18+
Миссия Христа

Бесплатный фрагмент - Миссия Христа

Объем:
192 стр.
Возрастное ограничение:
18+
ISBN:
978-5-4474-0332-4

18+

Книга предназначена
для читателей старше 18 лет

Часть 1: Механика Священной истории

Начнем с того, что поговорим о странностях Священной истории. Нет, не о тех мелочных придирках — пресловутых «противоречиях», которые пытаются порой изыскивать в Библии атеисты, в надежде разоблачить «выдумки церковников». Поговорим о том, что мешает воспринять повествование Ветхого и Нового заветов, как единый сюжет. Ведь это цельный сюжет, не так ли? Сотворение человека, Грехопадение, изгнание из Рая, Потоп, Завет Бога с Авраамом, Исход, Первое пришествие Христа, грядущее Второе пришествие — вся Священная история человечества представляет собой единую цепь взаимосвязанных событий. Не так ли? Ведь Библия описывает историческую последовательность действий Бога, действий, полностью подчиненных одной цели — спасению однажды падшего человечества.


Однако, если перед нами цельный сюжет, то мы должны понимать его внутренние причинно-следственные связи, понимать механику происходящего. Недостаточно просто прочитать в Библии, что произошло, и верить в это — хочется понимать, почему это произошло и почему все произошло именно так, а не как-то иначе.


Странности Священной истории становятся видны, когда мы перестаем воспринимать Библию как повесть, и начинаем смотреть на изложенные в ней события критически, изучая ее сюжет так, будто читаем детективный роман. Зачем нужен такой подход? Чтобы проследить взаимосвязи в сюжете, чтобы понимать внутреннюю логику его развития.

Например. Зададим простой вопрос — в какой именно ситуации Богу могло потребоваться такое необычное решение, как известная нам из Евангелий миссия Христа на Земле? Каков должен быть замок, чтобы Богу пришлось применить именно такой ключ?

Начав рассуждать таким образом при чтении Библии, мы вскоре с удивлением обнаруживаем, что замок и ключ не совпадают. И встает вопрос — а верно ли мы понимаем написанное? В рамках данной главы я предлагаю читателю перейти к рассмотрению некоторых конкретных вопросов, возникающих при изучении библейского сюжета.

Крещение от Иоанна, или немного о критическом мышлении в религии

Миссии Христа, как известно, предшествовало служение Иоанна Крестителя. Пророка, который пришел «приготовить путь» Иисусу Христу. Иоанн совершал удивительную вещь: погружал людей в воду, за что и получил прозвище «Погружатель». (В русской Церкви прижился не вполне корректный термин «Креститель» — ведь едва ли можно было «крестить» людей тогда, когда не было еще Крестной жертвы, да и сам обряд связан именно с погружением в воду, а не с крестом).


В форме обряда крещения нет ничего странного, ведь погружение в воду является прекрасным символом очищения, омовения. Но вот в чем его смысл?


Зачем оно было нужно, крещение от Иоанна? Наверное, этот вопрос вызовет у многих христиан улыбку — неужели это секрет для автора? Может быть, автор новичок в христианстве и не знает самых базовых, прописных его истин?

Проблема в том, что обряд Крещения никак не связан с общим евангельским сюжетом — таким, каким его видит сегодня Церковь. Обряд крещения от Иоанна оказывается просто лишним, он как бы повисает в воздухе на фоне библейских событий.

Не верите? Тогда представьте себе на минуту, что упоминаний этого обряда нет в Новом завете. То есть об Иоанне в Евангелии сказано, а о крещении — нет. И что мы сегодня мы не крестим младенцев и приходящих в Церковь взрослых в воде, а совершаем какой-нибудь другой символический обряд принятия в члены Церкви. Представили? А теперь скажите — вы бы когда-нибудь заметили это? Сказали бы вы что-то вроде «в целом сюжет Нового завета ясен мне, одного не понимаю — почему Иоанн лишь пророчествует об Иисусе, но не проводит никакого обряда, связанного со погружением людей в воду? Ведь такой обряд напрашивается!». Нет, вы бы никогда не сказали так, и не только вы — никто из богословов не заметил бы этой недостачи. А потому возникает вопрос — а понимаем ли мы, какие причинно-следственные связи здесь имеют место?


Мы привыкли воспринимать Священную историю повествовательно, не задумываясь о взаимосвязи событий. Но стоит начать задумываться, начать мыслить критически — и мы видим, что хотя библейские события нам хорошо известны, связи между ними, на самом деле, темны и непонятны.

Когда вы ясно понимаете механику процесса, вы можете заметить нехватку недостающей важной детали или, напротив, лишнюю, неуместную деталь. Если же вы не понимаете механики, а воспримаете процесс повествовательно — вы ничего не заметите. Крещение от Иоанна — важная деталь в евангельском сюжете, или случайная, второстепенная? Если важная, то какую роль она играет и почему мы бы не заметили ее недостачи в сюжете?

Например, если вы знаете, как устроен автомобиль, то сразу же заметите отсутствие, скажем, руля. И зададите вопрос — как этот автомобиль может управляться без руля? Но если вы покажете автомобиль без руля средневековому крестьянину, он не удивится его отсутствию — он сочтет, что именно так и должна выглядеть эта «волшебная движущаяся повозка». Так же и мы сегодня — привычно воспринимаем библейский сюжет как данность, а причины событий и смысл их объясняем «метафизически». То есть, по сути дела, некими «волшебными» законами, по которым он развивается.


Есть масса богословских рассуждений, порой переходящих в жаркие споры, по вопросу обряда крещения. Например, в каком возрасте допустимо его проводить, должен ли крещаемый быть совершеннолетним, и обязательно ли погружать человека в воду — или достаточно просто облить его из ковшика? Но никто не замечает, что насколько странен сам обряд крещения в контексте христианского мировоззрения. Потому что никто не задумывается о причинно-следственных связях. Богословы и проповедники изощряются в толковании уже известных им событий Библии, поэтому они не видят странностей того, смысл чего с готовностью разъясняют другим.


Итак, зачем нужен обряд крещения? Чтобы «смыть» Первородный грех, или даже вообще все грехи человека? Конечно же, нет. Во-первых, потому что в этом случае его следовало бы использовать еще для Адама и Евы — как только они раскаялись в своем деянии. Тем самым решив проблему Грехопадения одним махом… Не так ли?

Во-вторых, если Первородный грех можно вот так запросто «смыть» в воде, к чему тогда вся миссия Христа? Разве не Христос, согласно учению Церкви, искупает нас от вины предков, от греха Адама? В чем же тогда эффект от обряда крещения?

Вообще, стоит заметить, что погружение в воду как способ снятия вины (а ведь грех это именно вина) выглядит довольно сомнительно — по крайней мере, мне так кажется. Кроме того, получается, что обряд погружения по сути дублирует обряд исповеди, при этом по методике они отличаются кардинально: в одном случае вас просто погружают в воду, в другом — вы сознательно каетесь в грехах. И возникает вопрос — с какой стати проблемы одного и того же рода решаются столь разными способами? И потом — обряд исповеди может проводиться неоднократно, более того — его рекомендуется совершать почаще, по вполне понятным причинам. Обряд же погружения категорически запрещено повторять. Но отчего же? Если он смывает грехи, его следовало бы повторять и повторять… Как повторяем мы исповедь.


В-третьих, именно с Первородным грехом связано, как утверждает сегодня Церковь, падшее состояние человечества — и если грех смыт, то человек, по логике, должен возвратиться в первозданное состояние. Меж тем внешний наблюдаемый эффект от обряда крещения практически отсутствует — хотя некоторые люди и утверждают, что испытывали особое духовное состояние непосредственно после крещения, едва ли это можно счесть достаточным, ведь речь ни много ни мало, а якобы о «смытии» Первородного греха! Великого проклятия, довлеющего над человечеством с древности! Меж тем эффект, повторяю, относительно слаб и если и наблюдается, то лишь на уровне самоощущений, а внешний (то есть объективно наблюдаемый со стороны) эффект полностью отсутствует. Прошедшие обряд «смытия Первородного греха» отнюдь не приобретают способности говорить с животными, как Адам, не получают вечной жизни (или хотя бы адамова долголетия), женщины не перестают испытывать боль при рождении детей (а ведь это одно из проклятий человечества, возникшее именно по причине Первородного греха).


Наконец, отметим очевидное — обряд крещения тесно связан с миссией Христа, и является одним из актов подготовки к ней. Едва ли кто-то осмелится утверждать, что миссия Иоанна не является подготовкой к миссии Христа. Тогда и обряд крещения, казалось бы, является такой подготовкой. Поэтому, еще одной странностью Иоаннова обряда является сохранение его и при жизни Христа Его учениками, и после Его вознесения, и далее вплоть до сего дня. Хотя сам Иоанн утверждал, что это лишь он совершает обряд водою — а «Идущий следом» будет совершать тот же обряд Духом Святым и огнем, то есть можно было бы предположить «устаревание» обряда крещения — например, после Пятидесятницы. Однако, этого не произошло, и крещение сохраняет свое значение до сих пор. Почему?

Наконец, обряд крещения проводился Иоанном над уже верующими и ходящими в храм иудеями. В то де время и после крещения иудеи продолжали оставаться иудеями, отнюдь не меняя своей религии ни в чем. То есть, крещение отнюдь не носило, казалось бы, характера некоей инициации в новую религию. Недаром и фарисеи не находили оснований препятствовать своей пастве креститься у Иоанна. Однако в христианстве именно обряд крещения стал обрядом инициации. Почему? Заметьте — обрядом инициации стал именно тот обряд, который выглядит «лишним» в библейском сюжете. Обряд, нехватки которого в этом сюжете мы бы даже и не заметили.

Необычным выглядит и то, что обрядом инициации в христианстве стал обряд, введенный не Христом, а Иоанном, еще до начала проповеди Христа. Не то, чтобы это выглядело слишком странным, но у всего должна быть причина, не так ли? Если крещение так сильно связано с миссией Христа, что стало затем обрядом инициации, то почему крещение проводил Иоанн, а не Христос? И зачем Христос крестился у Иоанна (не для смытия грехов же)? Это удивился и сам Иоанн, как мы помним из Евангелия.

Все эти вопросы возникают потому, что практический смысл обряда крещения остается загадкой — недаром его правила вызывают столько споров в христианстве.

Вочеловечение Бога

Зачем Богу рождаться человеком? На эту тему написано очень много, но я рискну утверждать, что написанное, увы, не приближает нас к пониманию механики, к пониманию именно на уровне «как это работает». Ведь очевидно, что вочеловечивание Бога — более чем странная операция, и операция явно вынужденная. Если так можно выразиться, вочеловечивание Бога (не говоря уже об Его унижениях и мучительной смерти) — это ненормально, согласитесь. Почему Бог был вынужден так поступить? Наши богословы предпочитают говорить о значимости вочеловечения, о символизме оного. Но не о том, почему без этого было не обойтись, почему нельзя было поступить иначе. Не о том, почему и как это сработало. То есть, не о механике явления.


Вот пример такого рассуждения. Данная цитата весьма и весьма типична:

«Христос вочеловечился, взял нашу при­роду для того, чтобы мы, люди грешные, земные, ограниченные, ни к чему не способные, не могущие даже победить элементарный грех без помощи Божией, вдруг сделались бы подобными Ему. Если Он очеловечился, то мы должны обожиться, принять Его Божествен­ную природу.»


По сути, подобные рассуждения — это фикция. Своего рода интеллектуальная халтура. То есть, вроде бы слова красивы и благочестивы, но при этом — совершенно бессмысленны и ничего не объясняют. Автор цитаты не понимает механики явления, не видит причинно-следственных связей, но не замечает этого факта, а пытается придумать красивые символические «объяснения» тому удивительному факту, в который он бездумно верит.

Вспомните, что фарисеи и книжники не могли поверить в идею вочеловечения Бога — это казалось им немыслимым. Но почему? Потому, что смысл этого явления был для них непонятен, а выглядело это вполне кощунственно. Стал ли этот смысл с тех пор понятнее? Понятен ли он нам сегодня лучше, чем фарисеям тогда? Нет.

Автор вышеприведенной цитаты защищает идею вочеловечения по той же причине, по которой фарисеи ее отвергали — по причине слепой веры. Иудеи верили в свое Писание, а там не было сказано «Бог воплотится в человека». Вот они и отрицали Мессию в Иисусе. Автор цитаты верит в христианское Писание, а там сказано «Бог воплотился в человека». Вот он и защищает идею вочеловечения. Чем он при этом отличается от фарисеев (с точки зрения логики рассуждений, а не предмета веры)? Ничем.


Каким образом факт рождения Бога от человеческой женщины может изменить человека? Как это работает? Как именно, физически, это действует? Ответа нет. Большинству достаточно самого факта, чтобы в него верить, и придумывать красивые проповеди на эту тему, а механика явления мало кому интересна. Но может быть, мы уже доросли до желания понять механику событий, и готовы перестать воспринимать сюжет Библии повествовательно?

Чтобы лучше осознать всю наивность рассуждений, подобных вышеприведенной цитате, обратимся снова к аналогии. Далее по тексту я буду неоднократно ссылаться на данный пример, поэтому обвожу его в рамочку. Итак, представьте себе, что в учебнике физики для средней школы рассказ об устройстве автомобильного двигателя выглядит так:

«Бензин впрыскивается в двигатель автомобиля для того, чтобы его текучая, горячая, пламенная природа могла побудить к действию неподвижную, холодную, тяжелую природу стального двигателя. И вот, лишь только пламенный бензин вспыхивает в стальных недрах, как тяжелая, холодная и неподвижная материя железного двигателя изменяется, как бы принимает пламенную природу бензина, становится вслед за бензином горячей и начинает вращаться, двигаться, то есть действовать вопреки собственной косности и тяжести. Таким образом, сочетание этих двух природ, пламенной бензина и стальной двигателя, и порождает движение автомобиля.»

Написанное выше, в общем-то, правда — не так ли? Но не подумаете ли вы, прочитав такой «учебник», что его авторы сущие дилетанты и ничего не понимают ни в устройстве автомобиля, ни в законах физики? Но посмотрите на вышеприведенную цитату о смысле вочеловечении Христа — это же «одного поля ягоды»!

Еще раз, давайте сравним: «Христос вочеловечился, взял нашу при­роду для того, чтобы мы, люди грешные, земные, ограниченные, ни к чему не способные, не могущие даже победить элементарный грех без помощи Божией, вдруг сделались бы подобными Ему. Если Он очеловечился, то мы должны обожиться, принять Его Божествен­ную природу.»

Похоже? С горечью приходится констатировать, что именно таков сегодня уровень понимания нами евангельских событий. Увы, но это больше похоже на карго-культ дикарей, рассуждающих о том, с помощью какого волшебства движется автомобиль, а не на размышление разумного и образованного человека.


Иногда действия Христа пытаются объяснять с точки зрения символизма. Получается немногим лучше. Говорят, что Христос умер как человек и воскрес как человек, чтобы тем самым дать всем людям надежду на воскресение и пример воскресения, стать Символом воскресения Да, действительно, Священная история полна символизма. Да, воскресение Христа дает и нам всем надежду. Но символы, даже самые важные — всего лишь знаки, и не более. А где же механика? Неужели ее нет здесь, а есть лишь символизм?

Одно дело сказать, что в смерти и воскресении Христа есть глубокий символизм — это действительно так. И совсем другое дело сказать, что Христос родился и умер только для того, чтобы нам что-то, извините, «просимволизировать». Такой подход делает из смерти и воскресения Христа, по сути, спектакль. Театральную постановку. Сводит смысл Жертвы — к представлению перед публикой.

Кроме того, с точки зрения символизма смерти и воскресения, нет никакой необходимости умирать и воскресать именно Богу. Напротив, воскресение Бога, даже в человеческом теле, является не самым подходящим символом для воскресения людей — ведь Бог априори может многое из того, что недоступно человеку. Гораздо показательнее выглядит смерть и воскрешение обычного человека, ведь именно воскресение людей необходимо символизировать, не так ли? И ведь мы видим примеры такого символизма в Евангелии — это, например, эпизод с воскрешением Лазаря.


Итак, если бы вместо вочеловечения Бога пришел некий пророк, принес людям от имени Бога Новый завет, и именем Бога же воскресил бы давно умершего человека (или воскрес бы сам), то задачи создания нужного символа, подаяния людям надежды на жизнь после смерти, а также создания новой Церкви — были бы решены. Не так ли? Зачем же тогда пришел именно Бог? И зачем Бог пришел именно в качестве человека? И наконец, зачем было Богу умирать?

Можем ли мы сегодня ответить на эти вопросы не на уровне вышепроцитированного рассуждения, не на уровне карго-культа, а осмысленно?

Первое пришествие Христа: почему так поздно?

Согласно современным представлениям Церкви, от Грехопадения до пришествия Христа прошло порядка пяти тысячелетий. Причем эти тысячелетия человечество провело отнюдь не в мире и спокойствии. Все эти тысячелетия многие миллионы людей страдали от тяжелых условий жизни и различных бедствий, а их души, согласно общепринятым в Церкви представлениям, после смерти попадали в Ад. Если Бог создал человека для райской жизни, почему Он медлил спасти род человеческий? Есть ли этому внятное, разумное объяснение?


Давайте предположим, что на вопрос предыдущей главы найден ответ. И по некоей причине, которую мы сумели найти, обязательно нужна удивительная операция вочеловечения Бога. Хорошо, пусть так, но почему младенец Иисус не родился у Евы? Или, например, у одной из ее дочерей?

Очевидно, что должна существовать очень веская причина, чтобы ждать пять тысяч лет. И однако, эта причина остается неизвестной по сей день. Конечно, существуют богословские объяснения этому факту, но увы — они вполне укладываются в разряд карго-культа, ибо вполне сравнимы и с вышеприведенной цитатой о вочеловечении Христа, и с выделенным выше в рамочку текстом.


Впрочем, одну из известных мне версий давайте разберем. Есть мнение, что Бог был вынужден ждать, пока на Земле не воплотится женская душа настолько уникальной чистоты, что от нее достойно было бы родиться младенцу Иисусу. И поскольку таковая душа появилась только спустя несколько тысячелетий, в эпоху кесаря Августа — то вот тогда-то, соответственно, и родился Иисус.

Почему я не могу счесть это объяснение удовлетворительным? Сразу по четырем причинам:

— Во-первых, Церковь утверждает, что природа человека после Грехопадения является падшей. И это касается всех людей, без исключения — даже самых чистых и глубоко верующих. Не так ли? Причем Церковью особо подчеркивается, что Христос родился именно в падшем и греховном человеческом естестве, чтобы его спасти и вернуть к Богу. Ведь Христос мог бы просто сойти на Землю — в облике человека, но не будучи рожденным от потомков падшего Адама. Но нет, Он родился здесь, родился именно в грешном, падшем человечестве. То есть, это не стало для Него непреодолимым препятствием — напротив, Церковь как раз таки и утверждает, что именно в этом и был смысл Вочеловечивания. И если Церковь права и человеческое естество суть естество падшее, то вопрос отличий внутри этого падшего естества, между отдельными людьми, выглядит уже совершенно несущественным для всемогущего Бога, по сравнению с общей мерой падения человека. Человеческое естество Церковью считается несколько преображенным и освященным лишь со времен Христа, но никак не до Него.

— Во-вторых, откуда берутся души у людей, рождающихся на Земле? Церковь утверждает, что души эти создает Бог. Но в таком случае, Бог мог родить Деву Марию в любом поколении потомков Адама и Евы, в том числе и от них самих. Сомнение в этом есть отрицание всемогущества Божия. Тем более, что Адам и Ева, как мы знаем, раскаялись в своем грехе и Богу ничто не мешало их простить и даровать им спасение в лице ребенка — будущей Девы Марии.

— В-третьих, если забыть вышесказанное и предположить, что Бог все же был вынужден ждать рождения подходящей девушки (это на случай, если вы готовы признать, что вовсе не Он управляет рождением душ людей на Земле и недостаточно всемогущ, чтобы родиться, у кого Сам пожелает). То где тогда гарантия, что таковая душа вообще родится? А если бы Дева Мария родилась спустя десять миллионов лет после Адама? Вы готовы поверить в то, что время рождения младенца Иисуса — просто историческая случайность, над которой Бог не властен? Если же Бог управляет этим процессом, то мы снова возвращаемся к вопросу — почему Он пришел так поздно?

И почему мы видим не просто задержку с приходом Спасителя, а задержку огромную, многотысячелетнюю?

Первое пришествие Христа: почему не окончательное?

Какова причина двухэтапности миссии Христа? Если Жертва принесена, а врата Ада разрушены, почему же спасение не наступило немедленно?

Тысячи лет человеческий род ждал Избавителя. И вот Он пришел, и… что же? Да так… Вроде бы, и ничего. Он умер, воскрес и вознесся обратно на небо. Жизнь же людей на Земле не изменилась, она продолжала течь ровно так же, как и до прихода Мессии. Люди как умирали, так и продолжают умирать. Как страдали, так и продолжают страдать. Продолжаются войны, эпидемии, голод… Не случайно атеисты сегодня смеются над верой христиан — они признают, что действительно Иисус Назаретянин жил и был распят в римские времена, но не считают Его Богом, ибо не видят, чтобы с Его приходом что-либо в мире изменилось. Они считают, что Церковь лишь эксплуатирует наследие древнего философа Иисуса, давая людям необоснованные надежды. Но ведь и сами христиане видят, что жизнь не становится лучше, более того — в конце времен христианам и вовсе обещан Апокалипсис и власть Антихриста над планетой. Не так ли?

Да, Христос основал Церковь, но ведь она, по большому счету, ничего не изменила на Земле. Современный мир не менее (а порою много более) жесток, чем древний. Да, Христос дал людям надежду — но надежда была и раньше, до Него. Да, Церковь учит, что Христос победил смерть — но ведь люди умирают точно так же, как и до Христа.


Если Первое пришествие Христа принципиально не изменило условия жизни в мире людей, если эта задача возлагается на Второе пришествие, зачем Первое пришествие надо было совершать вообще, как отдельный акт? Почему не объединить задачи миссии в рамках одного пришествия? Наконец, если миссии Христа, в силу неких непонятных причин, необходимо быть двухэтапной, то почему столь велик временной промежуток между двумя этапами?


Таким образом, возникают три вопроса:
– почему миссия Христа состоит из двух этапов (совершившееся Первое и обещанное Второе пришествие)?
– почему первый этап миссии, вопреки своей исключительности (Бог умер за людей!), не принес никаких принципиальных изменений в наблюдаемую жизнь человечества?
– почему от первого этапа до обещанного второго прошел (и продолжается до сих пор) столь длительный промежуток времени?


Желающих привести мне мнения известных богословов, дающих ответы на эти три вопроса, я отправляю к выделенному выше рамочкой тексту про бензин и двигатель. И предлагаю сперва сравнить их ответы с этим текстом.

Зачем создана Церковь?

Вопрос не столь очевиден, как кажется. Итак, по какой-то непонятной причине миссия Христа на Земле состоит из двух этапов. И вот на временной промежуток между этими этапами Христом создается Церковь. Зачем?


Общепринятый ответ, утверждаемый самой Церковью: христианская Церковь нужна самим верующим (членам Церкви) для спасения их душ. Однако, этот ответ противоречит одной из главных отличительных черт Церкви — частичности охвата.


Лишь Второе пришествие Христа обещано Им как охватывающее все человечество. Вплоть до того момента мы видим отчетливую частичность охвата Церковью населения нашей планеты. Причем эта частичность имеет место как в пространстве, так и во времени. Христианская Церковь существует с определенного момента человеческой истории и не затрагивает большую часть живших на Земле поколений людей. Кроме того, с момента своего создания, христианская Церковь включала и включает в себя лишь часть человечества. И даже сегодня есть еще люди, никогда не слышавшие о христианстве, тем более это было так во времена, когда христианство только начинало свое распространение. Не говоря уже о том, что и сегодня огромное количество людей вполне искренне считает христианство ложной религией (а истинной — какую-либо другую), или столь же искренне отрицает наличие Бога вообще…


В немного другом ракурсе этот вопрос известен, как вопрос о спасении язычников. Некоторые авторы пытаются, по сути, «замылить» эту тему, говоря в этом случае о «неисповедимости путей Господних». Меж тем ситуация здесь предельно проста, ибо существует всего два возможных варианта ответа: вне Церкви спасение либо есть, либо нет. 
— Если вне христианской Церкви нет спасения, то тогда все нехристиане не спасутся. Однако в чем вина тех людей, которые никогда даже и не слышали о Церкви? Ведь у них не было никакого шанса, в таком случае. Что же тогда делать с разговорами о свободе воли и свободном выборе между добром и злом, так популярными у наших христианских богословов? Что же тогда делать с представлениями Церкви, что именно Бог создает души людей — неужели Бог создавал души язычников на заведомую смерть, без шанса на спасение? И что же тогда делать с представлениями Церкви о том, что Христос вывел из Ада некоторых ранее содержащихся там людей, в частности, Адама и Авраама? Которые никогда не были христианами, не знали крещения и причастия.
– Если же спасение возможно и вне христианской Церкви, то тогда неизбежно встает вопрос — а зачем она нужна? Если Авраам спасен и находится в раю, то, следовательно, Бог может спасать и без христианской Церкви, без причастия, без крещения. Тогда зачем она, если с задачей спасения душ справлялась и ветхозаветная Церковь, да и даже без нее вполне возможно спастись (как спасены Богом, например, Адам или Ной)?


Хочу еще раз подчеркнуть, что вариантов всего два. Никакого третьего варианта просто не существует: нехристианин либо может спастись, либо нет. Поэтому, рассуждения о «неисповедимости путей Господних» (в данном конкретном случае) — фикция. А поскольку факт спасения ветхозаветных праведников известен нам из Евангелия, то у нас нет выбора. Мы должны признать: спасение есть и вне христианской Церкви. Отсюда следовало бы предположить, что она и вовсе не нужна.

Однако Христос все же основал Церковь. Следовательно, мне остается только повторить вопрос — зачем? Какова основная цель создания Церкви? Зачем Христом создана Церковь, если спасение людей возможно вне ее? Зачем нужно крещение и причастие, если Авраам оказался в раю без всего этого?


Есть одно соображение, которое может помочь нам: такая характерная черта, как частичность охвата человечества, еще более ярко проявлена в Церкви ветхозаветной. Там и вовсе речь шла лишь об одном народе из множества, причем миссионерство отнюдь не предполагалось — иудейская Церковь была церковью одного народа. То есть, частичность охвата — особенность, унаследованная христианской Церковью от Церкви ветхозаветной, но в менее явной форме. А как мы помним, у ветхозаветной Церкви была специфическая миссия, для которой и не требовался полный охват человечества. Не является ли это подсказкой для нас, в случае с христианской Церковью (с поправкой, конечно, на выраженный миссионерский характер новозаветной Церкви)?

Случай с хананеянкой

Удивительный момент в Евангелии еще ярче высвечивает вопрос, поднятый в предыдущей главе:


«И вот, женщина Хананеянка, выйдя из тех мест, кричала Ему: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется.

Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти ее, потому что кричит за нами.

Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева.

А она, подойдя, кланялась Ему и говорила: Господи! помоги мне.

Он же сказал в ответ: нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам.»


Позже, видя веру, смирение и настойчивость женщины, Христос все же помог ей. Однако это не отменяет сказанного Им, не так ли?

Христос пришел спасти все человечество, почему же Он сравнивает с псами представителей других народов? Фикцией выглядят попытки некоторых богословов сгладить впечатление от этих слов Христа, объясняя сравнение со псами язычеством хананеев. Он ведь мог сказать иначе (так, как трактуют смысл Его фразы богословы). Но Он сказал то, что сказал. Почему Он так сказал?

«Я послан только к погибшим овцам дома Израилева». Любые попытки истолковать эти слова Христа вопреки их ясному смыслу — лукавы. Христос прямо говорит, что Его миссия касается только израильтян. Более того, говорится именно о доме Израиля (родовой признак), а не о религиозной идентичности израильтян.


Христос не сказал что-то вроде «нехорошо помогать язычникам» или «ты не веришь в истинного Бога, почему же просишь у Меня помощи?». Нет, Христос сравнивает хананеев с псами, а евреев с детьми. То есть это — по сути расизм, неевреи уподобляются животным, причем нечистым животным. И противопоставляются детям, то есть — единоплеменникам, наследникам. Акцент именно на происхождении, на разности породы евреев и хананеев. Но ведь и те и другие люди, разве нет?

Дети и псы! Почему так и почему так резко? Тем более резко, что речь идет о женщине, просящей за свою несчастную дочь. Слова такого рода можно ожидать услышать от расиста (причем, учитывая ситуацию — от весьма жестокого человека), но разве Христос похож на такого? И главное, разве Он — Бог не всего человечества? Разве хананеи — не дети Адама, не сыны Божии?


Что же получается — может быть, христиане нееврейского происхождения напрасно верят в Христа? Может быть, Иисус пришел лишь к евреям? Он ведь именно так утверждает, как видите? Но почему тогда позже, когда евреи отвергли Его, Он сам благословил учеников нести Благую весть другим народам? Нести благую весть — псам?!

Что говорят нам наши богословы по поводу этого места в Евангелии? Они делают вид, что все нормально. Что не стоит понимать слова Христа расистски, другими словами — что Христос имел в виду совсем не то, что Он сказал. А имел в виду лишь то, что говорят они, богословы.


И еще раз вернемся к фразе «Я послан только к погибшим овцам дома Израилева». Она звучит совершенно недвусмысленно и не допускает двойного толкования. Если бы евреи не отвергли Христа, то и христианская Церковь существовала бы лишь как национальная, то есть в рамках богоизбранного еврейского народа. Как это было ранее с ветхозаветной Церковью. Другими словами, данная фраза только усиливает выводы, сделанные в рамках предыдущей главы — о частичности охвата Церковью человечества.

Сегодня в христианстве принято считать, что ветхозаветная Церковь была национальной еврейской, ибо выполняла специфическую служебную функцию: существовала лишь ради хранения истинной веры в ожидании Мессии. А новозаветная Церковь существует уже ради распространения веры на все народы. Однако мы видим, что предполагалось совсем не это. Похоже, специфическую служебную функцию имеет и новозаветная Церковь?

Многие, конечно, будут спорить с этим выводом. Но я хочу спросить, почему же Христос сразу не объявил о вселенском характере своей текущей миссии (в рамках Первого пришествия), а вместо этого объявил нечто прямо противоположное? Если в случае принятия евреями Христа, Им предполагалась вселенская Церковь, зачем Ему это сначала отрицать? Причем так явно? Ведь даже ученики просили Его за хананеянку… Если целью Первого пришествия являлось участие в создаваемой Церкви и иных народов, зачем отказывать несчастной женщине в помощи? Да еще и столь резко, сравнивая хананеев с псами?


Более того. В случае с хананеянкой, немедленная помощь Христа иноплеменнику (да еще, предположим, со словами о равноценности для Бога людей всех племен и народов, как Его детей), ясно бы символизировала отсутствие национальной ограниченности Его миссии, вселенский, всечеловеческий ее охват. Но вместо этого, мы наблюдаем отчетливое, причем в очень категоричной и резкой форме, утверждение обратного.

Нет, нельзя не видеть явного — новозаветная Церковь предполагалась изначально столь же «узкой», как и ветхозаветная. Ее массовость — скорее вынужденная, из-за отказа евреев от Христа. «Я послан только к погибшим овцам дома Израилева», «нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам».

В то же время, важно заметить: если бы Бога интересовали исключительно евреи, миссия Христа была бы прервана в момент отказа Израиля от Него. Миссия закончилась бы с Распятием. Однако вместо этого, Христос говорит евреям: «отнимется от вас Царство Божие и дано будет народу, приносящему плоды его». (Кстати, заметьте — опять «народу», в единственном числе, хотя Благую весть будет сказано нести всем народам). То есть, для миссии Церкви сгодится и другой конкретный народ, раз уж предназначенные на эту роль иудеи отказались. Следовательно, хотя новозаветная Церковь и предполагалась национально ограниченной, целью миссии все же не являлись непосредственно сами евреи.

Но если Бог хочет спасти все народы и всех людей, начиная от Адама, как Он рассчитывал это сделать с помощью «узкой», национальной израильской Церкви?

Искупление

Жертва Христа называется искупительной, Церковь утверждает, что Христос принес Себя в Жертву для искупления наших грехов. Мы привыкли к такому термину, и не замечаем его странности.

Зачем искупать грех? Грехи можно простить, и заметьте — Христос грехи людям прощал. Оказывается, это возможно? Да, возможно. Грехи прощаются, как верит Церковь, и на исповеди, не так ли? Но тогда… зачем Жертва? Зачем Тому, кто может непосредственно Сам прощать грехи — еще и как-то «искупать» их? Искупление — это выкуп. Выкуп — это введение в ситуацию, помимо человечества и Христа, некоей третьей стороны, вина или долг человечества перед которой искупается (либо у которой выкупается человечество). Но что это за сторона? Здесь вспоминаются слова Христа «какой выкуп даст человек за душу свою?». Выкуп. Кому? И по какому праву кто-то имеет право на выкуп за человеческую душу? Не странно ли?

Вполне понятно, что такое «простить кому-то грех». Это когда вам прощает тот, перед кем вы виноваты. Когда речь идет о прощении греха, участвуют всегда только две стороны — виновный и тот, перед кем он виноват. Третьей стороны нет и быть не может. И действительно — обратите внимание! — Христос не спрашивал ни у кого позволения, когда прощал грехи людям. Не так ли? Спрашивал ли Христос у диавола — «разреши мне простить грех этой женщине»? Нет. Он прощал грех Своим личным решением. Но тогда и для прощения грехов всего человечества нет необходимости умирать.

Далее, вполне понятно, что такое «искупить грех» — это когда кто-то не прощает вам грех «просто так», но можно искупить свою вину перед ним каким-то действием или уплатив некую цену. Здесь уже может быть как две, так и три стороны (некто третий может искупить вашу вину за вас).

И наконец, понятно также, что такое «выкупить» — это когда вы платите, чтобы выкупить нечто, вам не принадлежащее. Здесь также могут быть и две, и три стороны. Например, можно выкупить раба у рабовладельца, чтобы освободить его. Но кому принадлежит душа человека? Разве не Богу? У кого выкупал души людей Христос, если это был выкуп?


Если мы считаем, что Христу пришлось платить своей жизнью за спасение человечества, то вариантов «у кого выкупать» (или «перед кем искупать») всего три:

1. Христос выкупал людей у бездушного мироздания, абстрактного всеобщего закона, у пресловутой «кармы». Люди однажды согрешили, и Бог не мог их просто простить — был не в силах, ибо бездушному космическому закону непременно нужно принести жертву. И вот Бог приносит Сына в жертву «карме», ибо Сам не имеет власти простить людей. Вы готовы это принять? Согласиться с этим — означало бы поставить некое бездушное начало выше Бога. Однако, в неявном виде, не отдавая себе порой отчета, многие христиане считают именно так. Просто они не облекают свои представления в четкие формулировки. Прямым же текстом подобный вариант озвучивается у Клайва Льюиса в его известных «Хрониках Нарнии», где олицетворяющий Бога лев Аслан умирает за человеку в силу неподвластных Ему законов «тайной магии». Льюис честно пытается объяснить себе и читателям смысл Жертвы, и не его вина, что в результате получается нечто не вполне христианское.

Кроме того, заметьте, что апелляция к законам «тайной магии» хороша в волшебной сказке. Но для взрослого человека такой ответ несерьезен — ибо «тайная магия» это, в сущности, тот же карго-культ. Никто не понимает, как она действует и почему ей надо подчиняться, как дикарь не понимает устройство автомобиля и потому называет это «магией». «Карму» я выше упоминаю лишь в шутку — ибо если говорить всерьез, то термин «карма» означает лишь «мы не знаем, как это работает». «Карма», «тайная магия», «метафизический закон» — это фиктивные объяснения, попытка сделать вид, что мы что-то поняли, хотя суть явления по-прежнему темна. Это дикость, карго-культ. Разумный человек вправе желать понимания механизма явления.

2. Христос выкупал души людей у Отца. Это самый абсурдный вариант. Неужели Отец не мог простить грех людей, как прощал грехи людям Христос? Или Отцу, чтобы простить грехи людей, нужно было сперва помучить Сына на кресте? Абсурд, согласитесь. Вспомним хотя бы притчу о блудном сыне, где отец прощает сына и с радостью принимает его обратно в свой дом. Без принесения в жертву, скажем, себя самого или кого-то из других своих сыновей, не так ли?

3. Христос выкупал души людей у диавола. Этот вариант логичен и непротиворечив, здесь все понятно, такой выкуп имеет смысл. К примеру, предположим, что в притче о блудном сыне отцу пришлось бы выкупать сына из рабства. Тогда он платил бы выкуп рабовладельцу. Однако это — в притче, когда понятно, как именно мог сын попасть в законное рабство, и почему его отец не в силах был освободить сына иначе, как уплатив работорговцу. А когда дело касается человечества… Понимаете ли вы, насколько это странно?

Разве люди согрешили перед диаволом? Нет, перед Богом. Разве не Бог их создатель? Но тогда только Бог вправе решать их судьбу, прощать их или наказывать. Чтобы Христу пришлось выкупать человечество у диавола, тот должен был заиметь на людей полные права. Но простите, каким образом? Людей кто-то продал диаволу, лишив свободы выбора между ним и Богом? Вроде бы, нет. Диавол купил людей у них самих, заплатив каждому в отдельности и приобретя их в рабство? Тоже вроде бы нет. Лично вы, читатель, заключали договор с диаволом о продаже ему души? Уверен, такого с вами не случалось.

Человечество, надо думать, изначально либо не принадлежит никому и может свободно выбирать свой путь, всегда и в любой момент (если имеет свободу воли), либо же, предположим, принадлежит Богу (который имеет на него права как создатель). Кто и когда подписал договор о передаче прав на человека — диаволу? Отмечу особо, что грех Адама перед Богом никоим образом не является актом передачи прав на человечество диаволу и не лишает Адама свободы воли в дальнейшем. А в рабство диаволу, лишая себя свободы воли, Адам не продавался. И тем более, не продавал свое потомство.

Далее, кто из христиан готов заявить «Христос — это жертва диаволу от Бога, в качестве выкупа за человечество»? Я уже не говорю о сомнительном духе самой идеи«жертвоприношения диаволу от Бога»…

И главное: никто и никогда не утверждал, что диавол соглашался на такой «выкуп». Эта сделка для него явно лишена смысла (и неслучайно он пытался соблазнить Христа в начале Его миссии). А разве можно выкупить без согласия владельца? Или тут опять действует «кармический закон», которому подчиняется даже диавол — притом, что он не подчиняется и самому Богу? Опять безликая «карма» судит и Бога и диавола в их взаимоотношениях? Вы, как христианин, готовы это принять?


В Церкви, насколько мне известно, относительно этого вопроса существует предельно туманный консенсус. Консенсус сводится к тому, что люди с момента грехопадения (некиим совершенно непонятным образом, если говорить о механике, а не о бездоказательных и бессмысленных метафизических построениях) оказались во власти диавола, причем власти законной, против которой Бог не вправе возразить. И чтобы людей из-под этой власти спасти, в частности, чтобы забрать их души из Ада, Христос приносит Себя в жертву. Зачем Он это делает, кому приносится эта жертва, почему и как она срабатывает — непонятно. Механизм спасения людей через Жертву абсолютно неясен, но Церковь не акцентирует этот вопрос.


Нигде в Библии не утверждается передача прав диаволу на людей. Искушения же и соблазны от диавола несомненны, но они ни в коей мере не дают ему каких-либо прав на людей, чтобы затем требовать от Бога выкуп.

Более того, ведь одним из краегольных камней современного богословия является представление о свободной воле людей. Не так ли? Но если свободные люди свободно согрешили, ничто им не мешает столь же свободно вернуться к Богу. Разве нет? Для этого достаточно лишь их покаяния и Его прощения. Поэтому, если воля людей свободна, неоткуда взяться выкупу-искуплению. А если нет необходимости в выкупе, зачем же тогда Жертва?


Рискуя повториться, еще раз обращаю внимание читателя на необходимость понимания механизма явления. Выкуп за человека требует принадлежности его некоему владельцу на правах собственности. Свободная воля исключает понятие выкупа — выкупают раба или вещь, свободного человека не выкупают.

Итак, давайте еще раз зафиксируем основные моменты в проблеме искупления/выкупа:

— для выкупа Богом человека необходима некая третья сторона, которой выкуп дается в обмен на души людей. Этой стороной может быть только диавол (если, конечно, мы остаемся христианами и просто разумными людьми, и не верим в «карму»).

— диавол не получал этого выкупа, и более того, он пытался воспрепятствовать миссии Христа, однако несмотря на это, жертва Христа считается принесенной. Кому и как?

— любой грех человека совершается лишь перед Богом и может быть прощен Богом и только Богом. Богу нет необходимости в позволении диавола для прощения человеческого греха. А человек, в рамках представлений Церкви, обладает свободной волей, а значит и выкуп за него не нужен. О каком же искуплении тогда речь, зачем нужна Жертва?


Напоследок, чтобы более наглядно выразить суть проблемы, снова прибегну к аналогии:

У отца было три сына. Одного из них незаконно захватили в заложники некие враги. Второй проигрался в азартные игры, и в итоге продал себя в рабство на законных основаниях, за долги. Третий сын поссорился с отцом и ушел из дома. Что может сделать отец?

— Первого сына он может освободить силой, если отец сильнее врага.

— Второго сына он должен будет выкупить, причем для этого может потребоваться согласие рабовладельца.

— Третьего сына отцу достаточно простить, если тот, конечно, сам захочет вернуться.


Поразительно, но все три варианта находят свое место в Библии! Так, христианское понимание рассказа о Грехопадении соответствует истории третьего сына. Второе пришествие с силовым свержением власти диавола на Земле — истории первого сына. И наконец, вынужденная жертва Христа и Его слова о «выкупе» за душу человеческую близки к истории второго сына. Однако противоречат ей, ибо человечество не продавалось в рабство диаволу, а сам диавол никогда не получал за человечество выкуп и не желал этого.

Но главное — эти три варианта истории противоречат один другому. Это взаимоисключающие истории, они про разные ситуации и разных сыновей — но ведь человечество одно и история его едина.


Остается добавить, что непонятность смысла Жертвы, а значит и всей связанной с этим механики процесса, делает принципиально непонятной и суть миссии Христа в целом. Ведь ключевым событием Первого пришествия является именно Жертва.

Почему Бог отдалился от людей в Новом завете

Церковь сегодня утверждает, что благодаря христианству люди смогли в какой-то мере восстановить падшую природу. На этом, в частности, зиждется почитание святых и их мощей в православной и католической Церквях. Считается, что после воскресения Христа верующие в Него и причащающиеся Его Тела и Крови христиане получили способность к частичному обожению, к принятию благодати — в отличие от ветхозаветных людей.


Однако многие замечают удивительное противоречие: дело в том, что Бог Ветхого завета намного проще и чаще общается с людьми. То есть, ветхозаветные люди имели возможность прямого осмысленного (разумного) диалога с Богом. Современные же люди такого диалога лишены. Более того, в ветхозаветные времена Бог вообще, кажется, не отдален от грешного мира людей — порой Он едва ли не напрямую управляет Израилем. Дает ветхозаветным праведникам подробнейшие технические указания (например, по строительству ковчега, храма, законодательству), физически помогает израильтянам, совершая для этого многочисленные чудеса, отправляет пророков с поручениями к царям… Ничего подобного мы сегодня не видим, хотя казалось бы — должно быть наоборот. Ведь люди стали ближе к Богу в Новом завете. Или нет?


Здесь же следует упомянуть об отсутствии пророков в Новом завете, на что прямо указано Христом: «закон и пророки до Иоанна». Почему так? Мне встречалось такое «объяснение»: пророки предрекали Мессию, а теперь Христос пришел, и пророки больше не нужны. Легко заметить, что это неправда — снова перед нами фиктивное «объяснение». Во-первых, Христос должен придти и второй раз, а значит, согласно той же логике, нужда в пророках точно такая же, как и перед первым Его пришествием. А во-вторых, пророки предрекали самые разные вещи, и основная часть их пророчеств отнюдь не касалась Мессии, а совсем напротив, относилась к текущим реалиям жизни и политики. Можете себе представить такое сегодня? Нет, сегодня это выглядит невероятным. Почему так? Почему «пророки до Иоанна»?

Обрезание

В ветхозаветной иудейской Церкви Богом был установлен странный обряд обрезания крайней плоти. В чем смысл этого обряда?


Иногда встречается утверждение, что обряд установлен в гигиенических целях. Но это не так:

Во-первых, большинство народов как-то обходились и обходятся без обрезания. Зато именно при обрезании шанс заразиться и умереть исключительно высок, ведь понятия о дезинфекции в древности не было.

Во-вторых, обряд совершался над 8-дневными младенцами, притом что он весьма болезненный даже для взрослого, а уж тем более для новорожденного. Нет никакой гигиенической потребности в столь раннем сроке операции. Неслучайно у других древних народов, из числа практиковавших обрезание, обряд совершался гораздо позже, а именно при появлении у мальчика признаков половозрелости.

В-третьих, и это главное, обряд обрезания в Библии носит отчетливо религиозный характер. Вот что говорит Бог Аврааму:
«Сей есть завет Мой, который вы должны соблюдать между Мною и между вами и между потомками твоими после тебя [в роды их]: да будет у вас обрезан весь мужеский пол; обрезывайте крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами. (…) и будет завет Мой на теле вашем заветом вечным. Необрезанный же мужеского пола, который не обрежет крайней плоти своей [в восьмой день], истребится душа та из народа своего, ибо он нарушил завет Мой.»
Как видите, дело отнюдь не в гигиене. Да и далее в Библии обрезание упоминается, в том числе и непосредственно Богом, именно как ключевой отличительный признак «своих». Термин же «необрезанные» используется в презрительном и уничижительном смысле, указывая на язычников. И еще интересный момент — обряд обрезания дан не Моисею, вместе с известными многочисленными установлениями (в том числе и несомненно гигиенического характера), но еще Аврааму. То есть тому, с кого началась история богоизбранного иудейского народа.


Итак, обряд обрезания у иудеев есть обряд религиозный. Причем, в Ветхом завет этот обряд имеет важнейшее значение, он является знаком завета с Богом, он отличает принадлежащих к богоизбранному народу и ветхозаветной Церкви.

Конечно, нет ничего удивительного в существовании «отличительного» религиозного обряда, но почему выбран столь странный способ пометить избранных? Почему знаком завета Бога и человека выбрана обрезанная крайняя плоть на мужском члене?


Если бы мы не знали из Библии о существовании в Ветхом завете такого обряда, то одно подобное предположение показалось бы нам невероятным кощунством. Ведь завет между Богом и человек есть нечто необычайно возвышенное и мистическое, не так ли? Тогда какое отношение к этому возвышенному божественному завету имеет, простите, мужской член?

Согласитесь, это и сегодня выглядит кощунством (просто мы привыкли и не удивляемся). Однако Бог требует от Авраама и потомков именно этого, и более того — Он делает отсутствие крайней плоти на члене главным символом завета. Почему?


Здесь есть и еще одна странность. Церковь считает, что человек создан совершенным (недаром же в Библии говорится, что Адам создан по образу Божьему). Таким образом, любое увечье, даже незначительное и символическое, является искажением изначально заложенного Творцом образа. Причем, этому фактору придается и религиозное значение — так, в Ветхом завете людям, имеющим какие-либо увечья, запрещено было быть священниками. В случае же с обрезанием все переворачивается с ног на голову — искажение изначального образа Божьего творения считается знаком завета с Богом. Парадокс, не правда ли?

Сыны Божии, дочери человеческие, Сын человеческий

В книге Бытия есть известное место, с очевидной трактовкой которого спорил еще Иоанн Златоуст:

«Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жены, какую кто избрал. И сказал Господь: не вечно Духу Моему быть пренебрегаемым человеками [сими], потому что они плоть; пусть будут дни их сто двадцать лет. В то время были на земле исполины, особенно же с того времени, как сыны Божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это сильные, издревле славные люди.»

Очевидная трактовка этого места состоит в том, что «сыны Божии» — это те, кого мы сегодня называем ангелами, а раньше называли «богами», а «дочери человеческие» — это женщины из рода Адама, то есть человеческие женщины.

Такая точка зрения подтверждается не только апокрифами (рекомендую интересующемуся читателю обратить внимание на «Книгу Еноха»), и не только всеобщим для древнего мира убеждением, что раньше боги с небес жили на Земле среди людей. Но и каноническим текстом Библии, как вы увидите ниже.


Св. Иоанн Златоуст спорит с этой трактовкой (см. Святитель Иоанн Златоуст, Беседы на книгу бытия, беседа 22), утверждая, что ангелы — это бесплотные духи, и не могут иметь плотского вожделения. Меж тем бесплотность ангелов сама по себе есть идея весьма и весьма сомнительная, которую сперва следовало бы хоть как-то обосновать. И обосновать не благочестивыми рассуждениями, а свидетельствами, ибо в данном случае речь идет о выяснении факта. А не того, как Церкви кажется благопристойно представлять себе ангелов.


Вот например, каким предстает херувим в книге пророка Иезекииля, в главе 28:

«И было ко мне слово Господне: сын человеческий! плачь о царе Тирском и скажи ему: так говорит Господь Бог: ты печать совершенства, полнота мудрости и венец красоты. Ты находился в Едеме, в саду Божием; твои одежды были украшены всякими драгоценными камнями; рубин, топаз и алмаз, хризолит, оникс, яспис, сапфир, карбункул и изумруд и золото, все, искусно усаженное у тебя в гнездышках и нанизанное на тебе, приготовлено было в день сотворения твоего. Ты был помазанным херувимом, чтобы осенять, и Я поставил тебя на то; ты был на святой горе Божией, ходил среди огнистых камней. Ты совершен был в путях твоих со дня сотворения твоего, доколе не нашлось в тебе беззакония. От обширности торговли твоей внутреннее твое исполнилось неправды, и ты согрешил; и Я низвергнул тебя, как нечистого, с горы Божией, изгнал тебя, херувим осеняющий, из среды огнистых камней. От красоты твоей возгордилось сердце твое, от тщеславия твоего ты погубил мудрость твою; за то Я повергну тебя на землю, перед царями отдам тебя на позор. Множеством беззаконий твоих в неправедной торговле твоей ты осквернил святилища твои…»

Итак, мы видим здесь… бывшего херувима! Бывшего, подчеркиваю — то есть херувим это как бы должность. Херувима, который позднее нашел себя на политическом и торговом поприще, в роли царя богатого города Тира. Интересно, не правда ли? Как вы считаете, этот тщеславный любитель власти и торговли, ангельского происхождения — мог входить к «дочерям человеческим»?

Итак, книга Бытия отчетливо противопоставляет человеческий род какому-то другому. Не видеть этого, отрицать это — означает навязывать свое представление взамен того, что сказано в тексте Писания.

Ведь зачем-то в Писании сказано именно так. Если бы при упоминании «сынов Божиих и дочерей человеческих» речь шла, как предполагает Златоуст, о сынах Сифа и Еноса и дочерях Каина, то почему же так прямо не сказано в Писании?

Кроме того, мы видим и далее в Библии, в частности в вышеприведенном отрывке, что выражение «сын человеческий» весьма устойчиво. Если «дочери человеческие» — это дочери Каина, то пророк Иезекииль, которого Бог именует «сын человеческий» — тоже потомок Каина?


Далее, следует заметить очевидное: все потомки Адама являются людьми, то есть сыновьями и дочерями человеческими. Использование выражения «дочери человеческие», якобы для отделения одних людей от других — это совершенно надуманная конструкция. Тем более это странно звучало бы для книги Бытия, в которой только что рассказано о сотворении человека, и тут же якобы под «дочерьми человеческими» имеются в виду уже только потомки Каина.

Наконец, Каин — это обычный человек, сын Адама. Другие дети Адама — его ближайшие родственники. Генетически он от них не отличается, он такой же человек. С какой же тогда стати, простите, от связи его дочерей с дочерями Сифа или Еноса должны рождаться гиганты-исполины?


Главное же и самое интересное здесь то, что именно Сыном человеческим стал позже называть Себя Христос. Причем называет Он так Себя неоднократно, как бы подчеркивая суть происходящего с Ним и Свою роль на Земле. Подчеркивая, что Он сейчас, на Земле, стал одним из сынов человеческих. То есть, это выражение идет еще с книги Бытия, оно пронизывает весь Ветхий завет и переходит в Новый. В Ветхом завете сынами и дочерьми человеческими названы потомки Адама, а в Новом так себя называет Христос.

Другими словами, мы имеем место с устойчивым термином, характерным для обоих Заветов. Причем и в Ветхом, и в Новом завете термин «сын человеческий» используется в прямой речи Бога к людям (см выше в цитате, как Господь называет пророка Иезекииля). «Сын человеческий» — это устойчивая форма обращения Бога к людям, и это же прозвание позднее принимает на себя, многократно подчеркивая это, Христос.


Не видеть этого — странно. А видеть — тоже странно, ибо если с самого начала человеческой истории в ней принимали участие представители иной расы, не человеческой, то это меняет всю парадигму Священной истории. И позволяет взглянуть другими глазами на миссию Христа.

Война ангелов

В Церкви существует предание, что однажды (непонятно, когда) произошла война между ангелами — верные Богу ангелы воевали с отпавшими от Него, и победили. Эта война выглядит странной сразу по нескольким причинам:

— Совершенно непонятно, каким образом могут воевать безтелесные духи, каковыми Церковь считает ангелов. Люди воюют, ибо могут друг друга физически убить. Но духа убить нельзя, а значит духи и воевать не могут.

— Совершенно непонятно, зачем воевать ангелам. И за что?

— Совершенно непонятно, как вообще возможна война между ангелами, если есть Всемогущий Бог, который априори сильнее всех ангелов, вместе взятых. Никто не начинает войну без расчета победить — но разве можно победить Бога?

— Считается (хотя этот момент не акцентируется), что проигравшие войну «плохие» ангелы после поражения пали на Землю. Возникает вопрос, как может дух пасть на физическую планету, и зачем ему это нужно? И почему падшие ангелы пали не на какую-то иную планету (планет во Вселенной множество, причем их климат безтелесных духов волновать не должен), а именно на Землю? На ту самую Землю, на которой Бог растит свой уникальный проект — человечество.


Здесь же стоить упомянуть слова Христа о том, что Отец по Его просьбе может прислать более двенадцати легионов ангелов Ему на помощь. Зачем, простите, всемогущему Богу вооруженные формирования из ангелов?

Меж тем Церковь нередко изображает ангелов именно воинами, а архангела Михаила называет «архистратигом», то есть главным военачальником. Притом, что современные церковные представления о Боге, вездесущем и всемогущем Абсолюте, совершенно исключают какой-либо смысл в ангелах-солдатах и ангелах-полководцах.

Страшный суд

Идея будущего Страшного суда — один из краеугольных камней христианства. Эта идея кажется понятной, разумной, во многом даже очевидной (для верующего человека, конечно). Страшный суд кажется нам логичным завершением как общечеловеческой истории, так и жизни каждого отдельного человека. И разумеется, идея Страшного суда еще и весьма привычна для нас, как для воспитанных в христианстве или, по коайней мере, в цивилизации с христианскими корнями и культурой.

Можно сказать, что для нас идея Страшного суда выглядит само собой разумеющейся. Мы можем верить в нее, если мы верующие, или не верить, если атеисты. Но Страшный суд как «логичная концовка» кажется нам идеей, скажем так, весьма и весьма естественной. Между тем, это далеко не так.


Сегодня в христианстве принято считать, что наша временная жизнь на Земле — мера хоть и вынужденная (вследствие Грехопадения), но необходимая. Что каждый из нас живет здесь, на Земле, чтобы пройти предназначенный именно ему путь. Что мы рождаемся там и такими, какими для нас родиться наиболее полезно, для спасения нашей же души. Что все происходящее с нами, и сама наша жизнь — не случайность, но индивидуально подобранный для нас Путь и Экзамен.

Легко заметить, что в рамках такой концепции некий Суд, как подведение Богом итогов человеческой жизни (оценка прохождения испытания), и вынесение соответствующего решения по итогам экзамена — есть вещь действительно вполне логичная. Более того, идея Суда здесь буквально напрашивается. Но вполне очевидно и то, что здесь необходим индивидуальный Суд. Всеобщий же, единовременный для всех душ Страшный суд, выглядит странным решением. Инструментом, которому в данной ситуации нет места.


— Во-первых, идея всеобщего Суда уже потому неестественна, что на нем судятся индивидуальные судьбы и поступки. Разве решения на Страшном суде не будут выноситься для каждого из людей индивидуально? Тогда зачем, извините за выражение, многомиллиардная «массовка»? Для пафоса?

— Во-вторых, человеческая история весьма длинна. И для того, чтобы однажды судить всех разом, необходимы некие накопители — промежуточные, временные поселения для душ, дожидающихся Страшного суда. Более того, души злодеев и души праведников явно должны содержаться как-то по отдельности, не так ли? Так и есть, утверждает Церковь. Души праведников в раю уже сейчас, говорят они. Но это другой рай, временный, и души там пока не воплощены в тело…

Не слишком ли много сложностей? Не должна ли такая странная задержка — многовековое ожидание конца земной истории и всеобщего Суда — иметь вескую причину? Что мешает Богу судить индивидуально каждого человека? Так сказать, не томить его ожиданием, а оперативно решить вопрос сразу после смерти? Именно такое решение является естественным. А надолго отложенный, единовременный для миллиардов душ суд — решение явно искусственное, вынужденное. Для него нужна, повторю, какая-то веская причина. Какая?


Кроме того, если Суд еще не совершен, как можно определять судьбу человека, до суда отправляя его в ад или рай? Вот например, Христос говорит благоразумному разбойнику: «ныне же будешь со Мною в Раю». Как же так — ведь Суда не было? Вы скажете — Бог всеведущ и Ему не требуется ждать Страшного суда, чтобы разобраться в душе человека и определить ей место. И я с радостью соглашусь: ведь я же и говорю, что Страшный суд, получается, не нужен вовсе…

Мы воспринимаем Страшный суд как очевидную данность по лишь по одной причине — о нем прямо сообщается в Священном писании. Поэтому мы принимаем его как исходный постулат, не замечая, что этот постулат входит в противоречие с прочими, точно так же принятыми нами без рассуждения.


Давайте же посмотрим, в рамках какой ситуации идея всеобщего и единовременного Суда получает смысл? Для решения какой задачи подойдет такой инструмент, как Страшный суд?

Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.