электронная
144
печатная A5
398
18+
По ту сторону луны

Бесплатный фрагмент - По ту сторону луны

Рандеву с судьбой


5
Объем:
202 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4493-6325-1
электронная
от 144
печатная A5
от 398

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Пролог

Голубая луна оказала влияние на меня, разрушительное для моей вампирской жизни, в которой я нашла любовь, страсть, защиту, семью. Хладнокровно и бесповоротно пытаясь обратить все это в пыль. Я не покорюсь!

Судьба наступала мне на горло уже не раз, и сейчас я не собиралась покоряться. Это было не в моих правилах, не для этого мне пришлось столько потерять, чтобы просто принять судьбу и следовать ее прихоти. И, стоя перед пропастью, мне удалось смело взглянуть палачу в глаза.

C упреком и с вызовом взглянув на холодную, голубую луну перед собой, которая нежилась в объятьях небольших облаков, я шагнула в разверзшуюся передо мной бездну, не желая покорятся больше никому.

I

…И бездна разверзлась передо мной, я затаила дыхание, в ожидании завершения этого безумия, в котором жила. Ветер хлестнул меня по лицу, резкая боль отдалась в левой стороне моего тела. Я громко вскрикнула от неожиданно сильной боли, и… желанная темнота.

Мое сознание провалилось в черную бездну, и наступила звенящая, обволакивающая тишина. Я раньше представляла себе смерть, что после нее нас ждет, и как жизнь пролетает перед глазами за момент до ее наступления… а я так надеялась увидеть ЕГО лицо еще разок. Вместо этого меня накрывало болью, после чего снова падала в темноту, и словно выплывала наружу — снова боль, снова падение, тьма, тишина.

Несколько раз на секунду перед глазами вспыхивала луна, а затем звездное небо, испещренное крючковатыми ветками деревьев. Мне даже виделся день, снова падение во тьму, щебетание птиц, словно далекое воспоминание кружило меня, и сводило с ума. Как такое могло происходить, или это и есть смерть, когда боль перемешивается с воспоминаниями прошлой жизни?

Мне казалось, я слышала свои собственные стоны, они разрезали тишину, словно кинжал. Я слышала стук сердца, неужели воспоминание о том, как стучит наше сердце, было так важно для меня? Мощный, живой, постоянный и ровный звук… тук-тук… тук-тук.

Наводняющая боль, как мне казалось, затуплялась, и провалы во тьме становились короче. Словно солнечные лучи стали согревать мое холодное тело, как такое возможно… В один миг перед глазами стало проявляться чье-то лицо, и мое оставшееся сознание затрепетало, в надежде увидеть любимого… Очертания становились отчетливее, и передо мной возникло незнакомое лицо мужчины, которого я пыталась вспомнить, но не могла. Острые скулы, слегка покрытые щетиной, темные волнистые волосы до плеч, с которыми играл ветер.

Снова тьма, успокаивающая тишина, через которую мне казалось, я подслушивала звук чьих-то шагов, или это был бег? Моему взору померещилась голубая луна… мой палач. Снова в моей памяти возник образ молодого мужчины. Кто он такой, ведь я не знала его при жизни. Почему посмертно преследует меня лицо, которое мне незнакомо? Мужчина посмотрел на меня, его полные губы искривились в усмешке, и я увидела желто-карие глаза. Эхом в моей голове стали мелькать моменты прошлой жизни, в большинстве своем в памяти всплывали эти глаза… Они принадлежали волку…

Мой кошмар не покидает меня даже после смерти!

— Ты, правда, думала, что все кончено? — спокойный баритон нарушил тишину.

— М-м-м-м-м… — на самом деле мне хотелось спросить, что это за шутки или что происходит, но мне ничего не удалось, мгла накрыла меня с головой, унося далеко от этих золотых глаз. И долгое время мне не удавалось выплыть из поглотившей меня черноты.

Мне стало холодно… холод, действительно, пронизывал до костей, от этого стали стучать мои зубы. Клац-клац-клац, и мне показалось, что я прокусила от этого губу, потому что во рту отчетливо чувствовался вкус крови. Я открыла глаза, увидев над собой высокое сучковатое дерево, и вокруг — темнота, лишь сквозь множества ветвей поблескивали звезды. Мне хотелось оглядеться, но невыносимая боль пронзила тело, в основном, с левой стороны, и я оставила эту затею, пытаясь понять, что все это значит.

Голова плохо соображала и болела, я с трудом могла вспомнить последние события, но теперь мне было точно известно, что мне не удалось умереть в тот раз. Это все точно было не похоже ни на ад, ни на рай, и ни на параллельную реальность или типа того, куда меня должно было закинуть после смерти. Меня сейчас волновало лишь то, что мое тело колотилось от холода, и это доставляло мне сильную боль.

Я услышала шорох позади меня, хруст, и потом звуки шагов. На удивление, мне не было страшно, даже было все равно. Сама смерть не смогла меня забрать, что еще может случиться со мной?

Теплые руки скользнули под мои колени и талию сзади, а мне даже было невозможно повернуться, чтобы увидеть, кто это, вот это, правда, напугало меня. И в эту же секунду мне стало больно, и я застонала.

— Гроув… мне… нуж-но к ним…

— О, этому не бывать, уже никогда. — отчеканил незнакомец каждое слово.

— Невы-носимая… боль… отпу-сти меня… мне нуж-но к Полу… — каждое слово отдавало болью по моему телу, словно меня резали ножом.

— Потерпи, хуже уже не будет… — снова этот баритон и светящиеся светло-карие глаза.

— По-че-му… я… еще жи-ва? — шепотом произнесла я, и удивилась от ужасного звука своего голоса, он был похож на скрип.

— Потому, что я так решил. — внимательный взгляд буравил во мне дыру. — Ты замерзла, пока меня ждала…

— Надо …было… бросить… меня там.

— Я все решил, этому не бывать. — нахмуренные брови, светящийся упрямый взгляд.

— Что… с твоими глазами?

— А что с ними?

— Они как… фонари…

Раздался его смех, и боль в эту же секунду хлестнула меня слева.

— У меня… сильно… болит… не надо… смеяться. — я зажмурилась и застонала.

— Ты побывала в волчьей пасти, неудивительно.

— Волк… хотел… меня… пожрать?

— Нет. Это я решил тебя спасти.

Я замолчала. Мой мозг пытался принять информацию, но никак не мог. Сильная боль пронзала меня с каждым шагом этого оборотня, мне хотелось закричать, чтобы он оставил меня в покое лежать там. Но я чувствовала его тепло, мое ледяное нутро льнуло к нему, как к глотку спасительной воды. Тело мое стало согреваться и обмякло, и меня действительно стал морить сон. Его стук сердца действовал на меня успокаивающе, это помогало мне провалиться в забытье.

Мое тело чувствовало, как сильные руки держат меня без устали, пружинистые шаги словно убаюкивали меня, и мне не хотелось просыпаться. А может, это просто был самый настоящий сон с того времени, как я стояла у обрыва и бросилась вниз? Скорее всего, так и было. После того, как я заснула на руках оборотня, прошло не меньше нескольких часов, и наш путь не прекращался. Мне иногда казалось, что тот, кто меня нес на руках, пускался в бег, ветер трепал мои волосы и перед глазами, когда я на секунду могла их приоткрыть, быстро мелькали неразборчивые тени.

Что-то заставило меня открыть глаза, и мне пришлось длительное время смотреть в одну точку, чтобы туман перед глазами рассеялся, и реальность перестала мерцать. Голова кружилась, сознание, будто расплывалось и ускользало от меня, не давая сосредоточиться. Меня то и дело охватывала паника, ведь я теперь осознавала, что оборотень куда-то меня тащит за собой, не понятно только куда и что ему от меня надо. И что ему вообще надо было все это время, когда он меня преследовал раньше. Куда делся Пол, неужели он просто бросил меня умирать, и кроме этого сумасшедшего оборотня не было никого, чтоб меня спасти. Да зачем он вообще это сделал, и как это понимать? Меня не нужно было спасать, я хотела лишь одного — чтобы мои мучения закончились в этом чертовом мире.

Я огляделась: вокруг меня был густой туман, солнце то ли садилось, то ли всходило, было не разобрать, ведь не понятно, сколько времени длился мой сон… Похоже, снова меня бросил волк, оставив около какого-то куста. Попробовав пошевелиться, меня пронзила боль с левого бока, я потянула наверх свое платье, увидев огромную гематому, которая расползлась от ребер почти до бедра, еще я обнаружила следы двух укусов. Поморщившись, я заметила, что тело стало отдавать синевой и словно иссохло, попыталась подняться, но голова кружилась. Меня мучила жажда, и как назойливая муха, всплывало это осознание в моем мозгу.

Спустя несколько попыток, у меня получилось сесть, от чего у меня снова стало темнеть в глазах, я закрыла их руками. Мне кажется, если бы было чем — то точно бы стошнило от такого состояния.

В мой нос ударил запах, приятный и манящий, такое ощущение, что можно было почувствовать даже его тепло. Горло стянули судороги, мне хотелось его разодрать. Пульс участился, дыхание стало отрывистым и частым. Я повернула голову в сторону запаха и увидела предмет моего вожделения — это был он, тот оборотень… как его там?

— Лучше не подходи… — прошипела я.

— А иначе — что? — нагло ухмыльнулся он и его золотистые глаза прищурились.

— Я голодна.

— Я смотрю, тебе уже лучше? Сможешь идти сама? — в его словах сквозила усмешка.

— Сил хватит, чтобы прокусить тебе глотку и осушить тебя досуха.

Он смеялся, так заливисто, что птицы, со щебетом, разлетелись в разные стороны где-то в верхушках деревьев. Верзила приблизился ко мне и протянул руку, я уставилась на нее, пытаясь сообразить, что он от меня хочет. Не дождавшись реакции от меня, парень с силой схватил меня за руку и дернул на себя. Я с визгом оторвалась со своего места, схватившись за бок.

— Что… ты делаешь, чертов… ублюдок… — слезы лились с моих глаз сами собой.

Он схватил меня за талию одной рукой и за плечи — другой, крепко прижав к своему телу. От его запаха мне стало еще труднее дышать, жажда поглощала мой разум, требуя подчиниться инстинкту. Я с огромным усилием отвернулась от него.

— Отпусти… — он отпустил мои плечи и больно схватил за мое лицо, заставляя смотреть на него. — Отпусти… Ты делаешь мне больно. — его глаза переливались, словно янтарь, но искры ненависти пронзали этот взгляд, когда он был уставлен сейчас на меня.

— Ты сама сделала себе больно. Еще трое суток назад. — он с упреком смотрел на меня. — Насколько же ты отвратительна и разрушительна, что не можешь контролировать свою жажду. И хочешь испить того, кто тебя спас…

Он резко отпустил меня, и я полетела вниз, громко вскрикнув от сильного удара и боли, которая вроде бы начинала утихать, но пронзила меня с новой силой.

— Ты — ничтожество. — прогремел он.

— Так отпусти меня, почему ты тащишь меня за собой! — мой вопль разнесся по всему лесу, разрезая предзакатную тишину.

Он молча смотрел на меня, наблюдая, как я бессильно плачу, и вроде бы сделал пару шагов в мою сторону, рука его дрогнула и замерла. Но в эту же секунду он дернулся и, обратившись оборотнем, исчез вдалеке.

Я долго не могла успокоиться, слезы и рыдания накатывали на меня с новой силой, вперемежку с болью. Потом я перевернулась на спину и лежала так очень долго, наблюдая за тем, как закат превратился в сумерки, и они плавно перетекли в ночь, оголяя на темном небе белоснежные звезды. Эти звезды простодушно мне подмигивали, в другое время мне было бы приятно за этим наблюдать, но только не сейчас.

Сколько не пролей слез, жажда и голод никуда не денутся от тебя. Я, тяжело дыша, пыталась перевоплотиться, потому как, только так умею охотиться. Снова и снова пробовала вспомнить, как летела на четырех лапах сквозь густой лес, но тут же вспоминался шепот Пола, когда он меня обнимал и шептал на ухо перед перевоплощением, слезы накатывали на меня с новой силой и все старания были напрасны.

Потом, незаметно для меня самой, ярость стала пылать в моей груди, жгучая, бодрящая, и убивающая все остальные эмоции и мысли. Невольный рык стал вырываться из моей груди, снова и снова, громче и громче, и вдруг хруст, на этот раз он длился дольше обычного, и я уже стою на четырех лапах. Я сделала пару шагов, боль слева никуда не делась, к моему большому сожалению, но я двинулась все же вперед, медленно, и насколько это можно было в данной ситуации, тихо.

Мне приходилось просто идти вперед, через боль стараться, без остановки, чтобы найти что-то, что могло утолить мой голод. Мои мышцы ломило, словно я до этого очень много изнуряла свое тело физическими нагрузками, и, как обычно, как после этого бывает, движения даются нелегко, да еще эта боль в левом боку. Мне почему-то стало казаться, что там сломаны ребра с этой стороны, потому как в облике зверя мое дыхание доставляло мне особую боль.

Не знаю, сколько я так ковыляла по лесу, в пустой надежде найти хоть что-то, в итоге этот мой поход закончился тем, что, не выдержав усталости и оступившись, свалилась в овраг и не смогла потом подняться. Лежа там, на влажной и холодной земле, меня потихоньку покидала ясность мысли и после этого я просто отключилась.

II

Насыщенный запах крови заставил меня открыть глаза. Проморгавшись, я увидела перед своим лицом только что убитую тушу. Подняв голову, заметила смеющийся светло-карий взгляд.

— Давай, покончи с этим.

— Что… где ты… — я прервала свой вопрос на полуслове, когда на меня он набросил что-то вроде покрывала, которое имело его запах. — Что это? — я брезгливо отодвинула его от себя.

Он хохотнул, одна его бровь взлетела вверх, когда он с укором взглянул на меня.

— Ты хочешь оставаться голой?

Я с ужасом увидела, что действительно, на мне нет одежды, только фиолетовый синяк закрывал половину моего туловища. Резко схватив шкуру, которую он бросил на меня, укуталась в нее. А оборотень, ухмыляясь, смотрел на меня.

— Шкура или кожа — вот теперь твоя главная одежда, если ты собираешься перевоплощаться. Она не рвется, а растягивается. — тогда я заметила, что на нем была кожаная куртка и кожаные брюки, темно-коричневого цвета. — Так ты будешь есть, или так и останешься в грязи и будешь пялиться на меня?

Его жгучие глаза словно гипнотизировали меня. В моей голове был один невысказанный вопрос, который я хотела и не хотела ему задавать, не зная, какая у него будет реакция на него.

— У тебя десять минут и мы уходим. Если ты не пойдешь сама, я поволочу тебя за твою шевелюру.

Озлобленно сверкнув на него глазами, я отвернулась. Тело оленя, которое лежало передо мной, было теплым и манящим, а разносившийся запах тягучей, соленой крови из раны захлестнуло все во мне. Я поддалась инстинкту и высосала тушу досуха, как грозила это сделать с оборотнем. От наслаждения мои глаза закрылись, я прикоснулась рукой к моим губам, смахнула оттуда себе на палец капельку крови и поднесла к носу, наслаждаясь приятным запахом.

Около меня, как из-под земли, вырос снова этот молодой мужчина и протянул руку.

— Пошли.

Недоверчиво уставившись на него, я помотала головой.

— Значит, поднимайся сама.

У меня не удавалось завязать эту шкуру вокруг себя, она постоянно стягивалась с моей груди, угрожая оголить ее. Волчьи глаза следили за мной, сверкая от солнечных лучей. Он резко двинулся ко мне, и взял за плечи, поднимая на ноги. Я ахнула, закрываясь от него шкурой.

— Повернись… отпусти ее, я сделаю как надо… — я изо всех сил вцепилась в шкуру, боясь отпускать. — Неужели ты думаешь, я не видел твоего обнаженного тела? — он резко выдернул шкуру и завязал ее сначала на моей шее, потом у больного левого бока, в итоге получилось что-то похожее на платье… из звериной шкуры.

Мне хотелось раствориться, волна краски озарила мои щеки, такого стыда я еще не испытывала перед мужчиной ни разу. Я стояла, опустив голову себе на грудь, он больно взял за плечи и повернул к себе. Затем, как и в тот раз, взял мое лицо в руку, и встряхнул, чтобы я открыла глаза. Он долго меня сверлил глазами, а мне страшно было посмотреть на него в упор.

— Ты сможешь идти? Мы прошли только полпути человеческими шагами. — его глаза серьезно уставились на меня.

— Я никуда не пойду… — увидев, как сузились его глаза, я добавила. — Пока… пока ты не скажешь, куда мы идем.

Он отпустил мое лицо, положив свои руки себе на талию.

— Мы идем ко мне домой. В леса Канады.

— Зачем? И как я оказалась здесь, миновав Атлантический океан, как такое могло произойти?

— Там моя стая, мой дом. И тебе там быть. — мой главный вопрос оставался не отвеченным.

— Почему?

— Может, хватит на сегодня вопросов? — его широкие брови сошлись на переносице. — Как тебя называть, кровопийца?

— Я Розмари Гроув…

Он снова с силой схватил мое лицо, я поморщилась от боли.

— Ты больше не Гроув. И забудь эту фамилию.

— Никогда не забуду…

Он схватил меня за руку, и быстро зашагал прочь, волоча меня за собой. Его шаг был равен моим двум или трем, и мне очень сложно было поспевать за ним, все тело еще болело, каждый шаг эхом отдавался во мне. Я впопыхах бежала за ним, наверное, часа три, пока не стала сбиваться и запинаться, пару раз, чуть не свалившись у его ног.

Оборотень сурово взглянул на меня и выругался, подхватив меня, как пушинку, себе на руки, и не сбивая шаг, двинулся дальше. Мне показалось, что он так шел еще быстрее, чем со мной рядом. Я устало и сокрушенно уставилась вдаль, стараясь не встречаться с ним взглядом.

Мои мысли уносились прочь отсюда, от этого стыда, от этого беспардонного оборотня. Туда, где мечтала снова оказаться — в доме Гроув. Даже в доме Одли мне было легче, чем сейчас. Огромное сожаление наваливалось на мою душу и, с одной стороны, я жалела, что прыгнула тогда, потому что умереть мне так и не удалось, во-вторых потому, что именно этот волк каким-то образом был рядом в тот момент и выдернул меня из объятий смерти. Он ни разу не обмолвился о том, почему и зачем это сделал, это я и хотела узнать у этого сурового зверя, а еще и о том, почему тогда стая не убила меня в тех лесах?

Мне хотелось оказаться в объятиях Пола, ведь мне всегда с ним было так спокойно, и ощущала себя защищенной. Пол был моей крепостью и опорой, но в один миг это все испарилось, как песок утекло сквозь пальцы. Он был для меня как открытая книга, и даже если я чего-то не знала, то Пол легко мне мог поведать обо всем. Но почему же Пола не было рядом со мной в тот момент? Почему он так легко сказал мне тогда, что он не чувствует меня своей и ушел…

Слезы скатывались по моему лицу. Я подожду. Наберусь сил… и сбегу назад. Я сама узнаю ответы на мои вопросы.

Весь остальной путь я молчала, но и не сопротивлялась оборотню, у меня просто не было сил. Для того, чтобы начать сопротивляться, мне нужно было прийти в норму, иначе это точно будет фиаско. Несколько раз я ощущала на себе его взгляд, изучающий, словно он что-то хотел спросить, но не решался. Или он что-то ждал от меня, а я упрямо молчала? И когда наши взгляды встречались, он несколько секунд смотрел в них, его лицо, обычно серьезное, будто смягчалось, но тут же делал вид, что что-то привлекло в другой стороне, отворачивался от меня, не переставая идти вперед со мной на руках.

Меня удивляло то, что он шел, зная уже дорогу так отчетливо, что наш путь ни разу не пересекся с людьми. Когда я проделала за четыре дня такой путь, мне приходилось прятаться несколько раз от людей. Мы шли, словно по неизвестной никому тропе, которая неизменно вела нас в его логово, скрытое ото всех.

Когда он смотрел мне в глаза, вспоминала ту ночь в лесу, когда волк позвал меня за собой и я послушно пошла за ним, как за кукловодом. Меня всегда теперь будет страшить это чувство, когда в тот раз его глаза просто лишили воли.

Ночь приближалась, окрашивая небо в фиолетовые и синие цвета, кое-где стали поблескивать просыпающиеся звезды. Мне было удивительно, что этот здоровяк нес меня так долго без устали. Я замерла на его руках с закрытыми глазами, а мысли кружились в моей голове, словно стая кричащих воронов. Звук его сердца снова убаюкивал меня, и мне приходилось бороться с накатывающим сном.

— Почему ты не спросишь, как меня зовут? — мою дрему нарушил его голос.

Я посмотрела на него сонными глазами, пытаясь понять суть его вопроса.

— Я вроде бы знаю, но уже не помню.

— Короткая у тебя память… Я Даниель Уайт, альфа-наследник в своем клане.

— Альфа-наследник? — устало протянула я.

— Ну, да. Когда мой отец ушел к предкам, я должен был стать вожаком. — он серьезно посмотрел куда-то вдаль.

— Почему не стал?

— Это наши обычаи, тебе будет не понятно… но это потому, что у меня нет жены. Вернее… условно она есть. — он нервно дернул губами и взглянул на меня. — Это пока не твое дело. Пока ты не в моей стае…

— Я и не хочу в ней быть.

Он молча остановился, не сводя с меня взгляд, опустил на землю. Мы, не проронив ни слова, стояли так некоторое время, он — держа свои руки на моей талии, я — вся напряглась от его дыхания, которое начинало прерываться. Осторожно, отстранившись от него, сделала шаг назад. Его лицо было напряженным, но глаза стали светиться в темноте, как светлячки, только желтовато-коричневым светом. Он глубоко вздохнул, убрав руки с моей талии, и зачесав пальцами назад свои волнистые волосы, сказал:

— Мы проделали большой путь, нам нужно поспать. Еще немного и мы окажемся дома.

Я кивнула и, опустившись на землю, повернувшись к Даниелю спиной, свернулась калачиком, обняв свои ноги. Он расположился от меня примерно на расстоянии в полтора метра. Долгое время я не могла заснуть, то и дело вздрагивала и просыпалась, мне всюду мерещились шорохи. Затем, меня стал колотить озноб, судорожно цепляясь за саму себя, я пыталась согреться. Зубы стучали, не давая мне полностью отдаться сну, меня трясло от холода. Вдруг я сквозь прерывистый сон почувствовала около себя мягкое и пушистое тепло, мне хотелось прижаться к нему и утонуть, забыв о жутком холоде. Вскоре меня перестало трясти, и я крепко заснула.

Меня разбудили первые лучи солнца, которые приветливо переливались во всем, что было вокруг. Я обернулась, улыбаясь, наблюдая, как все окрашивается, как по волшебству. Золотисто-оранжевые лучи были на стволах деревьев, сухой траве, на множестве веток, которые были повсюду, и на лице волка, который лежал вплотную ко мне. Я напряглась и попыталась отстраниться от него, перестав дышать, осознала, что мы спали вплотную друг к другу, его лапы перекрестились с моими ногами. Стараясь не выдать себя, постаралась быстро освободиться из его «объятий».

Нервно поднявшись со своего места, я обхватила руками свое тело, судорожно теребя свои спутавшиеся волосы. Мне хотелось отмыться. Моя золотисто-русая волнистая копна волос была похожа на парик, а тело хранило запах оборотня. Передернувшись от этого, я пошла прочь. Помню, когда мы шли к этому месту, до моего слуха доносился звук бегущей воды, может, это была река или ручей?

Я обратилась в слух и метнулась назад, по следам оборотня. Его следы можно было легко увидеть на сырой земле. Улыбнувшись долгожданному звуку, я чуть не вскрикнула от радости, когда увидела перед собой бегущую широкую реку.

Оглянувшись назад, остановилась на берегу и внимательно наблюдала за деревьями, прислушалась к звукам. Мне не хотелось, чтобы меня обнаружили в таком виде, поэтому я быстро разделась и вошла в воду, стараясь смыть себя все, что так было неприятно. Затем, нырнув под воду, стала лихорадочно расправлять волосы в воде, пытаясь смыть с них всю грязь. От холодной воды меня стало морозить, но мне было все равно на это.

III

Я вынырнула, убирая волосы с лица, и с ужасом увидела оборотня на берегу у самой кромки воды, стоящим, скрестив руки на своей широкой груди. Мое сердце пропустило несколько ударов, мне было страшно пошевелиться. Замерев так, наблюдала его суровый взгляд на себе. Утреннее солнце играло на его лице, озаряя веселыми искорками его глаза, но от этого еще больше становился контраст — он, мне казалось, с ненавистью смотрел на меня. Внутри все сжалось.

— Немедленно выходи из воды.- как грохот разрезали тишину его слова.

— Не хочешь для начала уйти? — я не собиралась давать ему послабление ни в чем.

— Нет.

Я фыркнула, оставшись в воде, даже зайдя еще глубже назад, от чего над водой осталась одна моя голова. Мое тело стало еще сильнее колотить, но мне не хотелось сдаваться. Мужчина так же сверлил меня взглядом, затем резким движением разделся и нырнул в воду.

Я вскрикнула от удивления, меня охватил дикий ужас, и стала лихорадочно отплывать с того места, где стояла. Мне хотелось срочно сбежать от него, панический стук раздавался в моих ушах. Увидев, как его тело поднималось около меня из воды, громко закричала и понеслась прочь оттуда, но, почувствовав, как он схватил меня за плечо, замерла. Он возвышался надо мной, как высокое дерево, я ему была всего лишь по плечо. Никакая вампирская сила не справится с этой грудой мышц, Пол тогда ведь не смог…

Сердцебиение отдавалось в моих висках, я с ужасом взглянула в его лицо. Его глаза сверлили меня взглядом, полные губы сложились в узкую полоску, а его грудь вздымалась, от его горячего тела по воде медленно струился пар. Он прищурил глаза и сильно схватил меня за мокрые волосы, притягивая к себе. Я поморщилась от боли, и казалось, мое сердце сейчас выпрыгнет, настолько обуяла меня паника. Он, буравя взглядом, медленно наклонился к моим губам и застыл. Его желтоватый взгляд резко устремился вдаль, куда-то позади меня или даже сквозь меня. Оборотень, резко толкнув меня в сторону берега, загремел: «Перевоплощайся и беги! Беги на север!».

Я от шока застыла на месте, наблюдая, как он мгновенно перевоплотился, и, оскалившись, оглянулся на меня. Увидев его в облике волка, у меня подкосились колени, и мне сложно было сделать шаг. Я готова была всегда благодарить его тогда, когда он оставался в облике человека, ведь перед зверем мое тело робело и вопреки разуму, подчинялось всегда. Вдруг я увидела, что огромный серебристый волк двинулся прочь от меня, отрывисто зарычав. В ответ на его рык с другой стороны реки раздались еще три или четыре рыка, и я увидела, как четыре черных волка вышли на берег. Они, не мигая, смотрели на Даниэля, оскалившись и угрожающе клацая острыми зубами. Волки, как ко команде, стали переходить на наш берег по сужению реки.

Не помня себя, я задрожала и почти моментально перевоплотилась, во весь опор, ринувшись, куда глаза глядят. Когда мне удалось скрыться в чаще леса, в моем мозгу звучал приказ «Беги на север». За моей спиной доносились громкое рычание, треск и визг. Я резко остановилась. Внутри меня появилось желание, которое повергло мое естество в шок. Во мне боролись две эмоции — сбежать сейчас, не на север, а домой, или помочь… ему. Помочь ему?!

Помочь тому, кто своими руками раскрошил мою жизнь в прах? Помочь тому, который издевается надо мной, как может и считает меня ничтожеством!?

Я стояла, как вкопанная прислушиваясь к звукам битвы на берегу реки. Мое сердце замирало, когда до меня доносился его рык. В ушах стоял оглушительный вопль, от осознания, что сейчас я не смогу уйти. Услуга за услугу, у меня не получится дать ему умереть.

Быстро развернувшись в обратную сторону, мои сильные волчьи лапы несли меня снова к реке. Выйдя за черту деревьев и услышав сильный треск, я увидела, как серебристый волк, пролетев несколько метров, врезался в огромное дерево, и упал у его вывороченных корней. Напротив него стояло два волка, а двое из них лежали на земле с огромными рваными ранами, истекая кровью.

Не думая, я шагнула в сторону двух черных волков и громко завыла. Они резко обернулись на меня, и, словно вставая на дыбы, выросли передо мной. Я начала яростно рычать, мое тело стало как пружина, и было готово распрямиться и кинуться в одного из них. В одно мгновение эти черные волки бросились на меня, пытаясь разорвать мне шею, я пыталась отбиваться, и мне удалось схватить одного волка за ухо, от чего он взвизгнул. Затем, я резко подалась в его сторону и схватила его за горло, сильно сдавив. Но тот, кто держал за горло меня, не отпускал хватку, и мне стало сложно дышать, я зажмурилась.

Этот волк отлетел от меня в сторону с громким визгом, и, открыв глаза, увидела, что серебристый волк возвышался над его бездыханным телом. Он вернулся в мою сторону и оттащил от меня волка, который уже успел освободиться от моей хватки. С этим волком тоже было покончено. Я, тяжело дыша, свалилась на землю, кровь струилась по моей шее, ее все же разорвал волк, и чуть меня не убил.

«Почему ты не ушла?» — послышался в моей голове вопрос.

Я покосилась на серого волка, на его правой задней ноге была большая рана, и он от этого не мог опереться на нее.

«Мне надо было это сделать?» — с упреком я посмотрела на него.

«Нам нужно уйти отсюда как можно дальше, чтобы не встретиться с их остальной стаей».

Волк внимательно смотрел на меня, тяжело дыша. Одурманивающий взгляд прожигал меня, снова меня начало поглощать то же ощущение, как в тот раз в лесу. Мне не хотелось двигаться с этого места, потому что не давала покоя мысль, что я самостоятельно двигаюсь в направлении собственной ловушки. Оборотень покосился на меня, и, хромая, прошел мимо. Он уже скрылся в лесу, а я внимательно за ним следя, услышала приказ:

«Идем»

И, повинуясь, двинулась за оборотнем, не в силах сопротивляться. Я шла за ним след в след и, опустив голову, боясь встречаться взглядом. Ему было трудно идти, но он несмотря ни на что шел, упорно и постепенно приближаясь к своей цели. Он молчал, и я ему была за это благодарна, потому как мне ужасно неловко было с ним «говорить» в таком обличье, так как чувствовала непонятную мне власть. И даже если бы он мне приказал прыгнуть в ад, я бы не смогла сопротивляться ему.

Мы шли очень долго, и я видела, что с каждым шагом Даниэль начинал хромать еще сильнее. И я останавливалась, в надежде, что он остановит свой неровный ход. Но он продолжал идти, несмотря на это.

Пейзаж принимал более непривычный вид, всюду из-под земли стали вздыматься горные очертания, а лес становился в основном хвойным. Даже запах изменился, теплый и суховатый запах лесов США постепенно превращался в холодный, влажный и свежий. Высокие ели, осины и сосны склонялись над нашими головами, словно подслушивая мысли. Я посмотрела наверх, и увидела, как небо протыкают острые верхушки деревьев, меня удивила их высота и толщина стволов, наверное, несколько столетий было этим величественным великанам.

Мы шли до тех пор, пока густой туман не преградил нам путь. Остановившись, оборотень некоторое время стоял так, не шевелясь, двигая только своими ушами, явно к чему-то прислушиваясь.

«Тихо» — прозвучал баритон.

Я застыла рядом с ним, пытаясь понять, что он слышит или видит, но мне не удавалось заметить или услышать ничего. Вдруг он слегка вздрогнул и загородил меня своим телом, принюхиваясь перед собой.

«Это я, успокойся, Лукас». — спокойно проговорил он.

«Черт, где тебя носило?!»

Перед нами возник худощавый черный волк, с серым пятном на лбу. Его темно-карие волчьи глаза удивленно смотрели на меня, он подошел ко мне ближе, и стал вдыхать в себя мой запах. Я осторожно попятилась от него.

«Я тоже рад тебя видеть»

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 144
печатная A5
от 398