свободных граждан галактики.

— Ну и пусть, — спокойно ответил Патрик. — Если этот парень будет громить корпоратов, я лично усажу его в это кресло и отойду в сторонку.

— О, с этим проблем не возникнет. Он уже ненавидит корпоратов. А в дальнейшем будет ненавидеть больше чем ты.

Раздался металлический грохот. Хэнк проворно отскочил в сторону. В рубку ввалился командир абордажных отрядов, облачённый в громоздкий бронескафандр.

— Полегче, Бартоломео, — приветствовал Патрик боевого товарища. — Ты мне все приборы разнесёшь.

Бартоломео стянул шлем, обнажая лысый как бильярдный шар череп.

— Простите, шеф. Мои ребята захватили транспортный корабль с грузом продовольствия. Только что пригнали. Там большой груз копчёностей обнаружился.

— Аварийный тахионный маяк отключили? — Резко спросил Патрик.

— Обижаете, шеф.

Патрик резво вскочил, начисто игнорируя лишние килограммы.

— Прости Хэнк, мне надо провести инвентаризацию груза.

***

Андезитовые массивы дышали сыростью. Горькая пыль набивалась в горло, заставляла плеваться, кашлять. Робот-бур прогрыз новое ответвление рудника. Теперь на разведку шли люди.

Максим плёлся за стариком Сэмом, стараясь не потеряться в облаках пыли. Свет фонарей с трудом пробивал себе дорогу. Несколько рабов тащили нейтронный детектор для просвечивания пород. Геологический спутник сулил богатые залежи бериллия.

— Макс, возьми геологический молоток, и отколи несколько кусочков породы в разных местах, — попросил Сэм. — Господам геологам нужны образцы для исследований.

Максим молча отправился выполнять поручение. Мир подземелья постепенно становился привычным. Родители посещали сон реже, притуплялась боль. На почве, опустошённой горем, прорастали огоньки ненависти.

Ненависть искала объекты приложения. Временно вакансию врага №1 занял надсмотрщик Гарри. Молодой, не пресытившийся жестокостью. Электрошокер Гарри работал с предельной нагрузкой. Рабы вокруг него умирали с завидной частотой. Начальство периодически делало выговоры, но Гарри ценили за умение внушать страх и повиновение.

Максим столкнулся с Гарри в первые дни жизни на руднике. С непривычки не мог держать нужный темп работы. Как-то остановился отдышаться. И получил удар током. Разрядник шипел, искрился. Сквозь тело бежали рвущие на части заряды.

— Ещё раз остановишься, и я поджарю тебе мозги, — пообещал Гарри.

Максим не стал проверять серьёзность обещания. Для себя решил, что подобное прощать не стоит. Но тупая скотина вроде Гарри явно не годилась в главные виновники. Мозг сверлили два вопроса: 1) кто виноват в гибели корабля; 2) почему в самом дальнем уголке галактики, у цивилизованного народа существует рабство. Вопросы упрямо требовали ответов. Времени на размышления хватало с избытком.

Максим осторожно подошёл к стене туннеля. Выбрал удобный выступ, размахнулся молотком. Луч нашлемного фонаря скользнул по каменному монолиту. Глаза кольнул зеленоватый блеск. Зубец молотка застыл в сантиметре от цели.

Максим опустил молоток. Присмотрелся — призрачные зелёные светлячки не исчезали.

— Что за странная порода? — тихо произнёс мальчик.

Камни не спешили делиться тайной. Максим провёл ладонью по стене: шершавая, с гладкими вкраплениями. Поверхность стены поддалась под нажатием ладони, каменная масса с рычанием рухнула в пустоту. Следом, не удержав равновесия, покатился Максим. Неведомый провал встретил серией тычков. Короткое падение закончилось ударом по рёбрам, боль вышибла воздух из лёгких.

Максим с трудом приподнялся. Кости ныли, будто прошли через молотилку, липко кровоточили ссадины, рабочий комбинезон превратился в рваные лоскуты. Фонарь чудом уцелел.

— Эй, Макс! — послышался тревожный голос Сэма. — Ты цел?

— Почти. Ободрался здорово, но вроде бы ничего не сломал.

— Стой на месте. Сейчас принесу верёвку.

Максим огляделся. Луч фонаря тонул в смолистой черноте, изредка выхватывая нечёткие силуэты, похожие на колонны. Любопытство взяло вверх над болью. Максим медленно поковылял к ближайшей колонне. Из темноты постепенно проступил исполинский столб.

Приблизившись, Максим легонько коснулся столба. Кто знает, вдруг таинственные колонны хрупкие, как проклятая стена? Но древний монолит рушиться не собирался. Пальцы нащупали сеть ровных, продольных желобков. Слишком ровных. И колонны слишком прямые, словно подпирают купол исполинского храма. Древний храм корпоратов? Вряд ли.

Максим отступил назад. Впервые за месяцы рабства сердцем овладел жгучий восторг. Восторг от неизвестного. Детское воображение ваяло картины древних цивилизаций, героев, правителей. Обязательно похожих на людей. Гордых и прекрасных, как античные боги.

Действительность иногда превосходит фантазии. Под ногу предательски подвернулось что-то гладкое, выпуклое. Максим растянулся на камнях. Сквозь луч фонаря на Максима смотрели две пустые глазницы черепа. Суеверный, слепой ужас седых времён выдавил из горла крик, заставил отпрянуть назад. Сердце дрожало туго натянутой струной.

Череп лежал на месте, явно не собираясь вырваться из объятий смерти. Вспомнились слова отца: «Не бойся мертвецов, бойся живых». Так успокаивал отец ещё шестилетнего Максима, после случайного просмотра мистического фильма. Действительно, что ему сделает этот кусок кости? Надсмотрщик Гарри куда опаснее.

Пытливый ум подметил, что череп больше человеческого. Голова великана, да и только. Максим заставил себя подойти ближе. Любопытство и страх сошлись в жестоком поединке. Неведомый гигант ждал. Ждал две тысячи лет.

Что произошло потом, Максим объяснить не мог. Сиреневая вспышка поглотила, пронзила насквозь. Ушли ощущения. От тела остался испуганный разум.

Разум бился в пустоте, пытаясь найти точку опоры. Пространство, время, материя — где всё это? Максим старался ощутить тело. Но тело не спешило отзываться.

— Не бойся.

Голос шёл ниоткуда. В пустоте мелькнула голубоватая искра. От искры исходило тепло, спокойствие.

— Кто ты? — обратился Максим к голосу.

— Тот, кто ждал встречи с разумом. Приветствую тебя, разумный собрат.

— И я тебя приветствую. Но не мог бы ты отпустить меня? — Гордость не позволила Максиму признаться в паническом страхе.

— Поверь мне, я не причиню тебе вреда. Наша раса давно ищет разумных существ во вселенной. Тысячи лет мы блуждали сквозь пространство, но так и оставались в одиночестве. Только изредка встречались зачатки первобытного разума. Тогда на разных планетах, что могли привлечь разумных, мы построили Храмы Разума. У каждого храма есть хранитель, добровольно оставивший физическую оболочку. Я — один из хранителей.

— Ты — призрак? — удивлённо спросил Максим.

— Используемое тобой понятие мне не совсем ясно.

— Ну… Твоё тело мертво, но разум продолжает существовать?

— Да, именно так. Я — ментальный модуль некогда живого мозга. Теперь меня сохраняет машина, сокрытая глубоко под храмом.

— И чего же ты хочешь от меня, хранитель?

— Передать знания нашей расы.

Максим снова попытался вырваться из пустоты. Тщетно. Проклятый сиреневый туман держал цепко. А что если принять предложение инопланетянина? Знания могут пригодиться. Вот только редко что-то даётся просто так…

— И что ты попросишь взамен? — недоверчиво спросил Максим.

— Ничего. Я чувствую сомнение и страх. Поверь, собрат, наша раса давно отвергла насилие. Нам чужда корысть. Возможно сейчас, когда мы с тобой разговариваем, нашей расы уже нет. Ещё в те времена, когда создавались храмы, мы медленно угасали. Миллиард лет (ваших лет) — долгий срок.

— Вашей цивилизации миллиард лет?! — восторженно воскликнул Максим. В поединке любопытства и страха перевес получило любопытство.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 346