электронная
200
печатная A5
374
18+
Нетленки

Бесплатный фрагмент - Нетленки

Книга седьмая

Объем:
144 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4496-8423-3
электронная
от 200
печатная A5
от 374

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

ЖАННЕ ФРИСКЕ

Мы каждый день проводим в риске,

И ненавидя, и любя.

Рискнула быть счастливой Фриске —

И этим сглазила себя.

Не оценилась торопливость

И жить, и чувствовать, и петь…

Чудовищна несправедливость

Жизнелюбивым прочить смерть!

Но верю я, у катастрофы

Не хватит сил тебя сломить:

Еще не все пропеты строфы,

Еще прочна фортуны нить.

Отступит прочь недуг, и снова

Восстанешь ты в своей красе

Из испытания страстного

На радость утренней росе.

Всегда любил, люблю и буду

Любить твой образ из мечты

За то, что ты земному люду

Даруешь песни доброты.

В тюльпане, в розе, в тамариске,

В морях и в таинствах лесных

Хранится жизнь во имя Фриске,

А ты живи во имя них.

Твоя звезда неугасима! —

И потому пребудешь ты

В моей душе как вечный символ

Неординарной красоты.

И будь всегда в живущих списке

Наперекор холодной мгле,

Чтобы от звуков «Жанна Фриске»

Тепло клубилось на Земле.

ЖАННЕ ФРИСКЕ — 2

Не устрашай меня разлукой —

Я не поверю все равно,

Что не услышу больше звуков,

С тобою связанных давно.

Ты для меня так долгожданна,

Что день и ночь со всех сторон

Я слышу только имя «Жанна»,

И заполняет «Фриске» фон.

Не подчиняется здоровью,

Пускай капризному подчас,

Все то, что движется любовью,

Все то, что солнечное в нас.

Душа не хочет быть скорбящей,

Она желает рядом быть

С неповторимой и блестящей,

Кого не может не любить.

Метаморфозу видеть горько,

Но я уверен, ты споешь,

Когда вернешься из Нью-Йорка,

Про благодатный летний дождь.

И будешь снова в прежнем блеске,

И вновь уловишь тот мотив,

Который есть в прибрежном плеске

Незабываемых Мальдив.

Восстановлению порукой

Послужит песенная вязь

Неустрашения разлукой

И необорванная связь.

От Ханкалы до Андижана

В священных храмах бытия

Звучит в молитвах имя «Жанна»

Благословляющих тебя.

ЖАННЕ ФРИСКЕ 3 (Не умирай)

Так неестественно, несправедливо

Вместо прилива явленье отлива.

Жанна, услышь, как противится рай:

Не умирай, не умирай.

Всё во Вселенной не может смириться

С тем, что умолкнет навеки певица;

Даже вороний безумствует грай:

Не умирай, не умирай.

Жить никогда в этом мире не поздно.

Можно и в сумраке выглядеть звёздно.

Делай, что хочешь, хоть в куклы играй,

Только живи, не умирай.

Солнце богато еще на рассветы.

Есть еще песни, что были не спеты:

К бризу аккорды сама подбирай,

Только дыши, не умирай.

Зная, что ты для веселого смеха

Создана волей любви и успеха,

Мечется голос ушедших за край:

Не умирай, не умирай.

Не умирай и живи для Платона,

Звонко настройся на лад камертона,

Лейся фонтаном, как Бахчисарай.

Жанна, живи, не умирай!

ХУЛИТЕЛЯМ ЖАННЫ ФРИСКЕ

Слушайте, молвит из древности витязь:

«Жанны хулители, хором заткнитесь

Или засуньте свои языки

Скопом туда, где глисты вожаки!

Вам ли, гниющим от зависти дикой,

Вам ли, живущим судьбою безликой,

Вам ли, погрязшим в безумной хуле,

С Жанной равняться на этой земле?!

Кто над болезной смеется певицей,

Тех познакомлю с моею десницей.

«С миру по нитке» — тем славится Русь.

Доброе сердце оценит и гусь.

Люди не все у Московии звери —

Злато собрав для хворающей дщери,

Молятся в храмах, и слышит Господь —

Он восстановит ей душу и плоть.

Вы ж, басурманы, хоть вас и не много,

Смеете Жанну порочить и Бога.

Только запомните, чада иуд,

Вам предначертан возмездия суд.

Дюже вы, братцы, на пакость горазды.

Чья-то беда для поганцев как праздник.

Видно, вам люба своя же дрисня,

Коль без нее не живете и дня.

Ты, кто юродствует, пачкая сайты,

Не изводи на постыдное байты:

Если не будешь дружить с головой,

Дам я тебе по мозгам булавой.

Ты, безобразник и мелкая сошка,

Что ты ведешь себя, как балабошка?

Всюду выискивать мерзость и грязь

Может одна лишь ничтожная мразь.

Дал бы тебе по зубам я с размаха,

Только не хочется руки марать,

Но береги лилипутиков паха —

Обувь свою я могу поменять.

Вам, ядовитая горе-мадам,

Я по мордасам, конечно, не дам,

Но в вашей участи жалкой и куцей

Все ж посоветую нежно заткнуться.

Ледьки во злобе и вы, джентльсмерды,

Как вам не стыдно стоящей у смерти

Скорой погибели подло желать,

Вместо того, чтобы слать исполать?!

Если не можете быть милосердны,

Будьте в молчании стойком безвредны.

Не беззащитна ослабшая лань:

Есть у заступника жесткая длань.

Если в глаголах вы русских увечны,

Я вам скажу и заморскою речью,

Дабы срамной прекратился нахрап:

Ladies and gentlemen, sorry, shut up!».

ЖАННЕ ФРИСКЕ — 4

Никогда не думай о прошедшем

И в грядущем смысла не ищи.

В этом мире, вечно сумасшедшем,

Нас кусают мысли, как клещи.

Нам сегодня выпал хлеб насущный

И даются радости нам днесь,

Потому и разум вездесущий

Нам сиюминутно важен здесь.

Прошлое пусть больше не тревожит

Будни зарубежные и сны:

Ведь ничто на свете не поможет

Окунуться в цвет былой весны.

Будущее тоже неподвластно

Полноводью выстраданных грёз,

Потому не стоит понапрасну

Быть в плену невыплаканных слёз.

Жизнь твоя летуча в настоящем.

Каждый миг дыхания цени.

Быть необязательно блестящей,

Если блеск рассеется в тени.

Позабудь о прежнем пьедестале,

Думы в голове не напрягай,

Наслаждайся тем, что видишь дали —

И наступит в жизни новый май.

Каждый день по-своему прекрасен,

В каждом часе есть своя краса.

Даже в том, что город многогласен,

Ты услышь волшебные леса.

Благодать и в небе и под небом,

Если равновесно на душе,

Если, вопреки мирским потребам,

Ты не множишь ветхие клише.

Никогда не думай о минувшем

И от завтра многого не жди —

Просто проживи свой день воздушно,

Перед сном будильник заведи.

ЖАННЕ ФРИСКЕ — 5

Все мы играем роли,

Только не всем понятно,

Что при душевной боли

Жить на земле неприятно.

Жанна, ничто не вечно,

Солнцу не ровня тучи.

Даже совсем увечный

В чем-то бывает везучим.

Это ничуть не штампы,

Это закон природы —

Хочешь увидеть рампы,

Бейся за новые годы.

Будут огни и песни,

Будут глаза светиться.

В клетке ужасно тесно, —

Скажет любая птица.

Вырвешься на просторы,

Крыльям поможет ветер.

Сами признают вздоры:

Жанна, еще не вечер!

ПЕСНЯ ДЛЯ ЖАННЫ ФРИСКЕ

Я еще вчера не знала,

Что сегодня у любви

Буду королевой бала,

Слушая слова твои,

Что меня закружишь в танце,

Свои чувства не тая,

Что небесного посланца

Вдруг в тебе признаю я.

Припев:

Кружи, кружи, кружи меня,

В свои объятия маня

От грусти, скорби и тревог

И не жалей уставших ног.

Кружись, кружись, кружись со мной

И в зимний день, и в летний зной,

Чтоб не кончалась эта жизнь,

Кружись со мной, кружись, кружись.

Все, что я вчера не знала,

Обрело сегодня свет,

И с тобою в центре зала

Мы составили дуэт.

Я теперь грустить не буду,

Мне с любимым благодать.

Что узнала, не забуду:

Как прекрасно это знать.

Припев:

Кружи, кружи, кружи меня,

В свои объятия маня

От грусти, скорби и тревог

И не жалей уставших ног.

Кружись, кружись, кружись со мной

И в зимний день, и в летний зной,

Чтоб не кончалась эта жизнь,

Кружись со мной, кружись, кружись.

ЖАННЕ ФРИСКЕ — 6

Жанна, Жанна, в мире все нежданно,

Никогда не знаешь, где прорвет;

Происходят бедствия спонтанно,

Но и радость времени не ждет.

Жизнь всегда похожа на тельняшку —

Полосы меняются на ней.

Потому порою и дворняжку

Принимают в стойбище коней.

Если вдруг судьба судьбиной стала

И в мечты апатия вкралась,

Ты скажи себе: «Я не устала,

Я всего лишь грустью увлеклась».

Новый день, как новые надежды,

Облечет все сущее в цвета —

Ты наденешь яркие одежды

И прикажешь бедам: «От винта!».

Вновь на сердце станет первозданно,

Благостью задышится тебе;

Ты еще нарадуешься, Жанна,

Светлыми эпохами в судьбе.

ЖАННЕ ФРИСКЕ — 7

Провожая день, скажи «Спасибо»

Солнцу, давшему тебе лучи,

Небу мудрому за диатрибу

И луне за томный свет в ночи;

Ветру — за его хмельные песни,

Далям, очарованным тобой,

Роднику — за вкус водицы пресный,

Листьям, шебуршащим вразнобой.

Вырази сердечно благодарность

Сущему, живущему вокруг,

За обилье слов и лапидарность,

За большак и множество яруг.

И отметь мечту свою за верность,

Ломтю хлеба посвяти поклон,

И души своей неимоверность

Награди за мелодичный звон.

И когда итоговая точка

Этот день замкнет в твоей судьбе,

Ты и мне скажи «Рахмат» за то, что

Я все время думал о тебе.

СОНЕТ ЖАННЕ ФРИСКЕ

Ты закрутила с Дмитрием роман,

И мне пришлось, увы, посторониться.

Теперь грустит лирическая Ницца,

Закутавшись в свой розовый туман.

Я не в обиде на судьбы обман

И не умею ревновать и злиться.

Пусть между нами зримая граница,

Но я, как прежде, верный фрискеман.

Я не пойду страдальчески в шалман —

На сердце боль вольна угомониться;

Перевернется новая страница,

И новый мне найдется талисман.

Но как бы рок нас не терзал сурово,

Ты будь всегда красива и здорова.

ПАМЯТИ ЖАННЫ ФРИСКЕ

Покойся с миром. Покойся в мире,

Где не блестяща твоя звезда.

Но будут песни в прямом эфире

И будет память жива всегда.

Ты просияла кометой яркой

И угасала, как маков цвет,

Но ни одной своей ремаркой

Не простонала судьбине: «Нет».

Ты не скончалась, ты удалилась,

Переселилась в другую явь,

Где свет иной, как божья милость, —

Его оттуда для нас восславь.

Душа бессмертна — и в этом чуде

К заветной цели своей плыви,

Чтоб на земле постигли люди,

Во злобе — смерть, а жизнь — в любви.

Свое дыханье ты подарила

Дыханью сына и знала, что

Потом порвутся твои ветрила,

Что не поможет затем никто.

А это — подвиг! И он безмерен.

Такую жертву приемлет Бог:

Тому, кто выбором беспримерен,

Открыты двери в Его чертог.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ

Здравствуй, Женя, Женечка красавица,

Я с тобою лично не знаком.

Но твоя мне задушевность нравится,

Я к тебе всем зрением влеком.

Ты в мою обитель одиночества

Входишь ежедневно как своя

И глаголешь всякие пророчества

По вопросам разным бытия.

Ты такая нежная, воздушная,

Светишься с экрана красотой,

В каждой фразе теплая, радушная,

В каждом жесте блещешь чистотой.

А когда глядишь ты взором искренним

В глубь моих неоглашенных чувств,

Становлюсь я пафосным и выспренним

На фронтоне всех земных искусств.

Но когда ты чем-то опечалена

И едва скрываешь боль души,

Я грущу с тобой весьма отчаянно,

Что бегут по телу мураши;

Вспоминаются Ахматова, Цветаева,

Ахмадуллина, страдавшие в миру,

Завещавшие, чтоб Женечка Балтаева

Не была последней на пиру.

Так не будь подругой неприятностям

И с улыбкой радостно живи;

Сердце подарив благоприятностям,

Посвяти себя большой любви.

Состоишь ли ты сейчас в супружестве,

Я не знаю, но скажу не в смех:

Если б ты была за мной в замужестве,

Я бы слыл счастливейшим из всех.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 2

Попроси у Всевышнего счастья

Не себе, а тому, кто в глуши

Погружается в дебри ненастья

Одиночеством сирой души.

В закоулке земной безнадеги

Я давно разучился просить,

Потому мне закрыли дороги —

Даже грязь не могу помесить.

Ежедневно то ливни, то снеги,

Ежечасно то мрак, то хандра.

А ведь хочется света и неги

С ненаглядной под кровом шатра.

Если б знал, за какие огрехи

Присудили мне эту юдоль,

Я бы новые выставил вехи

И на лампы сменил жирандоль.

Но неведома воля планиды,

И приходится молча терпеть.

Не отслужит никто панихиды

На мою незаметную смерть.

Но и все же так хочется верить,

Что ты сможешь Творца упросить

Мне по-новой аршином отмерить

То, что волен не я воскресить.

Я твое ожидаю участье

И под гнетом судьбины не гнусь.

Если будет ниспослано счастье,

Им всецело с тобой поделюсь.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 3

Я не воскресну, пока ты не будешь

Рядом со мною на розе ветров.

Реинкарнация свойственна Будде

И сочинителям антимиров.

Мне же сейчас не приходится верить

В лучший исход: справедливость глуха.

Я не обучен судьбой лицемерить

И выворачивать всем потроха.

Горькая участь бывает и сладкой,

Если с тобой дорогой человек.

Радость сама подберется украдкой

И восстановит утраченный век.

Хочется малого — тихого счастья

В обществе самой желанной любви.

Чтобы себе не позволил пропасть я,

Душу мою на алтарь призови.

Буду молиться тебе неустанно,

Буду тебя возносить к небесам,

Где единение душ первозданно,

Где не смогу оказаться я сам.

Счастье находится не за горами:

К сердцу прильни моему, не скорбя,

И, продуваемый всеми ветрами,

Я заслоню от забвенья тебя.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 4

Ты бесконтрольно хороша

И безнаказанно красива;

Во взоре явственна душа,

В словах — божественность мотива.

Как угораздило тебя

Такой воздушной появиться

На свет, где любят, не любя,

Где красота, как огневица,

Бросает в жар, потом в озноб,

Затем обратно и по кругу —

И вот горит, как сердце, лоб,

И слышишь реквием, как фугу?!

Зачем, Евгения, вошла

Ты в грудь мою, сойдя с экрана,

И мне любовь подобьем зла

Преподнесла добром обмана?

За что безжалостной судьбой

Приговорен я к искупленью

Не сотворенного тобой

И не содеянного тенью

Моей надежды и мечты,

Моих высоких устремлений,

В которых есть одна лишь ты

Без отклонений и сомнений?

Но от того, что мне дано,

Я не желаю отрекаться,

Чтобы меня не жгло пятно

Предателя и святотатца.

К устам твоим не приближал

Я губ своих, но виртуально

Тебе лобзаньем угрожал

И угасал многострадально.

Я эту боль, как нужный груз,

Пусть даже тягостную ношу,

Ни за какой иной союз

С юдоли, данной мне, не сброшу.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 5

Я не владею суахили,

Но говорю на языке,

Которым выразить тоске

Могу претензии не хило.

Зачем мне маяться судьбой,

В которой нет со мною Жени?

За что стихов моих броженье

Меня бросает в смертный бой,

В котором нет врага напротив,

А есть красотка-визави?

Зачем я мучаюсь в любви,

Себя к экрану приохотив?

Я предложил бы ей «Бордо»,

Но может выйти заваруха,

Когда она мне врежет в ухо

Приемом жестким хапкидо.

Нет, подвергать здоровье риску,

Оглохнув глупо в цвете лет,

Я не намерен, как поэт,

Не предложивший деве виски

Или японское саке.

Что делать? Вряд ли кто подскажет

И вряд ли кто страдальца свяжет

С той, загрустившей вдалеке.

Я не ношу епитрахили,

Но верю в рок, и посему,

Чтобы развеять как-то тьму,

Решил освоить суахили.

Быть может, этот же язык

Моя возлюбленная учит

И вскоре небо обестучит,

И жизнь мне даст без закавык.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 6

Я к тебе завалюсь не с бутылкой,

А с огромной охапкою роз

И поставлю мальчишески пылко

На ребро судьбоносный вопрос.

Я скажу: «Дорогая Евгеша,

Не пора ли нам с этим кончать

И, дойдя до духовника пеша,

Попросить его нас повенчать?».

Ты, конечно же, скорчишь мне мину

И ударишь букетом в лицо,

И кинжально отрежешь: «К брамину

Нужно топать, имея кольцо!».

Подскочив по-ребячьи, воскликну:

«О, дурная моя голова!

К протоколу никак не привыкну,

Ты, Евгуня, стократно права», —

И, достав из кармана колечко,

Протяну его робко тебе,

Но удар, называемый «встречка»,

О моем озаботится лбе.

Из нокаута выйдя, спрошу я:

«А теперь-то дерешься почто?».

Ты мне бросишь, во гневе бушуя:

«Я хочу меховое пальто!».

«А зачем, дорогая, средь лета

Меховое пальто на жаре?», —

Удивлюсь и мгновенно за это

Окажусь головою в ведре.

Из него возропщу, согласившись

На покупку одежды зимой,

Ты же яростно, словно взбесившись,

Будешь бить по ведру хохломой.

И когда из ведра, оглушенный,

Еле вытащу свой черепок,

Я уставлюсь, как умалишенный,

Не на твой обнаженный пупок,

А на то, как из мутной нирваны

Приближаются стопы твои,

Чтобы пнуть, как пеле и зиданы,

Очень больно мне в орган любви.

Но я вынесу эти страданья

И спрошу, оклемавшись: «Евгунь,

Ты согласна сменить мирозданья

На мою эротичную клунь?».

Ты насмешливо выстрелишь в сердце:

«Дорогой, ты случайно не псих?», —

И, глаза мои потчуя перцем,

Возмутишься: «И это жених?!».

Оцарапав мне щеки и скулы

И плеснув на меня гидразин,

Острозубой улыбкой акулы

Процедишь: «Ну а где лимузин?».

Я промямлю, прикрывшись руками,

Что машина сейчас ни к чему.

Ты, сердито грозя желваками,

Погрузишь мою душу во тьму:

Замахнувшись увесистой вазой

Из какого-то там хрусталя

И покрыв меня матерной фразой,

Злобно вынудишь дать кругаля.

Не желая быть рано убитым,

Сигану я, спасаясь, в окно

И возрадуюсь даже побитым:

Предложение оглашено!

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 7

Не дуйся на меня, Евгения, не дуйся,

Иначе буду звать тебя по-свойски: Дуся.

Не стоит из обид сооружать барьеры

И тормозить полет начавшейся карьеры.

Слова лишь от души для слушателя внятней.

На языке любви общение приятней.

Откройся для меня, не уходи в подполье,

Мое не отвергай ночное сердоболье.

Возможно, виноват я в том, что ты умолкла,

Что посреди весны растительность пожолкла.

Но ради всех святых, прошу сейчас ответить,

Под сенью звезд каких могу тебя приветить.

Зачем терзать себя и параллельно друга

И разрывать концы вдруг найденного круга?

К чему идти вразрез с небесным предписаньем

И заниматься в боль нам самоистязаньем?

Я знаю, это ты — сомнений быть не может! —

Которая мне жить и созидать поможет.

И ты, наверняка, наитием ведома,

Не видишь чужака в обличии фантома.

Обида горькая — не лучшая диета.

Попробуй странности печального поэта

Увидеть в спектре снов, не тронутых пороком, —

И явится тебе твой избранный пророком.

Евгения, прошу и умоляю слезно,

Давай дадим любви предстать апофеозно.

Прольется свет в сердца и тучи разойдутся,

Когда ты на меня не будешь больше дуться.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 8

Я думал, это ты,

Но, кажется, что нет.

Стандартное «мечты»

Туманит рифмы бред.

И проникает явь

Зачем-то в гущу грез;

К ней хоть кого приставь,

Она родит курьез.

В грядущее гляжу,

Не видя ничего.

Понятно и ежу,

Не человек маго.

Но хочется спросить

На родственных правах:

Удастся ли вкусить,

Бытуя на бобах?

Но вряд ли получу

Желанный мне ответ.

Лишь гелиолучу

Подвластен жизни свет.

А что такое жизнь?

Наверняка любовь,

Разлуки виражи

И столкновенье лбов.

Поссориться легко,

Но труден снова мир.

Копая глубоко,

Наткнешься на сортир.

И кто же мы с тобой —

Случайные друзья,

Сведенные мольбой

О том, что врозь нельзя?

Свершаются витки

На фоне темных туч.

А, может, все-таки

Ты — мой последний луч?

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 9

Увы, но ты меня не ждешь

В своей постели одинокой.

Со мною вместе плачет дождь

По недотроге черноокой.

Моя истома не из тех,

Ведомых гибельным насильем,

Пропагандирующих грех

В угоду всяким камарильям.

О, нет, Евгения, меня

Влечет не страсть во имя страсти,

Которой даже простыня

Готова выделить напасти.

Но я познанием влеком

К волшебным прелестям и сердцу,

Где уживаются тайком

Соната, реквием и скерцо.

Ведь невозможно, не войдя

В твои просторы и печали,

Облагородить плач дождя

И освятить мои скрижали.

Я знаю, ты чиста душой,

Блюдешь заветы и уставы,

Не дружишь с глупым шебаршой

И не имеешь стыдной славы.

И этим ты еще милей,

Еще любимей и желанней,

Как исцеляющий елей

Для безнадеги многоранной.

Дождь мне рисует акварель,

Где нитью тянется жемчужной,

Что для меня твоя постель

Когда-нибудь не будет чуждой.

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 10

Сегодня я блаженный

Не оттого, что глуп,

А потому что Жене

Я наконец-то люб.

Вчера она сказала,

Что «как-то так вот так»,

И я летал по залу,

Как радостный дурак.

Какая мысль блистает

Вот в этом «как-то так»!

Со мной она летает

По залу натощак.

И сам я как-то так-то

Не то, чтобы совсем,

Но от такого факта

Доволен в жизни всем.

Теперь когда-то где-то

Не очень-то и впрок

Из древнего завета

Какой-то кувырок.

О том-то и о сем-то

Хотелось бы вовсю

При помощи экспромта,

Да слышится сюсю.

Откуда-то куда-то

Кого-то из всего,

И что-то там кудлато,

И больше ничего.

А если я кому-то

О чем-то, но никак,

То выйти может смута

Зачем-то… как-то так…

ЕВГЕНИИ БАЛТАЕВОЙ — 11

Люби меня, пока я не погиб

От равнодушия трусливого народа,

Пока мой дух в историю не влип

По воле зла и властного урода.

Люби меня, пока я не сгорел

В огне любви и страсти безответной,

Пока Амур еще не прячет стрел

Для сотворения печали беззаветной.

Люби меня, пока я не утоп

В пучине бед и самоистязанья,

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 374