Бесплатный фрагмент - Новый год

Новый год

Александр

Октябрь

Впервые я увидел её, когда подъезжал на трамвае к кольцевой станции. Девушка была юна и эффектна: рыжие длинные волосы, фиолетовое пальто и длинные ноги. Она ярко мерцала изнутри, словно тёплая ёлочная гирлянда, когда говорила с кем-то по телефону. И счастливо улыбалась, а потом и вовсе радостно подпрыгнула. Её красивые волосы картинно разметались по плечам. Мою злость и усталость как ветром сдуло. Глядя на эту девушку, я внутренне согрелся. И понял, что осенний день, на удивление, хорош.

Пока трамвай совершал все положенные ему маневры, прекрасная незнакомка исчезла. Но флёр её таинственности, сказочности и очарования примирил меня с осенью, которую я до невозможности не терпел.

Ноябрь

Погода была премерзкой, но черт дёрнул меня пройтись пару остановок пешком. Прогуляться захотелось, ха!.. Пустынная улочка, тоскливые деревья, холод. Бррр, пожалуй, нужно двигаться быстрее. Вот и он — спасительный перекрёсток, один светофор и нужная остановка. На светофоре застыл трамвай и мелькнула знакомая рыжая голова. Ох, наконец я увидел ту мимолетную красотку. Я так усиленно выглядывал её в районе больше месяца, но так и не встретил. Мы снова разминулись, но полторы минуты, что отсчитывал светофор, я смогу полюбоваться на чертовку. До чего же хороша!

Но в окне трамвая разворачивалась драма: девушка печально глядела в телефон и была ужасно расстроена. Ей позвонили, она молчала, лишь слушала, и слёзы градом катились по щекам. Кто-то из пассажиров проникся и поделился платком, зажегся зеленый свет, и бедняжку увёз трамвай.

Декабрь.

Я гонялся за своей фам-фаталь очень долго, но безуспешно.

Прочесывал улочки района в разное время суток, благо работа на удалёнке позволяла придерживаться графика по моему усмотрению. Сначала мне было даже смешно: внутренне подмечать, что девушка настолько запала мне в душу, что я неделями думал о Рыжей. (Я даже Сэту о ней рассказал, своему лучшему другу — чёрному коту. Всё же человеческую дружбу переоценивают.) В октябре это были радостные мысли, мысли о предвкушении встречи. В ноябре — хотелось утешить девушку, обнять и поговорить. Я никогда не влюблялся, для этого был слишком рациональным. Спокойные, доверительные отношения — мой максимум. Я считал, что не обязательно любить женщину, достаточно уважать, не обижая. Все мои предыдущие романы быстро увядали: девушки не хотели жить рационально, жаждали слов любви. Увы, этого я дать не мог. Cам долгое время считал себя человеком «с гранитным камушком в груди». Но рыжее наваждение терзало моё глупое сердце.

Дни сменялись неделями, вместо листьев в столице Урала давно и упорно лежал снег, а прекрасную Рыжулю я так и не поймал. Было весьма досадно.

Последняя неделя декабря выдалась радостно-суетливой, Новый год я люблю по-детски фанатично. Праздничная мишура, подарки, дух волшебства вселяют в душу счастье. Я много лет праздновал НГ один, лишь Сэт был моим компаньоном, но не скучал совершенно. Перед самым Новым годом работы всегда было невпроворот — все, кому не лень, хотели запечатлеть себя у ёлки. Сам я не снимал, общаться с незнакомыми людьми было весьма некомфортно. А вот ретушировать снимки я обожал. Плюс, я слыл весьма искусным ретушером — работы хватало всегда. Но с осени, с той самой судьбоносной встречи, почти в каждой женщине на снимках я часто видел свою Рыжую. У некоторых проскальзывал её прекрасный, кошачий разрез глаз, кто-то изящной позой мимолетно напоминал Рыжулю. Ретушируя снимки, я ловил себя на том, что порой осветляю медные волосы девушкам, в надежде добиться того самого оттенка. Хоть по рукам себя бей, приходилось по нескольку раз пересматривать свою ретушь. Именно в декабре было особенно «горячо». Просто завал работы. Но от заказов я не отказывался: кушать хочется всегда.

А глядя на эти, порой глупые, но счастливые лица, на этих женщин в красивых платьях я испытывал удовольствие, даря положительные эмоции людям. Просматривая фотографии на экране ноутбука, я даже почти любил человечество. Но общение на расстоянии было предпочтительнее.

На январские праздники планировал рвануть к родне, а сейчас просто хотелось сгонять в центр, выпить глинтвейна и погулять под огнями гирлянд. Долгие пешие прогулки под любимую музыку — что может быть лучше?? Ходил я много и часто, давал возможность голове проветриться, а глазам отдохнуть от монитора.

Я дождался «10-ку», повезло, трамвай был почти пустой, и к тому же ярко украшен, создавая особое настроение. Я двинулся к месту, что поближе к печке кондуктора и увидел свою Рыжую искорку. Она была мрачнее тучи, но как же счастлив был в тот момент я. Нашёл!

— Привет, я так долго тебя искал, — негромко, но настойчиво заговорил я с девушкой. — Я — Саша.

— Дарья, — на автомате произнесла девушка. -Хм, прости, но кто ты, мужик? — напряжённо уточнила Рыжая. — Я тебя не знаю.

Кондукторша подозрительно покосилась на меня. Но какая к черту разница, ведь я наконец поймал свою Рыжулю! И не планировал её отпускать.

— Дарья, я бы хотел вам…

— Тебе, — перебила девушка, — ненавижу, когда мне выкают.

— Тебе, — продолжил я, — предложить сходить в кафе. Прямо сейчас, если ты свободна. И вот в кафе, за чашкой кофе, я всё тебе расскажу.

На секунду я подумал, что она откажется, в наше время никто не улице не знакомится. А уж тем более в трамвае.

— За чашкой чая, — безразлично уточнила она.

Я энергично кивнул.

— Ладнооо, — протянула Дарья, — ты заинтриговал меня.

Дарья

Октябрь

9 октября — официально лучший день в мире. Боже, наконец ОН мне позвонил и назначил свидание. Бесконечное счастье переполняло меня, хотелось кричать во всё горло, прыгать и петь. Чем я и занялась на конечной трамвая. Два месяца я увивалась хвостом за нахалом, но оно того стоило. Высокий, холеный, умный холодный блондин с чернющими глазами. Не мужик, а картинка. Сексуальный и неприступный.

— Опасный тип, берегись, обожжешься, дура, — поучала меня Викуся. — Хотя, как хорош, падла.

Мы обе без особого восторга и надежды пришли на ту летнюю вечеринку к знакомым знакомых. Как уж там оказался Роман, черт его разберет. Он совсем не вписывался в интерьер и саму тусэ. Мужчина был явно «вип-лакшери». Мы обе пожирали парня глазами, к счастью, Викуся очень вовремя вспомнила о своем надежном Андрюсике. Не хотелось бы ругаться со своей милой подругой. Тем более из-за мужика. Ужасно горячего мужика. Викусе одного взгляда хватило, чтобы понять, что я увязла.

Но кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Немного унижений (но мы люди не гордые) и вот, уже завтра я иду с Романом на свидание. Наконец-то!!! Вот оно, счастье! А не купить ли шампанского?

Ноябрь

Вот идиотка. Глупая пафосная малолетка. Почему? Почему я не слушала умничку Вику. Роман. Этот восхитительный мужик истрепал мне всю душу. Буквально за месяц я смертельно устала от жизни, от людей, от своей пустой, не нужной этому опасном парню влюбленности. Что за ангел, думала я. Смешно. Слишком хорош, стоило бы подумать. Тело, лицо, личный стиль и музыкальный вкус. Ни одного изъяна. Ох, Дашка, вот ты влипла. Ждать каждый звонок, как верная собака, бежать к нему по первому зову. Никакой гордости и чувства самосохранения.

В последние дни Роман всё злее и холоднее. Он и так особо не пылал диким восторгом, глядя на меня, но сейчас… Мне страшно. У меня плохое предчувствие. От дурных мыслей я постоянно терялась в днях, в пространстве и событиях. Я забросила подруг, книги и свою любовь, свою страсть и работу — рисование. На экране планшета всё чаще появлялась несчастная, сломленная девица, подозрительно напоминающая меня. Такого свинства от своего подсознания я стерпеть не могла.

Вибрация, о, это Рома.

— Привет, дееетка — любимый вальяжно-холодный голос.

Он действует на меня, как удав на кролика. Внутри всё замирает. Я понимаю, что почти перестала дышать.

— Не хочу тебя отрывать надолго. Буду краток. Ты очень милая, детка, но давай разбежимся. У меня проблемы, в которые совсем не вписываешься ты со своими щенячьими чувствами. Прости, малышка. Не звони и не ищи меня больше.

Слёзы хлынули потоком. Каждое холодно-безразличное слово, словно хлыстом, по нервам. Как же обидно, да сколько можно плакать, как будто это что-то изменит, я пыталась, пыталась храбриться. Оказывается, я ехала в трамвае. А куда я ехала?.. Не помню. Я судорожно шмыгнула носом, позор! Кто-то сердобольный передал платок.

Вот же сволочь. Урод. Он бросил меня, бросил!!!! Как трус, по телефону. «Щенячьи чувства» — вот же сука.

Тупая боль и дикая злоба раздирают на куски, на части. Хочется громко-громко кричать. Возьми себя в руки, Даша. Нужно продержаться. Пожалуйста… Нужно доползти до дома. Дыши.

Декабрь

Незаметно подкрался Новый год. Впервые я буду совершенно одна в праздники. Викуся звала, но я не хочу портить им настрой своим мрачным лицом. Моё разбитое сердце, мои пустые надежды, шампанское и мандарины — всё, что мне светит в новогоднюю ночь. Глупые людишки снуют в преддверии праздника по магазинам, суета, радость. Бесите. Как же вы бесите. Возмутительно-нарядные трамваи вызывают во мне глухую тоску — тупая корова мечтала о чуде: быть с красивым парнем… Ага, ага, мечтай, надейся.

Я села на самое тёплое место, воткнула наушники, включила «Агату Кристи» и просто оцепенела на какое-то время. А потом начала размышлять. Разрыв с Романом. Что ж, мне очень повезло, что я умею рисовать. Боль, истерики, страх, обиду — всё я бросила в топку творчества. Создавая нового персонажа для своей вселенной, по образу Романа (чего же фактуре пропадать) я решила оторваться на нем по полной. Не зли художника, дорогуша, — не попадешь в историю.