электронная
200
печатная A5
463
16+
Надежда

Бесплатный фрагмент - Надежда

Книга первая

Объем:
236 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4483-1478-0
электронная
от 200
печатная A5
от 463

Пролог

Год 3. 2056 в летоисчислении Ллгорн. Планета Негген-Эй. Зона третьей провинции

Высоко в вечернем небе Негген-Эй парили крылатые лорт — маленькие теплокровные хищники, причуда местной фауны. Наделённые большими перепончатыми крыльями, они неутомимо охотились на бесчисленных насекомых — благо и проклятие этого мира. Насекомым было чем заняться: без устали опыляя, прореживая, перенося с места на место семена буйной растительности, но в городах они страшно докучали местным жителям, и от них избавились. Теперь лорт можно было встретить только вдалеке от поселений.

Он сделал остановку вдалеке от жилья, чтобы напомнить самому себе, откуда растут его корни. В последнее время он ловил себя на ощущении, что даже Со-эй он не воспринимает как дом. Рубка корабля-разведчика, одинокий полёт среди знакомых и незнакомых звёзд, поиск новых точек перехода — вот что теперь манило его всё сильнее. Вот чего жаждало его неугомонное сердце.

Ал-Неур Киман Деу теперь нечасто возвращался в родной мир. Делу своей жизни он служил на Со-эй — главной планете всех миров Ллгорн. Эту честь ему, как одному из подающих большие надежды Эт-Неур, оказал глава его Касты на родной планете ещё восемь лет назад. И теперь уже он, Ал-Неур, вернулся домой, оказывая честь своей семье и отдавая её прежним наставникам. Все положенные визиты он уже совершил. Вынес бурное ликование родни, не прячущей за сентуро своих эмоций в стенах домов Клана, не уронил достоинства. Теперь ему оставалось лишь навестить Башни своей Касты здесь, на Негген-Эй, — и можно возвращаться.

Родная планета больше не манила его обратно. Пусть он не обзавёлся на Со-эй ни семьёй, ни новым домом, но тихий захолустный мирок не мог конкурировать по притягательности с его теперешней жизнью. Ал-Неур — статус, о котором он едва осмеливался мечтать, за последние луны серьёзно расширил его горизонты. Что такое спокойная жизнь в любом из миров, по сравнению с лучшей долей на свете! Годы работы и напряжённого обучения сделали его одним из тех, кто ищет и дарит своему народу новые планеты и пути их достижения. От его рекомендаций зависит решение Совета, как и для чего будут использовать Ллгорн новую планету. И будут ли.


Киман Деу погрузился в воспоминания, не замечая бега времени. Что-то же сделало его таким, каким он стал? Деу-а улыбнулся, вспоминая недоумение семьи и Клана, когда Совет Триер рекомендовал его для поступления в Касту Неур. Не Тенери, как надеялась мать, и не Ллен, как тайно мечтал отец, а Неур! Немного славы и средств может принести служба охранником правопорядка на заштатной планете, где никогда ничего не происходит. Однако, когда Деу-а прислушался к себе, то перспектива стать учёным-Ллен, чиновником-Тенери или врачом, а то и вовсе каким-нибудь инженером по обслуживанию агротехники, как отец, его просто напугала. Он сделал свой выбор скорее от отсутствия такового, чем по осознанному желанию. И лишь на второй год обучения в Касте юный Неур начал понимать, что не ошибся.

Тогда выбранный путь поглотил его целиком, и наставники всё чаще начали прочить ему хорошую карьеру. Останься Деу-а на Негген-Эй — он уже имел бы в подчинении руку Эт-Неур, но он был одиночкой, и стремление командовать не находило отклика в его душе. Отличные знания и умения, самостоятельность и бесстрашие выдавали в нём будущего Ал-Неур. Но на родной планете Деу-а Ал-Неур было нечего делать. Оттого его и направили в сердце миров.

Со-Эй напугал провинциального юношу роскошью, и наглядной демонстрацией возраста, и величия его народа. Мягкие тона, в которые на этой огромной планете было окрашено всё — и небо, и строения, и безупречные ландшафты, — не уменьшили того давления, которое испытывал каждый, кто прилетал сюда впервые. Даже Башни Касты Неур напоминали такие же, оставленные на Негген-Эй, лишь издалека. Эти были и выше, и неизмеримо старше.

Двое новичков, присоединившихся к нему по пути, были растеряны не меньше, и тихо переговаривались между собой. Деу-а принял сентуро, пытаясь скрыть потрясение за внешней невозмутимостью. Давалось ему это непросто. Выглядеть так, как Эт-Неур, сопровождавший троицу новобранцев, казалось невозможным. Убедить себя, что его статус в Касте — Эт — точно такой же, что и у неразговорчивого, намного более взрослого Ллгорн, не удавалось.

Во внутреннем дворе Башен их встретил Де-Неур — тот, который будет сопровождать весь путь Киман Деу во время обучения и работы, и перестанет это делать, только если новый член его Руки сам заслужит статус Де-Неур


Со-Неур сам вышел встретить его, что, несомненно, было огромной привилегией. Очень старый Ллгорн, повсюду сопровождаемый двумя ненамного более молодыми учениками, тепло приветствовал Деу-а на широком внутреннем дворе.

Архитектура Башен повторялась всюду, но на Со-Эй ни единой травинке не позволялось пробиться между плитами двора, а здесь они нахально торчали из каждой трещинки и стыка. По каменной кладке стен полз сине-зелёный местный плющ, что придавало всему сооружению вид значительно более древний, чем это было на самом деле. Сентуро Деу-а становился легко — жизнь в столице миров Ллгорн невозможна без этого умения. Прикрыться маской ледяного равнодушия стало естественной потребностью молодого Неур. Открытое проявление эмоций на публике заставляло чувствовать себя уязвимым. Но сейчас его учителя предпочли общение антуро — по-родственному, без церемоний, тепло улыбаясь Деу-а.

После всех положенных по протоколу приветствий и вопросов, они направились в личные апартаменты Со-Неур. Традиционный шат, и обед со стариком позволили Деу-а поделиться своими сомнениями со старым учителем. Выцветшие за прожитые годы глаза тепло и внимательно смотрели с изрезанного морщинами бледного лица.

— Ты напрасно беспокоишься, Киман Деу. Твой путь — это путь особый. Ты, идущий впереди, прокладываешь дороги для всего народа. Ты тот, кто смотрит вперёд. Ты разведчик и воин. Тосковать о доме и цепляться за него корнями — не твой удел. Ты больше Неур, чем Ллгорн, — в этом твоя честь. А то, что подобные вопросы беспокоят тебя, и есть лучший признак того, что ты помнишь, кому служишь. Неур Негген-Эй гордится тобой, мой мальчик!


Возвращение на Со-Эй особых приключений не сулило. Лететь пассажиром большого корабля ему, опытному пилоту быстрого и маневренного разведчика, было откровенно скучно. Компания попутчиков эту скуку лишь усугубляла. У него не было ничего общего с торговцами-Тенери, которые ее составляли. Почти всю дорогу Деу-а провёл, получая новые знания из гипноуроков.

Старые Боги не наделили его особыми дарами, которыми отмечали некоторых Ллгорн, но и у него имелись таланты. Одним из них была гибкая и чрезвычайно упорядоченная память. Он пользовался гипноучителем без ограничений, и это никогда не доставляло ему неприятностей. Никаких головных болей, никаких спутанных в голове данных. Всё раскладывалось по местам раз и навсегда. Этот талант немало помог ему всегда оставаться среди лучших во время теоретических занятий при начальном обучении и позже, на службе Неур.


В первый же день после возвращения на Со-Эй, Деу-а связался со своим Де-Неур.

— Я готов к работе, — доложил Деу-а.

Рано поседевший на нелёгкой работе, не отличавшийся особенной мягкостью к своим подчинённым, Де-Неур не стал возражать.

— Отдохнёшь после следующей миссии, — равнодушно принял он решение Деу-а не использовать оставшиеся дни отдыха.

Они обсудили план предполагаемой работы. Предстояло продолжить начатое — обследование третьего сектора Пространства, поиск точек перехода — статичных зон, позволяющих кораблям уйти в гиперпространство и локацию зоны выхода из них. Попутно предлагалось оглядеться и установить маяки на ближайших интересных планетах. Работа, как всегда, была сопряжена с риском: новые точки перехода не всегда вели в безопасные места и всегда — в незнакомые. Выйти не очень близко от гигантских голубых звёзд с чудовищным излучением или избежать зоны взрыва сверхновой считалось удачей. За весь двухсотлетний период поиска, надёжных переходов было открыто не так много, как хотелось бы, а путешествовать среди звёзд без них, затрачивая океаны энергии и сотни лет жизни, не имело смысла. И только Ал-Неур процеживали пространство в поисках новых переходов для тех, кто будет стремительно проноситься по ним в дальнейшем.

Свой корабль-разведчик «Текке», Деу-а назвал, сравнив с юрким, блестящим жуком-плавунцом, живущим на его родной планете. Когда Деу-а появился в зоне отлёта, корабль был полностью подготовлен к миссии. Техники Неур свою работу знали хорошо. Запас энергокубов, биомассы и всего того, что может понадобиться разведчику его ранга, был размещён на борту зеркальной капли «Текке».

Прощаться было не с кем, и Ал-Неур Киман Деу просто занял пилотское кресло в рубке, готовясь к старту. Кресло привычно подстроилось под его тело, полушлем развернул виртуальные базы данных; комм корабля, словно разделяя нетерпение пилота, запросил программу действий.


Он покидал систему, согласовав маршрут в её сложном трафике, где любой маневр оставался жёстко регламентированным службой внутрисистемных перелётов. Ближайшая точка перехода, ведущая по направлению к зоне его поисков, находилась в нескольких часах полёта в обычном пространстве. Определив параметры и задав курс, Деу-а деактивировал шлем и включил обзорный режим. Он никогда не ограничивал полёт стенами рубки. Все четыре плоскости мгновенно исчезли, и панель навигации вместе с двумя креслами словно повисла в пространстве. Даже в переходах, когда весь окружающий мир поглощается смазанной серой пеленой, он не возвращал рубке видимость.


Ужиная в последнем, самом долгом переходе, Деу-а знал, что комм корабля предупредит его об окончании маршрута. Переходы, которые считались безопасными и находились в лоции исследованных маршрутов, имели постоянную длительность нахождения в них. Не имело значения, с какой скоростью корабль двигается внутри вывернутого наизнанку пространства. Можно было вообще отключить двигатели — через точно обозначенное время для этого конкретного перехода, он выплевывал корабль наружу. И вот здесь всё начинало работать, как обычно. Если корабль нёсся с ускорением, с ходу мог угодить во что угодно. Поэтому его «Текке» был запрограммирован на самый малый ход. Дальше предстояло решить, в какую сторону двинуться, рассчитать топливный ресурс, чтобы хватило до ближайшего мира Ллгорн на обратном пути. Собственно, время его поисков этим самым топливным ресурсом и ограничивалось.


Поиск зон гравитационного возмущения вблизи точек перехода мог бы показаться скучным занятием. Но не тому, кто был влюблён в свою работу так, как Деу-а. Ему нравился полёт среди незнакомых звёзд, нравился его неспешный темп. Системы датчиков обшаривали доступные области по курсу и молчали, до тех пор, пока на вторые сутки поиска комм не пригласил его в рубку.

Вырванный из сна, на ходу одеваясь, Деу-а провалился в кресло, активируя шлем. Впереди обнаружилось сразу две близко расположенных точки входа. Он сверился с данными и погрузился в расчёты. Признаки стабильности наличествовали у обеих! Оставалось лишь решить, какую исследовать первой.

Он вернулся в жилую комнату, чтобы принять душ и поесть, — неизвестно, каким долгим окажется новый переход и что ждёт его в конце пути. Рубка и кресло пилота могут приковать на долгие часы, а одного шат, доступного там, и инъекций стимулятора в скафандре может оказаться недостаточно. Когда все подготовительные мероприятия были завершены, он направил корабль к тому, что был ближе.


Как выяснилось, поел Деу-а не зря. Восьмой час серой пелены, а конца движению не было видно. Так можно и в соседний рукав галактики угодить. Да куда угодно. Стоило ему подумать, и комм предупредил о близости выхода в нормальное пространство коротким перезвоном. Одновременно с этим звуком окружающий мир обрёл краски. Корабль выпал из перехода. Прямо под ногами пилота разворачивалась ослепительная панорама звёздной системы с целым десятком планет. Умница-«Текке» отметил положение точки выхода и анализировал доступные данные по системе, которая изменила положение относительно угла обзора, когда Деу-а откорректировал курс.

Согласно расчётам, условно пригодный для жизни мир в системе был — большая удача! Шестая планета от массивной пожилой звезды, вместе с двумя спутниками, теоретически подходила под все критерии. Но Деу-а решил, что не она, а один из шести её спутников станет его целью. Чем ближе подбирался корабль, тем яснее становилось, что Ал-Неур наткнулся на редкую удачу.


Планету окутывали ленты облаков, в разрывах блестела жидкость и части материков. Если жидкость окажется водой, то он нашёл сокровище! Пригодная к обитанию планета в новом переходе? Первом же за миссию? Никаких недель блужданий? Таких везений не бывает!

Он облетел её дважды, комм измерял и анализировал планету, и две соседних. Наконец, закончив расчёты траектории, Деу-а начал недолгий спуск. Облака действительно состояли из водяных паров, а примеси не несли серьёзной угрозы для Ллгорн. Деу-а выпустил два десятка зондов ниже зоны облачности, и они начали картографировать поверхность. Большой материк с сероватыми проплешинами пустынь в экваториальной зоне он пропустил, а вот средний, немного смещённый к северу, отделённый от первого обширным водным пространством, ему приглянулся больше. Деу-а выбрал зоной посадки невысокое плато с менее буйной растительностью, чем та, что его окружала. Цвет растений был, в основном, желто-бурый. Что, впрочем, без подробного биологического исследования ни о чём не говорило. В отсутствие следов искусственной деятельности он убедился ещё на подлёте, и теперь лишь окончательно зафиксировал это строкой в отчёте, получая данные с зондов. Ограничив зону проникновения для любых биологических объектов защитным полем, убедившись, что состав атмосферы пригоден для дыхания, а количество чужеродных микроорганизмов не угрожает его здоровью, он ступил на поверхность нового мира.


Каменистая почва поросла пучками грязно-жёлтой травы и невысоким кустарником с узкими длинными зубчатыми листьями. Ничто живое не шевелилось в радиусе 20 ре-лер, да и не могло, после активации поля. Лёгкий ветерок нёс непривычные запахи. Деу-а прошёлся вокруг корабля, собирая экземпляры животного мира планеты, попавшие в зону действия поля. Таких нашлось немного, и он сложил трупики в контейнер, чтобы позже произвести биосканирование. В другой контейнер отправились образцы растений. С плато открывался вид на целый океан растительности, тянущийся до самого горизонта, и вот почти у линии этого горизонта, одновременно с тревожным сигналом наручного комма, высокое зеленоватое небо прочертила огненная полоска. Деу-а немедленно вернулся на «Текке».


Корабельный комм высчитывал траекторию и место падения неизвестного тела. Ал-Неур изменял задачу разведзондов, которые были поблизости. Первая же картинка, полученная от одного из них, заставила его неловко опуститься в кресло. То, что свалилось с орбиты планеты, на которой он не оставил ни одного зонда, спеша вниз, было, вне всяких сомнений, предметом искусственного происхождения. И не просто предметом… Странным? Да. Архаичным? Да. Вызывающим сомнения в логике конструкторов? Да. Но ничем, кроме корабля, это быть не могло.


Чужой корабль с громкими щелчками и потрескиванием остывал на плато, схожем с тем, где приземлился «Текке». Крохотный зонд передавал звук с чёткостью, не худшей, чем картинку. При приземлении чужак выжег изрядную долю растительности и сплавил под собой грунт. Размер корабля был незначительно меньше размера «Текке», он стоял на четырёх коротких опорах — так же горизонтально, как и корабль самого Деу-а. Пытаясь справиться с волнением, Ал-Неур поднимал в памяти протокол Контакта. Был такой формуляр среди прочих инструкций, а как же! Только вот пользоваться им до сих пор никому не приходилось. Мозг уцепился за один из параграфов: «Скрытое наблюдение за объектом (объектами) для определения степени опасности (агрессивности)».

Купол силовой защиты «Текке» отражал окружающее, обнаружить его без применения специальных технических средств было невозможно, но кто знает, какими возможностями располагает пришелец? Разведзонды были малы и тоже имели экранирование, и Деу-а просто разместил четыре из пяти в удобных для обзора точках, а пятый направил вплотную к чужому кораблю.


Пар охладителя уже развеялся, но никаких признаков того, что чужак собирается выйти, не наблюдалось. Наконец люк, заметно очерченный в боку корабля, отошёл в сторону на двух тяжёлых направляющих. Деу-а показалось, что он слышит натужный скрип, но это было всего лишь иллюзией, вызванной архаичным видом люка. Появился короткий ступенчатый трап, и неуклюжая фигура спустилась по нему на землю. Две руки, две ноги, круглая голова. «Уже радует», — подумал Неур.

Комм просчитал сравнительный размер чужака: он оказался существенно ниже ростом, чем Ллгорн, но крепче и шире, хотя истинные размеры скрывало одеяние — по всей вероятности, вариант скафандра. Сквозь прозрачный купол шлема зонд умудрился сделать очень четкий снимок лица чужака. Рот, нос, глаза — всё было на обычных местах, но и только. Так мог бы нарисовать Ллгорн двухлетний ребёнок.

Черты лица не отличались правильностью, нос был крупноват, а глаза — необычно маленькие, светлого, голубого или серого цвета с чётким чёрным зрачком. Губы узкие, напряжённо сжатые, подбородок тяжёлый. Чужак потоптался перед входом, затем вытащил из корабля несколько ящиков с аппаратурой и засел возле них. Вёл он себя ещё беззаботнее, чем Деу-а накануне.


Небо из зеленоватого быстро становилось лиловым. Приближалась ночь. Задав зондам программу поведения, Деу-а глубоко задумался. Наблюдать, как Неур чужого вида исследует его планету, Ал-Неур не имел ни малейшего желания. Из того, что он пока увидел, было понятно, что чужак технически отстаёт от него самого, но насколько правильно Деу-а оценивал его потенциал, пока оставалось загадкой.

Один из зондов переместился в открытый внешний люк шлюза и застыл невидимкой у нижней кромки люка внутреннего. Ллгорн ждал. «Возможно, эта планета не устроит чужака, и он оставит ее? Тогда нужно будет проследить за ним до мест обитания его народа и возвращаться домой с докладом… Пусть Совет решает, что делать дальше».


Чужак вернулся на свой корабль совсем скоро. Он также выпустил подобие зондов-разведчиков, направив их на дневную сторону планеты. Деу-а, ещё раз убедившись, что его собственные зонды в безопасности, продолжал наблюдать за неизвестным существом. Без скафандра чужак приобрел ещё большее сходство с Ллгорн — действительно, более крепкая и коренастая, его фигура тем не менее не имела значительных физиологических отличий от фигуры самого Деу-а. Кожа чужака имела более тёмный, красноватый оттенок, чёрные волосы росли не только на голове, но, похоже, и по всему телу. Он вёл мелодичный разговор сам с собой или со своим коммом, готовился к ужину и не подозревал, что за каждым его движением наблюдают. Внутреннее содержимое корабля только укрепило предположение Деу-а о техническом превосходстве Ллгорн: неуютное и неудобное пространство было забито громоздкой аппаратурой, чьи панели торчали, казалось, изо всех стен, и ни один из приборов не заметил присутствия маленького зонда с «Текке».

Однако чужак сумел добраться сюда, и Ллгорн не показалось, чтобы он испытывал заметные неудобства, перемещаясь по своему кораблю. Скорее наоборот — довольно улыбался, просматривая какую-то информацию, бегущую по широкому экрану в рубке его корабля. Надежда на то, что планета не окажется пригодной для этого лохматого низенького существа, таяла с каждой секундой. Воздух и давление внутри чужого корабля, согласно анализу данных, полученных с зонда-шпиона, мало чем отличались от того, которые служили комфортной средой для самого Деу-а.

Быстрое развитие событий не давало Ал-Неур возможности спокойно оценить произошедшее. Ситуация требовала действий и контроля, а размышления требовали времени. Но подсознание уже складывало спутанные осколки в цельную картинку. Он встретил представителя разумного биологического вида, несомненно обладающего речью, схожего с Ллгорн по основным критериям, уровень развития которого позволял ему перелёты среди звёзд. Судя по тому, что родной мир чужака явно не находился поблизости, тот мог воспользоваться тем же самым, что и Ллгорн, способом передвижения, — через гиперпространство. Ллгорн обнаружили звёздных соседей! Спустя многие столетия бесплодных поисков, распрощавшись со всякой надеждой!


Определив время, в которое на континенте наступит рассвет, Деу-а последовал примеру чужака и отправился на отдых, полагаясь на то, что чуткие сенсоры зондов предупредят его об опасности, если она вдруг возникнет.

Он спал недолго и беспокойно, и за час до рассвета принял решение. Его корабль опустился мягко и бесшумно, параллельно кораблю чужака, в пяти то-лер от входа. Датчики чужака движение уловили и заверещали тревожными сигналами внутри корабля. Чужак, почти неодетый, тут же оказался в рубке. Всё это зонд-шпион транслировал в активированный шлем полевого скафандра Ал-Неур. Сам он стоял перед входным люком странного корабля, свободно опустив вдоль тела пустые руки. Воспользоваться оружием он успеет всегда, но демонстрировать это своё умение Деу-а пока не спешил.

Прошло несколько долгих минут, в которые чужак одевался, вооружался и что-то там делал ещё, одновременно стараясь не спускать глаз с экрана, который транслировал неподвижно стоящую чёрную фигуру Деу-а. Наконец, точно рассчитав момент, Ллгорн сделал то, что заставило чужака застыть перед одним из небольших экранов, которые были в его корабле повсюду. Он деактивировал шлем и перчатки, поднял руку и негромко постучал в обшивку люка. Эмоции чужака читались легко, если они, конечно, означали то, что пришло в голову Деу-а, — изумление. А затем чужак отложил в сторону неудобный шлем и вылез из скафандра. Оставшись в двух разноцветных половинках мягкой, свободной одежды, он направился к шлюзу. Полукруглая дверь отошла в сторону с шипением, и под ноги Ал-Неур опустился уже знакомый ступенчатый трап. Однако он не стал подниматься, а наоборот, отступил назад, в свободное пространство между двумя кораблями.

Чужак застыл в проёме люка. Зона безопасности, которую активировал Ллгорн, была невелика, заканчиваясь в нескольких лер от носа и кормы его корабля, и сферой охватывая кораблик чужака, чуть меньший по размеру. Деу-а стоял сейчас прямо посредине этой зоны, и туда же, по лестнице своего трапа, спускался чужак. Ал-Неур качнул головой, позволив резкому, прохладному утреннему ветерку, наполненному незнакомыми запахами и звуками, взметнуть пряди серебристых волос. Чужак снова замер на трапе, забыв поставить ногу на землю.

Деу-а не мог упрекнуть его — ведь сам он наблюдал за пришельцем со вчерашнего дня, а для того появление Ллгорн было полной неожиданностью. Однако, не сводя с Ал-Неур настороженного взгляда, тот всё-таки спустился на землю и быстро проговорил короткую фразу, закончившуюся серией звуков с явно вопросительной интонацией. Ллгорн покачал головой и ответил, скорее для порядка, что не понял ни слова. Чужак кивнул и медленно, положив руку на грудь, произнес «че-ло-век», а затем указал на Деу-а:

— Ллгорн, — ответил Деу-а.

Затем чужак повторил «человек» и добавил, снова указывая на себя:

— Анджей Грини, Анджей.

Деу-а повторил его жест и представился:

— Ал-Неур Киман Деу. Деу-а.

— Деу-а? — повторил человек. — Лгорн?

— Ллгорн, — поправил его произношение Ал-Неур.

Он развернул голографический экран наручного комма и продемонстрировал человеку кадры его приземления и возни с оборудованием. Чужак наблюдал, не произнеся ни слова. Затем кивнул, указав на Деу-а.

— Ллгорн, — он поднял руку и сжал в кулак, оставив один палец.

«Первый», — догадался Деу-а, усмехнулся и кивнул, обернувшись к «Текке». Человек перевёл взгляд на корабль Ллгорн. Ему не удалось скрыть восхищения. А чем ещё могла быть слегка отвисшая нижняя челюсть этого существа и расширившиеся зрачки в светлых, прозрачных глазах? «Текке» стоял на незаметных под выпуклым брюхом посадочных опорах, отражая в зеркальной поверхности две фигуры. Длинный язык пологого трапа заканчивался почти у ног Деу-а.

Пора было начинать настоящий разговор, но такими темпами они могли до старости обучаться. Ал-Неур снял с пояса ленту гипноучителя, осторожно и медленно протянул её собеседнику, жестом показав, что она крепится на голове, и добавил:

— Ллгорн — человек, Анд-жей — Деу-а.…

Человек с сомнением покосился на полоску металлизированной ткани в руках Деу-а. Что-то быстро проговорил и, махнув рукой, взял гипноучитель. Ллгорн подошёл ближе и опустился на оплавленный камень под ногами, предлагая человеку сделать то же самое. Когда лента была прилажена на голове чужака Анджея, Деу-а запустил базовый курс языка, рассчитанный, наверное, на первогодок. Почти час человек сидел, привалившись спиной к своему кораблю и закрыв глаза. Деу-а понимал, что сильно рискует, но ведь и человек наверняка осознавал это, надевая ленту на голову. Курс закончился, лента с мягким щелчком освободила лоб Анджея. Он открыл глаза и тут же закрыл их снова, вцепившись руками в колени.

«Головокружение», — сообразил Ал-Неур. Но спустя несколько секунд человек разлепил губы и произнёс медленно и неуверенно:

— Отвратительное ощущение, скажу я тебе, Ллгорн. Но полезная вещь, не поспоришь. У меня такой нет. С собой нет, — добавил он тут же.

Деу-а улыбнулся, не скрывая облегчения. Человек вымученно улыбнулся в ответ — гипноурок явно не прошёл для него безболезненно. Зато очевидно подтвердил поразительную схожесть обеих рас.

После нескольких неловких минут, когда каждый хотел бы высказаться, но не знал, с чего начать, Ллгорн решился первый:

— Как ты обнаружил этот мир?

— Я не искал его специально, ушёл в новый… переход, а вышел прямо здесь, — ответил Анджей.

— Так же, как и я. Твоя работа — искать переходы?

— Нет, скорее миры, вроде этого. Переход — это если повезет.

— А я ищу переходы. И миры, если повезёт.

Человек остро глянул на Ллгорн:

— А ты определился, как далеко от твоего дома ушёл переход?

— Да, я вполне смог сориентироваться. Далеко. А ты?

— Тоже далеко. Очень. С трудом сориентировался по реперных точкам.

— Ладно, — начал Деу-а, — нам нужно разобраться с тем, что мы имеем… Сколько разумных рас в вашем секторе пространства?

— Одна — люди.

— Как и в нашем…

— Что делать будем, человек?

— А какие есть варианты, Ллгорн? Я бы предложил дружбу.

— Я, если ты отметил, пришёл для того же, но…

Человек поморщился.

— «Но» существуют всегда, не так ли? У меня они тоже возникнут, когда я доберусь до своих.

Ал-Неур кивнул, соглашаясь.

— Решать не нам с тобой — это верно, однако здесь только мы, и первый камень в основание башни — наш, согласен?

— Абсолютно, — искренне улыбнувшись, ответил Анд-жей. Улыбка, совершенно типичная для Ллгорн антуро, осветила его лицо с неправильными чертами и покрытыми короткой, но густой щетиной тёмных волос подбородком и щеками. От непривычно маленьких, но выразительных глаз разбежались весёлые морщинки.

Он протянул Деу-а руку ладонью вверх и спросил:

— Дружба, Ллгорн?

Ал-Неур Киман Деу тоже протянул руку, не совсем понимая зачем, но подозревая, что ритуал чем-то важен для человека, и ответил мягко, но уверенно:

— Дружба, Анд-жей.

Они решили вместе обследовать найденный мир, попутно делясь друг с другом информацией. Сначала это были осторожные вопросы и не менее осторожные ответы, но в какой-то момент оба поняли, что так далеко не продвинуться, — и беседы приобрели более откровенный характер. Так человек узнал, что Ллгорн покончили с войнами тысячу лет назад, и с сожалением признался, что люди этим похвастаться не могут. Больших войн, конечно, тоже не случается, но мелкие стычки — не редкость.

Ал-Неур был удивлён, узнав, что человечество не едино, а разбито на несколько независимых политических формирований. Анд-жей, по счастью, являлся членом одного из самых больших и сильных, по его словам, — Республики. Но были ещё Лига торговых миров и Союзные планеты — меньшие, но более воинственные группы человеческих миров.

Анджей, преодолевая смущение, расспросил о физиологии Ллгорн и заметно успокоился, узнав, что среди них приняты брачные союзы с женскими особями и никакими «странными» путями Ллгорн не размножаются. Что он имел в виду, Деу-а так и не понял.

Они поделились данными разведки зондов и совместно составили вполне подробную карту планеты. Погостили друг у друга на кораблях, оба испытав при этом неудобство чисто физического плана: Ллгорн в силу высокого роста едва помещался в помещениях кораблика Анджея, а тот чувствовал себя неуютно в корабле Ллгорн, где всё предназначалось для существа, которое было выше человека на пол корпуса.


Мир оказался не без изъянов, главным из которых было длящееся, по взаимным расчётам, больше полугода затмение. Да, оно случалось нечасто, но регулярно. Большая планета, чьим спутником являлся обследуемый ими мир, закрывала его от света звезды надёжно и надолго. Но до этого, несомненно, грандиозного события было ещё далеко. Крупных животных они не обнаружили, а те, что были, имели интересные особенности метаболизма: при охлаждении впадали в спячку — видимо, так и переживали местную ледяную, полную мрака зиму.

Что заносить в официальный рапорт, каждый решал сам, и оба не торопились с его составлением. Только Ллгорн ждала встреча с Со-Нат, и он предполагал, что мало что сможет утаить. Каков будет механизм доклада у Анд-жей, он не знал, но подозревал, что и его вывернут наизнанку.


Исследование пригодных для обитания планет — процесс непростой и не быстрый. Даже такое поверхностное, какое они могли себе позволить со своей экипировкой и ресурсами. Но время шло, и Деу-а, впервые в своей жизни повстречавший того, кого не задумываясь мог определить как друга, всё острее чувствовал, что им пора расставаться. Анджей первым завел непростой разговор о будущем, сразу оговорившись, что ему этого хочется меньше всего, но ресурсы его корабля не позволят оставаться на планете дальше.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 200
печатная A5
от 463