электронная
144
печатная A5
426
16+
Покидающие Эдем. Мелинда, Принцесса фей

Бесплатный фрагмент - Покидающие Эдем. Мелинда, Принцесса фей

Книга первая

Объем:
260 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4474-0621-9
электронная
от 144
печатная A5
от 426

Пролог

Эта история записана Аргусом, Хранителем книг Эдема, со слов Перегринов, тех, кто, покинув Эдем, осмелились выйти за ворота, охраняемые ангелом с огненным мечом, и отправились в мир, где опасности поджидают на каждом шагу. Они прошли долгий и трудный путь, чтобы вернуть людям прежнюю жизнь, и я постарался не потерять ни единого слова из того, что мне посчастливилось услышать.

Аргус, Хранитель книг.

Глава 1.
Лекция Мелинды

Было раннее утро. Восходящее солнце золотило макушки домов-деревьев, и его лучи танцевали на нежно-зеленой, вечно весенней траве Южного Эдема. В воздухе словно застыл аромат растущих повсюду цветов, чья необычайная красота поразила бы любого, кто увидел ее впервые, так же как и пение птиц, мелодичными трелями разливающееся в воздухе.

Для жителей же Эдема все это давно стало привычным, а потому потеряло свою первоначальную привлекательность, поблекло, слилось с обыденностью светлых солнечных дней, похожих один на другой.

Мелинда спустилась со ступенек дворца Королевы фей, самого большого дерева в этой местности. Жители Эдема строили свои жилища в кронах раскидистых деревьев, причем было это настолько удобно и естественно, как будто сама природа предназначила лесным великанам эту роль. Их ветви переплетались, образуя стены, потолки, оставляя проемы для окон и дверей, а выросты коры создавали удобные широкие ступеньки лестниц.

Здесь все было продумано ровно настолько, чтобы человеку не пришлось беспокоиться о собственном благоденствии. Благоденствие было повсюду, и делать что-либо, тем более работать, для его достижения не требовалось. Не нужно бороться с проблемами, справляться с болезнями. Здесь они не существовали.

Здесь был Рай.

Мелинда радостно улыбнулась новому дню и пошла по тропинке, просто вперед, прочь из города, туда, где начинался райский сад.

Она побежала, улыбаясь, не в силах сдержать своего счастья, что-то радостно крикнула и бежала долго-долго, широко раскинув руки, словно собираясь обнять весь мир, а потом, опустившись под сенью цветущего апельсинового дерева, упала на шелковистую траву и запела песню, которую нередко слышала от своей бабушки Сельмы, Королевы фей. Сельмы, повелительницы Эдема. Это была одна из песен, сложенных еще в Прежнем мире. Ее любимая песня. В ней говорилось о возвращении домой.

— Что такое этот «Дом»? — спрашивала Мелинда, когда слышала песню, и бабушка говорила, объясняя:

— Посмотри: это дерево, наш дворец, и есть дом. Это — стены, это — двери, это — пол. Все вместе это и называется «дом». Но Мелинде почему-то казалось, что в этом слове скрыто что-то еще, что-то, чего она не понимала. И это что-то обладало невероятной силой и странной притягательностью, заставляя возвращаться в дом снова и снова. И девушка повторяла это слово, пытаясь понять его истинное значение. Поэтому обычно она пела именно о доме.

Сегодня был самый важный, самый лучший день в жизни Мелинды, по крайней мере, в сравнении с предыдущими, похожими один на другой. Сегодня она впервые читала лекцию в школе! Мелинда постоянно вела уроки, передавая детям знания о Прежнем мире, полученные ею от Сельмы. Но сейчас все было совсем по-другому! Сегодня была настоящая лекция, более того, в этот день Мелинда откроет жителям Эдема тайну, которую сама узнала только несколько дней назад! Тайну о том, почему же Сельма Королева фей, сохранила память о прежней жизни, и о том, каким образом ей удалось оказаться в Эдеме! Столько лет просила она бабушку рассказать ей эту историю, но та все отмалчивалась, боялась. Боялась, что Мелинда, и так слишком много размышлявшая о Прежнем мире, окончательно уйдет в себя, погрузится в стертые воспоминания и перестанет воспринимать реальность. Превратится в тень. Сельма и сама почему-то мечтала о прошлом. Но жизнь есть жизнь. Их жизнь проходит не где-нибудь, а в раю! Наверное, нужно благодарить Бога и забыть о Прежнем мире, в котором было, если задуматься, мало хорошего. Там было трудно. Было больно. Было грустно. Сейчас все не так. Здесь лучше. Нужно принять реальность такой, какой она стала. Все равно ничего не изменить.

Но Мелинда проявила настойчивость, и вот теперь, наконец-то, она знала историю своей бабушки и собиралась поведать ее людям!

Девушка снова восторженно улыбнулась. Прежний мир! Она ничего не помнит о нем. Она не помнит своих родителей. Свой возраст. Сколько ей? Двадцать один? Двадцать два? Здесь в Эдеме время остановилось. Никто не старел и не умирал. Сколько это все длится, как долго уже живут они в райском саду? Ответа на этот вопрос не мог дать никто. И все-таки, мысли о прошлом притягивали Мелинду. Она чувствовала, что в этом — ее отличие от других обитателей Эдема. Те были довольны жизнью. Лишь в некоторых из них прослеживались черты прежних людей. Обычно такие люди покидали Эдем. Некоторые возвращались обратно, некоторые погибали во внешнем мире. Они ходили в близлежащий лес, посещали Оракула, на что отваживались лишь самые смелые. Но Мелинда чувствовала, что все это не то, совсем не то, что хотела бы сделать она! Но что именно? Какие-то смутные мысли кружились в ее сознании, и ни одну из них она не могла поймать. Может, поэтому так хотела она услышать историю своей бабушки в надежде найти ключ к своим желаниям, ключ к будущему, хотя какое может быть будущее, если время остановилось?

Мелинда вздохнула.

По крайней мере, было и еще кое-что, отличавшее ее от других жителей Эдема и даже от бабушки Сельмы. Она научилась любить. Она и раньше слышала о любви от Королевы фей, читала истории, записанные с ее слов, истории о любви в Прежнем мире. Она верила в нее, она ждала ее. И хотя в Эдеме все было спокойным и прекрасным, идеальным и равнодушным, любовь не могла не откликнуться на столь горячий призыв и пробилась к ней, пробилась из внешнего мира сквозь стену из драгоценных камней, окружающую Эдем, и поселилась в сердце девушки.

Предметом ее любви стал Альдо, высокий молодой человек, с глазами такими же синими как у нее самой, может быть, чуть темнее, с такими же русыми волосами, ее ровесник. Наверное, ровесник…

Почему именно он? Мелинда часто задумывалась над этим. Конечно же, дело не в глазах. Хотя, и в них тоже. Во всем его облике было нечто, отличающее его от других жителей Эдема, какая-то странная сила, способная, как казалось девушке, разрушить даже стену из драгоценных камней. Сила Прежнего мира. Только сам Альдо, похоже, побаивался этой удивительной энергии, он старался не замечать ее. Он был таким же, как все. Он стремился быть таким, как все.

Альдо не выходил за ворота, охраняемые ангелом с огненным мечом. Он не упоминал слов «Прежняя жизнь», «Прежний мир» и, конечно, не помышлял о любви. Он был спокойным, равнодушным, как и все здесь. Его поведение ничем не отличалось от поведения других сверстников, среди которых он пользовался уважением и мог по праву считаться некоронованным королем Эдемской молодежи.

Мелинда вздохнула. Она-то была коронованной принцессой. Она мечтала о Прежнем мире. Поэтому молодые люди избегали ее. У нее совсем не было друзей. Ее уважали, ей симпатизировали, но никто не искал ее дружбы.

Было и еще одно обстоятельство, удерживающее от дружбы с Мелиндой. Она слишком уж много времени проводила в обществе детей. Дети любили ее, а она любила их. Она вела уроки в школе, отвечала на вопросы учеников и проводила с ними большую часть дня.

Бабушка говорила, что в Прежнем мире каждая девушка могла бы стать матерью! — подумала Мелинда, срывая ветку с белоснежным цветком апельсинового дерева и вдыхая его тонкий аромат. — Какое бы это было счастье!

В Эдеме не появлялись новые дети, следовательно, не было и матерей. По странной случайности, родственные связи сохранились при переходе из Прежнего мира. Каждый помнил, что это — его отец, это — мать, это — брат…

То были единственные воспоминания о прошлом. Сельма говорила, это потому, что родственная связь — главное в жизни человека.

— Семья, вот что имеет значение! — любила повторять она.

Но в Эдеме и родственные связи стали просто пустой формальностью. Люди из одной семьи жили вместе, строили одно жилище, заботились друг о друге, но в их отношениях не было привязанности и теплоты, свойственных семьям Прежнего мира. Здесь все хорошо относились друг к другу, здесь не было вражды и ненависти, но никто никого не любил. Редко в каких семьях сохранялись, действительно, родственные отношения. Такой была семья Альдо. Такой была и ее собственная семья, состоявшая из нее да бабушки Сельмы, Королевы фей.

— А ведь как здорово было бы, если бы и она могла бы стать матерью! — мечтала Мелинда.

Она хотела бы иметь сына, и чтобы ее сын был похож на Марти — маленького брата Альдо, ее любимого ученика. Да, он не самый послушный мальчик, но он добрый и, кажется, в его сердце тоже сохранилась какая-то часть Прежнего мира. Он любил брата, да и ее, Мелинду. И в сердце Альдо есть часть прошлого, она была уверена в этом! Почему же он так старательно пытается скрывать ее?

Мелинда прислушалась. До ее ушей долетел крик попугая с главной площади, извещавшего о том, что пробило девять часов. Пробило — старое выражение, оно употреблялось за неимением другого. Время в Эдеме измеряли попугаи, они же и сообщали его жителям. Других часов не было.

Мелинда поднялась. Через час у нее урок. Придет много народу, не только дети, а почти весь Южный Эдем соберется послушать ее! Нужно еще раз повторить свой рассказ…

Она направилась в северную часть города по идеально ровной дорожке, которую никогда не требовалось ремонтировать, туда, где располагалась школа, бормоча про себя историю, которую собиралась рассказать.

Только бы не забыть ничего, только бы не забыть… — думала Мелинда, в это мгновение она подняла глаза и мгновенно забыла все, о чем собиралась рассказать. Ей навстречу шел Альдо. Он на ходу застегивал рубашку и куда-то очень торопился. Ну почему они все время встречаются не вовремя!

— Привет! — улыбнулась ему Мелинда своей самой нежной улыбкой.

Она не хотела задерживать его, но почему-то остановилась.

— Привет! — ответил он.

Он не хотел останавливаться, но был вынужден последовать ее примеру.

— У меня сегодня лекция, — продолжила она, — Я буду рассказывать то, что узнала от Сельмы. Придешь послушать?

В ее глазах вспыхнула надежда, но Альдо отрицательно покачал головой.

— Почему? — снова спросила она, — Будет интересно, честное слово! Придет почти весь Южный Эдем!

— Мы с друзьями собирались отправиться к Реке-Границе купаться, так что не могу, — ответил он и опустил глаза, чувствуя себя смущенным. Ее присутствие всегда смущало его. В Мелинде было что-то недоступное, непонятное, что-то, выделявшее ее среди остальных. Как если бы перед ним стояла сама Истина. Та, перед которой чувствуешь себя ничтожным и за это так злишься на нее. Та, в чьих глазах страшно показаться недостойным. Та, которая словно возникла из несуществующей памяти о прошлом.

Поэтому он опустил глаза.

— Это ведь не причина, да? — спросила Мелинда, всегда удивлявшая людей своей откровенностью. — Мне кажется, тебя интересует Прежний мир! Именно тебя. Так почему же ты не хочешь узнать о нем побольше?

— Меня совершенно не интересует Прежний мир, — Альдо начинал сердиться, — Он интересует только вашу королевскую семью.

— И тебя, — настаивала Мелинда. — Я уверена! Ты что, боишься его? Боишься прежней жизни?

Ничего я не боюсь! — возмутился он, и в его глазах сверкнули голубые искорки ярости. Человек увидевший их однажды словно терял опору, в его душе просыпался страх, а в сердце вдруг возникал леденящий холод. Никто кроме Альдо не умел так злиться. Здесь никто вообще не умел злиться. Да, у нее был непослушный ученик, хулиган Витто по кличке Марабу, отчаянный и бесшабашный мальчик, способный нарушить любые правила. Но неправильным было лишь его поведение. В душе его не было ничего, что могло бы испугать. Поведение же Альдо, напротив, безупречно. Он был настоящим жителем Эдема. Что до его души… Почему так страшно бывает увидеть ярость в его глазах?

Мелинда вздохнула, кажется, она перегнула палку.

— Хорошо, как хочешь. Но это, действительно, интересная история.

Кивнув на прощание, Альдо продолжил свой путь.

Почему он проводит большую часть времени со своими друзьями, думала Мелинда. Ведь они разные люди, он совсем другой, она чувствовала это! А может, ей просто кажется? Может быть, она сама придумала все это, потому что любит его, и ее любовь окружила избранника ореолом необычности, некоторого героизма, что ли? Вдруг он, и правда, такой же, как все?

Вздохнув, будучи не в силах разрешить эту загадку, Мелинда принялась по кускам собирать обрывки своей лекции, перемешавшиеся в голове, и направилась к школе.

У школы ее встречала толпа слушателей, раздались аплодисменты, и девушка смущенно улыбнулась. В этой толпе она различила свою бабушку, занявшую почетное место в центре зала, и хранителя книг, Аргуса, уже приготовившего перо и стопку листов, чтобы записывать лекцию. Ее история попадет в Хранилище книг, самое святое место в Эдеме! Даже не верится! Она увидела и своего любимца, Марти, и его подружку, дальнюю родственницу Мелинды, Эрин, высокую девочку с собранными в хвостик каштановыми волосами и большими синими глазами. Они помахали Мелинде и снова пустились в бурные обсуждения предстоящей лекции. Мелинда грустно улыбнулась. Марти был единственным человеком в Эдеме, который дружил с девочкой. Они были настоящими друзьями, им можно позавидовать. Почему же его брат не может дружить с Принцессой фей, они бы понимали друг друга, им было бы хорошо вместе!

Чья-то рука набросила мантию ей на плечи, что вывело девушку из задумчивости; в зале, точнее на большой зеленой поляне, окруженной живой изгородью и служившей лекционным залом, воцарилась тишина, когда на трибуну, сделанную из переплетенных ветвями лиан врытых в землю кольев, поднялся профессор Стофф, директор школы.

— Уважаемые собравшиеся! Мы рады приветствовать вас на этой поляне! — обратился он к присутствующим, — И если вы готовы, то мы начинаем. Напоминаю вам, что сегодня перед вами выступит Мелинда, Принцесса фей, которая расскажет удивительную историю. И как вы уже знаете, сегодня будет раскрыта тайна, которая будоражила умы ученых Эдема и простых жителей долгие годы! (аплодисменты) Это тайна нашей королевы Сельмы. (Сельма наклоняет голову, приветствуя собравшихся) Как вам всем известно, Сельма, Королева фей, единственная среди нас, кто полностью сохранил память. Благодаря ей, мы можем оглядываться на свою прежнюю жизнь и продолжать деятельность предков, не опускаясь к истокам первобытности. В Прежнем мире было и хорошее, и плохое. Там было много зла, которое, слава Богу, мы оставили в прошлом. Но помнить о нем надо. И сейчас вы узнаете историю Сельмы и то, как пришла к нам наша королева, как оказалась она здесь, в райском саду Эдема. Итак, мы начинаем!

Снова раздались громкие аплодисменты, директор спустился с помоста, и его место заняла смущенная Мелинда. Над правым плечом девушки в воздухе парила Флора, личная фея, держа в руках листок с кратким содержанием ее рассказа и палочку со светящимся концом, которой можно делать записи. У каждого жителя Эдема была личная фея, и их имена по приказу Сельмы начинались на букву «Ф».

Мелинде повезло с феей, Флора стала ее настоящей помощницей, она была сообразительна и отличалась ответственностью и исполнительностью, собственно, это как раз то, чего требовала роль феи.

— Сегодня я хочу рассказать вам историю о Сельме, Королеве фей, — начала Мелинда. — Я долго готовилась к этому дню, долго ждала его, и вот, наконец, он наступил. Но сначала, позвольте вам напомнить общую картину жизни до и после конца света. Конечно, большинство из присутствующих знает то, о чем я сейчас собираюсь сказать, но, возможно, здесь есть те, для кого эти сведения будут новыми. Это важно. Поэтому я не боюсь повториться. Итак, все, что мы знаем, мы знаем от Сельмы и из книг, которые также записаны с ее слов. Что же именно мы знаем? Существовал мир. Он не был похож на тот мир, в котором живем мы сейчас. Это был разумный упорядоченный мир, и большинство событий, происходящих в нем, было изучено людьми и укладывалось в его научную картину. Люди познали явления природы, свойства минералов, подчинили себе окружающую среду. Они знали законы движения энергии, создавали города, машины, прекрасные произведения искусства. Однако, несмотря на высокий уровень развития, достигнутый нашими предками, в Прежнем мире происходили, подчас, ужасные вещи. Там царили зло и насилие, жестокость и несправедливость порой одерживали победу. Случались войны, когда тысячи людей шли убивать друг друга. Мир находился в постоянном развитии, и ничто не предвещало его конца. Кроме того, следует отметить роль, которая принадлежала научно-техническому прогрессу. Прогресс захватил умы и сердца людей, постепенно он начал управлять их жизнью. Одним из изобретений, изменивших жизни людей, стала электроника, появились компьютеры, подобные искусственно созданному мозгу, которые затем были объединены в одну большую сеть, называемую глобальной. Как паутина она окутывала планету, соединяя людей, она привлекала все больше внимания, все большая часть жизни сосредотачивалась вокруг нее. Возник так называемый виртуальный мир, мир информации, мир чисел и знаков, он начал вторгаться в обычную жизнь. И в один день пришел конец света. Никто не знает, как именно это произошло, Сельма иногда говорит, что терпению Бога пришел конец. И в этот день произошло три важнейших события в истории человечества. Я хочу выделить их отдельно.

Первое — жизнь в Прежнем мире остановилась. Там не осталось никого.

Второе — разорвалась сеть, и виртуальный мир, огромная энергия, скопившаяся в сети, выполз наружу, смешавшись с реальностью так, что теперь уже трудно отделить их друг от друга. Так образовалось Междумирье, окружающее Эдем. Его населяют фантастические существа, которых не было в Прежнем мире. Они произошли в результате смешения реальности с человеческими фантазиями, наводнившими сеть.

И третье — большая часть людей оказалась в Эдеме. Снова, как и во времена первых праотцев. Я бы сказала, что все люди оказались в Эдеме, но это не так. От людей, выходивших за ворота, мы знаем, что и в Междумирье живут люди. Там же остались почти все животные. Обратите внимание, в Эдеме почти нет прежних животных. Только птицы представлены здесь достаточно широко.

Таким образом, картина сегодняшней Вселенной такова:

Существует Эдем, разделенный Рекой-Границей на две части, Южную и Северную. Он отделен от внешнего мира стеной из драгоценных камней. Здесь спокойно, здесь царит добро, и мы все в безопасности. За стеной находится Междумирье, огромное пространство, состоящее из сотен различных земель, в нем есть и пустыни, и горы, и моря, и реки, и леса. Там живут люди и мифические создания. Где-то сохранилась сеть. Она не работает больше, но и там существует свой, другой мир. Говорят, что есть и параллельные измерения, те, попасть в которые можно, лишь миновав особые ворота, где пересекаются различные пространства.

Но мы не можем знать этого наверняка. Все, что есть у нас — это Эдем и тот внешний мир, который мы бы увидели, если бы вышли за ворота. Но вряд ли мы сделаем это, потому что наша жизнь проходит здесь. Мы живем в раю, где не нужно бороться с опасностями, на каждом шагу подстерегающими нас в Междумирье.

А теперь я хочу исправить небольшую ошибку, которую сознательно сделала только что. Я сказала, что в Прежнем мире не осталось никого. Это не правильно.

Там осталась моя бабушка. Сельма. Королева Фей.

Мелинда замолчала и подняла глаза. В зале царило молчание, все взгляды устремились на нее. Она заметила улыбку на губах Сельмы и еще к своему удивлению увидела, что Марти с Эрин, подобно Аргусу, усердно записывали ее рассказ, только карандаши мелькали!

— Зачем они это делают? — удивилась Мелинда. — С Эрин все понятно, она интересуется Прежним миром, книгами, к тому же явно хочет блеснуть потом на уроке. Но Марти?

— Итак, я продолжу, — сказала Мелинда. — Все, что я сказала до этого, было известно вам. А сейчас — главная часть моей истории.


История Сельмы, Королевы фей.


Сельма открыла глаза и взглянула на часы. Восемь утра. Сейчас они придут. Сельма улыбнулась и потянулась на своей кровати, глядя в потолок. Это был день ее шестидесятилетия. Из года в год, ровно в восемь пятнадцать, дочь Марианна и внучка Мелинда приходили в ее комнату с подарками, чтобы поздравить. Раньше приходил еще и зять, но с тех пор как два года назад он оставил семью, они жили втроем в чисто женской компании. Может быть, скоро Мелинда выйдет замуж, и тогда в их доме снова появится мужчина. Хотя пока этого вроде бы ничто не предвещало, девушка еще не встретила своего избранника. Да ей и нелегко будет найти того, кто достоин ее! В отличие от самой Сельмы и ее дочери, имевших неприметную внешность, девочка выросла очень красивой — стройная с густой копной длинных темно-русых волос, с правильными чертами лица — высокими скулами, маленьким носиком и большими несколько кошачьими темно-голубыми глазами, — она могла побороться за титул самой красивой девушки если не в городе, то хотя бы в районе.

— И румянец у нее такой нежный, — думала Сельма, — Не то, что у меня в молодости! Дай ей Бог счастья, которого не было ни в моей жизни, ни у ее матери! Только боюсь, и она будет несчастливой, слишком уж ранимая, слишком уж принимает все близко к сердцу. Ей бы в раю жить или под стеклянным колпаком!

Сельма снова взглянула на часы. Ну вот. Восемь пятнадцать. Она вчера специально проверила часы, так что они шли точно. И где же поздравляющие? Где подарки? Где пожелания? Никогда раньше они не опаздывали!

Сельма вздохнула, снова укрылась одеялом и закрыла глаза.

Прошло еще десять минут. Пятнадцать. Двадцать.

Сельма прислушалась. В доме стояла странная, почти нереальная тишина. Сельма встала с кровати. Это было уже слишком! И хоть гордость не позволяла ей самой напрашиваться на поздравления, она накинула халат и вышла из комнаты. Сельма прошла по квартире, но, к своему величайшему изумлению, не обнаружила ни дочери, ни внучки, ни даже записки!

— Что происходит, куда они подевались? — изумилась она. — Вчера все было в порядке, они собирались поздравить меня, как и обычно, а сегодня вдруг исчезли! Если бы что-то случилось, они бы разбудили меня! Значит, просто ушли, но как же так?!

Удивленная, Сельма прошла на кухню, отрезала себе кусок хлеба, намазала его джемом и приготовила чай, залив пакетик водой из все еще горячего чайника.

Чайник горячий, значит, они ушли недавно, — подумала она. — А! Наверное, что-то случилось с подарком, и они побежали его менять!

Успокоившись, Сельма решила посмотреть телевизор в ожидании поздравлений. Она даже придумала фразу, которую скажет им, когда ее девочки войдут в комнату:

— Ну, наконец-то, а то я уж, было, совсем отчаялась!

Она опустилась на стул и щелкнула пультом. Безрезультатно. Сельма попробовала еще и еще. Телевизор не работал.

— Отлично! Только этого не хватало! Сельма поднялась, открыла дверцу холодильника и увидела, что и здесь не горит свет.

— Ну и денек! Называется юбилей! — возмутилась она. — Девочки куда-то убежали, света нет, даже телевизор не посмотришь!

Она вышла на балкон и замерла, пораженная удивительной тишиной. На дороге не было ни одного человека. Ни одной машины. Вроде бы уже почти девять. Обычно люди идут на работу, гуляют с собаками. Да, действительно, странный денек! Жизнь словно остановилась. Как если бы весь мир вдруг заснул! Еще несколько минут Сельма послушала тишину, нарушаемую только тиканьем ее часиков, и снова вернулась в кухню. Она выпила еще чашечку чая и принялась ждать. Но тишина не исчезла. Ничто не нарушало ее одиночества.

— Ладно! — не выдержала, наконец, Сельма. — Надо хотя бы позвонить, спросить, когда дадут электричество, и узнать, что случилось! Может, авария какая-нибудь.

Сельма вышла в коридор, сняла белую трубку телефона и поднесла ее к уху.

В трубке была тишина.

Сельма пошевелила провод и снова поднесла к уху.

Трубка молчала. Сигнала не было.

И вслушиваясь в эту жуткую тишину немой телефонной трубки, Сельма почувствовала, что ей становится страшно, так страшно, как не было никогда в жизни, этот страх был вызван странным ощущением, которое постепенно превратилось в уверенность, что произошло что-то ужасное, что-то, чего не случалось раньше, что-то, чего нельзя изменить.

Трубка молчала.

Сельма испуганно бросила ее, как отбросила бы ядовитую змею, кинулась в комнату и с несвойственной возрасту поспешностью натянула платье, накинула плащ, провела по волосам расческой и выскочила из дома.

Она быстро шла по пустой улице.

По улице, на которой не было ни одного человека.

Она подошла к телефонному автомату, сняла трубку и вставила карточку.

Сигнала не последовало.

Испуганная, Сельма перешла дорогу и, толкнув стеклянную дверь, вошла в супермаркет на углу, тот, что работал двадцать четыре часа в сутки.

Там не было ни одного покупателя. Но гораздо удивительнее то, что там не было ни одного продавца! Ни одного охранника! Ни души…

Так ведь каждый может войти и взять что угодно! — подумала она и, пройдя через турникет, взяла бутылку воды и вышла обратно, разумеется, не заплатив. Но никакой реакции не последовало.

Сельма села в машину и направилась в центр города.

На пути ей не встретились другие автомобили. Она ехала одна по совершенно свободной дороге. Она вспомнила, как мечтала об этом, попадая по вечерам в пробки, а навстречу ей попадались открытые двери пустых магазинов, банков, в которых никто не охранял находившиеся там деньги, ставшие в одно мгновение ненужными.

Глядя на царившую вокруг пустоту, Сельма постепенно начинала понимать истину. Истину, казавшуюся настолько нереальной, настолько неправдоподобной, что сознание отказывалось воспринимать ее.

Она была одна. Она одна осталась в мире, который покинула жизнь. Люди исчезли, и сейчас все, что накопило человечество за долгие тысячелетия становления цивилизации, принадлежало ей! Все сокровища, вся роскошь, все то, что считалось собственностью государства и других государств. Ей одной. Она стала хозяйкой этого мира. Она могла делать все, что ей заблагорассудится. Но эта мысль не принесла радости, она не смогла прогнать ужаса, разорвать оцепенение, охватившее ее. Что же она будет делать теперь? Как сможет жить одна? И где ее девочки, что случилось с ними?!

Вокруг — ни малейших следов катастрофы, все было в целости и сохранности! Так где же люди? Словно ворота Бермудского треугольника распахнулись для них, оставив лишь ее одну!

Вот так подарочек на день рождения! Почему именно она? И главное: что делать? Зачем ей нужна эта одинокая жизнь? Сельма вздохнула. Ни птицы, ни кошки, ни собаки… даже животные исчезли куда-то! Что осталось? Лишь время. Сельма взглянула на тикающие часы. Они да она сама, вот все, что еще живет. Остальное замерло.

Исходя из своего прошлого опыта, а жизнь Сельмы была бурной, в ней случались и опасности, и несчастья, женщина знала, что сейчас она не сможет принять решения. Ей нужно успокоиться. Нужно осознать. А значит пока нужно заняться чем-нибудь.

Она остановила машину, вошла в магазин, набрала в корзинку самой вкусной еды, потом в следующем отделе взяла небольшой проигрыватель, батарейки, несколько дисков со своей любимой музыкой и направилась к машине.

— Постойте, а что это я поеду на этой колымаге! — подумала она. Рядом стояла машина. Новенький «Ягуар», дорогая модель, и машина не была заперта. Сельма бросила корзинку на заднее сиденье, села за руль и направилась в парк. Там она, словно протестуя против случившегося, поставила машину прямо на газон, включила музыку и опустилась на траву. Она налила себе в пластиковый стаканчик вина, громко сказала: «С днем рождения, Сельма, счастья тебе!» Выпила, потом откусила кусочек печенья и задумалась.

За бутылкой с вином последовал коньяк, и через час Сельме показалось, что на мрачном небе ее судьбы начинают появляться просветы. Она улыбнулась, заговорила сама с собой, признала, что человек — это целый мир сам по себе, поэтому ей будет неплохо и одной, а потом по ее щекам покатились слезы, и она обратилась к Богу с чередой обвинений, после которых, выплакавшись, свернулась калачиком на зеленой траве газона и заснула.

Ее сон был тяжелым, обрывки сновидений мелькали в голове, словно кадры из кинофильма, вот ее дочь, вот внучка, вот первый муж, погибший в полярной экспедиции, вот второй муж, он был намного старше и умер где-то пять лет назад. Вот ее соседка, ее кошка, домик на берегу реки, куда она ездила летом отдыхать, ее овцы, которых она так любила, и трубка, молчащая телефонная трубка.

Вот она снова в своей комнате, вокруг темно, и она боится подойти к трубке, боится, что снова услышит страшную, гнетущую тишину, молчание. Медленно-медленно приближается она к трубке, снимает ее и осторожно подносит к уху. Сигнала нет. В ужасе, Сельма ждет, и вдруг в трубке раздается голос.

Она почти не слышит его. Она не может понять, что это за голос, она не могла бы описать его или сказать, на каком языке он говорит. Но все слова голос произносит отчетливо, и Сельме понятен каждый звук, каждая буква, и главное — она понимает смысл сказанного.

— Ты обвиняешь меня, Сельма, — говорит голос, — Подумай, кто позволил тебе обвинять меня?

Сельма молчит, но молча, она просит прощения, и голос понимает это.

— Ты спрашиваешь, где все люди. Где твоя внучка… Их больше нет. Их больше нет здесь. Больше нет этого мира, ты осталась одна. Мир дошел до крайней точки своего развития. Он мог остановиться или продолжить развиваться дальше, но на новом этапе. Он остановился, колебания длились недолго. И в этот момент женщина по имени Ева решила его судьбу. Прежнего мира не стало. Люди вернулись в рай. Не все попали туда, некоторые погибли по дороге. Некоторые остались за воротами. Но здесь ты осталась одна. Здесь никого больше нет.

— Почему? — только спросила Сельма, — Почему я?

— Так получилось. Ты ждала своего дня рождения. Ждала восьми часов пятнадцати минут, ждала, что дочь и внучка придут поздравить тебя. Ты слишком мечтала об этом. Твое сознание зафиксировалось на этом моменте. Ты словно мысленно перенеслась в будущее, миновала момент, когда все закончилось, и осталась в этом времени — утре следующего дня, а они исчезли. Теперь все это принадлежит тебе.

— Я хочу только одного, — сказала Сельма в ответ, — Только одного! Чтобы все стало как раньше!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 426