электронная
167
16+
Плоды уединения

Бесплатный фрагмент - Плоды уединения

В размышлениях и максимах


Объем:
122 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-0050-8207-7

Предисловие

Благосклонный читатель, сочинение, которое я представляю, есть плод уединения — школы, заниматься в которой мало желающих, хотя нигде не научат лучше. Некоторые его части — результаты серьезных раздумий; другие — озарения, приходящие в светлые промежутки ясного сознания: писал я их для приватного удовольствия, а теперь публикую, дабы помочь разобраться в поведении человеческом.

Автор благословляет Всевышнего за возможность обратиться к жизни уединенной и целует заботливую руку, которая его к ней привела. Ибо, хотя одиночество может показаться миру пустошью бесплодной, для автора никогда таковым не будет.

У него появилось время, которое он может назвать своим, и коим прежде не владел совершенно. И в нем пребывая, он посмотрел на себя и на мир и увидел, где поступал вслепую, что могло бы быть сделано и что исправлено, и чего мог бы избежать; и также наблюдал упущения и излишества других — как обществ и правительств, так и семей, и людей отдельных. И если бы ему пришлось прожить свою жизнь вновь, он поистине полагает, что мог бы, по соизволению свыше, творить не только угодное Ему, но и себе и ближнему своему лучше, чем делал это, и все еще иметь лет семь в запасе. А ведь он не самый худший и не самый бездельный человек в мире, да и не самый старый. Говорится это для тебя, благосклонный читатель, чтобы ты не тратил напрасно времени, которое у тебя еще есть.

Нет ничего, что мы так бездумно расточали бы, как время, а ведь именно к нему нам надо относиться более бережно, ибо без него мы ничего не можем сделать в этом мире. Время — это то, в чем более всего мы нуждаемся, но, увы! употребляем наихудшим образом; и когда придет конец нашему времени, Бог, конечно же, учтет все строжайшим образом.

И это так важно для нас — и в этом мире, и в следующем — что едва ли я могу пожелать каждому из нас нечто лучшее, нежели серьезные мысли о том, что мы делаем со своим временем. Как и для чего его используем. И чем отплатить за него Богу, ближнему своему и самому себе. И заведется ли у человека когда-нибудь конторская книга для учета сделанного? Правильное использование времени есть величайшая мудрость и важнейшее занятие в жизни.

Прийти в этот мир всего лишь единожды и понапрасну растратить свое истинное наслаждение от него и от нас самих в нем — сие действительно прискорбно. Уже одно это помышление станет великим наставлением для человека думающего. И, поскольку никакая тварь не может думать как человек, то, впадая в состояние бездумное, мы неизбежно падем ниже, чем нас задумал Господь. А так, конечно, и произойдет с теми, кто не озаботится тем, как используем мы свое драгоценнейшее время.

И если подумать, становится слишком очевидно, что едва ли мы делаем что-нибудь верно или используем наилучшим образом. Мы имеем весьма низкое понятие о Божьих делах, будь то в вещах природных или духовных. Упорно следуя ложным знаниям, мы весьма заблуждаемся в отношении воспитания. Мы становимся несдержанными в своих привязанностях, и вся жизнь наша повергается в замешательство и расстройство — тем самым то, что дано нам как благословение, превращается в несносное бремя. И мало от нас утешения и для самих себя, и для других. Превратно понимая истинную природу счастья, мы упускаем правильное использование жизни и умение жить счастливо.

И пока мы не решим остановиться и немного отойти в сторону от шумной толпы и бесконечной спешки всего мирского, и спокойно посмотреть на то, что нас окружает, невозможно обрести верное понимание того, что мы есть, и познать, какое жалкое существование мы влачим. Но после добросовестной оценки, в чем нам помогает уединение и раздумья, мы начинаем осознавать, что мир в значительной степени безумен, и что, оказывается, все это время мы находились в своего рода сумасшедшем доме.

Благосклонный читатель, будь ты молод или стар, не думай, что уже слишком рано или слишком поздно перевернуть страницы своей прошлой жизни. И обязательно загни уголок страницы там, где какие-нибудь строчки взволновали тебя. И посвяти свое оставшееся время исправлению этих огрехов в своих будущих деяниях, будь то в отношении этой жизни или следующей. И пока жив, в подобных случаях непременно повторяй то, что сделал бы, если бы мог переделать уже сотворенное тобою.

Наша решимость представляется твердой всякий раз, когда мы размышляем о своих прошлых ошибках; но, увы! она снова никнет перед новыми искушениями, остающимися теми же самыми.

Сочинитель не воображает себе, что собирается давать вам точные советы; намерение его не в том, чтобы тщеславно выставить себя напоказ, но в милосердии. Труд мой состоит из предметов весьма разнородных, и манеру письма свою ни в коем случае не назову особо искусной. Но в нем содержатся намеки, которые могут послужить текстами, обращающимися прямо к тебе, и говорится в них о многом происходящем в ходе жизни человеческой. Так что родитель ты или ребенок, принц или подданный, хозяин или слуга, женатый или холостой, публичный человек или частный, знатного рода или низкого, богатый или бедный, преуспевающий или несостоятельный, в мире или в ссоре, в трудах или в одиночестве — какими бы ни были твои склонности, чем бы ты ни гнушался, во что бы ни верил, и какие бы обязательства не наложил на себя — ты найдешь здесь нечто такое, что послужит к твоему руководству и пользе. Приемли то, что заслуживает твоего внимания; а прочее извини, приписав благоволению к тебе и ко всему творению Господню.

Уильям Пенн, 1693 год

ПЛОДЫ УЕДИНЕНИЯ
В РАЗМЫШЛЕНИЯХ И МАКСИМАХ

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ

Невежество

1. Достойным удивления должно почесть, когда рассудим, сколько миллионов людей приходят в этот мир и уходят из него, так и не познав ни себя, ни мира, в котором они жили.

2. Посетив Виндзорский замок или Хэмптон-Корт, как не отметить и не запомнить пейзаж, здание, сады, фонтаны и т.п., которые составляют красоту и приятность такого места? И все же, немногие люди знают самих себя — увы, даже собственные тела, вместилища их разумов, что являют собой самое удивительное устроение в мире — живое и ходячее вместилище души. Немногие знакомы и с природным миром, из которого тело сложено и которым оно питается; а ведь было бы так полезно, да и приятно, это знать. И мы не можем сомневаться, когда нам говорят, что невидимое Божье проступает видимым через рассматривание творений Его. И, соответственно, если мы смотрим, как должно, то глядя на них, мы читаем в них свою обязанность по отношению к великому и премудрому их Творцу.

3. Мир этот воистину можно назвать великой и внушительной книгою естественных вещей; и описать ее можно как иероглифическое изображение лучшего мира. Но, увы! сколь немного страниц этой книги мы переворачиваем со вниманием! А ведь она должна быть главным предметом образования наших молодых людей, которые в 20 лет, когда они должны быть пригодны к занятию делом, мало знают о мире, в котором живут, или не знают совсем ничего.

Образование

4. Мы прилагаем все старания, чтобы сделать их учеными, но не людьми! Мы учим их говорить, но не знать — а это и есть истинное фарисейство.

5. Первая вещь, очевидная для детей — то, что дано в чувственном восприятии; а мы не делаем это частью их основных знаний.

6. Мы слишком быстро отягощаем их память, озадачиваем их, напрягаем и нагружаем словами и правилами; принуждаем изучать грамматику и риторику, и еще один или два иностранных языка — а ведь почти наверняка они ими никогда не воспользуются. В то же время оставляем их природные дарования к механическому и физическому или естественному знанию, которые могли бы приносить чрезвычайную пользу и удовольствие в течение всей их жизни — неразвитыми и обделенными вниманием.

7. Разумеется, изучение языков презирать нельзя и пренебрегать им не должно. Но практические предметы все же предпочтительнее.

8. Пусть лучше дети занимаются инструментами и приспособлениями для создания поделок: лепкой, рисованием, делают рамочки, строят что-нибудь и прочее, чем учат наизусть правила грамотной речи. Такие занятия помогут детям развивать здравый смысл с меньшими затруднениями и в короткое время.

9. Было бы великолепно, если бы мы с большим тщанием изучали природу в естественных вещах и действовали в соответствии с природой, чьи правила немногочисленны, просты и весьма разумны.

10. Давайте начнем с того, где начинается природа, пойдем с ее скоростью и будем останавливаться всегда там, где она заканчивается. И тогда мы не сможем не стать хорошими натуралистами.

11. Творение более не будет для нас загадкой. Мы лучше поймем небеса, землю и воды с их соответственно разнообразными и многочисленными обитателями, и то, что они производят. Мы лучше поймем их природу, и то, как жизнь их протекает от рождения до смерти, и то, что приятно их природе, а что нет, а также какая польза, какое благо и какое удовольствие заключены в каждом из них. А посредством этих ощутимых и мимолетных образов мы явственно познаем извечные мудрость, могущество, величие и благость. Мир несет на себе печать своего Создателя, и печать эта зрима повсюду, и знаки ее легко читаются детьми мудрости.

12. И если бы мы лучше изучали и познавали сотворенный Всевышним мир, это предостерегло бы нас от многого и направило бы в том, как этот мир использовать.

13. Ибо как мог бы человек столь самонадеянно злоупотреблять оным, если бы мы видели, что сам Творец в величии своем смотрит нам в глаза через все и вся в мире этом?

14. Невежество делает нас бесчувственными, и эта бесчувственность упорствует в злоупотреблении благородным творением, несущим на себе печать и голос Божества повсюду и во всем для тех, кто способен видеть.

15. Поэтому жаль, что пытливые и внимательные натуралисты, а также ремесленники не написали для юношества на латинском языке книг, которые использовались бы в школах. Тогда они могли бы научиться чему-нибудь практическому с помощью слов. И если бы в книгах говорилось о вещах, юношеству очевидных и знакомых, это облегчало бы усвоение языка.

16. Многие искусные садовники и земледельцы не сведущи в основах своего занятия; и точно так же наиболее искусные ремесленники не разумеют основ тех самых правил, что определяют их превосходное мастерство. Но и натуралист, и механик такого рода способны овладеть рассуждениями об основах и того, и другого занятия. Если прилежание их всегда будет соответствовать умозрительным размышлениям, они способны быть совершенно успешными в науках и в практике, что является весьма похвальным, и без чего нельзя их почесть за совершенного натуралиста или механика.

17. И напоследок — если человечество есть тот указатель и образец, что ведет нас к пониманию значения мира, и являясь, как говорят нам философы, воплощением мира в миниатюре, значит нужно только хорошо изучить самих себя, тем самым познавая мир. Но поскольку мы уделяем так мало внимания знакам сотворившей нас Силы, столь ясно видимым как на нас, так и на данном нам мире, которые могут лучше всего сказать нам, кто мы есть и какими должны быть — нам остается неизвестным наш собственный талант, то самое зерцало, в котором нам надо бы видеть истинное, поучительное и приятное разнообразие, наблюдаемое в природе, к восхищению премудростью и поклонению той Силе, сотворившей нас всех.

Гордыня

18. Все же мы склонны думать исключительно о себе, вместо того, чтобы думать о Нем, сотворившем все то, что мы так ценим. Ибо без него у нас нет причины ценить себя. Ибо мы ничего не можем назвать своим — даже самих себя. Ибо мы все только временные жильцы в воле великого Господа, владыки нашего и всей остальной великолепной земли, данной нам в пользование — мира, в котором мы живем.

19. Но мы не можем объяснить ни себе, ни тем более нашему Создателю, почему живем и умираем, так и не познав самих себя — а, следовательно, и своих обязательств перед ним за само существование наше.

20. Если ценность подарка требует от получателя оного соответствующей подарку благодарности, тогда тот, кто цены полученного не понимает, не в состоянии оценить ни самого подарка, ни Дарителя.

21. Вот человек в неведении о себе. Он не умеет почитать своего Создателя, поскольку не знает, как почитать Его творение. Рассмотрим, как человек сделан, его великолепное сложение, многочисленные уровни этого сооружения, достойного удивления; его различные члены, каждый со своей присущей ему функцией и взаимозависимостью; рассмотрим средства для доставления пищи, сосуды пищеварения, те превращения, которые пища проходит. И как питание переносится и распространяется по всему телу по внутренним и незаметным каналам, как освежает ум и нервную систему, а они с немыслимой проворностью приводят все части в движение, чтобы те могли себя пропитать. И наконец, как мыслящая душа наша располагается в разуме нашем, как в собственном своем доме, точно так же, как разум в теле. И если мы просто рассмотрим этот редкий продукт искусного мастерства со всем, что его питает и что утешает, то, конечно же, обретем более благоговейное ощущение могущества, мудрости и милости Божьей, и те обязанности, что мы несем перед Ним за это. Но если бы человек познакомился со своей душой, с ее благородными свойствами, ее союзом с телом, ее природой и предназначением, а также с промыслом Божьим, сохраняющим все человечество, он бы восхитился и склонился бы перед Господом великим и милосердным. Однако человечество впало в странное противоречие с самим собой, и сотворили его мы сами. Не такими мы были сделаны, но подверглись порче.

22. Мы хотим, чтобы другие, даже и равные нам, повиновались нам; но мы не желаем повиноваться Господу, который создал нас и который так высоко над нами.

23. Мы не желаем поступиться ни малейшей толикой своего права оставаться хозяином положения: злиться на жену, бить детей, сердиться на слуг, быть суровым с соседями, чрезмерно отвечать на оскорбления; но, увы, забываем, что мы те самые люди и погрязли в долгах перед Всевышним, который намного терпеливее с нами, нежели наши должники. А ведь мы так строги и нетерпимы с ними.

24. Мы тщательно моем и наряжаем свое тело, опрыскиваем его духами, но не заботимся о душе. У кого-то в распоряжении много часов, а у кого-то — не так много минут. Тело получает три-четыре новых костюма в год, а душа принуждена быть всегда облечена в свою старую ветошь.

25. Если мы собираемся встретиться и принять у себя важную персону, с каким тщанием и внимательностью мы стараемся, чтобы все было в порядке. С какой заботой и уважением мы готовимся к встрече с тем, расположения которого мы ищем? Но как стесненно, как сухо и формально наше служение Господу.

26. В своих молитвах говорим: «Да будет воля Твоя», но имеем в виду собственное желание: по крайней мере, действуем именно так.

27. Слишком часто мы начинаем с Бога и заканчиваем мирским. Но Господь для доброго человека и начало, и конец всего, его Альфа и Омега.

Потакание слабостям

28. Мы сейчас так избалованы, что не будем есть обычное мясо и не станем пить дешевое выдохшееся спиртное, у нас все должно быть самым лучшим и приготовленным для наших тел наилучшим образом, тогда как души наши питаются веществами пустыми или греховными.

29. Словом, мы тратим все на дом с голыми стенами, а у самих нет совсем ничего или самая малость, чтобы украсить его изнутри. А это все равно, что предпочесть коробочку из-под украшения самой драгоценности, или же аренду на семь лет владению наследством. Как же абсурден человек, невзирая на все его горделивые притязания на здравомыслие и понимание.

Неосмотрительность

30. Мы навлекаем на себя бесчисленные несчастья из-за отсутствия должной внимательности. Ибо мысли, приходящие в голову по зрелом размышлении, редко согласуются с теми, что первыми приходят на ум, нуждаясь в значительных сокращениях и поправках. И все же слишком часто даже этого благоразумного предостережения не достаточно для осмотрительного и рассудительного поведения в будущем.

31. По справедливости мы можем сказать, что несчастие наше — дело собственных рук наших, потому что мы знаем, чего делать не должны и все-таки делаем.

Разочарование и смирение

32. Разочарования, которые происходят не по причине нашей собственной глупости, являются испытаниями или вразумлениями, ниспосланными с небес. И если они не идут нам на пользу, то только по нашей собственной вине.

33. Сетованиями и жалобами дела не исправить. Это означает, что мы только ропщем на своего Создателя. Но увидеть в испытаниях руку Бога, смиренно склоняясь пред его Волей, и есть способ превратить воду в вино и породить в наших сердцах величайшую любовь и благодарность к Господу.

34. Мы повергаем сердца свои в расстройство, если сосредотачиваемся только на своих потерях. Но если подумать о том, сколь мало мы заслуживаем и того, что при нас еще осталось, гнев наш остынет, и роптания превратятся в благодарность.

35. И если ни единый волос с головы нашей не падет на землю без воли Божьей, как может что-то случиться с нами и с добром нашим без позволения свыше.

36. Мы не можем упасть так глубоко, что руки Всемогущего не смогут нас подхватить, как бы глубоко мы ни упали.

37. Ибо, хотя страдания Спасителя нашего миновали, сострадание Его бесконечно. И оно никогда не минует смиренных, искренних учеников. В нем они обретают больше, чем все, что теряют в мире.

Роптание

38. Разве разумно сердиться, если кто-то возжелает забрать у нас то, что является его собственностью? Все, что у нас есть, дано нам Господом Всемогущим: И неужели Господь не может потребовать свое, когда ему так будет угодно?

39. В таких обстоятельствах недовольство заключает в себе не только неблагодарность, но и несправедливость. Ибо мы не испытываем благодарности за то время, когда наслаждались дарованным нам благом, и недостаточно честны, ибо оставили бы его себе, если бы нам это сошло с рук.

40. Но нам трудно смотреть на вещи в таком свете и на таком далеком расстоянии от нашего низкого мира; и все же это наш долг, и в таких поступках пребудет наша мудрость и наша слава.

Склонность к осуждению

41. Мы очень склонны осуждать других, а сами советов терпеть не можем. А нет ничего, что показывало бы нашу слабость больше, чем прозорливость в наблюдении недостатков других и такая слепота к собственным.

42. Когда чужие поступки выставлены на всеобщее обозрение, мы прекрасно владеем собой, мы столь строги и придирчивы, вдаемся во все тонкости и изыскиваем всякую погрешность и слабость. Но собственных погрешностей и слабостей не сознаем или почти не замечаем.

43. Большая часть этого исходит от злого сердца, а также из чрезмерного самолюбования: ибо скитания мы любим больше, чем дом родной, и скорее обвиним несчастных, чем попытаемся защитить их и помочь им.

44. В таких случаях некоторые проявляют свою злобу и беспощадно осуждают несчастных; другие, поразмыслив немного, показывают отношение справедливое. Однако ж не многие бывают расположены к истинному милосердию, особенно если речь идет о денежных вопросах.

45. Вы увидите, как старый скряга выступает с такой непоколебимой важностью и такой суровостью против страдающих, чтобы защитить от посягательств свой кошелек, и еще раньше, чем он закончит говорить, становится ясно, что о милосердии и речи быть не может, что богатство — праведность для него. Беда твоя, — говорит он, — есть плод твоего мотовства (как будто скупость не грех) или результат твоих рискованных затей, или попытки ухватиться за большую коммерцию. Бедняга! Как будто он сам не сделал бы то же самое. Просто у него не хватило смелости рискнуть такой большой суммой, выпустив деньги из собственных надежных рук, пусть даже взамен он получил бы все богатства Индии. Но пословица права, грех пороком не исправить.

46. Осуждать имеют право только те, сердце которых готово помочь. Остальное — жестокость, а не справедливость.

Границы милосердия

47. Одалживай не больше, чем можешь себе позволить; и не отказывай в одолжении, сколько можешь, особенно если пользы для других от твоего вспоможения будет больше, чем урона для тебя.

48. Если твой должник честный и толковый, ты снова получишь свои деньги, и если не с прибылью, то с благодарностью. Если он окажется несостоятелен, не разоряй его до основания, чтобы отобрать у него то, потеря чего тебя не разорит. Ибо ты всего лишь управитель, а другой — твой Владелец, Учитель и Судья.

49. Чем больше ты совершишь милосердных поступков, тем больше милости обретешь ты сам; и если щедрым использованием своих земных богатств ты обретешь вечное сокровище, доход твой будет безграничным. Ты действительно обретешь искусство алхимиков по превращению неблагородных металлов в драгоценные.

Бережливость или щедрость

50. Бережливость похвальна, если сопряжена со щедростью. Бережливость состоит в устранении излишних расходов; щедрость — отдает сбереженное на помощь неимущим. Первое без второго порождает скупость; второе без первого означает мотовство: обе добродетели вместе создают превосходную гармонию. Счастливо то место, где такое свойство души обитает.

51. Если бы такая гармония была всеобщей, мы бы исцелились от двух крайностей — нищеты и мотовства: те, у кого слишком много, делились бы с теми, у кого не хватает, и таким образом обе крайности приблизились бы к среднему — к справедливой мере земного счастья.

52. Бесчестье для религии и для правительства в том, что они примиряются с великим количеством бедности и роскошества.

53. Если бы предметы роскоши нации были оценены и обложены налогом, а вырученные суммы шли бы в пользу бедных, то богаделен бы было больше, чем бедняков, школ больше, чем учеников, и еще оставалось бы достаточно для правительства.

54. Хлебосольство — хорошо, когда получатели наших щедрот бедняки. В противном же случае оно слишком похоже на излишество.

Дисциплина

55. Если ты желаешь, чтобы в семье твоей царили гармония и покой, тогда, прежде всего, соблюдай дисциплину.

56. Все члены семьи должны знать свои обязанности. Для всего должно быть время и место. И что бы ты ни делал или, наоборот, делать не желал, обязательно начинай и заканчивай с Богом.

Трудолюбие

57. Любите труд: даже если он не нужен тебе ради пропитания, он может быть полезен для здоровья. Труд целебен для тела и для ума. Он удаляет от плодов безделья, которые часто от безделья и созревают, приводя к делам и поступкам, много худшим, чем простое ничегонеделание.

58. Сад, лаборатория, мастерская, возделывание пустошей и разведение животных — приятные и выгодные занятия в часы досуга для людей благоразумных со свободным временем. В таких занятиях они избегают дурной компании, беседуют с природой и совершенствуют свои умения. Занятий таких немало, они в равной степени приятны и познавательны, при этом сохраняют хорошее физическое и умственное здоровье.

Воздержание

59. Простая умеренная диета способствует тому. Нужно есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть. Первое свойственно человеку, второе же — ниже зверя.

60. Ешь пищу здоровую, но не дорогую. Когда готовишь, старайся соблюдать чистоту, но не переусердствуй в этом.

61. Рецептов и кулинарных книг немерено, но здоровый желудок лучше их всех вместе взятых. А для него нет ничего более полезного, чем трудолюбие и умеренность.

62. Какое жестокое безрассудство напоказ приносить в жертву тщеславию так много жизней иных существ; и какое расточительство — тратить на причудливые соуса больше, чем на мясо.

63. В пословице сказано: «Хорошего понемножку», и это, конечно, лучше, чем чрезмерное изобилие, всегда присутствующее на пиршествах.

64. Если встаешь из-за стола, сохранив аппетит, значит, и садиться за стол всегда будешь с аппетитом.

65. Пей редко, только когда испытываешь жажду; но не пей между приемами пищи — если можешь этого избежать.

66. Чем меньше выпил, тем яснее голова и прохладнее кровь, что дает большие преимущества в настроении и делах.

67. Иногда крепкие напитки уместны, но без излишеств; и служат они скорее медицинским целям, нежели для каждодневного подкрепления сил. И иногда лучше для увеселения сердца, нежели для каждодневного применения.

68. Самые обычные вещи — они и самые полезные; что доказывает премудрость и благость великого Владыки семьи человеческой.

69. Не пользуйся слишком часто тем, что он сделал редким, чтобы не поменять естественный порядок вещей; чтобы не стать беспутным и сластолюбивым; ибо тогда благословения твои обратятся в проклятие.

70. «Чтобы ничего не пропало», — сказал наш Спаситель. Но пропадает то, что используется неправильно.

71. Не призывай другого делать то, чего не захочешь делать сам, и не делай сам того, что кажется непристойным и неразумным в других.

72. Все крайности плохи: но пьянство есть гнуснейшее зло. Пьянство портит здоровье, помрачает разум и лишает человека мужества: оно открывает тайны, побуждает к ссорам, распутству, наглости, опасности и безумству. Словом, пьяный — не человек; ибо лишен он разума, а разум отличает человека от зверя.

Одежда

73. Чрезмерность в одежде — еще одна дорогостоящая глупость. Если убрать с тщеславного мира лишние оборки и другие украшения, можно одеть всех нагих.

74. Выбирайте одежду по собственному вкусу, а не чужому. Чем проще и скромнее, тем лучше. Ни бесформенно, ни кричаще. Для пользы и приличия, а не для гордыни.

75. Если одежда опрятна и согревает тело, то этого и довольно. Ибо желать большего означает обкрадывать бедняков и ублажать любителей роскоши.

76. Говорят, что у истинной церкви как у дщери Царя — вся слава внутри. Так будем же заботиться о душе своей больше, чем о теле, если хотим быть в одной вере с нею.

77. Воистину нам говорят, что кротость и скромность — роскошная и обворожительная одежда души. И чем проще платье, тем выразительнее и с большим блеском сияет их красота.

78. Очень жаль, что такая красота встречается редко, а красота, подобная Иезавели, чьи одежды внушают похоть, служащую помехой любви и добродетели, распространена повсюду.

Правильное супружество

79. Женитесь только по любви, но убедитесь, что любите то, что любви достойно.

80. Если любовь не будет вашим главным мотивом, вы скоро устанете от супружества и собьетесь с пути истинного, дабы искать удовольствия в недозволенных местах.

81. Не позволяйте наслаждению браком уменьшаться. Напротив, умножайте душевное расположение, ведь самая низменная из страстей наших — желать того, чего у нас нет, и не ценить то, чем мы обладаем.

82. Любовь постоянна, похоть преходяща и переменчива — этим они и различаются. Через обладание любовь возрастает, похоть же истощается. И причина в том, что первая происходит из соединения душ, а вторая — из соединения ощущений.

83. У них разные первоисточники, следовательно, и природа их различна: любовь — чувство внутреннее и глубокое, похоть поверхностна; похоть преходяща, любовь постоянна.

84. Те, кто вступает в брак ради денег, не способны наслаждаться истинным удовольствием брачного состояния, поскольку отсутствуют необходимые для этого средства.

85. Люди, как правило, с большим вниманием относятся к разведению своих лошадей и собак, нежели к воспитанию своего потомства.

86. Лошади и собаки, отобранные для разведения, должны быть лучшими по внешности, силе, энергичности и нраву, но что касается их собственных потомков, все решат деньги. С деньгами горбатый станет стройным, у косого глаза будут смотреть прямо, деньги исцелят безумие, покроют глупость, изменят дурные манеры, исправят плохую кожу, одарят сладким дыханием, поправят дурную репутацию, подарят молодость, сотворят и иные чудеса.

87. О, насколько же омерзительными мы стали — люди, самые благородные, богоподобные существа на свете, созданные по образу и подобию Божьему — что способны путать землю с небесами и поклоняться золоту вместо Бога!

Скупость

88. Корыстолюбие — величайшее чудовище, а также корень всего зла. Как-то раз я видел человека, который умер, только бы сэкономить на лечении. Что?! Дать десять шиллингов доктору?! И, кроме того, оплатить счет аптекаря?! Ну сколько там может быть?! Нет, нет, только не он — и оценил свою жизнь дешевле двадцати шиллингов. И хотя он был по горло в кошельках, набитых деньгами, готов был скорее умереть, нежели уговорить себя открыть один из них для спасения своей жизни.

89. Такой человек есть самоубийца и не заслуживает христианского погребения.

90. Скряга для всех губителен: плотина, пересекающая ручей и останавливающая течение, препятствие, которое должно быть устранено. Для соседей единственное удовлетворение от скряги состоит в том, что они видят — все то, чем он владеет, не делает его лучше, чем они. Ибо он будто бы постоянно говеет как во время Великого поста, будто он монах из Минимов. Его, в некотором роде, можно сравнить с тощими коровами, приснившимися Фараону, потому что нет ему никакой пользы от всего, что имеет. Обычно скряга носит одежду, пока она сама не свалится с его плеч, и никто уже носить ее не сможет. Он притворяется бедняком, дабы избегать грабежа и налогов. Он выглядит так, точно ждет подаяния, а потому и сам никому не подает. На рынок скряга всегда старается прийти попозже, когда все хорошее уже разобрали и ему не нужно оправдываться за то, почему он покупает самое плохое — да потому, что так дешевле. Он питается отбросами. Любому другому, кроме него самого, такая жизнь показалась бы невыносимым наказанием. А для него не было бы большего мучения на земле, чем жить так, как другие. Но мученье его наслаждения состоит в том, что ему всегда мало того, что у него уже есть, и скряга живет в постоянном страхе потерять то, чем и пользоваться не может.

91. Как гнусно он потерял себя, став рабом своего слуги и возвеличив его до уровня своего Создателя! Золото — это бог, жена и единственный друг человека алчного.

Супружество

92. В супружестве сохраняйте мудрость. Деньгам предпочитайте личность, красоте — добродетель, телу — разум. Тогда у тебя будет супруг или супруга, друг, спутник, твое второе я; тот или та, кто на равных разделит с тобой все твои труды и тревоги.

93. Выбирай ту, кто соразмеряет свои радости, ощущения опасности и защищенности с твоими, ту, которой ты можешь доверить свои самые потайные мысли — сразу друга и супругу. Ведь слово «жена» именно это и означает, ведь если она не способна быть таким другом, то и жена она всего лишь наполовину.

94. Пол не имеет значения; потому что у души его нет, а именно в душах заключена сущность дружбы.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.