электронная
360
печатная A5
387
16+
Невский нагон

Бесплатный фрагмент - Невский нагон

Путевой блокнот

Объем:
44 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4493-6488-3
электронная
от 360
печатная A5
от 387

Часть 1.
Обстоятельства места

В этой тёмной воде отраженье начала

Вижу я и, как он, не хочу умирать.

Юрий Шевчук

***

1. Диалог

Ответь мне, град Петров, откуда столько

В тебе настырных жирных комаров?

«Я — сын трясин, и в почве влага стойка» —

Угрюмо отвечает град Петров.

Ответь мне, град Петров, откуда столько

В тебе холодных северных ветров?

«Я — между морем и землёй прослойка» —

Хвастливо отвечает град Петров.

Ответь мне, град Петров, откуда столько

В тебе безлюдных сумрачных дворов?

«Я — на песке изящная постройка» —

Игриво отвечает град Петров.

Ответь мне, град Петров, откуда столько

В тебе химер, чей облик так суров?

«Я — спящий разум, блеск его осколка» —

Лукаво отвечает град Петров.

Ответь мне, град Петров, откуда столько

В тебе несочетаемых миров?

«Я многолик, свой лик найти изволь-ка» —

Надменно отвечает град Петров.

Ответь мне, град Петров, откуда столько

В тебе меня — раздумий, снов и строф?

«Я — это ты, окаменевший только» —

Беззвучно отвечает град Петров.

2. Наваждение

Дождь на фоне жёлтых стен

Серой патиной.

Сеть намокших проводов

Кракелюрами.

По окну проходит тень,

Взгляд с апатией,

Взгляд тяжёлый, сто пудов,

Брови хмурые.

Мимо тени входит свет

Утра раннего,

Преломляет на дожде

Свою линию.

Капли сложены в портрет

Многогранями,

Лик печальный в бороде,

Пряди синие.

И куда ни отведи

Глаз прикованных,

Всюду будет этот взгляд

Обесцвеченный.

Тень танцует посреди

Серой комнаты,

Говорит: «Иди назад —

Ждать тут нечего»

Город замер за окном,

Не шевелится,

Упакован в целлофан

Безразличия.

Город спит тяжёлым сном,

И не верится

В этот сон-самообман,

Тень величия.

Дождь до неба вознесён

Гуттаперчевый.

Жёлтых стен немая спесь

Стынет в холоде.

И проваливаюсь в сон

Недоверчивый,

Чтоб во сне остаться здесь,

В этом городе.

3. Миры

Платье с рюшами в стиле барокко,

Нежно-розовое с голубым.

А напротив клубится дым

В чёрно-белых оттенках рока.

Балюстрада аж до небес,

Разноцветье великолепия.

А поодаль — «колодцев» сепия,

Подноготной продольный срез.

Медный всадник, седой авгур,

Геркулесы великорусские.

Рядом пялятся в окна узкие

Мертвецы восковых фигур.

Главных улиц пытливый взгляд,

Подслащённый зефиром мрамора.

Ниже — рек одиночная камера

С голосами гидов-наяд.

Вавилон, интернационал,

Суеты городской вершитель.

И с окраины местный житель,

Не глядящий по сторонам.

Мы вникаем в эти миры,

Выбираем все «за» и «против»

И спешим под тенистый портик

От июльской шальной жары.

4. Поиск

Поиск рассветов

Увенчался успехом.

Браво искателям!

Бис!

Утро раскрыло свои объятия.

В волосы ветры вплелись.

Параллели каналов

И меридианы мостов

Крестом.

Идём, куда взгляд нам укажет

И статуя машет

Перстом.

Мы производим разведку,

Проходим дозором,

Исследуем все закутки.

Наши движения — опыты.

Наши слова — дневники.

Маленький шаг в подворотню

Как большой человечества шаг.

Эхо отскакивает от стен

И остаётся в ушах.

Мы совмещаем свои следы

С цепочкой чужих следов

Художников и поэтов,

Гвардейцев и бунтовщиков.

Кто-то подмигивает лукаво

С бронзового коня.

Кто-то со свечкой

Бродит за окнами

При свете белого дня.

Кто-то на камне высек любовь,

Воплощая её в стихе.

Кто-то оставил пульверизатором

Слово на букву «х».

Всё это — вехи жизни.

Всё это — ритмика стройных схем,

Неизменное место встречи —

А зачем, и когда, и с кем —

Каждому выпадет жребий,

Каждый найдёт окончанье

Дневного пути.

Мудрый вечер ответит на все вопросы,

Как ни крути.

Мы ищем закат,

Витиеватый росчерк,

Финальный аккорд,

Глядя на небо

Поверх оскаленных львиных морд,

Гладя ладонью холодные воды рек,

Плывя в потоке непознанных подоплек,

Тайных смыслов,

Секретных шифров,

Двойного дна.

Стрелки часов сошлись.

Вот уже одна

Чёрная стрелка направлена в центр небес,

Как столп,

На котором ангел сжимает крест.

Полночь стоит на часах,

Охраняя притихший порт.

Самое время закончить разведку,

Отдать рапорт,

Задать все вопросы и ответы все получить —

Какими нам быть,

Какими мерами дальше жить.

Только закат не торопится,

Рушит основы основ.

Светлое небо застряло

В лапах гранитных львов.

Время с ухмылкой

Проходит мимо,

Щурит стеклянный глаз.

Протискивается ветер

В проспекта широкий лаз.

Утки и теплоходы резвятся на зеркале вод.

Кажется, день будет длиться вечно,

И ночь никогда не придёт.

Солнце уже уснуло, устав от себя самого,

Но свет его здесь,

Хранит настороженно статус-кво.

И бодрствует город,

И рукоплещет зрительный зал.

Как нам добиться ответов?

Как нам исполнить свой ритуал?

Львы у причала,

Которым всё положено знать,

Задумчиво хмурятся,

И прежде, чем что-то сказать,

Обветренные губы

Ступеней

Жадно облизывает

Волна.

Мы идём на поиск заката.

В этом городе нам не до сна.

5. Прогулка

Иду я по городу Санкт-Петербургу,

Вкушаю со смаком горячую булку

И с ней совершенно непатриотично

Пью сладкую воду. Она загранична,

Она чужеродна, как плавленый цезий,

Хоть сделана здесь по набору лицензий,

Хоть здесь бутилирована из-под кранов

В подвале общаги, среди тараканов,

Клопов, вермишели и выходцев с юга.

И прежде, чем явится чувство недуга,

Я буду во рту ощущать полминутки,

Как соком исходят сладчайшие фрукты.

И здесь и сейчас, в сочетании с булкой,

С вечерней по Санкт-Петербургу прогулкой,

С общагой, которая прячется в доме,

Притворно застывшем в гранитной истоме,

Измазавшем краской анфас горделивый,

Обросшем сосулек вихрастою гривой,

С проспектом, широким, как целая вечность,

С машинами, рвущими в небо по встречной,

И с небом самим, перевёрнутым тазом,

С глядящим в отверстие лунное глазом,

С закатом, прикованным каменной мелью,

Где рельсы и реки скрестились дуэлью,

Где стынет собор головою на блюде,

Где люди как тени и тени как люди…

Со всем этим вместе я шествую чинно,

Расхристанный, словно морская пучина,

Растаявший, как эскимо-ленинградка,

Раздавленный мифом эпохи упадка,

Иду, как письмо в полинялом конверте

Дорогою жизни, воротами смерти,

Где кони из бронзы уходят в ночное,

Иду, опускаясь в метро сволочное,

Беру штурмом крепость Петра или Павла

И раскрепощённый взираю на Лавру,

Вхожу на заливе в чухонскую пену,

На Охте бьюсь лбом в ерихонскую стену,

Пинаю обрывки промокшей бумаги,

Ныряю под фары шальной колымаги.

И город, которому всё надоело —

Молитвы и лозунги, слово и дело,

Клеймо бесшабашной бандитской натуры,

Клеймо антуражной античной культуры —

Глядит свысока на моё приключенье

Сквозь узких дворов золотое сеченье.

А я по гортани его переходов

Иду, как вода из подпольных заводов,

Разлит нелегально в бутылочку тела,

И терпкая сладость на донце осела.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 360
печатная A5
от 387