электронная
180
печатная A4
796
16+
Освобождение Европы в 1813–1814 годах

Бесплатный фрагмент - Освобождение Европы в 1813–1814 годах

Объем:
198 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4496-3091-9
электронная
от 180
печатная A4
от 796

ПРЕДИСЛОВИЕ

Работа С. Г. Асфатуллина представляет в концентрированном виде результат серьёзной исследовательской деятельности автора, направленной на изучение вклада башкирского народа в защиту Отечества первой четверти XIX века, определения размеров этого вклада и выявления особенностей проведения мер организационно — мобилизационного характера.

Автор не ограничивается констатацией фактов изложенных в источниках, а осуществляет их тщательный научный анализ.

Несомненным достоинством работы является привлечение обширного круга неопубликованных источников, содержащихся в Российском государственном военно — историческом архиве, Центральном государственном историческом архиве Республики Башкортостан и Государственном архиве Калужской области.

В разделе «Участие башкир в партизанском движении в Калужской, Московской и Смоленской губерниях» многие документы впервые вводятся в научный оборот.

Следует отметить, что в исследовании также впервые раскрывается участие башкир в войнах России первой четверти XIX века, в борьбе с агрессией Наполеона с 1805—1814 года.

В целом, диссертация С. Г. Асфатуллина является серьёзным вкладом в развитие Отечественной исторической науки первой четверти XIX века.


Доктор исторических наук,

профессор ФМП МГУ им. М. В. Ломоносова О. Ю. Захарова

ОСВОБОЖДЕНИЕ ЕВРОПЫ В 1813—1814 г.г.

Изучая данную тему в течение 20 с лишним лет, убедился: имеется море работ об Отечественной войне 1812 года и крохи по освобождению Европы в 1813—1814 гг. Эту весьма заметную диспропорцию в российской историографии заметил даже английский исследователь Д. Ливен: «Контраст между огромным объёмом знаний, имеющимся о 1812 г., и очень ограниченным вниманием, уделяющимся периоду 1813—1814 гг., остаётся колоссальным и разительным. … Всё это безусловно позволяло британским, французским и немецким историкам свободно интерпретировать свержение Наполеона в манере, наиболее подходящей для поддержания собственных национальных мифов».

Эту же диспропорцию отмечает и один из ведущих российских исследователей д. и. н. Безотосный В. М. из ГИМа: «В России можно буквально по пальцам пересчитать монографии и толковые работы, посвящённые проблемам участия русских войск в 1813—1814 гг.». Надеемся частично восполнить этот пробел в данной работе.

«Ещё во время кампании 1812 г. Александр I был уверен, что «если хотеть мира прочного и надёжного, то надо подписать его в Париже». По прибытии в Вильно главнокомандующий русской армии составил план дальнейших действий «Общее распоряжение дальнейших операций». Менее изнурённые войска Витгенштейна и Чичагова под общим командованием Чичагова, направлялись в Восточную Пруссию для вытеснения отступившего туда корпуса Макдональда. Отряды генерал — лейтенанта П. К. Эссена — 3-го, генерал — майоров С. А. Тучкова — 2-го и К. Б. Кнорринга получили приказ преследовать австрийские войска Шварценберга. Вперед выдвигались легкие казачьи и партизанские отряды. Для их поддержки выделялась часть регулярной пехоты и кавалерии. Уже в день освобождения Ковно, кор­пус Платова М. И. получил предписание «следовать за неприятелем до са­мой Вислы». Куту­зов хорошо понимал: чем дальше вглубь Западной Европы будет прод­вигаться Глав­ная русская армия, тем более она отдаляется от своих резервов, со всеми вытекаю­щими отсюда опасными последствиями. А за казаков и партизан он почти не боялся, обоснованно считая их трудно уничтожаемыми. Главнокоман­дующий только потре­бовал преду­предить казаков, чтобы они не чинили грабежей и вообще никаких обид мирным жителям, ибо это несообразно не только с его «вида­ми, но и совершенно противно воле государя императора». 23 декабря (4 января) Кутузов сообщал сенатору Трощинскому: «Войск наших близ 70000 уже за границею».

Помимо полководческих дарований, Кутузов обладал еще и талантом крупного дипломата, что встречается крайне редко. И в Заграничном походе ему пришлось напрячь оба эти таланта. Союзникам наполеоновской Франции — Пруссии и Австрии он демонстрировал всю мощь главной русской армии, вытесняя ею их с оккупированных территорий. Причем, стратегически стараясь делать это мирным путем, так как видел в них потенциальных союзников России. Но, как блестящий тактик, одновременно с предложениями о перемирии прус­ским и австрийским командующим, рассылал летучие отряды казаков и ар­мейс­ких партизан для занятия переправ, освобождения небольших горо­дов от французов, зах­вата складов с оружием, боеприпасами и продовольствием. Плюс к этому, российские армейские партизаны служили еще и наглядными передвижными пропагандистскими центрами для организации отрядов сопротивления среди местного населения. По воен­ной же сути, его летучие отряды 1813 года послужили прообразом сов­ремен­ных воздушно — десантных войск.

Вернувшись в конце 1812 года в Париж, Наполеон немедленно приступил к соз­да­нию новой армии. Из Франции и вассальных стран он черпал, не считаясь ни с чем, солдат, продовольствие и финансы. Торопился нанести удар русской армии до того, как она получит подкрепления, и пока германские союзники из Рейнской конфеде­ра­ции еще сохраняли ему верность. В короткий срок, к весне 1813 г. Напо­леон пос­та­вил под ружье более 300 тысяч солдат. «Ещё будучи в России, Наполеон распорядился призвать досрочно набор 1813 г., и теперь, весной 1813 г., обучение новобранцев подходило к концу. Их набрали 140 тысяч человек. Ещё в 1812 г. Наполеон приказал образовать „когорты национальной гвардии“ и теперь включил их всех в армию. Это дало ещё 100 тысяч человек. В июне 1812 г. Наполеон оставил до 235 тысяч во Франции и вассальной Германии. Теперь можно было и на них рассчитывать. Наконец, несколько тысяч …всё-таки спаслось из России». Всё население Французской им­перии вме­сте с вассальными странами составляло в 1812 году 71 млн. чел (в России — 41 млн.). «Только резерв Наполеона, предназначенный на случай неудачи похода, сос­тав­лял 1 млн. 940 тыс. человек. Фактически же всё годное к несению строевой службы населе­ние Франции и Италии, общей численностью 4 млн. человек, было по­ставлено под ружьё в рамках так называемой Национальной гвардии. Вот почему ему так быстро удалось восстановить свою армию в 1813 г. и поче­му Александр I так настаивал на За­граничном походе».

Глава 1. ОСВОБОЖДЕНИЕ ПРУССИИ

В начале января по старому стилю — середине января 1813 г. по новому стилю и Главная российская армия перешла в общее наступление по трем направлениям: на Кенигсберг, Варшаву и Плоцк. Главным было Кёнигсбергское направление.

Здесь действовали 3-я Западная армия, корпус Витгенштейна и казачий корпус Платова (всего около 60 тыс. человек). В ней на правом приморском фланге действовал корпус Витгенштейна (33 тыс. человек), авангардом которого командовал генерал — майор Шепелев Д. Д. Причем, почти половину этих войск составляли ополченцы. На левом фланге, наступавшем через Гумбинен на Эльбинг, действовали войска 3-й Западной армии, авангард которой (7 тыс. человек) возглавлял генерал — лейтенант Чаплиц Е. И. Впереди авангарда действовал летучий отряд (свыше 3 тыс. человек) под командованием генерал — майора Воронцова М. С. Летучий отряд Воронцова включал в себя три казачьих и два егерских полка, несколько гусарских и уланских эскадронов, гренадёрских батальонов и артиллерийских рот. Он был чрезвычайно мобилен, тревожил тылы противника и участвовал во многих сражениях, действуя то самостоятельно, то вместе с другими воинскими соединениями. В центре между ними действовал казачий корпус атамана Платова из 24 казачьих полков общей численностью около 7 тысяч воинов.

В первые же пять дней были заняты Инстербург, Гумбинен и Мемель, захвачены большие трофеи: продовольствие, оружие, боеприпасы и в том числе 36 французских торговых судов и 26 военных кораблей. При этом было взято в плен 7500 солдат и 246 офицеров. Ныне Мемель — это латвийский порт Клайпеда.

Не зря Журнал военных действий за первую неделю января 1813 г. на­чинается с успехов легких отрядов российской армии: «Генваря 2. Генерал граф Платов рапортует, что генерал-адъютант Чернышев с отрядом 27-го числа декабря перешел в Прейш — Эйлау, а генерал-адъютант Голенищев — Кутузов, следуя к Эльбингу, 26 декабря находился под Браунсбергом. Сам же граф Платов с донскими казаками идет за отрядом Чернышева на Прейш — Голанд, стараясь отрезать неприятелю переправу через Вислу.

Генваря 5. «…Генерал граф Платов, отделив генерал — майора Шепелева с частию на Нейтиг, сам пошел к Мариенбургу. При занятии города Эльбинга взято в плен до 400 нижних чинов, сверх того больных в госпиталях находящихся: офицеров 35, рядовых 942 и российских бывших в плену 62 человека.

Генерал граф Платов рапортует от 3-го числа, что 1-го сего месяца (то есть, в самый Новый год — авт.) город Мариенбург вверенными командованию его войсками занят. Неприятель был сильно преследуем до Диршау, где упорствовал он в имевшемся перед оным тет-де-поне, но и из сего был вытеснен. После чего неприятель принял ретираду по двум дорогам, частью к Данцигу, а частью к Штаргарду. Генерал-майор Дехтеров с отрядом преследует сих последних. При Мариенбурге взято в плен до 300 человек, сверх того, больных офицеров 40, рядовых 726, да российских бывших в плену — 8, а в Диршау более 200 человек, причем отбиты большие палубы с ружьями и понтонами.

Генерал-адъютант Чернышев уведомляет графа Платова, что он 31-го декабря, с рассветом прибыв к Мариенвердеру и разделив отряд ему вверенный на три части, немедленно атаковал город. Неприятель упорно держался, но, наконец, принужден был уступить храбрости казаков. Подполковник Андриянов, командовавший 3-й частию, первый занял город. Вице-король италианский и маршал Виктор присутствовали в сем деле и едва успели укрыться с помощью пехоты от преследования казаков. При занятии города взят 1 генерал Ла — Пиерр, 4 офицера, до 200 рядовых и курьер, отправленный от Наполеона с депешами к принцу Невшательскому, 15 пушек и «довольно великие магазейны жизненных припасов». При преследовании же неприятеля по дороге к Нейенбургу подполковник Андриянов напал на Баденский эскадрон и совершенно истребил, взяв 47 человек в плен. Притом доносит, что он сейчас получил уведомление, что посланными от него казаками Нейенбург занят, где захвачено офицеров — 16, рядовых — 350, также отбито русских бывших в плену 2 офицера и 32 рядовых». В отряде генерала Черныше­ва было 10 казачьих полков, включая башкирские.

«Здешние жители везде принимают наши войска совершенно дружественно, и ни­каких от них неприятностей нет, — писал Платов Кутузову, — продовольствие достав­ляется нам безостановочно и охотно; с нашей стороны строжайше соб­лю­дается по­рядок». Приказом по армии Ку­тузов объявил казакам благодар­ность: «За быстрое за­нятие городов Эльбинга и Мари­енбурга, за соблюдение при сём случае военной дис­циплины».

Согласно «Расписанию армий, корпусов и отрядов действующих войск» в декабре 1812 г. 5-й башкирский полк находился в отряде генерал-майора Свечина, 2-й башкирский в отряде генерал-лейтенанта Эссена, 3-й Уральский казачий в отряде генерал-майора Ланского, Оренбургский драгунский — в отряде полковника Кнорринга. Запасной батальон Уфимского пехотного полка — в отряде генерал-лейтенанта Ратта, а сам Уфимский пехотный полк в составе 24-й дивизии 6-го корпуса генерал-лейтенанта Капцевича под общей командой генерала от кавалерии Тормасова в местечке Рудники. Другие казачьи полки, включая и некоторые башкирские, находились в Передовом отряде генерала графа Платова, действуя впереди авангарда под командой генерала Милорадовича Главной армии «под личным предводительством фельдмаршала князя Голенищева-Кутузова- Смоленского».

Ведомость состояния войск ополчения III округа» на январь 1813 г.

Сохранилась до наших дней и «Ведомость состояния войск ополчения III округа» на январь 1813 г.. И в конце этой Ведомости указаны 8-20-й Башкирские полки, 2-й Мещерякский, 2-й Оренбургский и 5-й Уральский с указанием уже погибших воинов:

Карта Освобождение Польши и Пруссии в январе — апреле 1813 года

Корпус Макдональда, настигнутый авангардными частями генерала Шепелева Д. Д. у Лабиау, потерпел поражение и поспешно отошел к Кенигсбергу. Но энергично прес­ледовавшие его российские войска с ходу ворвались в город и после непродол­жи­тельного, но упорного боя 4 января 1813 г. овладели этим крупным опорным пунктом Восточной Пруссии. Было освобождено до 200 русских пленных. Роберт Вильсон записал в своём «Повествовании» на стр. 283: «Дойдя до Лабиау, Макдональд решил обороняться на сей позиции, но был атакован превосходящими силами и отогнан к Кёнигсбергу, потеряв до 2 тысяч убитыми, ранеными и пленными. Русские потеряли более пятисот человек».

Дмитрий Дмитриевич Шепелев (1771—1841) — кавалерийский генерал. В 1805 году участвовал в сражении при Аустерлице. В 1807 г. получил орден Св. Георгия 3-й степени за преследование французов после сражения при Гутштадте. Был в сражении при Фринланде. Генерал-майор. Участник сражения при Малоярославце и под Красным, после Березины — командир авангарда 1-го корпуса Витгенштейна. За взятие Кенигсберга получил чин генерал — лейтенанта.

«Витгенштейн, в рапорте о занятии Кенигсберга, отдал пальму первенства отряду полковника Ридигера из авангарда Шепелева. 23 декабря в час ночи четыре казачьих полка — Родионова 2-го, Чернозубова 8-го, Лащилина, Селиванова 2-го — вступили на плечах неприятеля в Кенигсберг. Шепелев в рапорте писал: «Полковник Ридигер сделал сильный на неприятеля натиск и по жаркой перестрелке вогнал его в Кенигсберг, куда и сам на плечах неприятеля вошёл. Французские войска вынуждены были поспешно уходить; а с ними равномерно выступил и сам маршал Макдональд. При сей ретираде у неприятеля захвачено два генерала: инспектор кавалерии граф Вавржецкий и бригадный генерал Еверс и до 1000 человек рядовых в плен. Сверх сего они оставили в Кенигсберге до 7000 человек усталых и отставших, утопили 30 пушек с принадлежащими ящиками и снарядами; и значительные магазейны провиантские и комиссариатские достались в руки победителям. Отбито 40 российских офицеров и 120 человек нижних чинов в плену находящихся, с коими и генерал-майор Лихачёв освобождён из плена. Полк Селиванова 2-го, вступивший в Кенигсберг вместе с отрядом Ридигера, формально принадлежал к отряду Сиверса. Поэтому на честь занятия Кенигсберга претендовал и Сиверс. Вскоре Шепелев и Сиверс были произведены в генерал- лейтенанты».

Заняв Кенигсберг, российские войска устремились к Висле. Преследуя противни­ка, казачьи полки Платова вышли к Данцигу и обложили его со всех сторон. Прапор­щик секретной квартирмейстерской канцелярии Главно­го штаба Щербинин А. А. записал: «6-го генваря. При преследовании от Эльбинга к Дан­цигу взяты: 1 гене­рал, 39 офице­ров и 1590 рядовых; больных в Эльбинге и Мариенверде 60 офицеров и 1700 рядовых. 7-го генваря. Платов блокирует Данциг. 12-го ген­варя. Платов в Лёблау. Правый его фланг в Лёблау и Банкау, левый в Оливе, центр в Ненкау и Кокоскене». Во всех этих боях корпуса Платова активно участвовал и 1-й Башкирский казачий полк. 18 января, он вместе с казачьим полком Ребрикова, находясь в подчинении генерал-майора А. В. Иловайского 3-го, занимал Брентау.

11 января 1813 г. «генерал-майор граф Воронцов занял Бромберг и нашёл там значительные магазейны, состоящие из муки 200:000 пудов, овца 7.000 варшавских корцев, гороху 100 корцев берлинских, соли более 2000 бочек и 2000 пуль свинца. … Генваря 16. Главная квартира в городе Виленберге. Посланная партия от генерал-майора Воронцова захватила в плен адъютанта принца Невштельского капитана Дейрн».

Всего летучих отря­дов в рус­ской армии было до полу­тора десятков. В их состав включа­ли конницу, — как правило, казаков, гусар, легкую пехоту (егерей) и кон­ную артил­лерию. Числен­ность — от 500 до 3000 че­ловек. Это было выдаю­щееся научное достижение рус­ской военной мысли, ус­пешно внедренное в жизнь Кутузо­вым М.И. еще в 1812 году. Сперва в сос­та­ве корпуса Платова, в авангардах и летучих отрядах разных русских ар­мий находились пять башкирских полков (№1- 5) и 1-й Тептярский, принимав­ших актив­ное участие ещё в Отечест­венной войне 1812 года.

Наполеон еще до начала своего отступления говорил в Москве А. Коленкуру: «Австрийцы и пруссаки, — сделаются нашими самыми опасными врагами при малейших наших неудачах». Этот мрачный прогноз начал оправдываться. Поражение французов в войне с Россией явилось толчком к росту национально-освободительного движения в Пруссии. Уже в декабре 1812 г. гене­рал Г. Йорк, командовавший прусскими войсками в составе наполеоновской армии, заключил без разрешения прусского короля соглашение с русским командованием о перемирии в военных действиях до принятия решения прусским королем Фридрихом. А ведь генерал командовал 19-тысячным прусским корпусом, составлявшим почти 4/5 корпуса Макдональда. Боявшийся Наполеона король Фридрих-Вильгельм III отрешил Йорка от должности. Но Макдональд так и остался с одной дивизией в 5 тыс. человек, которую он и вывел из России в район Кенигсберга. От 5 до 7 тыс. человек привел в Польшу Ренье. Еще тысяч 5—6 уходили за Неман разрозненно. Всего из почти 600-тысячной (даже если не считать корпусов Йорка и Шварценберга) «Великой армии» выбрались из России едва ли больше 30 тыс. человек. Кутузов имел все основания рапортовать царю 19 декабря 1812 г.: «Неприятель почти истреблен».

Главнокомандующий, понимая, что борьба за крепости потребует значитель­ных за­трат времени и сил, выделил для их блокирования лишь часть войск, а сам с глав­ны­ми силами двинулся к Одеру. С целью уско­рить темпы прод­вижения войск, из состава Главной армии он также выделил ле­тучие отряды, сос­тоявшие из ка­зачьей конницы, егерей и конной артиллерии. Ими командовали ге­нералы Чернышев А. И., Воронцов М. С., Бенкендорф А. Х., полковники Давыдов Д. В., Тетенборн Ф. К., Мадатов В. Г. и др. Вслед за ними двинулся авангард (13600 человек, в том числе 6300 чел. — кавалерии), возглавляемый Винценгероде Ф. Ф.. В от­ряде Чернышева было 2500 казаков, у Воронцова на тот момент всего 750 каза­ков и егерей, а у Вин­ценге­роде — 6300 казаков.

Главный предмет их, — отмечалось в Журна­ле военных действий, — состоял в том, чтобы врезываясь в неприятельские операцион­ные линии, пересекать на продолжительное время всякое сооб­щение, окружа неприя­теля со всех сторон, открывать движения его и та­ким образом, как бы заграждая нашу армию, обманывать насчет наших действий». Действуя далеко впереди армии, лету­чие отряды совершали глу­бокие рейды по ты­лам противника, громили отдельные вражеские отряды, гарнизоны, команды, унич­тожали матери­альные запасы, депо и мосты.

29 ян­варя (10 февраля) отряд Чернышева овладел Шнейдемюле.

«5 (17) февраля 1813 г. под командованием генерала от инфантерии князя Д. И. Лобанова-Ростовского была развёрнута Резервная армия из четырёх пехотных и двух кавалерийских корпусов, которые первоначально были дислоцированы час­тично в Белоруссии, а затем переведены в герцогство Варшавское. Она была созда­на для восполнения больших потерь в 1812 г. и служила мощным резервуаром для укомплектования обученными пополнениями войск за границей в 1813—1814 гг. Это дало возможность в 1813—1814 гг. постоянно пополнять поредевшие в боях полевые войска и поддерживать их относительно стабильную численность».

Подошедшие к Одеру летучие отряды генерал-майора Бенкендорфа А. Х. и полковника Тетенборна Ф. К. (австриец, вступивший на русскую службу ещё в августе 1812 г. — авт.) соединились с отрядом Чернышева, переправились 5 февраля через реку и двинулись на Берлин. Бенкендорф, планировавший «правильную» осаду Берлина, пишет 5 февраля в 5 часов утра своему другу и боевому товарищу Воронцову из Штиглица: «У меня под началом, к прискорбию моему, одни казаки да в качестве подкрепления башкирцы».

Тем не менее, отряды генерала Чернышева и полковника Тетенборна решили рискнуть и своими силами напасть на столицу Пруссии — город Берлин. Там находился корпус маршала Ожеро (родной брат пленённого в России генерала), насчитывавший до 6 тыс. человек с 40 орудиям. По другим данным, гарнизон Берлина насчитывал 18 тысяч человек. Оба отряда значительно уступали противнику в числен­нос­ти. Тем не менее, подойдя 9 (21) февраля к Берлину (еще до зак­лючения союза с прусским государством), они в тот же день атаковали его. Казаки вихрем ворвались через Бранденбургские ворота и промчались по ули­цам столицы Пруссии, четыре раза врубаясь в скопления французских войск. Их смогло остановить только выстроенное на Александрплац каре с восемью пуш­ками. Естественно, казаки без пехоты и артиллерии, не смогли удержать город, и вынуждены были организован­но отступить, уведя с собой 18 офицеров и более 600 рядовых пленными. Убыль же собственных сил у них не превышала 150 че­ловек убитыми и ранеными.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 180
печатная A4
от 796