18+
Ограбление по-русски

Бесплатный фрагмент - Ограбление по-русски

сценарий

Объем: 76 бумажных стр.

Формат: epub, fb2, pdfRead, mobi

Подробнее
О книгеотзывыОглавлениеУ этой книги нет оглавленияЧитать фрагмент

Отделение милиции. Дежурка. Работает телевизор. Идёт блок новостей. Майор с короткой стрижкой что-то пишет в журнале. В дежурку входит старший лейтенант Максим Орлов в бронежилете с автоматом Калашникова наперевес. Он кладёт фуражку на сейф.

— Тебе чего, Макс? — обращается к старшему лейтенанту майор.

— Кажется, забыл расписаться в журнале.

— Сейчас.

Майор смотрит в журнал.

— Не забыл. Всё в порядке. Расписался, как положено.

— Иван, сделай телек погромче, — просит Максим и садится на стул.

На экране телевизора инкассаторская машина с открытой боковой дверцей. У дверцы лежит мёртвый инкассатор. Камера уходит в сторону. Около машины суетятся милиционеры и люди в штатском. Женщина в милицейской форме звонит по сотовому телефону. Голос ведущей за кадром:

— Сегодня в Москве на Никулинской улице было совершено дерзкое нападение на машину инкассаторов. Двое инкассаторов убиты. Один находится в больнице в тяжёлом состоянии. Нападавшим удалось скрыться. По оперативным данным грабители похитили 2оо миллионов рублей и 42 тысячи евро. Сотрудники милиции просят свидетелей этого преступления позвонить по телефону…

— Ничего себе! 200 лимонов — это сколько? — Иван пультом убавил звук.

— Пять миллионов евро. Примерно, — говорит Максим.

— Это ж на всю жизнь хватит.

— На две жизни хватит.

— Если с умом тратить, можно и увеличить сумму. Можно деньги на счёт положить в банке под проценты.

— А, если поймают, то никакие миллионы уже будут не нужны.

— Нет. Не поймают.

— Почему?

— Смотри, как грамотно ребята всё сделали. Не поймают.

— А ты бы, что сделал, если бы украл несколько миллионов баксов?

— Как что? Залёг бы на дно.

— Смылся бы за границу?

— Нет. Это опасно. Подозрительно очень. Не суетился бы. Жил бы, как жил.

— Странный ты, Иван. Ты так рассуждаешь, как будто бы ты на стороне этих преступников; как будто бы сам хотел оказаться на их месте.

— Да ты что, Макс. Это ж я так. Гипотетически.

Улица Москвы. Темно. Осень. В патрульной машине на заднем сиденье сидят Максим Орлов и Александр Шубин — старший сержант. Оба в бронежилетах с автоматами. Максиму — 28 лет, Александру — 26. Водитель младший сержант открывает дверцу.

— Лёх, и купи ещё шоколадку, — окликает его Шубин.

— Какую тебе?

— Батончик какой-нибудь.

Водитель ушёл.

— Сань, ты слышал, сегодня инкассаторскую машину грабанули в Москве, — говорит Максим.

— Сколько взяли?

— Двести миллионов рублей и ещё кажется сорок тысяч евро.

— Вот это да! Молодцы.

— Ты бы смог так?

Шубин задумался.

— Это очень круто, Макс. Это такие бабки. Не знаю. Ты слышал, Олег Окунев — опер купил новую тачку?

— Какую?

— Иномарку. Кажется за пятьсот штук рублей.

— Не хило. Откуда у него такие бабки?

— Кредит брал.

— Я думаю, у него есть ещё какой-то доход.

— А то.

— На чём же он делает бабки?

— Известно на чём: крышует кого-то.

— Кого? Он, что такой крутой?

— Ну, Макс, ты же знаешь у оперов больше возможностей, чем у нас.

— Согласен. Нам надо тоже думать о том, как подниматься в люди.

— Может, попробуем крышевать бизнесменов.

— Кого? У всех уже есть крыша.

— Ты уверен?

Квартира Орлова. Орлов в комнате смотрит телевизор. Он сидит на кровати и пьёт пиво из бутылки. По телевизору идёт передача «Давай поженимся». В комнату входит подруга Орлова Ирина. Ей 23 года, у неё симпатичное лицо, хорошая фигура, тёмно-русые волнистые волосы. Она в синем халате. В руке у неё бутерброд.

— Ну что, кто тут жених? — спрашивает Ирина.

— Дебил какой-то. Учитель математики.

— Откуда он бабок взял, чтобы попасть на передачу.

— По блату наверно пролез.

Ирина кладёт недоеденный бутерброд на стол, потом садится к Максиму и прижимается к нему.

— Ты чего такой сердитый?

— Нормальный.

— Я же вижу.

— Просто устал.

— Машину, когда заберёшь из сервиса?

— Мне ещё надо две штуки найти, чтобы полностью расплатиться со слесарем.

— Максик, а мы будем брать в кредит новую машину?

— На какие шишы?

— Ты же сам говорил: продадим эту, а то, что не будет хватать, возьмём в кредит.

— С этой много не выручишь, максимум пятьдесят штук. А кредит будет висеть на мне лет пять. Это же кабала. С моей-то зарплатой…

— Ну, ты же как-то ещё находишь деньги.

— Как-то. Тебе бы так находить. За это и посадить могут.

— Ну, ты же сам хотел в кредит…

— Хотел да расхотел.

Ирина отсаживается чуть в сторону от Максима.

— Что, без новой тачки я тебе не нужен? — зло цедит сквозь зубы Максим.

— Зачем ты так?

Ирина уходит из комнаты.

— Ир, — зовёт её Максим.

Максим ставит пустую бутылку на пол, смотрит телевизор. Слышен звонок телефона.

Ирина приносит телефон.

— Тебя.

— Алло. А Андреич. Привет. Завтра. Лады. Договорились. Хорошо, хорошо. Давай до завтра.

Максим отключил связь и бросил телефон на кровать.

— Андреич зовёт на шашлыки.

— Меня возьмёшь?

— Нет. Он хочет, чтобы был мальчишник.

— Кто ещё будет?

— Мужики — его друзья.

Деревня. Задняя часть двора. На мангале готовятся шашлыки. За перекошенным забором из подгнившего штакетника видны кусты, речка; за речкой лес. С другой стороны бревенчатый старый дом. На стенах облезла зелёная краска.

Владимир Даниленко (Андреич) переворачивает шампуры с шашлыками. Рядом за деревянным столом Орлов режет хлеб.

— Хоть бы не было дождя. — Даниленко смотрит на небо. Ему 43 года. Он полноват.

— Шашлык уже почти готов. Если будет дождь, пойдём в дом, — говорит Орлов.

— Я дома не люблю отдыхать. Люблю природу.

Даниленко у стола ножом снимает шашлык в глубокую тарелку. На столе нехитрая закуска: помидоры, две банки кильки, чёрный хлеб, тарелка с солёными огурцами и пакет сока. Посреди стола стоит литровая бутылка водки.

Даниленко и Орлов выпивают из гранёных рюмок. Закусывают.

— Я своей сказал, что у тебя мальчишник будет, — говорит Максим.

— Не хотела наверно одного пускать, — замечает Даниленко.

— Мне по фигу. Научен уже. Был я уже женат. Надо бабу тренировать. Нельзя потакать её желаниям. Правильно я говорю, Андреич?

— Ну. — Андреич жуёт шашлык. — Как сказать, как сказать.

— Вот ты взял и поехал один в деревню. Вальке то твоей — это может быть тоже не понравилось.

— Сравнил. Сколько лет мы уже прожили. У нас двое детей. А раньше я такое вытворял. Ни в сказке сказать, ни пером описать.

— И что Валька?

— Терпела.

— Вот. А ты говоришь: как сказать. Сам-то натренировал свою жену.

— А ты боишься Ирку потерять.

— С чего это?

— Сказал: мальчишник, мужики. Не сказал правду.

— Ну да, ты в чём-то прав. Не охота без бабы совсем оставаться. У тебя как в семье то? Как дети?

— Оболтусы.

— Оба?

— Да.

— Один машину разбил друга. С Валькой по родственникам деньги собирали, чтобы отдать другу.

— Много денег?

— Пятнадцать тысяч рублей.

— Так это немного.

— Ага, с нашими зарплатами.

— Второй ещё в школе учится; учиться не хочет, двоечник.

— Дела. Рожай после этого детей.

Даниленко махнул рукой.

— Я уже давно на всё это не обращаю внимания. Как будто плывёшь себе по течению и плывёшь.

— Хреново.

— Это почему?

— По-другому то не получается.

— А ты никогда не задумывался, Андреич, что эта жизнь нам дана один раз?

— Ну и что?

— А то, что эту одну жизнь мы проживаем тухло, скучно.

— Не пойму, к чему ты клонишь.

Орлов и Даниленко ещё выпивают водки.

— Я к тому клоню, что трусы мы. Не можем решиться на какое-нибудь серьёзное дело, чтобы потом красиво жить, а не прозябать в нищете.

— Украсть что ли чего?

— Например. И не штуку баксов, а миллионов десять. Так чтобы на всю жизнь хватило.

— Посадят ведь.

— Ты посмотри: много, кого сажают?

— Кого-то сажают.

— Надо всё с умом делать, тогда не поймают и не посадят.

— А что красть-то? Всё до нас уже украли.

— Ты новости смотришь по телевизору?

— Редко.

— Слышал. В Москве напали на машину с инкассаторами.

— Нет.

— Двести миллионов рублей забрали и ещё в валюте приличную сумму.

— Лихо.

— Я не пойму, Макс, ты мне предлагаешь ограбить инкассаторов что ли?

— К примеру.

— Ты с ума сошёл? Ладно, ты, а у меня же семья, дети.

— Ты сам говорил, что тебе — это всё уже до лампочки.

— И у тебя уже план есть?

— Пока нет. Только думаю.

— А с инкассаторами что делать? Валить?

— Получается что валить.

— Это же пожизняк или лет двадцать-двадцать пять.

— Если собираешься садиться в тюрьму, то да.

— Я знал конечно, что ты Максим — лихой парень, но что настолько, не знал.

— Скучно, скучно, мы живём, Андреич. Ты как? Со мной?

— Давай ещё выпьем.

Выпивают, закусывают.

— Это очень опасно, Максим.

— А ты вроде никогда не был трусом, Андреич.

— Я побольше тебя прожил, Максим. Не могу я так быстро решить. Надо подумать.

Вечер. Москва. Максим Орлов в патрульной машине едет по улице. За рулём капитан Максим Песков. Ему — тридцать лет. У него крепкое телосложение.

— Тридцать девятый, ответь первому, — доноситься из рации.

Песков берёт рацию.

— На связи.

— В вашем районе совершено ограбление. Молодой человек в серой куртке с капюшоном отнял сумочку у женщины и убежал. Он сейчас где-то в вашем районе.

— Принял.

Песков сбавил скорость.

— Смотри, тёзка, — обращается Песков к Орлову.

Впереди молодой человек собирается перейти дорогу. Он двигается быстро.

— Серая куртка, капюшон, — говорит Песков. — Сейчас возьмём его.

— Ты уверен, что это он? — сомневается Орлов.

Песков прибавляет скорость. Молодой парень с надетым капюшоном не успевает перейти дорогу. Машина останавливается около него.

— Выходим, — командует Песков.

Песков и Орлов открывают дверцы. Парень бежит.

— Стой! — кричит Песков и бежит за ним.

Орлов бежит за Песковым, отстаёт от него.

Парень забегает за ряд торговых палаток и направляется по зелёному газону к арке длинного блочного дома.

Песков догоняет его и валит на землю, надевает наручники.

Подбегает Орлов.

— Ловко ты, — говорит Орлов.

— В спортзал надо чаще ходить.

— Что в сумке?

— Сейчас посмотрим.

Песков переворачивает сумку, из неё вываливаются пять пачек купюр.

— Это евро. Наверно штук пять, — говорит Песков.

— Пацаны, возьмите деньги, а меня отпустите, — предлагает парень. У него обычное лицо с короткой стрижкой и царапиной на левой щеке.

— Может… — начал Орлов.

— Что? — Песков пристально смотрит в глаза Орлову.

— Может быть, вызвать ещё машины?

— Зачем? Мы сами его доставим, как положено, в лучшем виде. Что мы не справимся с этим бакланом?

Орлов сидит на заднем сиденье с задержанным парнем. Песков ведёт машину. У него звонит сотовый телефон.

— Капитан Песков. Да. Не надо помощь. Сейчас доставим сами.

Песков отключил связь и положил телефон на торпеду.

— Он ограбил жену какого-то банкира, — Песков обращается к Орлову. — Она садилась в машину, а этот тип подбежал к ней и выхватил сумочку.

Машина подъехала к отделению. Орлов и Песков вывели задержанного из машины, и повели к отделению. Навстречу им идут милиционеры.

— Он, конечно, не поумнеет, когда отсидит в тюрьме, — говорит Песков. — Но наша работа такая. Преступник должен сидеть в тюрьме.

Орлов на это ничего не сказал.

— Я буду рапортовать, чтобы премию нам двоим выписали, тёзка, — сказал Песков.

Даниленко спускается по лестнице в подъезде многоквартирного дома. Он в милицейской форме капитана. Под мышкой у него чёрная папка. Он останавливается на лестничной клетке. Задумывается. Подходит к двери с номером двадцать, нажимает кнопку звонка.

— Кто там? — слышен голос пожилого человека.

— Капитан Даниленко, ваш участковый.

— Андреич?

— Он самый. Открывай Иваныч.

— С чем пожаловал?

— Дело есть.

Дверь открывается. В двери показывается старик в клетчатой рубашке и старых тренировочных — Иваныч.

— Проходи, Андреич.

Даниленко заходит.

Даниленко сидит за столом на кухне Иваныча. Иваныч наливает чай в чашки.

— Крепкий чай, и заварки не пожалел, молодец — дед, — говорит Даниленко, попробовав чай.

— А что жалеть то? Осталось то.

— Ну-ну, ты скажешь тоже. Ты ещё меня переживёшь.

— Ты Володь, как был, простаком, так им и остался. Не умеешь хитрить. Что надумал то, говори. Я же тебя насквозь вижу.

— Я вот, что подумал Иваныч. Ты же у нас одинокий старик. Кому собираешься оставить квартирку?

Иваныч засмеялся.

— Ты хочешь мою квартирку получить?

— Не просто так. Хочешь, я тебе буду продукты покупать и вообще?

Иваныч опять смеётся.

— Пропадёт же жилплощадь, дед, а у меня двое сыновей.

— Эх, Володька, Володька. Написал я уже завещание.

— Ничего себе. И кому всё это добро решил оставить?

— Как кому, Люське из соцзащиты.

— Этой змее?

— А что делать? Она уже давно подвела меня к этому. Зато заботится. Видишь конфеты на столе. От неё.

— Змеюга.

— Не знаю. Может быть. Иногда думаю, что она когда-нибудь вздумает отравить меня.

— Пусть только попробует. Я её сгною в тюрьме. Ты ей так и скажи, если что с тобой случится непонятное, участковый Даниленко обязательно во всём разберётся. Ладно, бывай, дед, я пошёл.

Вечер. У дома припаркована старая иномарка. За рулём сидит и курит Орлов. На пассажирское переднее сиденье подсаживается Даниленко в форме.

— Привет, — говорит он.

— Привет.

Они жмут друг другу руки.

— Ты чего такой взъерошенный, Андреич?

— Как обычно. Домашние достали. Ты как будто не знаешь.

— Валька запилила?

— Старшего решили в институт определять. На платное обучение.

— Ну и что?

— А ты знаешь, сколько всё это удовольствие стоит? И потом он же — дебил: не хочет ни учиться, ни работать. Какой смысл его устраивать в институт: деньги на ветер выкидывать?

— Забей и пошли всех сам знаешь куда.

— Я так и сделал.

— И что?

— Ты же знаешь этих баб, они, если вобьют себе что-то в голову — это трендец. Я бы сейчас убежал бы от всего этого с какой-нибудь молодухой хоть на край света. Только денег нет.

— Да это сейчас самое главное.

— И нет никакой возможности развернуться, Макс. Я сегодня сунулся к одному старичку, прощупал его. Он одинокий. После него останется квартира неизвестно кому. Оказывается, уже есть люди стригущие купоны на этой поляне. А я думал: может быть и мне что-то может обломиться.

— Наивный.

— Точно. Всё уже украдено до нас.

— Всё да не всё.

— Я и вспомнил твоё предложение про инкассаторов.

— Решился значит.

— Считай, что так.

— Молодец.

— Давай рассказывай план действий.

— План? План. План.

— Ты ещё ни хрена не придумал.

— Я ж только начал думать.

— С чего ж мы начнём то?

— Будем следить за машинами инкассаторов. Своя машина есть.

Максим ударил ладонями по рулю.

Орлов и Даниленко едут по Москве. За рулём Даниленко. Он ведёт свою бежевую «шестёрку». Впереди машина инкассаторов.

— И что толку, что мы ездим за ним целый день? — жалуется Даниленко.

— Как бы ещё он не заметил, — говорит Орлов.

— Запросто может мои номера срисовать.

— Не ссы, мы ещё ничего не сделали.

— Успокоил.

Орлов и Даниленко сидят в гараже Даниленко и пьют пиво из бутылок. Рядом стоит «шестёрка» Даниленко.

— Ты обратил внимание, что они часто меняют маршруты? — говорит Орлов.

— И что?

— И графика определённого поездок у них нет. Они непредсказуемы.

— И какие ты сделал выводы из этого?

— Никаких. У тебя есть идеи?

— Вести их от банка и при удобном положении напасть на них.

— При каком удобном положении?

— Они станут на светофоре, а мы подъедем сбоку и нападём на них.

— Как нападём? У них бронированная машина. Они нас быстрее расстреляют, чем мы их.

— Бля, точно. Значит, ничего у нас не получится?

— А что, если мы будем на двух машинах? Я спереди инкассаторов, а ты сзади. Я торможу, зажимаю их, ты подходишь сзади, и мы резко нападаем на них.

— У них же машина бронированная.

— Тьфу ты, точно.

— Есть идея: искать другой банк.

— А толку?

— У них может быть машина похуже и инкассаторы потупее.

— Хорошо. Только теперь следить будем на твоей машине, моя уже и так на ладан дышит.

— Ладно.

— Знаешь, я ещё о чём подумал?

— Ну?

— А мы вдвоём справимся? Ты — хороший стрелок?

— Ну, так: троечник с минусом.

— Я тоже не Василий Зайцев. Мне кажется, нам ещё народ нужен.

— Подумаем над этим. А пока я буду искать другой банк.

На улице светло. Максим подходит к большому гаражу. Ворота гаража открыты. Около его машины стоит автослесарь Олег Воробьёв и его друг Николай Матвейчук. Орлов незнаком с Матвейчуком.

— Здорово, Олег.

— Привет. — Воробьёв вытирает тряпкой руки.

Матвейчук в качестве приветствия махнул головой. Орлов тоже чуть наклонил голову. Матвейчук курит.

— Готова? — спрашивает Орлов.

— Готова.

— Как и обещал. — Орлов протягивает купюры Воробьёву.

Воробёв засунул деньги в карман фартука.

— Давай, Олег. — Воробьёву махнул рукой мужчина с короткой стрижкой в чёрном свитере и джинсах, и сел в машину, стоявшую у гаража.

Воробьёв в ответ ему тоже махнул рукой.

— Кто это? — спросил Орлов.

— Ванька Карасёв, — ответил Воробьёв.

Карасёв уезжает.

— Кто такой? — спрашивает Орлов.

— Охранник.

— Чего он охраняет?

— Да он, этот, как его, инкассатор.

— И как? Доволен?

— Да какой там. Говорит, понабирал кредитов, теперь готов хоть свой банк ограбить, лишь бы вылезти из долга.

Орлов задумчиво смотрит в сторону.

— Ты чего, Макс? — спрашивает Воробьёв.

— Слушай, познакомь меня с этим ин… Карасёвым.

— Попробую. Макс, я тебе советую, продай свою тачку, пока можно её продать. Моё то дело сам знаешь какое, я то могу зарабатывать на её ремонте очень долго; но ты всё-таки мой давний клиент.

Орлов похлопал Воробьёва по предплечью.

— Олег, устрой мне встречу с этим Иваном.

Заброшенный двор. Скамейка. Сзади полуразрушенная кирпичная постройка. В стороне висит бельё. Стоят Даниленко и Орлов. Курят. Подходит Карасёв.

— Здорово, народ. — Карасёв улыбается, жмёт руки Даниленко и Орлову.

— Привет, — говорит Орлов.

— Привет, — повторяет за ним Даниленко.

— Хотели со мной увидеться?

— Да, — говорит Орлов.

— Чем заслужил такое внимание?

— Хочешь стать миллионером? — спрашивает Орлов.

— Конечно, хочу. — Карасёв смеётся.

— Давай ограбим банк, — говорит Орлов.

— Какой? — Карасёв всё ещё улыбается.

— Твой. Или другой какой, — говорит Орлов.

— Вы прикалываетесь, парни?

— Кажется, мы не похожи на клоунов, — говорит Орлов.

— У тебя есть ещё какие-нибудь идеи, как можно стать миллионером, — вставляет своё слово Даниленко.

— Нет, в общем.

— Ну что, работаем? — спрашивает Орлов.

Карасёв, молча, всматривается в лица Орлова и Даниленко.

Машина Карасёва. Он за рулём. Даниленко и Орлов сидят на заднем сиденье.

Карасёв говорит:

— Я думал над вашей затеей парни. Всё очень трудно.

— В чём трудности? — спрашивает Орлов.

— Как вы проберётесь в бронированную машину?

— А ты на что? — спрашивает Орлов.

— В том то всё и дело, что я должен двух других инкассаторов и водителя обезвредить. А как это сделать?

— Как? — спрашивает Даниленко.

— Мне придётся их завалить. Вся мокруха на мне получится, а вы будете чистенькими.

— Ты можешь получить большую долю, — предложил Орлов.

— Это даже не обсуждается. И ещё. Как остановить машину?

— Валишь всех и приказываешь остановить машину водителю, — говорит Даниленко.

— А если не остановит?

— Я уже думал об этом. Нужна вторая машина. Она обгонит инкассаторов и резко притормозит, заставит их остановиться, — говорит Орлов.

— Это уже лучше, — говорит Карасёв. — А хватит у вас народу? Справитесь вдвоём?

— В принципе, если ты всех валишь, должно хватить, — говорит Орлов.

— Придумал. Надо будет вам ещё выстрелить по шинам, чтобы машина уже точно остановилась, — говорит Карасёв.

— Как хоть называется твой банк? — спрашивает Орлов.

— Ространсбанк.

— И много бабок перевозите? — спрашивает Орлов.

— Иногда пятьдесят миллионов баксов и больше.

— Ого. — Орлов переглянулся с Даниленко.

Квартира Орлова. Он лежит на заправленной кровати, смотрит в потолок. В комнату заходит Ирина и прыгает на него. Они целуются, возятся.

— Ты какой-то странный в последнее время? Нашёл себе ещё кого-нибудь? — спрашивает Ирина.

— Зачем мне ещё кто-то нужен?

— Не знаю. Так. Просто.

— Глупая.

— Я тебе покажу сейчас, какая я глупая.

Они целуется, Ирина снимает с Максима рубашку. Неожиданно Максим вырывается.

— Подожди. Я кое-что вспомнил.

Максим вскакивает с кровати, идёт в прихожую, берёт телефон, набирает номер.

— Алло. Андреич. Нужно срочно встретиться.

Квартира Даниленко. Прихожая. Даниленко положил трубку телефона. В прихожую входит его жена Валентина.

— Володь, ты можешь поговорить со своим сыном? — обращается к мужу Валентина.

— Что он ещё натворил? Опять двойку получил?

— Получил. Две, за четверть.

— Ёшкин кот.

Недовольный Даниленко идёт в комнату, где находится его младший сын. Сын играет в игру на компьютере.

— Серёж, ты совсем одурел. Я понимаю просто двойка, но за четверть. Это уже беспредел. Одумайся. Кем ты будешь, если будешь так учиться? Дворником? Или грузчиком? Ты уроки сделал?

— У меня каникулы. — Сергей не отрывается от экрана компьютера.

— Володь, ты, что с дуба рухнул? — Валентина стояла позади мужа.

— Ты чего, мать?

— У него уже были двойки за четверть.

— Ни хрена себе.

— Ты хоть немного будешь вникать в дела своей семьи? Или что у тебя всё время на уме? Только одно?

— Что одно-то?

— Пойдём, мне надо с тобой серьёзно поговорить.

— О чём?

— Идём на кухню.

Кухня. Даниленко и его жена сидят за столом друг против друга.

— Володь, прикрой дверь.

Даниленко прикрыл дверь.

— Ну.

— На этот раз у тебя всё серьёзно?

— Что значит серьёзно? Что значит на этот раз?

— Володь, я прекрасно понимаю, что ты мне изменял и постоянно врал. На этот раз я поняла, что у тебя всё серьёзно. Не какой-то мимолётный романчик.

— Валь…

— Что Валь? Ты же мне всю жизнь сломал. Я лучшие годы потратила на тебя дурака, родила от тебя двух детей, таких же дебилов, как ты. А ведь могла бы пойти в консерваторию, развиваться дальше, как личность.

— Валь, да с чего вообще ты решила?…

— Володь, вспомни, когда последний раз мы были близки?

— Когда?

— Не помнишь?

— Нет.

— Два года два месяца и ещё несколько дней.

— Валь, извини, я виноват перед тобой. Так получилось. Не знаю, что со мной происходит в последнее время. Пустота какая-то давит. Ничего не хочется. Хоть умирай.

— У тебя были мысли о суициде?

— Нет.

— Может быть, это депрессия или кризис среднего возраста?

— Скорее всего.

— Давай сходим к психологу.

— Не надо.

— У тебя, правда, сейчас никого нет?

Даниленко сделал характерную гримасу, означающую «сколько можно тебе объяснить, что и так понятно без всяких объяснений».

Гараж Даниленко. Орлов и Карасёв стоят, спинами прислонившись к «шестёрке», курят. Даниленко сидит на ящике.

Орлов говорит:

— Парни, я тут подумал; а с Олегом слесарем надо что-то делать.

— В каком смысле? — не понял Карасёв.

— В том смысле, что он теперь свидетель. Он познакомил меня и тебя. После ограбления будут прочесывать весь круг твоих знакомых.

— Верно, — согласился Карасёв. — И что ты предлагаешь делать?

— Либо привлекать его к нашему делу, либо убирать.

— Убирать? — Даниленко замотал головой, выражая этим не протест, а удивление.

— Убрать всегда успеем его, давай лучше привлекать. Люди нам понадобятся, — сказал Карасёв.

— И этого, второго, который тогда с ним стоял, тоже нужно будет привлечь. Он тоже свидетель. Ты не знаешь, кто это такой?

— Я не помню. Я кроме Олега никого там толком не знаю, — сказал Карасёв. — Я тут тоже кое о чём подумал. Мне уже не нравится мой первый план. Давай всё переиграем.

— Каким Макаром? — спросил Даниленко.

— Вы едете на двух машинах. Одна спереди, другая сзади инкассаторской. Первая обгоняет и заставляет нашу машину остановиться. Кто едет сзади, выбегает, стреляет по шинам. Кто впереди тоже выбегает. Я открываю дверцу и ложусь вниз, а вы валите двух инкассаторов и водителя.

— Теперь получается, ты никого не валишь, а мы всех валим, — возмутился Даниленко.

— Он может потом стрельнуть по своим товарищам-дружкам, — предложил Максим.

— Чтобы все были замазаны. — Иван ухмыльнулся.

— Точно, — сказал Максим. — Значит, теперь действуем по этому плану. Как будем привлекать к делу Олега?

— У него выбора нет: или он с нами или на кладбище, — говорит Карасёв.

— И ещё. Мы с Андреичем уже говорили об этом. Нам нужны ещё люди. Получается мы два на два. Это рискованно. Итог может оказаться не в нашу пользу, — сказал Максим.

— У меня нет никого на примете, — сказал Карасёв.

— У меня тоже, — сказал Андреич.

— У меня есть на примете один товарищ. Со мной работает, — говорит Орлов.

— Надёжен? — спросил Карасёв.

— Мне кажется да. На сто процентов не могу за него поручиться.

— Плохо, — сказал Карасёв.

— Но он нам может понадобиться. Он может помочь нам найти оружие.

Темно. Машина Даниленко едет по шоссе. С обеих сторон дороги лес. Даниленко останавливает машину на обочине. Из правой задней дверцы выходят Орлов, потом Воробьёв. Из левой задней дверцы вылез Карасёв.

— Пошли, — скомандовал Орлов.

Все трое двинулись к лесу. Остановились в пятнадцати метрах от дороги. Даниленко остался в машине.

Орлов и Карасёв стали с разных сторон от Воробьёва. Воробьёв дрожит.

— Олег, так получилось: тебе придётся поработать с нами, — говорит Карасёв.

— Что нужно делать?

— Грабить инкассаторов, — говорит Орлов.

— Вы прикалываетесь?

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Бесплатный фрагмент закончился.

Купите книгу, чтобы продолжить чтение.