электронная
88
печатная A5
432
12+
Москва — Сатурн

Бесплатный фрагмент - Москва — Сатурн

Фантастический роман в двух частях

Объем:
328 стр.
Возрастное ограничение:
12+
ISBN:
978-5-4483-5098-6
электронная
от 88
печатная A5
от 432

Часть первая.
Сумунгус обыкновенный

Глава первая.
Лучший День рождения в моей жизни

Когда дядя Витя объявил, что дарит нам путёвку на круиз к Сатурну, я сначала не поверила своим ушам. Он очень хороший человек, но не очень внимательный. Тем более, что почти всё время проводит в далёких галактических командировках и редко бывает у нас в гостях. Год назад, на моё одиннадцатилетие, он подарил куклу с золотистыми волосами в классическом розовом платье. А потом долго сокрушался, как девочка, то есть я, умудрилась так быстро вырасти, что он даже и не заметил. Обещал подарить в следующий раз нечто более подобающее подростку. Однако я не слишком-то в это верила.

Год пролетел, мы снова собрались у нас дома отметить наши с папой дни рождения. В окно светило приветливое апрельское солнышко. Деревья, ещё на днях бывшие голыми, окутались нежнейшей светло-зелёной вуалью молодых листков. Мы с мамой хлопотали, накрывая на стол, пока папа с дядей Витей обсуждали важные профессиональные новости. И вдруг такое заявление! Москва-Сатурн! Я даже обиделась на дядю Витю и сказала, что этим не шутят. Космический полёт — мечта любого мальчишки и любой девчонки у нас в классе! В прошлом году Дениса Гурина родители брали с собой в командировку на Марс, так он до сих пор нос задирает.

Хотя на дворе две тысячи сто пятидесятый год и космическими полётами давно уже никого не удивишь, они до сих пор остаются недешёвым и потому труднодоступным удовольствием. Нужно иметь веские причины, чтобы лететь в космос. Например, для работы. Или в связи с научной деятельностью. В крайнем случае с группой в целях туристических. Ну или чтобы навестить близкого родственника, работающего, скажем, в Марсограде. Хорошо взрослым, они могут устроиться на работу в одну из транскосмических корпораций или заниматься наукой. Тогда их не только в космос посылают, но ещё и командировки оплачивают. А можно быть кинозвездой, оперной дивой, топ-моделью, футболистом, космогонщиком или журналистом — они тоже частенько покидают Землю. Космолингвистам, специалистам по инопланетным языкам, как мой папа и дядя Витя, тоже неплохо живётся. Особенно если они в профессорском звании. Тогда чаще посылают на разные конференции в другие звёздные системы. Вот только жаль, детей с собой брать не дают: неоправданные расходы. Вот так и получается, что твой папа постоянно по галактике летает, а ты в свои двенадцать лет в космопорте только для того и бывала, чтобы папу провожать или встречать. Живёшь сухопутной жизнью с мамой вдвоём. У неё профессия более обыденная: преподаёт в колледже методику дошкольного воспитания гуманоидных рас. Они так с папой и познакомились: она проводила показательное занятие в детском саду для гостей из Бета Центавры, а папа им переводил.

В общем, я не поверила дяде Вите, пока он не достал из кармана билеты и не помахал ими, как фокусник, у меня перед носом. Красивые билеты с голографическим изображением звездолёта, летящего среди звёзд. «Роскошный круизный лайнер „Сергей Есенин“ доставит вас к величественному Сатурну, чтобы насладиться незабываемым зрелищем его великолепных колец! По дороге вы посетите героический Марс, отмечающий в этом году столетие с начала колонизации!» — прочитала я и захлопала в ладоши. Дядя Витя довольно улыбнулся и подмигнул отцу. А потом мы сели за стол и отведали вкусности, приготовленные мамой.

Всегда считала, что родилась не очень удачно — почти одновременно с папой, разница всего три дня. Ну и ещё сорок лет, конечно. У меня никогда не было собственного праздника: всегда отмечали в один день оба дня рождения. А теперь впервые была даже рада, иначе дядя Витя не подарил бы нам на двоих такой замечательный подарок!

— Прости меня, Надя, — сказал маме дядя Витя, разводя руками. — Мне в качестве специальной премии за научные публикации вручили лишь два билета. Было бы три — я бы подарил три!

— Что ты, Виктор, спасибо огромное! — поспешила поблагодарить мама. — Пусть Андрей со Светой слетают, она никогда ещё в космосе не была! И Марс, и Сатурн посмотрят!

— А может, давай ты Светке компанию составишь? — спросил папа. — Я-то и так часто в разъездах.

— А что, нельзя полететь втроём? — невинным голосом спросила я. — Можно же ещё один билет купить?

Родители молча переглянулись. Не знаю точно, сколько стоит билет к Сатурну, но в нашем семейном бюджете на ближайший год такая покупка точно не была запланирована. И на следующий тоже. Максимум, что мне до сих пор обещали, это семейный отдых в Сочи.

— Устами младенца глаголет истина! — со вздохом согласился отец. — Пусть эти билеты будут для вас, а я куплю себе ещё один. Спрошу в Союзе космолингвистов, наверняка можно скидку через них получить. Правда, в Сочи мы тогда в этом году не попадаем.

— Ура! — радостно сказала я. — Зато вместе полетим в космос! Настоящий отпуск всей семьёй!

— Да, но круиз приходится на май, а не на каникулы! — нахмурилась мама, рассматривая билеты. — У тебя будет учёба в школе в самом разгаре, а возвращение запланировано как раз перед концом четверти и года!

— Ничего страшного, я с собой планшет со всеми учебниками возьму! — невинным голосом сказала я. — Буду на корабле заниматься. Решим как-нибудь эту проблему!

Дядя Витя засмеялся, потом смех подхватили папа с мамой, а потом уже не сдержалась и я. Ох уж эти взрослые, насквозь видят бедного ребёнка. Как будто сами в детстве не мечтали школу прогулять! И всё же сегодня определённо лучший день рождения в моей жизни!

Глава вторая.
Полёт над Москвой XXII века

Москва упоительно красива тёплым майским вечером. Особенно таким, как сегодня, когда на небе не видно ни единого облачка, и розовеющее солнце лениво спускается к горизонту. И особенно хороша в такой вечер Москва с высоты в пару сотен метров, когда летишь по воздуху над парками, рекой и широкими проспектами.

Я буквально прилипла к окну флаера, рассматривая сверху любимый город. Если бы не предстоящее трёхнедельное путешествие к Сатурну, мне было бы не так интересно. Подумаешь! Что я, над городом не летала? Сколько угодно. Но сегодня всё было иначе: я отправляюсь в космос, предстоит разлука с родными местами, и от этого в сердце рождается лёгкое щемящее чувство. Невозможно родиться в Москве и не скучать потом по ней, уезжая в долгое путешествие. В общем, я уговорила родителей выйти из дома пораньше, чтобы успеть сделать почётный круг над историческим центром столицы. Родители не стали возражать, так как отпуск для того и создан, чтобы делать всё не спеша и в своё удовольствие. Они и сами были не прочь вновь насладиться с детства знакомыми видами, тем более что погода благоприятствовала.

Бесшумный флаер-такси летел по заранее составленному папой маршруту. Едва достигнув третьего воздушного кольца, машина свернула с основной трассы и направилась к центру города. Сбросила скорость, чтобы пассажирам удобнее было созерцать окрестности. А посмотреть было на что.

Далеко внизу проплывали бульвары и скверы, крыши домов и верхушки деревьев. С Воробьёвых гор слепили глаза солнечные зайчики, отражаясь от высоченной золотой стелы Евразийского Единства. Величественно несла тысячелетние воды Москва-река. По синей водной глади, оставляя за собой длинный пенистый след, белоснежные старинные теплоходы катали москвичей и гостей столицы. Причудливыми формами вздымались ввысь бесчисленные небоскрёбы деловой части города. На их фоне высотное здание Московского государственного университета выглядело хоть и элегантным, но всего лишь младшим братом. Возле главного входа на Выставку достижений народного хозяйства вот уже почти два века устремляется в небо шлейф от ракеты на обелиске «Покорителям космоса». Должна признаться, это мой любимый памятник в Москве. Не знаю почему — наверное, потому что символизирует стремление человечества ввысь, к звёздам.

Наша небольшая обзорная экскурсия продолжалась. Над Кремлём летать запрещено, но мы издали полюбовались на красные зубчатые стены. Солнце отражалось от золотого купола Успенского собора, а куранты на Спасской башне как раз пробили семь часов.

Пришло время набирать высоту и скорость, чтобы не опоздать на челнок. Лететь предстоит ещё около часа, так что можно было вздремнуть. Родители не преминули этим воспользоваться. Я тоже решила отдохнуть. Силы ещё пригодятся в космопорте! Нашептав в умный браслет программу музыкальных композиций на время полёта и включив индивидуальную приватную сферу, я откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Меня вдруг посетила неожиданная мысль: первый космический полёт делит всю мою жизнь на «до» и «после». Почему бы тогда не подвести итог первым двенадцати годам? Кто я такая, чего уже добилась и чего ещё только хочу добиться в жизни? Эта мысль показалась мне очень взрослой и красивой, так что я поудобнее откинулась в кресле и под лёгкую приятную музыку предалась размышлениям.


Вообще-то, ничего сверхъестественного я собой не представляю. Не какая-нибудь там звезда или гений, ничего выдающегося в жизни не сделала. Пока не сделала. Но у меня большие планы! А пока рассказать особо нечего. Я ведь обыкновенная московская школьница из обычной семьи. Да, мой папа профессор, преподаёт в Московском государственном университете и занимается исследованием экзоязыков. Это значит, языков других планет. Но ничего необычного в этом не нахожу. Вот если бы он был капитаном дальнего космоса или чемпионом Солнечной системы по шахматам, то да, это было бы редкостью.

Я очень люблю родителей, только вижу их не так часто, как хотелось бы. Отец то в универе, то в командировках. Чтобы получить хороший контракт или успешно провести дипломатические переговоры, мало знать астролингву — простейший и самый распространённый язык в галактике. Астролингва — это искусственный язык, специально созданный на основе базовых понятий, общих для всех живых существ, чтобы представители разных звёздных систем могли друг друга хоть как-то понимать. Это язык межпланетных торговцев. Но если вы претендуете на настоящий контакт, то желательно знать язык именно той цивилизации, с которой хотите договариваться. Тогда к вам будут совсем иначе относиться. Причём переводить должна не машина, а живой переводчик — таков негласный закон межзвёздного этикета. В сфере крупного бизнеса и дипломатии, конечно. Папа говорит на двенадцати языках, причём это языки крупнейших и старейших цивилизаций. Его постоянно приглашают принять участие то в одних переговорах, то в других.

Иногда на неделю улетит, а иногда и на месяц. Дело не в том, что к звёздам долго лететь. Это к Сатурну на планетарных двигателях мы будем тянуться как черепахи. А при полёте в другие звёздные системы корабль уходит в антипрыжок и выныривает уже неподалёку от нужного места. Главное, иметь точные координаты и правильно курс рассчитать. Больше времени уходит на то, чтобы отойти от Земли на безопасное для прыжка расстояние и уже в системе назначения добраться до нужной планеты. Так что по срокам намного быстрее. Но зато по цене — на несколько порядков дороже.

Дело в том, что для антипривода требуется ужасно редкий гамма-терций, его синтезируют в результате очень сложной ядерной реакции в мизерных количествах. Слово «анти» добавляют к названию, потому что это как-то связано с антиматерией. У меня с этими технологиями чётко ассоциируются такие понятия, как искривление континуума и пространство-время. Никогда глубоко не вникала, это для тех, кто физикой интересуется. А у меня в школе другая специализация. Важно, что исходный материал для этого процесса нашли в Поясе астероидов за орбитой Марса лишь в середине прошлого века. Говорят, этот материал есть и у нас на Земле, правда, для этого нужно добраться до её ядра. А Пояс астероидов, как известно, — это остатки бывшей планеты, то есть среди обломков встречаются и такие, которые когда-то составляли её ядро. Правда, даже на таких астероидах нужного материала так мало, а усилий для добычи требуется так много, что это делает гамма-терций самым дорогим материалом в Солнечной системе. На заре звёздного космоплавания, когда человечество только-только открыло гамма-терций и опробовало антипрыжок, из-за этого материала в прошлом веке разгорелась Межпланетная война. Возможно, есть более простой и дешёвый способ уходить в антипрыжки, но наши братья по разуму пока не спешат им делиться. Хотя сами инопланетяне к нам очень активно летают, чем бы они там свои двигатели не заправляли. Так что пока межзвёздные путешествия так и остаются роскошью. Зато в своей Солнечной системе мы хозяева. Летаем сколько хотим. Здесь нам гамма-терций не нужен, хватает обычных водородных двигателей.

Ладно, что-то я увлеклась. С отцом и его командировками всё понятно, теперь о маме. Она много преподаёт, плюс классное руководство, плюс заочники, плюс инопланетные студенты по обмену. Она в своей профессии очень уважаемый человек, преподаватель наивысшей категории, автор собственной методики преподавания эстетотерапии. По этой методике обучают детей по всему Евразийскому союзу, а также в Южноамериканском союзе и на некоторых планетах Галактической лиги. Кстати, эстетотерапия — одна из немногих дисциплин, которыми интересуются инопланетяне. Не только гуманоидные триконийцы, шигаси, лурды и шушаны, но даже лабари, инконы и верийцы прилетают, хотя в остальном им до землян дела нет: слишком разная генетика и культура.

Ладно, чего это я всё про родителей, а сама-то чем могу похвастаться? Заканчиваю пятый класс, специализация — экзобиология, то есть та, которая за пределами Земли. Люблю животных, и растения люблю. Наша галактика просто райское место, животный и растительный мир настолько разнообразны, что можно всю жизнь перелетать с планеты на планету, постоянно совершая новые открытия. Это, кстати, ещё одна причина, по которой я выбрала эту специализацию. Люблю путешествовать! А ещё мне очень хочется внести собственный вклад в развитие человечества. Ведь некоторые растения из других звёздных систем обладают удивительными лечебными свойствами. Именно растения, а ещё яды и слюна некоторых животных и насекомых позволили человечеству наконец победить многие заболевания, ранее считавшиеся неизлечимыми. А ещё они продлили среднюю продолжительность жизни человека! Ну и для кулинаров инопланетные приправы стали просто настоящим праздником.

Учусь я хорошо, надеюсь через пару лет досрочно поступить в университет. На самом деле мне даже скучновато в школе — много лишнего преподают. То, что мне надо, я моментально схватываю, плюс сама постоянно читаю литературу по будущей специальности. Не понимаю, зачем в школе целых восемь лет учиться, столько времени терять?

Кстати, на непредвиденные каникулы в связи с предстоящим путешествием я надеялась напрасно. Оказывается, на круизном корабле предусмотрено всё, включая школьные занятия. В неполном объёме, конечно, но всё-таки. Придётся посещать, выбора нет, иначе меня просто не отпустили бы из школы в круиз. Надеюсь, учителя на космолёте не занудные, а то будет очень обидно терять время на ерунду, и это в первом космическом рейсе в жизни!

Глава третья.
Ответственное задание

Космопорт Шереметьево-3 как всегда встретил нас суетой и многоголосьем. Вообще-то, кроме размеров он не так уж сильно отличается от аэропорта Шереметьево-2. Идея та же: терминалы, стойки регистрации, приём и выдача багажа, залы ожидания, бесчисленные магазинчики и бутики. Никаких исполинских космических кораблей, утыканных тарелками антенн и ощетинившихся пушками, как это любили показывать в старинных фантастических фильмах, здесь не увидишь. Даже взлётные полосы в космопорте напоминают аэродромные. Разве что пошире и подлиннее. Все космические полёты начинаются с того, что трудяги-челноки вывозят пассажиров, команду и грузы на орбиту. Потом стыкуются с кораблями, разгружаются. Возвращаются на Землю за новой партией груза или пассажиров. И так, пока корабль не загрузится полностью. Других способов попасть на орбиту пока нет, хотя в Казахстане силами всего Евразийского союза вот уже лет пять как строят космический лифт. Всё никак не доведут его до ума.

Мы с родителями прибыли в первый пассажирский терминал. Есть ещё и грузовые, они находятся несколько в стороне, к ним подходит монорельсовая дорога, по которой перевозятся товары. Страшно подумать, какое количество тонн доставляется отсюда на орбиту каждый день! И это при том, что географическая широта Москвы не самая удобная для разгона в космос. Через космопорт «Восточный», например, проходит в сто раз больше грузов. А всего на планете более двадцати космопортов, треть из них — в Евразии. Внутри Солнечной системы торговля очень оживлённая, города и поселения на планетах и астероидах не в состоянии сами производить весь спектр необходимых товаров и продуктов. Зависят по-прежнему от метрополии. Инопланетянам в другие звёздные системы мы тоже кое-что экспортируем: некоторые редкие минералы, а также сувениры, произведения искусства, специи. Животных для их зоопарков. А они нам в обмен присылают своих. Правда, товаров мы закупаем у них всё же больше. Те, которые нам продают. Я бы сказала, инопланетный ширпотреб. Вообще, когда был освоен антипрыжок, и мы познакомились с разумными расами галактики — товары и технологии к нам рекой хлынули. Не все, конечно. И, разумеется, не бесплатно. Печально сознавать, что Солнечная система для других цивилизаций — всего лишь новый рынок сбыта. Когда-то человечество боялось, что злые инопланетяне захотят уничтожить Землю — какая наивность! Гораздо выгоднее продавать здесь свои товары. И ещё арендовать у нас малые острова под туристические базы.

* * *

Я посмотрела на часы. Времени до отправления остаётся совсем немного. Но у меня ещё срочное дело в космопорте. И секретное. Успею! Главное, чтобы родители ничего не заподозрили.

— Мам, я отлучусь минут на пять, хорошо?

— Свет, у нас регистрация на рейс, между прочим, полным ходом идёт.

— Ну мне очень надо!

— А подождать до челнока с этим нельзя? — спросила мама.

— Нельзя! Я быстро! Я бы уже почти вернулась, пока мы спорим.

Отец нахмурился, посмотрел на часы и строго сказал:

— Пять минут у нас есть.

Потом он посмотрел на очередь к регистрации и добавил:

— Ладно, максимум десять минут. Мы пока очередь займём. Ищи нас сразу там! И не опаздывай, иначе мы с мамой улетим без тебя.

— Я быстро! — снова пообещала я и понеслась к справочной в центре зала.


Когда ребята из кружка экзобиологов узнали, что я лечу к Сатурну через Марс, то сразу почему-то решили, что это «огромное везение», «дар судьбы» и «неслучайное событие». Наш кружок дружит с таким же кружком на Марсе. Помогаем друг другу в экспериментах, обмениваемся научными материалами, а также объектами исследований: растениями и животными. Наука от нашего сотрудничества только выигрывает, потому что материал, собранный и проверенный сразу на двух планетах с разными физическими условиями, намного полнее отражает суть изучаемого предмета. По результатам проделанной работы мы публикуем статьи в научных журналах, зачастую выступая соавторами.

Вот уже пару месяцев мы работаем с Сумунгусом обыкновенным — предположительно разумным растением, привезённым из системы Альдебарана. У нас были запланированы эксперименты и на Земле, и на Марсе. Свою часть работы мы уже проделали, теперь дело за марсианами. Мы должны переправить к ним Сумунгуса, но это требует определённых разрешений и бюрократических согласований.


Вообще, у Сумунгуса уникальная история. Дядя Дениса Гурина — моего одноклассника и нашего научного руководителя — штурман на межзвёздном корабле. Алексей Викторович Демьянов. Зная о научных изысканиях племянника, он старается из каждого рейса привезти экзотическое растение или животное. Получается не всегда, но зато порой он доставляет экземпляры ранее на Земле неизвестные. Около трёх месяцев назад корабль Алексея Викторовича остановился на торговой станции в системе Альдебарана, созвездие Тельца, для пополнения запасов. Земной флот нечасто попадает в столь отдалённые края, так что он при первой же возможности отправился на местный рынок. Это такое место, где можно встретить что угодно, и где не принято спрашивать о происхождении товара. Конечно, это излюбленное место для контрабандистов и торговцев запрещённым к продаже товаром.

У одного из таких торговцев Алексей Викторович увидел внешне ничем не примечательный экспонат, больше всего похожий на необструганное полено. Но потом он заметил у полена маленькие глазки. Целых семь штук. И не просто глазки, а очень грустные глазки. Продавец как раз нахваливал полено потенциальному покупателю, невысокому коренастому инопланетянину с головой ящерицы.

Дядя Дениса заинтересовался и подошёл ближе, чтобы послушать рассказ, хотя и не слишком силён в астролингве. Торговец пояснил, что это украшение для любого жилища, так как полено умеет по желанию показывать любые ландшафты и визуализировать мысли. В доказательство он предложил и ящеру, и дяде подумать о чём-нибудь. При этом торговец поднёс к полену небольшой приборчик, выплюнувший яркий фиолетовый разряд. В воздухе замерцал и материализовался бассейн с красноватой водой в окружении причудливых тёмно-красных кустов. Ящер заверещал, похлопывая руками по бокам. А к удивлению дяди, перед ним вдруг возникла его жена, сидящая в красивом платье за столиком в кафе на берегу моря. Видение было столь реалистичным, что он протянул к ней руку — но она схватила лишь воздух.

Закончив на этом демонстрацию, продавец озвучил цену, равную годичному жалованью штурмана межзвёздного корабля. Ящер быстро потерял интерес к полену и пошёл к следующему торговцу. Дядя Дениса не мог позволить себе поступить так же. Он решил во что бы то ни стало приобрести инопланетное существо. Слишком грустные глаза были у полена, и слишком жестокое лицо у торговца, когда он жалил его молнией из машинки.

Поторговавшись, дядя немного сбил цену, но всё же ему пришлось отдать все наличные деньги, золотой перстень, запонки штурмана с небольшими алмазами и целый пакет разнообразных семян земных злаков, которые часто могли сойти на инопланетных рынках за деньги.

Торговец вручил дяде полено, чёрный приборчик, пакетик с минеральной смесью, которую надо добавлять к воде для правильного питания Сумунгуса и пульверизатор, чтобы опрыскивать его этой водой. Небольшой приборчик, бивший фиолетовой молнией, оказался примитивным электрошокером. Торговец элементарно истязал несчастное растение, понуждая выполнять прихоти клиентов. Естественно, дядя больше никогда приборчиком не пользовался, хотя и привёз его с собой для приобщения к будущим научным исследованиям.

По возвращении на орбиту Земли дядя оформил для Сумунгуса документы для таможни, как на инопланетное растение. Научное наименование «Сумунгус» придумал он сам вместе с другом, капитаном корабля Семёном Дроздовым. Таможенный экзобиолог тщательно осмотрел полено, но не нашёл к чему придраться и пропустил его на Землю. Так Сумунгус обыкновенный попал к нам в Москву.


К сожалению, Сумунгус, или Сеня, как мы сразу его назвали, больше ни разу не показывал свои способности. Он вообще замкнулся в себе, почти не реагировал на внешние раздражители. Большую часть времени проводил с закрытыми глазами. Мы считали это последствием перенесённого стресса, психологической травмы, которую нанёс существу жестокий торговец. А ведь ещё неизвестно, через что пришлось пройти Сене до того, как он попал к торговцу!

Тогда мы собрали всю доступную информацию о нём, какую могли предоставить наши земные приборы, от микроскопа до рентгеновского аппарата. Хотя некоторая аналогия с земными деревьями прослеживалась, всё же Сеня отличался от них. На клеточном уровне устройство было гораздо сложнее. Предназначение некоторых принципиально новых органелл мы вообще не смогли выяснить, так как сравнить было не с чем. Можно было лишь предположить, что этим объясняются необычные способности к оптическим иллюзиям. Чечевички у Сумунгуса тоже были развиты значительно сильнее, чем у земных деревьев. Денис выдвинул гипотезу, что они выполняют у Сени не только функцию газообмена, но и, до некоторой степени, светоуловителей. Другими словами, Сеня мог видеть окружающий мир, каким бы необычным для нас его зрение ни казалось. И это были его настоящие «глазки», в отличие от тех, которые были у всех на виду. Ни один из приборов семь Сениных глазок не увидел. Их просто не было. Оказывается, Сумунгус внушает их нам. По крайней мере, когда мы на него смотрим. С какой целью? Мы так и не нашли ответа на этот вопрос. Лично мне кажется, что Сеня хотел нам понравиться, а для этого решил выглядеть немного привычнее на наш, человеческий взгляд. Откровенно говоря, я не уверена, что дядя Дениса купил бы его тогда у торговца, не увидь он семь маленьких грустных глазок.

В остальном же Сеня походил именно на дерево, разве что очень изящное и находчивое. Например, срезы снизу и сверху он зарастил очень плотным прозрачным веществом, похожим на смолу. Это предотвращало потерю влаги. А впитывать её он умел «всем телом», то есть всей корой. Мы воспроизвели в лаборатории комбинацию минеральных веществ, которую рекомендовал торговец, добавляли её в виде порошка в чистую родниковую воду и обрызгивали Сеню. Эти ванны-обеды ему очень нравились.

Само собой, мы пробовали «расшевелить» Сумунгуса. Возили с собой по городу и музеям, катались по реке, давали слушать музыку и смотреть кино. Никакого эффекта. Тогда мы попробовали сменить декорации лаборатории на живую природу. Сначала слетали с Сумунгусом на море. Нам удалось немного разбудить в нём любопытство — он с интересом следил за ритмично накатывающимися на берег морскими волнами, прислушивался к прибою и крикам чаек. На контакт с нами по-прежнему не шёл. Тогда Денис предложил отнести его в лес, чтобы он побыл среди деревьев, которые, без сомнения, были ему дальними родственниками.

В лесу Сеня немного оживился. Мнимые глазки вращались в разные стороны, пытаясь одновременно рассматривать деревья и уследить за пролетающей мошкарой. Мы попросили показать, как выглядит лес на его родной планете, но так ничего и не добились. Выяснили лишь, что в лесу Сумунгус чувствует себя комфортнее, чем в городе — хотя в этом и так никто не сомневался. После этого случая Денис предложил приостановить дальнейшие эксперименты на Земле и передать Сеню друзьям с Марса. «Пусть теперь они попытают счастья, — сказал Денис. — А мы сделали всё, что могли. Мне больше ничего толкового не приходит в голову. Добровольно Сеня ничего показывать не хочет, не уподобляться же нам торговцу с Альдебарана! В конце концов, пусть Сеня живёт как знает. Если эксперименты и на Марсе ничего не дадут — определим его в ботанический сад, пусть живёт в своё удовольствие. Нуждаться он ни в чём не будет».

Оставалось придумать, как переправить Сеню на Марс. Не хотелось заниматься бюрократической волокитой с оформлением бумаг и документов, поэтому мы ждали удобную оказию.

И вот теперь подвернулся такой удобный случай. Короче, ребята назначили курьером меня. «Вот повезло! — радостно сказал Денис, когда узнал о моём путешествии. — Очень кстати ты в круиз отправляешься!» Я не была уверена, что мне повезло, потому что родители такому багажу явно не обрадуются. Мама вообще всегда слишком сильно нервничает, да и отец меня может не понять. В общем, я решила взять Сеню в самый последний момент, когда что-то менять будет уже поздно. Тогда родители просто не смогут оставить Сумунгуса в космопорту или вернуть домой.


Друзья ждали меня возле стойки информации. Кроме Дениса пришли Вера Савочкина и Роберт Джонсон. В руках Роберт держал крупный пакет, в котором просматривались округлые бока Сени.

— Привет, Свет, — обрадованно сказал мне Денис. — Опаздываешь!

— Привет, ребята, — сказала я. — Мы кружок сделали над историческим центром. Захотелось.

— Ностальгия? — спросил Роберт. — Понимаю. Держи Сеню, аккуратно.

Он передал мне пакет, я обняла его обеими руками и прижала к груди.

— Там в пакете копия таможенной декларации, где Алексей Викторович указывал, что Сумунгус — это растение. Я подумал, пусть будет, на всякий случай.

— А это подарки для ребят, мы тут собрали, — сказала Вера, передавая мне ещё один не менее увесистый пакет. — Деревянные кружки, тарелочка с росписью гжель, оренбургский пуховой платок и большая банка малинового варенья, бабушка сделала. Там ещё поменьше баночка с вареньем есть — это для тебя и твоих родителей, можете прямо в полёте полакомиться!

— Слушай, у меня перевес будет! — заволновалась я, пытаясь поудобнее перехватить оба пакета.

— Не переживай, прорвёшься, всё будет пучком! — успокоил Денис. — Проведёшь заодно эксперимент с Сеней на орбите, на переносимость невесомости. Ребята встретят тебя прямо в космопорте. Будут ждать с табличкой в руках, с твоим именем. Не ошибёшься. Главное, не забудь Сумунгуса на корабле, когда в Марсоград полетите.

— Ну как я могу забыть! — возмутилась я.

— Классного тебе путешествия! — пожелала Вера. — Сделай фильм про кольца Сатурна, покажешь нам потом!

— Сделаю обязательно, — пообещала я. — Ребят, вы пока не уезжайте. Вдруг меня родители с Сеней заметут, вы его заберёте.

— Никаких «заберёте»! — строго сказал Денис. — Мы специально уедем прямо сейчас, чтобы ты подсознательно не рассчитывала на такой вариант. Тогда всё получится.

Я вздохнула, смиряясь с неизбежным. Если что, буду выкручиваться до последнего, но за Сеню я теперь несу всю полноту ответственности.

Глава четвёртая.
Сумунгус обыкновенный

Я прибежала, запыхавшись, как раз вовремя. Наша очередь почти подошла, я едва успела отмахнуться от маминого вопроса о происхождении пакета («не обращай внимания, печенек в дорогу купила») и упаковать Сумунгуса в рюкзак, где заранее предусмотрительно оставила для него достаточно места. В чемодан я класть Сеню побоялась, потому что не знала, будет ли в багажном отделении челнока воздух и отопление. А рюкзак я возьму с собой в салон. Как только окажусь в кресле — достану Сумунгуса, буду держать на руках. Пакет с подарками я кое-как утрамбовала в чемодан, который и без того был достаточно объёмным.

Пройдя к стойке регистрации, папа достал наши карточки-паспорта и билеты на круиз.

— Если можно, места в челноке у окна, — попросил он сотрудницу космопорта, симпатичную девушку в красивом форменном костюме.

— Всем или только вам? — с улыбкой переспросила она.

— Хотя бы одно место! — громко сказала я. — Но лучше три!

Девушка перелистнула в воздухе окна информации.

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 88
печатная A5
от 432