электронная
200
печатная A5
378
12+
Поэмы

Бесплатный фрагмент - Поэмы

Объем:
120 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4498-2668-8
электронная
от 200
печатная A5
от 378

П О Э М Ы

В. Шентала

Тадж — Махал

(ПОЭМА — БАЛЛАДА)

— Красота!

— Это что! Вон, один, хоромы себе отгрохал, все стены из мрамора, полы выложены малахитом…

— Господи, да откуда же у людей деньги берутся?

(из рекламы конфет «Держава»)

1

Что наша жизнь? — лишь облик бытия,

Культ наедаловки и пития,

Как будто мы — животные, не люди.

Так все живут: и вы, и мы, и я…

В рекламе пошлой в дачный разговор

Врывается… нет, даже не укор,

А просто подозрение такое:

А может, наш сосед по даче — вор?

По всем катком прошёл двадцатый век.

Невольно опустился человек.

Легко высот познанья достигая,

Скатился вниз морально человек.

Подчас давно забыв, как голодать,

Доходы любим не свои считать.

Но Мавзолей, простите, — не хоромы,

Что б смерть беседой с чаем запивать!

Была держава наша велика,

В чужой кошель не лазила рук.

Ну, что ж теперь? — давайте в гроб ложиться,

Раз кто-то там богаче нас пока?

А может, потому и стынет кровь,

Что мы забыли просто про любовь,

Что чай с конфеткой быстро остывает

И поспевает дачная морковь?

Но сколько жив на Свете человек,

Увы! Ему не скучен каждый век.

Одни дела сменяя на другие,

Мы продолжаем вечный свой забег.

Как будто лишь тень древних Пирамид

Спокойствие веков ещё хранит.

Как будто только камни Стоунхенджа

Всё ищут в небе Истинный Зенит.

2

Что есть любовь? — я не большой поэт,

Что бы красиво выразить ответ.

Но если что-то нас и окрыляет,

То это — не кобылы сивой бред!

Пусть книги о Любви — лишь сказки, ложь,

Средь миллиона плевел вдруг найдёшь

Одно зерно от Истины чудесной —

И словно сад Эдема расцветёшь!

Быть может, в том старателей секрет? —

Перевернут сто тонн, а злата нет,

Но попытайся лишь отнять их драгу, —

Достанутся орехи на обед!

Одно зерно надеждой прорастёт,

Тень серых стен туманом уплывёт, —

И мы получим то, что получаем

Когда пора цветенья настаёт.

Конечно, если нет других проблем,

Любовь изящней «посторонних» тем.

Но времена приходят и уходят,

А эта штука достаётся всем.

Мечтаем мы проблемы разрешить,

Когда-нибудь что б легче стало жить,

Но без любви понравится ли счастье,

Что так хотелось нам заполучить?

Мы тьму веков сражались ни за что,

Твердя голодным, что Любовь — ничто.

Но отблеск Мавзолея Тадж — Махала,

Как солнца свет не выключит никто.

Мы исходили тысячи дорог,

Где каждый бесконечно одинок.

Но, только приближаясь к Тадж — Махалу,

Мы этой жизни чувствуем приток.

Что беды? — бедам счёт я потерял!

У нас — Чернобыль, в Индии — Бхопал…

Но как маяк надежд свет Тадж — Махала

Для тех, кто своё счастье потерял.

3

Давно когда-то в Индии седой,

Где хлад Луны сменяется жарой,

Жил Шах — Джахан династии Моголов

И с молодости управлял страной.

(Быть может, он мудрее и не был,

А просто трон в наследство получил,

Однако тот, кто сочинял легенду,

Немножечко иное говорил).

Он был велик, как вечный Эверест,

А слава достигала до небес,

Сокровищ словно капель в океане

В его палатах никогда не счесть.

Джахан велик, но молод как восход,

А молодость покоя не даёт.

И вот, его заинтересовало

Что думает и чем живёт народ?

И вот, одевшись в ветхое тряпьё,

Что бы случайно не узнал никто,

Он на базар однажды вышел тайно,

Так и никем не узнанный в лицо…

4

Дорога шла средь жалостных лачуг,

До дурноты воняло болью мук

Забытых и заброшенных людишек,

Удел которых жалок как испуг.

И если б не случилось ничего,

Навечно это тронуло б его.

Ведь если есть в груди большое сердце,

Не только от любви стучит оно.

Но бедность до сих пор не победить

Когда б статистику не обходить.

И потому Джахан поплёлся дальше,

Что б мудростью мозги расшевелить.

Вот, наконец, и рыночный квартал.

Шах у прилавков слушал и молчал.

Известно, ведь, восточного базара

Осведомлённей мало кто видал. —

Что б не задумал под землёй шайтан,

Что б не замыслил на земле султан, —

Ничто не скрыть лишь от очей аллаха

И от базаров правоверных стран.

Кальян всему развяжет языки,

А пряности все вскроют кошельки,

Шелка разоблачат остатки тайны

Как бы ни были тайны глубоки.

Шах медленно торговцев обходил,

Всё больше слушал, меньше говорил.

Всех обойдя, узнал намного больше,

Чем за всю жизнь, что во дворце прожил.

Джахан хотел, уж, уходить домой,

Но сердце вдруг приказывает: «– Стой!

Твоя судьба стоит в последней лавке.

Не упусти жар-птицы золотой!

Не для того аллах тебя привёл,

Что б просто так базар ты обошёл!

Знать всё на Свете просто не возможно,

Но главное ты для себя нашёл!» —

5

Что может быть важнее соловья,

Которого на даче слышу я?

Быть может, макароны или каша? —

Они скончаются вперёд меня!

Что может быть прекраснее цветов?

Не горы ли пустых, ненужных слов,

Подчас не нужных даже говорящим?

Слова изобличают простаков.

Что долговечней мига может быть?

Не вечность ли, чьи тайны не раскрыть?

Мы позабудем всё, что только сможем,

Но есть мгновения, что не забыть.

Что может быть любви желанней встреч?

Что б ни хотели в жизни мы сберечь,

Меняются со временем все вкусы,

Но первый взгляд всем хочется сберечь.

А что главнее взгляда Твоего?

На мир мы смотрим, только и всего,

Но, встретившись с любимыми глазами,

Вдруг понимаем сердце для чего.

Темны и тяжелы дела людей.

Подчас подлее нет людских идей,

Но мы живём, покуда светят звёзды

А не огонь концлагерских печей.

Покуда вверх ведёт нас Млечный Путь,

Всегда в любовь отчудит кто-нибудь.

Мир беден, если выдумки всё это.

Мир жалок, если я приврал хоть чуть.

6

А у прилавка юная Мумтаз

Подделки продавала как алмаз.

Шах знал алмазам Истинную цену,

Но стоят ли они любимых глаз?

Бесценней глаз любимой камня нет.

Ведь лишь от них тепла исходит свет

В час полуночный Мрака и забвенья

И если Слава затмевает Свет.

Джахан спросил:

— За сколько продаёшь?

— Ты столько денег в жизни не найдёшь, —

Сказала, глазом не моргнув, плутовка, —

Коль Шах — Джахана вдруг не обкрадёшь. —

Влюблённый парень долго не гадал:

Всё, что имел, пред нею разбросал,

А после, за руку схватив девчонку,

С ней во дворец обратно побежал.

— Куда ведёшь, богатенький герой?

Неужто грабить шаха? Нет, постой!

Я жить хочу! Я только пошутила!

— Не бойся, — молвил шах, — иди за мной.

Ты проживёшь ещё не мало лет,

Собою украшая Белый Свет.

Ты будешь жить, как людям и не снилось,

Но только лишь люби меня в ответ! —

Лишь подойдя к дворцу, без лишних слов

Он пригласил Мумтаз под свой покров,

Разоблачившись шахом перед нею.

Так началась История Веков.

7

Любовь не долговечна, говорят.

Лет десять — и останется, твердят,

К совместной жизни крепкая привычка

И в том семьи устои состоят.

Да, если бы так не было вообще,

Страдали бы все люди на Земле.

Ведь психов много больше, чем нормальных,

Что б вместе жить хотя б недели две.

Но пара, что не видел Белый Свет,

Не только жили вместе сорок лет,

Но, говорят, они ещё любили

Как будто бы в начале юных лет.

Пусть жизнь прожить — не поле перейти,

Но с кем-то легче кочки обойти

Не путая с горами их от страха,

Не замечая длинного пути.

Когда душе не страшен сам шайтан,

Что может убояться Шах — Джахан?

Нет крепче тыла, чем семья на Свете

И все напасти — временный обман.

(А если тыл семьи не так, уж, свят,

То я ли в том, простите, виноват?

С ума сходить не запретишь уродам

И глупых мудрецы не победят).

Итак, почти спокойно, без забот,

Они прожили сорок лет как год.

Кто хочет больше разузнать про это,

Пусть подлинник истории найдёт.

Однажды то ли началась война,

Или охота шаха позвала, —

Джахан уехал может на неделю,

То ли на год, а может быть, на два.

Когда ж обратно возвратился шах,

Печальный вестник пал в его ногах:

Звезда Мумтаз — Махал, увы, погасла

И взял её на небеса аллах.

8

Мы можем всё на Свете потерять,

С рожденья не иметь, обворовать,

Мы можем быть счастливей иль несчастней,

Но смерти никому не избежать.

Не всем образование дано,

Не каждому есть тёплое окно,

Не все имеют счёт в швейцарском банке,

Но не минует смерть нас всё равно.

И даже жизнь дана, увы, не всем:

Аборты, катастрофы, — сто проблем! —

Кто сам такой, кого убили в чреве,

Лишь смерть их не обходит, между тем.

Пока живёт на Свете человек,

Он может проиграть свой долгий век,

Который вмиг окажется короче

Когда на финиш выведет забег.

Когда душа уходит в мир иной,

Кто жив остался — потерял покой.

Но сколько раз, бывало, отправлялся

Бедняга за жар-птицей золотой!

На мрачном небе — чёрные круги,

Свет солнечный — пятном из-под дуги.

Уходит человек из этой жизни,

Не оставляя даже след ноги.

При жизни не успел — так не догнать!

И некому, уж, про любовь сказать.

Уходят все, проблемы остаются,

Что б было что за чаем обсуждать.

9

Войдя к себе, шах дверь решил закрыть

И сорок дней и больше, может быть,

Джахан вообще не выходил оттуда

И никому не позволял входить.

Никто не видел шаха своего.

Что делал он — не ведает никто.

Быть может, вспоминал свою жар-птицу,

Быть может, плакал, — мало ли чего!

Тяжёлый срок секундой пролетел, —

Всему на Свете должен быть предел.

Шах вышел, будто тень от человека,

Который двести лет в тюрьме сидел!

Когда по краю пропасти идёшь,

Жизнь часто приставляет к горлу нож.

Не всякий отвергает этот выбор,

Но Шах — Джахан не принял эту ложь!

— Забыть иль не забыть? — ответ один:

Пока я над судьбою господин,

Построю Мавзолей Любви Великой

И станет Храмом Жизни он один!

Пусть он зовёт как жизни идеал

Других людей познать, что я познал:

Жизнь полную, как миллион алмазов,

Которыми украшу Тадж — Махал! —

Он лучших архитекторов нанял,

Для Мавзолея место подыскал,

Все драгоценные туда свезли каменья

Что б про любовь никто не забывал!

10

Но человек не может дня прожить,

Что бы какой интрижки не слепить. —

Задумали наследники Джахана

Быстрей своё наследство получить.

Пока на Мавзолей молился шах,

Те прятали улыбку в рукавах:

«– Нарушившим запреты своей касты

Всегда укажет верный путь аллах». —

О, кастовость! — к шайтану провались! —

Сапожник на портнихе не женись,

Тем более богатый на беднячке.

Женился — значит бди, а не молись!

Во все века власть портила людей,

О чём и Тадж — Махал судьбой своей

Поведал, к сожалению, невольно. —

Змеёныши росли меж сыновей.

И зашипели змеи тут и там:

«– С ума сошёл под старость Шах — Джахан

И потому к правленью не способен.

Народу, значит, нужен новый хан!» —

Они бы не спешили, может быть,

Но власть на всех никак не поделить.

Рассчитывая меж собой бороться,

Отца быстрей стремились устранить.

Для всякого писателя тут — клад:

Интриги воспевать писака рад.

Но даже если б знал всю суть интриги,

Не поспешил бы делать сей доклад.

Когда вкраплён последний был алмаз

И в Тадж — Махал перенесли Мумтаз,

Джахана свергли и арестовали.

Однако не закончен мой рассказ.

11

Джахан конец своих «прекрасных дней»

Провёл в тюрьме с окном на Мавзолей.

Ему как будто этим говорили:

«– Не забывай об участи своей!» —

А шах не собирался забывать.

Не собираясь сильно ликовать,

Он каждый час откладывал поклоны

Той, что смогла так много счастья дать.

И каждый час, меняя цвет и свет

С того мгновенья, как взойдёт рассвет

До самого кровавого заката,

Она как будто радовала вслед.

И много лет забытый наш герой,

Своей страны отверженный изгой

Провёл как будто в кратком ожиданье

Когда же обретёт и он покой?

Ещё никто не ведал на Земле,

Что обессмертил имя он себе

А сыновей забудут в одночасье.

Предателей, увы, не чтят нигде.

Наследники себя перегрызут —

На том и кончен их «тяжёлый труд».

На Свете ничего не создавая,

Спустя века потомки не поймут.

Коль не оставишь память о себе,

На что ещё надеяться тебе? —

Тебя лишь жить желанье оправдает,

Творить добро на голубой Земле.

12

Когда же, наконец, скончался он,

Джахан был в Тадж — Махале погребён.

Но только смех сидящего на троне

Был краток, будто для глухого гром.

Что там случилось? — мор или война,

Переворот, убийство среди дня, —

Давным-давно, уж, вымерли Моголы.

И только память о Любви жива.

Не стал бы я писать всю эту «муть»,

Давая чай с конфетой отхлебнуть,

Но навсегда погрязшим в бытовухе,

Боюсь, обратно уж не повернуть.

Что нам любовь, коль денег не достать?

Что красота? Её к столу подать?

Набьём желудки и умрём спокойно

Что б ничего не видеть и не знать?

Богатым тоже, вон, не до любви.

У них сейчас «разборочки» свои.

Так и живём: ни сало и ни сахар.

Лишь сага о потерянной любви.

Века над миром ветром пролетят,

Планету превратив в цветущий сад,

Но всех ли добрым словом нас помянут,

Остановив на Тадж — Махале взгляд?

ЭПИЛОГ

Жить надо так, как будто нужно жить,

Как будто хочешь верить и любить.

Пусть вечером Последний Час наступит,

На утро не забудь глаза открыть.

И не забудь, что снова день придёт,

Вновь Солнце за собою позовёт

И разойдутся пасмурные тучи…

Да, в этой жизни многое пройдёт:

Пройдёт обида, что не позабыть,

Вдруг головой устанешь стены бить…

Но за мечтой идёт мечта другая.

Жить надо так, как будто нужно жить.

Как часто в этой жизни не везёт!

Как будто время не туда идёт,

Весь мир как будто «сдвинулся по фазе»,

Но утром солнце как всегда встаёт.

И снова нам за будущим спешить,

Как Солнцу с неба вновь тепло дарить.

И мы идём, забыв про день вчерашний.

Ведь надо жить, как будто нужно жить.

Мы многое не знаем о себе.

Зачем я появился на Земле?

Как завершу я грешную дорогу,

Которая одна в моей судьбе?

Вот и тому, кому страной вершить,

Кому, казалось, только жить да жить,

Вдруг выпало сомнительное счастье —

Лишь поводом для чая послужить.

Да, жизнь идёт, всегда идёт вперёд,

Но вряд ли это повод подаёт

Так просто, так легко и беззаботно

Дать ярлыки всем, кто не так живёт.

Не о любви хотел я рассудить,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 378