электронная
80
печатная A5
252
18+
Паутинки

Бесплатный фрагмент - Паутинки

Сборник стихов

Объем:
76 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-6450-9
электронная
от 80
печатная A5
от 252

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Недотрога

Жестоко дождь стегает по окну,

Я за стеклом, я нынче недотрога:

Ушла печаль и унесла тревогу,

Оставив равнодушия броню.

И жалость не сжимает больше грудь:

Я одинока и сильна на диво;

При встречах не шарахаюсь пугливо,

От слез твоих, ища, куда б свернуть.

И льются замороченной водой,

Дожди и слезы — в реки и озера,

Гуляет рыба, веря рыбнадзору,

Но я не верю, я сыта тобой.

***

Горькая ягода — скудная пища

Для остающихся на зиму птиц.

Мне ли пернатых жалеть? Духом нища

Я не паду пред отвергнувшим ниц.

И не заплачу — ступай восвояси!

Ты ли не знаешь, как нрав мой суров?

Чувств не находишь в моей ипостаси,

Жаль для тебя мне и горсточки слов.

Для полюбившего разумом, власти

Тело не может иметь никакой.

Было, прошло. Обесценились страсти,

Нынче милей мне душевный покой.

Игра

Воздух туманом съеден,

Листьев осенних крошево,

Воздух озоном беден:

В нем ничего хорошего.

Грусть изломала тело,

Прячусь в сгорающих кленах.

Это бы тело — в дело!

Дрожать в эрогенных зонах.

Танец не мною прошен.

Бьюсь от макушки до пятки.

Кем-то мой жребий брошен:

Играть бы в любовь, не в прятки.

Старая изба

Изба, с позеленелой крышей,

Да, покосившийся забор,

И на одной петле колышет

Калитку ветер, словно вор.

Давно заброшена, но стены,

Хранят тепло минувших лет,

А провода, как будто вены,

Ждут тока, а его все нет.

Порою бомж от непогоды,

В ее стенах найдет приют,

Но нет хозяина, и годы,

Уже берут, а не дают.

Давно хозяин на погосте,

А дети в город подались.

Изба вздыхает: — Хоть бы в гости…

Но в городе другая жизнь.

Такую скорбь, и этот холод,

Представить может лишь поэт,

Увы, и он не очень молод,

Ему сродни такой сюжет.

***

Кипело небо. Пламенем дрожа,

Ныряло солнце в пене облаков;

Был теплый день, и лезвием ножа

Катился по березе терпкий сок.

Любовная слеза — не просто сок —

Разбужена береза, прерван сон.

И капает слеза на белый шелк,

И льется из груди счастливый вздох.

Беда

Куст сирени грустит под окном:

Опустел, прежде радостный, дом.

Только крики рассерженных баб,

Что друг другу расправой грозят.

Мать на дочку, а дочка на мать —

Разве можно сирени понять?

Нет хозяина, в доме беда,

Что ж не едет хозяин сюда?

Где-то в городе, муж обормот,

Потерявший жену, водку пьет,

Не бездействуют люди, любя:

Потерял муж хозяйки, себя.

Ровно в восемь

Замысловатые сюжеты

Мне предлагает нынче осень;

Я нарушаю все запреты,

Лишь только слышу: Ровно в восемь.

Как сладок плен твоих объятий!

Я без тебя лишь оболочка,

Преступник, жаждущий распятий…

И вновь клянусь поставить точку.

В своей зависимости вязкой

Страшней отпетой наркоманки;

Бегу к тебе, лишь звякнешь связкой

Ключей, как лакомой приманкой.

Да, вот такие вот фортели.

Моя крутнула нынче осень.

Сегодня ждёшь, в каком отеле

Меня, конечно, ровно в восемь?

Музе. Обречена

Обречена. Обручена я с той,

Что по ночам мой нежный дух тревожит,

И точит безмятежный мой покой,

Сон гонит, ум терзает, сердце гложет.

Невидимой пройдет в веселый дом,

Вдруг одиночеством смутив до боли.

О, как мне этот белый лист знаком,

И скрип пера, ее послушный воле!

Любимая, родная, посиди,

Не уходи, побудь еще немного,

Попей чайку, в окошко погляди.

Но вдаль уводит вечная дорога.

Затянувшаяся осень

По дорогам лужи расплескала осень,

Не шуршат от ветра мокрые листы.

Что так задержалась? — непоседу спросим, —

Может, в закоулках заблудилась ты?

Грустные лошадки мокнут в карусели,

Небо тучи морщит затяжным дождем.

В ожиданье снега парки опустели.

Ну, когда на лыжах мы с тобой пойдем?

***

Что мне делать в растаяньи дней?

Что мне делать в отсутствие весен?

Может, ждать приближенья зимы

В эту длинную, темную осень?

Под глазами прочитанных книг,

Паутинки натруженных мыслей,

И, мне кажется, что-то не так

В этой, мною не сыгранной, жизни.

Я гуляю у сосен в ногах:

Но с земли не достать до верхушек.

Застывают тяжелые сны

На щеках, мною смятых, подушек.

Только в грудь мне стучится зима,

Ночь снует первоцветом снежинок.

Знаю, рано еще, а сама —

Слишком сделала много ошибок.

Прощание

Осень листья роняла неслышно,

Умирали деревья в саду,

Мы прощались с тобою, так вышло,

Что не чуяло сердце беду.

Усмехнулся, стряхнул сигарету

(Душу сжала отчаянно грусть!);

Молвил: было ошибкой все это,

Я к тебе никогда не вернусь.

***

Я пережить любовь боюсь,

Вновь подружившись с расставаньем.

Глагол прошедший, снова грусть,

И время мчится расстояньем.

Километровые столбы

В прошедшем отмеряют годы,

И сослаганьем — снова бы —

Я все же отмела б невзгоды.

О, как любовь мне сохранить!

Разлуки поменяв на встречи,

Глагол прошедший отменить,

Что тяжким грузом лег на плечи.

Упражнение

Над пропастью смеюсь и плачу,

И не замаливаю грех,

Я фантазерка и чудачка —

Одна из тех.

Цветок в пыли взрастить стараюсь,

И не краснею от стыда;

В своих ошибках не раскаюсь

Я никогда.

***

Тоска меня утюжила,

Выматывая злость.

Одета черным кружевом,

Моя устала плоть.

Была я словно дерево,

Засохшее весной;

Зачем тогда поверила

Тому, кто был со мной.

Кто лил слова елейные

Лишь воздух тормоша,

Но как не разглядела я:

Его пуста душа.

Унылой вялой похоти,

Стареющий ночник,

Меня коснулся, походя,

Затрепетал… и стих.

Измелет души в крошево

Пустынный старичок,

Запрячет их неспрошенных

В секретный сундучок.

И слезы крокодиловы

Тот принесет на пир.

Не верьте старцу, милые,

Он, времени, вампир.

Этот запах

Он проник сквозь дверную щель незаметно,

И обволакивал, и ширился, и рос.

Через ноздри вошел в меня, обернулся громадой

И, взорвав мои внутренности,

Вывернул наизнанку, обнажив содержание!

Я с удивлением вглядывалась в то прекрасное,

Что таилось до сих пор.

Я с отвращением увидела свои пороки.

А еще поняла, что на восемьдесят процентов

состою из воды…

и содрогнулась.

Откровение актрисы

Моя судьба могла бы быть другою

(Кого б теперь я называла любым?)

Он был чужим, я слишком молодою,

Когда его поцеловала в губы.

Тот поцелуй, внезапно с губ слетевший,

Весне предназначался и природе.

Кто виноват, а кто тут потерпевший?

Ведь не было любви, а что-то вроде.

Вошло в привычку: не любовь, а мука —

Слова любовные заучивать пристало,

Но годы шли, и одолела скука:

Я оглянулась, а души — не стало.

И руки заломив назад до боли,

Я содрогаюсь от немых рыданий:

Зачем даны мне были только роли

Чужих страстей и не своих страданий.

***

Море отдыхало перед бурей,

Тихая волна шепталась с плёсом:

То баюкала его тихонько,

То тревожила одним вопросом.

Старый плёс вздыхал, не отвечая,

Может, просто, он не знал ответа.

А волна, наивная, мечтала

Навсегда соединиться с ветром.

Ошибки

Бегу по сентябрю ошибок,

Зачем нелепое «прости»,

Когда порыв мой вял и зыбок.

На память — узелки в горсти

Держу на случай, вдруг, покаюсь,

Но вот — поди, не вышел срок —

Я размахнулась… и, как стая,

Летят ошибки за порог.

Маме

Когда весна растопит старый снег,

И примет птиц, вернувшихся домой,

Я навещу последний твой ночлег:

Безмолвный холмик над живой землей.

Присяду тихо, вечный сон храня,

Твой от своих, пока земных сует:

Я знаю, мама, ты простишь меня,

Простит и бог, а я, конечно, нет.

Не верящая в бога никогда

(Рука отсохнет лоб перекрестить!),

Родная, ты молилась за меня.

Тебя он взял, меня оставил жить.

***

Жми педали, старина,

Жми педали.

Выпьем горькую до дна

От печали.

От меня наискосок,

Видишь, светится ларёк?

Жми педали, старина.

Жми педали.

Продавщица Нинка в ночь,

Та, косого Юрки, дочь.

Жми педали, старина,

Где педали?

Деньги где, братан, где де…

Вот попали!

Жми, братуха, на педаль.

Что? Не дали?

Нинка, дочь Косого, в долг

Отказала?

Так пропьем велосипед,

Слыш-ка, дед.

Ввысь

Над миром синеокой бездной

Шатер из миллионов лет,

И страстно хочется открытий:

Но как на всё найти ответ?

Из милых нам земных объятий

Стремимся прочь, отбросив страх,

И межпланетной пыли дорог

Нам след на наших сапогах.

И полон дух противоречий!

Вода и лава в нем слились,

Но, побеждая притяженье,

Мы бесконечно рвемся ввысь.

Подорожники

Подорожников мне напеки;

Как стемнеет, от взоров таясь,

Мы простимся с тобой у реки,

Где черемуха с вязом сплелась.

Мне в родной стороне места нет,

А в чужой стороне мне не жить,

На меня ополчился весь свет,

Есть конец, сколь веревку не вить.

Честный вор, рук в крови не мочил,

Но меня мой подставил друган,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 80
печатная A5
от 252