электронная
180
печатная A5
358
18+
Принцесса мышиных королевств

Бесплатный фрагмент - Принцесса мышиных королевств


5
Объем:
136 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4498-2858-3
электронная
от 180
печатная A5
от 358

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

«Избегайте тех, кто старается подорвать вашу веру в себя. Эта черта свойственна мелким людям. Великий человек, наоборот, внушает вам чувство, что и вы можете стать великим». Марк Твен.

Алекс Динго


Welcome...

Глава 1

Глухая ночь шептала. Слегка порошил снег. Поддувал чудный, февральский ветерок. Он лихо поднимал снежную пыль, словно игрался, как озорной ребёнок. Город Брянск сиял замысловатыми огнями. Как будто в открытом космосе парили орбиты и метеоры. Тусклый фонарь во дворе многоквартирных домов слабо освещал площадку. Слегка скрипел металлический лист, который оторвался от забора. В тёмном подвале из водопроводной трубы чуть подтекала влага. Капельки воды гулко разбивались об металлическую банку. На кирпичной стене нарисовалась большая, чудная тень. Круглые ровные ушки, вытянутый нос, тёмные маленькие глаза, как точки, усы во все стороны, гладкая шерсть, небольшие передние лапки и хвост, как шнурок от ботинка, — нарисовалась домовая маленькая мышь. Фигурка, двигаясь, становилась всё меньше и меньше. Её тень, тихонько ползя по стене, всё уменьшалась и уменьшалась. А затем просто исчезла. По деревянным доскам, наваленным в коридоре подвала, живо понеслось несколько десятков ловких мышей. Они, казалось, бежали наперегонки. У них имелись разные размеры. Но всех объединяло одно семейство. Выделялся упитанный мышонок по прозвищу Пузо. Он и сейчас, что — то жевал в своей «хлебнице». Позади всего шествия прыгал мышь Кроха. Казалось, ему не хватало сил, чтобы догнать кого-нибудь. Дикий, Пончик и Зефир игрались. Они прыгали друг на друга и звонко пищали. Губка и Морж решили что — то горячо обсудить. Пушок витал в облаках. Он был романтичным и много мечтал. Большой, серый мышонок по прозвищу Бальзам живо заскочил по стенке на подоконник маленького окна. Он быстро облюбовал площадку возле дома. Его всегда ставили на шухере, как самого зоркого грызуна. Он имел очень стройный вид и искусно вселял надежду. Мышата Эльф и Ярый встали возле дверей. Они чутко прислушались, взирая друг на друга. Борзый взял на себя коридор. Он чутко принюхался. Он всегда вовремя сообщал о приближении угрозы. Весёлые грызуны Морж и Кейс ловко пробежали по потолку. Они взялись за лампочку. И быстро закрутили в патрон. Мышонок Апельсин нажал на выключатель. Он любил нажимать на всякие кнопки. Но однажды его слегка ударило током. Теперь у него часто появлялся нервный тик. В тёмном, промозглом, каменном помещении засияло мутное озарение, которое дарила лампочка Ильича. На фоне кирпичных стен появилась картина Репина «Мышиное собрание». В каждом углу восседали мыши. Они слегка оживились. И бегло глядели во все стороны. На пробитом, деревянном ящике ютилось сразу около тридцати мышей. А ещё они сидели на трубе, на проводах, на досках, на дверях и даже на потолке. Они устремили свой чуткий взор в одну точку. На подоконнике уже восседал большой, пузатый, светло — сиреневого окраса шерсти мышь по прозвищу Синьор. Он сидел на мягкой, набитой перьями подушке. Лапкой постоянно поглаживал своё круглое пузо. Вид имел прозорливый, как у профессора точных наук. Щёки круглые, точно он держал там шарики для пинг-понга. Его ещё называли Академиком за излишнюю смекалку и интеллектуальность. На большой голове сияла корона, умело изготовленная из медной проволоки. Глаза тёмные сияли. Длинный нос натужился. На шее висела золотая цепь, которая как — то месяц назад нашлась в контейнере. В лапках он сжимал гнутую вилку. Она заменяла ему скипетр или державу. Он быстро подкрепился маленьким кусочком сыра. На подносе лежали небольшие бутерброды, канапе из фруктов, овощей, колбасы и сыра, лёгкие сладкие закуски и разные напитки. Даже спиртосодержащие угощения. Синьор был потомственным королём всех мышей. Он был сыном великого грызуна Сладкого. Тот обожал глюкозу. На ней и погорел. Просто объелся сладостями. И у него слипся желудок. Синьор был его десятым сыном. Он отличался своей дипломатичностью и деликатностью в решении всех дел. Имел тонкий ум. И коты его недолюбливали. Около десяти раз он лихо уходил прямо из-под их когтей. Его семья состояла из пятидесяти особей. Его пассия Мари сейчас принимала ванну в квартире Жулиных. Она слыла весьма стервозной и гламурной мышкой. Предпочтение отдавала американской актрисе Мэрилин Монро. Она брала уроки актёрского мастерства в местном доме культуры. И часто сама пела. Но мыши всегда бежали подальше от такого вокала. Для неё, как правило, такие порывы души заканчивались бокалом вина. Обожала наряды и украшения. Часто пропадала в спа салоне «Виктория», где крутила один роман за другим. Но только ради забавы. Она любила только короля — мыша Синьора. А тот отвечал взаимностью. Он просто не чаял души в своей половинке. И сейчас рядом с ним восседал сын — приемник Лютик. Тот тоже значился истинным стратегом. Но всё же любил побаловать себя картами и выпивкой. Он ценил покер. Он часто бывал с друзьями в баре «Формула один». И такое веселье стоило мышонку Гвидону жизни. Ещё рядом находились дочки по имени Кокетка и Лолита. Они занимались исключительно собой. Выглядели гламурно. И часто бывали в ночных клубах. Мышки фанатели от стриптиза в исполнении пышногрудой девушки Снежаны. А ещё они обожали брутального мачо Маугли. Тот каждые выходные танцевал, эротично раздевался и показывал своё большое, мужское достоинство у золотистого шеста.

Все мышата притихли. Их взор устремился в одном направлении. Король слегка поправил на голове корону.

— Так господа дорогие. Какие у нас сегодня вопросы на повестке дня? Докладывай Банкир, — величаво заявил мышь Синьор.

Мышь Банкир показал свою утончённую мордочку в томном озарении. Маленькие глаза заморгали. Он походил на работника офиса. Был гладок и чудно причёсан. И, казалось, делал успешную карьеру. Он курировал всеми делами и заведовал мышиным банком. Там имелось и золото, и серебро, и украшения и даже деньги нескольких, разных национальных достоинств и банков. Он слыл правой рукой Синьора. И всегда послушно следовал его указам. Он не выговаривал букву «Р».

— Господин Синьор. Сегодня у нас три вопроса для рассмотрения.

— Озвучь их, пожалуйста, всем.

— Да. Первый вопрос. Это решение по коту Ваське. Вчера вновь без вести пропали мышата Ньютон, Кекс и Циклоп. Всего за два дня исчезло пять мышат. Кекс вернулся и рассказал, что на них напал Васька. Он совсем разбушевался. Ведёт себя, как подлый слизняк… С ним надо что — то делать.

— Да… Он и меня чуть не схватил…

— Его надо самого пустить на консервы…

— Он одичал…

— Этот Васька настоящий демон…

— Он беспредельщик… Он нападает на нас даже в обеденные часы.

— Он откусил Султану хвост. Тот теперь в панике… И не пришёл на собрание.

— Этого Ваську… Хрена моржового. Его надо схватить и отправить куда-нибудь по почте России… Он надоел уже…

— Хаахааааа…

— Его нужно, как и Мурзика отправить в деревню… С тем получилось весело… Хаахаааа…

Мышь Синьор резко вскочил со своей подушки. Он лихо махнул вилкой. Затем успокоился. Все мыши притихли. Воцарилась тишина. Банкир оправил лапкой на своей милой мордочке очки.

— Тихо вам. Ладно. Вот моё решение. Кота Ваську наказать. Устроить ему тёмную. А потом отправить его в дальнее плавание. Он любит бывать в канализации. Пускай Чемпион уведёт его в другой конец города. Что за второй вопрос, — заявил король — мышь Синьор.

— Господин Синьор. Второй вопрос касается продуктового магазина «Фасолька».

— А что с ним не так? — спросил Синьор.

— Видите ли, хозяин заведения Епифан Колосков упитанный мужлан и кровопиец заколотил наш проход в магазин. Теперь нам нужен новый ход. А мыши из соседнего двора не хотят пропускать нас в свою дверку. У них, видите ли, своя тропка.

— Это недопустимо…

— Они ходили в наш проход свободно… И мы не брали с них ничего.

— Они оборзели…

— Это сначала был наш магазин… Мы их туда пустили…

— Да… Они оборзели просто.

— С жиру бесятся… Их надо прогнать и всё…

— Да… Теперь получается мы тут совсем не при делах. Они просто ожирели…

— Аха…

— Они наглеют… Это не допустимо…

Мышь Синьор вновь резко вскочил с подушки. Он крепко в лапке сжал свою вилку. И, казалось, сейчас её метнёт. Все мыши притихли. Даже склонились немного. Король всех грызунов смирился. И даже немного улыбнулся.

— Ладно. Значит, так. Первое, отправить грызуну Жоржу ноту протеста. Второе, пробурить новый вход в магазин «Фасолька». И третье, наказать хозяина лавочки штрафом в тысячу рублей. Просто взять у него из кассы. За то, что мы терпели нужду и невзгоды по его вине. А теперь, говори Банкир, какой третий вопрос? — спросил Синьор.

— Да. Господин Синьор. До нас долетели весьма неприятные слухи, которым есть подтверждение. Нашей фигуристке Александре Русовой хотят учинить какую — то неприятность. Её соперницы Нина Бриджида и Моника Джина из Австралии и Канады желают ей подложить свинью…

— Чего? Нашему мышонку. Нашей русской ракете… Это недопустимо, — громко заорал Синьор.

Банкир притих. Он чуть склонился. Всё мыши зажались, взирая на своего короля. А тот уже успокоился. Он вновь дышал ровно.

— Продолжай Банкир… Так что они там удумали…? — заявил Синьор.

— Господин. Они, по сведениям наших братьев, хотят похитить её любимую собаку Тину перед самым выступлением на Олимпиаде в Пекине.

— Это не допустимо… АААА… ААА… Пускай только попробуют, я их лично засужу… Вырву всем задницы… ААААА… ААА…, — закричал Синьор, пуская пар.

Мышь — король Синьор вновь резко вскочил с подушки. Он лихо запрыгал, закрутился и замахал своей вилкой. Глаза округлились. На подбородке уже показалась слюнка. Он точно помешался. Но приступ гнева быстро улетучился. Синьор присел на подушку. Мыши быстро переглянулись. Все затихли, как цуцики.

— Ладно. Мы не должны этого допустить… Значит, они хотят похитить собачку Саши. Тем самым выбьют её из колеи. И она будет волноваться. И она потеряет настроение и кураж… И будет думать не о том… И начнёт отвлекаться… И будет кушать много сладкого… Наберёт вес… И… Этого достаточно. Вот что удумали… Не бывать этому… Либо я не король всех мышей. А пустое место… Александру никому не дадим в обиду… Её нужно вовремя упредить и всё ей рассказать… Вот же пигалицы, малявки и молокососы. Беру это дело под свой личный контроль. Каждый час мне докладывать. Если надо мы устроим специальный конгресс. Я свяжусь с королём крыс. Я пошлю весточку царству летучих мышей. Я сделаю всё, чтобы всем им порвать задницы… Пускай только посмеют напасть на Сашу… Я им лично все коньки перегрызу… Когда начнутся соревнования? — эмоционально высказался мышь Синьор.

— Уже завтра Александра летит на самолёте в Китай. А соревнования начнутся после, послезавтра в Пекине.

— Ясно Банкир. Так, мыши Губка и Эльф. Шаг вперёд, — скомандовал король мышей Синьор.

На площадку, томно озарённую лампочкой, живо выскочили из темноты мыши Губка и Эльф. Губка реально походил на губку. Он был сложен плотно и квадратно. Как — то тетя Глаша Мулялькина мыла пол в коридоре кафе «Пилот». Мышь Губка попал в ведро. Он глотнул мутной водицы. А затем он намотался и на тряпку — поломойку. Аглая усердно водила своим орудием по каменному полу. А Губка своим пухлым брюхом обтирал все углы излюбленного помещения. Тогда ему досталось с лихвою. И он получил своё прозвище Губка. Но всё же слыл очень шустрым и проворным. Его круглая мордочка походила на фейс заведующего столовой «Забавушка». Он часто там бывал и кормился. Глаза тёмные и большие сияли. Шерсть светло — серая, гладкая смотрелась мило. Казалось, он каждый день принимал душистые ванны. И правда, он часто гостил в квартире №135. Там пышногрудая хозяйка Варвара мылась каждый день. Она принимала ароматные ванны. И он туда же нырял с головой. От него чудно пахло. Мышь Эльф отвечал своему прозвищу. Его вид был схож с настоящим эльфом. Он был невероятно лёгким, воздушным. Шерсть цвета лунного сияния чуть отдавала блеском. Уши острые, высокие и всегда торчком. Глаза маленькие, хитрые. Нос небольшой, но острый и прямой. Он, как и его брат — эльф, обладал некоторыми волшебными способностями. Мог испаряться за доли секунд и появляться вновь. Так он водил за нос всех котов в округе. К нему даже некоторые хищники потеряли всякий интерес. А он дурачился и ликовал над ними. Он был строен и очень быстр.

— Губка и Эльф. Вы сообщите Александре эту противную новость. Вы известите её, как следует. И смотрите не облажайтесь. Я лично проверю. А облажаетесь, отправлю вас суп варить коту Ваське… Всё поняли, — строго заявил мышь Синьор.

— Ну… Да… Мы…, — неуверенно затянул Губка.

— Мы известим Александру…, — заявил Эльф.

— Да. Мы справимся…

— Смотрите мне. Я на вас надеюсь… А теперь наш коронный танец… Музыку нам. Понеслась…, — боевито сказал Синьор, махая вилкой.

Зазвучала ритмичная, весёлая мелодия. Мыши Ора и Ода загудели в трубки. Мышонок Риф взялся за барабаны, которые состояли из трёх консервных банок и резиновой шины. Он лихо по ним запрыгал. Зазвучал и музыкальный треугольник в лапках Трои. Мышь Фортуна заиграла на настоящем брошенном саксофоне. Ей умело помогала Барбара. И получалось весьма профессионально. Малышка Кама умело затянула свою песенку. Казалось, где — то ещё заиграла гитара и гармошка. Началась настоящая дискотека. Все мышата ритмично задвигались, взирая на своего эпичного короля. Мышь Сеньор умело крутил тазом и двигал передними лапками, точно куда — то залезал по лесенке. Он заимствовал движения из твиста и ламбады. Он иногда прыгал и разворачивался, всем показывая свой изумительный хвостик. Затем торжествовал танец — паровозик. Он тронулся. Мышата живо куда — то понеслись, держась друг за друга. Все ахнули, замерев на месте. Король Синьор решил показать нижний брейк-данс. Он закрутился на спине, а потом и на голове, как шальной. А задними лапками ещё успевал жонглировать кусочками сыра. Он сорвал аплодисменты неистовой публики. Мышонок Кроха тоже решил выделиться. Он лихо закрутил сальто и закувыркался на одном месте десять раз. Но в итоге полетел непонятно куда. В коридоре появилось ещё больше мышей. Появились и крысята. Они прыгали отовсюду. И тут же погружались в безумные танцы. Кто — то примерил на себе чудные наряды из подручных средств. Выделялась среди прочих мышка Жилка с яркими бусами на шее. Мыши пустились в дикий, несусветный пляс. Они двигались, кто как умеет. Казалось, уже торжествовал настоящий карнавал. Словно, как в городе Бразилии Рио-де-Жанейро. Мышата резвились не на шутку. Они равнялись на своего короля Синьора — танцора диско.

В темноте подвала мелькнула фигурка мыши. Высокая тень быстро превратилась в маленький силуэт. Показалась забавная мордочка грызуна Бальзама. Он округлил свои тёмные, шальные глаза. И живо запрыгал, как очумелый. Шерсть встала дыбом. Бальзам засвистел, как истинный разбойник Соловей, который только что спрыгнул с дерева.

— Шухер братва… Шабаш. Сюда кот Тигр из соседнего двора пожаловал… Бегите… Он сюда идёт… Бегите… Спасайтесь, — громко запищал Бальзам.

— Тигр…

— Он тот ещё сукин сын…

— Бегите…

— АААА… ААА… Бежим… Быстрее…

— Спасайтесь…

— Вот же… Ни одно собрание нормально не закончили…

— Спасайтесь…

— Он уже рядом… Он уже здесь…

Все мыши и крысята побежали, кто куда. Ловкие и быстрые грызуны Морж и Кейс живо пронеслись по потолку. Но всё же свалились на доски. И вновь быстро побежали. Апельсин нажал на выключатель. В подвале воцарилась полная темнота. Король Синьор со свитой удалился по трубе за каменную стенку. И след простыл. Площадка опустела за несколько секунд. На лестнице появился силуэт кота Тигра. Его глаза сияли, как два ярких, зеленоватых алмаза. Точно их питал аккумулятор, который заряжался от сети. Кот имел рыжий, тигровый окрас. Его хвост чуть загибался на кончике. Тигр плавно побежал по площадке. Он замер. И тут же чутко принюхался. Сейчас он походил на скульптуру известного мастера Олега Кислицкого. Тигр совсем не двигался. Казалось, даже не дышал. Его вид морды напоминал фейс бухгалтера Жоры Кобелянова из кооператива «Изумруд». Тот каждый день считал деньги пачками и складывал их в большой, металлический сейф. Но фигура всё — таки ожила и быстро побежала. Она обладала невероятной лёгкостью, цепкостью и пластичностью. Кот ловко заскочил на батарею. Он решил подремать в уюте и тепле. Он мило замурлыкал и затянул свою очередную песенку.

Глава 2

Вдали над горизонтом виднелось золотистое сияние. Небо утопало в холодных, зимних красках. Но веял приятный, мягкий, благотворный ветерок. Плавно порошил февральский снежок. Он походил на мишуру из новогодних хлопушек. Казалось, где — то наверху весёлый и немного дикий клоун или колдун, или волшебник, или поддатый Дед Мороз, или кто — то ещё просто разбазаривал запасы, которые залежались со старого Нового года. Ему доставляло большое удовольствие пулять во все стороны из новогоднего арсенала. И выглядел он забавно. Он походил на дядю Демида, который проживал по улице Ленина в доме 153 в однокомнатной квартире. Лицо круглое и багряное, как фонарь светофора. Нос большой и сальный, словно бронзовая статуэтка. Глаза светлые, дикие, чуть навыкате. Как будто он всё время видел летающую тарелку и был удивлён и тронут. Рот широкий, щёки круглые. Его вид походил на морского окуня, которого поймали в рыболовецкую сеть пару дней назад. И он теперь был немного замороженным. Руками он держался за бутылку шампанского. И, казалось, искал там Джина, который бы исполнил все его желания. А может Демид представлял, что держит в руках не бутылку, а подзорную трубу. Он на корабле в открытом море. Он отважный капитан судна. Он ищет красивых странствий. Но на деле он просто дремал. Его искали органы опеки, налоговая инспекция, тракторист Борька, жена Глаша и работодатель из местного жилсервиса «Теремок». Особенно его хотел увидеть директор данного учреждения. Он внешне походил на хищного крокодила. И даже обладал теми же повадками и рефлексами.

Величаво смотрел вдаль Рязанский кремль. Древнейшая часть города Рязани пестрила ярким колоритом. Под открытым небом красовались золотые купола и шпиль колокольни одного из старейших музеев России. Он хранил истинный Святой Дух. Здесь как будто оживала старина. И стоял ещё град Переяславль Рязанский. Отсюда открывались чудные виды на бескрайние, покрытые, словно белой бахромой окрестности. Река Ока тянулась в своём привычном русле и белела. На крутых горках то тут, то там мелькали фигурки. Там торжествовали аттракционы и русские забавы. А на мостике, казалось, стоял сам черниговский князь Ярослав Святославович, внук Ярослава Мудрого. Тот с чьим именем связано название и возникновение города. Но то был байкер Мирон. И серебристый мотоцикл «Урал» стоял рядом. Его сильно бородатое лицо смотрело вдаль. Глаза щурились. На двужильном теле красовалась утеплённая, тёмная, короткая кожуха. За пазухой он держал ружьё — обрез. За ним охотилась банда крутого авторитета Ворона. Тот обладал скверным характером. Он походил на редкое земноводное существо. Свои короткие, тёмные волосы всегда зализывал назад, как истинный подражатель блокбастеров. У него на правой стороне лица имелся шрам от глаза до подбородка. Ворон выглядел отменно. Костюм с иголочки, блестящие ботинки, золотой браслет и цепь. Всегда держал при себе серебристую трость. Как — то он ею лихо защитился от пятерых ухарей. Ворону принадлежало много игорных домов и солидных пристанищ разврата. Мирон влюбил в себя одну жрицу любви по имени Анжелика. Она выглядела статно и молодо. И точь — в — точь походила на Монику Беллуччи. После ночи любви Мирон уговорил крошку бежать вместе с ним. Они уселись на его мощный мотоцикл. И байкер выжал всё из своего «железного коня». После долгой дороги они остановились в одном мотеле «Чао Рио». Но их местонахождение быстро вычислили. Ворон послал своих людей. В номер влетели крепкие, мускулистые ребята. Дверь просто снесли. Она отлетела в сторону. А голубки Мирон и Анжелика нежились в постели. Их жгучие вакханалии не прекращались всё раннее утро. Крепкие незнакомцы тут же врезали байкеру под дых. Затем проверили пресс. Ещё врезали пару раз под челюсть. Но Мирон был не из робкого десятка. Он стерпел боль. А затем в нём пробудился истинный, русский медведь. Он лихо раскидал по номеру всех неприятелей. Кем — то он проломил стенку туалета. Кого — то бросил в ванную отдохнуть. А лысого крепыша несколько раз ударил об потолок. Тот так и повес, пробив своей головой гипсовую, зеленоватую обшивку. Затем он быстро надел штаны и обулся. Анжелика тоже не теряла времени. Она ловко натянула на себя атласные бирюзовые трусики и прикрыла грудь шестого размера своим розовым бюстгальтером. По дороге накинула на себя лисью шубку. Любовники вновь оседлали мотоцикл «Урал». Мирон дал по газам. «Железный конь» быстро разогнался по свободной дороге. Стрелка спидометра живо легла на сотку. Мотор шибко загудел. Из-под колёс лихо вверх полетела белая пыль. А лёгкий морозец приятно обдавал полу оголённые тела. Анжелика крепко руками вцепилась за своего крутого бойфренда. Её тёмные, роскошные волосы развеялись по ветру. Она мило улыбнулась.

На большом, городском катке царило истинное столпотворение. Кругом взад — вперёд носились разные фигурки. Они немного толкались. Десятилетний Вова ползал на четвереньках. Он искал свою варежку. А её уже примерил на свою руку тридцатилетний Борис. Он умело катился на коньках. И быстро разгонялся. В него резко врезался двадцати пятилетний любитель рока и хеви Паша. Он походил на бочку, которая плавала по морю в известной истории «Сказка о царе Салтане» Александра Сергеевича Пушкина. Борис грузно свалился на пятую точку. А Пашу сбили юные хоккеисты. Они лихо гоняли шайбу по льду. Тот пригрозил им кулаком. И вновь покатил, куда глаза глядели. Тут появился местный скелетонист Иннокентий. Он был в дупель пьяным. Его соратники постоянно выносили за пределы корта. Но он всё равно возвращался и пытался сделать «тулуп». Тихон завалившись на бок, лишился всех своих карманных денег. Медные монеты звонко раскатились по льду. И попадали люди один за другим. А кто — то еле устоял на коньках. И получился настоящий, сольный номер для выступления. Высокий хмырь Гоша ловко обчистил сексапильную дамочку. Он своей липкой рукой стянул у неё из кармана телефон и помаду красного цвета. А ещё зажигалку с надписью Муза. Так звали потерпевшую. Он не брезговал ничем. У Вали снял бусы, у Оли цепочку, у Тоши шарфик, а у Веры он достал светлые блестящие стринги из кармана бежевого пальто. Сексуальная малышка знала толк в настоящем стриптизе. По льду все носились, как угорелые. Кто в лес, кто по дрова. Парамон и Кира стояли в обнимку. Их горячий поцелуй уже продолжался полчаса. Парень еле стоял на коньках. Но терпел изо всех сил. Кира умело крутила своим языком во рту своего белобрысого, жилистого и прыщавого героя. А тот всё же упал.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 358