электронная
40
печатная A5
391
18+
Моя юдоль

Бесплатный фрагмент - Моя юдоль

Мой удел смерть, ибо жизнь — это лишь начало и конец, с невыносимой для меня серединой…

Объем:
222 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-0053-0837-5
электронная
от 40
печатная A5
от 391

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Предисловие

Здравствуй, мой дорогой читатель. Этот сборник посвящён моей жизни и моему внутреннему, мертворождённому гению. Все мои дни, месяцы, годы, мысли и чувства, были перетасованы, как колода карт. Поэтому некоторые произведения предстанут на твой читательский суд незаконченными; вместо полноценного и привычного удовольствия, ты получишь непонимание, смятение, недосказанность, а возможно и обиду.

Ты будешь читать плоды моих долгих дум: стихи, рассказы, эссе, дневники… и всё что посетило мою голову за последние годы. Все эти произведения — мои дети, и все они — инвалиды с рождения. В связи с этим, я часто задумывался и в итоге пришёл к выводу, что мой разум, как и я сам, до того испорченны, что не способны на большее. И я решил представить этих инвалидов и мертвецов тебе.

Пусть мои незрелые, подпорченные, а местами и косноязычные строки, будут с тобой. Да, они будут тебе претить, будут чужими и не нужными. Но они имеют своё право на существование в любой форме, ведь время и обстоятельства, в которых я родился, увы не дали мне шанса проявить себя; но они дали мне частичную свободу слова, благодаря которой я, а точнее бессознательная и недостижимая не для кого, часть меня, в какой-то степени, останется здесь безликим, эфемерным призраком. Этот призрак будет навсегда потерян для людей и для себя самого.

Это ни в коем случае не профессиональное произведение современной литературы; может это халтура, или графоманский бред… Называй как хочешь. Для меня же, это своеобразный сундучок с кусочками моей жизни и моими мыслями, которыми я хочу поделиться с тобой. Если тебя вдруг заинтересовала моя писанина и ты хочешь познакомиться с моим творчеством поближе. Что ж… Тогда вперёд, мой дорогой читатель! Переворачивай страницу!

Танцы под водой

«Михаэль Шнайдер

6 октября 1996 — 4 июля 2015

Любимый сын, преданный друг, лучший брат…»

Уже четвёртый раз глазами пробегаюсь по надписи, выгравированной на надгробной плите моего брата. Не могу сдержать слёзы. «Не плачь, не показывай никому своих слёз», — так сказал мне Михаэль, когда я впервые по настоящему заплакала; родители на весенней ярмарке не купили мне мороженное.

Со дня аварии я потеряла веру в жизнь. Помню яркую вспышку света, глухой удар и пустоту, которая казалось, забрала меня навсегда. Но жизнь бывает ещё более несправедлива, чем смерть. Она вытягивает тебя из полюбившейся темноты, бросает в инвалидное кресло и суровый седовласый мужчина, равнодушным голосом сообщает:

— Надя, ты больше не сможешь ходить, твой спиной мозг был сильно повреждён в результате столкновения с машиной.

— Доктор, неужели нет никаких шансов? — спрашивает мама.

— Миссис Шнайдер поймите, ваша дочь навсегда останется инвалидом, а о возвращении в спорт я вообще молчу.

— Но как же так доктор? Наверняка есть какие-то методики, которые…

— Я ещё раз повторяю! — резко обрывает мою мать палач в белом халате. — Надя никогда НЕ СМОЖЕТ ХОДИТЬ!!!

Не могу больше выслушивать эти разговоры обо мне в третьем лице, со всех ног… Ну вот опять! Со всех колёс выезжаю из кабинета и направляюсь к выходу.

— Надя! — окликает меня знакомый до боли голос.

Не отвечаю, хватит разговоров, пора замолчать навсегда.

Я умерла не восемь месяцев назад, когда услышала приговор этого титана в белом халате, который властен надо мной теперь. Я умерла ровно четыре года назад, когда мой любимый, самый родной брат Михаэль, покончил с собой. Его загадочная смерть, вызвала множество вопросов.

Неизвестно, закончил он свою жизнь добровольно или ему кто-то помог? А может это была нелепая случайность? Вопросов много, ответов нет.

Лично я предпочитаю думать, что он покончил с собой. Это лучше, чем верить в то, что его кто-то убил или что дурацкая случайность забрала его у меня.

В его смерти есть лишь один положительный момент, который поднимает мне настроение. Он умер на дне реки Неккар, которая находится недалеко от нашего города Филлинген-Швеннинген. Это была наша любимая река, в которой мы плавали каждый день и репетировали свои номера. Во время летних каникул, мы всё свободное время проводили там, а иногда в тайне от родителей, убегали на речку ранней осенью и поздней весной.

Мы с Михаэлем очень любили воду; люди-рыбы, так называли нас наши родители. А сам Михаэль, много раз шутил, что мы не как остальные люди, которые на шестьдесят процентов состоят из воды. «Мы с тобой Надя, состоим из воды на девяносто девять процентов. Один ничтожный процент, держит нас в этом мире», — до сих помню его чарующий голос.

Мы с братом были чемпионами по синхронному плаванию и заняли второе место на олимпийских играх в 2014 году. Дуэт «Надя и Михаэль», стал самым знаменитым во всей Германии. Наши гармоничные и завораживающие движения под водой, заставляли зрителей смотреть на нас так, словно они были под гипнозом.

У нас с ним был секрет. О нём знала лишь мама, которая старательно хранила его до смерти Михаэля. Мы были не просто братом и сестрой, мы любили друг друга как мужчина и женщина. Многие в городе догадывались о нашей постыдной для всего мира связи. «Инцестники!» — слышали мы каждый раз, когда ходили купаться на Неккар.

Но нам было всё равно, мы любили друг друга и были счастливы. Мама узнала о нашей связи за два года до смерти Михаэля и настоятельно просила нас прекратить это, говоря о том, что ничего хорошего такая любовь нам обоим не принесёт.

Но никто не может остановить два любящих сердца. Пусть для других наша любовь и была грязной, для меня она была самой чистой и искренней на свете. И я бы не променяла Михаэля ни на одного парня, с которыми мама отчаянно пыталась меня познакомить. Она надеялась развести нас с братом по разным углам дома и знакомила его с девушками, а меня соответственно с парнями. Хоть её навязчивость часто бесила меня, я понимала что она как любая мать, желает лучшего своим детям.

Михаэль всегда относился ко всему спокойно, он был робким и нежным. А любить он мог так сильно… Немногим суждено испытать такую любовь, поэтому я считаю себя счастливой. За два месяца до смерти, у моего брата и возлюбленного, начали проявляться признаки биполярного расстройства.

Он ненавидел врачей и таблетки, поэтому боролся с болезнью своими силами. Плюс родители были против того, чтобы он обращался к психиатрам. Я чувствовала как он ускользает от меня в лапы безумия и не знала как его спасти.

Я лишь надеялась что наш будущий ребёнок, заставит его болезнь отступить. Но Михаэль узнав о моей беременности, стал ещё более рассеянным и погружённым в себя. «Мне нет места в этом мире», — повторял он.

28 июня 2015 года, Михаэль неожиданно исчез. Он ушёл из дома в магазин и больше не вернулся. Мы не знали что и думать. Его поиски не увенчались успехом.

Вскоре я обнаружила в его комнате записку, спрятанную в нашей любимой книге «Моби Дик, или Белый кит», написанной Германом Мелвиллом. Записка эта была ещё более странная, чем его поведение в последние дни перед исчезновением.

Сегодня 4 июля. Это число стало официальной датой смерти Михаэля. Хотя он умер намного раньше, погрузившись под воду Неккара. Именно в это число его тело, а точнее то, что от него осталось, нашли дети, играющие возле реки.

Похороны были скромными, тело брата кремировали, а прах развеяли над Неккаром. На семейном кладбище соорудили небольшую могилу. Сюда приходили родители, а точнее только мама. Она приходила погрустить и поплакать о печальной судьбе своего сына. Мы никогда не ходили на его могилу вместе, только по одиночке. Отец сразу после смерти брата развёлся с мамой и уехал к своей любовнице в Мюнхен.

В этот чёрный день, я сижу у его могилы и вновь перечитываю эту записку, надеясь хоть что-то понять:

«Моя невидимая спутница, мой несуществующий друг, мой нерождённый ребёнок. Я обращаюсь к вам из оврага пустоты, в котором сейчас пребываю. Эта городская лужа, в которую я погрузился с головой, утянула меня на самое дно.

Погружение под воду манило меня всю жизнь. Там, под водой, хранятся все ответы. Но чтобы получить их, нужно отдать жизнь. Вы готовы погрузиться под воду и смыть с себя желание, грех, ярость, жизнь… Я готов, я не готов, я готов… А может всё таки не готов.

Нужны ли нам эти ответы? Будем ли мы счастливы, когда получим их? Мы дети бога, который нас покинул. Мы брошенные сиротки на вокзале жизни; столько поездов каждый день уезжает прочь в неизвестность. Она манит и пугает одновременно.

Что лучше? Уснуть вечным сном в мягких объятиях земли или погрузиться под воду и унестись в пучину и темноту. Всё решает воля, всему виной судьба. В книге жизни, наши имена выделены красной ручкой. Мы следующие? Вряд ли. Сколько людей ушло в пустоту перед нами и сколько уйдёт после нас? Много? О, очень много!

Люди умирают каждый день; смерть уносит душу и не оставляет следов. Остаётся лишь бренное тело и людское горе. Отпечатки наших трагедий, каждый день убивают нас. Тяжела жизнь работяги, тяжела жизнь поэта, тяжела жизнь художника, тяжела жизнь инвалида, тяжела жизнь безумца…

Я всё вместе взятое. Инвалидность моей души, не даёт нормально мыслить и жить. Не одна операция не помогает, даже таблетки бессильны. Эти реки чувств, горы надежд и ураганы безумия. Всё непреодолимо, но всё можно сдерживать. Не верьте себе, не верьте другим. Верьте только в то, что вы будете свободны.

Вы освободитесь, я вас освобожу. Вы не верите что это вы? Ваше безумие поглотит вас. Эти ветви мыслей, плотно вплетаются в моё сознание и коварные сорняки болезни, дают свои плоды. Мне жаль, правда. Никто нам не поможет, придётся справляться самим.

Примите простую истину: вы не убежите от правды и от себя. Помните, всё умирает. Таков закон жизни. Вам даётся время и как потратить его, решайте сами. Хотя многое решается ещё до вашего прихода. Мне жаль. Но вы должны ценить то, что имеете и говорить спасибо.

Сражайтесь каждый день, ведите войну на оба фронта. Воюйте с безумием, царящим в вашей голове, воюйте с миром, который жаждет унизить и уничтожить вас.

Боритесь и помните что я рядом, несмотря на то, что меня нет.

Однажды мы уйдём в море за вечным сном и станем наблюдателями за вселенной. Если вода нас не примет, мы полезем в петлю и ощутим горько-сладкий поцелуй смерти. Затем мы станем призраками, уходящими прочь в снежную бурю.

Мы будем невидимыми зрителями, стоящими за кулисами и смотрящими на актёров, которые продолжают играть в спектакле, под названием жизнь.

Я вижу сотни танцующих под водой людей. Они улетают в космос и упиваются покоем. Всё так медленно и безмятежно, нет смерти и боли. Есть только покой. Вечность навсегда».

И вновь вопросы, вопросы, вопросы… Об этой записке никто не знает. Я спрятала её от посторонних глаз, чтобы у меня было нечто сокровенное от моего брата. Я хотела быть особенной.

Всю жизнь он рвался к воде и в итоге умер в ней. После его смерти у меня случился выкидыш и наш ребёнок, а точнее сын, отправился к своему отцу в Неккар. Осталась только я, которая продолжала какое-то время выступать с сольными номерами в городском бассейне. Но всё это не то. Жизнь решила наказать меня ещё больше и забрала способность ходить. Единственное место где я могу обрести покой и быть рядом с любимым мужчиной и сыном (Михаэлем младшим), это Неккар.

Спицей для вязания я доцарапываю надпись на могиле Михаэля, добавляя туда ещё пару имён:

«Михаэль Шнайдер

6 октября 1996 — 4 июля 2015

Любимый сын, преданный друг, лучший брат…

***

Надя Шнайдер

5 августа 1995 — 4 июля 2019

Любимая сестра, любящая мать и жена…

***

Михаэль младший

Нерождённый сын»

Готово. Теперь я отправляюсь на Неккар за вечным сном.

Вернувшись с кладбища, я около двадцати минут ехала на своей коляске под неодобрительные взгляды и грубые выкрики прохожих, которые знали о нашей связи с Михаэлем. Это случилось когда одна его фанатка проследив за нами, обнаружила нас целующимися на берегу Неккара. Фото быстро попало в интернет и с нами было покончено. Люди разделались с нами, как кошки с крохотными мышками. Быстро и безжалостно, оставив лишь пыль.

Сейчас я сижу на небольшом, деревянном пирсе на берегу нашей реки. Как же красиво и спокойно вокруг, а под водой плавают души моих любимых. Неккар напоминает мне подводное царство сна и покоя, в которое я сейчас войду.

Один стук по воде и я внутри; мигом погрузилась на дно. Гребу натренированными руками и с трудном отплываю на небольшое расстояние.

На дне этого неведомого мира, я ощущаю спокойствие. Я начинаю танцевать… Мои ноги свободны, как и моя душа. Вокруг сотни рыбок и речных тварей, которые тоже танцуют. Как же я сейчас счастлива!

Ко мне подплывает Михаэль и наш повзрослевший сын. Теперь мы семья. Неккар принял нас и нашу любовь. Мы все пускаемся в чувственный танец. Теперь всё что было до, не важно. Это новая жизнь, это новый мир, это танцы под водой.

Метель

Сегодня 16 февраля, четверг, раннее утро. Февраль идеальный месяц чтобы уйти. Мой так сказать, последний билет на поезд уходящей зимы. Вот только место его конечного пункта назначения, неизвестно. Хотя, плевать. Неизвестность меня не пугает, меня пугает этот мир.

День сегодня какой-то мрачный, облака едва ли не чёрные. Наверное небеса уже плачут обо мне, хотя я пока жива. Стою, вдыхаю ненавистный мне воздух этой опостылевшей и чужой для меня квартиры. Живу я в Москве, столице нашей необъятной родины. Но мне здесь не нравится, чем больше город, тем сильнее одиночество сжирает меня.

Мне всего лишь двенадцать лет, а я уже приговорила себя к смерти. Что за бред, спросите вы? Никакого бреда здесь нет, просто всё очень сложно и одновременно просто, как-то печально… Что я видела в жизни и что увижу?

Видела я немного, но этого «немного», не пожелаю никому. Что я увижу, если останусь здесь? Да какая разница, ведь её рядом не будет. Моей мамы нет со мной уже три года, она умерла от рака мозга в 2009 году.

Но тогда она умерла не одна, вместе с ней к белым облакам, улетела её дочь Ирина. Так меня зовут, если что. Ну опять эти ваши вопросы! Сколько вам нужно разъяснять?! Хотя… Нет, вы не понимаете, я должна вновь пояснить.

Я умерла вместе со своей мамой три года назад, а какая-то бренная часть меня, которая прочно прибита металлическим гвоздём к этому миру, осталась скитаться здесь. И вот уже третий год она мечется, от папиной бабушке, к бабушке Тоне, от дома до школы и обратно. Но наконец-то она нашла вместе со мной, своё последнее пристанище перед уходом из этого мира. Этим пристанищем я называю папину квартиру в Москве, в ней я сейчас живу… Пока живу.

Он живёт здесь вместе с тётей Таней, это его новая жена и моя мачеха. Отношения у нас с ней не очень… Но не будем об этом.

Четыре дня назад я соврала бабушке. Я написала ей СМС о том, что у меня всё хорошо и попрощалась с ней. Вот только она не знает, что у меня не всё хорошо и что прощаюсь я с ней навсегда.

Вчера у меня сильно болела голова и я попросила Юлию Анатольевну отпустить меня домой. Меня должен был забрать папа, но он не приехал.

Кстати, я сегодня не пошла в школу, но у меня уважительная причина. Ведь я собираюсь сегодня умереть. Поэтому Юлия Анатольевна меня простит и не будет вызывать папу в школу.

За окном сплошная пелена, не видно не одного, даже самого крохотного человечка на улице. Все люди сегодня растворились и исчезли в февральской метели. Эх февраль, хитрющий из зимних месяцев. Вроде начинаешь готовиться к весне, но с середины он звереет и не хочет отдавать бразды правления весне. Кстати, весна довольно таки тошнотворное время года, по крайней мере для меня. Всё это оживление, снеготаяние, почки на деревьях… Это не моё. Мне больше по душе морозная стужа.

Наверное недели две назад я звонила Вике, своей близкой подруге, она живёт в Димитровграде, который я в конце прошлого года, покинула с тяжёлым сердцем. Но моя душа начала расцветать, она была полна надежд на светлое будущее с отцом здесь, в Москве. Не понимаю как до такого могло дойти?

Вы знаете что такое умереть внутри, то есть умереть душой? Это когда ты кушаешь, ходишь в туалет, учишься, работаешь, спишь… В общем занимаешься тем же, чем остальные люди. Вот только чего-то не хватает. Правильно, жизни! Жизни души, которая уже давно умерла и покоится в твоём теле, вернее не покоится. Ведь твоё бренное тело, не может быть местом упокоения твоей бессмертной души. Она бьётся о стены твоего тела, в отчаянии вырваться на волю и взмыть высоко в небеса.

Но у неё ничего не выходит, её не отпускают; ведь тело не может существовать без души, она нужна ему, пусть и мёртвая. Ты уже мёртвый внутри, вынужден ежедневно выполнять физиологические потребности своего тела, нахождение в котором, тебе уже так опостылело.

Поэтому приходится брать всё в свои хрупкие, человеческие руки и выпускать душу самому. А как её выпустить и обрести тот истинный и вечный покой? Правильно, убить то, что держит тебя на этой грешной земле. Этот извращённый и мерзкий кусок мяса… Вернее тела, в котором ты вынужден ютиться.

И вот что мы с вами имеем: вчера у меня болела голова, а сегодня я прогуляла школу. Да, что-то не клеится у меня в голове логическая цепочка моих действий. К чёрту всё! Сегодня я мыслю по-другому, сегодня я мыслю как самоубийца; поэтому вы меня не поймёте. Да вам и не нужно, просто побудьте со мной до восьми часов, пока папа не вернётся с работы. Встретьте со мной мой конец незнакомцы!

И ещё будьте спокойны и учтивы, уважайте меня и мой выбор. И не надо дежурных фраз типа: «Дурак или дура, подумай о родных, о маме, папе, друзьях… Не будь эгоисткой».

Вы равнодушные лицемеры, не смеете называть меня эгоисткой! Вы каждый думаете только о себе, признайте это! Не смейте отрицать слова той, что видела жизнь как и вы со всеми её шоколадками и лимонами! Мне попался большой лимон, сейчас моя мать лежит в могиле! Кто мне её вернёт?!

Я смотрю вы больно умные и всё знаете! Ах, не знаете! Что ж, тогда я могу посоветовать вам прочитать книгу «Все тайны этого грёбаного мира». Не слышали о такой? Она пылится на полке в пустой библиотеке, по адресу улица Смертострадальческая, дом №3.

Как найдёте и с усердием прочитаете от корки до корки эту книжонку; тогда можете поносить меня и других самоубийц столько, сколько вашим жалким языкам угодно.

Кстати, не забудьте позвонить мне на тот свет и рассказать все тайны мира. Хотя вы не дозвонитесь, я буду вне зоны доступа.

Вы считаете самоубийц слабаками? Ладно, ваше право. Но не надо осуждать человека за его выбор, когда вы не были в его шкуре. Слово «понимаю», недопустимо при общении с другим человеком. Никто и никогда не сможет понять другого. Каждый идёт своей дорогой, каждый рождается и уходит один. Умные люди меня поймут, а дураки… Ну на то они и дураки, согласны?

Простите за мою резкость, не надо сердиться на меня. Только не уходите! Просто я ребёнок и зла на этот жестокий мир, зла на вас, его равнодушных обитателей, зла на себя в какой-то мере… Я не буду рассказывать вам все детали, это не исповедь, да и времени у нас маловато.

Я так волнуюсь перед отъездом. Ведь сегодня, примерно через час, я отправлюсь на поезде под названием «Смерть», в место именуемое как «Неизвестность».

Я ненавижу когда самоубийство считают проявлением слабости или трусости. Тебе говорят, что ты должен подумать об окружающих. А кто подумает о тебе? Правильно, только ты сам!

Просто не надо считать себя богами или мудрецами, вы не знаете что надо и чего не надо. Вы ничего не знаете, как впрочем и я.

Мы знаем жизнь только на ноль целых, две десятых процентов из ста.

Я не верю в ад, очнитесь МЫ УЖЕ В АДУ!!! И название этому аду планета Земля! Как можно слепо верить в то, что после смерти ты будешь вариться в кипящей моче или чём-то подобном… Например жарка на сковороде. Для меня всё это сплошной абсурд. Я вообще не сильно верующая, но я верю в воссоединение и небеса. Я слепо верю в безмятежный покой, который мы все рано или поздно обретём. Разве это не чудесная награда, за пребывание в этом ужасном мире.

Самоубийство не там, где его видят и не там, где его ищут; всё намного глубже и сложнее.

О чёрт! Время уже шесть вечера, скоро домой придёт папа. Пора начинать. Вы ведь ещё здесь? Надеюсь что здесь, потому что мне сейчас очень страшно, глупо это скрывать; поэтому будьте мысленно со мной.

Во мне много храбрости и силы воли, но я боюсь. Я много читала о самоубийствах детей, участившихся в последнее время. Они придали мне смелости. Они же как-то смогли? Значит и я смогу. Я также читала о самых лучших способах и пришла к единственному доступному и радикальному решению…

Я бы могла наставить кучу запятых и не продолжать свой рассказ, но я хочу чтобы вы знали и чувствовали всю мою боль, пока читаете этот текст. Сожалею, но сегодня запятых не будет, пора наконец ставить жирную точку в этой жизни.

Ладно, пора прощаться. С вами была Ира, простая двенадцатилетняя девочка, решившая сегодня умереть. Я попрошу особо впечатлительных личностей не читать дальше, но а те кто любит жесть и смерть, читайте и получайте своё извращённое удовольствие; я не против.

Я не хочу умирать, никто из самоубийц не хочет умирать. СМОТРИТЕ, КАК Я УХОЖУ…

***

Ирина решила напоследок обойти квартиру своего отца, ставшую её последним пристанищем на этой земле. Каждая комната имела свою историю, каждая фотография на стене была чужой… В этой семье ей нет места.

Часы уже пробили семь часов, время никогда не было её другом. Время — это то нечто, с которым нельзя дружить; ему нужно только слепо подчиняться. Подчинение обстоятельствам было не в её натуре, поэтому она объявила в этой последней изматывающей партии, шах и мат.

Она направилась в свою комнату и начала готовиться… В квартире как назло не было высокой балки или крюка, на которых можно было бы повиснуть, а затем в мучительной агонии хрипеть и ждать смерти. Увы, обстоятельства складывались не в её пользу. Всё это значительно усложняло задачу, но Ирина была непреклонна и тверда в своём решении; сдаваться она не собиралась.

Тем временем метель за окном разыгралась не на шутку, кругом царила сплошная мгла. Может наступил конец света? Конец наступил, но не света, а хрупкой и бесценной жизни маленькой девочки.

Ирина ловко смастерила петлю из ремешка от школьной сумочки. Это было не сложно, во всяком случае легче, чем пытаться повторить узел Линча. Она посмотрела на эту тему много обучающих роликов на Ютубе, но всё было тщетно; наука вязания морских узлов, ей никак не давалась.

Но воля её была тверда и никто, даже сам господь и дьявол, не могли помешать ей уйти.

Ирина закрепила удавку на батарее отопления, но расстояние до пола было очень маленьким; повеситься у неё всё равно не получится. Тогда она решила пойти на ещё более отчаянный шаг, удавиться.

Она в последний раз посмотрела на бушующую метель за окном и казалось на мгновение, маленькое, самое крошечное мгновение; девочка увидела в этой непроглядной и по особенному мрачной белизне, лицо своей матери. По бледным и печальным щекам Ирины, потекли крохотные слёзки. Это видение, придало ей решимости сделать наконец последний рывок и шагнуть в бездну, из которой ещё никто не возвращался.

Петля плотным, змеиным кольцом, обвила шею девочки. Осталось последнее, ждать.

Секунды мучений, умножить на её мужество и прибавить везение, равно удачный исход дела, то есть смерть.

Ирина начала потихоньку садиться на пол, отчего петля на её шее, ещё сильнее затянулась:

«Секунда, минута, боль!!!

Нет надежды!!!

Нет надежды!!!

Нет надежды!!!

Секунда, минута, боль!!!

Мама я иду к тебе!!!

Звон в ушах, где я?!

Мне страшно!!!

Мама!!!

Мама!!!

Мама!!!

Жизнь боль!!!

Жизнь боль!!!

Жизнь боль!!!

Секунда, минута, бо…»

***

Скрип входной двери, доносился в самые отдалённые уголки обычной, московской квартиры. Александр пришёл с работы, был поздний вечер, стрелки часов указывали на 8:05. В квартире было подозрительно тихо. Он снял с себя верхнюю одежду, на которой уже таяли хлопья белого снега. Хаос, творившийся на улицах Москвы, никак не хотел заканчиваться; наоборот, с каждым часом метель становилась всё сильнее.

«Эх, погода сегодня не на шутку разыгралась», — подумал про себя Александр.

Он помыл руки в ванной и отправился в комнату дочери.

Дверь была не заперта, но почему-то он не хотел заходить внутрь. Почему ему так не хотелось туда заходить, неизвестно. Поначалу он решил что Ирина спит и не стоит её тревожить; но спустя несколько минут, он всё же переборол своё нежелание и вошёл внутрь. В комнате было мрачно и он зажёг свет.

Картина, представшая перед ним, могла моментально убить любого взрослого и даже целую толпу, но Александр лишь окаменел. С бледным лицом и трясущимися руками, он молча стоял и смотрел на это.

Комната была хорошо прибрана, видно что Ирина сегодня на славу постаралась. На учебном столе сиял маленький огонёк настольной лампы, в форме лебедя. В дальнем конце комнаты, под окном, к трубе батареи отопления, была прикована Ирина. Она сидела неподвижно с опущенной головой; её мертвенно-бледная кожа с ярким, синим оттенком, внушала нестерпимый ужас.

Наконец выйдя из своего ступора, Александр бросился к дочери. Он отвязал ремешок от батареи, от чего девочка сразу повалилась на пол.

— Ирина, Ирина, Ирина!!! — истошно вопил Александр.

Поток горячих слёз лился из его покрасневших глаз; он бился в нечеловеческой истерике и тормошил дочь, но она не откликалась. Больше она никогда не откликнется, как бы громко он её не звал. Хрупкое, синее тельце, лежало неподвижно, а стеклянные глаза глядели в пустоту.

Александр провёл по глазам дочери своей большой ладонью и они закрылись. Открыться вновь, им было не суждено.

***

Зимний лес поистине прекрасен, но сегодня всю его красоту перебивает печаль. Даже яркий солнечный день, не способен подарить троим людям радость; ибо внутри них сегодня не прекрасный и не солнечный, а по настоящему чёрный, самый чёрный день в их жизни.

Кладбище самое одинокое место на земле, не считая конечно библиотеки.

Метеорологи предполагали, что метель продлится почти до конца февраля; но она ушла на следующий день, забрав с собой душу нашей несчастной девочки.

Маленький гробик, обшитый ярко-красным бархатом, стоял на краю ямы и терпеливо ждал когда его опустят внутрь. Двое женщин, стоявших возле него, выглядели странно, на их лицах не читалось особо сильной печали.

Гроб начали на ленточках, сделанных из плотной ткани, потихоньку опускать в холодную и тёмную яму. Троица по очереди кинула горсточку земли левой рукой, а затем рабочие принялись лопатами забрасывать гроб сырой землёй смешанной со снегом.

Александр стоял словно живой труп и смотрел как гроб, постепенно исчезает в этой бездне. Здесь, в этом самом месте, предстоит лежать его единственной дочери вечность. Лежать до тех пор, пока не остановится время и сама земля не завершит свой путь. Ведь у всего есть конец. Всё умирает, всё выцветает и самое ужасное, что мы уже не сможем увидеть тех, кто покинул этот мир.

Воистину мёртвые счастливчики, в отличии от нас, живых. Они за гранью боли и слёз, никто и ничто не причинит им страданий. Никогда не жалейте мёртвых, жалейте живых, а в особенности тех, кто живёт без любви.

Остаётся только надеяться, что сейчас душа Ирины, покоится в месте не имеющем названия. Покоится вместе с душой её мамы, вместе с другими душами, которые уже так далеко от нас и которые так недосягаемы… Вряд ли мы с ними встретимся, но память; память о них должна жить в наших сердцах.

***

Посвящается Борисовской Ирине Александровне

(19 декабря 2000 — 16 февраля 2012)

Ты умерла, но в сердце живёшь моём,

Время память о тебе не сотрёт.

Все мы будем упиваться вечным сном;

Ирина, имя твоё в пустоту не уйдёт.

Вечная тебе память.

Любовнику моих мыслей

Здравствуй, мой дорогой К. Дорогой — как странно, ведь я тебя не знаю, а ты мне уже дорог… Дорог телом, а не душой; ибо душа, томящаяся во власти крови и мяса, окутанная слоем жира и кожи, не может любить… Нет, любовь конечно возможна, но не вся. Вся сила духа, тонущая в физических величинах, улетает прочь, стоит мне лишь упомянуть ей о тебе.

О любовь… Нет, не любовь! Телесное желание оказаться в твоих объятиях, мучает меня. За что природа наградила меня широкой душой и тонким телом? Будь моя воля, я бы разломал всё к чёрту. Все преграды, стоящие на нашем (точнее на моём пути), были бы стёрты. Хотя к чему их стирать, возможно они удерживают мою плотину.

Я не хочу погружаться в хаос, я хочу погрузиться в тёмное море и навсегда угаснуть. Но не подумай мой Аполлон, твоей вины в том нет. Вина целиком и полностью на мне. Зачем мне море, когда я сам — океан страстей. Но если бы пришлось выбирать, я бы с гордостью в глазах и смелостью в сердце, вынул из тела душу и выбросил её в реку. Да, мой выбор — река.

О, мой дорогой К! Я трогаю свои губы, в надежде на всплывающее из глубин моего океана страстей, ощущение твоего поцелуя. Не ругай меня за такие желания, ибо бог, если он всё же существует… Я уверен, он бы меня понял.

Я люблю тебя телом, но не душой. Но ведь тело и душа, как Ен и Омэль — два брата и врага, неразрывно связанные узами земли и воды. Тогда стало быть, я имею власть преодолеть засовы тела и распахнуть для тебя двери своей души. Но нет, пусть она останется закрытой. Я не могу утащить тебя в свой океан, он недоступен людям. А ты человек (как жаль), простой и холодный человек. И твоя холодность, ещё сильнее притягивает меня к тебе.

Твой равнодушный взгляд и отстранённость… И ранят и ласкают меня. Мои телесные желания, в купе с желаниями духа, сплетаются; и в этот самый момент, я боюсь. Боюсь взорваться и этим взрывом уничтожить себя. А если я погибну, то я не из желания близости, а из чистого эгоизма, заберу тебя с собой.

Вечерние посиделки с К.

Где-то на границах всех миров…

— Привет!

С хода, переключаюсь на бег, залетаю в белый зал, прохожу мимо шальной походкой и слышу в ответ:

— Привет.

Односложное привет, больше мне ждать от тебя нечего? В который раз убеждаюсь в своей непоследовательности, скромная манера говорить пугает. Я признаюсь тебе не в любви, а в желании того, чтобы ты обладал мной. Я был создан для обладания, ибо без него, я засыхаю и трескаюсь, как осенний лист в октябре. О, молю, молю тебя о спасении, о спасении и о влаге! Полей меня собой. Каждая бусинка твоего пота, нектар для меня.

— Хм.

Громкое дыхание. Ты не очень многословен, в этом и есть твоя уникальность. Я же строчу нелепый бред, целыми тоннами загружаю новые слова в предложения; складываю мозайку своего откровения.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 40
печатная A5
от 391