электронная
144
12+
Правда о Второй ударной

Бесплатный фрагмент - Правда о Второй ударной

Объем:
48 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4496-8975-7

Светлой памяти бойцов и командиров

2-й ударной армии, павших в боях с немецко-

фашистскими захватчиками посвящается.

ПРАВДА О ВТОРОЙ УДАРНОЙ

В годы Великой Отечественной войны с врагом сражалось семьдесят советских общевойсковых армий. Кроме того Ставка Верховного Главнокомандования сформировала еще пять ударных — предназначенных для действий в наступательных операциях на направлениях главного удара. В начале 1942-го таких было четыре. Судьба 2-й ударной оказалась трагической…

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Двухтысячный год подходил к концу. Часы бесстрастно отсчитывали время, оставшееся до наступления нового тысячелетия. Телеканалы и радиостанции, газеты и журналы выжимали тему миллениума на все «сто». Высказывались прогнозы политиков, ученых, писателей, хиромантов, а подчас — откровенных шарлатанов.

Подводились итоги. Широко тиражировались списки «самых-самых» выдающихся людей и событий минувшего века, тысячелетия. Все разные. Да иначе и быть не могло в мире, где сиюминутные коньюнктуры постоянно превалируют над исторической оъективностью.

Россия остро переживала трагедию «Курска». Общество желало получить полную информацию о трагедии. Пока же только высказывались версии, множились слухи…

И в этом огромном потоке сообщений о произошедших и грядущих катастрофах, свершениях и юбилеях как-то затерялась, не будучи выделена из ряда прочих новостей информация об открытии 17 ноября в деревне Мясной Бор Новгородской области памятника-мемориала воинам 2-й ударной армии Волховского фронта. Открыли? Ну и хорошо. Спасибо спонсорам — дали денег на святое дело.

Цинично звучит, не правда ли? Но, тем не менее, жизнь есть жизнь. Вторая мировая война давно отошла в историю. Да и ветеранов Великой Отечественной на улицах встречается все меньше. А больше — людей довольно молодых с орденскими планками за другие войны — афганскую, чеченскую. Новое время. Новые люди. Новые ветераны.

Вот и на открытие памятника бойцам 2-й ударной Санкт-Петербургские власти никого не делегировали. И опять-таки, с точки зрения современной бюрократической формалистики верно: чужой регион. А то, что армия своими действиями заставила немцев окончательно отказаться от планов по захвату Ленинграда, сыграла важнейшую роль в операциях по прорыву и полному снятию блокады, выбила последние немецкие части с территории Ленинградской области в боях под Нарвой… Что ж, пусть этим занимаются историки.

А историки боевым путем 2-й ударной армии отдельно и не занимались. Нет, конечно в многочисленных монографиях, мемуарах, справочниках, энциклопедиях и прочей литературе, посвященной Второй мировой армия упоминается неоднократно, описываются ее боевые действия в конкретных операциях. Но доступного широкому кругу читателей исследования о 2-й ударной нет. Рыться же в ворохе литературы, чтобы составить реальное представление о ее боевом пути будут разве что аспиранты, готовящие диссертацию на профильную тему.

Доходит до удивительного. Всему миру известно имя татарского поэта Мусы Джалиля. И в литературных, и в любых «общих» толстых Больших и Малых энциклопедических словарях вы прочтете, что в 1942 году, будучи ранен, он попал в плен. В фашистской тюрьме написал знаменитую «Моабитскую тетрадь» — гимн бесстрашию и стойкости человека. Но нигде не отмечается, что Муса Джалиль воевал во 2-й ударной армии.

Впрочем, литераторы все-таки оказались честнее и настойчивее историков. Бывший специальный корреспондент ТАСС на Ленинградском и Волховском фронтах Павел Лукницкий в 1976 году в московском издательстве «Советский писатель» выпустил трехтомник «Ленинград действует…”. Автор сумел преодолеть цензурные препоны, и со страниц своей интереснейшей книги открыто заявил:

«Подвигов, совершенных воинами 2-й Ударной, не перечесть!»

Казалось бы, в 1976-м лед тронулся. Писатель насколько смог подробно рассказал о солдатах армии, описал их участие в операциях. Теперь историки должны подхватить эстафету! Но… они промолчали.

И причина тут — в идеологическом табу. Непродолжительное время 2-й ударной командовал генерал-лейтенант А.А.Власов, ставший потом предателем Родины. И хотя термин «власовцы», которым привычно характеризуют бойцов «Русской освободительной армии» (РОА) никак не может относиться к ветеранам 2-й ударной, их все-таки (чтобы лишний раз не всплывало в памяти имя изменника) из истории Великой Отечественной войны, насколько это оказалось возможным, постарались вычеркнуть. И вышедший в 1983 году в Лениздате сборник «2-я Ударная в битве за Ленинград» никак не мог восполнить этот пробел.

Странная, согласитесь, сложилась ситуация. О предателе Власове написаны книги, сняты историко-документальные фильмы. Ряд авторов всерьез пытается представить его борцом со сталинизмом, коммунизмом, носителем каких-то «высоких идей». Предателя давно осудили и повесили, а дискуссии вокруг личности Власова не затихают. Последние (!) ветераны 2-й ударной, слава Богу, живы, а о них если и вспомнят — то в День Победы, заодно с другими участниками войны.

Налицо явная несправедливость, так как роль 2-й ударной и роль Власова в истории Великой Отечественной войны несопоставимы.

Чтобы убедиться в этом, обратимся к фактам.

I

…К Ленинграду продвигалась группа армий «Север». Генерал-фельдмаршал Вильгельм фон Лееб вел к городу, который так желал уничтожить Гитлер, 16-ю и 18-ю армии генерал-полковников Буша и фон Кюхлера, 4-ю танковую группу генерал-полковника Гёпнера. Всего сорок две дивизии. С воздуха группу армий поддерживали свыше тысячи самолетов I-го флота люфтваффе.

Ах, как рвался вперед командующий 18-й армией генерал-полковник Карл-Фридрих-Вильгельм фон Кюхлер! Со своими непобедимыми молодцами он уже прошел в 1940-м Голландию, Бельгию, промаршировал под триумфальной аркой в Париже. И вот — Россия! Шестидесятилетний Кюхлер мечтал о фельдмаршальском жезле, который ждет его на первой же ленинградской улице — достаточно будет нагнуться и поднять. Он первым из иностранных генералов войдет с армией в этот гордый город!

Пусть мечтает. Фельдмаршальский жезл он получит, но ненадолго. Военная карьера Кюхлера бесславно завершится под стенами Ленинграда 31 января 1944 года. Взбешенный победами солдат Ленинградского и Волховского фронтов Гитлер вышвырнет Кюхлера, командовавшего к тому времени всей группой армий «Север», в отставку. После этого фельдмаршала явят миру лишь однажды — в Нюрнберге. Чтобы судить как военного преступника.

А пока 18-я армия наступает. Она уже успела прославиться не только военными успехами, но и зверскими расправами с мирным населением. Солдаты «великого фюрера» не щадили ни жителей захваченных территорий, ни военнопленных.

Во время боев за Таллин неподалеку от города немцы обнаружили трех матросов-разведчиков из сводного отряда моряков и эстонских ополченцев. Во время короткого кровопролитного боя двое разведчиков погибли, а тяжелораненый матрос с эсминца «Минск» Евгений Никонов в бессознательном состоянии попал в плен.

На все вопросы о расположении отряда Евгений отвечать отказался, не сломили его и пытки. Тогда гитлеровцы, разозленные упорством краснофлотца, выкололи ему глаза, привязали Никонова к дереву и заживо сожгли.

Вступив после тяжелейших боев на территорию Ленинградской области, подопечные фон Кюхлера, которого Лееб называл «человеком уважаемым, обладающим бесстрашием и хладнокровием», продолжали зверствовать. Приведу только один пример.

Как неопровержимо свидетельствуют документы Судебного процесса по делу верховного главнокомандования гитлеровского вермахта, «в районе, занятом 18-й армией… имелась лечебница, в которой были помещены 230 психических больных и страдающих другими болезнями женщин. После обсуждения, в ходе которого было высказано мнение, что „по немецким понятиям“ этим несчастным „не стоило больше жить“, было внесено предложение ликвидировать их, запись в журнале боевых действий ХХVIII армейского корпуса за 25—26 декабря 1941 года показывает, что „командующий согласился с таким решением“ и распорядился о его проведении в жизнь силами СД».

Пленных же в армии «уважаемого» и «бесстрашного» Кюхлера посылали разминировать местность, расстреливали при малейшем подозрении на желание совершить побег. Наконец, попросту морили голодом. Процитирую только одну запись из журнала боевых действий начальника разведотдела штаба 18-й армии за 4 ноября 1941 года: «Каждую ночь умирает от истощения 10 пленных».

…8 сентября сорок первого пал Шлиссельбург. Ленинград оказался отрезанным от юго-восточных коммуникаций. Началась блокада. Основные силы 18-й армии вплотную подошли к городу, но взять его не смогли. Сила столкнулась с мужеством защитников. Это был вынужден признать даже противник.

Генерал пехоты Курт фон Типпельскирх, в начале войны занимавший пост оберквартирмейстера-IV (начальника главного разведывательного управления) генерального штаба сухопутных сил Германии, раздраженно писал:

«Немецкие войска дошли до южных предместий города, однако ввиду упорного сопротивления обороняющихся войск, усиленных фанатичными ленинградскими рабочими, ожидаемого успеха не было. Из-за нехватки сил не удалось также вытеснить с материка русские войска…».

Продолжая наступление на других участках фронта, части 18-й армии в начале декабря вплотную подошли к Волхову.

…В это время в тылу, на территории Приволжского военного округа формировалась заново — в третий раз после боев под Киевом и на орловско-тульском направлении — 26-я армия. В конце декабря ее передадут в состав Волховского фронта. Здесь 26-я получит новое наименование, с которым пройдет от берегов реки Волхов до Эльбы, навеки останется в истории Великой Отечественной — 2-я ударная!

Я специально столь подробно охарактеризовал методы ведения войны 18-й армией гитлеровцев, чтобы читатель понял, с каким противником придется встретиться нашей 2-й ударной. До начала самой трагической в 1942 году операции на Северо-Западе страны оставалось совсем немного времени.

Пока же в штабах по обе стороны фронта оценивали итоги кампании 1941 года. Типпельскирх отмечал:

«В ходе тяжелых боев группа армий „Север“ хотя и нанесла противнику значительные потери, а частично и уничтожила его силы… однако оперативного успеха не добилась. Запланированная своевременная поддержка сильными соединениями группы армий „Центр“ оказана не была».

А в декабре 1941-го советские войска нанесли сильный контрудар под Тихвином, разгромили и обратили в бегство немцев под Москвой. Именно в это время и было предопределено поражение гитлеровцев на северо-западном и московском направлениях.

…В военной науке есть такое понятие — аналитическая стратегия. Разработали ее пруссаки — большие специалисты по всякого рода учениям как лучше, быстрее и больше людей убивать. Не случайно и все войны с их участием, начиная с Грюнвальдской битвы, вошли в мировую историю как самые кровавые. Суть аналитической стратегии, если опустить все мудреные и долгие объяснения, сводится к следующему: готовишься — и выигрываешь.

Важнейшей составляющей аналитической стратегии является учение об операции. На нем остановимся более подробно, так как без этого ход описываемых операций и сражений, причины успехов и неудач понять будет трудно.

Не поленитесь взять лист бумаги и отложите на нем известную со школы систему координат. Теперь, чуть ниже оси Х, начните рисовать вытянутую латинскую заглавную букву S так, чтобы ее «шея» составила острый угол с осью. В точке пересечения поставьте цифру 1, а наверху, в точке, где буква начнет загибаться вправо — 2.

Так вот. До точки 1 идет подготовительная стадия военной операции. В самой точке она «стартует» и начинает бурно развиваться, в точке 2 — теряет темп и после затухает. Нападающая сторона пройти путь от первой до второй точки стремится как можно быстрее, привлекая максимум сил и средств. Обороняющаяся — наоборот старается его растянуть во времени — ресурсы любой армии не беспредельны — и, когда противник выдохнется, сокрушает его, пользуясь тем, что в точке 2 наступила фаза предельного насыщения. Забегая вперед, скажу, что так и произошло во время Любанской операции 1942-го.

Для немецких дивизий «шея» буквы S по пути к Ленинграду и Москве оказалась непомерно длинной. Войска остановились у обеих столиц не в силах продвигаться дальше и — были биты почти одновременно — под Тихвином и под Москвой

II

Чтобы вести кампанию 1942 года по всему фронту Германии не хватало сил. На 11 декабря 1941-го немецкие потери оценивались в 1 миллион 300 тысяч человек. Как вспоминал генерал Блюментрит, осенью «…в войсках армий „Центр“ в большинстве пехотных рот численность личного состава достигала всего 60—70 человек».

Однако немецкое командование располагало возможностью перебрасывать на Восточный фронт войска с территорий, оккупированных третьим рейхом на Западе (с июня по декабрь вне советско-германского фронта фашистские потери составили порядка 9 тысяч человек). Так в расположении 18-й армии группы войск армий «Север» оказались дивизии из Франции и Дании.

Сегодня трудно сказать, рассчитывал ли Сталин на открытие в 1942 году второго фронта в момент, когда Ставка планировала ряд предстоящих операций, в том числе — по деблокаде Ленинграда. По крайней мере переписка Верховного по поводу необходимости открытия второго фронта с президентом США и премьер-министром Великобритании велась достаточно оживленная. А 1 января 1942 года в Вашингтоне представители СССР, США, Англии, Китая и 22 других стран подписали декларацию Объединенных наций о бескомпромиссной борьбе против государств фашистского блока. Правительства США и Великобритании официально заявили об открытии второго фронта в Европе в 1942-м.

В отличие от Сталина, более циничный Гитлер был убежден: второго фронта не будет. И сосредоточивал лучшие войска на Востоке.

3 января 1942-го, беседуя с японским послом, он заявил:

«Лето является решающей стадией военного спора. Большевиков отбросят так далеко, чтобы они никогда не могли коснуться культурной почвы Европы… я позабочусь о том, чтобы уничтожить Москву и Ленинград».

Наша Ставка отдавать Ленинград врагу не собиралась. 17 декабря 1941 года был создан Волховский фронт. В него вошли 2-я ударная, 4-я, 52-я и 59-я армии. Две из них — 4-я и 52-я уже отличились во время контрудара под Тихвином. Особенно успешно действовала 4-я, в результате решительной атаки 9 декабря, овладевшая городом и нанесшая серьезный урон живой силе противника. Девять ее соединений и частей были награждены орденом Красного Знамени. Всего же в 4-й и 52-й армиях было награждено 1179 человек: 47- орденом Ленина, 406 — орденом Красного Знамени, 372 — орденом Красной Звезды, 155 — медалью «За отвагу» и 188 — медалью «За боевые заслуги». Одиннадцать воинов стали Героями Советского Союза.

4-й армией командовал генерал армии К.А.Мерецков, 52-й — генерал-лейтенант Н.К.Клыков. Теперь один командарм возглавил фронт, другому предстояло командовать 2-й ударной. Ставка поставила перед фронтом стратегическую задачу: разгромить немецко-фашистские войска, с помощью частей Ленинградского фронта осуществить прорыв и полное снятие блокады Ленинграда (эта операция получила название «Любанской»). Советские войска с задачей не справились.

Предоставим слово Маршалу Советского Союза А. М. Василевскому, выезжавшему на Волховский фронт и хорошо знакомому с ситуацией. В книге «Дело всей жизни» прославленный маршал вспоминает:

«Почти всю зиму, а затем и весну пытались мы прорвать кольцо ленинградской блокады, нанося удары по нему с двух сторон: изнутри — войсками Ленинградского фронта, снаружи — Волховского с целью соединиться после неудачного прорыва этого кольца в районе Любани. Главную роль в Любаньской операции играла 2-я ударная армия волховчан. Она вошла в прорыв немецкой линии обороны на правом берегу реки Волхов, но достичь Любани не сумела, и завязла в лесах и болотах. Ослабленные блокадой ленинградцы тем более не смогли решить свою часть общей задачи. Дело почти не двигалось. В конце апреля Волховский и Ленинградский фронты были объединены в единый Ленинградский фронт, в составе двух групп: группы войск Волховского направления и группы войск Ленинградского направления. В состав первой вошли войска бывшего Волховского фронта, а также 8-я и 54-я армия, ранее входившие в Ленинградский фронт. Командующий Ленинградским фронтом генерал-лейтенант М.С.Хозин получил возможность объединить действия по ликвидации блокады Ленинграда. Однако очень скоро выявилось, что руководить девятью армиями, тремя корпусами, двумя групами войск, разделенными оккупированной врагом зоной необычайно трудно. Решение Ставки о ликвидации Волховского фронта оказалось ошибочным.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.