электронная
40
печатная A5
717
16+
Мой волчонок Канис

Бесплатный фрагмент - Мой волчонок Канис

Часть третья. Зрелые годы

Объем:
262 стр.
Возрастное ограничение:
16+
ISBN:
978-5-4498-0842-4
электронная
от 40
печатная A5
от 717

Предисловие

Книга Ольги Карагодиной «Мой Волчонок Канис» (М. Ridero, 2020) — это документальная повесть о редкой для России породе собак, чехословацкой волчьей собаке. Представленное произведение, это в какой-то мере посвящение с яркой эмоциональной окраской, наполненное очень глубокими чувствами. Прежде всего, любовью — острой и пронзительной, трогательной и высокой.

Однако, книгу в целом, нельзя рассматривать как повествование, адресованное исключительно любителям домашних и служебных собак. Это, одновременно, и художественное произведение, и наблюдение, и исследование. Более того, я бы сказал, что «Мой волчонок Канис» это книга не только о животных, но во многом, о людях — характерах, привычках и «повадках». Всё это — сквозь призму отношения к животным и не только.

Автор в главах-рассказах, из которых состоит книга, наблюдает и анализирует поведение людей и животных в разных условиях и ситуациях. Как-то незаметно и неосознанно подходишь к тому, что в общем, это не просто рассказ о взаимоотношениях животных и людей, а глубокие размышления о жизни. Жизнеописание, переплетение судеб людей и собак, передача общих впечатлений, видения одних и тех же вещей, и явлений глазами животного и человека. Иногда автор представляет это как единое целое, и мы ощущаем тонкую нить взаимопонимания, что возникает между животными и людьми. Людьми вообще, а не только владельцами собак.

С одной стороны, книга воспринимается как пособие, подготовленное в хорошей литературной форме и адресованное непосредственно собаководам и просто любителям домашних животных. Очень тщательно выписаны детали и тонкости общения «человек-собака» — вопросы ухода, воспитания, дрессировки, умения находиться в обществе людей и многое другое. Это глубокое исследование, в том числе и психологии животных, в частности, собак конкретной породы. С другой стороны, перед нами — интересное чтение для всех возрастных групп читателей. В первую очередь тех, кто любит животных, понимает, что человек и домашнее животное не просто обитают в одном жизненном, биологическом, и психологическом пространстве, но и накрепко связаны между собой самой природой.

Книга насыщена самой разной информацией, при этом информативность носит широкий характер, что интересно не только специалистам, но и большой читательской аудитории. В этой связи, в работе затрагиваются глубокие и серьёзные темы добра и зла, гуманности, семейных ценностей и проблемы социума в целом. Проводится и укрепляется мысль о том, что, в общем, домашние животные во многом способствуют укреплению семей, доброй атмосфере в доме, чем в значительной мере оказывают незримую, незаметную помощь людям.

Ольга, иногда тонко, почти незаметно, а порой во весь голос, используя сочные эпитеты и меткие сравнения, передаёт читателю своё красочное и многогранное чувство любви и УВАЖЕНИЯ к собакам, и всё это выражается в умении общаться с ними, следить за здоровьем, настроением и желанием за ними ухаживать. В конце концов, быть партнёрами, и это особенно важно — находиться на «волне взаимопонимания».

Художественные рассказы сменяются профессиональными наблюдениями, наблюдения — исследованиями, исследования — размышлениями, достаточно чувственными и глубокими.

Произведение воспринимается многогранным и разно уровневым. Забавные случаи и весёлые истории переплетаются с серьёзными размышлениями о жизни. Грустные, порой трагичные вещи в контексте книги воспринимаются органично, как неотъемлемая часть общего замысла произведения. Разумеется, у некоторых читателей, что уже успели познакомиться с книгой, отдельные места вызывали слёзы, будили грустные и светлые воспоминания.

В целом же повествование можно рассматривать как цепь небольших историй о приключениях животных и людей. Рассматриваются все аспекты взаимодействия с животными, в том числе, и в таких специфических условиях как проведение профессиональных фотосессий, участие в различных мероприятиях, выставках и конкурсах, и даже в съёмках кино. Очень интересно описаны особенности поведения животных в этих ситуациях, а также показано, сколько труда в это вкладывается, и какие при этом достигаются результаты. Главное здесь, на мой взгляд, это едва ощутимая взаимосвязь мотиваций, действий и поступков человека и животного, что всегда вызывало и вызывает живой интерес у аудитории. Достаточно вспомнить кинофильмы «Ко мне, Мухтар» или «К-9. Собачья работа», где главные герои не просто выполняют совместную работу, но и являются друзьями, и даже, «родственными душами».

Некоторые истории можно использовать как самостоятельные произведения малых форм, поскольку, почти все главы книги сюжетно организованны и представляют собой отдельные короткие рассказы. То есть, если их опубликовать отдельно, скажем, в каком-нибудь литературном издании, они будут так же легко и с интересом восприниматься читателем.

Во многих главах Ольга активно применяет художественный приём воображаемого диалога на уровнях: «человек — животное», «животное — животное». В ходе таких «диалогов» автор очеловечивает домашнее животное. В общем, это свойство очень многих, кто имеет дело с домашними питомцами. Эта «художественная линия» широко испокон веку используется в народном творчестве (сказки), литературных произведениях, в кино и, конечно, в мультипликации.

Ведь если вдуматься, то «диалоги» и не очень-то воображаемые, учитывая телепатические способности животных, в частности, собак. Владельцы домашних животных, в первую очередь собак и кошек знают, что животные всё понимают, и реагируют, порой не то, что на слова и команды, но и на мысль человека. И конечно, автор мастерски «расшифровывает» подобное мысленное общение.

Рассказы, написанные в такой манере, очень напоминают мультипликационные фильмы с участием говорящих (и мыслящих) животных. Некоторые главы, где повествование идёт от имени животных, хорошо читаются вслух, и будут очень интересны даже самым маленьким детям.

Язык изложения простой и доходчивый. Почти исключены специальные термины, а если и попадаются, то автор даёт соответствующие пояснения. Такой образ подачи материала близок и понятен читателям, не только различных возрастных групп, но и различных предпочтений и вкусов в современной литературе.

Учитывая особенности стиля Ольги Карагодиной, «Мой волчонок Канис», разумеется, изобилует разными смешными случаями, эпизодами и историями, которые читать без смеха просто невозможно. Одна из сильных сторон книги — не только юмористический, но и творчески осмысленный взгляд на весь процесс в целом. Собаки дарят радость и хорошее настроение, это — аксиома.

Книга, в целом, наполнена добрыми эмоциями, и при чтении поднимается настроение, а не это ли характеризует мастерство писателя? Ольга щедро делится своим позитивным видением всей темы и очень умело передаёт его читателю.

***

Работа «Мой волчонок Канис», в целом, оставляет весьма яркие впечатления. Автор сознательно избегает сложных смысловых конструкций и передаёт свою мысль простым и понятным словом. При этом ставит и решает главную творческую задачу — подвести читателя к пониманию того, что животные, в частности, домашние кошки и собаки, находятся на уровне интеллекта, что в общем, само по себе не ново, но необходимо, учитывая порой жестокие реалии нового времени. Отсюда, большое внимание к проявлению у героев книги (из числа людей) самых разных чувств — доброты, сердечности, сострадания. Отношение к животным — это своеобразный индикатор человечности. Поэтому, у Карагодиной собака выступает не только как друг, но и как строгий судья поступкам, мыслям и поведению человека.

Книгу, в сущности, можно уже считать успешной: её читают в Москве, российских регионах, в других странах — Болгарии, Грузии. Так во время лекции в Москве, она была подарена Ясону Константиновичу Бадридзе — ученому этологу, доктору биологических наук. Ясон Бадридзе возглавляет сектор поведения и экологии животных в Институте зоологии АН Грузии. Почти двадцать лет своей жизни изучал поведение волка. Два года прожил в волчьей стае. Самостоятельно выкормил и воспитал почти сотню волков. Разработал методы выращивания и отбора диких животных для возвращения их в природу.

Моё же мнение таково. Если бы Ольга Карагодина сама не написала книгу «Мой волчонок Канис», то её следовало бы об этом попросить… «От имени и по поручению» многочисленных владельцев собак, любителей животных, и просто читателей — добрых и сердечных людей.

Евгений Скоблов

Прозаик, член МГО Союза писателей России,

Академии Российской литературы.

г. Москва

Введение

Чем дольше мы общались с Канисом, тем больше удивлялись его природной гармонии, острому уму, постоянному поиску новой информации и новым занятиям, его сильной энергетике и эмоциональности. Всё больше и больше этот пёс удивлял нас своей способностью читать наши мысли и желания, подстраиваться под общий настрой семьи/стаи. Канис стал отменным охранником, а для меня и телохранителем. Мы научились вести с ним диалоги, порой даже без слов или команд. Я уже не удивлялась способности Каниса узнавать, что мы сейчас будем делать, или куда пойдём. Он изучил повадки всех членов семьи и со всеми стал вести себя по-разному.

С ним очень хорошо было находиться на даче, где он спокойно мог бегать по участку двадцать четыре часа в сутки. В городе сложностей прибавилось, из-за тех же охранных качеств. Канис перестал подпускать ко мне любых посторонних людей, нам пришлось больше водить его по улице в наморднике.

Не осталось и друзей: маламута Карму увезли в другой район, лабрадорка Лапа тоже уехала со своей хозяйкой жить за город, такса Фрида стала жить на подмосковной зообазе, куда пригласили на работу её хозяйку, а в новых друзьях Канис более не нуждался, его вполне устраивала собственная стая, с устоявшимися порядками в ней.

Несмотря на ставший более серьёзным нрав, Канис остался игривым и весёлым псом, постоянно выискивая новые забавы, причём всегда стараясь подключить к ним хозяев: то спрячет какой-нибудь нужный предмет и смотрит, как хозяева его ищут; или спрячет косточку под подушку любимой хозяйке; заберётся на даче на второй этаж и устроит склад игрушек под хозяйским матрасом, а хозяева потом спят, как на горохе.

Появились у Каниса и отпрыски, один из которых уехал в Китай. Мы теперь уже не представляли жизни без нашего любимого серого волка, с мудрыми янтарными глазами. Канис стал хранителем и талисманом нашей семьи.

РАССКАЗЫ

Челночок

— Да-да, — пыхтел Канис. — Нашли дурачка. А вы играете на рояле? А на барабане? А на губной гармошке?

— Играю.

— А на арфе?

— А на арфе — нет. Зубы сквозь струны проскальзывают.

— А в очко умеете играть?

— Умею.

— А в челночок?

— А это куда?

Хозяйка потрясла перед мордой каким-то деревянным ящичком, вроде кормушки для птичек, состоящим из коробки и трёх маленьких ящичков, с привязанными к каждому, яркими верёвками.

— Будем играть в новую игру «челночок»». Правила простые. Я кладу в один из ящиков колбасу, ты угадываешь в каком из ящиков лежит колбаса, дёргаешь зубами за нужную верёвку и получаешь приз. Понял?

— Понял, — фыркнул Канис, соображая во что собирается играть хозяйка. — А-а… — осенило его. — В «челночную дипломатию» по Генри Киссенджеру. Методом челночной дипломатии выдать собаку замуж за тамбовского волка. Пойти в деревню — найти красивую дворянку, спросить:

— Хочешь выйти замуж? Но жених живёт далеко.

— У нас своих кобелей хватает.

— Да. Но он — красив, умён и добычлив.

— Это меняет дело…

Потом забежать в Тамбовские леса, найти матёрого:

— Хочешь умную дворянку?

— Фу-у… — у нас своих волчиц полно.

— А если она живёт при овчарне?

— Это меняет дело!

Всё просто. Нужно достать колбасу быстро и без напряга: «Новые приключения ливерного колобка». В старых приключениях он мгновенно сжирался. А тут надо приложить ум и ловкость.

Канис внимательно следил за руками хозяйки. За её шустрыми пальчиками, ловко распихивающими кусочки ливера по ящичкам. Она тут надысь, жаловалась хозяину, что у неё бывает бзик под названием: «Тут помню, а тут не помню». Говорила крадётся, мол, к ней на мягких лапах старик Альцгеймер, а я так погляжу у неё другая болезнь — пальцгеймер. Затолкала. Сейчас начнёт: «Дёрни волчик за верёвочку».

— Канис! — Выставила впереди себя ящик хозяйка. — Угадай, где ливер?

— Везде! — рявкнул Канис, открывая пасть максимально шире, хватая коробку целиком в попытке выдрать её из хозяйских рук. Хозяйка вцепилась в ящик с ливером намертво. Канис пару раз подёргал, понял — без боя не отдаст, и схватился зубами за три верёвки. Ящики посыпались на пол, из них покатился мелко нарезанный ливер. Быстро съев мясные кусочки. Канис, мгновенно оценил обстановку. Хозяйка разинула рот, соображая, как же это сразу три?.. Может, сама ливер хотела? Канис воспользовался заминкой, выдернул основной короб из её рук, потащив его на балкон.

Пока хозяйка, причитая, бежала за ним, успел исследовать деревяшку. Можно было бы её разгрызть одним щелчком, но ведь тогда не во что будет играть?.. Канис отступил, давая хозяйке возможность взять коробку. Пусть потешится, неизвестно кто с кем играет?

Хозяйка снова пошла на кухню. Нарезала ливер. Выставила три ящичка с торчащими верёвками перед Канисом.

— Она меня считает дурачком, — мысленно хихикнул Канис, хватая зубами ярко-зелёную верёвку. Ливер снова покатился по полу. — Можно и поиграть. Главное, чтобы ей нравилось набивать ящики колбасой. Так долго набивать, пока батон не кончится.

Канис примерно уселся перед ней: «Продолжим?» И они играли и играли, и ещё долго играли, пока батон не кончился. После последней порции Канис сыто икнув пополз спать. Колбасы нет — игра окончена. Скучно жить в стае, не водя друг друга за нос. Да и дёргать за верёвочки — не лося по лесу гонять.

Бунт

После наших приключений с селезёнкой Канис стал получать только мягкую пищу, но конечно же ему очень хотелось бы погрызть мясную косточку. И однажды, я все же решила его порадовать. Зашла в мясной отдел и купила кусок телятины на толстой косточке. Такой косточке, чтобы он не смог сразу её разгрызть. Вечером на ужин Канис получил подарок. Обрадовался… Несказанно. Схватил кость, утащил её в угол коридора и там с упоением начал обгрызать мясо. Когда кость осталась голой, Канис стал её разгрызать, чтобы достать костный мозг, да с такой яростью, что у него зубы затрещали. Испугавшись, что он их поломает, решила забрать кость.

Подошла к нему и строго сказала: «Отдай!», Канис глухо зарычал и сделал мгновенный выпад в мою сторону, такой, что я инстинктивно отскочила в сторону. Не тронул, но зарычал ещё пуще, злобно сморщив нос, показав всю волчью пасть.

Я понимала, что уступать нельзя. Кобель матёрый. Если не отобрать сейчас эту кость, он запомнит и в следующий раз это будет касаться не только костей. Кость надо было отобрать сейчас же. Пришлось думать, как это сделать?

Успокоилась внутренне. Собаки прекрасно чувствуют, неуверенность хозяина, села на стул рядом с ним. Канис молча грызёт кость. Тогда я встала и переступила через него — продолжает грызть и смотрит мне прямо в глаза, то есть, бросает вызов! Что с ним делать? Ну-у, думаю, надо как Илья Муромец действовать, когда Д, Артаньян его на дуэль вызвал, посыпать голову пса пеплом и принести палицу.

Морально настроившись, взяла старую тапочку, муж ею кошек наказывает, и Каниса по попе хлопает, если он лезет за его колбасой на стол, и с ней наперевес попёрла на пса.

Канис засмущался. Замыргал жёлтыми глазками и медленно отошёл от кости. Тапок сработал. Торжественно взяла костяху, спокойно вытащила ножиком костный мозг и отдала его Канису, а кость на его глазах выбросила в мусорное ведро. Удивительно, но он её даже не пытался снова достать из мусорного ведра. Вот так иногда приходилось доказывать, кто в стае старший.

Травянчик

Канис сосредоточенно бежал рысцой по району, осматривая: столбы, кусты, бордюры, внимательно читая оставленные послания. Нос сообщал ему многое из того, чего люди не замечают. Молодой джек-рассел-терьер Дендик оставил подпись рядом меткой своенравного и угрюмого бассенджи Яши. Канис обоих терпеть не мог, поэтому еле слышно зарычал, ставя жирную подпись поверх прежних двух. У куста орешника отметилась Кармелита. Эту барышню он знает. Характер почти мужской, драчлива, при этом визглива, пытается тянуть одеяло на себя во всех случаях, за что и огребает регулярно, от него и от хозяев. На травке присела лабрадорка Лапа — милая и безобидная.

— Ф-р-р… — зафырчал Канис, учуяв высокую метку молодого акиты на старом тополе. Поднял глаза. Присел на лапы, опустившись почти на брюхо, шерсть на загривке поднялась сама. В нескольких метрах прямо по курсу затих огромный монстр, издавая странные шелестящие звуки. Выше Каниса на три головы, с торчащей во все стороны шерстью, недобро подрагивающий, явно готовящийся к атаке. Он выследил Каниса первым. Канис попытался вжаться в землю, стать незаметным, нужно было оценить обстановку.

Хозяйка непонимающе взглянула на него, пытаясь утащить его вперёд. Канис упирался всеми четырьмя лапами: «Не пойду-у…»

Хозяйка с досадой дёрнула поводок.

— Пошли!

Канис ехал на поводке на брюхе со скрежетом когтей по асфальту. Хозяйка упрямо двигалась прямо на монстра. Раздался смех. Рабочие, укладывающие бордюрный камень, от души веселились, глядя на скукожившегося от страха волка. Уши зверюги плотно прилегали к голове, янтарные глаза вылезали из орбит, серая шерсть по ежиному торчала в разные стороны.

Хозяйка дотащила Каниса до огромного мешка, набитого свежескошенной травой и вторя рабочим, залилась звонким смехом. Канис воткнулся носом в мешок. Втянул ноздрями воздух. Встал в полный рост. Огляделся. Мешок стоял молча, только полиэтилен громко хлопал на ветру. Канис поднял лапу.

— Вот тебе! Уничтожен.

На следующий день Канис сам повёл хозяйку к мешку. Дошёл до него, выпрямился, поставил поверх травы переднюю лапу.

— Видишь? Я его не боюсь.

Старуха и молодуха

В центре города для городских собак осталось мало удовольствий в жизни. Все, что хозяин считает удовольствием, для собаки ровным счетом ничего не значит. Для собак главное: информация, собранная своим собственным носом, движение, общение с себе подобными, общение с любимой хозяйкой, тихий отдых. А что для удовольствия? Прогулки! Что значит для собаки прогулка. Всё!

Канис трусил волчьей походкой мимо собачьей площадки, на которой он гулял в глубоком детстве, а всё потому, что «пёсодром» где он гулял до этого, разрушена. Власти города занялись обустройством территории. Нос подсказал: «Какие-то новенькие особы! Надо разобраться.» Подтянул хозяйку ближе к забору. Раздался брёх. Две немецкие овчарки голосисто дали знать о себе. Принюхавшись. Подобравшись ближе к решётке, громко рявкнув, Канис заявил дамам о себе.

— Привет, красавицы!

Нос подсказал: одна древняя старуха; другая, судя по напору и взбрёхиваниям — вредная молодуха.

— Ты кто такой? — заголосила молодуха.

— Ой… простите не узнал. Я не всех голосистых знаю, — строго рявкнул Канис, тщательно водя носом. Старуха пахла изумительными духами и моргала подслеповатыми глазками Канис пустил длинную слюну: «Бабка очень даже ничего. Плохо держится на лапах, но, если её прижать как следует, вполне сможет выдержать молодого любовника. Может ей в последний раз такое счастье обломится.»

— Чего надо? — не унималась молодуха, тряся подштанниками, — ишь, слюни распустил. Не на то яблочко нацелился.

— Это что ещё за восстание розовых шапочек? — огрызнулся Канис, явно отдавая предпочтение бабке.

Бабка кокетливо присела, поставив метку.

— Да вы заходите к нам! — позвал хозяин овчарок. — Походите хотя бы на поводке, может, подружатся. Правда, у нас старенькая в начале охоты, но это ничего. Молодая стерилизована.

— А то мы не догадались про бабку в охоте, — суетился Канис, протискиваясь на собачью площадку. Первым делом уткнувшись в старушечьи письма. Надушенные письма разлились по жилам бальзамом. Канис потащил хозяйку к старухе, которая вертелась тут же, но на расстоянии, внимательно следя за происходящим.

— Бабушка, тьфу, девушка, — растянул губы в улыбку Канис. — Я парень хоть куда. У меня большой ум и другие выпирающие качества. Давайте с вами отойдём в уголок.

— Какой вы быстрый, — старуха поставила вторую метку. — Сначала насладитесь духовной связью.

— Пошёл вон! — злилась на поводке молодуха, ощерив на Каниса зубной состав.

— Вы свой зубной состав прикройте, — буркнул на неё Канис, — а то он неровен час тронется.

— Нахал! — заверещала молодуха. — Отпустите меня с верёвки. Я ему намылю холку.

— Это вы зря. Вам эмоции мешают думать и заставляют ошибаться. Вот приобретёте такие же духи, как у старухи, тогда и поговорим.

С площадки Канис выезжал на пятой точке, тормозя пятью конечностями.

Старуха махала ему вслед платочком: «Приходите через недельку!» Молодуха грызла от злости свой поводок.

DEJA VU

Какая самонадеянность, думать, что ты можешь удержать влчака, если ему сильно приспичило. Если влчаку приспичило — держать его, всё равно что держать в голове две противоположные идеи. Здоровенные и не очень кобели, встречающиеся на пути, позволяют удержать его. Вкусные барышни, идущие по противоположной стороне улицы — тоже, а вот с охотничьим инстинктом, оказалось, всё гораздо сложнее. Нет, котов, Канис подвешивает на деревья с завидной регулярностью, отгоняет чужаков, пристающих с расспросами: «А это сё? А это вольк? А он кюсается?», ибо, сейчас на наших улицах идёт бурное облагораживание территорий за счёт иностранных рабочих из Средней Азии, тоже.

Мы вошли в парк Пограничников, маленький оазис посередине асфальтовых, нет, теперь уже каменно-плиточных джунглей, и на нашем пути возникло странное существо. Приблизительно в пяти метрах впереди по нашему курсу зашелестели кусты. Канис напрягся, припал к земле, втянул воздух и, плюнув на балласт, совершил рывок. Из кустов вылетел непонятного вида зверёк, среднее между котёнком и белкой, я так и не узнала кто это был, и скачками бросился к ближайшему толстому дереву, взлетев на него легко, под самую макушку. Через пару секунд я упиралась руками в ствол пытаясь затормозить, а Канис стоял передними лапами на стволе дерева, задрав вверх голову. Глазки у него были, как бы это помягче написать — хищно-масляные.

У меня случилось Де Жавю. Передо мной стоял лайка Казан, профессионально сработавший белку, отличие было только в одном: Канис молчал.

Несколько минут мы оба пытались разглядеть за кроной листьев, кто же повис на макушке? Но так и не увидели. Ещё минуты три, я тщетно пыталась оторвать волка от дерева. Оторвался он, только когда понял, что зверька не достать. Позволил себя оторвать.

Но как влчак сработал! Какие реакции, скорость, силища! Я даже не хотела представлять, на что он способен, если будет сильно голоден или сильно зол. Я оценила его благородство по управлению собой, заодно соизмерив свои силёнки. Влчаки ленивы по природе, только это и спасает их хозяев от лишних приключений.

Заначка

Хозяйка, как обычно по утрам, не спеша пила кофе. Канис лежал в её ногах, предвкушая утреннюю прогулку. Лежал беспокойно, постоянно оглядываясь, словно происходит что-то ведомое, лишь, ему одному. И вдруг, резко и неожиданно подскочил, и двумя прыжками оказался в комнате, где всё ещё спал хозяин. Хозяйка бросила свою недопитую чашку и побежала за ним.

Оказалось, хозяин проснулся и теперь зевая стоял в трусах около кровати, теребя в руках одеяло. Канис оленем скакал вокруг него.

— Что происходит? — подивилась хозяйка.

— Сейчас покажу, — ответил хозяин, приподнимая голубую в жёлтый цветочек простыню. Под ней ровно посередине дивана лежало раздавленное большое круглое берлинское пирожное. Глаза у хозяйки стали размером с то самое пирожное.

— Когда он успел его подложить? — не верила собственным глазам, одновременно осознавая, что ей всю ночь кололо в боку. — Похоже ещё с вечера, судя по форме.

— Точно вечером положил! — констатировал хозяин, глядя, как Канис быстро-быстро встал передними лапами на диван, хватая пастью заначку. — Дождался пока все выйдут из комнаты и припрятал. У-у… — погрозил кулаком в сторону удаляющегося серого хвоста и чавкающих звуков.

Канис на ходу доедал заначку с мыслями: «Это он хорошо припрятал. За всю ночь никто не нашёл, даже вездесущие кошки. Не отобрали бы, подлюки».

Бабушки на животе

Хозяйка Каниса может открыть дверь животом, но, вот ездит на нём плохо, ещё и дерётся, а тяжёлая… в два, а то и в три раза больше весит. Попробуй утащи эту колоду, хоть и по снегу. Что я маламут? Хаски? Ну-у… увидел своего давнего врага джек-рассел-терьера Жигана, имя само за себя говорит, а повод вышел замечательный, вынюхал раньше. Ну-у… поскользнулась она, хлопнулась оземь, может в царевну хотела превратиться, причуды у неё такие, ну-у… протащил её на животе (ест много), метра четыре, драться зачем? Сразу кулаком по макушке. Доехали бы спокойно, если бы не дёргалась, вложили бы ума Жигану. Нет же, всё испортила! Висит позади на верёвочке и плюётся, аки индийская кобра — никакой развлекухи на католическое Рождество, одни неприятности: злится, ругается и дерётся. Полное отсутствие чувства юмора.

Пряники

— Я не просто учусь на своих ошибках… Я, зараза, постоянно повторяю пройденный материал! — бурчал Канис, бесшумно вставая передними лапами на стул. Цель стояла на блюдечке с жёлтой каёмочкой — разрезанный пополам огромный тульский пряник. — Врежут, конечно, если застукают, — скосил янтарным глазом в коридор. Тихо. Только часы на стене тикают.

Канис аккуратно прихватил зубами пряник, откусил добрый кусок и быстро скатился со стула. Хозяйка как раз вышла в коридор. Канис прошуршал мимо неё низко опустив голову, так чтобы пряника не было видно, скользнув тенью на балкон.

Хозяйка очнулась от яростного копания за стеклом, от такого, что сразу было понятно, чьи лапы скребутся в кошачьем лотке. Скользнула глазами по столу. Посередине тарелки красовался обгрызенный пряник.

Кошки сидели на стульях с расширенными глазами, молча следя за наливающейся красным цветом физиономией хозяйки. Им теперь в туалет — хода нет. Волк будет охранять свой пряник и к горшку никого не допустит.

— Ах ты, зараза! Ах ты, потрох! — подорвалась с места хозяйка, шлёпая на балкон. Оттуда раздалось глухое рычание. Потом глухой стук чего-то мягкого о что-то твёрдое. Затем послышалось лёгкое движение за спиной.

Волк пробирался в кухню с прижатыми ушами. С балкона донеслось яростное копание. Хозяйка искала пряник. Пока она копалась в кошачьем туалете, Канис тихонько встал передними лапами на стол и откусил ещё один кусок пряника.

— Ко мне! Живо! Волкообразный пряникоед! — визжала хозяйка, раздавив мягким местом обмусоленный кусок пряника.

— Что норма для паука — хаос для мухи. Впиявился хорошо! Всё по плану, — констатировал Канис. — Он знает, как выяснить, насколько искренен человек. Хозяйка очень честна и искренна во время истерик, и он восторженно содрогнулся от того, что она действительно думает о нём. Она добрая. Отойдёт. Юмор оценит. Хорошая шутка, та, за которую тебя хотят убить, но не могут, потому что смеются. К тому же она не нашла ещё пары пряников: один в туалете за ведром; другой — в ботинке хозяина. Главное утром уйти на прогулку раньше, чем хозяин начнёт натягивать боты.

Баюшки-баю

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.
электронная
от 40
печатная A5
от 717