электронная
40
печатная A5
545
6+
Приключения юных рыболовов

Бесплатный фрагмент - Приключения юных рыболовов

Объем:
384 стр.
Возрастное ограничение:
6+
ISBN:
978-5-4490-3069-6
электронная
от 40
печатная A5
от 545

МАЛЬКИ

В одном небольшом городке, который расположился на берегу полноводной реки, жили-были юные рыболовы Колька и Толька, Ве­нька и Вовка.

Таких городков в нашей стране много, но юных рыболовов, о которых рассказано в этой книге, нет нигде.

Еще никто в мире не ловил рыбу так, как наши ребята. Ни у одного рыболова не было столько веселых и забавных приключе­ний, сколько их было у ребят. А взрослые рыболовы городка да­же завидовали их весомым уловам.

Кто и когда научил наших ребят так хорошо и умело ловить рыбу?

Как ни странно, но все началось с маленьких рыбок или ма­льков. Это они, словно маленькие золотые рыбки, подарили ре­бятам удачу и навсегда наполнили их сердца любовью к рыбной ловле и к реке, и, значит, и к Родине.

А начиналось это все так…

После весеннего половодья вода светлеет и к берегу устре­мляются мальки. Их много, очень много на песчаных отмелях. Ка­жется, что маленькие рыбки заполонили все водное пространство.

Мальки смело тычутся в мальчишеские ноги, надоедая рыболо­вам. Мы стараемся не замечать эту подводную возню, но и наше­му долготерпению приходит конец.

— Как щекотно! — закричал Венька и прыгнул, словно кенгу­ру, далеко в сторону.

Мальки, испугавшись, на мгновение исчезают в темной глуби­не реки, но через минуту снова появляются около нас.

Мы с ребятами продолжаем стоять по колено в воде и не ды­шим, потому что пытаемся выудить в первый раз в жизни крупную плотву, которую видели вчера на мели. Но хитрая и осторожная плотва не клюет.

Мальки снова смелеют и начинают ласково щекотать наши ступни и голени плавниками.

— Колька и Толька, — прошептал Венька, а потом, бросив­шись в глубину, закричал. — Ура! Вперед! За мной!

Потом Венька выскочил, как ошпаренный, из холодной пучины на берег и стал брызгать в нас водой.

Мы с Толькой, следуя за другом, бросаемся в погоню за ма­льками. Мы быстро бежим по песчаному берегу, брызгая друг в друга водой, и начинаем гонять мальков. Они уплывают в глубину реки исчезающей тенью и появляются опять в другом месте. Мы решаем их поймать. На берегу валяется липовая кора — это кто-то обдирал ее, заготавливая на зиму мочало, и оставил с прошлого года. Мы несем кору в воду и, словно неводом, окружаем стаю. Она мечется, не находя себе места, и невольно прибли­жается к берегу. Мы сводим концы нашего невода вместе и де­лаем запруду, для чего обкладываем кору с внешней стороны пе­ском. Получился бассейн, в котором мечутся обезумевшие маль­ки. Некоторые из них выпрыгивают на берег и тщетно пытаются попасть в желанную воду. Мы собираем белые комочки, сверкаю­щие на солнце, и бросаем их в реку. Немного поплавав безды­ханно на поверхности, они приходят в себя и, вильнув хвости­ками, уплывают в глубину.

Мы ложимся веером вокруг нашей запруды прямо на песок и смотрим, постигая жизнь оставшихся подводных обитателей.

Кроме мальков, туда попали пиявки, жучки, водомерки и дру­гая живность. Весь этот мир мы открываем для себя в первый раз, наблюдая необычные скачущие, ползущие, плавающие и извивающиеся существа, названия которых мы еще плохо знаем. Пе­рвое и прямое общение с невидимой ранее природой пробуждает в нас любопытство. Мы завороженно глядим на этот мир дремучих трав и вечной воды. Мы делаем первые шаги в природу, еще не понимая этого.

— Пойдем купаться! — крикнул Венька и, неожиданно для всех, делает в запруде проход, куда устремляются вода, маль­ки и прочая живность.

Через несколько секунд все было кончено. Наш бассейн раз­рушен и лишь кучи песка, оставшиеся на берегу, напоминают о нем. Стая мальков, вырвавшись на свободу, уплывает в глубину.

Мы никогда не будем знать о том, что мальки будут долго помнить о нас с благодарностью.

Из года в год они будут, возможно, шептать своему новому потомству о мальчишках, которые отпустили их в родную стихию. Новые мальки всегда будут смело выплывать из глубины и с лю­бопытством смотреть на маленьких ребят. А за мальками будут плыть окуньки и плотвички, за ними будут плыть окуни, судаки и щуки и все подводное царство.

А мы с ребятами тут как тут! Вот почему мы всегда будем с уловом! Но это все случится потом не в один день и не в один год.

А пока, позабыв все на свете, мы бежим по песчаному берегу нашей красивой реки, догоняя друг друга, и толкаемся, падая в теплую воду.

Это наше детство, прекрасное детство — тот светлый миг, который зажигает нашу путеводную звезду.

Всегда, когда я стою один на берегу реки, я читаю вполго­лоса свои стихи о реке, о траве, о рыбной ловле и обо всем том, что любо и дорого моему сердцу.

По росистой траве я иду

И укромное место найду.


Там у берега светлой реки

Вечно любят ловить рыбаки.


Там такие места, словно рай.

Ты любое себе выбирай.

Каждый будет там счастлив всегда.

Как прекрасна ты, чудо-вода!


Нет прозрачней ее и светлей.

Набирай сколько хочешь и лей.

Не убудет она никогда.

Плещет ласково детства вода.


Ах, какая, какая пора!

В брызгах солнца бежит детвора

Там по берегу быстрой реки.

Этот миг помнят все старики.


Через пальцы сочится вода —

Наша жизнь. Все вернется сюда —

В речку детства — на круги своя.

Где ты, капля? — Там счастлив был я!

НА ДРУГОМ БЕРЕГУ

Всегда, когда ловишь рыбу с берега, кажется, что на другом берегу ловится лучше. И места там лучше и рыба. Мы с Венькой решаем любым путем попасть на противоположный берег. Мы нахо­дим неподалеку большой пень и спускаем его на воду. Раздевшись, мы связываем одежду в узелок, а потом кладем его вместе с удоч­ками на пень. Толкая его вперед, мы плывем на тот берег.

Вода посередине реки холодна. Всегда, когда я плыву на глу­бине, я боюсь, что меня вдруг схватит какое-нибудь чудище или огромная рыба. От страха я еще сильнее гребу руками, толкая пень, и, как ошпаренный, выскакиваю на берег. Венька чуть отстает, но вот и он рядом со мной. Одевшись, мы берем удочки и идем ловить в ближайший залив, заросший камышом и кувшинками.

Я осторожно пробираюсь сквозь густые заросли камыша. Неслышно раздвигаю камыш и забрасываю наживку в окошко между кувшинками.

Через несколько секунд поплавок исчез. Я подсекаю. И, о чу­до! Красноперка! У нее ярко-красные плавники, а чешуя отлива­ет серебристой бронзой. Я снимаю рыбку с крючка и бросаю ее на берег в ямку с водой и закидываю наживку вновь. Все повторяет­ся сначала. Я еле успеваю вновь закидывать наживку и снимать ры­бу с крючка.

Через час мне стало холодно стоять в воде и я вылезаю пог­реться на берег. Венька с увлечением ловит окуней рядом со мной. Вот он подсекает большого окуня, но тот заводит под корягу — зацеп! Крючков в запасе у нас с собой нет. Венька лезет в воду отцеплять крючок, но все усилия его напрасны: леска оборвалась и крючок остался на коряге.

После этой неудачи мы решаем плыть домой обратным путем.

Вот и наш берег, но как хорошо было на другом берегу!

«КАРАНДАШ»

— Венька! Почему ты рыбок не заводишь? Аквариум подготовил, воды налил, растения посадил. Чего ты ждешь? — спросил я своего друга.

В тот день мы ловили на удочку с крутого бережка на озере, где хорошо клевали окунишки.

— А я буду разводить окунишек. Знаешь, их можно быстро вы­растить до крупных размеров, — отозвался Венька.

— А потом на уху? — сострил я.

— Да нет, вначале надо вырастить. А потом посмотрим, — решил окончить разговор мой друг.

Вдруг поплавок у его удочки дернулся и исчез. Венька подсек и вытащил «карандаша» — так мы называем небольшого щуренка. Венька опустил его в стеклянную банку и сказал:

— Хорош, пойдем домой, а то вся рыба передохнет. Надо по­скорей опустить ее в аквариум.

Собрав снасти, мы быстрым шагом пошли домой и через час были дома. Бросив удочки на крышу сарая, мы забежали в дом.

— Пошли к аквариуму, посмотришь, как я буду выпускать оку­нишек! — пригласил меня Венька.

— А куда ты «карандаша» денешь? — спросил я. Венька, сморщив лоб, подумал и сказал:

— А я его тоже в аквариум пущу.

Раздевшись, мы тихо пробрались в уголок, где на столе стоял, поблескивая зеленовато-голубым цветом, небольшой аквариум.

— Вот! — шепнул мне Венька и стал опускать рыбок в воду. Окунишки, очутившись в новой среде, повели себя обеспокоенно и суетливо. Последним справил новоселье щуренок. В отличие от окунишек, он спокойно заплыл в зеленые водоросли и неподви­жно застыл там.

Венька включил компрессор для подачи воздуха и сказал:

— Пошли. Пусть рыбки привыкают в тишине.

— Стой! — вдруг вспомнил он в коридоре. — Я забыл пере­считать рыбок.

Вернувшись, он сказал:

— Двенадцать окунишек и один щуренок!

Окончив дело, мы пошли, как говорится, гулять смело. Целый день мы играли в футбол. Под самый вечер Венька вспомнил об аквариуме и сказал, вытирая пот со лба:

— Надо проверить новоселов в аквариуме!

Через пять минут он прибежал ко мне и с порога закричал:

— Вот тебе и «карандаш»!

Я схватил друга за рукав и спросил:

— Ты чего, Венька? Венька отдышался и ответил:

— Знаешь, а этот щуренок уже три окунька слопал! Мы стремглав побежали к аквариуму.

Точно! Вот он — «карандаш» — толстый, важный и словно на­дутый воздухом весело плавал за стеклом, пугая остальных оку­нишек. Те забились в темные углы, со страхом ожидая своей уча­сти. Щуренок чувствовал себя хозяином нового дома.

— А вот я тебя сейчас поймаю! — не выдержал Венька и, су­нув руку в воду, решил схватить щуренка. Но сделать это было не просто. Щуренок ужом ускользал от руки. Тут Венька рассердил­ся не на шутку. Сунув вторую руку в аквариум, он, наконец, вы­ловил хищника.

— Вот он! — громко закричал Венька и стал трясти щуренком перед моим носом, будто это я, а не он вселил хищника в свой аквариум.

— Пойдем и отнесем его обратно! — предложил я, потому что мне стало жалко рыбешку.

— Обратно?! Ну нет! Васька! Васька! — стал он кричать своего ленивого кота.

Тот неожиданно быстро выскочил из-под печки, будто заранее знал о предстоящей трапезе.

— Да не надо, Венька! — сжалился я и схватил друга за ру­ку, пытаясь остановить его.

Но Венька ловко перехватил щуренка другой рукой и бросил его коту. Тот тигром бросился на добычу, радостно мяукая, схватил ее острыми зубами и скрылся за углом печки.

— Ну вот и все. Теперь мне «карандаш» не помешает разво­дить рыбок, — поставил точку на этой истории рассердившийся Венька.

Но нет, последнюю точку поставил не он, а кот Васька. Ему, видно, понравилась речная рыбка и, когда никого не было дома, он выловил всех окунишек, не пролив и капельки воды из аква­риума.

— Как это ему удалось?! Это уму непостижимо! — сетовал Венька.

С тех пор он бегает за котом, пинает его и кидает в него чем попало. Но виноват в этой истории сам Венька, потому что не доглядел и зря отдал коту щуренка. Кот, может быть, и не польстился бы на окунишек, а «карандаш» вырос бы в огромную щуку.

Но чему бывать — тому не миновать.

КАПРИЗНАЯ УКЛЕЙКА

Каждое воскресенье я ждал с нетерпением, потому что в этот день у меня были занятия в легкоатлетической секции. Я вставал рано, долго и тщательно примерял спортивную одежду и обувь. Ос­обенно мне нравился футбол, в который мы долго и с азартом иг­рали после тренировки.

В один из воскресных дней, когда я собрался идти на стадион, ко мне прибежал Венька и с порога выпалил:

— Куда это ты собрался, Коля?

— Как куда? У меня занятия! Меня ждут в секции. И ты, пожалуйста, не мешай мне!

— Почему это я не должен мешать? — возмутился Венька. — У тебя, выходит, плохая память? А?

— У меня?! К твоему сведению, у меня — отличная память!

— Но ты забыл! Ты забыл о том, что вчера вечером мы дого­ворились с тобой идти на рыбалку.

— Какую рыбалку? — спросил я.

— А ты вспомни получше!

Я стал вспоминать события вчерашнего дня и, вспомнив о до­говоренности, стукнул себя ладонью по лбу:

— Ба! Вспомнил! Я вспомнил, как мы договорились с тобой ид­ти на рыбалку…

— Идти на рыбалку и учить рыбной ловле Вовку! — продолжил за меня Венька.

— Не только учить, но и передавать ему наше рыболовное ма­стерство! — уточнил я.

— Точно! — воскликнул Венька, а потом добавил. — А ты? Ты куда собрался?

— Ладно! — решил я. — Переодеваться я не буду, возьму удочку и мы пойдем на затон. Хорошо! Может, потом и на секцию успею. Кстати, Венька, ты приготовился к рыбалке?

— А как же! У меня все с вечера готово! Пошли!

— Пошли, — нехотя сказал я и подумал, — Опять не поиг­раю в футбол! Снова наша футбольная команда проиграет сборной соседней школы!

— Не переживай! — разгадал мои мысли Венька. — Мы эту команду из толстопузиков разобьем вдребезги! Я сам буду защи­щать ваши ворота! А ты отлично знаешь, что никого нет прыгу­чей меня во всей, нашей округе!

— Да! — согласился я и засмеялся.

Вовка ждал нас на условленном месте с удочкой наперевес.

— Привет учителям! — скромно поздоровался он.

— Физкульт-привет прилежному ученику! — ответили мы ему хором.

— Ну, Вова, учись, пока мы живы! — начал Венька. — По дороге на рыбалку мы будем преподавать теорию, а на реке будем обучать практике. Идет?!

— Я согласен! — хитро ответил Вовка.

Всю дорогу к реке Венька говорил и бубнил о ловле уклейки.

— Рыба эта хитрая и вороватая! — назидающе говорил он. — Ты, Вова, должен усвоить, что главное в успешной ловле уклейки — это подсечка! А проще сказать — не зевай, друг!

Вовка согласно кивал головой и был готов заглянуть в рот своему главному учителю. Я шел следом и молчал.

Вот и река! Было тихо и спокойно. Ни ветерка, ни шелеста ли­ствы. Хорошо! В такую погоду отлично ловится уклейка.

Насекомые легко кружились вокруг нас, но не кусались, пото­му что мы не пили и не ели в тот день сладкого. Я вспомнил про­шлый год, когда нас закусали злые слепни, что мы были готовы бежать от них на край света или, в крайнем случае, броситься в спасительную воду.

— Вот тут! — прошептал Венька и показал рукой на ивовый куст, который торчал из воды. — Я ловил здесь позавчера и пой­мал сорок уклеек!

— Фью! — просвистел я. — Так мало!

— Нет, не мало, если учесть то, как уклейка клюет в этом году!

— Как? — не понял я.

— Очень хитро! — прошептал Венька и приложил палец к гу­бам. — Тсс! Она слышит! Она все слышит. Это очень хитрая ры­бешка!

Мы размотали удочки и Венька стал проводить свой первый практический урок.

— Главное, — учил он своего друга, — правильно пригото­вить хлебный мякиш. Он не должен быть твердым и слишком мяг­ким, иначе расползется в воде, как кисель. Он не должен лип­нуть к руке. Он должен быть вот таким!

Венька окунул ладонь с краюхой ржаного хлеба в чистую воду, намочил и вынул ее. Потом он долго разминал хлеб, пока не полу­чил нужного мякиша наподобие теста.

— На, Вова, возьми! — прошептал он и протянул другу доль­ку мякиша.

— А мне? — спросил я.

— А тебе, учитель, — ответил Венька и засмеялся, — эта лапша ни к чему, потому что ты сам с усами!

— Ладно, — недовольно пробурчал я и стал размачивать свой хлеб в воде.

— Приготовились! На старт! Пошел! — крикнул Венька и ос­торожно опустил леску с наживкой в водяную струю.

Не успел красный поплавок коснуться поверхности воды, как он дернулся и исчез в глубине.

Венька мгновенно подсек и вытащил на берег крупную уклейку.

— Вот как надо! — радостно крикнул он и отлепил рыбешку. — Смотри, Вова, какая красивая рыбка!

Вовка взял рыбу в руки, стал рассматривать ее серебристые бока, красноватые плавники и загнутый вверх рот.

Я осторожно опустил наживку к затонувшей ветке. Белый попла­вок тихо задрожал и исчез. Я ловко подсек.

— Есть! — гордо сказал я. — Один-один, говоря спортивным языком, или ничья!

— Посмотрим, чья возьмет! — отозвался Венька и повернулся к Вовке. — Усек, юный рыболов?!

Вовка нехотя размотал тонкую леску на удилище, поправил си­ний поплавок, неторопливо насадил на маленький крючок хлебный мякиш величиной с рисовое зернышко и лениво забросил наживку к нашим поплавкам.

— Ты что, Вова? Спишь? — раздраженно спросил Венька. — Тут надо шевелиться, юный рыболов, а не спать!

Красный поплавок мелко задрожал, а потом исчез. Венька под­сек, но уклейка сорвалась в глубине. Сход!

— Ах ты, неудача! — раздраженно сказал главный учитель и быстро забросил еще целую наживку на прежнее место.

Но задрожал не красный, а белый поплавок. Я зазевался, но подсек. К сожалению, моя вторая уклейка со­рвалась.

Вслед за моим поплавком задергался синий поплавок.

— Подсекай! — истошно заорал Венька своему ученику. Вовка выдержал паузу, как великий актер, и в нужный момент неторопливо подсек, а потом медленно вытащил уклейку на берег.

— Ты что — спишь или издеваешься над нами? — сердито спросил Венька.

— А счет равный! — тихо сказал Вовка. — Мы все поймали по одной штучке!

— Ах ты, ученик несчастный, — обиделся Венька. — Да зна­ешь ли ты, как я умею ловить рыбу?!

В эту секунду красный поплавок утонул. Венька подсек, но опоздал и уклейка сорвалась с его крючка во второй раз.

— Ах ты, опять неудача! — расстроился Венька и бросил удилище в сторону, а сам сел на траву.

Я засмотрелся на друзей и упустил из виду очередную покле­вку. С кем не бывает!

— У тебя клюет! — закричал Венька.

Я резко поднял удилище вверх, но было поздно, потому что уклейка утащила хлебный мякиш с крючка.

— Клюет! — еще громче закричал Венька, когда заметил дви­жение синего поплавка.

Однако Вовка не торопился подсекать. Он хладнокровно ждал и, когда поплавок на мгновение утонул, подсек.

— Есть! — крикнул счастливчик. — Однако, друзья, я вышел в лидеры.

— Вышел в лидеры! — передразнил друга Венька и мгновенно вскочил на ноги.

— Учись, лидер, пока я с тобой рядом! — зло прошептал он и закинул наживку поглубже.

Красный поплавок мелко задрожал, но не тонул. Венька не выдержал и дернул леску кончиком удилища — рыба сорвала мякиш!

— Ах ты, неудача! — рассердился Венька.

А я снова загляделся на красный поплавок и прозевал свой. Я увидел его, когда он вынырнул из глубины и тихо замер. Я стал проверять наживку — пусто!

Одинокий синий поплавок повело в сторону, но Вовка был не­подвижен, как скала.

— Подсекай! — закричал я.

— Подсекай! — закричал Венька следом.

Но Вовка не дергался, как мы вокруг него, а спокойно выжи­дал. Когда кончик поплавка исчез, он легко дернул удилищем.

— Есть! — сказал он одновременно и захохотал. — Однако, друзья мои, у меня три рыбки и я ухожу в отрыв!

— Я ухожу в отрыв! — зло буркнул Венька и плюнул с доса­ды. — И зачем я только связался с этим увальнем. Ловить укле­йку совершенно не может, а корчит из себя умелого рыболова.

Однако поплавок лидера дрогнул и в очередной раз утонул. Вовка быстро подсек и вытащил крупную плотву.

— Нет, нет! — запротестовал Венька. — Плотва не в счет! Сегодня мы ловим уклейку!

— Ладно, — согласился Вовка и через несколько секунд пой­мал крупную уклейку.

Мы с Венькой забегали вокруг своего ученика. Но он, в отли­чие от нас, хладнокровно вытаскивал рыбку за рыбкой и небрежно бросал ее на берег.

Мы с Венькой продолжали бегать, прыгать, дергаться, смеять­ся, учить своего ученика и результат нашей учебы был налицо — улов рос на наших глазах не по минутам, а по секундам!

— Уф! — выдохнул Вовка. — Я устал от вас. Нечего меня учить! Ловите лучше сами. Смотрите, сколько я поймал!

Вовка присел на корточки и стал пересчитывать свой улов, а потом сказал:

— Пятьдесят штук, Веня, не считая плотвы!

— Что?! — удивился главный учитель. — Ты с первого урока переплюнул нас обоих?! Этого не может быть! Рыбу надо пересчи­тать!

— Этого не может быть! — поддержал я Веньку.

Мы бросились считать чужой улов. К нашему стыду, все было правильно! Ай да Вова! Ай да ученик! Какой он молодец, если он так просто сумел обогнать своих учителей, профессионалов, как любил говорить Венька.

Но мы с Венькой нашли другую причину. Во всем виновата, по­считали мы, уклейка. Она такая капризная! Поклевка у неё такая вороватая, что за ней трудно уследить и вовремя подсечь! Вот если бы мы ловили другую рыбу, то показали бы свое мас­терство.

«ВОДЯНОЙ»

Мой отец давно хотел веять меня с собой на рыбалку. Он лю­бил ловить с плотов сомят. Для ловли этой рыбы у него были донки с большими поплавками из осокоря вместо колокольчиков»

— Коля! — оказал мне однажды отец. — Завтра я иду на рыбалку. Ты пойдешь со мной, сынок?

— Да! — радостно согласился я.

На следующий день, в пять часов утра, мы были на месте. Отец насадил на каждый крючок по пяток выползков и мы ста­ли ждать поклевку. К сожалению, не клевало.

— Посиди-ка тут, сынок, без меня, а я попробую половить на мормышку, — сказал мне отец и пошел на другой плот.

Я остался один и, не желая просмотреть первую поклевку, впился глазами в поплавки, которые были неподвижны. Поплавки были длинные и поэтому высоко торчали над поверхностью воды.

Устав от напряжения, я расслабился и стал глядеть по сто­ронам. Через минуту, взглянув на поплавки, я увидел, что од­ин поплавок стал меньше выступать из воды. Он глубоко погру­зился в воду и был еле виден.

Я быстро схватил донку, резке подсек и через секунду почу­вствовал сильные толчки. Я стал азартно перебирать толстую леску, ожидая появления рыбы.

Но что это? На поверхности воды появилась чья-то морда с блестящими глазками, похожая на большого головастика. Я так испугался невиданного чудища, что от страха отпустил леску.

Потом я опомнился и громко закричал:

— Папа! Иди скорей сюда! Тут водяной появился! Водяной!

Отец, услышав мои крики, поспешил ко мне на помощь. Он вы­хватил донку из моих рук и стал быстро перебирать леску. Лес­ку дернуло — «водяной» был еще на крючке. Я испуганно прижался к отцу.

— Да не бойся, сынок! Это же соменок! — успокоил меня отец и негромко засмеялся надо мной.

Через минуту я рассматривал на плоту своего «водяного». Действительно, это был соменок. А я испугался потому, что ни­когда раньше не видел сомов. Сейчас я стал с интересом рассм­атривать соминые усы, глава и хвост. Для смелости я потрогал рукой тело без чешуи — оно было гладкое и скользкое. Соме­нок не кусался.

Отец сунул соменка в садок и привел рядом со мной на плот, а я стал рассматривать пойманную рыбу в воде.

Для удобства я лег на плот и приподнял садок повыше. «Во­дяной» распустил по сторонам длинные усы и был не страшен.

После отец поймал еще три соменка, а под вечер с большим трудом выволок на плот огромного сома, но я не испугался этого чудища. Я уже привык к таким «водяным» и смело хватал их за длинные усы на большей плоской голове с широким ртом.

Теперь я мог самостоятельно ловить эту хищную рыбу.

После этой рыбалки я прочитал все книги, где было написано об этой рыбе, и узнал, что лучшее время клева сема начинается с вечера и продолжается всю ночь до рассвета.

— Получается, — подумал я, — что отец ловил не в лучшее время клева сома?

Я решил ловить сомов ночью. Но идти одному было страшно и я пошел к Веньке. Может, он составит мне ночную компанию? К тому же я знал, что он уже ловил эту рыбу, и надеялся на по­мощь друга.

НОЧНАЯ ЛОВЛЯ СОМОВ

— Венька! Где ты?! — кричал я на всю округу. Венька выглянул из окна и недовольно пробурчал:

— Ну чего тебе надо, Коля?

— Венька, пойдем на рыбалку, на ночь, на сомов, — мигом выложил я ему свой план.

— Да ну тебя, я спать хочу, да и колокольчиков у меня нет, — нехотя проговорил он.

Да, Венька, похоже, не хотел составить мне компанию, но я не отставал:

— Знаешь, вчера дядя Гриша поймал вот такого сома. Чтобы окончательно убедить своего друга, я развел руки по сторонам.

— Да ну! — удивился он.

— Вот и ну. Я сегодня целый день готовился. Я накопал чер­вей, приготовил донки, купил консервы и еду. Пошли… — ска­зал я и умоляюще посмотрел в глаза друга.

— Ну хорошо, я только спрошусь, — согласился он и на минуту исчез в окне.

Через два часа мы уже были на плотах. Вечерело. Подошли еще три рыболова.

— Знаешь, пойдем туда, где дядя Гриша ловил, — шепнул я и кивнул в сторону большого плота.

— Пошли, — ответил Венька.

Взвалив на спину рюкзак, он стал прыгать с плота на плот, направляясь в указанное место. Я последовал за ним. Над водой опускались густые сумерки. Мы расположились на еловых бревнах, расстелив фуфайки, и, отмахиваясь от назойливых комаров, сели поудобней.

— Давай червей, — шепнул мой друг, разматывая донки.

Я стал рыться в сумке. Червей нигде не было.

— Венька, я их потерял или оставил дома… — дрожащим го­лосом ответил я и растерянно опустился на колени.

— Ну вот, вечно ты так! С тобой только свяжись — никако­го толку, — начал, кажется, заводиться Венька.

— Ну ладно ты. А помнишь, в прошлом году, ты забыл хлеб, — отпарировал я ему тем же.

— Хорошо, хватит болтать, я тогда буду спать, — отоз­вался Венька из темноты и умолк.

Что делать? Я в отчаянии перебирал варианты, есть! Идея!

— Венька, — шепнул я в темноту. Но мой друг, крепко обняв свой рюкзак, громко храпел.

— Ну и черт с тобой, — обиделся я и добавил. — Ну и храпи. В темноте я пошел к соседям и спросил у них червей.

— А ты попробуй на лягушку, — с ехидцей посоветовал один из них, но червей дал.

Я насадил дефицитных червей на крючки и наладил донки, при­вязав колокольчики. Потом я вспомнил, что на берегу валялась дохлая лягушка, на которую кто-то нечаянно наступил. Я взял электрический фонарик и поперся назад — на берег. С большим трудом я нашел эту лягушку.

И вот через час снаряженная донка стояла на плоту. Я прилег. Не клевало. Немного поборовшись со сном, я заснул.

— Проснись! Клюет! Проснись! — тормошил меня кто-то за ногу. Я протер глаза.

Уже светало. На берегу скопился небольшой белесый туман. Услышав в тишине звон колокольчика, я мигом вскочил на ноги и прыгнул к донке.

— Подожди подсекать, — шепнул Венька и схватил меня за руку. — Пусть заглотит получше.

Выждав несколько секунд, он воскликнул:

— Пора!

Я схватил донку, подсек и почувствовал тупое, невероятное сопротивление.

— Венька! Сом! — заорал я, не отпуская лески из рук.

— Давай, давай, — с придыханием шептал Венька и стал азар­тно крутиться вокруг меня с подсачеком.

— Тише, тише, — говорил я то ли сому, то ли другу и упор­но тянул толстую леску.

Наконец на поверхности воды появилась усатая, толстая мор­да сома. Вот это да! Венька от неожиданности присел, а потом, вскочив, стал тыкать своим маленьким орудием в морду. Она не лезла в подсачек. Сом дернулся всем телом и обдал нас брызгами.

— Уйдет! — уже орал Венька, не помня себя.

— Не уйдет! — хладнокровно возражал я и с прежним усили­ем тянул леску на себя.

— Уйдет! — обреченно прошептал Венька.

— Не уйдет, — шептали мои губы.

Но сом, не понимая нашей речи, неумолимо тянул под плот и добился своего.

— Все — зацеп! — горько сказал я и отпустил леску.

— Ну вот! Эх ты! — разочарованно сказал Венька и сел, рас­строенный, на бревно плота.

— А ну-ка! — воскликнул рыболов, который дал мне червей. — На что клюнуло?

Он с интересом наблюдал за нами с соседнего плота и хотел увидеть наш улов.

— На лягушку, — выдавил я сквозь слезы. — Жалко, такой сом клюнул и вот — зацеп?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 40
печатная A5
от 545