Бесплатный фрагмент - Новогодник

Новогодник

Ну вот, наконец-то сегодня, в полночь, наступит долгожданный Новый год. Будет путешествие, веселье, подарки. За окном тихо, заснеженный лес, в предрассветных синих сумерках, а я вся в суматохе: бегаю счастливая и довольная по комнатам в последних приготовлениях к празднику. Надо в сотый раз всё проверить и костюм примерить. До чего же хороша, просто прелесть: молодость мне к лицу. Даже дед пару раз похвалил за рвение и подобранный наряд. Целый год ждала этого дня, трудилась не покладая рук, обрабатывая вороха пришедших по почте писем, сообщений, в распухшем электронном ящике, и клокочущий поток, подобный цунами, улавливаемых радаром мыслеформ, самых сокровенных желаний людей, чтобы потом создать позитивный настрой для их исполнения в Новом году.

Порой достаточно одного толчка, чтобы человек посмотрел на мир по-новому, увидел, новый поворот, старого знакомого или объявление, которые помогут осуществить мечту. Или ребенку, чтобы подружиться с другими ребятами, надо всего то весело по-дружески улыбнуться. Но, ведь кто-то ему об этом должен намекнуть…

Какое счастье, что нам, в канун Нового года, можно выходить к людям, так сказать, для непосредственного общения. Мы не бываем на корпоративах или столичных ёлках, а ходим в детские дома или интернаты, в глубинке, в провинции, как якобы присланные, в благотворительных целях, неизвестными спонсорами. В этом году у нас намечен такой интернат, в котором дети больше всего просят, чтобы папы и мамы навестили их и взяли на праздники к себе. Там мы будем зажигать, чтобы они почувствовали себя большой дружной семьёй, а нас своими родственники. Мы- это мой дед -Мороз и я –Снегурочка.

Подарки для ребят готовы, сладости, карнавальные костюмы. Но, это не всё. Мы привезем для них настоящий Праздник — наш генератор-трансформатор, который сделает новогоднюю ночь по-настоящему волшебной.

Села за руль вездехода, дед Мороз устроился на заднем сидении, рядом с Праздником. Ну, в общем в путь. Вырулив на трассу, слились с потоком машин, несущихся в нашем направлении. Могли, конечно, и по воздуху переместиться, но это слишком заметно. Это ведь не старые добрые времена, сейчас муха не пролетит выше десяти метров, чтоб её не засекли бдительные люди с айфонами, которые только и ждут чтобы снять что-нибудь необычное и выложить в интернет. Поэтому мы ездим по-тихому, чтоб не привлекать внимание. Вот и наш поворот. Обернулась на заднее сидение. Уморился видать дед от дороги, спит себе навалившись на Праздник, а тот почему-то мигает сигнальной лампочкой. Пришлось остановиться, чтоб разбудить деда и проверить генератор. Когда открыла дверь, не поверила своим глазам: на заднем сидении в одежде деда Мороза, спал подросток. Тряхнула его, он уставился на меня заспанными глазами и испуганно спросил: «Вам чего бабушка?».

Чуть не поперхнулась. Да я на вид его моложе, а он «бабушка». Глянула мельком в боковое зеркало и дар речи потеряла: на меня смотрела женщина пенсионного возраста в костюмчике снегурочки. Протерла глаза, достала свое волшебное зеркало и ещё раз посмотрела на себя. Ну, всё, полный абзац: в зеркале на меня смотрела упитанная женщина в моей одежде, больше похожая на снежную бабу. Услышала смех за спиной. Обернулась. Подросток, упершись в бока, ну точно, как мой дед-Мороз, хохотал разглядывая меня.

— Что внученька? Видать Праздник решил над нами подшутить. Как на ёлку то в интернат в таком виде поедем?

— Как, как? — разозлилась я, в несвойственной мне манере, сказала с ехидством, — А так и поедем! Я- Снегурочка на пенсии, а ты — внучок Морозко. Не всё же мне скакать с детьми на ёлках, а тебе по-царски сидеть. Вот ты теперь и скачи!

И, посмотрев на генератор, устроивший всё это, рявкнула:

— Спасибо, Праздник!

Забралась в машину с трудом: новые формы мешали и шуба. Дед же запрыгнул, как мячик, на заднее сидение и мы покатили к интернату. Всю дорогу ругалась про себя, что теперь такая толстая и дети будут надо мной смеяться, а мне праздник надо проводить. А чтоб все были счастливы, я должна то же быть счастливая и добрая к ним. Ни хрена ничего не получается! Куда позитив-то делся?!

Когда подъехали к интернату, нас уже там ждали. У ворот столпилась куча мала, во главе с директоршей и воспитателями, окружённые ребятишками. И как водится, в руках у неё каравай с солонкой посередине. Что я хлеба с солью не едала что ли? Раньше бы я весело выскочила, пошутила, что нас тут уже все ждут и отломила бы кусочек, попробовала бы этого затвердевшего на морозе каравая. А, сейчас нет, не хочу его есть злилась я, еле выползая из машины. Когда выбралась и повернулась к толпе, надо было видеть их лица: да у них рты открылись от удивления. А дед уже «поскакал» к директорше и говорит таким медовым голосом:

— В этом году креативная комплектация для вас: Снегурка на пенсии и внучек Морозко, — и чмок директоршу в щеку.

Она чуть каравай не уронила. А он так шустро его поддержал и громко крикнул всей толпе:

— Ребята айда в дом! Я для Вас классные костюмы привез! А, Снегурочка пусть тут пока порядок наведет.

Схватив огромный баул с костюмами, он как ни в чем ни бывало побежал с толпой в дом, оставив меня с директоршей у машины.

Улыбнувшись ей, попросила помочь мне выгрузить Праздник из машины, сказав, что это установка для оформления ёлки. Та, понимающе кивнула головой и помогла мне её вытащить и поставить посреди двора, сказав, с горечью в голосе:

— На нас бабах весь мир этот держится. Они что? Им бы веселье, да кибиш. А нам тяжести таскать, да праздники для них устраивать.

Ещё раз, оглядев меня с ног до головы, с сочувствием добавила:

— Может что ещё надо, говори, сердешная, помогу. Понимаю, работа у тебя такая — актерская, хоть и на пенсии, а деньги зарабатывать надо.

— Спасибо на добром слове и за помощь, — расчувствовалась я, вытащила из кармана хрустальную снежинку и протянула, — На счастье!

У неё аж слезы на глазах выступили. Поблагодарив, она взяла осторожно снежинку, положила в карман, смущенно улыбнувшись, поспешила в интернат.

Оставшись одна, пнула от злости генератор Праздник в бок, прошипев, что я ему этого не прощу и запустила программу.

Хорошо, что у них на территории ель большая росла, не нужно было рыскать по лесу. Как только программа заработала, снег на ели покрылся искрящейся мишурой и шарами, под ногами возникли снежные узоры, как на оконном стекле, а над головой — шатер из гирлянд с разноцветными фонарями. И зазвучала музыка…

Двери интерната открылись и из них выскочила разноцветная толпа ребят в костюмах. Вначале я не обратила на них внимание, но когда они перевели дух от того великолепия, что кругом царило и подошли ко мне, чуть не потеряла дар речи: таких костюмов у нас отродясь не было! У нас все были положительные, добрые персонажи, а это непонятно что: зомби, фантастические твари, упыри, маги, монстры какие-то. И среди всей этой вакханалии счастливый, улыбающийся дед Мороз. На его молодом, раскрасневшемся лице явно читалось, что всё это доставляет ему огромное удовольствие. Значит, вот он какой озорник в молодости был.

Ему-то что, вон веселится, всех захватил своим весельем, праздник водит, даже директора с обслуживающим персоналом в костюмы нарядил. Только я одна, никому не нужная сижу на приступке крыльца и наблюдаю за всей этой вакханалией.

Подошла ко мне какая-то маленькая «тварь» — это я об её костюме, и писклявым голоском попросила, чтобы сводила её в туалет, а то ей страшно от всей этой нечисти. Пошла с ней искать туалет. Дом внутри тоже изменился, хотя Праздник так никогда не делал. Он стал похож на какую- то смесь средневекового замка и пещеры сокровищ Али-бабы. Пройдя через лабиринты первого этажа, за углом нашли всё-таки туалет, хотя от больше походил на пещеру с разбившейся скорлупой от яиц дракона. «Тварь» попросила не оставлять её тут одну.

Когда вернулись к ёлке, там все уже похоже устали от буйной пляски, устроенной Морозко, и разбрелись по скамейкам, разглядывать полученные подарки.

Подойдя к деду, спросила:

— Какого хрена происходит? Почему нечисть кругом? Где наши костюмы?».

А он в ответ:

— Так, видать, Праздник разнообразия захотел. Что толку сейчас разбираться. Надо детей веселить.

Маленькая «тварь» за моей спиной запищала, что ей холодно, и она хочет есть. Подошла к директорше, в костюме Золушки. Она здесь единственный положительный персонаж, не считая меня, и спросила, когда будет ужин. Та ответила, что всё давно готово, но, они боятся зайти обратно в дом: страшно, да и потеряться можно. Мол, вон уборщица Фрося ушла и до сих пор нет.

Решительно забрала у Морозко посох и стукнула им, что есть мочи, по генератору Праздника. Видать здорово стукнула, потому как везде свет погас. Услышала писк «твари» около меня. Ещё раз стукнула генератор посохом.

Свет зажегся. И о чудо? Я стала опять маленькой внучкой Снегурочкой, костюмы на детях стали такими, какими мы их сюда везли, маленькая «тварь» превратилась с Дюймовочку, директорша и обслуживающий персонал приняли свой обычный вид, а здание интерната стало похоже на пряничный домик из сказки о Щелкунчике. Двери его распахнулись, и в них стоял нормальный мой дед Мороз, который громовым голосом поздравил всех с Новым годом и пригласил на праздничный ужин.

Когда все ушли, мы попрощались с директоршей, поблагодарившей нас за такое интересное представление. А, когда и она ушла, выключила генератор Праздника, и дед Мороз взмахом посоха погрузил его в машину.

Вот зараза! Мог ведь так и выгрузить. Так нет, мне пришлось переть. Тьфу, тьфу, что это я. Он ведь не мог: он был маленький Морозко, молодой ещё. Настроение чувствую повышаться стало, даже как-то смешно за всё то, что тут произошло. И зачем я злилась? Всё было очень здорово, необычно. Ух ты! Хорошо, что мы сюда приехали. Как весело-то мне. А Дед похоже утомился, вон только сел на заднее сидение, так сразу заснул в обнимку с Праздником. Жаль, пора домой, я так с Дюймовочкой по-настоящему и не познакомилась, а могли бы дружить, переписываться.

Часы на руке деда пробили полночь, я нажала на газ, и мы взлетели в небо. Может затеряемся в салютах и фейерверках и нас никто не заметит, а мы уже через полчаса будем дома, и я успею посмотреть Новогодний концерт, мультики, пока дед спит.

Интересно, какой он мне подарок в этом году приготовил? Уж ни этот ли, что только что был. Н — е — е — т. С Новым годом ребята!!!

Молекулярная жизнь

Вот я такая искристая, такая первозданно чистая, родниковая капля воды. Хоп, с моими родными каплями, потоком в ведро. А, вот нас несут с почестями, раскачиваемся в ведре. Пока несут, греемся на солнышке. Хоп, поставили ведро на лавку. А, печку топить будут! Обед готовить будут. Хорошо — полетаем! Хоп! В чугунок. В печь. В огонь. Теперь, главное, побыстрее разогреться и вверх по трубе в небо вылететь. В этом соревновании надо оказаться ближе к поверхности, скакнуть и подлететь, и на всех парах подняться в небо. Лечу! Я первая, нет, не первая, в первом миллионе, ну и то хорошо. Класс!

Ветер подхватил, стал поднимать высоко-высоко, уже и родного колодца не видно. А здесь круто! Смотрите, какую я красивую форму приняла! Восьмиконечная, искристая — снежинища! Чудо, как хорошо лететь, кружится. А, вот и земля, уже укрыта мириадами мне подобных, но я одна такая самая красивая, бесподобная. Все — приземлилась, удачно в ямке, ветром не будет сдувать на дорогу, под ноги людями. Вон, по тротуару, они все идут и идут, топчут и топчут тех, кто туда приземлился… Но, что нам может сделаться, мы же вечные!

Жизнь в сугробе зимой — это сказка, общение: надо все новости обсудить, опять же отдых, сон, такая ленность, такая тишина. Ну, и что улица? Люди нас не слышат, и мы их не слышим, у нас тут свой шум -снежный. Ну, вот, правда, дворники …, но ничего: сразу из одного общества в другое попадаешь, то же хорошо.

А, солнышко весной припечет, мы начнем таять, форму восстанавливать, заплыв устраивать, кто быстрее. А, там, река, половодье, большая вода, веселье, праздник встреч, кульбиты, перевороты, прыжки с высоты, аж дух захватывает!

Летом, главное поучаствовать в грозе! Вот летишь в огромной боевой туче, которая как котел, вся бурлит, столько в ней энергии. И тут одна туча задела другую, искра, проблеск молнии, раскат грома на все небеса, и ты чувствуешь блаженство от обилия озона, и сама на время превращаешься в него. Хоть, это недолго, но так радостно, так очищающе — бесподобно.

Хоп! И ты уже с другими каплями дождем проливаешься на это мир, смывая со всего дурные мысли, воспоминания, заботы, и прыгаешь и хохочешь по лужам, шлепая машины и людей.

Вы спросите, как я отношусь к мусору, грязи и прочим делам на улице? Никак. Они часть мира, вы часть мира, меня это не беспокоит. Вы с этим живете, я с этим живу, иногда устаю, но у меня есть исток.

Когда я устаю от вас, от этого мира, от своих превращений и вращений, когда перестаю быть такой радостной и искрящейся, я ухожу к маме. Она мой исток, мое начало. Там в глубоких подземных чертогах вечной темноты, мы очищаемся от всего, что накопилось в нас во время путешествия по миру, отдыхаем, начинаем грустить о солнце, ветре, радуге — дуге, о вас странные люди.

Мы вам нужны, но и вы нам нужны. Вы нас добываете из самых родников земли, возвращая к свету, к миру, к небу. Эх, полетели!

Новогодний ЮЮ

Возможно, я живу не в таком большом городке, как хотелось, и к Новому году, его что-то не торопятся украшать, да, и снега-то на улицах нет, настроение мерзопакостное и хочется, рвать и метать, рвать и метать. Решил, хотя бы для себя любимого, сделать что-нибудь приятное. Например, нахимичить какую-нибудь формулу, чтобы исправить свой внешний вид, оставляющий желать лучшего: худой, угловатый, волосы на голове торчат в разные стороны. Нет бы они вились, а я был чуть пополнее, выглядел солиднее, и ходил степенной походкой, а не бегал, вечно скрючась в три погибели, не мальчишка ведь, а как никак кандидат наук, вроде уважаемый человек. Пробовал разные диеты для поправки веса, но всё тщетно, так и живу: вечно голодный, вечно холодный, вечно недовольный собой, погодой и окружающими.

Но, сегодня утром меня осенило: вспомнил, как бабушка в детстве говорила, что есть такое средство, которое любого сделает «и тушистее и пушистее», в смысле, и вес поправит, и волос раскудрявит. Она даже мне рецепт своим корявым почерком написала и предлагала опробовать. Однако, я на её доморощенные народные средства глядел свысока, а на увещевания реагировал, как на бабушкины россказни, как никак, я учёный, а тут безграмотная бабуля пытается чему-то меня учить. С годами, стал понимать, что не всё так просто с народными средствами, порой они более действенны, чем импортные дорогие лекарства, вот и решил откопать в своих архивах бабкин рецепт и испробовать его, чем чёрт не шутит, может правда хоть немного улучшит мою внешность и поднимет настроение, а там глядишь и Новый год встречу не как всегда.

Рассматривая свои детские фотографии, обнаружил его, прикрепленным к одной из них, где я новоиспеченный инженер-химик, приехал к бабке, чтобы похвастаться полученным дипломом, и мы стоим с ней в обнимку: она маленькая пухленькая и я- тощий и длинный. Разбирая её каракули, удивился, что кроме трав в рецепте есть и химические соединения, о которых она вроде и понятия не должна иметь, а также чётко прописан процесс возгонки и дистилляции. Никак самогон по науке гнала? Короче, помучавшись с рецептом, написанным выцветшими от времени чернилами, получил искомый продукт фиалкового цвета, пахнущий толи морозом, толи зеленью. Капнул на язык и почмокал, чтобы разобрать вкус и ощущения.

Мурашки по коже побежали, в животе холодно стало, в голове просветлело, но через несколько секунд всё прошло. Подошёл к зеркалу, посмотреть, почему у меня уши чесаться начали. Глянул и чуть не обомлел: уши покрылись короткими кудрявыми волосами и стали ещё больше, чем были. Ну спасибо, бабка, удружила. А, в голове привязчивая мысль «выпей ещё, выпей», мол до волос на голове не дошло, потому как лекарства не хватило. Накапал на язык ещё пять капель. Правда голова зачесалась. С опаской подошёл к зеркалу и заглянул в него: голова покрылась кудрявыми длинными волосами и вроде мохнатых ух стало не видно, однако нос почему-то посинел и щеки румяными стали, вроде даже старше стал выглядеть. Чур меня, чур! Может, что не так в рецепте прочитал или последовательность нарушил — эффект старения налицо? А, мысли в голове вертятся и вертятся «ещё выпей, ещё выпей, не дошло лекарство до назначения». Ну, и хряпнул я ещё десяток капель. Вдруг чувствую, голова закружилась и я падаю на пол.

Сколько был без сознания — не помню. Очнулся, еле встал с пола, подошёл к зеркалу и чуть второй раз не грохнулся на пол: в зеркало смотрел на меня настоящий Дед Мороз, лет этак семидесяти с мощной кудрявой растительностью на лице и голове, румянцем во все щеки и красным носом.

Всё, накрыла, похоже, меня бабушкина настойка, никак белочка ко мне пришла. Пошёл умылся холодной водой, налил горячего чая и решил его чуть остудить: дунул на него, а стакан, вместе с чаем, замёрз прямо на глазах. С перепугу, его выронил, и он разлетелся на мелкие ледяные осколки. Решил, чаю всё-таки попить, и на второй стакан дуть не стал, а выпил махом. Внутри стало горячо, вроде полегчало, вдохновение нашло, в голове закружились рифмы, как снежинки, и стали проситься на бумагу. Схватил карандаш и написал стих про своё волшебное превращение. Кстати, первый раз в жизни стих писал, а вышло так складно, так здорово, даже настроение поднялось. Ух-ты. Чувствовать себя стал лучше. Когда ещё один стакан горячего чая выпил, захотелось петь, танцевать, на санях прокатиться с колокольчиком. Э-эх, залётные! Решил потихоньку подойти к зеркалу и посмотреть на себя, вдруг всё прошло, и прежним стал, пусть худым и взъерошенным. Поглядел, вроде правда стал похож на самого себя, только чуть потолще и волосы помягче и покудрявее. С облегчением, вздохнул, слава богу, что внешность моя вернулась и рецепт подействовал. От греха подальше решил вылить остатки лекарства в канализацию и рецепт убрать в архив. Вряд ли я ещё раз рискну его применить, уж больно всё это смахивает на колдовство. Видать, плохо знал свою бабулю и историю её жизни, раз о таких фокусах слыхом не слыхивал.

Решил, что на сегодня программа развлечений исчерпана, поэтому плотно поужинав пошёл спать. Проснулся в прекрасном настроении, хотелось праздника, карнавала, многолюдья и многоблюдья праздничных столов, чтобы можно было есть, плясать и петь вволю. В зеркало на меня глядел очень даже симпатичный мужчина средних лет приятной, солидной наружности, с вьющимися волосами на голове и небольшой бородкой. Вроде каждый день бреюсь, когда успела вырасти? Довольный собой, надел пальто, прихватил портфель, предварительно положив туда завалявшуюся коробку конфет — вдруг захочу сладкого. Что-то меня на сладкое потянуло, раньше вроде не замечал за собой такого, а сейчас хочется вкусняшек и нямняшек? А, как вкусно вдруг пахнуло ванилью, наверное, кто-то в доме печет праздничный пирог. Я тоже такой хочу! Надо обязательно зайти в булочную и заказать на ужин.

Выйдя на улицу, увидел, что всё вокруг искрится пушистым снегом, а деревья покрыты инеем. Нахлынул восторг, что вот, наконец, и зима настоящая пришла, значит, Новый год будет тоже настоящим, праздничным. Услышал за спиной два рингтона сотовых телефонов. Обернулся и обнаружил, что они исходят от парочки снегирей, яблочками сидящих на ветке. Это они так переговариваются друг с другом? Один поёт: «Остыли реки, и земля остыла, но я морозов не боюсь…», а второй вторит: «Ах ты зимушка зима, зима снежная была». Не успел переварить этот процесс освоения пернатыми наших телефонных позывных, как мимо меня протопала семейка снеговиков: папа, мама и три маленьких снежных колобка с красными носами-морковками.

Похлопал себя по щекам, ущипнул, закрыл глаза, открыл, посмотрел в ту сторону, куда они удалились. Их не было, но оттуда шла не менее чудная парочка: две большие наряженные ёлки прыгали в моём направлении, а поравнявшись со мной махнули украшенными макушками, словно были со мной знакомы. Да, я в жизни ни с одной елью знаком не был!

Оглянулся по сторонам: в свете яркого солнца, дома на улице, укрытые пушистым искрящимся снегом, казались сказочными пряничными домиками, посыпанными марципаном, а рекламные объявления и названия магазинов волшебным образом превратились в весёлые вывески, вроде «Обувь от Башмакова» или «Выпечка от Пирожкова», ну, или эта «Вселенский выбор продуктов от Глобусова». Сами магазины сверкали новогодней мишурой, у дверей висели позолоченные колокольчики, которые, при открывании дверей, звенели каждый раз новой мелодией, вроде «Тра-ля-ля», «У-ля-ля», «О-ля-ля», «Фа-ля-ля»… Но самое интересное было даже не в этом, а в том, кто входил в магазин и кто из него выходил. Это были: большие и маленькие Деды Морозы и Снегурочки, Снеговики и Снежные бабы, Ёлки, Снежные королевы и короли, Матушки Зимы и Колотуны-морозуны, Снежинки и Снежинищи, а может Снежинцы, так как были мужского рода, ну и естественно лесной народ: лисы, волки, медведи, зайцы. И над всем этим светопреставлением летали стайки птиц и пели хором любимые новогодние рингтоны: «в лесу родилась ёлочка», «ой мороз, мороз, не морозь меня», «снег, снег», «новый год стучится, может всё случится», ну и так далее.

В общем, понял, что хватанул вчера слишком много бабушкиного зелья и, похоже, оказался по ту сторону жизни, потому как тут всё слишком хорошо и весело, а так в жизни у меня ещё не было. Чтобы как-то прийти в себя, решил прогуляться до работы пешком, может выйду из этого состояния. Однако, голос внутри нашёптывал, что мне тут и так не плохо, даже очень хорошо. Проходя мимо вывески «Кофейня Котофеича» решил зайти попить кофе. Дверь открыла милая такая пушистая серая кошечка, которая провела меня к миниатюрному столику у окна и приняла заказ. Через минуту появилась пушистая компания котят, которые наперебой предлагающая мне разные сладости к кофе. Не мог отказать детишкам и накупил целый пакет всевозможных петушков, пастилок, шоколадок. Мама кошка, принеся кофе, прогнала котят на кухню и извинилась за их поведение, сказав, что они подаренным конфетам предпочитают всякую технику, вот и продают свои подарки посетителям, чтобы потом купить очередной гаджет. «Не та молодежь пошла», — вздохнула она и присела рядом, чтобы составить компанию. Кофе с пенкой сливок, был прекрасен как на вид, так и на вкус. Пока пил, кошка что-то там мурлыкала про свои житейские будни, детей и мужа, которого вечно нет дома и на работе, вечно он в разъездах и на съездах котов- предпринимателей, поэтому приходится одной со всем этим управляться.

Допив кофе, поблагодарил её за кофе и за компанию, пожелав исполнения всех её желаний. Она даже подпрыгнула на месте от радости и попросила почаще к ним заходить- она очень рада видеть у себя такого высокого гостя.

Горячий кофе сделал своё дело: опять почувствовал внутри кружение снежинок и поэтических рифм, которые так и рвались наружу, слагаясь в песню. Никогда прилюдно не пел, да и вообще не чувствовал у себя способностей к этому, а тут вдруг рот сам собой стал открываться и громко напевать залихватскую песню про удалого молодца — одинокого морозца. Правда звучало это, как одинокого отморозка, который не прочь закрутить роман с милой такой снегурицей — молодой девицей.

Охренеть просто, что происходит? И что из меня такое прёт? Но, главное, настроение прекрасное и отказываться от него не хочется? Однако, опомнился я, так я из своего потустороннего состояния не выйду, надо скорее идти на работу, уж там то точно найдется тот, кто испортит мне настроение и поможет прийти в себя.

Подходя к институту, удивился его внешнему виду: как-то несолидно выглядела надпись на его фасаде «Добро пожаловать в храм науки», а само здание украшали золотистые снежинки в толстых переплетах — этакие снежинки-книжки, с развевающимися на ветру кружевными листочками-лучиками. Дверь открыл швейцар, в настоящей ливрее, пригласил по имени и отчеству пройти внутрь. Дальше вела ковровая дорожка до лестницы и вверх. Всё вокруг было отделано мрамором и инкрустировано вставками-снежинками, в коридорах толпились студенты: домовые, лешие, снеговики, снегурочки, морозцы, ёлки и …лесорубы. Эти-то, что тут делают? Они же всех под корень рубить будут, у них же мозги на другое заточены. Куда смотрит приёмная комиссия, куда смотрит педсовет? Подойдя к двери своей кафедры, потихоньку приоткрыл её и заглянул внутрь. Пусто, никого, да и выглядит вполне обычно. Слава богу. Только вошёл внутрь, как следом забежал заведующий кафедрой Антоныч, ну снежный баб, да и только. Подбегает ко мне и кричит в ухо, будто я глухой:

— Юра, аврал! Мало золотых снежинок завезли, на подарки всем не хватает. Выручай!

Он схватил какой-то казан, стоящий на моём столе, сунул мне в руки:

— Срочно наколдуй две, нет, три дюжины золотых снежинок! И обязательно с монограммой института и пожеланиями от меня.

Поставил я казан на стол, поднёс к нему руки, закрыл глаза и представил кучу снежинок, по его кривому эскизу. Если он считает, что могу наколдовать, значит, так оно и есть. Открыл глаза — казан-то полон снежинок, да не простых, а золотых. Вот ведь наболесть какая, я ещё и колдовать могу! Баб схватил казан, вытряхнул снежинки в ведро из-под бумаг и убежал за дверь.

Заглянул в казан, а там одна снежинка прилипла к стенке. Оторвал её и посмотрел на свет: правда золотая, с монограммой и пожеланием. Чудо, да и только!

Пропел по институту звонок, голосом Магомаева «песня плывет, сердце поёт». Это, наверное, началась очередная академическая пара, а я, как назло, не помню своего расписания. Стал рыться в столе и случайно выронил бумаги на пол, пришлось лезть под стол их вытаскивать. Сижу под столом бумаги собираю. Смотрю дверь открывается, и чьи-то милые ножки, в хрустальных туфельках, топают к моему столу. Подошли, остановились и спрашивают, не надо ли чем помочь. Ответил, что уже всё собрал. Вылез из-под стола, смотрю, а это наша Юля — ассистент кафедры, только одета в нарядное блестящее платье, кудрявые золотистые волосы раскинуты по плечам, а на голове маленькая серебристая диадема. Сколько её помню, она всегда мне казалась толстушкой, сослуживцы за глаза над ней подшучивали «вот колобок катится», а тут передо мной стоит очень стройная девушка, никакой не колобок.

Спрашиваю её, что с ней произошло. Она говорит, что утром проснулась, такой, какая сейчас и поэтому очень счастлива. Сегодня по дороге на работу даже встретила принца на белом коне, он обещал за ней через час заехать, с подарком, но так и не заехал: пробки, наверное, или конь проголодался, так что, похоже, она потеряла своего принца, но, всё равно, не отчаивается, может другого встретит. Вспомнил о снежинке, которая случайна осталась в казане, нащупал её за спиной на столе и протянул ей, сказав, что пусть я не принц, но подарок у меня для неё есть. Она аккуратно взяла снежинку и так счастливо заулыбалась, что тут я понял — вот моё счастье. В это момент на кафедру заехал принц на белом коне, и заставил коня преклонить колено перед Юлей, чтобы он смог подать ей блестящий свёрток. Сердце моё ёкнуло, ну вот и всё, она выберет его, что ей моя снежинка.

Юля спрашивает принца, а что у него за подарок. А, тот гордо отвечает, что он поэтому и задержался, что это свежеиспечённая пицца из лучшей пиццерии города, и они сейчас её вместе есть будут. Юля посмотрела на подаренную мной снежинку и сказала, что подарок, который она ждала, уже получила и поэтому ей от него ничего не надо. Обиженный принц, выпрямился в седле, поднял коня с колен и не проронив ни слова, гордо выехал с кафедры прочь.

Повернувшись ко мне, она сказала, что впервые очень счастлива, потому что происходит что-то удивительное, необыкновенное: я обратил на неё внимание и сделал подарок своими руками, значит, от всего сердца. Внутри опять запорхали снежинки, закрутились рифмы. Встав перед Юлей на одно колено, как настоящий рыцарь, прочитал стих-экспромт, с предложением руки и сердца. Она наклонилась, вероятно, хотела чмокнуть меня в щёку, но я уже почувствовал, что падаю на пол, теряя сознание… в самый неподходящий момент.

Очнулся у себя дома, рядом в кресле дремала Юля. И никакой она не колобок, очень даже аккуратная и миленькая, просто маленького роста. Дотронулся до её руки, она тут же проснулась и сказала, что очень рада, что я наконец очнулся, а то она не знала, что делать.

По её словам, я сегодня не пришёл на работу, на телефоны не отвечал, поэтому заведующий кафедрой послал её проверить меня дома. Дверь в квартиру была открыта, я лежал без сознания под столом в гостиной. Она вызвала скорую и они с врачом перенесли меня на кровать. Тот осмотрел меня и сказал, что ничего страшного, просто сплю очень крепким сном, оставил свой телефон, на всякий случай, и уехал, а она, позвонив Антонычу, осталась тут караулить меня, пока не проснусь. Ну, вот теперь она может идти.

Взяв за руку, сказал, что благодарю за всё, что она сделала и предлагаю прогуляться до ближайшего кафе перекусить и попить кофе, поскольку холодильник мой пуст. Она обрадованно мотнула головой и вышла в прихожую, чтобы я смог переодеться. Заправляя кровать, нащупал под подушкой что-то маленькое и колючее. Когда вытащил, увидел маленькую золотую снежинку, с монограммой ЮЮ. Неужели она оттуда, тогда почему такая монограмма? Боясь, что опять погружусь в сон, мотнул головой, отбрасывая наваждение, скорее оделся, сунул снежинку в карман и вышел в прихожую.

Юля в своей пушистой шубке и берете, сразу напомнила мне ту Юлю из сна, поэтому автоматически протянул ей снежинку, сказав, что это подарок на Новый год. Поблагодарив, она взяла снежинку и стала со всех сторон её разглядывать, потом, в замешательстве, сказала, что ей приснился сон, где я подарил ей такую же снежинку. Только это было не у меня дома, а на кафедре института. У меня аж всё похолодело внутри, запорхали снежинки и рифмы, схватил Юлю под руку и побежал с ней на выход. Выйдя, в сгущавшихся сумерках, из подъезда, обрадовался, что, наконец, выпал снег, укрыв пушистым ковром всё вокруг. Поравнявшись с росшим у дороги деревом, увидел двух чирикающих снегирей на ветке. Когда мы их уже прошли, услышал рингтон «остыли реки, и земля остыла». Обернулся, чтобы увидеть откуда звук. Но, Юля перехватив мой взгляд, сказала, что это звонит её телефон, наверное, заведующий кафедрой беспокоится о моём самочувствии. С облегчением выдохнул и, улыбаясь, зашагал с Юлей в кафе, подумав, что ну и шутница у меня бабуля, такое внуку отчебучила, но, главное, что всё хорошо закончилось, как она и обещала. Царствия ей небесного!

Дубль

Первый легкий снег кружится в воздухе, заметая за мной следы на дорожке парка. Тихо, как -то очень тихо, словно вокруг не живая природа, а голографическая панорама. Люблю такую погоду, гулял бы и гулял среди деревьев, укутанных легким, пушистым, снежным одеялом, словно отходящих ко сну. Зуммером телефона, время неумолимо напоминает о себе, что пора идти на работу.

В этом парке расположен Центр исследования дальнего космоса, где я и работаю экспертом. Прежде чем послать корабль с экипажем к очередной планете, именно мы, переносясь сознанием в конечный пункт полета, исследуем и определяем риски и меры безопасности для людей. Сегодня у меня по графику одна из планет созвездия Лебедя. Правда, её прикрывает от нас небольшая туманность, которая может помешать четкости восприятия ситуации на ней. Эти туманности- вроде ни о чем, но как лупа искривляют расстояние до объекта и можно промахнуться мимо планеты и зависнуть где-нибудь среди открытого космоса. Придется несколько часов висеть, в невообразимо красивом мире переливающихся галактик, солнц, астероидов и комет, а может в почти полной темноте и пустоте, в ожидании момента возвращения. Сознание такая вещь, что когда оно отделено от тела, то окружающий мир воспринимает по-другому: немного абстрактно, отстраненно от физических ощущений и одновременно эмоционально восторженно, восхищаясь невообразимыми на земле красками и несоизмеримой огромностью расстояний и объектов с нашими планетными мерками.

Прохожу вестибюль, с тропическими растениями, бабочками и чирикающими птицами. Это причуда нашего архитектора- создать контраст с внешним миром внутри здания: за каждым поворотом коридора открываются странные, необычные панорамы, словно живущие своей жизнью. Вот и сейчас, поднимаюсь на свой этаж по грубо вырубленной в скале лестнице из песчаника и попадаю в залитый солнцем коридор-пустыню с шуршащим песком под ногами. Дошуршал до своего терминала, тихо отъехала дверь, и я вошел в комнату, наполненную осенней грустью разноцветных листьев, лежащих на полу, и стенами, словно уходящими за горизонт сиренево-розовым закатом, с витиеватыми голыми ветками вяза и кустарниками «зимней ягоды» на переднем плане.