электронная
200
печатная A5
412
16+
Неворошиловский стрелок

Бесплатный фрагмент - Неворошиловский стрелок

Сборник стихосочинений

Объем:
164 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4498-9344-4
электронная
от 200
печатная A5
от 412

ГРОМКОЕ МОЛЧАНИЕ

Молчание погромче грома,

Когда кого-то долго ждёшь.

Оно громадно, неподъёмно,

Как черноморский ливень-дождь.

А болтовня потише смерти,

В которой никого и нет.

Лишь дует понапрасну ветер,

Укачивая Белый Свет.

Молчание лесов остывших —

Как будто осень на дворе.

Лишь эхо душ давно охрипших

Катается по всей земле.

А тишина большого дома,

Где так уютно и тепло,

Как громыхание огромно,

Коль в доме нету никого.

Не уходи. Побудь со мною,

Мой самый главный человек!

Послушаем, как ветер воет,

Качая наш осенний век.

Молчит уставшая планета.

Кричит камина костерок.

И тяжелее сердца нету,

Былого счастья уголёк.

Раскаты грома не помогут

Мне сердца стук перекричать.

Осталось мне совсем немного

Допеть и заново начать.

15 / 09 — 14г.

* * *

Как сложно верить сердцу своему,

Когда уныло опадают листья,

Когда не веришь старому уму

И злые мысли в воздухе повисли!

Как сложно верить собственным словам,

Когда дожди закрыли солнце людям,

Пришёл конец когда-то летним дням.

Придёт зима — о лете мы забудем.

А за окном темнеет небосвод,

Быстрее и отчаянней темнеет.

Не жди, когда зима к тебе придёт,

А разожги костёр любви скорее.

17 / 09 — 14г.

БЕЗУМНЫЙ ДЕНЬ

Безумный день уходит на закат,

А в голове гудят тупые мысли.

Не повернуться времени назад,

Как не повесить золотые листья.

Заплачь о нас, мой уходящий день!

Ведь больше некому о нас поплакать.

Осенних дней коротенькая тень

Так быстро превращает вечер в слякоть.

Безумный день нам август не вернёт.

Конец. Уныло листья облетают.

День, кажется, придумал идиот,

Который о несчастьях и не знает.

Не знает он, что есть на Свете Боль,

Что достаёт до сердца Человека.

Не знает, как гуляли мы с тобой

И как сверкают на закате реки.

Как не забудет про исток река,

Как не забудет свет про чью-то тень,

Мне не забыть ушедшие века,

Где я не замечал Безумный День.

18 / 09 — 14г.

* * *

От золота осени холодно сердцу,

Лишь воспоминания даром дразнят.

Дельфины не могут на мир наглядеться,

Но мне не вернуться в приветливый взгляд.

Лишь падает, падает лист пожелтевший.

Он, как дирижёр, управляет дождём.

Чего тебе нужно от песни сгоревшей?

Ведь мы постепенно к финалу идём.

Осенняя сказка в саду опустелом

Не радует больно уставший мой взгляд.

Всё кончилось в частности.

Кончилось в целом.

И жизни остаток — не райский, уж, сад.

19 / 09 — 14г.

БРОДЯГА-СКРИПАЧ

Не жалея о том, что когда-то родился,

Потому что я опыт бесценный копил,

Ведь кому-то когда-то мой опыт сгодился,

Я поймаюсь, что жизнь стороной обходил.

Тихо падает лист золотой и холодный.

Эта осень желания вновь охладит.

Жил на Свете ли я? Было ль это довольно?

Ничего я не знаю. Душа сентябрит.

Заряжают дожди, но просветы яснее.

Тяжелее душе — невесомее лист.

Костерок горячее, а ночь холоднее.

Потерял свою цену любой мой каприз.

Одинокая скрипка звучит над планетой,

Словно в даль невесомую душу зовёт.

Всё длинней Темнота, всё короче рассветы.

Она больше к тебе никогда не придёт.

Будут длинные ночи, как тать, бесконечны.

Будут жёлтые листья над миром кружить.

Не жалейте о том, что вы были беспечны,

А жалейте, что мало осталось вам жить.

Тихо падает лист, будто молодость наша.

Тихо плачет на скрипке бродяга-скрипач.

Журавли улетают, а юность всё дальше.

А холодное небо — жестокий палач…

21 / 09 — 14г.

В ЦЕНТРЕ МИРА

В центре «Чёрной дыры» не бывает пространства.

Там и времени нет, и материи нет.

Центр «Чёрной дыры» будто знак Постоянства,

Нашей жизни мечта и библейский сюжет.

Только вечная жизнь нам, увы, недоступна.

Будут звёзды взрываться, планеты гореть.

Потому и секундой бросаться преступно.

Потому и стараемся больше успеть.

Далеко-далеко, где кочуют туманы,

Высоко-высоко, где рукой не достать,

Где живут миражи, будто хроно-обманы,

Есть другие миры, где нам не побывать.

Почему же терзаем мы тонкие нервы?

Почему убиваем подобных себе?

Одуванчик весенний распустится первым,

Что бы сдуться быстрей ветерком по весне.

Мы живём только раз, незаметно и хрупко.

Мы живём, не желая подчас ничего.

На Вселенских Часах существуем минутку.

Неужели для драки живём — и всего.

Мы живём в бесконечно бушующем мире

И себе говорим: «После нас — хоть потоп!».

А в какой-то давно позабытой квартире

Одинокое сердце спасенья не ждёт.

Золотистые листья окно разукрасят

И над миром седым вдруг опустится дождь.

Карты розданы все и побиты все масти,

Только джокер навряд ли уже обретёшь.

22 / 09 — 14г.

ЛИСТОПАД

Ты в далёкую даль позови.

Моё сердце собою укрой.

В рюмке тают прошедшие дни.

Тает в осени лист золотой.

Расскажи, что не вечны дожди

Даже если придут холода.

Ты к спасению путь укажи.

Потерял я себя навсегда.

Ах, какой непутёвый конец!

Будто вовсе не будет весны.

Нам не склеить разбитых колец,

В этом мире не встретимся мы.

Только тянет из сердца печаль,

Горький след от ушедшего дня.

В час, когда ничего мне не жаль,

Позови за собою меня!

Зачастили с чего-то дожди.

Видно, лету пора на покой.

Ты в далёкую даль позови.

Моё сердце собою укрой.

23 / 09 — 14г.

ПОСЛЕДНЯЯ ПЕСНЯ ГРЕЯ

В поисках сказанных некогда слов

Брёл я по Свету один.

Только сюжет этой сказки не нов.

Трудно вернуться назад.

Лишь что б с ума не сойти, говорю:

Сам, мол, себе господин.

Без парусов не дойти кораблю

В порт, где тебе всякий рад.

Трудное счастье и лёгкий финал —

Крылья любви за спиной.

Я бы гитару и в руки не брал —

Было бы всё хорошо!

Только поблекли мои паруса

И постарела Ассоль.

Глуше из прошлых времён голоса.

Что меня ждёт там ещё?

С верного курса я сбился давно,

Старый забыт Зурбаган.

Алый мой парус остался в кино,

Как и колечко Ассоль.

Все кабаки меня манят к себе,

Вечно штормит океан.

Стал адмиралом давно старый Грей,

Некогда мальчик босой.

Что же случается вдруг иногда?

Где же не так я шагнул?

Нам не вернуться уже никогда

К старым аккордам гитар.

Сказочник старый уж спился давно.

Парусник мой утонул.

Только гитара и это вино.

Как же я всё-таки стар!

Даже струна моя лопнула вдруг.

Нечего больше и спеть.

Не разорвать мой запутанный круг

В песенке этой простой.

Я же когда-то, ведь, тоже хотел

Ярче светила гореть.

Счастье своё сохранить не сумел.

Где ты, морячка Ассоль?

24 / 09 — 14г.

ЭЛЕГИЯ

Всё сказано. Чего тут говорить

На фоне опадающего дня?

Как небесам всей хляби не пролить,

Так никогда мне не забыть Тебя.

А под ногами — мокрая листва.

Туман да холода над головой.

Всё сказано однажды навсегда

В тот день, когда прощались мы с тобой.

22 / 09 — 14г.

* * *

Я всё меньше и меньше хочу.

Я устал понапрасну хотеть.

Холода мне давно по плечу,

Надо только лишь куртку одеть.

Не морозят осенние дни,

А морозит лишь память моя.

Листья… были, ведь, все зелены,

Пожелтевшие вдруг без огня.

Облетает бездонная злость.

Облетает желание жить.

В печку вечности брошена кость,

Что б скорее тебя позабыть.

Я всё меньше и меньше хочу.

Бесполезно чего-то желать.

Скоро финиш. Я что-то топчу.

Перед финишем трудно дышать.

28 / 09 — 14г.

ЗАКАТ

А вечером закончится кино,

Угомонится Солнце до рассвета —

И вновь нахлынет что прошло давно,

Напоминая старые сюжеты.

Я прятался от моря в те года.

Я плакал там, где вряд ли стоит плакать.

А жизнь уходит раз и навсегда,

В веках не оставляя даже слякоть.

Не оставляйте счастья на песке —

На утро и следов там не найдёте!

А после лбом пройдётесь по стене,

Но так до Истины и не дойдёте.

А море так безумно глубоко,

Так просто в этом море заблудиться…

Уходит солнце снова на покой.

Лишь сердцу не дано угомониться.

2 / 10 — 14г.

ГАЛАКТИКА СЧАСТЬЯ

Где-то там, высоко, есть Галактика Счастья,

Потому что несчастья полно на Земле.

На планетах тех звёзд не бывает ненастья,

Не дождит листопадом шальным в октябре.

Там цветы не увянут от слова дурного,

Потому что там нет ни глупцов, ни врагов.

Не теряют любовь. Не лишаются крова.

И не топчут по злобе поляны цветов.

Где-то там, в небесах, есть такие планеты,

Где не знают смертей и болезней вообще!

Там приветствуют друга иль даму сонетом,

А прощаются гимном любви и весне.

Где-то там не бывает кровавых баталий,

Так как нет там политиков и королей.

Очень счастливы там, что про нас не узнали.

Ведь для них нет землянина злей и подлей.

Кто-нибудь скажет мне, чем же мы провинились?

Почему так бесславно и глупо живём?

Может быть, Там давно, уж, Любить научились?

Мы же эту любовь, будто жвачку, жуём.

6 / 10 — 14г.

ШАЛЬНАЯ ГИТАРА

Осень упрямой волчицей

Время всё гонит вперёд.

Листья мелькают, как лица,

Чьих без конца хоровод.

Все мы как листья похожи.

Только по осени всё же

Каждый свой цвет обретёт.

Будут суровы метели

И бесконечны снега.

Заиндевевшие ели

Нас обогреют с утра.

Печки зажечь, вроде, рано.

Осень. На сердце прохладно.

Воспоминаньям пора.

Плачь же, шальная гитара

По уходящему дню!

Августу осень не пара,

Душу терзает мою.

Осень — жестокая штука,

Всем проигравшим наука.

Осень в душе не люблю.

Небо седое-седое,

Будто года за спиной.

И настроенье такое,

Выдуман будто покой.

Трону гитарные струны —

Будут тяжёлые думы

В голову лезть «на постой».

Не изменить, не поправить

То, что рассеяно в дым.

Жизнь — как игра, что без правил

И как аванс молодым.

Осень на сердце приходит,

Если весну не находит

Тот, кто не красит седин.

7 / 10 — 14г.

БЫЛОЕ

Виновата осень, виновата

(Больше, ведь, никто не виноват)

В том, что стали коротки закаты,

В том, что всё дожди да листопад.

Виновата осень в том, что было,

Отчего не деться никуда.

На душе тоскливо и уныло.

Лета не осталось и следа.

Не вернётся море, не вернётся

Даже если очень захотеть.

Солнце в небесах не улыбнётся.

Никогда ты мне не будешь петь.

Не вернётся море того года,

Где был фиолетовым закат.

Снова плачет тихая природа.

Под ногами вянет листопад.

Небо всё дождило и дождило,

Будто в небесах вдруг прорвало.

Виновата осень, что так было.

Ничего поправить не дано.

Небо мою душу обложило.

Хочется в безверии кричать:

«Это было, было, было, было!». —

Жаль, что ничего не поменять.

Виновата осень, виновата,

А кого ещё могу винить?

Даже и не верю, что когда-то

По-другому думал я прожить.

В час, когда последний лист увянет

И на сердце лягут холода,

Может, память верная обманет

И не буду всё винить тогда?

9 / 10 — 14г.

ВОРОНЬЁ

По серому небу осеннего дня,

Как чёрные буквы, летит вороньё.

Они как роман про тебя и меня,

Как уголья дьявола в сердце моём.

И нет больше нот, что бы это воспеть.

Смотрю лишь, как падает горько листва.

Печальным годам суждено догореть,

Как кончилась вешняя песня моя.

По серому небу небесных дождей,

Когда за спиной лишь былые года,

Расписана песня о жизни моей

С уверенностью, что так было всегда.

Но хочется мне этот факт отрицать

И вὁронам-буквам их клювы заткнуть.

Я знаю без вас, и не надо мне врать,

Что будто нельзя прошлый август вернуть!

Вернуть невозможно, увы, ничего:

Ни наши ошибки, ни песню твою,

Ни этот закат, ни мгновенье, ни год,

Где так и не сказано слово «Люблю!».

Лишь серое небо осеннего дня,

В котором печаль скоро сердце прожжёт.

Летит вороньё. Опадает листва.

А то, что на сердце, конечно, не в счёт.

14 / 10 — 14г.

НА ПЛУТОНЕ

На Плутоне гудят ураганы

И не видно таинственных звёзд.

Как жемчужинка Солнце в тумане.

Неужели всё это всерьёз?

Никогда не бывают рассветов.

Не увидеть красивый закат.

Нет там жизни и нету сюжетов.

Ледяной, замерзающий ад.

На Плутоне, как будто бы в сердце

Потерявшем покой навсегда,

Ураганы — куда от них деться? —

Холоднее полярного льда.

Но кто знает, а может быть, в  недрах

Там уютно и теплится жизнь?

Плутонята не знают о бедах,

Людям дружно живётся, кажись.

Людям надо, что б не было боли,

Что б не ведать Вселенского Зла.

Людям хлеб бы выращивать в поле,

Сеять только Добра семена.

Но ещё им решительно надо

Знать, что в мире порядок простой.

На поверхности — Смерти Прохлада,

А внутри же — покой дорогой.

Мы живём в обдуваемом мире:

Астероид, пожар, ураган.

Вот, взрываются звёзды в эфире

Вот, война, где полно бед и ран.

Нам охота к уюту прижаться,

О беде навсегда позабыв.

Только людям куда же деваться,

В колыбель ноги не уместив?

На Плутоне гудят ураганы

И не видно таинственных звёзд.

Как жемчужинка Солнце в тумане.

Неужели всё это всерьёз?

15 / 10 — 14г.

В КОСМОСЕ

Космос. Никто не поможет тебе.

Вырвался ты за пределы земные.

Лишь астероиды бьют по судьбе.

Манят вперёд тебя дали иные.

Тысячелетия как ты хотел

Грустную Землю однажды покинуть.

Космос. Запретных желаний предел.

Ты невозможное будто отринул.

Космос. Летишь всё вперёд и вперёд

И открываешь всё новые дали.

Время улиткой по сердцу ползёт.

Небо — тот край, где хоронят печали.

Сколько ты в жизни всего потерял,

Что б на просторы вселенские выйти!

Космос тебя сквозь отчаянье звал,

Только всё меньше для этого прыти.

В памяти — войны, кошмары да смерть.

Груз твой — потери да сто круговертей.

Кажется, нечего больше жалеть

Из пережитых когда-то столетий.

Рвётся, казалось бы, дальше душа

Прочь от отчаяний, прочь от былого.

Космос. Летишь ты вперёд, не спеша,

Не проклиная всего остального.

Но почему на душе тяжело?

Ты победил себя, ты пересилил.

Близятся звёзды. Тебе повезло.

Вроде бы, стоило это усилий.

Ты ж далеко улетел от Земли,

Звёзды далёкие стали поближе.

Но в твоей памяти, где-то в пыли,

То, что уже никогда не увидишь.

Космос. Отчаянье рвётся вперёд,

В новую цель впереди превращаясь.

Не обольщайся, что горе пройдёт.

Просто желаний в тебе не осталось.

16 / 10 — 14г.

ЛЕРМОНТОВСКОЕ

За осенью не увидать весны.

За тучами напрасно Солнце светит.

Мы никому на Свете не нужны.

Не будет нас — никто и не заметит.

Уж сколько их, упавших в бездну звёзд,

Забытых, никому не интересных.

Они горят — и в мире всё всерьёз,

Ласкает души звук небесных песен.

Они горят — и как-то всё не так!

Не верится, что в мире столько злости.

Но вдруг взорвутся будто Бедствий знак,

Свой жуткий свет оставив будто кости.

И мы уже не верим ничему.

Мы думаем, что звёзды все бездушны.

Смерть бывших звёзд мешает жить всему.

Рентгены их к живому равнодушны.

Зачем светили миллионы лет?

Зачем давали жизнь чужим планетам?

За окнами совсем другой сюжет,

Ведь осенью иных сюжетов нету.

Лишь капает по стёклам серый дождь

Салютом опадающих столетий.

Звезда горит. Как свечка. Не придёшь.

И виноватых нет, уж, в целом Свете.

17 / 10 — 14г.

МАРСИАНСКАЯ ПЕСНЯ

Никогда не буду я на Марсе.

Не увижу голубой закат.

Не увижу полдень с небом красным,

Плачущего сфинкса грустный взгляд.

Будут марсианские пещеры

Свои тайны без меня хранить.

Не узнать былых миров манеры.

Что напрасно Марсу слёзы лить?

Никогда мне не видать на небе

Две луны, печальных, будто жизнь.

Нету больше марсианских дебрей.

Нет людей. Не слышен детский визг.

Тьма веков над миром пролетело.

Лишь торчит, как прыщ, седой Олимп.

Марсианам жить не надоело,

Просто «чуть повздорили» они.

Люди вечно что-нибудь, да делят!

Вечно что-то не хватает им!

Марс лежит в руинах да метелях,

Как урок воякам остальным.

Красен марс фактически от крови,

А не от оксидов, там, каких.

Марс — как войнам приговор суровый,

Что рождаются в мозгах тугих.

Никогда не буду я на Марсе.

Но не потому, что не хочу.

На Земле кипят активней страсти,

Я б удрал, коль было б по плечу! —

Просто я по времени отстану

Где-нибудь примерно лет на сто.

Им вскрывать планеты красной тайны,

Тем, кому родиться суждено!

К Марсу я, уж, точно не слетаю.

Финиш не туда меня ведёт.

Но тогда чего ещё желаю?

И зачем нас Марс вперёд зовёт?

21 / 10 — 14г.

* * *

Под белою шапкой пушистых снегов

Лежит заколдованный мир.

А снег завалить всё на Свете готов,

Считая и телеэфир.

Природа уснула на тысячи лет.

И лапы повесила ель.

И кажется вот он, Спокойствия свет!

Как будто какая-то Гжель!

Так хочется к сердцу снежок приложить,

Что б адский огонь погасить!

Так хочется в прошлом немного пожить,

О будущем что б не просить!

А снег украшает собою дома,

Не зная про боль ничего.

Как будто исписаны снегом тома,

В которых не пишет никто.

Под белою шапкой пушистых снегов

Теряется прошлого нить.

Никто не услышит прошедших шагов.

Но как мне былое забыть?

22 / 10 — 14г.

* * *

Из пустоты рождаются слова,

Зачатые пространством и секундой,

А после воплощаются в дела,

Что людям иногда даются трудно.

А мы растём из глубины тех дел,

Вгрызаясь в мысль корнями наших судеб.

Один прогрыз, а этот не успел.

Не боги мы, увы, всего лишь люди.

Мы гоним мысли, как коней, вперёд,

Не успевая ни о чём подумать.

Дела зовут, спешим из года в год!

И снова Пустоту пророчит Зуммер.

Из пустоты рождаются слова.

А люди вновь на грабли наступают.

Ах, как болит сегодня голова!

Всё чаще по-другому не бывает.

24 / 10 — 14г.

ПЕСНЬ ПЬЯНОГО СПЕЛЕОЛОГА

В лабиринте судьбы, огорчений, несчастий

Одинокое сердце уныло бредёт.

Вроде как улеглись позабытые страсти,

Только память покоя ему не даёт.

И зачем человек был рождён человеком?

Для чего переборы гитарной струны?

Недопитый бокал и усталые веки —

Вот и всё, что осталось от нашей весны.

Где надежда моя и остатки мечтаний?

Испарились желанья, как прошлые сны.

В лабиринте отчаянья, бед и терзаний

Я забыл, что ещё существуют они.

Никогда-никогда мне не встретиться снова

С неуёмным когда-то желанием жить.

В лабиринте подставы да умысла злого

Сатану я не буду, уж, благодарить!

Разучился прощать, не умею прощаться,

Всех охота без продыху в сердце лупить.

Научите меня иногда улыбаться!

Надоело огульно людей всех винить.

Мир забудет, что мы существуем на Свете,

Но мне будет уже глубоко всё равно.

В лабиринте судьбы — лишь забвения ветер.

Остальное рассыпалось очень давно.

27 / 10 — 14г.

НЕ ШУМИ

Не шуми, моя грусть, не шуми!

Я не слышу своих пожеланий.

Переполнено сердце страданьем.

Переполнены серостью дни.

Всё прошло в безвозвратную тьму

И назад уже не возвратится.

А по белому — чёрные птицы.

Тает снег в октябре. Почему?

Я не верю, не верю себе,

Потому я и людям не верю.

Лезут в душу былые утери.

И не будет дороги зиме.

Не скрывается наша печаль,

Одинокая, будто бы осень.

Неужели так много мы просим?

Прояснится ль грядущего даль?

Неужели закончилось ВСЁ,

Всё, чем жили, желали когда-то?

Пригибают всё ниже утраты,

Беспощадных времён Колесо.

Только грусть всё сильнее шумит,

Набиваясь в усталые мысли.

А они над душою повисли,

Там, где сердце свербит и свербит.

29 / 10 — 14г.

ПОЗДНЯЯ ОСЕНЬ

Вот и растаял снег.

Только душа не тает.

Осень. Короткий век.

Солнце не отступает.

Борется всё за жизнь

Тихо, неумолимо.

Неба седой каприз

Плачет, как Паганини.

Голову подними,

Грустно бредя по лесу.

На эту синь взгляни —

Что может быть чудесней!

Только на сердце — мгла,

Как листья под ногами.

То, что прошло вчера,

Не повторится с нами.

Ты не придёшь уже

Эту листву пошаркать.

Холодно в октябре.

Только воронам каркать.

Скоро придёт зима.

Грянет неотвратимо.

Будут темны дома.

Ляжет на окна иней.

Вот и растаял снег.

Будто мой век растаял.

Я завершил свой бег? —

Это я знать не вправе.

31 / 10 — 14г.

ЗАБЫТОЕ СЛОВО

Забытое слово вдруг ляжет на сердце,

Как птиц улетевшая стая на юг —

Мне снова от прошлого некуда деться

И вновь замыкается времени круг.

Забытое слово к забытым сказаньям.

Ни смысла в нём нет, ни большой глубины.

Согласно каким-то далёким преданьям,

То слово — забытого разума сны.

А мне это слово, вообще-то, не нужно.

Ведь я от него слишком рано устал.

Мы их забываем достаточно дружно,

Что б видеть в грядущем себе пьедестал.

Забытое слово — забытые цели

И поиски прошлого между могил.

Как много понять мы тогда не успели!

Как долго нас дьявол по кругу водил!

И там, где смыкается утро и вечер,

Однажды доделаем прошлое мы.

Но время идёт, а ответить нам нечем.

И бесится сердце среди тишины.

Забытое слово — забытые страсти.

Забытые песни забытых ветров.

Всё прочь улетело! Как призрачно счастье!

Ему не хватает ни дня, ни веков.

Забытое слово меня одурманит,

Что б вновь заболела моя голова.

А легче на сердце уставшем не станет.

И осень, увы, как всегда, не права.

3 / 11 — 14г.

В КОСТРЕ

Пускай в костре всё прошлое сгорит,

В котором я, быть может, разведу.

Пускай тоска навечно замолчит,

Её я слышать больше не могу.

Всё кончено, что бы начаться вновь.

Иначе почему же я живой?

Но очень не доварена любовь,

А разум мой уже не молодой.

Во многом, несомненно, виноват.

Особо в том, что я ещё живу.

Но если в сердце залезает ад,

То может ли он быть мне по нутру?

Я разожгу костёр и пусть горит,

Собою опаляя небеса.

Тоска, как Дездемона, замолчит?

Умолкнут злого ветра голоса?

4 / 11 — 14г.

ТОСТ

За прошлое. За то, что было с нами.

За летний дождь. За майскую грозу.

За радугу над бывшими мирами.

За невзначай упавшую слезу.

За то, чем были живы мы когда-то.

За наши расставанья без конца.

За всё теперь настала вдруг расплата

Без имени, без маски, без лица.

Как трудно иногда на Белом Свете

Прощать свою жестокую судьбу.

За век, который вряд ли кто заметил,

В котором я по-прежнему живу.

За время, что изменчивей тумана.

За небосвод, что полон ярких звёзд.

За пустоту дырявого кармана

При том, что всё прекрасно и всерьёз.

Всё в этом мире очень нестабильно,

Как нестабилен ядерный заряд.

За прошлое. За счастье. За любимых.

За то, что взгляд их — самый лучший яд.

За то, что б не пришлось опохмеляться,

Немало сдуру дров переломав.

Ну, а пока скажи, куда деваться

От памяти? — нет на неё управ!

6 / 11 — 14г.

* * *

Снег растаял. Лишь серые тучи

Покрывают осеннюю хлябь.

Снег растаял, но будет ли лучше,

Если мир от раздоров озяб?

А последние листья-серёжки

На ветру безнадёжно дрожат.

Снег растаял. Увы, понарошку:

Не вернётся, ведь, лето назад.

Будет холод зимы обречённо

Выть над миром зловещий мотив.

А мороз будет заворожённо

Украшать мир, у нас не спросив.

Но пока только чёрные земли.

Плачет осень о нас без конца.

Снег растаял. Но осень не внемлет

То, что скоро наступит зима.

9 / 11 — 14г.

КАПРИЗ ПАГАНИНИ

Осенние дожди над миром прошумят,

Не унеся с собой забытые печали.

Всё кончится, когда увянет листопад

Или наоборот, окажемся в начале?

Осенние дожди, как будто седина,

Что так не красит вас, любимых наших женщин.

Как жаль, что осень на дворе, а не весна!

Листвою по земле растают наши встречи.

И тихо полетит на снег последний лист,

Как будто бы стихов нечаянная точка.

А Паганини вдруг исполнит свой Каприз

И станет ясно всем: душа — как одиночка.

Как сотни лет назад, закончится концерт.

Закончится опять, так не успев начаться.

Осенняя листва, как память прошлых лет

О тех, с кем жили мы, но с кем пришлось расстаться.

Осенние дожди — забытые слова,

Как будто наших дней закрытые блокноты.

Шуршит ещё в лесах опавшая листва,

Но скоро всё уйдёт, оставив только фото.

10 / 11 — 14г.

ФОБОС

Грустный Фобос летит возле Марса

Псом бездомным вокруг пепелищ.

В бесконечной истории масса

Остаётся подобных кострищ!

Миллиарды пустых сновидений.

Нет числа недосказанных слов.

И людей позабытых творенья.

Только вечная роза ветров.

Но однажды появятся люди,

Что бы Марс навсегда оживить!

Примет Фобос? Бороться ли будет?

Всех погубит иль станет скулить?

На Земле мы любить разучились,

Чаще лаем на всех невпопад.

Сколько тысячелетий «резвились»,

По пустячным делам строя Ад!

Вряд ли примут Седонские дали

Нашу ненависть, ложь бездну утрат.

Не от этого ль люди бежали

Миллиарды столетий назад?

Грустный Фобос остался на страже

Пыльных бурь да пустых полюсов.

Никогда не поступит в продажу

Хоть флакон марсианских духов…

11 / 11 — 14г.

* * *

Ничего никогда не пройдёт,

Превращаясь в булыжники в поле.

Время так незаметно ползёт,

А над временем ты, уж, не волен.

Загорается в небе звезда.

У кого-то лучина погаснет.

Навсегда, навсегда, навсегда

Нашей жизни забудется праздник.

Сколько было забытых потерь!

Сколько горестей кануло в Лету!

Бедам вы не откроете дверь,

Потому что запрета им нету.

Будто коршун, беда пролетит

По небесно-лазурному счастью —

И уже всё Бедой засмердит,

Обрывается всё в одночасье.

Не пройдёт. Не пройдёт. Не пройдёт.

Только станет совсем по-другому.

Ах, как медленно время ползёт,

Если выпадут горести в Кому!

Никому уже боль не унять.

Только сердце твоё очерствеет.

Не простить. Не прощать. Не понять.

Опадает листва. Мир стареет.

12 / 11 — 14г.

* * *

Времена кончаются внезапно,

От эпох ушедших убегая.

Время убывает непонятно,

Быстрокрылой птицей улетая.

Ничего, увы, не остаётся.

Только песня тихо допоётся

И замолкнет скрывшимся трамваем.

Ничего в душе не остаётся.

Только лишь вселенский дикий Холод.

Выживают люди, как придётся

После Жизни: зло и бестолково.

Ничего в душе не остаётся.

Только время понапрасну льётся,

По вискам стучит, как будто молот.

Время говорит, что Финиш близко

И тебе совсем чуть-чуть осталось.

Будь ты семикратным оптимистом —

Время по тебе не знает жалость.

Небеса свисают слишком низко,

Потому что Финиш слишком близко.

Наша жизнь — такая это малость!

Времена кончаются однажды,

В час, когда никто не ожидает.

Не щадит ни трусов, ни отважных.

Очень часто так, увы, бывает.

Как ты жил? — уже совсем неважно,

Если ты закончишься однажды.

Жизнь твоя, как облако, растает.

14 / 11 — 14г.

* * *

Почему нам нравится природа?

Потому что это — божий лик!

Но от голубого небосвода

Люди вдруг под потолки ушли.

Дьявол обучал нас ненавидеть,

Позолотой стены покрывать.

Только дух тянулся бога видеть,

Дикую природу воспевать.

И тогда лишил нас чёрт здоровья,

Что б не верить больше никому,

Что бы на остатках богословья

Лишь вредить пытливому уму.

Познавай! — советует природа.

Преклонись! — лютует мракобес.

Под навесом нету непогоды,

Но скрывает звёзды наш навес.

Одиноко, горько и печально,

Но себя похоронили мы.

Мы не сможем на природе явно

Выжить без навеса Сатаны.

Поздно уже ёрничать. Не надо.

Просто надо как-то выйти в лес,

Напитаться свежестью прохлады

От травы, сквозь тело, до небес

И сказать: «−Да будет нам Ярило!

Да пребудет Вечный Небосвод!

Дай же, Лель, нам песен твоих силу!

Пусть здоровья Велес нам даёт!»

После этого домой вернуться,

Если на другое нет, уж, сил.

На свой век устало оглянуться,

Сбросив всё, что в жизни накопил.

Только кто на этот жест способен?

Церковь как-то ближе и родней.

Забываем чудеса природы.

Потеряем скоро связи с ней.

16 / 11 — 14г.

СКОРОСТИ

Летит Земля безумной птицей

Сквозь времена, пространства, судьбы…

Как будто есть куда стремиться

И кто-то про неё забудет.

За чем гоняется планета

Сквозь все несчастья и невзгоды?

И почему она при этом

Не признаёт на счастье моду?

Ведь всё стирает безвозвратно

Полёт сквозь время и пространство.

Что было ясно — непонятно.

А всё красивое — ужасно.

Летит Земля. Куда деваться?

Жизнь ускоряется сильнее.

И нам приходится прощаться

Со всем, с чем жить ещё умеем.

А впереди — большая пропасть,

Перешагни её попробуй!

Становится весомей космос.

Всё тяжелее жизни пробы.

Ценнее каждая ошибка.

Всё больше опыт давит весом.

Летит земля не очень шибко,

Но ускоряя интересы.

Зачем летим? Куда? — не знаю.

Но не стоять же нам на месте!

Земля летит — Земля живая

И у неё есть интересы!

А ты не в счёт. Ты просто сброшен,

Как бы балласт с аэростата.

Кусок истории хороший,

Сплошь состоящий из утраты.

17 / 11 — 14г.

* * *

Случилось так, что нечего сказать

И падает за крыши серый день.

Давным-давно мне нечего скрывать.

Всё растворилось, будто лета тень.

Она опять сегодня не придёт.

И только грустный дождик всё поёт

О том, что распласталась Горя тень.

Случилось так, осталась в прошлом жизнь,

А новая ещё не началась.

А сзади — только пепел, оглянись.

Нить Ариадны вдруг оборвалась.

Уныло одиночество поёт

О том, что счастье больше не придёт.

И только память не перевелась.

Случилось так. Случилось так давно.

И говорят, никто не виноват.

Не нами это было решено,

Я лишь пошёл, куда глаза глядят.

Мы разошлись. Лишь грустный дождь поёт

О том, что счастье больше не придёт

И больше нет для нас пути назад.

19 / 11 — 14г.

* * *

Над морем чайка белая летела.

Приморский город оживал с утра.

И никому нет никакого дела,

Что это было будто бы вчера.

И это утро, как и сотни, в прошлом.

Сметанный воздух с запахом гнилья.

Нам говорят, что этот дух хороший,

Чему так неохотно верю я.

Неслышен больше запах тухлой рыбы

И по утрам Ты мимо не пройдёшь.

Но хоть на миг ещё вернуть мечты бы!

Ведь всё другое оказалось — ложь!

К чему, к чему мы столько лет стремились?

Зачем, зачем мечталось и о чём?

Дельфины даром в море веселились.

Махали чайки просто так крылом.

А чайки в небе чувствуют поживу

С причаленных рыбацких кораблей.

Нет больше тех далёких и счастливых,

Как будто из других галактик, дней.

20 / 11 — 14г.

ТАНГО БЫЛОГО

Моё сердце снегами покрыто

И листвой почерневшею тает.

Всё, что было, ещё не забыто.

Жизнь моя будто призрачный сон.

Тёмной ночью луна светит волком,

Напугать никого не желая.

Только сердце дрожит отчего-то,

Как от мышки какой-нибудь слон.

Ни сказать, ни соврать, ни поверить.

Только голову танго вскружило.

Этим танго роман наш измерить

Не возможно, желай — не желай.

Мы танцуем с тобой по паркету

Ту любовь, что когда-то простыла.

Топчешь ты каблуками планету,

Будто сердце моё — ну, давай!

Всё случилось, всё было, всё было.

И осталось усталое танго.

А тела наши не позабыли

Как нам танец такой танцевать.

Только жизнь мы не склеим с тобою.

Всё прошло и осталось лишь танго,

Танго нашей печали с любовью,

Что не хочется так забывать.

22 / 11 — 14г.

* * *

Есть у сказки жестокий закон:

Там всегда доброта побеждает.

Только смотришь какой жуткий сон —

И тебя это не вдохновляет!

Почему как в каких зеркалах

Всё былое в кошмарах проходит?

Управляя собой лишь в мечтах,

Мы из жизни уходим, уходим…

Сколько лет над Землёй пронеслось —

Мы всё слушаем старые сказки!

Только ночью бы лучше спалось,

Без потери, без бед, без опаски…

Потому и не хочется спать

Всем счастливым, влюблённым, красивым.

Потому не желаем страдать,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 412