электронная
36
печатная A5
318
16+
Потерянная жизнь

Бесплатный фрагмент - Потерянная жизнь

Объем:
152 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-9379-2
электронная
от 36
печатная A5
от 318

ЮЛИЯ ЯШИНА

Потерянная жизнь

Предисловие

Привет, мой дорогой читатель! Спасибо, что нашёл время на моё произведение. Это моя первая книга, ну, по крайней мере, вот в таком виде! Подобающе оформлена и выпущена малюсеньким тиражом. Так что, пока ты читаешь, я где-то очень сильно волнуюсь! — улыбка писателя.

Эта книга замышлялась как подарок отцу на день рождения. Дело в том, что когда в творческом порыве начала писать, я дала прочитать ему ещё тогда сырую, только что написанную, первую главу. Папа очень оценил мой порыв и требовал продолжение. Вот тогда-то я и подумала, что закончу книгу и презентую её в день рождения.

Тогда я думала, что это проще простого. Делов-то! Сочиняешь историю да записываешь, — думала я, — до дня рождения ЦЕЛЫХ четыре месяца! Внимание, спойлер! С момента «итак, первая глава…» до момента получения готовой книги из типографии прошло почти два года!

То музы не было, то времени… За полмесяца до дня рождения я начинала активно писать, тут же понимала, что не успею, и откладывала подарок до следующего праздника. А это был Новый год. Можно было уже не торопиться, ведь впереди теперь ещё полгода. Как ты, наверное, догадался, история повторилась, на Новый год папа получил другой подарок. Ну ничего, значит всё-таки на день рождения, а потом снова на Новый год… И вот теперь Ура! Книга готова, и мой дорогой именинник первый и главный читатель!

В момент создания эта история была сначала научной фантастикой, потом детективом, я даже хотела сделать из неё психологический триллер, но после бесконечных исправлений, вышло, что вышло. Роман!

Ну и, конечно же, минутка благодарности! Во-первых, спасибо моему любимому папе за стимул не просто закончить эту историю, а создать книгу, настоящую книгу! Я невероятно горжусь собой! Спасибо за это чувство!

Но самая большая благодарность моему Владислава Викторовичу! Он очень меня поддерживал, с интересом слушал разные варианты развития сюжета, читал мне вслух каждую законченную главу, чтобы я со стороны услышала что навыдумывала! Комментировал прочитанное со стороны читателя, и кстати, отдельное спасибо, что всегда только хорошо комментировал! Это предавало уверенность и желание писать дальше и больше! Он исправлял всякие грамматические ошибки, которые мой автонабор предательски пропускал! А самое главное, он нарисовал самые чудесные иллюстрации в мире! Спасибо тебе, мой дорогой, за жизнь, которую ты вдохнул в мою первую книгу! Я бы даже сказала — нашу первую книгу! Надеюсь, что не последнюю! У меня родилась одна интересная идея! Но, это уже совсем другая история…

Ну, всё, умолкаю!

Приятного прочтения!

Глава 1

— Том… Том, дорогой!

Мужчина резко открыл глаза и в ужасе сел на смятые простыни.

— Опять страшный сон? — с тревогой произнесла полушёпотом девушка, — Том, я начинаю переживать за тебя, уже третью ночь подряд…

Томас только тяжело вздохнул, провёл ладонями по лицу, вытирая капли холодного пота, почти беззвучно откашлялся и, не обращая внимания на жену, поднялся с постели, чтобы принять душ.

Часы показывали пять утра, когда он вернулся в спальню. Жена тихо спала, укутавшись пледом, на её лице виднелась улыбка. «Счастливая», — подумал Том, чьё сонное настроение было окончательно испорчено.

Следующие несколько часов он провёл в кресле, отчаянно пытаясь вспомнить, что же его так пугает? Он был почти уверен, что видит один и тот же сон, но что в нём? С пробуждением терялось всё… Не единой мысли… Не единого воспоминания…

Сладкий голос любимой жены вернул его из глубин подсознания.

— Милый… Как ты?

— Всё хорошо, Эмма… Не переживай об этом, — он нежно улыбнулся ей и почувствовал как ему и в правду стало легче. Эмма улыбнулась мужу в ответ, и беспокойная ночь, словно растворилась в их памяти.

Она поднялась с постели, накинула халат и распахнула плотные шторы. В комнату хлынул яркий солнечный свет.

— Сегодня прекрасная погода! Я планирую навестить Кейти с малышками, пойдёшь со мной? — спросила Эмма, собирая волосы в хвост.

— Нет, милая, извини. Мне нужно работать, сроки горят, а у меня готово только три статьи. Фрэнк будет в бешенстве!

— Ох, дорогой… Ты совсем измучил себя этой работой, сутками пропадаешь в своём кабинете! И спишь плохо, потому что постоянно напряжён!

Том на секундочку нахмурился, по телу холодком пробежало беспокойство, он уже не думал о своём кошмаре, но слова её будто напомнили ему о сне. Но всё это лишь на секунду. Эмма подошла к нему, обхватила руками за шею и нежным голосом полным надежды продолжила.

— Ну же, Том… Это всего один вечер, дети скучают по своему дядюшке Тому, — она улыбнулась, — а Кейти сегодня готовит воскресное жаркое!

Она знала, как сильно он любит стряпню её сестры.

— М-м-м… Ростбиф, жареный картофель и йоркширский пудинг!! Если я закончу с работой пораньше, я обязательно заеду! — повеселев, пообещал он.

Эмма недоверчиво прищурилась, с лёгкой ухмылкой покачала головой. Он рассмеялся и с рывком двинулся к ней. Она взвизгнула, как игривый трёхлетний ребёнок и пустилась наутёк.

— Том, оставь!! А-а-а!! Нет, пожалуйста! Нет! Ну не надо! — заливаясь смехом, убегала Эмма, отмахиваясь от него подушкой. Поймать её у Тома не составило труда, уже на втором круге по комнате он загнал её в угол, закинул на плечо и повалил на кровать.

— Я очень тебя люблю, моя милая…

— Тогда пойдём со мной в гости.

— Эмма, но работа… Когда я сдам эти чёртовы статьи, мы отправимся с тобой туда, куда пожелаешь! Это будет твой день. Будем делать всё, что захочешь!

— Ох, ну приготовься! — хихикнула она, — Это будет грандиозная прогулка!

Они вместе заправили постель, вместе пошли в душ, вместе приготовили завтрак и вышли на веранду пить кофе. Погода и правда была сказочная, приятно было после нескольких дней дождя ощутить на теле тепло солнечных лучей.

— Томас! — раздался звонкий голос, — Доброе утро! Давно тебя не было видно, как ты?

— Чарли! Здравствуй! Я… — Тома что-то остановило на мгновение, тревожное чувство вновь кольнуло, и опять он подумал о сне. Быстро придя в себя, он продолжил, — Я в порядке! — дружелюбно улыбнулся, — Работаю без продыху…

— Что правда, то правда, — вставила Эмма.

— Ох уж эта работа… — с ноткой отчаянья сказал Чарли, — Ты знаешь, что она отнимает у людей ровно половину их жизни! Удивительно, сколько вещей я бы мог попробовать, если не моя работа! — теперь в голосе Чарли чувствовалось озорство, было видно, как ему хотелось сорваться, прыгнуть в дорожный фургон и объехать полмира в доме на колёсах! Ему не хватало приключений…

— А я всегда думала, что сон занимает полжизни!

Том поёжился. Хотя ему и казалось, что предположение Эммы более логично, он решил не развивать её мысль и продолжил диалог с соседом.

— Не знаю, Чарли, я бы поспорил с тобой! Что бы ты делал, если не работал? На что бы жил, на что бы пробовал вещи, которые хотел попробовать? Работа — это деньги, а деньги — это жизнь!

— Том, ты ещё слишком молод, если так думаешь, жизнь — это не только деньги! Счастье в мелочах, в улыбке любимой жены, в смехе детей, в красоте вокруг, которую видят твои глаза!

— Да, но ведь жену и детей нужно на что-то содержать, и красота вокруг, не сама строится…

В квартире раздался звонок телефона. Эмма тут же поднялась, взяла две уже пустых чашки кофе и вошла внутрь.

Чарли, немного нахмурившись, посмотрел на Тома глазами отца, желающего дать совет.

— Том, посмотри на меня, мне пятьдесят шесть лет, я работал всю жизнь и любил свою работу! Она многое мне дала, но и забрала немало! Сейчас дело не в том, что я призываю тебя не работать, просто я хочу донести до тебя, что работа это не всё, что есть в твоей жизни! Пока ты работаешь, твоя личная жизнь стоит на паузе… — Чарли вдруг рассмеялся, — Мне так говорила моя жена, пока не ушла от меня! Я сутками пропадал на работе, чтобы она была счастлива, тогда я думал, что счастье это большой дом, дорогие украшения и путешествия в места, которые видел только на картинке. Но, так как я постоянно был завален работой, мы так никуда с ней и не съездили. Я жил бесконечными отчётами и бумажками, брал работу на дом, и в итоге это так затянуло меня! Джил жаловалась, что почти не видит меня, я постоянно задерживался на работе, а когда приходил, садился за компьютер и продолжал работать. Часто стал видеть её слезы, потому что мы не гуляли вместе, почти не разговаривали, я перестал смеяться, «глаза мои потухли», как она говорила, я перестал обращать внимание на мелочи, которыми раньше восхищался, мы даже перестали спать с ней, потому что, когда я ложился, она уже спала… Когда мы ругались, я упрекал её в том, что она живёт в розовом мире и не понимает что всё то, что у неё есть, куплено на деньги, которые я с таким трудом приношу в дом. Я не понимал, почему она не ценит того, что я для неё делаю! Я забрал её в большой город, она из Литолбата, ей не приходилось работать, я давал ей всё, дорогие вещи, салоны красоты, я думал, что ей всё мало! Она говорила, что я не понимаю её… Дело не в деньгах, Том, мои деньги не сделали жену счастливой, потому что меня никогда не было рядом. В один прекрасный день я пришёл с работы и обнаружил, что её нет. Она собрала вещи и уехала к матери в Литолбат. Я мог поехать за ней и всё исправить, но не мог тогда оставить работу, намечалась крупная сделка, без меня там было ни как… А потом… а потом работа так захлестнула меня, что я ушёл в неё с головой, я думал о Джил постоянно, но всё же так за ней и не поехал… Она снова вышла замуж, у неё трое детей. Джил двадцать лет счастлива в браке с каким-то архитектором, а я так и не женился! Теперь я на пенсии, живу в доме, который купил за огромные деньги, чтобы встретить в нём старость со своей любимой женой… Послушай старика, Томас! Мне очень жаль твою жену… Жизнь коротка! Нельзя посвящать всю её работе. Живи так, чтобы не остаться в старости в большом красивом доме одному…

В гостиной опять зазвонил телефон.

— Чарли, мне очень жаль, я не знал о твоей жене, но…

— Том!! Подойди к телефону! — не дав ему договорить, позвала Эмма.

Он резко вскочил.

— Извини, Чарли, мне надо идти! До встречи, ещё поговорим, ладно?

Не дожидаясь ответа Чарли, Том хлопнул дверью веранды и схватил трубку.

— Да, Фрэнк, привет!

— Привет–привет, Том! Чего трубку не берёшь? Работаешь, небось, в поте лица, — громко рассмеялся Фрэнк, — Ну… чем порадуешь?

— Фрэнк, у меня готово только три статьи, я был…

— Три!? — Как Том и подозревал, Фрэнк был недоволен, — Три! Том, ты сошёл с ума! Я не знаю, чем ты там занимаешься, но газета выходит уже в четверг!! Я надеялся услыша­ть, что ты закончил работу! Мне плевать, как ты это сделаешь, но материал должен быть готов во вторник!

— Я понимаю, Фрэнк, прости… Во вторник утром все статьи будут у тебя на столе, я обещаю.

— Я надеюсь. Том, серьёзно, что с тобой происходит, ты так радовался этой работе, ещё недавно готовил по десять статей в день, не заставляй меня жалеть о том, что я тебя повысил.

— Фрэнк, я очень благодарен тебе за повышение, я ценю эту работу… Просто последнее время я неважно себя чувствую…

— Том, послушай, ты главный корректор в крупнейшем печатном издательстве Оксбурга, ты получаешь немаленькие деньги за свою работу! Как твой друг, я мог бы посочувствовать твоему состоянию, но как твой бос, я хочу сказать тебе, соберись и сдай мне эти чёртовы статьи! Люди, которые читают нашу газету, будут ждать её в четверг, ты представляешь какое это количество людей? И им всем плевать Том, что у тебя болит голова или тычет нос! Перестань есть, спать, если понадобится, но во вторник в восемь утра я жду от тебя выполненную работу! Если в восемь утра газеты не будет, уже в восемь ноль две ты будешь уволен! Уж поверь, за те деньги, которые я тебе плачу, возле моей двери выстроиться такая очередь желающих занять твоё место, что их будет видно из космоса.

Только Том набрал воздуха и открыл рот, чтобы что-то сказать, в трубке послышались короткие гудки, Фрэнк бросил трубку.

Он тяжело вздохнул и положил телефон. Прикрыл ладонью глаза и потёр нахмуренный лоб. «Перестань есть и спать…»

— Милый, — раздался голос из гостиной, — я уже готова ехать, ты не передумал? Не поедешь со мной?

— Нет, любимая, Фрэнк звонил, придётся работать не покладая рук! Боюсь, я даже не смогу подъехать, не знаю когда освобожусь…

Он вышел на крыльцо, чтобы проводить её.

— Удачи тебе с твоими статьями, у тебя всё получится! Ты лучший работник в Оксбурге, ты знаешь это? — её глаза светились счастьем, казалось, её прекрасное настроение невозможно испортить ничем! Пожалуй, она была самым жизнерадостным человеком, которого Тому доводилось встречать.

— Да уж, как бы лучший работник Оксбурга не стал безработным.

— Милый, не говори ерунды! Фрэнк ни за что тебя не уволит, он не дурак и понимает, что лучше тебя с этой работой никто не справится!

— Эмма, я всего лишь редактирую и правлю уже готовые статьи, проверяю ошибки, вставляю фото и решаю, на какой странице и в каком порядке будут расположены новости в газете, статьи и колонки в журнале! Я не считаю себя незаменимым… Боюсь, Фрэнк прав, любой человек, имеющий хоть какое-то образование, справится с этой работой не хуже меня.

— Томас, сейчас же возьмите себя в руки! — начала Эмма тоном учительницы средних классов. Том улыбнулся и как виноватый школьник опустил голову в пол.

— Да миссис… — паясничал он.

— Том, ты не прав! Ты прекрасно справляешься со своей работой, и не каждый так сможет. Ты очень умный, начитанный мужчина! Ты не просто проверяешь ошибки, ты замечательно правишь статьи, вносишь в них что-то своё, благодаря твоим исправлениям статья становится интересней, мне кажется, у тебя дар! С твоим приходом в «ОК», рейтинги газеты выросли больше чем на миллиард процентов, — она расхохоталась. — А журнал? Я его обожаю! Я горжусь тобой, Том, а ты можешь гордиться своей работой.

Тому нужна была её поддержка, он сразу как-то приободрился и почувствовал, что успеет сдать работу в срок. Дело было за малым, нужно было только начать.

Работа у него была не сложная, но требовала невероятной усидчивости и терпения. Происходило всё так: в течение недели в «ОК», так называлось крупное печатное издание, на которое работал Том, приходили напечатанные журналистами города статьи на различные темы. Печатал «ОК» единственную в Оксбурге еженедельную газету с новостями, объявлениями и всеми событиями минувшей недели, называлась газета «ОК-Ньюс», а ещё печатался свой ежемесячный глянцевый журнал, «ОК-Лайф», чисто женское чтиво. Раз в неделю Том ездил в офис, чтобы сдать готовую работу и забрать накопившуюся. Его работа заключалась в том, что он готовил к печати газету и журнал.

Том поцеловал Эмму на прощание. Два раза хлопнул ладонью по багажнику такси, в которое она села, на удачу, он всегда так делал. Ещё немного постоял на крыльце, пока машина не скрылась за поворотом на соседнюю улицу, и только потом вошёл в дом. Бой часов в гостиной известил о полудне. Том захватил кофейник из кухни и тут же направился в кабинет.

Кабинет его располагался на втором этаже. Это была очень уютная комната с довольно дорогим интерьером. Вся мебель была изготовлена из тёмного дуба. Тому очень нравилось, что кабинет овальной формы. Полы были выстелены массивными, очень широкими дубовыми досками, по правую сторону от двери полукругом до самого окна располагался огромный шкаф с книгами. В самом центре к нему преподала большая приставная лестница. Потолки в кабинете очень высокие, эта часть комнаты походила на библиотеку. Том мог похвастаться тем, что прочёл все эти книги. А ведь здесь их было около двух тысяч. Он и вправду был очень начитан. Комната была темной, на окнах висели плотные бордовые шторы, Том почти никогда их не одёргивал, ему нравилось эта мрачноватость стиля, к тому же он очень любил работать при свете своей настольной лампы, она слабо освещала комнату жёлто-оранжевым светом. По левую сторону от двери был небольшой мини-бар. Здесь у Тома приличная коллекция дорогого виски, вина и рома. Дальше полукругом стоял большой диван с очень красивыми резными ножками и подлокотниками в виде львов. Напротив дивана стоял журнальный столик, он был завален газетами, журналами и старыми вырезками статей. Параллельно двери, рядом с окном, стоял большой дубовый стол с резными ножками, как у дивана, только толщиной эти ножки походили на стволы молодого дерева. С обеих сторон стола было по три полки, которые тоже были забиты бумагой и старыми газетами. Зато на столе у него всегда был порядок. В центре стоял ноутбук, справа большая стопка ещё не прочитанных статей, которые ему предстояло проверить и перепечатать, слева стопка намного меньше, там были статьи уже просмотренные и готовые к печати, на краю стола стояла небольшая лампа с жёлто-оранжевым абажуром. Венчал весь этот образ его трон. Именно на трон было похоже большое кожаное кресло Тома. Оно было тёмно-бардового цвета с очень большим изголовьем и широкими царского вида подлокотниками. Сидел Том лицом к двери.

Он вошёл в кабинет, не торопясь. Шаркающей походкой Том направился сразу к столу. Поставил кофейник по правую руку и, запустив ноутбук, откинулся на спинку кресла…

Глава 2

Он медленно открыл глаза. Перед ним стояла медсестра. Всё тело жутко болело.

— Вам нужно выпить лекарство… — она поставила на прикроватный столик поднос с графином чистой воды и стаканом свежевыжатого апельсинового сока. — Как вы себя чувствуете сегодня?

— Я… я… — простонал он и захлебнулся кашлем, боль пронзила всё тело.

Медсестра достала из халата баночку с таблетками, вытряхнула из неё две голубые пилюли, наполнила пластиковый стакан водой из стеклянного графина и протянула их мужчине.

— Вот, выпейте это, станет легче, — она помогла положить таблетки в рот и, придерживая ему голову, проследила, чтобы парень выпил лекарство.

— Что со мной… Где я… — слабым голосом прохрипел он.

— Вы в больнице. Вашей жизни уже ничего не угрожает, — ласково сказала медсестра. — Ваш врач ответит на все вопросы, а пока…

Он перебил её.

— Где врач…

— Сейчас уже вечер, он уехал домой… Но вы не волнуйтесь, я присматриваю за Вами, я буду здесь всё время, на кровати есть кнопка, если я понадоблюсь, жмите. Мой кабинет сразу за стеной. Вам нельзя сейчас волноваться. Вот, выпейте сок, здесь много витаминов, я сама его готовила, — улыбнулась она, прикладывая ему к губам стакан с подноса.

Мужчина с её помощью осушил стакан, немного поёжился, «кислятина», затем попытался немного приподняться на подушку, и с ужасом осознал, что не может пошевелить руками и не чувствует ног. Он резко побледнел.

— Что со мной!? Боже, что…

— Пожалуйста, успокойтесь! Все хорошо…

Но мужчина не слушал её, он отчаянно пытался пошевелить руками, глазами полными ужаса смотрел на бездвижные ноги под тонким больничным одеялом. Линии на кардиомониторе начали скакать как сумасшедшие. Хрип мужчины перерос в крик, его охватила паника.

— Что происходит! Где врач!? Почему я не могу пошевелиться? Позовите врача!! — он судорожно жал кнопку вызова на своей кровати и совершенно не слышал успокаивающие речи молодой медсестры.

На поднявшийся шум в палату ворвался медбрат.

— Что у тебя тут, Сара?

— Я зашла дать ему лекарство, он пришёл в себя и… он…

— Укол галоперидола, быстро!

Парень кричал и пытался сопротивляться. Мысль о том, что он не чувствует рук и ног, разрывала его душу. Его очень волновало, что он не мог вспомнить был ли инвалидом до того как проснулся в больнице. Как он вообще суда попал? Знают ли близкие где он и что случилось… Потом он поймал себя на мысли, что не знает есть ли у него близкие, что не помнит лицо матери… А самое страшное, не помнит ничего о себе…

Медсестра вколола лекарство, и кардиомонитор показал, что биение сердца его пришло в норму. Мужчина медленно закрыл глаза, он почувствовал усталость, но вместе с тем такую блаженную лёгкость, ему захотелось спать…

Ещё какое-то время он слышал вдалеке размеренное пиканье медтехники и голоса двух врачей: «Как ты думаешь, он когда-нибудь сможет ходить? — Не знаю, Сара…»

Глава 3

«Нет!!», — Том буквально подскочил в своём кресле, его резкий возглас эхом отскочил от стен кабинета. Ноги его сильно затекли, он не сразу понял где находится. Быстрым взглядом окинул кабинет, освещённый тусклым светом лампы, кипу статей и остановил взгляд на включённом ноутбуке. «Неужели заснул… Сколько же я спал? Как же много работы…» Из гостиной слабо послышался бой часов. Том отсчитал четыре удара, «Чёрт!», — ругнулся вслух. Ещё раз смерил взглядом предстоящую работу и придвинулся к столу. Ноги свело страшной судорогой, как будто тысячи иголок разом воткнули ему в стопы и икры. Том ещё раз ругнулся, быстрыми движеньями помассировал ноги, сильно сжав при этом челюсти, он ненавидел эти покалывания. Затем, взял в руки первую бумагу из стопки и начал читать. Заголовок гласил: «Житель Оксбурга напал с топором на собутыльника и пытался скрыться».

Том невольно улыбнулся, он не был жестоким человеком, и где-то в глубине души ему, конечно же, было жаль этого несчастного алкоголика, его заставила улыбнуться вовсе не человеческая жестокость, а то, что в издательство постоянно приходило что-то по-настоящему захватывающее, заставляющее журналистов буквально захлёбываться текстом и наперегонки выливать свои эмоции, ужас и панику на первые полосы газет. Почему-то по статистике именно такие новости в основном поднимают рейтинг газеты. Люди читают это, потом обсуждают, вселяют в себя страх, такие новости заставляют их оглядываться в темных переулках, закрывать двери в дом на три засова и цепочку, с особой осторожностью относиться к людям, стучащихся в их дом, чтобы продать Библию или проверить исправность газовых труб, и они даже не подозревают, что половина таких новостей была просто выдумана журналистами, мечтающими срубить больше денег за сенсацию. Том принялся сортировать статьи. В этой большой кипе бумаг были и новости для газеты, и статьи для журнала. Том раскладывал их в две стопки. В газету он определял убийства, несчастные случаи, затем шли политические новости, потом все финансовые вопросы, биржа, акции, курсы валют, затем несколько страниц с объявлениями, и завершал газету некролог. В журнале печатались кулинарные хитрости, звёздные сплетни, советы в любовных вопросах, тесты на совместимость, гороскоп, который, кстати говоря, составляла Мэри из бухгалтерии, основываясь на жизни и событиях своих друзей и коллег. Ровно в середине две страницы занимал постер какой-нибудь горячей модели с почётным званием «Мисс месяц». Потом небольшие рассказы и стихотворения юных писателей, ну и немного рекламы под занавес. После сортировки предстояло всё это перепечатать и заняться вёрсткой.

Только он отложил в сторону всю криминальную хронику и готов был преступить к заголовку «политика», как его отвлёк звук припаркованного автомобиля перед окном. «Наверное, Эмма уже вернулась».

За окном уже давно было темно. Входная дверь громко хлопнула.

— Том, ты дома? — послышался нежный голос.

Он не отозвался. Ему совсем не хотелось отвлекаться, дело только пошло полным ходом, его так затянуло, казалось, если он встанет, то вновь сесть за работу будет очень непросто, сейчас же он чувствовал такой прилив энергии, это как муза, как второе дыхание.

Но голос в гостиной настойчиво продолжал.

— Том, где ты?

Он, не поднимая головы от ноутбука, одними глазами тяжело посмотрел на дверь в кабинет, она была открыта. Том уже видел на лестнице тень поднимавшийся к нему жены и принялся быстрее стучать по кнопкам ноутбука, чтобы успеть закончить хотя бы ещё один абзац.

— Том, вот ты где! Чего не отзываешься? Совсем не скучал по мне, да? — с притворной грустью Эмма надула губки.

— Милая! — вскочил Том с кресла, — Ты уже дома? Прости, я совсем не слышал, как ты вошла, — соврал он.

— Дорогой, ты всё это время работал? — удивилась Эмма.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 36
печатная A5
от 318