электронная
72
печатная A5
299
18+
Природа человеческой души

Бесплатный фрагмент - Природа человеческой души

Сборник стихотворений


Объем:
90 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4490-3253-9
электронная
от 72
печатная A5
от 299

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Любовь и юности тревоги

Диалог

— Что такое любовь? Объясните.

Или это нельзя объяснить?

Когда плачут ночами в подушку?

Когда вовсе не хочется жить?

Или, может, любовь — это время

Поцелуев, объятий и грёз?

Как нести это тяжкое бремя,

Если любишь кого-то всерьёз?

Говорят, любовь разной бывает:

К людям, птицам, природе, Земле,

Безответной, взаимной бывает.

Так, выходит, влюблённые все?

Ну, а если любовь к человеку,

Как понять, что ты правда влюблён?

— Сны о нём постоянно ты смотришь,

И мечты твои только о нём.

Ждёшь внимания, ласки, заботы,

Ну, а он равнодушен к тебе.

— И поэтому мне не понятно,

Как находят любовь на Земле?

— Ты почувствуешь это когда-то,

Твоё сердце быстрей застучит.

Коль расстанетесь — значит, так надо.

Коли нет — только смерть разлучит.

***

Я первый, кто оказался в одиночестве на целой планете.

Энди Вейер «Марсианин»

Мы не на Марсе, и сутки у нас короче,

Мы тяжелее, а счастье тоже имеет вес,

Но мы в тепле и не особо боимся ночи.

Мы здесь с родными, а кто-то на Марсе — без.

У нас есть воздух, и вроде бы он в достатке.

Вода и пища (я знаю, что не у всех!).

Я крикну: «Уотни, мягкой тебе посадки!»

Его улыбка вмиг превратится в смех.

У нас есть почва, на Марсе — песок и камни,

И земледелием никто бы не занялся.

«Но как же выжить мне без калорий, парни?

В пробирках, кажется, где-то была земля.

Ура, победа! Вырос-таки картофель,

И появилась всё же надежда жить.

«Жаль, не сосиски», — точно сказал бы Фогель.

Теперь пора бы всем обо мне сообщить.

Колонизатор! Ведь первый же я на Марсе,

Кто в одиночку смог так далеко уйти.

Я закружил бы сейчас, наверное, в венском вальсе,

Ведь здесь начало всего моего пути».

— Привет, Земля! Не верю, что это сделал!

Я инженер! Да, мать его, инженер!

— Мы очень рады! Мы видели, как ты ехал.

Ты гений, Уотни!

— Мне очень приятно, сэр.

«О, нет, я гибну! Проклятый, проклятый модуль!

Еды мне хватит лишь по шестисотый сол.

«Но ты ботаник, — сказал бы упрямый Фогель. —

Мы на «Гермесе», а значит, тебя спасём».

У них есть план, мне нужно таки добраться

В Скиапарелли. Оттуда над Марсом взмыть.

Не верю! Может, я всё же смогу убраться?

Я всё ж смогу вне Марса ещё пожить?

Да, я везунчик. Сегодня я сжёг «Патфайндер».

Спокойно, Уотни, ты справишься с этим сам».

Ведь вся Земля уверена — выход найден,

Все на Земле молились своим Богам.

Преодолеть дорогу длиною в полсотни солов,

Пройти сквозь бурю, когда ты совсем один,

И, опрокинувшись, выжить (хоть ненадолго)

Не каждый сможет. Уотни непобедим!

Мы на Земле и замерли в ожидании,

И сердце бьётся в тональности фа-диез,

И в мыслях вдруг появится осознание:

Мы здесь с родными, а кто-то на Марсе — без.

***

Открыла для себя недавно хобби:

Я коллекционирую сердца.

Сижу в кафе под видом недотроги,

А в голове: «Так, этот без кольца…»

Чему-чему, а флирту научилась —

Тут улыбнусь, там скромно подмигну.

Мне говорят: «Ты в стерву превратилась!»

А я лишь промычу в ответ: «Угу!»

Вон тот богат, а этот симпатичный,

А справа вот за столиком в углу

Сидит мужчина вроде бы приличный,

Но он подсел недавно на иглу.

О, вижу цель! С ним нужно поскромнее:

Попялюсь и забуду телефон.

— Простите, Вы забыли! Я Евгений.

— Спасибо!

— Прогуляемся пойдём?

Я парой фраз в себя его влюбила,

Я парой взглядов душу забрала.

Я после пары встреч его отшила,

Я резко развернулась и ушла.

Открыла для себя недавно хобби:

Я коллекционирую сердца.

Мужчины, как узор в калейдоскопе,

Снаружи разные, но суть всегда одна.

***

Пусть ты — мечта, но я люблю реальность.

Пусть идеален, мне ведь всё равно.

Я не хочу слезинок вероятность

Уменьшить с точностью до одного.

Да, я хочу реветь всю ночь в подушку,

Не зная, где мой муж заночевал.

Ведь это жизнь, в ней сложно быть послушным,

Как сам бы ты сего ни пожелал.

И я хочу стирать его рубашки,

Когда снимать с него их буду я.

Пусть будет не совсем мой муж домашним,

Но в дни рожденья воля лишь моя:

Куда пойти и что надеть,

Вдвоём побыть иль вместе с кем-то,

А, может, даже полететь в Париж

Или туда, где лето!

Мне нужно только, чтоб любил,

А идеалов мне не надо.

Пускай мечта умрет мечтой,

Ведь счастье лишь с любимым рядом.

***

Ты говоришь: «Должно быть всё наоборот,

Ведь дамам рыцари стихи слагали в прошлом».

Я отбиваю пальцами фокстрот,

Бумагу рву пером неосторожно.

Я вновь открою старый фолиант:

В нём не найдешь ни строчки откровений,

В нём нет стихов, в нём не было цитат.

Лишь вьются волосы от ветра дуновений.

В нём сотни добрых изумрудных глаз

И на лице застывшая улыбка.

В нём есть портреты в профиль и анфас,

А на одном — нелепая ухмылка.

В конце — лишь одинокий белый лист,

И лишь тебе дано его прочесть.

Пусть ты не рядом, но всегда внутри.

А в уголке: «Спасибо, что ты есть».

***

Белый снег, голубое небо.

Тайну птиц не познает никто.

Рассекают они кучевые

Облака, словно сквозь решето.

И летят они выше и выше,

Будто там, в небесах далеко,

Что-то лучше, красивее, тише —

То, чего на земле не дано.

Почему же не людям, а птицам

Тайны мира открыты сего?

Человек всё загубит когда-то,

Что оставит — ему всё равно.

Не заботит, как жить будут дети,

И отсюда страдания все.

Он не думает о поколении,

Что сменится скоро уже.

Передайте всё то, что скопили,

Пусть к прогрессу наука идёт!

И когда-нибудь, может, свершится

Человека на крыльях полёт.

***

Спасибо тебе за стихи.

Ты есть, и они рождаются.

Одним движеньем руки

Слова на листе появляются.

Пишу, если боль и грусть,

Пишу, если в сердце радость.

Не любишь давно? И пусть.

Забуду тебя — не в тягость.

Спасибо тебе за стихи.

Ты есть, и они рождаются.

И к нужным словам на пути

Тоска о тебе растворяется.

***

Всё как всегда. Всё каждый день сначала.

И снова гложет мыслей чёрных плен.

Хоть есть конец у каждого начала,

Я не могу дождаться ветра перемен.

Я сумрачно брожу вдоль тёмных улиц,

Слезинка по щеке бежит к губам.

Сквозь ветер слышу шёпот свой безумный:

«Нет… Никому тебя я не отдам…»

И силуэт знакомого мальчишки

Мерещится мне здесь, невдалеке.

Я прочитала эти строки в глупой книжке,

Что о любви рассказывала мне.

Свет фонаря вернул меня в сознание.

Холодный ветер дунул мне в лицо.

И шорох листьев… Он какой-то странный…

Как будто шепчет: «Ей не повезло».

А я брожу. Брожу вдоль тёмных улиц.

Слезинка по щеке бежит к губам.

И снова слышу шёпот свой безумный:

«Нет… Никому тебя я не отдам…»

***

Среди ясного неба раскатами

Гром гремел, предвещая войну.

А деды наши были солдатами

И за Родину гибли в бою.

Это было давно… Но вы помните?

Пушек выстрелы, крики детей,

Стоны раненых, голод; сиротами

Оставляли отцы сыновей.

Пытки жуткие люди терпели,

Но врагу всё равно не сдались.

И дошли до конца, до победы,

Чтоб мы с вами потом родились.

***

Зловещий мрак усталой ночи

Окутал их в свои оковы,

Мальчишка сей разбил ей сердце,

Она и умереть готова.

Они встречались долго очень,

На зависть всем врагам и прочим,

Она его, увы, любила,

Но он с другой бывает в полночь.

И листья осени закружат

В угрюмом вальсе бесконечном,

Он о другой в ночи мечтает,

С другой он ожидает встречи.

Но как-то раз он, в дождь гуляя,

Увидел бывшую свою:

Одна, промокла, чуть живая.

— Пойдем, я чаем напою.

Прости, не думал, что так будет.

— Не извиняйся, всё пройдет.

— Нет, подожди, тебя люблю я!

— А вышло всё наоборот.

— Я не хотел, я не подумал!

— Слова здесь больше ни к чему.

— Я всё исправлю! И целуя,

Он ей шептал: «Люблю, люблю…»

Она невольно отстранилась.

— Я не смогу тебя простить.

— Но почему?

— Мне очень страшно быть нелюбимой и любить.

***

Я тихой сапой к холодильнику иду,

Часы отчётливо пробили ровно полночь.

Не буду есть! Я только загляну!

А кот уже несётся — вот же сволочь!

Ему котлету, а себе чего возьму?

Сосиски, тортик, там ещё сырок остался…

Диеты эти — право — ни к чему!

А мозг уже давно сформировался.

«Ведь главное не тело, а душа», —

Долбят со всех давно радиостанций.

Я ведь и так собою хороша

И выгляжу почти на девятнадцать.

Подумаешь, плюс двадцать килограмм,

Зато я, прямо скажем, поумнела:

Я знаю, что такое Telegram,

Биткойн намайнить я к тому ж сумела.

Ремарка я читаю и Гюго

И разбираюсь в чёрных/белых дырах,

А алгоритм Шеннона-Фано

Могу печатать даже на открытках.

Я знаю, как поставить мат конём

И как работать техникой садовой.

Не идеальна в теле я своём,

Зато с душою стокилограммовой!

***

А вот и он — мой поезд в никуда —

Послушно ждёт на станции привычной.

На самом деле — это не беда:

Хотеть уйти от жизни столь обычной.

Уйти от всех хлопот и всех проблем

И быть вдвоём с одним лишь человеком.

Быть может, спросите: «А жить тогда зачем?»

И, может, разразитесь громким смехом.

Но смысл есть, и он довольно прост:

Любовью насладиться в меру хочется.

Наедине блюсти душевный пост,

Где нет ни капли места одиночеству.

***

Я хочу быть такой, как ты:

Пахнуть сексом, сводить с ума,

Быть героем чужой мечты,

Чтоб влюблялись, узнав едва.

Я хочу быть внутри, как лёд,

А снаружи — взгляни! — огонь.

Я хочу не смотреть вперёд,

На мужчину не делать бронь.

Я хочу пропадать на год,

Появляться и звать с собой

Независимо от погод.

Не приедешь? И чёрт с тобой.

Я хочу быть такой, как ты,

Чтоб уметь отпускать людей.

Даже будучи частью мечты.

Даже если мечты моей.

***

Любовь бывает лишь взаимной,

Всё остальное — не любовь.

Пусть про неё снимают фильмы,

Поэмы пишут вновь и вновь.

Любовь не мучает влюблённых,

А дарит счастье, радость, смех.

Любовь похожа на ребёнка,

Обречена лишь на успех.

Любовь не может быть короткой,

Любовь не может быть вредна.

Любовь не может быть не модной.

Что говорить? Любовь вечна.

***

Пожалуйста, помолчи,

Коль хочешь уйти — давай.

Оставь на столе ключи

Поклялся бросать — бросай.

Оставь позади наш дом,

Будильники в пять утра.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 299