электронная
180
печатная A5
243
аудиокнига
180
6+
Патриотические песни

Бесплатный фрагмент - Патриотические песни

Учебное аудиопособие

Объем:
62 стр.
Возрастное ограничение:
6+
ISBN:
978-5-4496-6341-2
электронная
от 180
печатная A5
от 243
аудиокнига
от 180

«Песня о Родине»

В 1936 году для фильма «Цирк» режиссёра Григория Александрова поэтом Василием Лебедевым-Кумачом и композитором Исааком Дунаевским была создана «Песня о Родине». Над песней Лебедев-Кумач и Дунаевский работали полгода. Не отходя от стола и рояля, не зная ни покоя, ни отдыха, в течение шести месяцев они непрерывно работали над трудно слагающейся песней. Ведь надо было спрессовать на одной страничке огромное содержание, а музыка должна была звучать и торжественно и проникновенно.

Ни музыка, ни текст не удовлетворяли творцов; они не могли остановиться на одном каком-нибудь варианте слов, на одной мелодии. Варианты отвергались целиком, и песня писалась каждый раз заново. За полгода было написано тридцать пять вариантов. И лишь тридцать шестой вариант удался! С первых дней демонстрации фильма «Цирк» «Песня о Родине» запелась повсеместно. Она стала событием в духовной жизни народа, его словами, музыкой его сердца. Величаво-торжественный гимнический склад «Песни о Родине» покоряет сочетанием мужественности и искренности лирического чувства. В ней звучит гордость человека за свою землю.

Особенностью строения куплетов является то, что в начале звучит мажорный хоровой припев. Сольный запев, соответственно, оказывается в середине. Запев начинается в миноре, но энергичным функционально мажорным (доминантовым) октавным ходом. Октавные шаги и в начале припева, и в конце запева являются важным звеном интонационной драматургии и во всём совпадают со смыслом текста.


Интервал октавы, словно ярким лучом, высвечивает радостный, восторженный характер музыкально-поэтической мысли, зримо усиливая в «Песне о Родине» ощущение света и простора.


Припев

Наши нивы глазом не обшаришь,

Не упомнишь наших городов,

Наше слово гордое — товарищ —

Нам дороже всех красивых слов.

С этим словом мы повсюду дома.

Нет для нас ни черных, ни цветных.

Это слово каждому знакомо,

С ним везде находим мы родных.

Припев

Над страной весенний ветер веет.

С каждым днем все радостнее жить,

И никто на свете не умеет

Лучше нас смеяться и любить.

Но сурово брови мы насупим,

Если враг захочет нас сломать,

Как невесту, Родину мы любим,

Бережем, как ласковую мать.

Припев

«Солнце всходит и заходит»

Не одну тысячу лет насчитывает история нашей Родины. В каждой эпохе мы найдём свои радостные и светлые стороны, свои победные свершения. Но в жизни каждого поколения, как и в жизни практически каждого смертного, есть лихолетья, есть невзгоды и страдания. Радость и печаль, любовь и ненависть, свобода и неволя крепко-накрепко сплетены в судьбе человеческой. Поэтому очевидно, что любовь к родному краю делает тяжесть тюремных цепей, тоску жизни в неволе ещё сильней, ещё невыносимей. Но и обойти тему тюремной жизни, тему песен тюремных нельзя — сума да тюрьма, острог и каторга, ГУЛАГ и застенок всегда были где-то рядом; зарекаться от них не приходилось.

Тем удивительней глубина и красота некоторых тюремных песен. Вот что пишет в книжке своих рассказов, изданной в 1918 году писатель Степан Скиталец: «Лет пятнадцать тому назад мне пришлось быть летом в глубине самарских степей. Был великолепный летний закат, медленно угасающий, торжественно-грустный, с такой ясной, чуткой тишиной прозрачного, сумеречного воздуха, что издалека был слышен каждый звук.

И на фоне этого уходящего заката и этой тишины где-то далеко во мгле степного вечера звучала и дрожала в воздухе протяжная, грустная песня! И голос, и томительно-нежный, мучительно-грустный напев удивительно гармонировали с настроением угасающего заката и чуткой тишиной степного вечера. Это пела рабочая артель. Прелестный мотив песни до того поразил меня, что я пошёл к ним, познакомился и выучил песню. Долго потом она меня преследовала. В городе я напевал её всем своим знакомым, и все восхищались новой песней. Вскоре мне пришлось быть у Максима Горького, который, услышав от меня эту песню, тоже долго носился с ней и, наконец, решил включить её в пьесу «На дне», которую он тогда писал… И вот вместе с новой пьесой зазвучала по всей России моя песня, случайно подслушанная мной в самарской степи. Старинная, забытая песня ожила, воскресла и вот живёт теперь новой, второй жизнью… Песня начиналась словами: «Солнце всходит и заходит».

Солнце всходит и заходит,

А в тюрьме моей темно.

Дни и ночи часовые

Стерегут моё окно.


Как хотите стерегите,

Я и так не убегу.

Хоть мне хочется на волю,

Цепь порвать я не могу.


Не гулять мне, как бывало,

По широким по полям.

Моя молодость пропала

По острогам и тюрьмам.


Солнца луч уж не заглянет,

Птиц не слышны голоса.

Моё сердце тихо вянет,

Не глядят уже глаза.


Солнце всходит и заходит,

А в тюрьме моей темно.

Дни и ночи часовые

Стерегут моё окно.

«Полюшко»

Известный американский дирижёр Леопольд Стоковский назвал это произведение Льва Константиновича Книппера лучшей песней XX века. Начальные слова песни «Полюшко» принадлежат самому композитору (он родился в 1898 году), остальные написал поэт Виктор Михайлович Гусев (1909—1944). Первоначально песня являлась хоровым фрагментом 4-й симфонии Льва Константиновича, которую композитор назвал «Поэмой о бойце-комсомольце». Отдельно от симфонии «Полюшко» впервые прозву-чало в исполнении камерной певицы Валентины Духовской. Песня полу-чила широкое распространение и в нашей стране, и за рубежом. В 1937 году Краснознамённый ансамбль песни и пляски привёз «Полюшко» в Париж. Песня произвела громадное впечатление. Писатель Леонид Любимов, много лет живший во Франции, в своей книге «На чужбине» пишет: «Весь зал всколыхнуло. А мы, русские, так прямо плакали. А теперь, как соберёмся вместе, напеваем „Полюшко“. Ведь вся Россия в этой песне, старая и новая, вся русская слава…»

А в 1945 году украинский поэт Павло Воронько рассказал, как в Лондоне на Первой всемирной конференции молодёжи тысячи делегатов из разных стран дружно запели «Полюшко»:

Полюшко запели в Альберт-холле,

Вот она, народов мира связь.

Разлеглось средь зала наше поле,

Копнами пшеницы колосясь…

Чтобы нам под ярким солнцем мира,

Навсегда поверив тишине,

Дружно жить, встречаясь на турнирах,

На турнирах, а не на войне!

«Синий платочек»

Осенью 1939 года, спасаясь от фашистской оккупации, из Польши приехала в Россию знаменитая польская джазовая группа, одним из руководителей которой был «король польского танго», автор прославившегося во всей Европе «Утомлённого солнца» Ежи Петербургский. В апреле 1940 года, во время га-стролей польского джаза в Москве, поэт Яков Галицкий предложил композитору Ежи Петербургскому свои стихи, начинавшиеся словами: «Синенький скромный платочек падал о опущенных плеч…» Стихи понравились, и вечером следующего дня состоялась премьера новой песни Галицкого и Петербургского «Синий платочек». Москва буквально заболела «Синим платочком», его пела даже Лидия Русланова. Вскоре появилась пластинка с записью песни в исполнении Екатерины Юровской.

Началась Великая Отечественная война. Запели совсем другие песни — бое-вые, маршевые. Но как это ни удивительно, не забыли солдаты на войне и про-стой, незатейливый вальс «Синий платочек». Стали складываться военные вари-анты песни, в них были сточки, созданные самим народом, никакого отношения не имеющие к тому, о чём писал Галицкий:

«Двадцать второго июня

Ровно в четыре часа

Киев бомбили, нам объявили,

Что началася война».

Знаменитая певица той эпохи, Клавдия Шульженко, по её собственным сло-вам, услышала «Синий платочек» ещё на концертах польской джазовой группы, но в свой репертуар не включила… «Синий платочек» — лёгкий, мелодичный вальс, очень простой и сразу запоминающийся, но текст не интересный, рядовой, банальный.

В первые дни войны Шульженко вместе с джаз-ансамблем выехала на Волжский фронт. Зимой 1942 года она выступала в частях, охраняющих леген-дарную Дорогу жизни, что была проложена через Ладожское озеро и связывала блокадный Ленинград с Большой землёй. После одного из концертов к певице подошёл лейтенант Михаил Максимов и предложил стихи, сочинённые им на ме-лодию «Синего платочка». Стихи очень понравились Клавдии Шульженко. Лей-тенант Максимов написал, по существу, новый текст и сумел в нём выразить то, что волновало слушателей 1942 года и продолжает волновать до сих пор. Текст воспринимался как точная фотография чувств и настроений солдата тех далёких военных лет. Песня сделалась своего рода визитной карточкой Клавдии Шуль-женко. Она пела её так задушевно, так проникновенно, словно делилась с друзь-ями сокровенным. Но голос певицы неожиданно обретал новую силу на словах: «Строчит пулемётчик за синий платочек, что был на плечах дорогих…»

В том же 1942 году на экраны страны вышел фильм «Концерт фронту» и в нём Шульженко спела «Синий платочек». Мгновенно разошёлся маленький тираж патефонных пластинок с фонограммой шульженковского «Синего платочка» из фильма, а в 1943 году певица сделала в Московском Доме звукозаписи настоящую студийную запись песни; все пластинки отправили на фронт и там, в солдатских землянках, песня проигрывалась по многу раз, её слова переписывались. Песня обрела поистине всенародную популярность и стала одной из самых любимых песен военных лет.

Синенький скромный платочек

Падал с опущенных плеч.

Ты говорила, что не забудешь

Ласковых, радостных встреч.


Порой ночной

Мы распрощались с тобой…

Нет прежних ночек.

Где ты платочек,

Милый, желанный, родной?


Помню, как в памятный вечер

Падал платочек твой с плеч,

Как провожала и обещала

Синий платочек сберечь.


И пусть со мной

Нет сегодня любимой, родной, —

Знаю: с любовью

Ты к изголовью

Прячешь платок дорогой.


Письма твои получая,

Слышу я голос родной.

И между строчек синий платочек

Снова встает предо мной.


И часто в бой

Провожает меня облик твой,

Чувствую: рядом

С любящим взглядом

Ты постоянно со мной.


Сколько заветных платочков

Носим в шинелях с собой!

Нежные речи, девичьи плечи

Помним в страде боевой.


За них, родных,

Желанных, любимых таких,

Строчит пулеметчик

За синий платочек,

Что был на плечах дорогих!

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A5
от 243
аудиокнига
от 180