электронная
72
печатная A5
475
12+
Потерянный свет

Бесплатный фрагмент - Потерянный свет

Объем:
406 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-0050-5706-8
электронная
от 72
печатная A5
от 475

Пролог

Сухие листья и сломанные ветки потрескивают под тяжестью маленьких ног.

Холодный ветер, такой же сухой по ощущениям, неприятно врывается в легкие и принуждает ускорить шаг. Жуткие оголенные деревья не внушают ни доверия, ни ощущения безопасности.

Однако цель небольшого путешествия все отказывается появляться, словно насмехаясь над ребенком, с утра плутающим в осеннем лесу и уже порядком уставшим.

Чихнув, девочка останавливается и замечает впереди спуск. Осторожно подойдя ближе, выглядывает на огромные просторы озерной глади, поляны и горы, возвышающиеся за ним. Обернувшись на всякий случай, медленно начинает спускаться, даже не стараясь хоть как-то ступать тише, чтобы не привлекать нежелательного внимания.

Хотя встретить здесь хоть одну живую душу было бы уже удивительно.

Не успевает она подумать об этом, как замечает небольшой силуэт у кромки воды.

Раз она здесь, почему бы не прийти кому-нибудь еще?

Фигура небольшого роста, хотя сложно сказать, так как она сидит спиной к девочке. На голову накинут капюшон, да и само тело укрывает черное одеяние, похожее на плащ.

Этот силуэт на первый взгляд кажется чьей-то тенью. Такой же холодный и неподвижный.

Решив не беспокоить незнакомца, она сворачивает в сторону. Но пройдя немного, не удерживается от того, чтобы обернуться хотя бы раз.

Поблескивающая под ярким дневным солнцем вода привлекает внимание, завораживает простой красотой. В ее отражении плавно протекают белые пушистые облака, а по берегам разбросаны не тонущие красные и желтые листья. Сама вода кажется прозрачной и искрится бликами. Перелив столь ярких и разнообразных цветов немного сбивает с толку. И шепот ветра, перебирающий опавшую листву с пожухлой травой, наполняет тишину особенной ноткой.

Едва заметный и короткий блик света у берега возвращает в реальность.

Присмотревшись, ребенок понимает, что это отсвет от вещи, из-за которой собственно и пришлось идти в лес.

Появляется новая проблема.

Этот предмет примерно всего в пяти шагах от одинокого и мрачного силуэта.

В данной ситуации выбора, похоже, нет.

Нерешительно приблизившись на расстоянии десяти шагов, отделяющих ее от фигурки, она останавливается, тоже осторожно присаживается к земле и вглядывается в сидящего напротив.

Ребенок в черной накидке не обращает на нее никакого внимания, вцепившись глазами в гладкую поверхность озера мутным взглядом и сложив бледные ладони со светлыми шрамами на коленях.

Первая мысль просто взять что нужно и уйти. Но по неизвестной причине девочка не может уйти просто так, даже не спросив причины, по которой им суждено было встретиться в этом лесу в столь холодный день.

Возможно потому, что родители постоянно твердят ей быть добрее к другим людям. При этом необходимо уметь отличать того человека, которому можно доверять, и того, кто лжет.

— Эй, привет!

От звонкого голоса силуэт вздрагивает и из-за неловкого движения, ткань спадает с головы на плечи с легким шуршанием. Черные волосы мальчика сразу переплетает ветер, взъерошив их еще сильнее, чем было. Глаза по-прежнему направлены в озеро, только теперь в них читается недоумение, словно он и не замечал чужого присутствия до этого момента.

— Привет, говорю…

Силуэт медленно поворачивает голову и направляют свой сине-зеленый взор на девочку.

— Ты живая? — тихо спрашивает хрипловатый голосок.

— Вроде, да… — неуверенно произносит девочка и идея поговорить с ним становится менее заманчивой.

— Есть причины для сомнения? — уже четче спрашивает мрачный ребенок, скорее всего это из-за того, что он редко вступает в беседы или часто находится на прохладном воздухе.

— Нет… Просто вопрос неожиданный. А ты… что, не живой, разве?

— Я не знаю, — следует неопределенный ответ, и он отворачивается к воде. — У меня нет причин считать себя живым человеком, как нет доказательств того, что я умер. Но если меня посещают такие мысли, это значит, что я на грани выбора между светом и тенью. Однако у меня не получается выбрать правильный путь. Ведь свернуть с него назад будет невозможно…

Выслушав речь мальчика, она нерешительно спрашивает:

— Прости, можно мне взять этот кинжал?

Задумавшись, он не сразу отвечает. И в последний раз, глянув на него в нерешительности, качает головой:

— Он тебе не пригодится. На нем кровь человека.

Испуганно вскрикнув, она переводит взгляд на лезвие.

Из-за того, что он воткнут в землю, усыпанную осенними листьями, издалека рассмотреть темные капли не удалось.

— Но… как? Чья же это кровь?

— Эта кровь принадлежит мне, — спокойно поясняет мальчик, словно это само собой разумеющееся.

И накинув капюшон, снова превращается в отдаленную от мира мрачную и одинокую черную тень, которую не стоит беспокоить и напрасно выдергивать на сторону жизни.

Эпиграф

Где тень и прах таятся в паутине,

Где меркнут свечи по ночам,

Где призраки печально заблудились,

Где внемлют странников речам,

Там и стоит потухший дом.

И каждый день он видит вечный сон…

И слышит прошлого слова…

В нем и сады цветут и слышен плеск воды,

И везде растет зеленая трава,

И виден блеск перхающей весны.

Но то лишь давнее воспоминание…

Сейчас закрытый замок и заросший мхом

Стоит один — печальное создание.

Давно веселье здесь и свет кругом

Плясали вечером и днем.

Сейчас лишь бледный отсвет освещает

Замерзший и старый циферблат.

И счастьем тленным забавляет

Заросший, но прекрасный дикий сад.

Затишье здесь царит отныне и всегда,

И даже птицы не поют,

Но в оном месте не проведена черта:

Ведь в доме мертвом вдохновенья сны прекрасные снуют —

Найдет любой в них упоение,

Души ушедшее волненье.

Где одиночество и тишина,

Где пыльный замок служит колыбелью,

Где безмятежно так шумит листва,

Там и найдется всем извечное забвенье.

Часть 1. Предательство

История 1. Возвращение

Хрупкий и серебристый снег неспешно кружится на фоне иссиня-черного неба и остро сверкающих звезд. При взгляде на них кажется, что, смешавшись и потерявшись друг в друге, они падают вместе, стараясь найти среди чужих своих собратьев. Но правда такова, что ни снег, ни звезды никогда не соприкоснутся по-настоящему. Снег умиротворено укрывает всю грязь на земле, так тихо и незаметно, и так бесполезно, ведь растаяв, снова обнажит ее. Звезды же, упав на землю, разрушили бы ее вместе со всем плохим и хорошим, ничего не разбирая. Они такие разные и в то же время похожие в своем стремлении.

— Я тоже… тоже хочу очистить этот мир…

Вздрогнув, когда капля крови из подсыхающей раны на руке скользит по коже, я опускаю взгляд на кровавые брызги, пропитавшие снег вокруг. Сквозь навеянное безразличие на миг проскальзывает безумие. Хочется разорвать края раны, чтобы кровь текла быстрее, чтобы согрела остывшее тело, давая наконец осознать, что я жив. На губах появляется улыбка.

Интересно, мир, что я создал бы… был бы таким же красным и холодным?..

Попробовав пошевелить рукой и ничего не почувствовав, снова обращаю взгляд на падающие снежинки. Вокруг ни души и лишь я один могу видеть столь чарующее зрелище. Быть может, мне даже удастся заснуть в этом спокойном заснеженном месте.

Иллюзию свободы нарушает тихий скрип снега.

Снова… почему же… ничего не получается?..

Лениво повернув голову в другую сторону, мне удается рассмотреть лишь небольшой смазанный и прихрамывающий силуэт. Запах крови и мороза въелся в меня насквозь и теперь к нему едва уловимо протискивается еще один, запах смерти. Босые окровавленные ступни замирают рядом со мной, откуда-то сверху на лицо капает кровь. Я больше не чувствую, теплая она или холодная.

— Все… закончилось… — тихий хриплый голос раздается оттуда же, откуда капает кровь. — Теперь мы наконец-то можем… вернуться в гильдию…

Гильдия?..

Что-то смутное огромное и черное всплывает в памяти и тут же исчезает, сменяясь ворохом противоречивых чувств. Заставив себя собраться с силами и проигнорировать онемевшие руки и ноги, с трудом приподнимаюсь и сажусь. Стряхивать с себя нападавшие снежинки не хочется. Силуэт рядом со мной падает на колени и, когда я протягиваю дрожащие руки, подается вперед.

— Брат…

— Хорошо… — мой голос тоже хриплый, едва слышный на фоне двух бьющихся сердец. — Вернемся… в гильдию…

Вздохнув, одной рукой поглаживая длинные волосы лилового цвета, а другой придерживая спину девушки, я чувствую, как она утыкается холодным носом мне в шею, ища тепла, которого нет.

— Ты… ранена?

— Нет…

— А кровь?

— Не моя…

— Тогда ладно, — облегчение протискивается к клочку других эмоций. Не смотря на это, безразличие по-прежнему не дает ему повлиять на меня. Выдохнув и взглянув на звезды, не прислушиваясь к собственному бормотанию, рассеянно что-то шепчу: — Сегодня очень красивое небо… Интересно, успеет ли снег скрыть всю ту кровь, что тянется за нами?.. Сколько прошло времени?.. Нам и правда нужно вернуться? Я не против остаться здесь, если ты останешься со мной…

— Ты не прав… — тихий ответ сопровождается ответными объятьями. — Здесь все мертво, нет ничего красивого… ни единого цвета… Но в гильдии… их очень много… ярких цветов…

— Разве?.. Что-то ничего такого не припомню… Так хочется спать…

— Нужно идти… — отстранившись и поднявшись, сестра протягивает окровавленную бледную ладонь. — Пойдем, брат… Наше задание… завершено…

Подняв взгляд, чтобы взглянуть в темно-зеленые глаза сестры, я не могу удержаться от мыслей, что эта хрупкая девушка пятнадцати лет пугает и завораживает одновременно, еще сильнее чем бесконечно тянущееся в неизвестность небо. Но как звезды не могут прикоснуться к снегу, так и мы с сестрой не можем понять друг друга. Протянув руку и коснувшись холодных пальцев, я вовсе не чувствую, что пропасть между нами сокращается.

— Перед этим… — поднявшись и мимолетно окинув взглядом кровоточащую рану, я осматриваю девушку и замечаю на руках и ногах темные следы, как раз на местах, где она обычно носит амулеты, — …заедем в Рихэйм, нужно забрать заказ. Может, там найдутся амулеты для тебя. Что это?

Опасаясь прикасаться, я лишь указываю на темные отметины. Опустив на них взгляд и выдохнув облачко пара, сестра поясняет все тем же хрипловатым и безразличным голосом, делая небольшие паузы между словами:

— Воздействие магии… Когда разрушается амулет, чистая магия впитывается в кожу и кровь, заставляя тело страдать при взаимодействии… Это касается всей магии, но моя… тебе не стоит знать… подробностей…

Не могу сказать, что не понимаю ее… Мне и самому частенько лень произносить длинные фразы, однако причина затяжной речи этой девушки явно не в лени. Ни я, ни окружающие ее люди, даже те же маги не в силе понять образа мыслей моей сестры…

— Быть магом опаснее, чем я думал… — проговариваю первое что приходит на ум, лишь бы не молчать. — Ладно, для начала вернемся в деревню, если хозяина гостиницы не перепугает наш вид, конечно… Только не говори ему, что это не твоя кровь.

— Почему?..

Безразлично-любопытный взгляд кошки выжигает что-то глубоко внутри. Мы друг друга стоим.

— Просто не говори ничего…

***

Войдя в выданную комнату гостиницы на третьем этаже и закрыв дверь, я отпускаю руку сестры. Полумрак комнаты разрушает догорающая свеча на закрытом окне, две кровати по сторонам комнаты аккуратно заправлены, шкаф в левом углу заставлен книгами, в противоположном углу приютилась скамья. Ничего странного. Я вновь возвращаю внимание сестре.

— Посидишь здесь, пока я не вернусь. У тебя еще есть амулеты?

— Один… думаю, я уже могу его использовать… — задумавшись, девушка склоняет голову к плечу и рассматривает предплечье, с которого едва сошел темный след. — А ты долго?

— Рихэйм довольно крупный город и я даже не знаю сколько времени мы слонялись туда-сюда, выслеживая тех ребят… В общем, мне придется осмотреться, чтобы вспомнить, где именно я заказывал клинки, — пожав плечами, пытаюсь придумать, что сделать, чтобы оставить ее здесь. — До рассвета должен вернуться.

— Точно вернешься?

Вопрос ставит в затруднение. Из-за безразличной речи, мне сложно толком понять, о в каком краю витают мысли и эмоции этой девушки.

Неужели, она хочет сказать, что я способен бросить ее или меня убьют?

— Что… ты имеешь в виду? — решаю уточнить.

— Ты сказал до рассвета, — поясняет она.

— … Ладно, я пошел, не скучай. Скоро мы сможем вернуться в гильдию.

Неловко махнув рукой, я скрываюсь за дверью и облегченно выдыхаю.

Нам обоим уже больше пятнадцати лет, а мы все не можем найти общий язык… Я думаю, только идиот посчитает нас семьей… и конечно же, это целиком моя вина. А может быть и нет.

Перешагнув порог здания и ступив на холодный камень улицы, мне приходится долго оглядываться по сторонам, чтобы наконец привыкнуть к городу и понять, куда нужно идти.

Жители Рихэйма по-прежнему суетятся в потоке жизни, словно не замечая наступившей ночи. Воздух наполнен прохладой, однако снега нигде нет, как и не единого упоминания о времени года. И прохожие не обращают друг на друга внимания, в отличии от меня.

Я так отвык от крупных городов… Да и теперь, когда задание выполнено и больше нет необходимости выискивать беглецов из темной гильдии, меня переполняет чувство легкости и свободы.

Засмотревшись, не замечаю, как передо мной возникает небольшое мохнатое существо. Я едва успеваю отступить назад, чтобы не наступить на лапу. Обиженно глянув вслед, пес бежит дальше по своим делам. На крошечное происшествие никто даже не оглядывается.

Спокойно дойдя до лавки кузнеца, на мгновение чувствую пристальный и холодный взгляд в спину, но обернувшись, никого не замечаю.

Вряд ли это кто-то из прохожих. Таким взглядом смотрит только… нет. Мы не должны были оставить в живых никого.

Удостоверившись, что передо мной лавка знакомого кузнеца, я пару раз стучу во входную дверь и скрываюсь от шумного потока людей. В полумраке помещения я едва ли не наощупь добираюсь до стойки и стучу по давно сломанному фонарю. От жестокого обращения или сильной руки хозяина кристалл немного помялся, но, неровно замерцав, все-таки решает продолжить исполнять свое предназначение.

— Я что, не вовремя?..

Оглядевшись и заприметив кого-то на скамье за стойкой, с непониманием рассматриваю жмурящуюся во сне девочку лет двенадцати. Резко раскрыв глаза и сев, она сонно смотрит на меня снизу-вверх, перед тем как воскликнуть:

— Вы клиент дяди Каэна?!

— Дядя Каэн? Это кто? Кузнец? У меня с именами не очень…

Я говорю мысли вслух раньше, чем осознаю это и закрываю рот. Общением с детьми я себя стараюсь не развлекать, соответственно, подобного опыта у меня почти нет.

— Так и есть!

Прищурившись и всмотревшись в молодое лицо, я все-таки с трудом признаю, что глаза девочки, огненно-красные, напоминают глаза человека, у которого я делал заказ. Сделав вывод, что они родственники, облегчено вздыхаю. Так даже лучше. Не нужно будет выслушивать нотаций, что пропал на кто его знает сколько времени и что прошлый заказ хватило всего на три месяца. Порывшись в карманах плаща и выудив бархатный черный мешочек с оплатой, осторожно оставляю его на стойке.

— Два черных клинка с магическим рунами. Не уверен, когда точно был оставлен заказ, может, даже полгода назад… Это оружие единственное в своем роде, так что…

— Точно! Многие воины подстраивают оружие под себя, но очень редко кто-то из них заказывает нечто необычное, — кивает на мои слова девочка. — Прошу за мной, нам нужно подняться наверх.

— Ага… Значит, клинки готовы?

Последовав за помощницей кузнеца, я то и дело осматриваюсь по сторонам и стараюсь найти опору. Благо кристалл на втором этаже работает исправно. Вот только захламлен этаж еще сильнее чем нижний.

— Вот, на этой полке!

Раскрыв дверцы шкафа, огнеглазый ребенок отходит и позволяет мне самому взять заказ. Узнав черный сверток, я с довольно сильным чувством ностальгии разматываю его и провожу пальцами по темному металлу.

— Дядя Каэн говорил, что если не переусердствовать, хватит на семь месяцев.

Тоненький голосок отвлекает от сковавшего меня чувства. Оглянувшись, я хмурюсь и не могу не усомниться в этом утверждении:

— В прошлый раз твой дядя точно так же сказал. Вот только они сломались на третий месяц.

— Я имею в виду магический заряд оружия! А на прочность… Он должен быть очень прочным и сломать его почти невозможно. Есть только одно оружие, которое мощнее тех, что делаются из этих металлов, но их можно приобрести только в Кеншире.

— А ты можешь рассказать о них подробнее? — прошу, прикрепляя лезвия на руки с помощью креплений и прижимая их к ним.

Девочка с сомнением качает головой.

— Давно-давно один путешественник пришел к кузнецу в Кеншире и заказал странное оружие. Это было что-то среднее между мечом и посохом. И еще он привез ему немного необычного металла… такого никто и никогда не видел. Он был слегка прозрачным, как кристалл, но отливал ярким синим светом. И тогда, когда кузнец сделал оружие, оно оказалось выше всяких похвал! Оно камень резало и все прочие металлы! Когда путешественник вернулся за оружием, кузнец предложил сделку. Он будет делать ему любое оружие, но взамен, странник должен привезти ему еще металла или хотя бы сказать, где его можно достать. Однако обладатель необычного оружия заявил, что этот металл очень редкий и использовать для такого оружия его нельзя. Разве что смешивать с другими металлами и только в этом случае согласился. С того дня в Кеншире стали продавать неимоверно дорогое и отличное оружие.

— Значит, этот металл самые настоящие магические руды в чистом виде, я правильно понял? Чем тогда это оружие отличается от обычного меча с рунами?

— Нет! Ты ничего не понял! — уперев руки в бока, помощница рассерженно смотрит на меня. — Эти мечи делают из магического металла, а не наносят его на обычное железо рунами! Теперь разницу понял? Это все равно, что чистая магия и амулеты!

Выставив перед собой раскрытые ладони, слегка улыбаюсь:

— Понятно. А их можно отличить сразу? По виду?

— Да, наверное… Оно имеет характерный синеватый или фиолетовый блеск. Однако это только в ночное время можно увидеть…

— Вот как. Даже это неплохо… — вспомнив разговор с сестрой, не могу не спросить. — А использование оружия из чистой руды… не опасно? Магию ведь в чистом виде использовать невозможно.

— Неопасно. Я же говорила, руда редкая, поэтому ее смешивают с другими металлами, которые берут на себя весь ущерб.

Значит, почти как амулеты… только количество магии и металла поменялись…

Я облегченно выдыхаю. Прохладный металл на руках добавляет спокойствия. Уже собравшись было покинуть лавочку, я поворачиваюсь к девочке:

— Ах да, чуть не забыл… Месяцев через три я снова приду за этими клинками и в обмен принесу настоящий сапфир прямо из гор Бьясарда. Передай это своему дяде…

— Большое спасибо!

Выйдя на свежий воздух и глубоко вдохнув, осматриваюсь. Вспомнить, с какой стороны я пришел, не получается. Можно попробовать сориентироваться на площади, она как никак центр города, да и с сестрой я там проходил всего час назад. Не может же моя память быть настолько ленивой, чтобы не запомнить гостиницу. Постепенно дорога сменяется на более ровную кладку камня с выгравированным огромным рисунком, понять который способен лишь его создатель. Следом до меня доносится радостный смех людей и журчание воды.

К слову… пока мы направлялись в гостиницу, я не уделил этому внимания, но… в прошлый раз, когда я был в Рихэйме, его здесь не было, не так ли?

Оглядев большой и круглый фонтан со статуей птицы, пытающейся взлететь, я едва сдерживаю вздох отвращения. Только люди могут пойти на такое уродство. Ни в чем не повинной же птице остается лишь смотреть, как ее любимое небо окрашивается в различные оттенки. Приблизившись к каменной бедняжке, я замечаю под слоем журчащей и поблескивающей темно-синим цветом воды серебряные и золотые монеты.

Не могу сказать, что это выглядит красиво. Тем не менее, оторвать взгляд не получается до тех пор, пока откуда-то сбоку ко мне не прилетает золотая монетка. Поймав ее, в следующее мгновение я слышу знакомый тихий смех и мне на шею цепляется лишний груз.

— Так ты все-таки жив! — громкий жизнерадостный голос ударяет по изнеженному тишиной слуху.

— Трудно определиться…

Снова подавив вздох отвращения, я позволяю себе лишь поморщиться.

— По крайней мере, чувство юмора ты не утратил!

— Что ты здесь забыл?..

Отпихнув повиснувшего на мне парня рукой на расстояние метра, я сажусь на край фонтана и пепельноволосый делает то же самое. Сегодня на нем выходная одежда, как и у меня, однако оружие при нем.

И правда… давно его не видел. Даже забыл о существовании такого раздражающего существа. Или, кажется, у него было другое оружие?

— Как же ты холоден со старыми друзьями!

— С каких это пор ты мне другом стал?

Рассмеявшись, парень внезапно опускает голос до шепота:

— На самом деле мне сказали, что ты мертв. В прямом смысле, имею в виду! Я не поверил и решил…

— Избавь от подробностей.

Перебив Дэя и так и не сумев вспомнить название гильдии, в которой он состоит, внезапно замечаю на его запястье странную вещицу. Если быть точнее, серебряный браслет. Ярко-зеленые символы говорят о сильном, но не опасном заклинании. Вроде бы не опасном.

— С каких пор ты носишь амулет?..

Уставившись на пожавшего плечами собеседника, я не замечаю никаких изменений в нем.

— Он тебя заинтересовал? Могу отдать. Получил в награду за какое-то задание, заказчик и слушать не стал, что я не маг. Что будешь с ним делать?

— Сделаю подарок…

— Девушке?! У тебя есть девушка?

Я не успеваю договорить, как Дэй перебивает и цепляется за мои плечи. В розовых глазах плещется море эмоций, от вида которых приходит облегчение. Я не особо хочу иметь столько хлопот со своими чувствами, хорошо, что у меня их немного.

— Нет.

Убрав чужие руки и встав с камня, собираюсь идти, но понимаю, что вряд ли это удастся так легко. Однако общаться с Дэем нет ни сил, ни желания. Повернувшись, я смотрю, как парень встает напротив меня и улыбается своей любимой ухмылкой.

— Я рад, что ты в порядке, — приходит в себя Дэй. — Может, испробуешь свои новые лезвия? У меня тоже новые мечи.

Он заметил…

— У меня нет настроения.

— У тебя его никогда нет, — отмахивается он. — Ты не замечаешь бесчувственные и ленивые нотки в своем голосе? Мы ведь так давно не виделись, а ты ни капли не меняешься.

Вынув из ножен на поясе два меча, Шигима встает в боевую стойку. Мне ничего не остается, как обнажить лезвия на руках и взмахом расправить их.

— Вы только посмотрите, ворон расправил крылья!

— Не называй меня вороном.

Дэй бросается в атаку. Взглянув на его клинки, только сейчас замечаю бледный отсвет рассвета на них и слегка поблескивающий фиолетовый свет. Вильнув с линии удара, я взмахиваю руками и скрываю лезвия.

Вот и оружие из магических кристаллов. Мне хватает одного взгляда, чтобы понять, насколько хрупки лезвия, что я и так только что забрал. А может, меня просто напугали слова маленькой девочки. В любом случае, проверять не хочется.

Дэй недовольно поджимает губы.

— Почему ты не хочешь сразиться со мной? Всегда откладываешь…

Пожав плечами, пробую еще раз уловить цветной свет на металле. Однако от этого меня отвлекает блеск золота со дна воды и множество окружающих взглядов.

— Сражайся, Карасу!

Прыгнув на меня, Дэй вполне серьезно заносит клинки для удара. Отступив и прыгнув на край фонтана, я захожу ему за спину и подставляю подножку. Однако парень все же прорезает полы моего плаща.

— И так тоже не зови. Я же сказал, что не в настроении.

Развернувшись, чувствую, как что-то хватает лодыжку, и я падаю на камень лицом вниз. Звуки со стороны горожан не радуют. Никогда не был любителем привлекать внимание, поэтому и стараюсь избегать людей, похожих на Дэя — излишне энергичных и блистательных. Развернувшись, едва успеваю увернуться. Кончик меча вонзается рядом с виском, а ее хозяин садится сверху, прижимая меня к земле.

— Ты будешь воспринимать меня всерьез!

Вновь занеся второй меч, Дэй внезапно замирает.

Как и все вокруг.

Знакомое ощущение…

Чуть повернув голову и прижав ухо к каменным плитам, отчетливо слышу эхо медленных, уверенных и знакомых шагов. Ее шаги невозможно не узнать. Эта никому непонятная сила накрывает присутствующих холодом и страхом, не исключая меня. Когда такое происходит, сложно предугадать последствия. Зависший надо мной меч дергается, а его хозяин смотрит перед собой с застывшим в глазах страхом. Еще секунда и знакомая рука тянется ко скрытому серебристыми прядями лбу воина.

Просто отлично… по-моему я оглох, потому что даже дыхания окружающих нас людей не слышно.

— Я в порядке… Хватит.

Тоненькая и бледная рука вздрагивает и едко-фиолетовый свет, окружающий ее, гаснет, забирается обратно в амулет. Обратив взгляд вверх, к небу, я внимательно смотрю в пронзительные темно-зеленые глаза, выражающие жгучий холод. Поняв, что опасность минует, Дэй осторожно слезает с меня и отходит как можно дальше. Встав на ноги и отряхнувшись, я достаю браслет из кармана и протягиваю девушке.

— Эх… не хочу говорить это, но без твоей помощи я может быть умер бы… Что ты тут делаешь?

— Ты не вернулся до рассвета, — холодно отвечает сестра, приняв амулет и рассматривая узоры на нем тщательнее, чем я.

— Все хорошо. Теперь можем вернуться.

Сестрица кивает и, обняв за плечи, я разворачиваю ее подальше от наполненных ужасом взглядов людей. Так никто и не решает разрушить молчания. А я стараюсь быстрее покинуть площадь.

Спина девушки слегка расслабляется, а мягкие волосы колышутся на ветру и от этого не приглаженные локоны кажутся еще более растрепанными. Шаг сменяется на мягкую и тихую походку.

— Прости, что пришлось задержаться…

Заметив, что слова остались не услышанными, наклоняюсь к ней ближе. То, что она на голову ниже, всегда умиляло. А то, что она впадает в странное состояние при виде магических вещей, так и вовсе очень мило. Словно ребенку игрушку даешь.

— Интересно?

— Да. Тут две соединенные линии из разных источников. Не могу понять какое заклинание может войти в слияние с чарами сна.

Пристально смотря на браслет, сестра резко взмахивает волосами, отчего приходится отклониться. Затем слегка расстегнув рубашку, цепляет его на левое предплечье.

— Так мы возвращаемся?

— Да. Можем выехать прямо сейчас, только вещи надо забрать из гостиницы…

Протянув мою сумку, девушка указывает куда-то впереди пустынной дороги, наполняющейся светом.

— Я есть хочу… Так как называется город, куда мы поедем?

— Сардэм. Это же самый крупный город…

Хотя на такие незначительные вещи она внимание вряд ли обратит. Пожалуй, это мне напоминает один давно забытый день…

История 2. Черный особняк тайн

Сардэм цветет жизнью даже в окончание зимних холодов.

Белый камень дорог сменяется серой кладкой, образуя узорчатый путь. Деревья, растущие в садах домов, и изредка пробивающаяся на дороге трава создают ощущение спокойствия и мира. Горожане и прохожие выглядят миролюбиво и никуда не спешат, даже животные подстраиваются под общий лад.

Несколько дальше жилого, рыночного, да и всех районов города стоит одинокий особняк в три этажа, с садом, забором и широкой крышей. Вокруг него всегда пустынно, но мрачности это не нагоняет. Разве что вывеска: «Черный мир». Смотря на него, не возникает вообще никакого ощущения.

Раскрыв легкие деревянные двери, мы входим в холл гильдии.

Деревянная стойка у дальней стены пустует, точно так же как и доска с объявлениями и заданиями. С левой стороны расставлены столы и скамьи. Справа уголок для посетителей. Диваны, столик, кресла, бумаги и чернила. Так же кое-где рассажены белые цветы.

— И как это понимать? — задаю вопрос вслух. Обычно здесь царит неразбериха, а тишина настает после нашего появления, а никак не до него. — Где привычный хаос?..

— Ты получаешь от этого удовольствие, брат? — слышу слегка удивленный голос справа.

Конечно эта мысль не раз приходила мне в голову, но предпочтительнее было отбрасывать ее каждый раз.

Двери за нашими спинами приоткрываются, пропуская еще одну душу в скромную компанию. Даже не оборачиваясь можно догадаться, кого предстоит увидеть. Просто со стуком каблуков доски пола царапают когти.

— О, вы?! Вернулись… Как не вовремя…

— Что-то случилось?

Поборов внешнее раздражение, еще больше злюсь от того, что из голоса удалить его не удалось.

— Фестиваль. Ну еще Мастер приходил, задание срочное и все такое… небольшие изменения в коллективе… — отвечает Цукия и его собака рыкает в подтверждение.

— Задание?

Сестра оборачивается, чтобы взглянуть в глаза собеседнику и мне ничего не остается, как проделать то же самое, склоняя голову к плечу.

Самая первая и основная причина раздражения — розовые глаза парня, пусть они и немного бледнее. Уж больно эти двое похожи в любви меня доставать. Радует, что хотя бы волосы у Цукии темно-синие и короче, чем у Дэя. Да и привычка одеваться в деловой стиль у этого парня на противоположную манеру меняется. И если Дэй пристает с «дружбой», то Ёши хочет лишь подраться.

Сейчас по задумчивому взгляду он решает, сказать нам или нет. Я меланхолично опускаю взгляд на его любимца.

Огромный черный пес с жесткой шерстью любит только своего хозяина. Его карие глаза светятся жизнерадостностью, в тон подвязанного на шею куска ткани, что носит и хозяин. Собственно, они достаточно гармонируют. Король одет как и обычно в безрукавную наполовину расстегнутую черную тунику, на поясе толстая цепь, смахивающая на прикрепленную к ошейнику пса и замотанную на его руке, где у него знак гильдии, серые слегка порванные штаны и кожаные коричневые сапоги.

— Говори, — поторапливаю его.

Переведя взгляд на меня, он слегка улыбается:

— Известная личность среди многих гильдий и простых граждан перевелась к нам, поэтому все наши ушли от греха подальше. Как раз полчаса назад Мастер искал… вас, чтобы дать секретное задание. Но учитывая, что вы долго отсутствовали, поручение вызвалась выполнить новенькая.

Нахмурившись, я пытаюсь вспомнить свое единственное такое задание. И передернувшись от воспоминаний, смотрю на девушку. Она выглядит немного потрясенной и огорченной.

— Хотите пойти за ней?

— И где? — со смешком спрашиваю парня, пытаясь представить самоубийцу, согласившуюся на «такое вот секретное задание». На ум не приходит никто, кроме моей сестры.

— Ореховая улица, «Золотой дом».

— Это же…

Адрес вызывает не просто ошеломление.

Даже сестре не давали настолько убийственного задания. Она сильный маг… нет, возможно, именно поэтому. Опасно именно ее туда отправлять, а не наоборот.

— Приятной прогулки, — смеется парень, скрывшись в другой комнате.

Я даже не заметил, когда он прошел мимо. Глянув на девушку, чувствую, как слегка сжимает сердце. Из-за схожести с дикой кошкой, я не могу побороть эту слабость.

— Не переживай. У Мастера, наверное, не было иного выбора. К тому же ты знаешь эту легкомысленность в поведении…

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 72
печатная A5
от 475