электронная
216
печатная A5
280
16+
ПОМАДА

Бесплатный фрагмент - ПОМАДА

СТИХИ


Объем:
118 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-1691-3
электронная
от 216
печатная A5
от 280

КОГДА ЦВЕТОВ НЕ ПРИНИМАЮТ

Чёрным

Рисовать

Ярче.

Чёрным — чётче,

И видны края.

Чёрным легко

Затушевать

Тучи.

Чёрный — привычка,

За чёрным скрывают

Блестящее Я.

Ксей Бо, 10.08.2018г.

Обнимаешь, целуешь сладко…

На «Здравствуй» откликнись сухо,

И кляни на чём свет стоит!

Моего же коснётся уха:

 «Родной, ты опять небрит!»

Обнимаешь, целуешь сладко,

Так нежна, как ни с кем другим,

Ну а я, проснувшись, украдкой,

По листу вывожу: «Спасибо за то, что любим!»

Слышишь — сердце колотит громко?

Видишь — смотрю на тебя, как в последний раз?

Слышишь… Так грохочут неслышно обломки. И видишь…

Не боюсь свою душу выставлять напоказ.

Обнимаешь, целуешь сладко,

И нежна, как ни с кем другим!

Лишь сон… Наяву — другие порядки —

Четыре стены и я в них один.

Обнимаешь, целуешь сладко…

Мечта

            Хочу, чтобы мне все завидовали,

            Говорили вполголоса обо мне,

            Обсуждали — такого ещё не видывали-

            Столько радости в каждом дне!

Хочу, чтобы мне все завидовали,

             Шёпот скрипучий пусть за спиной,

             Нет, не меня такого не видывали —

             Просто Она идёт рядом со мной.

Для стихов нужна муза и грусть

            Когда-то, оглашая приговор,

            Чуть дрогнул голос…

            Напротив взгляд — немой укор.

            Коснулся лишь твоих волос…

А ныне сам с Судьёй на Вы.

            С растерзанной, ограбленной душой…

            Средь туч и ливней грозовых
Бреду как будто бы… домой.

             У каждого в душе живёт романтик.

             Романтик, циник и поэт.

             Споют ли песнь о дуэлянте,

             Кто роком вызван на ответ?

Незрима будущность и скрыта,

             Лишь кошки знают — не смешно.

             Терпят всё, в их жизни избитой
Ласка лишь тем, с кем им хорошо.

             Один, на сорок замков я запрусь,

             Свет в окнах моих — ночь темна.

             Для стихов есть муза и грусть,

             И грусти подруга — бутылка вина.

             Терпи, мой друг, терпи,

             Терпи, что сам когда-то сеял.

             Терпи и пожинай плоды,

             Терпи — ты, наконец, проверил.

              Вдвоём не стелить постель,

              Не шептать перед сном: «Доброй ночи»,

              Не прижаться друг к другу в метель…

              Бреди, как будто… домой, вдоль обочин.

Для стихов нужна муза и грусть

Когда цветов не принимают

            Цветочный запах не сгорает,

            Его не унесут года,

            И даже кажется когда

            Цветок завял… Не лгу себе — так не бывает.

           Чужую боль не усмотрел,

           Мне безрассудство пело оды,

           Десница рока-вспять взбурлили воды

           И тенью прозябать-един удел.

            В глаголах частых о цветах
Казалось бренным бытие…
Ну а теперь пишу тебе
О них на их же лепестках.

            В ветвях запутаться густых
Во древе жизни-так несложно,

            Но, как на грех, порою ложны

            Сомнений полчища пустых.

           Цветочный запах не сгорает,

           Его не унесут года.

           Я не печалюсь-не беда,

           Беда-когда цветов не принимают.

Проснись

             А ты попробуй уснуть на кровати,

             На своей, без неё — попробуй уснуть!
Не дрожать, не скулить, не стучать зубами — На подушке запах её — не вдохнуть!

Уснуть, а не корчась от боли,

            Безболезненно локти кусать,

            Не стирать с лица капли соли,

            Уснуть — до восхода часы не считать!

Не бросаться, в сердцах: «Ненавижу!»
Знаешь сам — между ними всего лишь шаг!
Собака-то рану залижет —

             А ты перед жизнью наг!

            Осколки посуды на кухне —

            Засыпай, подберёшь потом.

            И назавтра ты будешь не в духе,

            Но посуда здесь не при чём.

            Ты не спишь, а твой Центр Вселенной,

            Ровно дышит и видит сны!
Её день был заполнен кем-то,

             Её в сон провожал не ты.

            Ты узнал — твоя гордость нелепа,

            Все сомненья твои — в пух и прах!

            Чувства её — для тебя не потеха,

            Тебя оседлал её покинувший страх.

            Наслаждайся — ты сам себе волен!
В кабаках твоё счастье? Чего же ты ждёшь?
Ты один, без запретов — теперь то доволен?
Но… Кровать холодна, и ты не уснёшь.

            Без вины виноватых не будет.

            Не было их и вчера.

            Бог, конечно, никого не осудит,

            Но своё ты получишь сполна.

            Отберут тебя половину,

             Разорвут, раскидают в клочья,

             Напишут с тебя печали картину,

            Да и забудут какой-нибудь ночью.

            Но у тебя есть одна причина,

            Знай, вернее её не найдёшь —

            На этой Земле ты — мужчина!

            Если твоё — заберёшь.

Её тайное местечко

         Под небом, цвета печали,

         Под неполной, но яркой луной,

         Берег на себя усадил нечаянно,

         Двух отчаянных, будто слепой.

        Он, незрячий, совсем не знает,

        Не прочувствует, и не поймёт —

        Кто по песку по его гуляет —

        Назавтра сюда уже не придёт.

        Или, вдруг, по велению судеб,

        По наказу высокой Звезды,

        Эти двое навечно будут

        Взаимно любимы, и… Не чужды.

        Этот вечер, до одури пьяный,

        Пьян ни чуточки не от вина,

        Его хмель от бумажных тюльпанов,

        Которым — знать бы — рада ль она?

        По дорожкам по тёмным,

        Меж искусственных, тусклых огней,

       Пройдутся ли двое и взглянут нескромно

       На того, кто рядом, и… жизни важней?

ШАГ НА ПЕРРОН И «ЗДРАВСТВУЙТЕ, СУТКИ!»

Мне снятся сны

Мне снятся сны, я их не ждал

Я грезил ими, но отныне…

Погиб последний идеал —

И не затмят его иные

Погиб, поверженный сомненьем

И думами, и горечью убит!

Может, зависти чьей-то каменья, —

Гордитесь — навеки он спит!

В четыре моря я швырял монеты

В пятом — лишь замёрзла ладонь

Тропы рыхлые водят по свету

Пристанища нет — всюду грязь и крысиная вонь

Мне ревность к счастью прочих неизвестна

Цинично я жду своего, —

Жизнь доселе казалась бы пресной

Но… Тот кофе с утра подгорчил мне её…

Надежда на время, а дни — близнецы!

И негоже их осуждать —

На сердце зажили все былые рубцы,

А с крайним никак не могу совладать…

Мне снятся сны. Да — я их ждал!

Я грежу ими и поныне!

Всё так же жив последний идеал,

И не затмят его иные.

Обещанное

Этой чёртовой дюжиной снов

Каждый день, с издёвкою, ночь

Объявляет, что я не готов

От тебя меня гонит прочь.

Гонит прочь, а я не спешу,

Мне нет дела до темноты —

Пусть ослеп и совсем не дышу —

Её мрак мне претит, ну а ты…

Ты сияньем высокой звезды

Указала искомый мной путь,

И, в дорогу собравшись, взяв в руки узды

Я пришпорил коня, чтоб скорее рвануть!

Серость глаз мне твоих не страшна,

Вижу в них лишь усталый укор…

Но и ты когда — то грешна!

И гнетёт наш немой разговор…

У ворот твоих чуть задержусь

Да и сплюну постылую блажь!

Не томи, отворяй, и скажи: «Не сержусь!»

 Нас давно уже ждёт мой… райский… шалаш…

Н

А я боюсь… И пусть звучит не по-мужски,

Но я боюсь

Проснуться утром — а тебя нет рядом!

И не любить, с улыбкой, взглядом

Твой сон, безвольно сжавшись от тоски…

А я боюсь… И пусть звучит не по-мужски,

Но я боюсь,

Раздёрнув шторы, не услышать

Твой шёпот и невиннейшую прихоть

И не коснуться вновь твоей руки…

Стараться тише скрипнуть дверью,

Стараться свет зажечь тусклей —

Без этого всего, любимая, поверь мне,

Погаснет наша тысяча свечей!

Всё дальше утро, день, наступит вечер,

За ним — не вдруг, а снова мгла…

Мне без тебя укрыться нечем,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 216
печатная A5
от 280